Текст книги "Расплата Гримстоуна (ЛП)"

Автор книги: Брэд Магнарелла

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 12 страниц)

23

– Ты явно выжал из этого ключа максимум – сказал я, когда мы возвращались к джипу Джеймса.

– Тебе понравилось, да?

– Скажем так, я в замешательстве. Ты же его украл.

– Послушай, чувак, если ты уже чему-то и научился, так это тому, что есть два подхода: подход Крофта и подход Вессона. Подход Вессона может быть немного безрассудным, немного противозаконным, но он приносит результат. Тем не менее я склоняюсь к подходу Крофта. Я его фанат. Прежний я не стал бы утруждаться и возвращать ключ Таффи, но во мне все еще осталось что-то от старого пройдохи, и я умею видеть возможности там, где другие их не замечают. И не говори мне, что ты сам не склоняешься к подходу Вессона. Я слышал, как ты рассуждал о юридической ответственности.

Я позволил себе улыбнуться.

– Неплохо, да?

– Ты на верном пути – рассмеялся он – Но послушай, я знаю, что ты все еще переживаешь из-за того, что я взялся за это в одиночку. Нет. Если Вессон промахнется, мне останется только подумать: "А что бы сделал Крофт?" А если и это не сработает, я могу позвать тебя. Надеюсь, ты не заблокируешь меня, но серьезно, я готов к этому, и ты тоже.

Последняя фраза застала меня врасплох.

– К чему я готов?

– К следующему шагу в карьере волшебника, а в Гримстоуне этого не случится. Тебя ждет большое будущее, братан.

– Не уверен – сказал я, не понимая, почему эта мысль меня так встревожила.

– Что ж, для начала отвези нас на свалку – Он бросил мне ключи – Я буду охотиться.

Когда я завел машину, он сосредоточился на остатках чар, которые чудесным образом собрал со дна колодца, и сотворил охотничье заклинание. Я выехал со стоянки и повернул налево, но он схватил меня за руль.

– Нет, поворачивай направо.

– Я думал, свалка вон там.

– Так и есть, но моя палочка ведет нас не туда.

– Хм – сказал я, поворачивая в другую сторону – Просто говори, куда поворачивать.

Охотничье заклинание привело нас на Мейн-стрит, в южную часть Гримстоуна. А потом мы оказались у последнего жилого комплекса, куда мне не хотелось бы заезжать. Я заглушил двигатель, а Джеймс водил палочкой из стороны в сторону, прикрыв глаза. Внезапно палочка дернулась, он кивнул и открыл глаза.

– Там – сказал он, указывая на угловую квартиру на втором этаже.

– Ну конечно – вздохнул я.

Когда он в замешательстве посмотрел на меня, я указал на вывеску "Апартаменты Меса-Парк", а потом на дом. Я видел, как Джеймс напряженно размышлял, пока до него не дошло и его рот не открылся от удивления.

– Черт возьми, это же дом Лоретты!

Я кивнул.

– Та вылазка, на которую она отправилась вчера вечером?

– Думаешь, она схватила печать?

– Либо так, либо у нее выросли волшебные ноги и она убежала сюда.

Джеймс рассмеялся.

– Что ж, лучше здесь, чем на свалке, верно?

– Я в этом не уверен – пробормотал я, глядя на ее дверь.

Он хлопнул меня по колену.

– Да ладно тебе, чувак, мы же волшебники. Она даже не узнает, что мы здесь были.

– Бросим монетку, кто пойдет? – предложил я.

– Я не пойду туда один.

– Я тоже.

Я припарковал джип рядом с многоквартирным домом, и мы с Джеймсом выпили по зелью невидимости. Пока мы ждали, когда подействует магия, Джеймс достал из багажника дробовик. Фатьма наделила наши кулоны магией, которая, по ее словам, должна была помочь справиться с порождениями из царства этого существа.

Джеймс покрутил несколько патронов в лазурной ауре своего кулона в виде креста, наполняя их магией фейри. Он зарядил ими ружье, а остальные положил в карман. Затем он перекинул ремень ружья через плечо, и мы поползли вверх по лестнице на второй этаж двухэтажного дома.

Подойдя к двери Лоретты, я подергал за ручку и обнаружил, что она не заперта. Я показал напарнику большой палец вверх, но на душе у меня было тяжело. После того как наш брак был аннулирован, брак который я сам же и заключил, я поклялся, что никогда не вернусь сюда, если только от этого не будет зависеть моя жизнь. А может, и тогда не вернусь.

– Чего ты ждешь? – прошептал Джеймс.

– Жду, когда ты скажешь, что твое охотничье заклинание ошиблось.

Покачав головой, он открыл дверь и пошел первым. Свет от его волшебной палочки освещал высокие груды коробок и всякого хлама, и казалось, что их тени вот-вот упадут. В прошлый раз Лоретта была на грани того, чтобы стать барахольщицей, но на этот раз она явно ускорилась и оторвалась от конкурентов на добрых три метра.

– Смотри под ноги, братан – сказал Джеймс, наклоняясь вбок.

Мы осторожно продвигались вперед, пока не увидели диван и два пластиковых стула, тоже заваленных хламом. Свет от палочки Джеймса осветил журнальный столик и пластиковую клетку, в которой свернулась толстая черная змея.

– Бенни! – воскликнул Джеймс, постучав по клетке – Эй, дружище, как дела?

– Тише ты – прошипел я, когда черная мамба Лоретты зашевелилась.

– Расслабься, братан. Мы же призраки, помнишь?

– И все же, какой смысл с ней заигрывать? Не то чтобы вы были близки или что-то в этом роде.

– Эй, не говори за меня.

– Давай просто найдем печать и уйдем – вздохнул я.

Я огляделся по сторонам, чувствуя, как по спине бегут мурашки. Дело было не только в обстановке и не только в клаустрофобии, которую вызывало то, что со всех сторон нас окружали шаткие груды хлама, пахнущего плесенью и кислым молоком. Дело было в нашей истории с Лореттой. Каждый раз, когда мы сталкивались с ней по работе, все шло наперекосяк.

– Эй, смотри – рассмеялся Джеймс – Вот она.

Я проследил за его палочкой и увидел над диваном участок с дешевыми деревянными панелями. На первый взгляд закрепленный на стене артефакт был похож на колпак для колеса, примерно такого же размера и формы, но глянцевый камень скорее поглощал свет Джеймса, чем отражал его, и на нем были выгравированы гномьи узоры и символы древней магии.

Джеймс зажал палочку зубами и обеими руками схватил печать. Он снял ее с толстых настенных кронштейнов и мотнул головой, показывая, что я должен выйти первым.

– Быстрее, она тяжелая – пропыхтел он, не выпуская палочку изо рта.

Я с радостью подчинился. Но когда я дошел до двери, то увидел, что Джеймс не идет за мной. Я вернулся в комнату и увидел, что он держит печать на вытянутых руках, отклонившись назад, словно печать застряла в воздухе.

– Она не хочет уходить – проворчал Джеймс.

Печать начала раскачиваться взад-вперед, медленно возвращаясь к стене.

Я настроился на ее магию.

–Быстрее, верни ее на место.

– Зачем? – проворчал он.

– У чар есть функция безопасности: снять их может только владелец. Изначально это были Брунхольды, но брат Тьяльфа выбросил печать, отказавшись от прав на нее. Когда Лоретта нашла ее, чары, должно быть, перешли к ней.

– Так как же нам… черт!

Печать взмыла в воздух и ударилась о стену, увлекая за собой моего напарника. От удара Джеймс упал, а по квартире прокатилась ударная волна. Я выставил щит, и в этот момент на меня обрушилась груда хлама, похоронив меня под стопкой книг в мягкой обложке и старых виниловых пластинок. Я услышал, как Джеймс выругался, когда его тоже накрыло. Вскоре мы выбрались из-под завала. Джеймс стряхнул с ковбойской шляпы запутавшиеся в ней джойстики от Atari, но было ясно, что шум не мог не разбудить…

Из дальней комнаты донеслось сдавленное фырканье, за которым последовал скрип пружин и тяжелые шлепки ног по полу.

– Лоретта.

– Что будем делать? – прошептал Джеймс.

Я хотел пробиться к выходу, но мы не могли уйти без печати.

– Выпей свое зелье – сказал я ему.

– Серьезно? Она нас увидит.

– Увы, в этом-то и смысл. Нам нужно убедить ее передать печать нам.

– Черт, иначе печать не сдвинется с места – понимающе сказал он – Ладно. Ты первая.

Вздохнув, я направил энергию лей через свою ментальную призму и выпустила ее в виде несфокусированной энергии. Вокруг меня взметнулись старые газеты и чеки, но в первую очередь это привело к тому, что магия невидимости рассеялась, и я снова стал видимым.

Зажегся свет, и Лоретта пронзительно закричала. Ее алая мантия развевалась, пока она рылась в своем хламе, отбрасывая в сторону пластиковую посуду, безруких кукол и кабели RCA. Я думал, она набросится на нас обоих, но ее безумный взгляд был прикован к тому месту, где стоял журнальный столик.

– Бенни, малыш? – воскликнула она – Ты меня слышишь?

Она лихорадочно принялась разгребать землю, пока не откопала клетку и не поднесла ее к лицу. Бенни высунул раздвоенный язычок и принялся исследовать клетку. Она всхлипнула от облегчения и прижала клетку к своей пышной груди.

– Да, извини, что так вышло – сказал я.

Ее глаза, затуманенные от туши, смотрели на меня поверх клетки. Когда Джеймс пошевелился, она перевела взгляд на него.

– Привет, милая – сказал он, вяло помахав рукой – Мы вернулись.

– Мы кое-что нашли – быстро объяснил я – а твоя дверь была не заперта.

– Да, и мы рады, что ты проснулась, потому что нам нужно с тобой поговорить – добавил Джеймс.

Я был готов к тому, что она швырнет в нас Бенни, но она лишь поцеловала его через прутья клетки, а потом поставила ее на шаткую стопку журналов. Всхлипнув, она вытерла нос подвернувшимся под руку спортивным носком и скрестила руки на груди.

– Ну, говорите.

– Это насчет вот этого – Я указал на гномью печать.

Она вытянула шею, и ее лицо смягчилось, как теплый хлеб из духовки.

– Ну разве он не прелесть? Как будто ты всегда искала что-то, но не знала, что оно существует. Я даже не знаю, что это за хрень – рассмеялась она.

– Ты нашла её на свалке, да?

Ее лицо исказилось от подозрения.

– С чего ты это взял?

– Мы знаем чувака, который его выбросил – объяснил Джеймс – Мы проследили за ним до этого места.

Она огляделась по сторонам, а затем заговорщически понизила голос.

– Мне подсказали, что Ломбарды получают много вещей на свалке. Поэтому я начала ходить туда по ночам и просеивать свежие залежи. Вы только посмотрите, какие сокровища я нахожу.

– Сокровища? – с сомнением переспросил Джеймс.

– Я даже подумываю о том, чтобы открыть собственное дело. Знаете, бросить работу официантки и открыть свой собственный секонд-хенд.

Я ухватился за эту возможность.

– Тогда позволь нам стать твоими первыми покупателями. Сколько хочешь за это?

Ее энтузиазм угас.

– О, я не думаю, что это можно продать.

Чары, наложенные на предмет, часто накладывают на владельца обязательство оберегать его. Этим и объяснялось ее восхищение вещью, о которой она ничего не знала и которая даже не выглядела привлекательной.

– Да ладно тебе, детка – сказал Джеймс, одарив ее своей самой очаровательной улыбкой – Наверняка есть что-то, что ты согласишься отдать взамен.

– В разумных пределах – добавил я.

Она задумчиво прищурилась, переводя взгляд с Джеймса на меня и теребя пальцами ленточку на очень низком вырезе своего неглиже.

– Эта штука, над которой вы работаете – сказала она наконец – Я хочу в этом участвовать.

– О нет, нет – запинаясь, проговорил я – Это невозможно. Это слишком опасно.

Слишком поздно я вспомнил, что опасность, это именно то, чего она жаждала с нашей первой встречи. Ее зрачки расширились, и она облизнула губы.

– Я знаю.

Я посмотрел на Джеймса, и тот пожал плечами.

– Одевайся – сухо сказал я.

Лоретта взвизгнула и захлопала в ладоши, но внезапно остановилась.

– Но я не отдам вам эту штуку, пока не поеду с тобой – предупредила она – А если вы попытаетесь от меня избавиться, я заберу её обратно, вот увидите.

Джеймс рассмеялся.

– Думаешь, мы на такое способны?

Прежде чем она успела ответить"потому что именно это вы и сделали в прошлый раз", я сказал:

– Мы заедем за тобой на джипе.

– Могло быть и хуже – заметил Джеймс, когда мы спускались по ступенькам на парковку.

– Что ж, будем надеяться, что финал будет не таким драматичным, как возвращение печати на место.

– Нам придётся сказать Сантане, что мы так и не встретились с его дьяволом лицом к лицу. Будем надеяться, что оборотень забудет о своей вендетте против Джеймса, когда узнает, что мы навсегда заперли его.

– Чёрт, ты всё испортил – сказал Джеймс, остановившись на полпути вниз по ступенькам.

– Хм?

На парковке внизу что-то происходило. Я превратил свою трость в меч и посох, когда в мерцающем свете двух работающих уличных фонарей начали появляться бандиты с Дикого Запада.

– Не то чтобы я жаловался – добавил Джеймс, перекидывая дробовик из-за спины вперёд.

Но бандиты пришли не одни. Из тени за их спинами появилась огромная фигура. Когда она вышла на свет уличных фонарей, мы увидели пару серо-зелёных глаз. Мы с Джеймсом замерли при виде самого большого оборотня, которого когда-либо видели, ростом почти два метра на четырёх лапах. Его леденящий душу вой разрушил чары. Мы бросились в укрытие, когда раздались выстрелы и асфальт вздыбили когти.

24

– Защита! – крикнул я, взмахнув посохом перед собой.

Воздух засиял вдоль перил второго этажа, за которыми мы с Джеймсом укрылись. Пули, которые до этого с лязгом отскакивали от металла, теперь отскакивали от щита, в который я вливал магию Фатьмы из своего кулона. Джеймс поднялся и выстрелил из дробовика. Ближайший преступник отшатнулся и вспыхнул неземным голубым пламенем – тоже благодаря магии фейри.

– Я только что подпалил Джесси Джеймса! – воскликнул он, пригибаясь к земле.

– А как насчет того, чтобы сделать то же самое с большим, волосатым и уродливым? – предложил я.

Оборотень перепрыгнул с асфальта на крыши машин, превратив парковку в настоящий хаос из сигнальных огней и мигающих фар, когда под его прыжками вылетали стекла. Оборотень запрыгнул на последний автомобиль, фургон, припаркованный на месте для инвалидов, и помчался к нашему убежищу на втором этаже.

Джеймс вскочил и выстрелил дробью прямо ему в морду. Оборотень издал вой, в котором смешались гортанные и пронзительные ноты, и рухнул на землю, оставляя за собой клочья голубого пламени.

– Ну как? – спросил Джеймс, приземлившись рядом со мной.

– Неплохо, но это не в духе Джесси Джеймса.

И действительно, огромный оборотень уже стряхнул с себя остатки пламени, превратившиеся в дым, и поднялся на ноги. Я встретился взглядом с его свирепыми серо-зелёными глазами и не увидел в них ни капли разума, только ярость. Он оскалился, обнажив клыки длиной с мою руку, и двинулся к лестнице.

– Чёрт – выругался Джеймс, вставляя в оружие новые патроны – И это в упор.

Что-то здесь должно было пойти не так. Помимо магии фейри, в состав снарядов входили серебро, соль, железная пыль и святая вода.

– Продолжай стрелять – сказал я – Я разберусь с преступниками.

Даже если их пули не могли пробить мой щит, они не давали нам сдвинуться с места.

Пока Джеймс прятался за лестницей, я направил силу, полученную от чар Фатьмы, в свой меч и пересчитал преступников. Они использовали машины в качестве укрытия, но вспышки выстрелов и клубы дыма подсказали мне, что их осталось четверо. На месте, где стоял Джесси Джеймс, осталась лишь кучка пепла.

– Вы, ребята, выбрали не тех людей и не то время – пробормотал я.

Пригнувшись за стеной, я положил меч на перила и прицелился в Билли Кида. Он пригнулся за "Фольксвагеном-жуком" и стрелял, выглядывая из-за фары с выпученными глазами.

– Вигор! – крикнул я.

Мой зачарованный фейри заряд ударил в асфальт под машиной и превратился в волну силы и огня, которая сбила Билли с ног и одновременно охватила его голубым пламенем. К тому времени, как он упал, он уже воссоединился с Джесси Джеймсом. А я уже целился в двух других преступников, которые стреляли из-за деревянной вывески жилого комплекса. Мой заряд попал между словами "Меса" и "Парк", сломав поддерживающие доски и обрушив большую вывеску прямо на стрелков. При ударе вспыхнуло эфирное пламя. Вывеска задрожала и начала медленно опускаться, а двое преступников исчезли.

Я ухмыльнулся. К такому волшебник может привыкнуть.

Тем временем Джеймс дважды отправил оборотня обратно на лестницу, но тот не унимался. Я помогу ему разобраться с ним, как только разберусь с последним преступником, Белль Стар. Она спряталась в рощице через дорогу и стреляла из винтовки наугад. Я решал, как лучше выманить ее оттуда, когда услышал голос справа от себя.

– Ты начал без меня?

Черт, я совсем забыл про Лоретту. Она стояла в дверях в наряде, который вполне подошел бы для похода на концерт: рваные джинсы, черная кожаная куртка и топ, открывающий живот, все это выглядело очень соблазнительно, но не в хорошем смысле. Она поправляла каменную печать, которую держала в руках, и ее живот лениво перекатывался, но глаза горели так, словно она только что получила пропуск за кулисы.

– Возвращайся в дом! – крикнул я.

– Нет – надула она губы – Ты обещал!

Когда она сделала дерзкий шаг вперед, я взмахнул мечом и выпустил сжатую версию своего силового заряда. Он ударил ее в живот, и она отлетела назад, спотыкаясь. Мне стало не по себе, хоть я и сделал это ради ее же блага. Следующим зарядом я захлопнул дверь и наложил на нее запирающее заклинание, чтобы она не смогла выйти.

– Как у вас дела? – крикнул я Джеймсу.

– Пока только тратим патроны – проворчал он, выпуская еще одну пулю в лестничный пролет. Оборотень вывалился на парковку и с трудом поднялся на ноги. Его глаза горели, а морда, покрытая бороздами и пеной, была вся в крови. Охваченный яростью и, без сомнения, голодом, оборотень метался взад-вперед, разбрасывая когтями куски асфальта в поисках выхода на наш уровень.

– Почему он не сгорает, как остальные? – спросил Джеймс.

– Может быть, это не материальная форма, как у них – сказал я, размышляя на ходу – Возможно, существо создало его из ребра Сантаны.

– Отлично, Ева-оборотень – пробормотал Джеймс – Тогда разве она не должна реагировать на серебро?

Я задумался. Единственной частью оборотня, которая была стопроцентно человеческой, было...

– Ребро – сказал Джеймс, придя к тому же выводу, что и я – Да, это должно быть её слабое место. Нужно просто проткнуть его серебром.

– Сейчас – Джеймс сменил дробовик на револьвер – Какое ребро?

Я мысленно представил шрамы Сантаны. За какое из них он держался, когда рассказывал нам, что ему его вырезали?

– Нижнее слева – сказал я, надеясь, что не ошибся в своих воспоминаниях.

– Это те, что покороче и не доходят до конца, да? – спросил Джеймс – Будет сложно попасть, если только я не смогу выстрелить ей в спину. Чёрт, а я не взял с собой достаточно патронов.

– Сколько у тебя патронов?

Он щелкнул барабанами.

– По три в каждом.

Не успел я предупредить его о Белль, как он встал, чтобы прицелиться в волка. Раздался выстрел, и Джеймс отдёрнул руку, а его кольт взмыл в воздух. Он потянулся за ним, но я схватил его за рубашку и повалил на землю.

Когда он приземлился рядом со мной, ещё два выстрела ударили в стену, осыпав штукатуркой место, где только что была его голова.

– Белль Стар всё ещё там – выдохнул я.

Он посмотрел на свой револьвер, упавший на тротуар, а потом на оставшийся у него пистолет.

– Итого три выстрела.

– Я запру оборотня в иллюзии – сказалая – Посмотрим, смогу ли я развернуть ее, чтобы ты мог сделать точный выстрел – После того как мы узнали о ребре Сантаны, оборотень в нашем сознании превратился в женщину.

Джеймс кивнул и достал волшебную палочку.

– Тогда я разберусь с Белль.

Он взмахнул палочкой, и в воздухе появилась мерцающая нить волшебной магии. Она свернулась в клубок в дальнем конце участка, а затем вплелась в кроны деревьев, словно играя в мистическую игру в прятки. Внезапно она изменила направление и устремилась прямо к большому дубу. Из тени выскочила какая-то фигура, но было уже слишком поздно. Нить обвилась вокруг ее лодыжки светящейся петлей. Белль Стар развернулась с винтовкой в руках, но ее выстрелы лишь бессильно отскакивали от магической нити. Она обвилась вокруг тела Белль, стягивая его все туже, пока та сопротивлялась, а затем вспыхнула извивающимся голубым пламенем, поглотившим последнюю преступницу.

– Ладно, это было круто – сказал я и тут понял, что потерял из виду волка.

Проклятье. Испугавшись, что она забралась в одну из квартир на первом этаже, я вскочил на ноги. Но оборотень затаилась под настилом на втором этаже. Она прыгнула и схватилась за перила. Я вскрикнул и попятился, но не успел увернуться от когтей, которые вырвали несколько пуговиц из моей рубашки.

– Респрингер! – крикнул я.

Защита, которую я наложил на перила, вспыхнула ярким светом и отбросила оборотня в сторону. Должно быть, она задела когтями мою защиту, потому что я согнулся пополам, словно с меня содрали кожу, а в животе вспыхнула острая боль. Я пытался удержать защиту, прислонившись к стене.

– Братан, что случилось? – спросил Джеймс, помогая мне сесть.

– Она атаковала меня с помощью моей же магии – проворчал я – Я не смогу ее поймать.

– Тогда нам нужно нейтрализовать ее магию – сосредоточенно произнес он, а потом расплылся в улыбке – И у меня есть идея.

– Какая?

Одной рукой он прикрывал оборотня дробовиком, а другой достал телефон и набрал номер.

– Сейчас увидишь.

– Не терпится.

Его внезапный энтузиазм всегда заставлял меня нервничать.

– Привет, дружище – весело сказал он, когда кто-то ответил – Как там у вас внизу? Слушай, я звоню, чтобы кое в чем признаться. Тот ключ, который я вернул за завтраком? На самом деле я вчера стащил его из твоей куртки.

Джеймс дождался предсказуемой вспышки гнева Тьяльфа.

– Да – продолжил он – но ты ничего не можешь с этим поделать.

Очередной продолжительный приступ крика, во время которого Джеймс небрежно выстрелил в преследующего его оборотня.

– Да, я так и думал – сказал мой напарник в трубку – Одни слова, а дела нет. Правда? Ладно, круто. Я буду ждать тебя здесь, у жилого комплекса "Меса-Парк". Да, братан, на южной стороне. И если ты не приедешь через пять минут, я позабочусь о том, чтобы все в Гримстоуне узнали, что ты струсил и сбежал – Он закончил разговор и покачал головой – Ключ, который не дает покоя, да?

– Эй, я не стал ничего скрывать, подумал, тебе это понравится. Он уже едет с Бергшлегером.

– Кто такой Бергшлегер?

– Его боевой молот. Он разрушит ее магию, но это даже к лучшему. Нам просто нужно отвлечь мисс Бешеную – сказал он, посылая еще один заряд в оборотня.

Тьяльф приехал за пять минут до назначенного времени. Когда оборотень повернула голову на звук его ревущего мотора, Джеймс прицелился из револьвера и выстрелил. Оборотень отпрянула, когда серебряная пуля пробила ей бок. Ее прерывистый вой и клубы дыма дали мне надежду, но Джеймс покачал головой.

– Не попал – сказал он, снова прицеливаясь – Осталось два патрона.

Оборотень спряталась за огороженным мусорным контейнером, а желтый "Хаммер" Тьяльфа перелетел через бордюр и въехал на парковку. Гном выскочил из машины, держа в одной руке обмотанное кожей древко боевого молота, а в другой массивную головку.

– Вессон! – прогремел он – Где ты, грязный карманник?

Он направился к жилому комплексу, оглядывая парковку, превратившуюся в зону боевых действий. Я послал волну магии, чтобы отключить сигнализацию в машинах, последнее, что нам было нужно, так это чтобы из домов высыпали жильцы. Но на парковке царил хаос: машины были припаркованы как попало, а на асфальте поблескивали осколки стекла.

Я нервно переводил взгляд с Тьяльфа на мусорный контейнер, сквозь щели в котором виднелась пригнувшаяся фигура волка. Его низкое рычание было похоже на отдаленный раскат грома. Когда рычание стало громче, Джеймс встал так, чтобы его видел Тьяльф.

– Эй, берегись! – крикнул он, указывая на оборотня.

Гном с рычанием развернулся и взмахнул бергшлегером, держа его обеими руками. Молот с грохотом обрушился на челюсть волка. От удара затрещала гномья магия, и оборотень перевернулся на спину, а машины вокруг него заскользили по асфальту.

Но Тьяльф не остановился на достигнутом. Он подбежал к волчице, которая пыталась подняться на ноги, и слюни капали с ее перекошенной пасти. Она зарычала на него, а он прыгнул на нее и с тошнотворным хрустом обрушил молот ей на плечи. От удара она распласталась на земле, неестественно вытянув лапы. Тьяльф нанес еще два удара, а Джеймс тем временем спустился по ступенькам с револьвером в руке.

– Все в порядке, дружище – выдохнул он, подойдя к гному – Я сам ее прикончу.

Когда Тьяльф оглянулся, я напрягся, опасаясь, что он обрушит молот на моего напарника. Но он попятился, и, казалось, в его глазах было скорее недоумение, чем гнев. Джеймс прицелился и выстрелил. Снаряд пробил спину волчицы, и из нее вырвался столб дыма, похожий на гейзер. Джеймс и Тьяльф отпрянули, чтобы не попасть под струю дыма, а оборотень тем временем уменьшался в размерах, пока от него не остался лишь клок окровавленной шерсти. Наконец от него осталась только одна реберная кость. Джеймс выпрямился и победоносно ухмыльнулся.

– Круто, да? – сказал он, хватая Тьяльфа за плечо.

Гном хрипло усмехнулся, глядя на рассеивающееся облако пара. Затем, словно вспомнив о своем деле, он развернулся к Джеймсу.

 – Ты украл мой ключ, негодяй!

– Да, украл, но позволь мне все объяснить.

Пока Джеймс пускал в ход все свое обаяние, я снял запирающее заклинание с двери Лоретты. Судя по всему, она все это время боролась с ним, потому что дверь с грохотом распахнулась, и Лоретта уставилась на меня с мрачным презрением.

– Все чисто – объявил я.

– Это… не… входило… в… договор – сказала она, выделяя каждое слово ударом ноги.

– Послушай, я знаю. Но эти твари пришли за печатью, которую ты держишь. Они бы пристрелили тебя или зарезали, а может, и то и другое.

Я приготовился к тому, что она прижмет печать к груди, но уголки ее губ дрогнули.

– Ты… ты весь в крови – сказала она.

– Хм?

 Я проследил за ее взглядом, направленным на мой живот, на котором теперь красовалось ярко-красное пятно. Я приподнял рубашку, отчего Лоретта издала еще несколько довольных звуков. Я думал, что боль была вызвана тем, что оборотень задел мой щит, но, судя по этим мерзким слезам, это была отсроченная реакция на острые как бритва когти, которые, очевидно, разорвали не только пуговицы. А значит, я все-таки мог поймать волка.

Тем не менее в качестве меры предосторожности мне нужно было обработать рану аконитом. Надеюсь, у моего напарника он был под рукой. Я посмотрел вниз, туда, где Тьяльв подкрадывался к Джеймсу с бергшлегером, пока тот быстро говорил и пятился назад.

– У тебя кровь – повторила Лоретта, на этот раз с восторженным хихиканьем.

– Да, зрелище захватывающее, но если хочешь увидеть еще что-нибудь, пойдем с нами.

Я хотел взять ее за руку, печать была слишком важна, но вид моей крови стал достаточным стимулом. Когда я начал спускаться по лестнице, она последовала за мной, как акула за добычей. Когда мы вышли на парковку, я с удивлением увидел, что Тьяльв бросает свой боевой молот в машину и садится за руль.

– Что ты ему наговорил? – спросил я Джеймса, когда Тьяльв рванул с места.

– Думаю, после того, как я отколотил его молотом, он уже не так рвался в бой – ответил он – Но еще я пообещал ему вечер с собой и парой моих подружек. Возможно, я приукрасил, насколько им нравятся гномы.

– У него кровь – сказала Лоретта, переложив печать в другую руку, чтобы показать на мой живот.

– Черт, дружище, что случилось?

Когда я рассказал ему, он пришел к тому же выводу:

– Значит, мы могли бы сами разобраться с волком? Значит, мне не пришлось признаваться во всем Таффи?

– Нет, но разве тебе не стало легче?

Он задумался на мгновение.

– Не особо. Но давай все-таки положим туда аконит. У меня в багажнике есть.

– О, можно я? – взмолилась Лоретта.