Текст книги "Грум-заступник. Тайны Брушвитца (СИ)"

Автор книги: Дан Гришин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 14 страниц)

По пути на второй этаж Грум вкратце успел рассказать Лиорику о нападении разбойников на дом старосты, а также про солдат капитана, которые отправились назад в Брушвитц вместе с пленниками, но почему-то не были встречены по дороге – огр пока что придержал обвинения в измене при себе, наблюдая странную реакцию командира. Лиорик слушал молча, сдержанно восприняв информацию. Войдя в кабинет, он рассадил гостей у письменного стола, уселся сам в кресло, а потом, тяжело вздохнув, наконец-то заговорил, стыдливо отводя глаза в сторону:

– Моя честь вновь замарана позором. Люди, под моим предводительством, плохо обучены военному делу, да и дисциплина хромает. Такие солдаты не достойны называться воинами Лейкленда, и вверенная мне граница под защитой только с виду. Я признаю свою вину – мало уделял времени подготовке бойцов, пустил всё по течению. Не важный из меня командир, даже обеспечить конвой пленных не способен… Ваш труд снова канул в пустоту, и я несу за то ответ.

– Что ты имеешь в виду? – недоумевал Грум.

– Грегор и остальные разбойники сбежали, – негромко произнёс капитан.

– Откуда тебе об этом известно? – нахмурился огр.

– Один из моих солдат вчера вернулся. Он и рассказал, что пленникам как-то удалось развязаться во время привала, а затем они напали на конвоиров. Трое моих бойцов погибло, и лишь одному чудом удалось избежать той же участи.

– Дай-ка угадаю, – прищурился Грум, – имя этого чудом выжившего – Сол?

Теперь уже Лиорик уставился на огра пребывая в изумлении:

– Как угадал?

Здоровяк хмыкнул, откинулся на спинку кресла и, не обращая внимания на какой-то треск под собой, ответил уверенным голосом:

– Это он помог бежать разбойникам. Убил своих товарищей и освободил пленников.

Глаза капитана округлились. Выдержав паузу, он недоверчиво произнёс:

– Какие у тебя доказательства? Сол сам был ранен, и отступил он оправданно – иначе тоже лежал бы рядом с другими, а мы о том и не знали бы.

– А ты раньше не замечал за ним странностей?

– Каких, например?

– Может, вёл себя подозрительно, проявлял чрезмерное любопытство, болтал лишнего.

– Да ничего такого, – пожал плечами Лиорик. – Молчаливый всегда, сам себе на уме. Но поручения выполнял исправно – более мне от него и ненужно было.

– А с тем дезертиром, Боровом – приятельствовал?

– Кажется, особой дружбы между ними не замечал. Боров был весельчак, пьяница и пройдоха. Много я на него терпения истратил. Когда же принялся тайно имущество гарнизона продавать – я приказал его выпороть, посадил в клетку и лишил трёхмесячного жалования. Когда же выпустил спустя седмицу, он на первой ночной вахте и сбежал, прихватив с собой оружие и личные вещи нескольких бойцов. Сол совсем же отличается от Борова, как курица от собаки – ничего общего. Между такими людьми не бывает дружбы. В ком, а в Соле я всегда был уверен, потому и назначил его своим подручным – в основном, за гонца у меня служит.

– Вспомни тот день, когда ты поручил ему сопроводить нас к стоянке торговцев, на которую напал механоид – вернулся ли он тогда вовремя на заставу?

– Хм, – задумчиво почесал затылок капитан. – Должен был к вечеру воротиться, но вернулся под утро следующего дня. Пояснил тем, что на обратном пути к бабёнке своей заглянул. Я, конечно же, тогда наказал его внеочередным нарядом на кухню. Но подобное частенько случается у нас – то в трактире напьются до беспамятства, забыв, какой уже день, то в городскую темницу попадут за драку, то к женской сиське прилипнут, не желая отрываться. Понять-то их можно – скучно сидеть на заставе, а вольную получают раз-два в месяц. Так к чему, собственно, был твой вопрос?

– К тому, что барон со своей дружиной заявился в аккурат после нашего возвращения к пограничному гарнизону, зная, где мы с Кьяртом находимся. До этого никто не мог донести на нас.

– Да, – Лиорик сосредоточил взгляд на столешнице, складывая события воедино, – понимаю, куда ты клонишь. Сол мог поскакать в Брушвитц, чтобы осведомить барона. Эрих прибыл ко мне действительно зная, где вас искать. По времени тоже всё совпадает. – Капитан сжал кулаки, еле слышно продолжив: – Неужели этот гад осмелился убить своих товарищей по оружию?

– Предлагаю позвать его сюда и спросить прямо.

Лиорик перевёл взгляд на огра, одобрительно кивнул, а затем направился к выходу из кабинета. Открыл дверь, кликнул кого-то из солдат, отдал приказ арестовать Сола и доставить к нему. После этого капитан шагнул к окну, задумчиво воззрившись вдаль. Он заложил руки за спину, нервно покачиваясь с пятки на носок.

Глава 18

Безоружного, одетого лишь в исподнее бельё Сола завели в кабинет. Увидев огра, он тут же попятился назад, уперевшись спиной в стоящих позади него солдат. Замерев на месте, Сол растерянным взглядом пробежался по лицам присутствующих: капитан смотрел на подопечного ненавистным взглядом, огр казался безразличным к происходящему, а крысолюд с парнем наблюдали с выраженным интересом.

Грум поднялся с кресла и пальцем поманил арестованного к себе, но тот не шевельнулся. Тогда солдаты схватили Сола за руки и поволокли его к столу, усадив затем в указанное огром кресло, на котором здоровяк только что сидел сам. Потом Грум обошёл остолбеневшего человека за спину и положил тому на плечи свои тяжёлые ладони. Лиорик же кивком повелел солдатам покинуть кабинет и, дождавшись, когда те закроют за собой дверь, вернулся на своё место за столом. Капитан уставился на бойца суровым взором и, с нотками гнева в голосе, впервые нарушил безмолвную тишину:

– Сам расскажешь правду, или тебе помочь?

Потупив взгляд, Сол ответил подавленным тоном:

– Я не понимаю, в чём повинен.

– Ты убил своих товарищей! – не выдержал Лиорик, приподнявшись на ногах. – Отпустил пленных и наврал про побег!

Не подымая глаз, арестованный отрицательно потряс головой:

– Нет, они сами высвободились. Я… я был ранен.

– Куда ты был ранен? – поинтересовался Грум.

– Левая рука, – ответил за того капитан. – Говорил, что в него бросили нож.

Огр одним резким движением оторвал от светло-серой рубахи допрашиваемого рукав, обнаружив наложенную на предплечье пропитанную кровью повязку. Быстро размотав бинты, Грум осмотрел рану, а затем огласил вердикт:

– Ерунда. Лезвие аккуратно прошло под кожу, не повредив даже мышцу. Таких повреждений в бою не бывает – он сам себя пырнул.

– Что ты на это ответишь, а?! – подался вперёд капитан.

– Может, и сам, – негромко признался Сол, – но их было трое, а я один. Да, я испугался – запрыгнул на коня и удрал, а потом сам себя проткнул ножом, чтобы оправдаться. Но я никого не убивал и не предавал. Моя вина в том, что я трус, и я готов за свой проступок понести наказание.

– Не предавал?! – взбеленился командир. – А как же твои доносы барону Эриху, который намеревался свергнуть нашего герцога?!

– Неправда, – вновь помотал головой арестованный. – Меня оклеветали.

– Тогда зачем ты ездил в Брушвитц, после того, как показал Груму место налёта на торговый караван?! – наседал Лиорик.

Сол от удивления слегка дёрнулся и мельком взглянул на капитана, но только на мгновение, так как снова опустил глаза, спокойным тоном ответив:

– Я уже пояснял – наведывался к своей женщине.

– Она что, прислуживает в замке?! Так назови её имя – пусть подтвердит твои слова!

Допрашиваемый занервничал, покусывая нижнюю губу, а затем неубедительно произнёс:

– Я не был в замке.

– Думаешь, мне будет сложно найти свидетелей?! Тебя ведь видели стражники, да и сам барон вряд ли станет спасать твою шкуру – сразу расскажет, ему уже терять нечего!

Сол промолчал, с обречённым видом взирая на пол под ногами.

– Давай-ка я с ним побеседую, по-своему, – предложил Грум, хлопнув арестованному по плечу – тот от неожиданности подпрыгнул в кресле.

– Он у тебя и слова не успеет проронить, – упрекнул огра Лиорик, после чего снова обратился к подопечному, уже более умиротворённо: – Признайся во всём, облегчи душу. Докажи, что ты мужчина, и тогда я позволю тебе умереть воином. Иначе – подохнешь на виселице, с позором, у всего города на виду, на потеху толпе. Не упусти этот шанс.

Было видно, что допрашиваемый колеблется. В его разуме сейчас происходила борьба – сознаться в преступлениях, чтобы уйти из жизни достойно, или же продолжить отрекаться от обвинений и надеяться на чудо. Спустя несколько мгновений, он вновь обрёл невозмутимый вид, принявшись отстаивать изначальную позицию:

– Я не убивал, не предавал и никому ничего не доносил. Меня оговорили, подставили. Я всегда был верен Его Светлости Вэнсу Дармеда и остаюсь таким поныне. – Сол поднял голову, уверенно посмотрев командиру в глаза: – Не верьте лживым языкам, вас хотят одурачить. – Он скосился на стоявшего позади огра. – Настоящие враги близко, это они сеют смуту в наших рядах.

– Ты на кого намекаешь, гадина?! – вскочил с табурета крысолюд, видевший со своего места, как арестованный финтит глазами. – Да я тебя сейчас…

– Тихо, Кьярт! – прикрикнул Грум. – Чего вспылил?

– Он на тебя зенками указывал!

– Хватит! – вмешался Лиорик. – На сегодня разговоров достаточно.

Капитан, не вставая с кресла, громко позвал стражу, приказав затем отвести Сола в темницу и пока что приковать его к стене. Когда солдаты вместе с подозреваемым покинули комнату, огр недоумевающе уставился на командира пограничного гарнизона, по совместительству и коменданта города, задав ему волнующий вопрос:

– Ты что, поверил этому подонку?!

Устало потерев ладонью лоб, Лиорик взял паузу на раздумья, а потом неспешно сказал:

– Надо расспросить стражников, дежуривших в тот день у замковых врат. Когда подтвердится, что Сол приезжал к барону, я непременно повешу его за измену. Если же у меня к тому времени будут доказательства того, что он убил или способствовал убийству трёх солдат, то его, согласно воинскому уставу, забьют палками.

– Зря ты не дал мне выбить из него правду, – расстроился Грум. – Мы могли бы узнать, где находится разбойничий лагерь, да и погибших воинов отыскать.

– Сол вчера назвал примерное место, где они останавливались для ночлега, – ответил капитан. – Я хотел утром отправить его и других бойцов, чтобы забрали трупы, но теперь придётся немного поискать.

– Где это место? – сосредоточился Грум.

– На просёлочной дороге, ведущей к знакомой вам деревне, не доезжая до тракта вёрст десять. Там ещё должны быть заросли лещины при обочине, за которыми и устроили стоянку.

– Кажется, – задумался огр, – припоминаю такую местность. – Он посмотрел на крыса с Зораном: – Нам пора в путь. Попробуем взять след.

– Я отправлю с вами своих людей, – поспешил сказать Лиорик. – Они, наверное, уже ждут во дворе моего приказа. Надо забрать погибших и подобающе похоронить, с почестями.

– Я не против, – согласился Грум. – Пусть едут за нами, но если отстанут – я дожидаться не буду.

Капитан утвердительно кивнул и, вставая из-за стола, добавил:

– Сопровожу вас до казармы городской стражи. Нужно узнать, кто дежурил тем днём, когда приезжал Сол.

– Разве раньше не люди барона охраняли замок?

– Всё верно, дружина охраняла. Вот только не доверяю я им, поэтому пока что определил на постой в городскую казарму. Пусть там околачиваются, подальше от замка и барона.

– Разумно, – одобрил Грум.

* * *

Снаружи поместья уже рассвело, и город на полную очнулся от спячки. Туда-сюда сновали горожане по своим важным делам, мелкие торговцы тащили на рынок ручные тележки с неприметным скарбом, сбившись в кучки резвилась детвора, а у колодцев выстраивались очереди, преимущественно из одних только женщин, дабы набрать пару ведёрок воды – в общем, жизнь била ключом.

Из распахнутых замковых врат выкатились две повозки. В первой ехали нелюди и Зоран с Лиориком, во второй – два солдата. Спустившись с пригорка они вырулили на главную улицу, где темп их продвижения значительно понизился, так как дорогу постоянно преграждали нерасторопные жители Брушвитца. Некоторые замирали как вкопанные, в изумлении рассматривая необычную компанию – таких капитан скверно ругал, призывая скорее убраться с пути.

– Как оно тебе, быть комендантом? – поинтересовался Грум у Лиорика.

– Сплошная головная боль, – кисло скривился капитан, сидевший на облучке рядом с возницей. – Все горожане почему-то решили, что я должен решать их повседневные проблемы. В первые дни я с дуру уделил внимание нескольким, так потом у замковых врат не протолкнуться было. Пришлось разгонять тумаками, попутно поясняя, что я им не барон.

– А как же Эрих справлялся?

– Хе! Да к нему даже обращаться боялись, дабы здоровье сохранить. Он с простолюдинами не церемонился.

– Но это же его обязанности, – удивлялся огр. – Как тут вообще решают споры?

– Если люд какой из богачей – например, купчины что-то не поделили, – то барон мог уделить им время. А вот с остальными по месту разбирается городская стража. Но к стражникам за помощью прибегают редко, ибо будет себе дороже, поэтому стараются утрясти распри самостоятельно. В деревнях попроще – там старосты всем заправляют, которых сама же община и выбирает вершить над собой закон.

– Тогда чем тебя обременяет должность коменданта, раз людям не помогаешь?

– Я бы и рад помогать, но времени на это нет. Мне ведь нужно следить за сбором пошлин, контролировать стражников, ещё эта волокита с проклятыми документами. Да и ответственность за границу никто с меня не снимал, застава всё ещё на мне. Местным не доверяю, потому приходится разделять своих бойцов, чтобы везде поспевать, а теперь их ещё на четыре человека меньше стало. Мне бы самому кто помог, в гору глянуть некогда.

– Ясно, – понимающе закивал Грум.

Капитан вдруг положил ладонь на плечо Зорана, настороженно сказав:

– Ну-ка, притормози.

– Что случилось? – сразу же поинтересовался у того огр.

– Вон тот всадник на гнедом жеребце, – Лиорик кивнул на ехавшего навстречу им молодого мужчину, одетого в тёмно-зелёный камзол с жёлтыми вставками и с широченным, лилового цвета блином-беретом на голове, – наверное, гонец из Кронграда.

– Похоже на то, – согласился Грум.

– С чего это вы взяли? – недоумевал крысюк. – С виду обычный человек.

Огр принялся просвещать друга:

– Вычурно одет по столичной моде, уставший, покрыт дорожной пылью, путешествует без громоздкой поклажи, конь под ним вспененный – значит, куда-то спешил, двигаясь налегке.

Тем временем всадник приблизился к повозке, намереваясь объехать её стороной, а взгляд его был устремлён на нелюдов в кузове.

– Уважаемый! – обратил на себя внимание незнакомца Лиорик. – Вы, случайно, не к замку торопитесь?

Всадник остановил коня, о чём-то подумал, глядя на облачённого в доспех воина без опознавательных командирских знаков различия на груди, а затем дружелюбно ответил:

– Так и есть. У меня послание к вашему коменданту. Не подскажете, он сейчас на месте?

– Он перед вами, – улыбнулся капитан.

– Как здорово! – обрадовался гонец. – Едва не разминулись.

– Ага, – с серьёзным видом молвил Лиорик, а затем спрыгнул с облучка повозки на землю, позвякивая металлическим доспехом. – Давай уже письмо, не томи.

Парень, годами чуть старше Зорана, быстро полез в седельную сумку, выудил из неё белоснежный свиток, скреплённый большой круглой печатью из красного сургуча, и передал его капитану. Лиорик мельком взглянул на печать, сорвал её, размотал тонкие верёвки, затем развернул бумажную трубку в лист и пристально вчитался в написанные строки. Вскоре он скрутил свиток обратно, задумчиво оборачивая его верёвочками.

– Что там? – проявил интерес Грум.

Капитан не ответил огру, обратившись к гонцу:

– Вижу, вам необходим отдых? – Парень кивнул. – Езжайте в замок. Солдатам у ворот скажете, что вас прислал капитан Лиорик. Пусть найдут вам местечко в казарме и пристроят лошадь в конюшне. А я скоро вернусь.

Поблагодарив капитана, гонец пришпорил коня, направившись дальше по улице в сторону поместья барона. Лиорик же теперь повернулся к нелюду, чтобы ответить на его вопрос:

– Скоро сюда из Кронграда прибудет некий вельможа, по имени Пáлий Кудлáта, а вместе с ним отряд герцогских гвардейцев. Этот Палий назначен наместником Брушвитца. Гвардейцы же должны доставить барона в столицу, а также его «правую руку» – Грегора. К обоим велено относиться соответственно их прежнего статуса, но держать под стражей.

– Грегор-то им зачем? – возмутился огр. – Понимаю Эрих – родная кровь Вэнса, но с этим чего панькаться?

– Хм, – капитан ухмыльнулся. – Грегор ведь тоже дворянин, пускай и мелкий. Он внук барона Себастьяна Вурха, чьи владения лежат западнее этого края. На наследство Грегор не претендовал, так как болтается где-то внизу длинной очереди, потому подался в Брушвитц на служение Эриху, подальше от родни. Видимо, наш герцог опасается подпортить отношения с дедулей Себастьяном, а может, ещё какие-нибудь капризы. Кто их разберёт, этих правителей.

– Получается, Эрих теперь будет спать на перине и кушать перепелов на завтрак, а не прохлаждаться в темнице?

– Воля Его Светлости, – развёл руками Лиорик.

– Не упусти его только, он коварный человек.

– Знаю. Глаз с него не спущу и лично передам в руки гвардейцам.

– Верю, – утвердительно кивнул Грум. – Ну, садись давай, время поджимает.

– Пешком дойду, казарма уже рядом.

– Тогда бывай, Лиорик. Может быть, ещё свидимся.

– Постой, – попросил капитан. – В послании и про тебя с Кьяртом сказано.

– И что же? – нахмурился огр.

– Негодует герцог. Требует, чтобы ты немедленно возвращался к нему на доклад и привёл с собой крысолюда. Или же передал его гвардейцам.

– Это ты сообщил Вэнсу про него?

– Не обессудь, я обязан был сообщить все подробности. И про Кьярта, и про Эриха, и про мага – всё изложил в письме, что знал.

– Ладно, – буркнул здоровяк, далее обратившись к вознице: – Зоран, трогай.

– Грум! – снова задержал капитан. – Ты не убивай Грегора, не гневи герцога. Сохрани ему жизнь. Так будет лучше для тебя и для Кьярта.

– Посмотрим, – отвернулся огр. – Зоран, чего ждёшь?!

Капитан Лиорик ещё постоял у обочины, отрешённым взглядом провожая повозки, затем махнул рукой своим мыслям и пошёл дальше по улице, сосредоточившись уже на других делах.

– Грум, – говорил Зоран через плечо, не забывая следить за дорогой, – как думаешь, какое наказание герцог готовит Грегору?

– Демон его знает, – нехотя ответил огр, пребывая в дурном настроении.

– А если отпустит? – продолжал парень с тревогой в голосе.

– Не отпустит.

– Откуда знаешь?

– По закону Лейкленда, виновные в разбойничестве караются смертной казнью.

– Но он же не какой-то там смерд, а внук Себастьяна Вурха!

– И что?

– А то, что старый барон едва не в одиночку снабжает герцогство зерном. Ему принадлежат обширные плодородные земли, на которых трудятся сотни крестьян. Может, Лиорик намекал, что герцогу невыгодно ссориться с бароном Вурхом, поэтому он не станет вредить Грегору.

Здоровяк промолчал, с угрюмым видом уставившись вдаль. Воспользовавшись возникшей паузой, теперь заговорил крысюк:

– Грум, а может, ну его этого Грегора?! Нам приказали немедля возвращаться в Кронград. Разбойники не наша забота, пусть их тот Палий ловит. Лиорик прав – мы сделаем себе только хуже.

– Клал я большую кучу на приказы герцога, – с ноткой злости в голосе произнёс огр. – Я не его подданный, чтобы пресмыкаться и бежать к трону по первому зову. А Грегор… Такие людишки, как он, не терпят неудач и всегда добиваются своего любой ценой, если, конечно, никто их не остановит раз и навсегда. Хлоя никогда не будет в безопасности, пока он рядом, а надеяться на нового хозяина Брушвитца не стоит – скорее всего, не по зубам ему такой волчара. Поэтому, сию проблему надо решать нам.

– Грегор уже пустился в бега! – продолжал убеждать Кьярт. – Он наверняка понял, что из-за своей жалкой прихоти едва не лишился жизни, и второй раз так не повезёт! Найдёт себе другую Хлою, мир клином на ней не сошёлся.

– Помнится, подобный разговор уже возникал, – упрекнул Грум, посмотрев на друга строгим взором. – И кто оказался прав? – Крысолюд виновато отвернулся, а огр продолжил: – Я задел его самолюбие, унизил при свидетелях. Если Грегор и отцепится от Хлои, то уж точно захочет как-то отомстить мне, и для этого ему необязательно портить мою шкуру лично – достаточно будет навредить близким друзьям.

Крысюк, в силу своего негодования, не уловил в последней реплике огра намёка на себя, оставшись при прежнем мнении. Вскоре повозка миновала городские врата, выкатившись на тракт, и кучер хлыстом придал лошадям скорости.