Текст книги "Замужем (не)пропасть или новая хозяйка для старого дома (СИ)"

Автор книги: Айви Роут

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 14 страниц)

Глава 46. Поместье и гости

Я оставила Ричарда в зале, где он начинал понемногу приходить в себя. Сердце билось в груди всё ещё неровно, но я знала, что нужно двигаться дальше и достойно встретить гостей. В голове пульсировали мысли о произошедшем, но времени на раздумья не оставалось. Я сделала глубокий вдох и направилась к холлу, уверенной походкой проходя по коридору.

Только на повороте меня резко остановил холодный голос:

– Вам так просто это с рук не сойдет, миледи.

Я резко повернулась. Передо мной стоял Рэнделл, скользкий как змея. Его лицо было холодным, а в глазах светилось откровенное презрение.

– Что-то вы выглядите слишком довольной после всего этого инцидента, – сказал он, сужая глаза и скрещивая руки на груди. – Думаете, я не вижу, что здесь происходит? Всё складывается слишком уж удачно, чтобы быть случайностью.

– И что именно вы хотите этим сказать, Рэнделл? – я скрестила руки на груди, стараясь скрыть нарастающее раздражение.

– Вам не нравится, что я приглядываю за графом? – он ухмыльнулся. – Вы ведь думали, что с его появлением всё решится само собой? Ох уж эти сироты, мечтающие о наследстве. Вы явно не понимали, что я не спущу с вас глаз.

От его слов у меня всё внутри закипело. Он пытался изобразить снисходительность, но за его видом скрывалась омерзительная уверенность в том, что он держит всех под своим контролем. Я чувствовала, как моё терпение лопается.

– Хватит, – я шагнула к нему ближе, смотря прямо в его глаза. – Мне не нравятся ваши обвинения и грязные намёки.

Рэнделл поднял бровь, будто удивлён моей дерзости, но я продолжала:

– Может, вы думаете, что вправе обвинять меня, но, знайте, что я не позволю вам марать своё имя. Достаточно! Если вы ещё раз попробуете бросить в мою сторону хотя бы тень подозрения, вам придётся столкнуться не только с моим гневом, но и с силой этого поместья.

Я сама испугалась своей смелости. В моём голосе прорезалась уверенность, которую я сама в себе редко видела, но сейчас не могла позволить себе слабость.

Рэнделл, хоть и попытался сделать вид, что мои слова его не тронули, заметно побледнел. Он сделал шаг назад, на мгновение растерявшись. Я почувствовала легкую дрожь – то ли от злости, то ли от страха, но отступать не собиралась.

– Вы мне угрожаете, графиня? – он прищурился, но голос его дрогнул.

– Нет, – я тихо, но твёрдо ответила. – Я предупреждаю.

Мы стояли в напряжённой тишине, пока он не поджал губы, бросив последний мрачный взгляд.

– Это ещё не конец, миледи.

С этими словами он скрылся в тени коридора, оставив меня одну. Я с трудом выдохнула, чувствуя, как снова начинают дрожать руки. Неожиданная волна решимости и уверенности медленно улеглась, оставив меня с гордостью – и лёгким страхом от собственного напора.

Снова собравшись, я выпрямила спину и, не оглядываясь, пошла навстречу гостям.

Принимая гостей в зале, я чувствовала себя, будто попала в вихрь ярких тканей и драгоценностей. Один за другим в поместье входили высокие столичные гости: важные советники, помощники министров, чиновники со своими супругами. Все они казались самыми элегантными, самыми утончёнными людьми, которых я видела. Каждая дама была упакована по полному разряду: колье, серьги, браслеты, сверкающими так, будто в них была заключена вся столица. А джентльмены – в своих изысканных фраках, форме и при шпаге – смотрели на меня с любопытством, будто прикидывали, достойна ли эта графиня управлять Холлисадом.

Я улыбалась, делая легкий реверанс, и со сдержанной радостью ловила на себе их одобрительные взгляды. Гости явно были поражены изменениями, которые произошли с поместьем, а каждый их комплимент укреплял меня в решимости держаться до конца вечера.

– Потрясающее поместье, графиня, – заметила супруга министра внутренних дел, слегка кивая на цветочные арки, украшавшие зал. – Сколько уюта и аристократичности!

– Невероятная работа, – добавил один из её друзей, кивая в сторону висящих на стенах картин, которые мы с Ильёй любовно отреставрировали. – Помню, когда я был здесь в последний раз, было совсем иначе. Прямо как новая жизнь.

Я ответила, стараясь, чтобы голос звучал уверенно и спокойно:

– Спасибо, ваше одобрение много значит для меня. Холлисайд всегда был достойным местом, и я рада, что он может вновь показать себя.

Но внутри я волновалась. Поместье будто притихло, присматриваясь к новоприбывшим, но мне казалось, что это ненадолго. Скоро своенравная магия выкинет какой-нибудь фокус, и как будто в подтверждение этого, случился первый инцидент.

Сначала я ничего не заметила: свет в зале слегка замерцал, и тонкие тени побежали по стенам, как будто кто-то невидимый прошёл по залу. Я старалась не обращать на это внимания, думая, что гости не заметили, но к этому моменту у министра финансов внезапно из-под ног резко взметнулся воздушный поток, едва не сорвав с его мундира ленту.

Он вздрогнул и с удивлением поднял взгляд. Я поспешно шагнула вперёд и с широкой улыбкой сказала:

– О, простите, поместье порой ведёт себя несколько капризно. Видимо, оно просто обрадовалось столь высокопоставленным гостям.

Его супруга засмеялась, и вскоре этот случай стал предметом шуток. Министр тепло улыбнулся мне, не показав обиды. А я, убедившись, что инцидент сглажен, перешла к другим гостям, внутренне моля поместье вести себя спокойно.

Но, конечно, как бы не так. Когда я уже сопровождала группу дам на второй этаж, где могла похвастаться великолепно отреставрированной лестницей и новой мебелью, я заметила, что одна из них, мадам Вильмонт, задумчиво оглядывалась. Её взгляд остановился на зеркале, и тут на наших глазах из зеркальной поверхности вдруг мягко начали проступать изумрудные светящиеся линии, образуя причудливые узоры. Я услышала, как одна из дам резко выдохнула, но я сохранила невозмутимость.

– Ах, это одно из старинных зеркал, – пояснила я спокойно, словно не видя ничего особенного. – Такие иногда могут отражать эмоции или ваши желания. Дамы, ваши чувства наверняка радуют это место.

На их лицах отразилось лёгкое удивление и… удовольствие. Госпожа Вильмонт даже положила ладонь на рамку зеркала и сказала:

– Такое волшебство! Ваш дом наполнен тайнами, мадам. Приятно видеть, что аристократическое прошлое и магия всё ещё живы.

И я почувствовала, как между нами устанавливается нечто большее, чем просто уважение. Они начали видеть во мне хозяйку, способную справиться с чарами этого места.

Затем, когда я уже думала, что мы пережили все сюрпризы, в холле, где собралось уже немало гостей, вдруг раздался звон хрусталя. Оказалось, что бокалы на столах сами собой слегка подпрыгивали и мелодично звенели. Несколько гостей удивлённо уставились на стаканы, и я решила взять ситуацию под контроль. Подойдя к столу, взяла один из бокалов и, глядя прямо на всех, с улыбкой произнесла:

– Кажется, Холлисайд решил намекнуть, что самое время поднять бокалы за всех присутствующих. Я рада видеть вас всех здесь, и пусть дом разделит с нами этот вечер!

Взрыв смеха и лёгкие аплодисменты развеяли напряжение, и вскоре каждый уже весело болтал, поднимая бокалы, а я облегчённо вздохнула.

Один из моих собеседников, советник лорда Рэнсома, довольно засмеялся:

– Графиня, этот дом будто играет с вами, но, похоже, вам удалось найти с ним общий язык.

Я кивнула, с трудом удерживая серьёзный вид.

– О, дом весьма… общителен. И, признаюсь, его характер открылся мне далеко не сразу.

Мы обменялись понимающими взглядами. Эти незначительные инциденты уже не пугали гостей, напротив, они придавали вечеру необычный шарм, о котором точно будут говорить.

Я обвела взглядом зал, удостоверяясь, что в остальном все в порядке и гости всем довольны. И тут наткнулась на знакомый взгляд. Оказывается, Ричард пришел в себя и уже был готов присоединиться ко мне. Однако его темный взгляд излучал что-то неясное, а внутри меня поднялась волнение и… предвкушения? Граф кивнул, призывая меня к себе. Я нервно выдохнула.

Глава 47. Детская

Я последовала за своим супругом. Но не успела моргнуть, как он исчез из поля моего зрения. Что, на него тоже подействовала магия поместья?

Когда я спустилась по мраморной лестнице, то заметила, как Ричард стоял у дверей вестибюля, беседуя с хрупкой молодой девушкой. Её лицо светилось улыбкой, глаза искрились радостью, и на мгновение я не могла понять, кто это. Она не походила на одну из высокомерных гостей, прибывших на приём. Но стоило девушке повернуться ко мне лицом, как все стало ясно. Она была как две капли воды похожа на Ричарда – это была его сестра, Лиллиана. Она выглядела удивительно юной, нежной и искренне счастливой, стоя рядом с братом.

Я почувствовала лёгкий укол ревности – в том, как Ричард смотрел на сестру, было столько нежности и заботы, как если бы она была для него самым драгоценным существом на свете. Я даже отмахнулась от этой мысли, удивившись своей реакции, но всё равно не могла не заметить разницу. С Лиллианой он был совсем другим: мягким, терпеливым, его взгляд буквально ласкал её, как если бы он пытался защитить сестру от всех трудностей мира. А вот меня Ричард обычно встречал холодным взглядом и строгим тоном.

Наконец Ричард повернулся ко мне, и я старалась выглядеть собранной, скрывая свои чувства. Он подошёл ближе, удерживая сестру под руку.

– Элизабет, позволь представить тебе мою сестру, Лиллиану, – сдержанно произнёс он.

– Элизабет! Я так счастлива познакомиться с вами, – воскликнула Лиллиана, улыбаясь мне. Она схватила меня за руки и посмотрела с каким-то детским восторгом, её лицо светилось искренней радостью. – Ричард прятал вас от меня, но я настояла, чтобы мы, наконец, познакомились. Надеюсь, мы станем настоящими сестрами!

– Лиллиана, я тоже очень рада встрече. Вы чудо как хороши, – ответила я, невольно сама приходя в восторг от этого искреннего дитя. На вид Лилли было не больше шестнадцати.

– Моя нянька рассказывала мне о Холлисайде, – пояснила Лиллиана, её лицо тут же потемнело от воспоминаний. – Она говорила, что здесь невероятная красота, но я почти ничего не помню… последний раз я была здесь совсем ребёнком.

– В таком случае нам просто необходимо устроить экскурсию! – предложила я, обратившись к Ричарду. – Как думаете?

Он чуть помедлил, но все же коротко кивнул, и мы отправились в обход. Лиллиана рассматривала всё, что попадалось на пути, с восхищением, свойственным ребенку. И каждый раз, когда она удивлённо вскрикивала, Ричард становился ещё мягче и терпеливее, что снова вызывало во мне неясное чувство досады.

– А это холл для приёмов? – с восторгом спросила Лиллиана, оглядывая роскошные люстры и покрытые фресками стены.

– Да, я видела здесь старые эскизы, когда начинала реконструкцию, и сохранила их стиль, – ответила я, и Лиллиана снова восхищённо вздохнула, а её взгляд задержался на каждой детали, будто она хотела запомнить всё навсегда.

Мы обошли весь первый этаж, затем прошлись по коридорам, и, наконец, я привела их к детской. Она была расположена в самой дальней части дома и выходила окнами в небольшой сад. Я открыла дверь, и в комнате сразу стало тихо.

Лиллиана осторожно вошла и оглядела просторное, но уютное помещение. Она села на край кровати, обитой мягким шёлком, и провела пальцами по одеялу. Глаза её чуть затуманились, и она тихо прошептала:

– Я почти ничего не помню… но почему-то здесь чувствую себя как дома.

Я видела, как Ричард, стоя у окна, сдерживал волнение. Он провёл пальцем по подоконнику и взглянул на место у камина, где стояли деревянные игрушки, аккуратно сложенные на полу.

– Лилли, – тихо произнёс он, – сначала эта комната принадлежала мне. Потом родилась ты, а я немного повзрослел, и меня переселили в другую часть дома, а эту комнату переоборудовали для тебя.

Лиллиана повернулась к нему, её глаза заблестели от слёз, но она улыбнулась:

– Ты об этом никогда не рассказывал…

Ричард чуть сжал кулаки и отступил к окну, глядя куда-то вдаль, будто потерялся в воспоминаниях.

– Это не было важно, Лилли, – пробормотал он, но я видела, как ему тяжело держать себя в руках.

Я чувствовала себя посторонней, но при этом знала, что моя роль здесь была важна. Я могла бы помочь ему примириться с прошлым, наконец показать, что Холлисайд мог быть местом не только для испытаний, но и для радости. Глядя на эту трогательную сцену, я подумала о дневниках его матери, спрятанных в кабинете. Это были не просто записи – это была её любовь, которая жила в этих стенах. Они принадлежали Ричарду, и он должен был узнать правду.

Лиллиана неожиданно посмотрела на меня и спросила:

– Вы правда смогли сохранить все эти комнаты, чтобы они снова ожили?

Я кивнула, слегка улыбаясь.

– Это было нелегко. Но я хотела, чтобы Холлисайд сохранил свою историю и остался домом для всех, кто ему дорог.

Ричард посмотрел на меня и коротко кивнул, будто по достоинству оценил мои слова. Впервые я почувствовала нечто особенное в его взгляде, то тепло, которого мне так не хватало. Я смотрела на него и знала: пора открыть ему ту часть истории, которая могла помочь ему понять его мать и её наследие.

Глава 48. Это всё её вина!

Я улыбнулась Лиллиане и мягко коснулась её плеча. Она была так увлечена детской комнатой, что я с трудом привлекла её внимание. Всё это время Лиллиана выглядела, как маленькая девочка, нашедшая долгожданный клад. Мне было приятно видеть её такой радостной и оживлённой, но я знала, что пришло время вернуться к обязанностям хозяйки.

– Давай спустимся вниз, – предложила я. – Гости уже собрались, музыка наверняка в самом разгаре, а ужины просто божественны.

Лиллиана, улыбнувшись мне, кивнула, и я провела её до двери. Внизу слышался шум веселья, звуки весёлых разговоров и звуки музыки, доносящаяся из зала. Я подождала, пока она скрылась за поворотом коридора, и обернулась к Ричарду, который стоял у окна и, казалось, был погружён в собственные мысли. Его взгляд блуждал по теням, падающим на стену, а пальцы нервно касались подоконника.

– Ричард, – позвала я, подойдя к нему ближе. – Я хочу показать тебе кое-что. Это важно.

Он обернулся, и в его глазах я увидела тот же холодный контроль, к которому уже привыкла, но который всегда ранил меня своей отчуждённостью. Я взяла себя в руки и продолжила:

– Дневники твоей матери. Я думаю, тебе стоит их увидеть.

Я надеялась, что он поймёт. Поймёт, что я делаю это не для себя, а для него. Что я хочу, чтобы он знал правду о своём прошлом и о том, что происходило в этом доме, даже если это может вызвать боль.

Но прежде чем он успел что-то ответить, из зала раздались крики. Я вздрогнула, и сердце тут же ушло в пятки. Звук был похож на удар грома, гулкий и низкий, эхом отдающийся по всему дому. Оркестр замолк на полуслове, и тишина повисла в воздухе, будто затянутая нить, готовая оборваться.

– Что там происходит? – прошептал Ричард, его лицо побледнело, и он быстро направился к выходу. Я бросилась следом, стараясь догнать его.

Мы спускались по лестнице, и каждую ступеньку я ощущала, будто она отдаётся в моих висках гулким звуком тревоги. В голове мелькали самые страшные мысли, но я пыталась подавить панику, сосредоточиться на том, что нужно сделать.

Когда мы достигли зала, я поняла, что мои худшие опасения подтвердились. Гости стояли в растерянности и страхе, кто-то прятался за колоннами, а в центре зала начали расти сверкающие лианы и цветы, будто сотканные из света и магии. Они разрастались, будто живое, дышащее существо, и окружали людей, как капканы, из которых невозможно выбраться.

Я услышала вскрик Лиллианы и, повернувшись, увидела, как одна из светящихся ветвей обвилась вокруг её талии. Девушка отчаянно пыталась вырваться, но лианы были словно железные. Я почувствовала, как моё дыхание сбилось, и побежала к ней, но тут меня остановил голос Рэнделла.

– Это всё её вина! – Он стоял посреди зала, его лицо было искажено страхом и яростью. – Это проклятое место под её контролем, это её эксперименты с магией! Она знала, что делает, и теперь всем нам угрожает опасность!

Гости, и так напуганные до смерти, стали коситься на меня, будто я действительно была виновницей этого кошмара. Я почувствовала, как их подозрения и страхи опутывают меня, будто те же светящиеся лианы. Дыхание стало прерывистым, руки заледенели от ужаса, но я заставила себя не отводить взгляда от Лиллианы, которая всё ещё была в плену магических лоз.

– Нет! – выкрикнула я, едва узнавая свой голос. – Это не так!

Ричард стоял в нескольких шагах от меня с ледяным выражением лица, он словно потерял способность чувствовать что-либо. Он не рванул к сестре, не предпринял никаких и только спустя мгновение я поняла почему: лианы опутали и его. Ричард пытался вырваться из цепкой хватки растений, но ничего не выходило.

Моя голова закружилась. Я должна была что-то сделать. Я не могла позволить им думать, что я враг. Но что я могла? Знания об этом месте, моё понимание магии... они не подготовили меня к подобному.

Я шагнула вперёд, напряглась, сосредоточилась на своём дыхании и попыталась вспомнить всё, что узнала о магии поместья. Но волны паники накатывали с новой силой, сбивая с толку и мешая думать. Гости, затаив дыхание, смотрели на меня, ожидая, что я возьму ситуацию под контроль.

Лозы продолжали разрастаться, охватывая всё новые и новые участки зала. Несколько гостей были уже полностью опутаны, и их приглушённые крики эхом разносились по комнате. Я почувствовала, как холодный пот проступает на лбу.

Глава 49. Рэнделл

Я стояла посреди этого разрастающегося хаоса, чувствуя, как моя надежда слабеет с каждой минутой. Лианы продолжали разрастаться, угрожающе сверкая под светом хрустальных люстр. Лиллиана отчаянно боролась, пытаясь освободиться, её глаза были широко распахнуты от ужаса. Гости начали паниковать, их испуганные крики разносились эхом по залу, заглушая мои мысли.

– Элизабет! – раздался чей-то голос, и я обернулась. Илья бежал ко мне, его лицо было мрачным и решительным. – Что здесь происходит?

– Это магия, – ответила я, голос срывался на страх. – Она сошла с ума! Лозы захватывают всех!

Илья кивнул, и его глаза сверкнули, как у хищника, увидевшего свою добычу. Я даже успела удивиться, не ожидала такой прыти от этого толстячка. Он поднял руки, закрывая глаза, сосредоточился. Я видела, как по его коже пробежала едва заметная дрожь, и почувствовала, как магические потоки начинают двигаться вокруг нас, словно подчиняясь его воле. Лозы на мгновение остановились, но затем с новой силой двинулись вперёд, становясь только плотнее.

– Шани! – закричала я, оглядываясь. – Неси артефакты!

Экономка тут же выскочила из толпы с каким-то блестящим серебряным амулетом в руках, и я поймала его, почувствовав знакомое тепло. Это был амулет, который мы использовали для стабилизации магии во время реконструкции. Если он мог помочь тогда, может быть, поможет и сейчас.

Мы с Ильёй начали работать в унисон, пытаясь обуздать сумасшедшую магию, но ничего не получалось. Лозы прочно держали людей, в том числе Лиллиану, и не сдавались. Гости, словно в безумии, пытались освободиться, что только усугубляло ситуацию.

– Это не работает, – произнёс Илья, сжимая зубы, а его лоб блестел от пота. – Что-то не так. Это не обычная магия поместья.

– Что ты имеешь в виду? – спросила я, чувствуя, как моё отчаяние нарастает.

– Я не чувствую её обычного источника. Кто-то направляет её! – глаза Ильи широко раскрылись, и я тоже поняла, о чём он говорил. Магия была другой, словно её усиливали или подчиняли. Моё сердце ухнуло вниз.

И тут я заметила. Среди всего этого хаоса, криков и испуганных лиц, мне вдруг бросилось в глаза, что нет одного человека – Рэнделла. Его фигуры не было ни среди паникующих гостей, ни среди слуг, отчаянно сражающихся с магией. Словно он растворился в воздухе.

– Где Рэнделл? – пронеслась мысль, и я огляделась вокруг, выискивая хоть какой-то след. Но его не было видно. – Что-то не так, – прошептала я, снова бросив взгляд на борющихся гостей. И тут заметила странное колебание магии, исходящее от одного из углов зала. Это место было скрыто тенью, и я увидела, как мерцание зелёного света исчезает за дверью, ведущей в сад.

– Илья, за мной! – скомандовала я, не дождавшись его ответа, и бросилась в сторону двери.

С каждым шагом я чувствовала, как меня окутывает тяжёлое, давящее ощущение. Сердце колотилось, и я знала – интуитивно знала – что это Рэнделл. Что он стоит за всем этим. Я выскочила в сад, где туман стелился низко над землёй, а влажный воздух резал лёгкие.

Мы увидели его почти сразу: Рэнделл стоял у одной из старых, древних статуй, держа в руках что-то похожее на артефакт, который излучал тот же зловещий зелёный свет, который я видела в зале.

– Рэнделл! – выкрикнула я, и он резко обернулся. В его глазах горел огонь безумия и торжества, и он засмеялся, глядя на нас, словно на двух глупых детей, нарушивших его игру.

– Я знал, что ты догадаешься, – усмехнулся он, и артефакт в его руке ярко вспыхнул. – Это я направляю магию. Поместье слушается не только тебя, Элизабет. Оно слушается того, кто знает, как с ним справляться.

Я почувствовала, как мои ноги начинают дрожать. Он играл с магией поместья, использовал её, чтобы напугать гостей, а теперь ещё и устроил этот кошмар в зале.

– Зачем ты это делаешь? – спросила я, стараясь говорить спокойно, но голос всё равно дрожал.

– Зачем? – повторил он, и в его голосе было столько презрения, что я едва не сжалась. – Да потому, что ты, маленькая глупая герцогиня, вздумала взять под контроль то, что тебе не принадлежит! Ты вмешиваешься в то, чего не понимаешь.

И тут я вспомнила рассказ Марка. Рэнделл… Который шантажировал его, обобрал всю деревню до последней нитки. Ну, конечно! Как я раньше не догадалась, что это один и тот же человек! Наверное, просто не хотела верить в то, что управляющий Ричарда способен на такое. Я почувствовала, как ярость накрывает меня, как волна.

– Ты опасен, Рэнделл. Ты рискуешь жизнями всех, кто в этом доме, ради денег? Это... это безумие!

Илья сделал шаг вперёд, его руки засветились слабым голубым светом, когда он приготовился к атаке. Но я остановила его. Это был мой дом, моя ответственность. И я знала, что должна сама справиться с Рэнделлом.

– Убери свои руки от артефакта, – приказала я, вкладывая в голос всю ту силу, что накопилась во мне за эти месяцы. Но он лишь усмехнулся, его взгляд стал жестче.

– Не приближайся, Элизабет. Или я усилю магию ещё больше, – прошипел он, и я видела, как свет артефакта становился всё ярче, зловещий зелёный свет, который отражался в его безумных глазах.

Гости в зале кричали, а магия продолжала бушевать. Я понимала, что времени больше нет.