Текст книги "Во чреве кита (ЛП)"

Автор книги: Даниель Краус

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 12 страниц)

Взрывы артиллерии: сапоги топают по океанским волнам. Скрип весел в уключинах, люди собираются, пробираются через залив, усыпанный выпавшими внутренностями, так близко, что их крики звучат пронзительно и сухо. Еще и другие звуки – повторяющееся, гулкое «твак, – словно эхо взорванной им бомбы, но свежее, четче, лучше.

Почти так же хорошо, как воздух.

Рука Джея запуталась в паутине липкой ткани, нога застряла в «тыкве-фонаре» разорванного органа. Теперь он визжит, грудь подергивается, он вдыхает кровь вместо воздуха, она сгущается в горле. Другая кровь, однако, липко засыхает на его лице, что говорит ему о наличии ветра, но где, блядь, он?

Он прищуривается сквозь багровый свет и не видит ни одного из тех конфетных цветов, которыми в учебниках по биологии обозначают органы: – легкие» – сиреневые, – почки» – коричневые, как имбирный пряник, – кишечник» – розовый, как жевательная резинка. Всё красное – куски кита, маскирующиеся под случайные предметы, вытащенные из мусорного контейнера. Окровавленные стеллажи, окровавленные блузки, окровавленные тарелки, окровавленные перчатки бейсболиста, ложе из окровавленных, сдувающихся воздушных шаров. У Джея галлюцинации, потому что он умирает, он – Митт на свалке Шеол, ныряющий в ад.

0

Струйки воздуха, кашель сквозь пробитые лёгкие, рвотные позывы и движение ползком – единственное, что он умеет делать, то, чем он займётся до самой смерти. Под диафрагмой, изрезанной как пальмовые листья, над холмом жира, но под провисшими козырьками кожи, всё это колышется в такт прибою. Ветер сильнее, солнце жарче, люди громче. Здесь кто-то есть, разве ты не видишь, что я здесь?

Они умоляют его.

Так же как и звуки «твак, – твак, твак, твак.

Кислород иссяк, пульс пропускает удары, клетки мозга погружаются во тьму.

Лицо Джея погружается в стену мяса.

Каждая часть кита, к которой он прикоснулся после взрыва, была сломана, разорвана, изорвана, соскоблена, отрезана, превратилась в желе, расплавилась. Кроме этого.

Сердце кита.

Вдвое больше Джея, триста кожастых фунтов дрожащих мышц и подергивающейся паутины вен. Валун на пути бегства Джея, неподвижный, последнее слово. Неважно, сколько людей пришло, они никогда не найдут его за сердцем.

Джей обхватывает руками столько, сколько может.

Он обнимает сердце.

Он чувствует, как последняя капля воздуха вытекает из его горла. Ему всё равно. Он отпускает его с поцелуем – его холодные, потрескавшиеся губы встречаются с горячими пульсациями сердца. В конце концов, все клише оказываются правдой. Лишённое своей жёсткой кожи, неуверенности и сожалений, сердце – это любовь. Джей возвращает её обратно.

Тихий шепот.

Словно пена, сдутая с волны.

Джей прислушивается. Немного растерянности. Не то, что он хочет чувствовать в последние секунды своей жизни. Быстро, затем громогласно, как столкновение приливов, раздаются упреки мамы, Нэн и Евы – лично в «In-N-Out Burger, – по телефону, электронной почте и в SMS, повторяя предсмертную мольбу Митта: – Не разбивай мне сердце, не разбивай мне сердце, не разбивай мне сердце.

Шепот папы, наконец, даёт Джею разрешение поступить наоборот.

(Разбей его)

0

Ради отца, матери, сестёр он это делает. Джей впивается лицом в сердце, его рот – самая широкая рана, и он кусает, грызёт и разрывает, как собака. Его руки превращаются в лопатки, пронзая, копая, вырезая швы вдоль артериальных путей и вскрывая их; через щель проникает его рука, затем плечо, другая рука, голова. Внутри скинии из плоти, погруженной в кипящую кровь, зубы скрежещут по резиновым клапанам, руки находят предсердия, чтобы разорвать их. Он собирает кровеносные сосуды, словно цветы, отрывая их от легочной ткани. Джей теперь полностью внутри: одной ногой он бьет по этому желудочку, другой – по тому. Его левая рука прорубает мышцы, и её щекочут лучи солнца. Джей прижимает своё собственное сердце – кроличье сердце – к стенке сердца, и это удар за ударом, щелчок за щелчком; Джей наконец передаёт свои собственные коды, и он знает: где бы они ни были, люди, которых он любит, принимают их – мама, выпрямившаяся за утренним чаем, Нэн, у которой на работе на глаза навернулись необъяснимые слёзы, Ева, открывающая глаза после пересыпания, и на губах у неё не имя отца, а имя брата.

0

(Где ты?)

Правильный ответ был настолько прост, что Джей сопротивлялся ему.

Айека. Хинейни.

Я здесь.

0

Из другого измерения рука хватает Джея за запястье. И тянет. Джей скользит вперёд, но его плечо с грохотом ударяется о плоть, череп с грохотом ударяется о плоть – он самый худой из всех ребят своего возраста, но даже для такого узкого прохода его тело всё равно слишком громоздко. В ответ раздаются звуки, как у мясника, – влажные хлопки, тяжелые удары рубящей стали, за которыми следует очередной рывок.

Солнечный свет озаряет лицо Джея – тёплый, чистый.

Ветер дует сквозь каждую рану – прохладный, как хлопок, идеальный.

Но рождаться страшно, сколько бы раз ты это ни делал. Джей кричит – первый вздох даётся с трудом. Его сердце как будто получает удар током: тройной удар, лавовые вены, пульс, бьющий залпами. Он приоткрывает веки, облепленные слизью, и чувствует тяжесть крови на лице – наконец-то он стал тем раскрашенным воином, которого хотел папа. Наполовину человек, наполовину кит, Джей появляется на свет прямо здесь, на мелководье, моргая и глядя на команду обеспокоенных врачей – что в этом нового? Его второе рождение ничем не лучше первого. Вместо скальпелей и щипцов эти доктора используют ножи и пилы.

Все движутся сквозь волны по пояс. Тяжелые глаза Джея не могут следить за происходящим. Но его лопнувшие барабанные перепонки справляются неплохо. Китовые внутренности, хлюпанье. Шум и грохот океана. Звуки «твак» – теперь их полно, как церковный орган, какая-то праздничная барабанная дробь. Все перекрикивают друг друга.

Уберите этот жир, быстрее.

Уберите эти сломанные зубы, он подавится.

Риск баротравмы, дайте кислород, найдите нам барокамеру.

Его рука оторвана, Боже мой.

Ожоги почти по всей коже, кровь течет из ушей, давайте его перенесем.

Осторожно с шеей, с ногами.

Ребра торчат сквозь гидрокостюм, берегите руки.

Правая сторона у него вся разбита, наклоните его влево, влево.

Прижмите этот неопрен, там под ним огромная рана.

Он сам наложил эту повязку? Как, чёрт возьми, этот парень остался жив?

Тело Джея переносят. Они пытаются зафиксировать ему шею, но его челюсть сдвигается, и голова откидывается вбок. Лицом к океану. Белый хаос. Самый грандиозный фонтан на Земле. Водяные столбы взмывают на пятьдесят футов в воздух. Звук, как в День Независимости на пляже с мамой.

Киты. Больше, чем Джей когда-либо видел – ни на фотографиях, ни на видео, ни в легендах. Возможно, это та стая, которая сопровождала кита Джея к поверхности, но, вероятно, никакой связи между ними нет, кроме общего наследия китообразных, левиафанов, ангелов. Папа как-то сказал, что существует примерно триста тысяч кашалотов; наверное, это и есть все они. Между струями из дыхаловых отверстий, взмывающими на сверхъестественную высоту, из синевы выныривают дюжина китов; две дюжины выпрыгивают, словно чёрный космос из полумесяцевидных планет; три дюжины зависают в воздухе, овладев искусством полёта. Хвостовые плавники, величиной с острова, разбивают морскую гладь. Это аплодисменты, облегчение, толпа акушерок, приветствующих переход жизни от одного зверя к другому.

БАХ-БАХ-БАХ-БАХ-БАХ!

Джей чувствует брызги от их хвостов.

Вода смывает засохшую кровь с его лица.

Он может полностью открыть глаза, ноздри, рот.

Когда его туловище освобождается от частей кита, голову Джея толкнули в противоположном направлении. Посмотри-ка на это! Кит не припарковался в Чайна-Коув или на Фаншелл-Бич. В тридцати футах отсюда находится Монастырский пляж – старый добрый Погребальный пляж – эта мужественная дуга золотистого песка, кармелитский монастырь, выглядывающий из-за пышных зеленых холмов; мир продвинулся на скучные девяносто минут, пока Джей жил, умирал и снова оживал в глубине.

На пляже лежит кашалот. Не тот, что принадлежал Джею. Другой, поменьше, мёртвый. Это сбивает с толку лишь на мгновение. Вот почему на шоссе № 1 не было ни одного свободного парковочного места. Вот почему на этом конце пляжа собралась толпа. Почему здесь стоят ряды световых приборов, почему здесь стоит бульдозер.

До того как Джей прибыл сегодня утром, вероятно, прошлой ночью, кит выбросился на берег и умер. Учёные спустились, как муравьи: так поступают учёные. Невозможно изучить физиологию кита иначе, как провести вскрытие туши, прежде чем её придётся закопать, расчленить и отвезти на свалку или отбуксировать в море – лучший вариант: дать ей второй шанс стать «китовым падением.

Джей спросил у папы, почему киты выбрасываются на берег. Но никто не знает. Возможно, их эхолокацию сбивает подводный сонар. Возможно, это химическое загрязнение. Солнечные штормы. Токсичные водоросли. Ушные паразиты. Усиление хищничества со стороны косаток. Возможно, это изменение климата или что-то, выходящее за пределы нашего понимания: протест против того, что мы наделали с их миром.

Столько шума из-за одной смерти. Папа, в последние месяцы своей жизни, когда боролся с раком, с презрением отнесся бы к такому вниманию. Джей уверен, что выброшенный на берег кит получит свое «китовый падение. – Отдельная жизнь – не более чем искра. Взрыв – это всё, что следует за смертью, поколения отголосков. Каждый съеденный кусочек твоего тела, твоя мудрость, твоя доброта, твоё искусство – это ещё одна попытка достичь совершенства, шанс сделать всё правильно в этот раз, или в следующий, или в тот, что будет после.

Смерти нет.

Выброс на берег объясняет разнообразие людей, подбегающих к Джею со всех сторон, взбивая пену в прибое. Некоторые одеты в оранжевый Gore-Tex, латексные перчатки и защитные очки. Некоторые носят синие рубашки с короткими рукавами и кепки Dirty CGs. У некоторых есть знаки отличия: NOAA, NMFS, местная полиция. Другие в гражданской одежде – зеваки, которые всегда появляются при выбросах китов на берег, может быть, даже яхтсмены, услышавшие крик кита и предупредившие береговую команду, что что-то не так.

Сбрасывание одеяния: сердце кита выскальзывает из-под обнажённых ног Джея.

Он плывёт на спине, его несет по поверхности воды команда из шести человек. Океан окрашен в пурпурный цвет от крови и в жёлтый – от китового жира. Джей смотрит вниз на своё тело. Он похож на пластиковую куклу, брошенную в блендер вместе с костями и неопреном.

Джей думает о шрамах папы: детские шалости.

И представляет себе будущие татуировки, которые соединят его собственные шрамы воедино.

Хлопанье хвоста продолжается, заглушаемое всплесками ботинок в набегающих волнах. Больше никакого Heiliger Schauer. Наконец-то покой дайвера. Джей смотрит прямо вверх. Учёная смотрит вниз сквозь свои очки.

– Как тебя зовут, парень?

Он облизывает окровавленные губы. Не уверен, принадлежит ли он к тому же виду.

– Давай же. Как тебя зовут?

Он говорит? Или щелкает языком?

– Сделай мне огромное одолжение и скажи, как тебя зовут?

Некоторые священные книги заканчиваются вопросами. Но Джей никогда не был религиозен.

– Джей.

Женщина улыбается. У неё лицо как у Ангела.

– Привет, Джей. Я – Джой.

Да, это ты, – думает Джей.

– С тобой всё будет хорошо, Джей.

Да, будет, – думает Джей.

Факт: кашалоты спят меньше, чем любое другое млекопитающее на Земле.

Джей, сын Митта, сын кита, пойдёт по их стопам.

Его измученное тело подпрыгивает, когда один из людей, несущих его, делает первый твёрдый шаг на пляж. Твёрдая земля. Облачный пейзаж остался позади. Нет бездны. Только горы. Океан, поглощённый пляжем, поглощённый лесом, поглощённый дорогой, поглощённый лесом, проглоченный небом: путь переваривания, путь признательности. Каждый шаг существует благодаря милости того, что упало и сгнило перед ним.

Джей не нашёл останки своего папы.

Он и есть останки своего папы.

Наконец-то он дышит сонно.

Вся бухта приподнимается и затихает, доисторические скалы, отчаянные водоросли и резвящиеся морские обитатели выдыхают в унисон, как рефрен, – первые слова, которые Джей помнит из своей жизни, превратившиеся из жалобы разочарованного отца в вдохновение папы, испытания, с которыми Джею предстоит столкнуться прямо здесь, на голом пляже, а завтра – подключенным к трубкам в больнице, и послезавтра, и на следующий день, и каждый день, когда жизнь будет выбрасывать на его путь очередного кита. Припев состоит всего из двух слов: а мир – это запятая между ними.

3000 PSI

Спящий, пробудись!

БЛАГОДАРНОСТИ

Ричард Абате, Тара Альтебрандо, Венус Азар, Спенсер Бирд, Брайан Блисс, Стив Брезенофф, Ханна Каранде, Дэн Чаон, Фил Клапхэм, Чак Корси, Брайан Даффилд, Адриан Дюран, Джошуа Феррис, Майк Форд, Коннор Галлахер, Ребекка Гиггс, Стивен Хаддок, Дэниел Хэндлер, Кори Энн Хейду, Элизабет Хитти, Карлин Хиксон, Лара Хорстманн, Габино Иглесиас, Мелани Иглесиас, Закия Джамал, Стивен Грэм Джонс, П. Эндрю Карам, Дженнифер Кирни, Вирджиния Кемп, Оуэн Кинг, Фалон Кирби, Гретхен Косс, Аманда Краус, Джулия Леудтке, Джуди Мелинек, Кэрри Месробиан, Том Мустилл, Алисса Наттинг, Крейг Уэллетт, Хавьер Рамирес, Джой Рейденберг, Мэри Роуч, Грант Розенберг, Уилл Роуботам, Фил Саммет, Джулия Смит, Марта Стивенс, Михаил Тэкенс, Кристиан Триммер, Кэтрин Ульрих, Мэг Уокер, Бретт Уин, Пэт Вебстер, Михаил Верле, Хэл Уайтхед и Сара Зарр.

Вечером 9 ноября 2020 года я проводил время, соблюдая социальную дистанцию и мерзну, со своими друзьями Майком Фордом и Крейгом Уэллеттом. Поскольку мы стояли на чикагском пляже Джарвис – на том, что от него осталось после эрозии, – наш разговор зашел о ставшем вирусным видео с двумя каякершами, Джули Максорли и Лиз Коттриэл, которые едва не оказались в пасти выпрыгивающего из воды горбатого кита в заливе Сан-Луис-Обиспо, Калифорния.

Я посмотрел его на следующее утро. Это видео натолкнуло меня на другие легенды – ни одна из которых не выглядит правдоподобной – о людях, которых киты проглатывали заживо. Такие истории всплывают периодически; самая свежая из них связана с на короткое время прославившимся охотником за омарами Майклом Паккардом, которого 11 июня 2021 года в течение тридцати секунд проглотил горбатый кит. Любые заголовки, в которых утверждается, что Паккард или кто-либо другой был «проглочен, – вводят в заблуждение. Этих несчастных людей кит лишь – «лишь» – забирает в пасть, а затем выплевывает обратно в море.

Через час после просмотра видео с каякером я написал электронное письмо писательнице-документалистке Мэри Роуч, чтобы спросить, если она в каком-нибудь из своих неординарных интервью затрагивала возможность того, что кого-то буквально проглотил кит. Действительно, она затронула эту тему в своей книге «Глоток» и направила меня к своему источнику – Филу Клэпхэму, старшему научному сотруднику компании Seastar Scientific и бывшему директору Программы оценки и экологии китообразных в Национальной лаборатории морских млекопитающих в Сиэтле.

Фил рассказал мне, что, хотя горло большинства китов слишком узкое, чтобы пропустить человека, горло кашалота теоретически делает это возможным.

Он сразу же связал меня с Ларой Хорстманн, доцентом кафедры морской биологии Колледжа рыболовства и океанологии, и Джой Рейденберг, профессором анатомии Центра анатомии и функциональной морфологии Медицинской школы Икана при горе Синай. В ходе бесчисленных писем, телефонных и видеозвонков Фил, Лара и Джой – я прозвала их «китологами» – вложили всю свою творческую энергию в мою историю. Их экспертные знания составляют основу этого романа.

Вместе со специалистами по дайвингу, медузам, разложению тел и многим другим вопросам мои «китологи» помогли сделать эту книгу максимально точной с научной и биологической точки зрения – хотя, как они часто меня утешали, кашалоты остаются достаточно загадочными, чтобы позволить мне некоторую художественную свободу. Безусловно, самой спорной частью этого романа является идея о том, что гортань взрослого кашалота можно манипулировать так, чтобы он издал первобытный крик. Эта способность носит теоретический характер и вызывает споры. Однако эта идея настолько подходила к теме, что я не смог удержаться от того, чтобы включить её в роман.

Наконец, я хочу обратить внимание моих читателей, интересующихся наукой, на то, что я намеренно избегал выделения научных названий курсивом. Дело не только в том, что научный курсив вступал в противоречие с моим курсивом, используемым для выделения важных моментов, но и в том, что я стал рассматривать научную терминологию как особый язык и пожелал придать ей повышенный статус, не выделяя её курсивом.

Несколько особых благодарностей. Спенсер Бирд и Майк Форд впервые взяли меня с собой на подводное плавание с аквалангом, а Аманда Краус записывала наблюдения. Коннор Галлахер, профессиональный дайвер и видеооператор, помог мне выбрать пляж Монастери в качестве места действия книги и дважды снял на видео, как он сам совершал погружение Джея Гардинера к обрыву Кармельского каньона, оба раза избегая попадания в желудок кита. Джулия Леудтке помогла мне получить базовые знания о гортани (пусть и человеческой). П. Эндрю Карам проделал сложные вычисления, необходимые для реалистичного изображения взрыва в книге. Уилл Стахле создал яркую обложку. Кристиан Триммер редактировал эту книгу, как и многие мои предыдущие, с душой, чуткостью и проницательностью. Лучше него нет никого.

Восемь книг, которые всегда находились не дальше чем на два фута от меня, – это «Атлас анатомии дельфинов и китов» Стефана Хуггенбергера, Хельмута Оэльшлегера и Бруно Коцци; «Книга Ионы: комментарий о социальной справедливости» Шмули Янкловица; «Каннери-Роу» Джона Стейнбека; «Справочник сертифицированного дайвера» Клея Коулмана; «Фатхомы: мир в ките» Ребекки Гиггс; «Великий кашалот» Ричарда Эллиса; «Кашалоты: социальная эволюция в океане» Хэла Уайтхеда; и «Китовые, дельфины и морские свиньи: естественная история и определитель видов» Аннализы Берты.

Несмотря на такое изобилие научной поддержки, я не ученый. Этого нельзя подчеркнуть достаточно. Все технические ошибки в этой книге следует считать моими собственными.

More from the Author

The Death and Life of Zebulon Finch, Volume Two

The Death and Life of Zebulon Finch, Volume One

ABOUT THE AUTHOR

Daniel Kraus is the author of twenty novels and graphic novels. His posthumous collaboration with legendary filmmaker George A. Romero, The Living Dead, was acclaimed by the New York Times and the Washington Post. With Guillermo del Toro, he coauthored the New York Times best-selling The Shape of Water, based on the same idea the two created for the Oscar-winning film. His other work for adults includes Blood Sugar, The Ghost That Ate Us, Wrath (with Shäron Moalem), and The Autumnal (with art by Chris Shehan). His work has been translated into more than twenty languages. He lives with his wife in Chicago, Illinois. Visit him at danielkraus.com.

SimonandSchuster.com

www.SimonandSchuster.com/Authors/Daniel-Kraus

@AtriaBooks @AtriaBooks @AtriaBooks

We hope you enjoyed reading this Simon & Schuster ebook.

Get a FREE ebook when you join our mailing list. Plus, get updates on new releases, deals, recommended reads, and more from Simon & Schuster. Click below to sign up and see terms and conditions.

CLICK HERE TO SIGN UP

Already a subscriber? Provide your email again so we can register this ebook and send you more of what you like to read. You will continue to receive exclusive offers in your inbox.

RESOURCES

If you have lost a loved one to suicide, or know someone who has, you can find information about the American Foundation for Suicide Prevention’s Healing Conversations program, International Survivors of Suicide Loss Day, and a listing of suicide loss support groups at afsp.org/get-help.

If you are in distress or want guidance on how to help someone who is, and live in the United States, you can find a complete list of crisis services, including specialized support for LGBTQ+ and underrepresented communities, at afsp.org/get-help. These resources include:

988 Suicide & Crisis Lifeline: Call 988, or visit 988lifeline.org.

Crisis Text Line: Text HOME to 741741 or visit crisistextline.org.

Seize the Awkward: This site empowers teens and young adults to reach out to and support their friends. Visit seizetheawkward.org.

Veterans Crisis Line: Reach caring, qualified responders with the Department of Veterans Affairs. Call 800-273-8255 and press 1, or visit veteranscrisisline.net.

You are also encouraged to connect with one of the American Foundation for Suicide Prevention’s local chapters to find out about resources and events in your area, and to connect with others who understand at afsp.org/find-a-local-chapter/.

If you or someone you know is struggling with mental health, please visit mentalhealthishealth.us for resources and support.

An Imprint of Simon & Schuster, Inc.

1230 Avenue of the Americas

New York, NY 10020

www.SimonandSchuster.com

This book is a work of fiction. Any references to historical events, real people, or real places are used fictitiously. Other names, characters, places, and events are products of the author’s imagination, and any resemblance to actual events or places or persons, living or dead, is entirely coincidental.

Copyright © 2023 by Daniel Kraus

MTV Entertainment Studios and all related titles, logos, and characters are trademarks of Viacom International Inc.

All rights reserved, including the right to reproduce this book or portions thereof in any form whatsoever. For information, address Atria Books Subsidiary Rights Department, 1230 Avenue of the Americas, New York, NY 10020.

First MTV Books/Atria Books hardcover edition August 2023

and colophon are registered trademarks of Simon & Schuster, Inc.

For information about special discounts for bulk purchases, please contact Simon & Schuster Special Sales at 1-866-506-1949 or business@simonandschuster.com.

The Simon & Schuster Speakers Bureau can bring authors to your live event. For more information or to book an event, contact the Simon & Schuster Speakers Bureau at 1-866-248-3049 or visit our website at www.simonspeakers.com.

Interior design by Jill Putorti

Jacket art by Will Staehle

Jacket illustration by Will Staehle

Jacket illustration © 2023 by Viacom International Inc.

Library of Congress Cataloging-in-Publication Data

Names: Kraus, Daniel, 1975–author.

Title: Whalefall : a novel / Daniel Kraus.

Description: First MTV Books/Atria Books hardcover edition. | New York : MTV Entertainment Books, 2023.

Identifiers: LCCN 2022059573 (print) | LCCN 2022059574 (ebook) | ISBN 9781665918169 (hardcover) | ISBN 9781665918176 (paperback) | ISBN 9781665918183 (ebook)

Subjects: LCGFT: Thrillers (Fiction) | Novels.

Classification: LCC PS3611.R3757 W53 2023 (print) | LCC PS3611.R3757 (ebook) | DDC 813.6–dc23/eng/20221213

LC record available at https://lccn.loc.gov/2022059573

LC ebook record available at https://lccn.loc.gov/2022059574

ISBN 978-1-6659-1816-9

ISBN 978-1-6659-1818-3 (ebook)