Текст книги "Книжный бойфренд (ЛП)"
Автор книги: Дана Джей
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 16 страниц)
30
РОЗМАРИ
Несколько часов спустя я лежу на кровати, устремив взгляд в потолок.
Сон?
Невозможно.
Мой разум переполнен, я слишком взбудоражена, чтобы даже мыслить о сне. Вокруг царит тишина. В коттедже тепло и уютно, а в коридоре мягко светит лампа.
Вэйл отвез меня домой. Он не остался – у него были срочные дела.
В ушах до сих пор звенит, и хотя я приняла душ, чтобы смыть запах секса, его присутствие все еще ощутимо. Его прикосновения словно танцуют на моей коже, словно он все еще рядом.
Его слова эхом отдаются в голове: – Ты принадлежишь мне.
Это не было откровением. Это был факт, который он давно для себя решил. Я не знаю, как к этому относиться – как к чему-то притягательному или безумному. Возможно, и то, и другое.
Я переворачиваюсь на бок, но сон по-прежнему не идет. Тело устало, но разум бодрствует. То, как он смотрел на меня – требовательно и собственнически… Покалывание на коже, тепло, которое он оставил после себя. Кажется, будто он все еще здесь.
Каждый вздох напоминает о нем.
Я медленно поднимаюсь, пытаясь отвлечься от нахлынувших эмоций, и иду на кухню. Включаю чайник, наполняя его водой. Тихое жужжание плиты заполняет комнату, пока я завариваю ромашковый чай. Может быть, это поможет уснуть и успокоит бурю внутри меня.
Мой взгляд падает на розы, которые я оставила на кухонном столе. Две розы.
Одна уже сбросила все лепестки, остался лишь голый стебель. Другая еще держится – ее лепестки поникли, но они на месте. Борются.
Вэйл…
Не знаю, что тревожит меня больше: его невероятное влияние или то, что я сама этого хочу. Возможно, именно в этом и кроется проблема. Дело не только в том, что я отдаю ему так много себя, но и в том, что я не желаю ничего менять. Я позволяю этому происходить. Позволяю ему завладеть частью моей души, не требуя ничего взамен.
И что самое страшное в этой ситуации?
Я действительно этого хочу. Мне хочется, чтобы он заполнил ту пустоту внутри меня, даже понимая, что это ведет меня в направлении, которое я не в силах контролировать.
Этот вечер пробудил во мне нечто новое – тоску по тому, о чем я даже не подозревала. И я должна быть предельно осторожной, потому что любовь – опасное чувство. Она словно острый клинок: может защитить, а может и уничтожить. Одно неверное движение, слишком глубокий порез – и душа будет кровоточить вечно, оставив неизгладимый след.
31
РОЗМАРИ
Прошло несколько дней с последней встречи с Вэйлом, и я не могу отрицать – я скучаю по нему. Тот вечер был потрясающим, он появился именно тогда, когда я отчаянно в нем нуждалась. В нем есть что-то такое, что неудержимо влечет меня к нему.
Я хочу узнать его лучше, понять все грани его характера, его сильные и слабые стороны.
Но как это сделать?
Я улыбаюсь, осознавая, что превратилась в героиню собственных книг – наивную девушку, жаждущую узнать больше о мужчине, от которого следовало бы держаться подальше. С таким же успехом он мог оказаться серийным убийцей.
Погруженная в мысли, закрываю ноутбук. Я приехала в лес, чтобы отвлечься, привести в порядок голову и наконец преодолеть творческий кризис. Но вместо ясности мысли стали еще более запутанными. Я чувствую, как отдаляюсь от самой себя.
Как можно так страстно желать близости с человеком, которого едва знаешь? Как получилось, что Вэйл уже так глубоко проник в подсознание? Кому-кому, а мне следовало быть осторожнее.
Я – автор темных романов, досконально изучившая психологию таких мужчин. Моя работа – проникать в их разум, видеть насквозь каждое движение и намерение, облекать их мысли в слова. И вот теперь я сама поддаюсь очарованию.
Мне следовало понимать, насколько опасным может быть подобное влечение. Я должна была знать, что мужчина вроде Вэйла способен одним взглядом заставить тебя есть из его рук и тянуться к нему, даже чувствуя угрозу. Неужели я просто нашла своего книжного бойфренда? Или Вэйл – мужчина, чье мощное доминирование создает вокруг него некое магнитное поле?
Прежде чем еще глубже погрузиться в пучину размышлений и терзаний над вопросами без ответов, я решаю выпить последнюю чашку кофе за вечер. Возможно, это успокоит нервы и подарит душевное равновесие, необходимое для сна без тысячи мыслей, кружащихся в голове.
Я беру телефон с дивана, открываю приложение соцсетей и направляюсь на кухню. Включаю кофемашину и ополаскиваю чашку. Знакомый звук перемалывания зерен наполняет тишину, пока я листаю ленту в надежде найти что-то, что поможет отвлечься.
Как обычно, вижу лишь привычные, жестокие сообщения, мелькающие на экране. Мир словно окутан бесконечной тьмой.
Вздохнув, переключаюсь на комментарии к последним постам и начинаю читать. Несмотря на привычность ситуации, дружелюбные послания читателей вызывают улыбку.
Удивительно, как слова, написанные незнакомцами за экраном, способны пробуждать столь сильные эмоции. Они могут и воодушевить, и погрузить в бездну отчаяния. Не раз я была готова бросить писательство из-за жестоких комментариев.
Эти слова обладают силой, о которой я даже не подозревала. Они заставляют сомневаться в себе, превращают любимое дело в тяжкий, бессмысленный труд. Но так же есть мое сообщество – оно вновь и вновь защищает меня, одаряя такой любовью, что она затмевает ненависть и придает новые силы.
Покачав головой, кладу телефон на кухонный стол и наливаю свежий кофе. Прислоняюсь к столешнице и вдыхаю аромат – он успокаивает чувства, на миг прогоняя остатки тревоги. Поднимаю чашку, готовлюсь сделать первый глоток, и тут краем глаза замечаю что-то промелькнувшее за окном.
Сердце замирает.
Чувствую холодное присутствие – словно кто-то смотрит сквозь стекло. Шею покалывает от страха, но я не могу пошевелиться. Стою неподвижно, как статуя, не решаясь обернуться. Яркий свет, который я только что видела, теперь льется в окно прямо за моей спиной. По спине пробегает ледяная дрожь, дыхание перехватывает.
Медленно тянусь за телефоном на краю столешницы – руки дрожат, движения предельно осторожны. Включаю камеру и переключаюсь на режим селфи, поскольку не хватает смелости обернуться.
На экране появляется мое испуганное лицо – глаза расширены от ужаса, в них читается нескрываемая паника. Осторожно перемещаю камеру, чуть поворачивая ее, чтобы взглянуть за спину – и вижу ее, маску. Прямо перед окном. Светодиодные лампы – ярко-розовые и белые, мерцают в такт моему участившемуся пульсу. Рот маски… закрыт, словно зашитый наглухо.
Кровь стынет в жилах.
Изо всех сил стараюсь успокоить дыхание, но чувствую, как дрожат руки, видя, как подрагивает изображение на экране. Все внутри меня вопит, требуя бежать, но ноги будто парализовало.
За окном – мужчина, так близко, что видно, как от его дыхания запотевает стекло.
Леденящий ужас пронизывает до самого нутра.
– Боже мой! – вскрикиваю я в ужасе, и в этот момент чашка выскальзывает из рук. Горячий кофе обжигает ногу.
– Ах! – острая боль заставляет съежиться, но даже она не заглушает бешеный стук сердца. – Нет… Черт, как больно! – слова с трудом вырываются из горла, голос дрожит от страха.
На глаза наворачиваются слезы. Но когда я снова смотрю в окно, маска исчезла. Инстинктивно я кричу о помощи, понимая, что здесь меня никто не услышит. И единственное имя, которое срывается с губ – это Вэйл.
Любовь – это нечто, что не каждому дано понять и прочувствовать. Вы можете попытаться разобраться в ней или же оставить попытки, рискуя остаться в неведении.
32
ВЭЙЛ
Я так и знал. Ее страх привел ее именно туда, куда я хотел – прямо в мои объятия. Чувство победы наполняет меня, когда я бесшумно отступаю от окна и растворяюсь в ночной темноте. Мое убежище находится неподалеку и идеально подготовлено для этого момента.
– Мне так жаль, моя королева, – шепчу я, почти ласково, возвращаясь обратно. – Но эта мера была необходима. У меня не было выбора. Я должен был убедиться, что тебе нужна моя помощь…
Меня пронзает легкое сожаление, когда я вспоминаю ее испуганное лицо в тот момент, когда она поняла, что не одна. Что я здесь. Мне жаль – пусть даже чуть-чуть. Но я ничего не могу с этим поделать. Это необходимо. Неизбежно. Она должна понять, что я единственный, кто может по-настоящему ее защитить.
Оказавшись на месте, я медленно снимаю маску и несколько мгновений смотрю на нее. На меня в ответ глядит пустое, холодное лицо. Странное чувство пробегает по коже – не страх, а удовлетворение. Я аккуратно кладу маску туда, где ее никто не найдет, и позволяю тишине окутать меня.
Я жду. В глубине души я знаю – все идет по плану. Она отреагирует. Но время тянется.
И вот наконец это происходит. Мелодия моего телефона разрывает тишину. Я даю ему прозвонить пару раз, прежде чем ответить, стараясь говорить максимально спокойно: – Алло?
– Вэйл? – От ее голоса у меня бегут мурашки. Когда она произносит мое имя… Боже, вот что такое рай.
– Розмари? Все в порядке? – невинно спрашиваю я, будто не в курсе, отчего она сейчас напугана.
– Вэйл… ты можешь… – всхлипывает она. Ее дрожащий голос – мелодия, которую мне хочется слушать ежедневно.
– В чем дело? Почему ты плачешь?
– Ты можешь приехать ко мне, пожалуйста? Я… У моего окна стоял мужчина, – говорит она, и в ее голосе слышится неподдельный страх.
– Что? – в моем тоне звучит больше удивления, чем я чувствую на самом деле. – О чем ты говоришь?
Внутри меня теплится некое подобие сожаления, но я отбрасываю эти чувства. Мне необходимо, чтобы Розмари нуждалась во мне.
– Пожалуйста, приезжай. Мне страшно, – шепчет она.
– Хорошо, – отвечаю я, стараясь звучать успокаивающе. – Проверь, чтобы все двери были заперты. Я скоро буду, обещаю.
– Прошу, поторопись, – умоляет она перед тем, как мы оба завершаем звонок.
Легкая улыбка касается моих губ.
Вот видишь, Розмари? Я тебе нужен. Ты хочешь, чтобы я был рядом и защищал тебя. Иначе зачем бы ты позвонила мне, а не в полицию? Потому что ты мне доверяешь. В глубине души ты знаешь – я тот, кто никогда не предаст.
Она верит, что я пройду ради нее через огонь и не сгорю. Именно это я и намерен сделать.
Ей нужен был сталкер? Она его получила.
Она мечтала о герое, который защитит ее от монстров?
И это она тоже получит.
Вот только этот герой – и есть монстр, готовый оградить ее от чужих взглядов, прикосновений и слов. Я – и то, и другое. Тот, кто защищает, и тот, кто никогда не отпустит.
Я неторопливо толкаю мотоцикл по дороге, пока не убеждаюсь, что она не услышит рева мотора. Лишь тогда завожу его и направляюсь в противоположную сторону.
Пока я пробираюсь сквозь ночную тьму, одна мысль затмевает все остальные – она. Я уже представляю, как она лежит, дрожа в моих объятиях, как ищет утешения и защиты, желая, чтобы я укрыл ее от всего этого зла. И именно это я намерен ей дать. Никто и ничто не приблизится к ней слишком близко пока я жив. Я готов на все ради нее: убить, умереть, выживать.
Но я не буду единственным, кто испытывает подобные чувства. Нет. Розмари растворится во мне так же, как я растворяюсь в ней. Когда она закроет глаза, я буду единственным, кого она увидит. Когда ее рука коснется ее киски, она будет желать моих прикосновений. Она полюбит меня настолько сильно, что не сможет прожить без меня ни мгновения.
Это неизбежно – другого пути нет.
После нескольких кругов по одной и той же дороге, словно неприкаянный бродяга, я наконец завожу мотоцикл на ее подъездной дорожке. Едва она слышит рев двигателя, как тут же открывает дверь.
Она ждала меня с таким нетерпением. В ночной темноте я различаю лишь силуэт ее тела, но это еще не все. Я чувствую ее облегчение – именно этого я и добивался.
Я нужен ей, она жаждет меня.
Снимаю шлем и слезаю с мотоцикла. Теперь она наконец понимает: я – единственный, кто по-настоящему рядом, кто поддержит ее, когда все рушится.
Единственный, кого она когда либо будет желать.
33
РОЗМАРИ
Я застыла на месте, будучи не в силах пошевелиться. Тишина тянулась бесконечно, нервы были натянуты как струна. Едва я собралась снова набрать его номер, как вдалеке раздался знакомый рев мотоцикла – он становился все громче, пока не затих у самого дома.
– Слава Богу! – выдохнула я.
С бешено колотящимся сердцем я бросилась к двери и распахнула ее, как только мотоцикл остановился. Это был он – Вэйл. На его шлеме отражался холодный свет ночного неба. Когда он снял шлем, все напряжение разом исчезло.
Наши взгляды встретились. В его темных, бездонных глазах я увидела то, чего так отчаянно жаждала: защиту, тепло, понимание. Он слез с мотоцикла, шагнул ко мне и, не произнеся ни слова, раскрыл объятия.
Все мои барьеры рухнули.
Меня мгновенно окутало чувство безопасности, словно рядом с ним никто и ничто не могло причинить вреда. Страх отступил, а вместе с ним из глаз невольно потекли слезы.
– Эй, не плачь, – шепчет он. – Я здесь. С тобой ничего не случится, обещаю. – Его руки притягивают меня ближе, и он нежно утыкается носом в мои волосы. Я обнимаю его так крепко, будто больше никогда не хочу его отпускать.
– Я проверю, нет ли здесь кого-нибудь еще, – наконец говорит он, осторожно высвобождаясь из моих объятий. – Иди в дом и подожди меня там.
Я торопливо мотаю головой, пытаясь удержать его.
– Я скоро вернусь, – мягко говорит он и исчезает за коттеджем, прежде чем я успеваю возразить.
Каждая секунда тянется бесконечно. Я слышу только стук собственного сердца, а по коже пробежал холодок.
И вот он появляется снова, его поза расслаблена.
– Там никого нет, – успокаивает он. – Наверное, подростки решили пошутить.
Я ищу в его лице уверенность, знак, способный развеять страх. Он отвечает мне взглядом, и легкая ободряющая улыбка касается его губ, когда он нежно целует меня в лоб.
– Пойдем, – он кладет руку мне на спину. – Ты замерзла.
Вэйл мягко направляет меня к двери, и уже само тепло его прикосновения помогает немного унять этот ужас.
Из груди вырывается болезненный стон, и он тут же замирает.
– Что случилось? Я сделал тебе больно? – в его голосе слышится искренняя тревога.
– Нет… Просто я так испугалась, когда увидела эту маску, – объясняю я, опуская глаза, – и уронила чашку с горячим кофе.
Что-то меняется в выражении его лица. Нечто такое, что я с трудом могу определить. Если бы я не знала его лучше, могла бы подумать, что он чувствует вину.
Но прежде чем я успеваю об этом задуматься, он без слов наклоняется и крепко обнимает меня.
– Тебе не нужно меня нести. Я могу… – начинаю я, но не успеваю закончить – он прерывает меня поцелуем.
Внезапно весь страх рассеивается, а в животе начинают порхать бабочки. Его губы такие теплые, такие успокаивающие. Не раздумывая, я обхватываю его шею, притягивая его ближе, и пытаюсь углубить поцелуй. Но он мягко отстраняется, хотя в его глазах горит огонек.
– Сначала нужно позаботиться о твоей ноге, – он подмигивает. – А там посмотрим.
– Я просто хотела поприветствовать тебя должным образом.
Вэйл несет меня к дивану и бережно усаживает. На мгновение исчезает на кухне и возвращается с пакетом со льдом. Он опускается передо мной на одно колено, и я не могу сдержать улыбку.
– Прямо как предложение руки и сердца, – мелькает шутливая мысль.
Держа холодный компресс, он осторожно прикладывает его к обожженной ноге. Ощущение его близости и его рук, нежно касающихся моей лодыжки – все это заставляет мир вокруг расплываться.
– Может быть немного больно, детка, – шепчет он, и от этого слова у меня по спине пробегает дрожь. Его голос такой успокаивающий, но при этом будит во мне целую бурю чувств.
С нежностью, которая заставляет мое сердце трепетать, он снимает с моей ноги носок и отбрасывает его в сторону. Сейчас для него существует только моя боль. Я не могу не наблюдать за ним – за выражением его лица, за каждым движением. Его губы изгибаются в улыбке, когда он замечает мой изучающий взгляд.
Как я смогу жить без этого чувства защищенности, когда он уйдет?
Я осознаю, насколько сильно мне нравится быть рядом с ним. Я слишком сильно увлечена. Его прикосновения, его аромат – все это с такой легкостью разгоняет мои страхи.
Боже, что со мной происходит?
Прежде чем я успеваю глубже погрузиться в эти мысли, ногу пронзает острая боль, когда он осторожно очищает ее от остатков кофе и прикладывает холодный компресс. Его лицо сосредоточено, прикосновения одновременно нежны и уверенны. Он так заботлив. Кто еще из мужчин примчится к женщине посреди ночи, рискуя собственной безопасностью?
Но он здесь.
– Вэйл? – шепчу я, и мой голос звучит уязвимее, чем хотелось бы.
– М-м?
Он медленно наклоняется, его нос почти касается моего, а теплое дыхание ласкает кожу. Он так близко, что я ощущаю каждую мимику. Напряженность в его глазах подобна бушующему шторму, который затягивает меня в водоворот. Я чувствую себя беззащитной, полностью в его власти. Он притягивает меня своими чарами, прижимая к себе так крепко, что весь мир вокруг растворяется. Все мысли исчезают, страхи отступают. Есть только он и я – и понимание, что, возможно, я никогда больше не позволю другому мужчине подойти ко мне слишком близко.
– Зачем ты пришел? – голос предательски дрожит.
– Потому что ты попросила, – он проводит пальцами по моей щеке.
– Знаю, – шепчу я. – Я имею в виду… Я же говорила тебе, что за мной кто-то следит. Как ты мог быть уверен, что он не поджидает тебя с оружием? – Я сжимаю губы, жадно ловя каждое его слово. Бабочки в животе никак не унимаются, порхая все сильнее. Тело начинает дрожать от прохладного ночного воздуха, но Вэйл реагирует моментально. Он усаживает меня к себе на колени. Его ладони нежно охватывают мое лицо, большие пальцы ласково гладят щеки. От одного этого прикосновения сердце начинает биться чаще.
О Боже, Розмари, ты влюбляешься!
– Мне все равно, кто там меня ждет, – шепчет он, заправляя прядь волос мне за ухо. – Твоя безопасность для меня важнее всего на свете. Я говорил тебе: ты моя, а я оберегаю то, что принадлежит мне.
Его слова пронзают меня насквозь. Он произносит их с такой легкостью, но они обрушиваются на меня, словно лавина.
Разве он не понимает, что делает с женщиной?
– Вэйл, перестань, – шепчу я, прижимаясь лбом к его лбу. – Я не хочу ложных надежд. – Заставляю себя посмотреть ему в глаза, отчаянно пытаясь защититься от очевидного. – Что будет, когда я вернусь домой?
Нужно остановиться прямо сейчас, пока все не зашло слишком далеко и пока мое сердце окончательно не разбилось.
Он удерживает мой взгляд и несколько мгновений молчит. Потом притягивает меня еще ближе.
– А что должно произойти? Если ты захочешь, чтобы я был рядом, так и будет. Розмари, что бы ты ни сделала, я последую за тобой на край света. Я твой, а ты – моя.
Не отвечая, я обнимаю его и целую. Вкладываю в этот поцелуй все невысказанные слова, каждое чувство, которое испытываю к нему, но не решаюсь произнести вслух. Надеюсь, он поймет.
Мне все равно, даже если я слепо бегу к катастрофе. Неважно, что это может быть слишком рано и необдуманно. Сердце хочет того, чего оно хочет. А мое желает его.
Собрав все свое мужество, я отстраняюсь и снова прижимаюсь лбом к его лбу.
– Кажется, я влюбилась в тебя, – шепчу я, и Вэйл мгновенно отстраняется. Его глаза расширяются от изумления. Но удивление быстро исчезает, сменяясь теплой, искренней улыбкой, от которой у меня замирает сердце.
– Моя малышка… Я тоже без памяти влюблен в тебя.
Прежде чем я успеваю что-то сказать, он притягивает меня к себе, и наши губы снова сливаются в поцелуе. Во мне словно взрывается целый мир – все чувства, о существовании которых я даже не подозревала, прорываются наружу, словно прорванная плотина.
Меня переполняют любовь, защищенность и ощущение абсолютного счастья. Он делает меня целостной, заполняя пустоту, о глубине которой я даже не подозревала.
Он снова отстраняется, смотрит мне в глаза и нежно целует в нос.
– Мы никуда не спешим, – шепчет он. – И мы пропустили несколько важных этапов.
– Ты прав, давай посмотрим фильм, – предлагаю я, указывая на пульт, лежащий на столе, и снова прижимаюсь к нему.
Он наклоняется, держа меня на коленях, берет пульт и выбирает фильм. Мы лежим, тесно прижавшись друг к другу на диване. Хотя мы собирались смотреть кино, наши губы постоянно ищут друг друга, словно не могут насытиться. Мы целуемся, смеемся, и не успеваю я оглянуться, как уже почти засыпаю у него на коленях.
– Давай я отнесу тебя в постель, – шепчет он, и меня мгновенно охватывает страх. Я не хочу, чтобы он уходил. Не хочу, чтобы он меня отпускал.
– Ты не можешь остаться со мной? – робко спрашиваю я, и на его губах появляется нежная улыбка.
– Я останусь столько, сколько ты захочешь. Меня ничто не держит.
Улыбка расцветает на моем лице, и я оставляю еще один трепетный поцелуй на его губах, прежде чем направиться в спальню.
Там он бережно укладывает меня на кровать – его движения исполнены такой заботы, словно я нечто бесценное. Он раздевается, оставляя только боксеры, и прижимается ко мне – его тепло такое знакомое и успокаивающее.
– Спокойной ночи, детка, – бормочет он, крепко обнимая меня за талию.
Моя голова покоится у него на груди, и мирный ритм его сердцебиения медленно убаюкивает. Постепенно я расслабляюсь, растворяясь в ночной тишине. С каждым ударом его сердца я становлюсь все спокойнее, пока наконец не погружаюсь в глубокий сон – в полной безопасности, в его надежных объятиях.
