Текст книги "Развод. Сын моего мужа (СИ)"

Автор книги: Ая Кучер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 18 страниц)

Глава 20

Охренеть. Просто охренеть.

Мама ему помогала, чтоб её.

Я едва сдерживаюсь, чтобы не потребовать у Назара ответы в ту же секунду. Но он замёрзший, испуганный…

Поэтому приходится всё отложить, пока мы возвращаемся в дом. Я нахожу хоть какие-то сухие вещи для Назара, Витя его в порядок приводит, мама готовит чай.

Я забегаю к девочкам. Малышки спят в своих кроватках, такие безмятежные и красивые.

Хочется погладить их волосы, поцеловать. Но тогда точно проснутся, поэтому несколько минут я наблюдаю издалека.

Я успокаиваюсь. Нахожу в своих девочках и силы, и гармонию. Возобновляю баланс.

Когда я спускаюсь в гостиную, там уже все. И укутанные пледом Назар, попивающий чай. И немного успокоившийся Витя. И мои родители.

– Спасибо, – я сжимаю плечо отца, улыбаюсь. – Так… Назар, а что произошло?

– Что? – он длинными ресницами хлопает, взгляд отводит. – Я упал.

– А перед этим? Ты сказал, что тебе помогли сюда добраться.

– Ну…

Мальчик начинает горбиться. Теребит уголок пледа, всем видом показывает, что говорить не хочет.

Наверное, уже пожалел, что про маму признался.

А я очень рада!

Я так и знала, что Маргарита вылезет где-то. Невозможно, чтобы осталась в стороне.

Она всё время натаскивала Назара? Говорила ему, что делать? Но поступки такие странные, непонятные…

– Мы можем обсудить это… – Витя косится на моих родителях. – Лично. Нашей семьёй.

– Ты сам нас включил, – грохочет отец. – Когда при всех новости огласил.

– Я не…

Витя пытается что-то объяснить, но после просто рукой взмахивает. Не находит объяснений своему поступку.

– Что было, Назар? – я присаживаюсь рядом с мальчиком, поглаживаю его ладонь. – Расскажи, никто ругать не будет.

– Папа будет кричать, – бухтит.

– Не будет.

Я посылаю Вите многозначительный взгляд. Я понимаю ругань мужа как мать. Когда сердца от страха останавливается.

Но вот такие всплески эмоций – они заставляют деток закрыться, бояться рассказать правду.

Почему кто-то решил, что криком или подзатыльником можно детей хорошему научить?

В нашей семье всё обычно по-другому. Всё разговорами решается. Витя никогда на девочек не кричал.

Но они и в лес не сбегали.

– Я… – Назар тяжело вздыхает. – Я с мамой говорил.

– Когда?! – с нажимом уточняет муж. – Ты сказал, что с ней нет связи. Мы же… Я не ругаюсь, я понять пытаюсь.

Витя исправляется под моим пронизывающим взглядом. Пытается взять себя в руки, спокойно поговорить.

– Она мне позвонила, – шепчет Назар. – Она просто хотела узнать, как я. И… Там ничего такого. Мы просто поговорили.

– О чём?

– О всяком, – пожимает плечами, делает глоток чая. – Мы… Мы иногда разговариваем. Вот. И я просто… Мы заговорили о тебе, Полина. И она рассказала, где ты живёшь. Название деревни. А я потом глянул, как сюда ехать.

– Ты сказал, что с ней связи нет.

– Потому что я не хотел, чтобы ты меня ей отдал!

Назар подскакивает на ноги. Шипит, проливая на себя чай. Я тянусь за салфетками, помогаю вытереться.

Мальчик подрагивает от злости и страха, с опаской смотрит на папу. А после переводит молящий взгляд на меня.

– Я не хочу к маме, – его губы дрожат. – Не хочу. Я всё сделаю, только не отдавай меня обратно, пап.

– Я не собираюсь, – Витя притягивает к себе сына. – Но ты не должен мне лгать, Назар. Мне нужно знать, где Маргарита, как с ней связаться. Нужно различные документы оформлять, а она на связь не выходит. Понимаешь?

– Угу.

– А поехал ты к Полине зачем? Тоже мама подсказала?

– Что? Нет! – он так активно мотает головой, что у меня всё кружится. – Мама Полину не любит. Она говорила, что… Что Полина мешает вам быть вместе.

Я впервые слышу, как матерится мой отец. Мама охает. А я пребываю в ступоре, услышав подобное.

Маргарита меня не любит?

Нацелилась на роль жены, а Витя почему-то выбрал меня?

Если честно, для меня это тоже непонятно. То есть… Родители у меня простые, связей или преференций нет.

Я красивая, в двадцать так вообще красоткой была. Но на мисс Мира я не претендую. Но ведь Маргарита тоже ничего такая.

И в чём тут дело?

Очевидно же, что Витя с ней общался это время! Раз она меня невзлюбить успела, ещё и сыну об этом рассказала.

– Да? – я стараюсь, чтобы мой голос звучал спокойно. Но он всё равно подрагивает от негодования. – А когда твоя мама это говорила?

– Когда-то, – Назар забавно хмурится, задумываясь. Не врёт сейчас. – Мы о папе говорили… А потом о тебе.

– Ага. Значит, я мешаю быть маме с папой?

Я взгляд на Витю поднимаю. И вот для него – у меня целый спектр эмоций. Не скрываю гнева, испепеляю его.

На лице мужа желваки играют, когда он понимает, о чём именно я думаю. Да-да, никаких лет в разлуке у них не было!

А я идиотка, которая в это почти поверила.

Настолько убедительно все врали.

– Назар, – Витя явно планирует прервать сына, но я не даю.

– Расскажешь, – перебиваю, делая мой голос максимально ласковым. – Мне нужно знать, Назар.

– Нет! То есть… Мама тебя не любит. Но я думаю, что ты хорошая! Ты меня не бросила.

– Не бросила?

– В лесу. И из кондитерской не выгнала. Ты очень хорошая. Такие, как ты не бывают плохими.

– Такие, как я? Назар, мы с тобой раньше виделись? До того как папа, – как же это слово сердце царапает. – Привёл тебя в наш дом?

– Нет!

Назар отвечает слишком бойко. Его тон мгновенно меняется, повышается на несколько октав.

Мальчик для своих лет умеет выкручиваться и лгать. Но я замечаю мелочи, которые его раскрывают.

И вот сейчас – он точно врёт.

– Точно? – я прищуриваюсь. – А мне кажется, что я тебя где-то видела…

– Нет, точно нет, – он активно мотает головой. Взгляд бегает по помещению, пока не останавливается на моей маме. – Извините, – Назар округляет глаза. – А можно мне ещё немного чая?

– Ох, конечно.

Взгляду Назара невозможно противостоять. Мама тут же соглашается, суетится. У меня не получается её одёрнуть, остановить.

А что мне сказать? Не давай этому ребёнку чая, он врушка?

В угол я отправлюсь первой.

Я чуть усмехаюсь своим мыслям. Стараюсь хвататься за всё хорошее, чтобы не взорваться. Мне нужен покой.

Не взрываться. Не устраивать скандалы. Они меня саму вымотают сильнее, чем Витю.

Он-то горой стоит на своём.

– Пошли-ка, – мама зовёт Назара. – Сам выберешь, какой мёд положить тебе.

– А их несколько бывает?

Мальчик заинтересованно спешит за моей мамой. Может, радуется возможности сбежать.

А может, как и любой ребёнок, любопытный.

Мы с моим отцом переглядываемся. Он недовольно кривится, но выходит из комнаты. Принимает то, что я сама могу за себя постоять.

– Ты – мудак, – выплёвываю я, подскакивая на ноги. – Убить бы тебя, но жалко маникюр портить.

– Поль, – Витя качает головой. – Ты серьёзно веришь в слова Назара? Может, Маргарита тебя и не любит, не знаю. Но это не из-за моей с ней связи.

– А, ты думаешь, это меня так разозлило? Это тоже, но ты… Ты неблагодарный ублюдок. Мои родители всё делали, чтобы Назара найти! А ты сделал вид, что они никто.

– Они не никто. И я благодарен. Но у нас – своя семья. Вряд ли бы ты была рада, что я своих родителей втягиваю.

– Своя семья? Отлично. А в этой семье принято правду говорить? Что ты от меня скрываешь?

– Ничего.

– Ты мне врёшь. Врёшь! Я тебя, мудака такого, восемь лет знаю. Я знаю, когда ты обманываешь. Почему?!

Я всё-таки не выдерживаю. Полукрик вырывается из груди, вдалеке хлопает дверь на кухню.

Нам даруют уединённость.

Хорошо, свидетелей не будет. Как я мужа задушить пытаюсь. Потому что выдержать это невозможно!

– Назар тебя знает, – перечисляю я. – Ты заботишься о нём как о родном. Марго обо мне говорит! Тебе мало, чтобы признаться? Я должна вас в постели застать?

– Не застанешь, – режет суровым взглядом. – Мы не спим с ней.

– Всё. Проваливай. Не говоришь правды – проваливай. Я больше это терпеть не намерена!

– Хорошо. Да, я соврал. Я виделся с Марго.

Глава 21

И вот… После этого он живым должен остаться? Кто его оправдает?

– И тогда чего ты от меня хочешь?! – внутри разрывает от ярости. – Отлично, видься дальше.

– Не в том смысле, – Витя поднимается на ноги, шагает по комнате. – Просто виделся. Мы пересекались. Случайно.

– Ну конечно. Шаг вперёд с правдой, три назад? Вить, я тебя не понимаю. Ну, изменил мне, ладно. Бывает. Люди расходятся, дальше живут. Мне двадцать восемь, жизнь не закончена.

Муж мгновенно оскаливается. Сжимает кулаки до побелевших костяшек, оказывается со мной рядом.

– Уже кого-то нашла? – недобро прищуривается.

– Твоя ревность неуместна, – цежу недовольно. – Это ты в нашей паре изменщик.

– А ты будто только ждала…

Я не сдерживаюсь. Это не моё решение, эмоции руководят. Но Витя получает пощёчину. Такую сильную, что у меня ладонь огнём обдаёт.

Я охаю, прижимая к себе руку. Смотрю на то, как на лице мужа расцветает красный след.

– Ты не имеешь права мне такое говорить, – цежу я. – Я люблю тебя. Любила. Господи, Вить, как я тебя любила. Я же думала, что мы действительно «навсегда». А ты… У тебя изначально этого не было в планах.

– Полюш…

– Нет, – я упираюсь ладонью в его грудь. Не даю подойти. – Ты выбрал другую. Раз или на протяжении стольких лет – плевать. Ты выбрал её. А я выбрала не прощать этого.

– Послушай ты меня.

Мужчина перехватывает мои ладони. Он мягко сжимает запястья, тянет на себя. Я в его грудь врезаюсь, запрокидываю голову.

Тело реагирует привычкой. Мурашками и сбитым дыханием. Покалыванием в груди, жаждой ласки.

Тело живёт прошлым. А разум – реальностью.

– Послушай, – мягко просит муж. – Ты хотела знать, что я недоговариваю. Я видел Марго, мы общались. Никакого сексуального подтекста. Никакой информации о Назаре. Мы просто говорили. Всё.

– И это тайна?

– Тайна, – Витя на секунду прикрывает глаза. А когда открывает – синева заполнена горечью и раскаянием. – Потому что… Я знал, что у неё есть сын.

Я прекращаю попытки вырваться. Замираю, парализованная коктейлем чувств. Болью, горечью, смятением… Каким-то нездоровым ожиданием.

Витя прижимает мои руки к себе, всё ещё за запястья держит. А я чувствую, как его сердце колотится в груди.

– Лёня как-то взболтнул, это такое было… – муж каждое слово будто от себя отрывает. – А после я увидел её. Пересеклись случайно, ничего особенного. Переговорили. Я намеренно избегал темы случившегося. Для меня это было лишь ошибкой.

– И? – горло сдавливает тисками.

– А после мы столкнулись второй раз. Не уверен теперь: насколько случайно. И она была с Назаром, гуляла. Он совсем мелкий был. Младше нашей Алисы.

– Зачем ты это рассказываешь?

– Ты хотела правды. Маргарита ничего не сказала про моё отцовство. А я смотрел на малого, прикидывал сроки… Он не был на меня похож. Поэтому я трусливо решил, что не мой. Ты тогда только родила недавно. Сделал всё, чтобы с ней больше не пересекаться. Поменял клуб.

Ох, я вспоминаю. Витя хотел в спортивный клуб, очень нахваливал его. А после резко бросил.

Тогда муж отмахнулся, что хочет больше помогать. Действительно, проводил всё свободное время дома. А оказывается – от любовницы прятался.

– Поэтому я так сейчас беспокоюсь о Назаре, – муж ловит мой взгляд. – Я мог узнать несколько лет назад, дать ему лучшую жизнь. Не знаю, что там у них было… Но Назар явно жил в ужасных условиях. И я хочу исправить свои ошибки. Сделать всё правильно.

– Делай. Но без меня, Вить.

– А без тебя не получается, – он вжимается лбом в мой. – Без тебя я вообще жизни не представляю, Поль.

Зато я отлично представляю жизнь с Витей. Ложь, недоверие, постоянное ощущение, что барахтаюсь в паутине лжи.

К счастью, мне удаётся выпроводить мужа. Назару нужен отдых, а мне – целая реабилитация. Когда машина Вити уезжает, я выдыхаю.

– След на щеке заметил, – прищуривается отец, вздыхает. – Поль, ну кто так делает?

– Пап!

– Кулак сжимаешь, большой палец сверху. А ты… Эх, учить тебя и учить.

Я прыскаю, не удержавшись. Папа произносит серьёзно, но глаза его смеются.

– Захар! – возмущается мама. – Ты чему её учишь? Она же девочка! Лучше сковородкой бить.

Я говорила, что мои родители самые классные?

Я висну на них, расцеловываю. Отправляюсь отдыхать после тяжёлого дня.

А с утра – в новый бой. Веселюсь с девочками на кухне. Подхватываю Соню на руки, чтобы она помешала кашу. После Алиса добавляет ягоды.

Мы суетимся, смеёмся. Я радуюсь оттого, что мои девочки счастливы. Я всё правильно делаю.

Они счастливы с Витей, со мной. По отдельности им тоже хорошо.

– Мартышки, – я делаю большие глаза. – А кто рюкзак свой потерял?

– Не я!

– И не я!

Дочки тут же бегут за своими розовыми рюкзачками. Я завожу дочерей в садик, сама на работу.

Со скандалом нужно разбираться. Травля в интернете продолжается, но не такая активная.

Я суечусь. Даже на кухню попадаю, сама занимаюсь готовкой. Работа кипит. Всё для спасения кондитерской.

Я выложила все доказательства, сертификаты, результаты проверок… Но людей это не сильно убедило.

Я с тараканами десерты делаю, ага.

Но с этим я разберусь.

– Кто-то вошёл, – Галина первой слышит звонок колокольчика. – Хороший знак?

– Сейчас узнаем. Вы продолжайте.

Я сама выхожу в зал, чтобы не отвлекать работников. У них кондитерские произведения искусств получаются намного лучше.

А моя задумка требует техничной работы с мелкими деталями. Первая партия уже готова, конечно, но она пробная. Не идеальная.

– Добро пожаловать.

Бойко произношу я, сильнее затягивая фартук и поправляя кепку. Кончик хвоста щекочет шею.

– Какой сервис, – улыбается знакомый мне мужчина. – Сама Полина Воробьёва меня встречает.

– Я Доронина, – отвечаю на автомате.

– А. Поэтому такое название кондитерской? «Д’Ор»… Оригинально.

Денис облокачивается на прилавок. С интересом на меня поглядывает, прищурив свои тёмные глаза.

Нахальная улыбка бывшего одноклассника совсем не поменялась за эти года. Такая же раздражающая.

У нас с Денисом был всего один нормальный разговор за много лет. Недавно, когда от него племянник сбежал.

И вот – мы снова сталкиваемся.

Совпадение?

– Так зачем ты пожаловал? – я изгибаю бровь. – Сладкоежкой ты никогда не был.

– Люди меняются, Полька. Может, я по десять шоколадок в день теперь уминаю?

– По тебе не скажешь.

Тц. Я сейчас наглому Ястребову комплимент сделала? Иу. Ещё докачусь, что с ним нормально разговаривать можно.

А я то помню, как им противным он был в школе. Самым доставучим из всех.

Ну, справедливости ради, выглядит он действительного хорошо. Тело у него поджарое, видно, что натренированное.

– По тебе тоже не скажешь, что ты кондитерской владеешь, – мужчина нагло и демонстративно меня рассматривает.

– Навёл обо мне справки? Откуда знаешь, что она моя?

Или Ястребов наткнулся на скандал в сети? Решил лично позлорадствовать?

Так вроде не дети мы давно.

– Навёл, – легко соглашается Денис. – Через общих знакомых узнал, что у тебя да как.

– И зачем? – я удивляюсь.

– Дело к тебе важное есть, Поль.

– Дело?

Я хмыкаю. У нас с Ястребовым было лишь одно дело – бесить друг друга почаще. На этом всё.

А уж тем более не в моменте, когда мы не виделись столько времени.

Я недоверчиво прищуриваюсь, упираюсь ладошками в прилавок и подаюсь ближе к мужчине.

– Ну? – подгоняю его. – Удиви меня.

– А насколько тебя сложно удивить, Воробьёва? – ухмыляется всё шире. – На самом деле… Погоди-ка.

Денис отвлекается, а я стону. Как был болтуном, так и остался. Его внимание уже переключается на витрину.

Его тёмные брови взлетают вверх от удивления. Мужчина оборачивается ко мне.

– Это что… Тараканы? Полька, нельзя же так. А санитарные нормы? Проблемы ж будут.

В его голосе звучит насмешка, взгляд смеётся. Я стону, потому что от Дениса стоило этого ожидать. Сейчас он не успокоится.

Я следую за мужчиной, останавливаюсь напротив него. Не ведусь на его провокацию. Наоборот, подыгрываю.

– Целая стая тараканов, – вздыхаю я. – Раз ты заметил, тебе с ними и разбираться.

– И как же?

– Придётся есть.

Я отодвигаю дверцу в сторону, достаю оттуда поднос с новым видом десертов.

Да-да, в виде тараканов. Сверху покрыто глазурью и желе, а внутри – нежный мусс. Есть надежда, что этот ход сработает.

Они приходят посмотреть на тараканов? Пусть их покупают.

– Надеюсь, ты туда не добавила средства от насекомых? – Денис недоверчиво хмыкает. – От тебя всё что угодно ожидать можно. Опасная ты девчонка, Поль.

– Очень опасная, – я киваю с улыбкой. – Ты сам вызвался добровольцем. Пробуй.

– Я так подумал… Мне жаль за все школьные подставы. Я не хотел тебя обижать. Всё ещё стоит есть?

– Ты что, Ястребов, трусишь? Не может быть!

– А на слабо ты берёшь всё так же ужасно.

Денис смеётся, но всё же тянется за пирожным. Легко откусывает голову, не показывая ни капли страха.

Показушник.

Я внимательно слежу за лицом мужчины. Считываю его реакцию. Мы с сотрудницами уже попробовали, но теперь – первый подопытный кролик из клиентов.

– Без яда, – резюмирует Денис.

– А ты разочарован? – посмеиваюсь. – Ну как? Это наш новый продукт.

– А, тестируешь на мне? Не жалко?

– А жалеть мужчин вообще нельзя.

Я легко пожимаю плечами, произношу то, чему меня учил папа. Сочувствовать – да. Но не жалеть.

Жалость надо оставлять для котиков и детей. И, немножко, для себя самой.

Денис на мою реплику лишь кивает, одобряя подобное.

– Согласен, – взгляд становится более серьёзным. – Умная мысль.

– Так как? Вкусно?

– Да вкусно, Поль, вкусно. Странно, конечно, но… Нормально.

– Так зачем ты приехал?

Я возвращаюсь к главной теме. Не просто так Ястребов сюда заявился. Но я ума не приложу, что же ему понадобилось.

Мужчина укладывает на прилавок пакет, который я раньше не заметила. Толкает ко мне.

Ловлю на автомате, пока не упало на пол. Заглядываю внутрь.

– Хозяйку надо найти, – подкалывает Денис. – Поможешь?

– О. Спасибо большое.

Внутри я нахожу кофту, которую нигде не могла найти. Оказывается, я забыла её в парке.

Когда столкнулась с Денисом, а после поспешно ушла. Значит, не показалось, что он меня звал.

– Вот так сбегают девушки, вещи теряют, – цокает Денис. – Я был настолько плох или настолько хорош?

– Где ты там вещи потеряла?

Раздаётся злющий голос со входа. Я прикрываю глаза, чувствуя покалывающее раздражение.

Конечно. Витя решил заявиться именно сейчас, услышав двусмысленные намёки Ястребова.

Черт.

Глава 22

На секунду меня обжигает стыдом. Словно это я сделала что-то неправильные. Ужасное.

Потому что…

Мне-то не плевать на чувства Вити. Я же его всё ещё люблю, хоть и пытаюсь подготовиться к разводу. Я его чувства щажу.

А он мои – ни разу.

– Какая тебе разница? – я тут же вспыхиваю. – Спасибо, Денис.

Я вкладываю в голос намёк, чтобы мужчина уходил. Я не особо хочу, чтобы кто-то видел наши с мужем разборки.

Это будет некрасиво и долго. Ну и… Это Ястребов. Когда это я перед ним слабость показывала?

Лишь единожды! А значит – не считается.

Витя сгорает от ревности, взрывается. Он танком прёт на нас с Денисом, во взгляде – желание задавить всех.

– Проблемы?

Я стону. Денис не уходит, конечно же. Выпускает свой тестостерон, не готов отступать. Ещё и становится так, что частично закрывает меня своей спиной.

Этот жест защиты не укрывается от Вити. Чем раззадоривает его ещё сильнее.

– Ты кто ещё такой? – голос мужа вибрирует от ярости.

– Тебя это как касается? – Денис лишь подначивает.

– Я её муж.

– А я её…

Я практически чувствую, как слово «любовник» перекатывается на языке Дениса. Вот-вот соскочит, чтобы уколоть противника.

Но Ястребов давно не ребёнок. Вместо этого он заявляет:

– Старый друг.

– Полина, – муж переводит взгляд на меня. – Нам нужно поговорить.

– А я занята. Видишь, клиента обслуживаю. И разговаривать у меня нет желания. Ты не можешь заявляться сюда, когда тебе захочется.

– Могу. Не забывай, что мы женаты. Всё моё – твоё, не так ли?

А, и в обратную сторону тоже работает. Хорошо, что я уже всё начала менять. И новое ИП будет вскоре на папу оформлено.

Чтобы у Вити не было никаких аргументов.

Ну вот что с мужчинами не так? Не сдался мужу мой бизнес. Не полезет он в него, я знаю. Но при этом – надавить пытается.

Как Назара по лесам искать, то – пожалуйста. А в других моментах мы показываем свою силу.

– При разводе имеешь право, – парирую я. – Ты сам просил подождать с разводом. Так что: либо пошли делить, либо подожди где-то подальше.

Подальше для Вити – возле витрины с тортиками. Он всем видом демонстрирует, что это максимум, который я получу. Его поблажка.

Я нервно выдыхаю. Перевожу извиняющийся взгляд на Дениса. Неудобно получается.

– Спасибо ещё раз, – негласное «тебе пора».

– Кофе не сделаешь? – постукивает пальцами по прилавку. – За мои старания.

Вот же ж… Засранец. Специально это произносит. Сильнее раззадоривает Витю. А я не могу удержаться от подкола:

– Вот сейчас человека доведёшь… А потом проблемы у меня будут.

– Обижает тебя? – Денис мгновенно напрягается, встаёт в стойку. Словно уже готов мою честь защищать. – Да или нет, Воробьёва?

– Нет. Не так. Всё нормально.

Я успокаиваю мужчину, пока тут действительно драка не началась. Занимаю себя готовкой кофе.

Я прошла курсы бариста, когда открывала свою кондитерскую. Я хотела сама разобраться во всех процессах. Понимать, что происходит.

Отдаю Денису стаканчик с кофе и поворачиваюсь к Вите. Я не могу от него прятаться, но это уже надо заканчивать.

Он не может вечно ко мне заявляться.

Когда уже суд назначит дату развода?

– И кто это? – Витя ведёт челюстью, кивая на отошедшего Дениса. – Где ты одежду успела оставить?

– Вить, твоя ревность неуместна. Это ты мне изменил, не наоборот.

– И что? Ты решила так отплатить? Охренеть.

– А если…

Я не собираюсь возвращаться к мужу. Я просто не смогу это всё забыть и простить. Принять его сына…

А муж словно не понимает. Пытается продавить, вернуть к себе. И в голове мелькает шальная мысль. Как это всё прекратить.

– А если да? – я вздёргиваю подборок. – Если я действительно нашла себе другого мужчину?

* * *

– Вить, тебе курс у психолога подарить?!

Я вскрикиваю на мужа, а после разворачиваюсь к Денису. Укладываю на стол аптечку.

Мой муж – идиот. А я – идиотка. Только Ястребов, впервые в жизни, невинная жертва.

– Мне очень жаль, Денис.

Я едва не хнычу. Чувствую себя виноватой. Ляпнула такую глупость, а закончилось всё дракой. Я сама не поняла, как просто Витя бросился на моего «любовника».

Глаза вспыхнули, лава ярости растеклась… А в следующее мгновение я уже их растаскиваю.

Потому что у Ястребова свои тренировки и умения. Если первый удар он пропустил по глупой невнимательности, то дальше не отставал.

А всё из-за меня. Из-за глупой фразы. Я просто хотела, чтобы муж оставил меня в покое.

Позволил спокойно справиться с болью. А не продолжал щёлочью посыпать рваные раны.

За меня никогда мальчики не дрались. И Витя – не из таких классических ревнивцев. Иначе я бы с ним изначально не стала отношения строить.

Гиперревность – это не любовь. А тревожный звоночек, который может плохо закончиться.

А тут…

Что с ним вообще?

– Ты сказала, что ты с ним тра…

– Имени я не называла! – рявкаю я на мужа. – И это не твоё дело. Я даже не знаю, с какого момента. Когда Назара привёл. Или когда восемь лет назад с Марго был. Так что… У меня целый гарем может быть.

– Полина.

– Сядь!

Вскрикиваю, потому муж подниматься начинает. Денис зеркалит его движение, будто предупреждая.

Только Витю это не пугает. Замирают друг напротив друга дикими зверями. Будто доказывать собрались, кто вожаком будет.

Если муж пылает от ярости, то у Дениса злость холодная, взвешенная.

– Тебе пора, Вить, – произношу с нажимом. – Я проведу.

Он не двигается. Даже не задумывается об этом. Ему достаточно того, что «конкурента» я не выгоняю.

– Пожалуйста, – прикусываю губу. – Чем быстрее я с вами разберусь, тем быстрее останусь одна.

Я не знаю, что действует на мужа. Слова, мольба в голосе или мой усталый вид. Но он нехотя двигается со мной к выходу.

Разворачивается у двери, смиряет свирепым взглядом. Его всё ещё колотит от ревности.

– Нет у меня ничего с Денисом, – повторяю в который раз. – Но…

– Не мне судить, конечно, – с издёвкой произносит. – Только странно получается, Полюш. Я изменщик, негодяй, подлец… Но я изо всех сил кручусь, стараюсь сохранить нашу семью. Да, слажал. Тогда, сейчас. Но я хочу всё исправить. Я не могу никак исправить прошлое. Надавать себе малолетке по башке, чтобы думал. Но сейчас…

– Сейчас ты даёшь по башке другим. Бросаешься как безумец.

– Разве не понятно почему? Ты моя жена, а он к тебе полез. И да, Поль, ты всё ещё моя жена. Я хочу это сохранить. Я готов работать над нашими отношениями. Завоёвывать второй шанс. Но ты не даёшь этой возможности. Ты бегаешь от меня и про любовников врёшь.

– Я просто хочу спокойствия, Вить. И всё. Мне больно! А ты… Ты словно хочешь так много боли причинить, чтобы я совсем сломалась.

Зрачки мужа расширяются. Он моментально эту правду отрицает, делает шаг ко мне.

Тянет ладонь, чтобы прикоснуться в моей щеке, но отдёргивает. Сжимает пальцы в кулак, сдерживается.

– Это не так, – цедит он. – Я просто хочу, чтобы у нас всё было хорошо. Ответь на один вопрос. Если бы не было с Марго историей, ты бы хотела от меня уйти? Планировала это, но за шанс зацепилась?

– Что? Нет, конечно! Это последствия твоих поступков.

– Я понял. Значит, с этим работать можно. Увидимся, Полюш.

– Я не это сказала!

Но Витя уже не слушает. Уходит с немного улучшенным настроением. А я стону.

Я не этого добивалась!

– Ещё раз прости.

Мне очень неловко перед Денисом. Он и получил ни за что. Потому что я взболтнула лишнего. Ещё и свидетелем семейных разборок стал.

– Это даже обидно, – мужчина усмехается. Из-за чего из его губы снова сочится кровь. – Получил бы по делу… А так, подкатить ещё не успел, а уже получил.

– Жизнь несправедлива, – я открываю аптечку. – У нас с мужем… Некоторые неприятности.

– Я, конечно, был троечником. Но даже я сложил два и два. Ты хочешь развестись, он – против.

– Так очевидно?

– В нашу прошлую встречу ты сняла кольцо. В эту – я получил по лицу. Вроде сходится.

Я отрезаю кусочек марли, протягиваю Денису. Указываю, чтобы он приложил к ране. Сама иду за чем-то холодным.

От разбитой губы ещё никто не умирал. Но лучше сделать так, чтобы лицо не опухло.

– Не крутись ты так, – качает он головой. – Нормально всё будет. Бывало намного хуже.

– Мне от этого не легче, – я вздыхаю. – Хочешь, я тебе ещё кофе сделаю? Или десерты…

– Спасибо, тараканов я уже наелся. И мне пора идти. Но за подарочным кофе я ещё вернусь. Или тебе нужно ещё немного отвлечь мужа?

– Нет-нет, иди!

Я радуюсь, что ситуация разрешилась так… Не спокойно, но нормально. Прячусь ненадолго в свой кабинет.

В тишине мне становится легче. Бешеный круговорот мыслей затихает, я прикрываю глаза.

Позволяю себе несколько мгновений отдыха. Дальше у меня разборки с репутацией кафе.

Шутки про десерт с тараканами. Попытки выкрутить всё в свою сторону. Подсчитать убытки.

После – мои малышки. С ними вечер провести.

Но в это мгновение я принадлежу только себе. И наслаждаюсь тотальной пустотой в голове.

А после – снова слова Вити обдумываю, его поступки. Как он может так себя вести? Безумно ревновать, когда сам виноват во всём.

Ещё и подозревать в том, что я себе другого мужчину нашла. Так быстро переключилась, будто вовсе не любила.

Мудак.

Я же…

Я качаю головой. Оправдываться я не буду. Пусть мои знания останутся тайной. Что я не знаю, сколько времени потратить придётся на то, чтобы из души Витю выжечь.

Вот только он же не успокаивается. Я даже не знаю, как с этим бороться. Каким образом это всё закончить.

Развод в процессе, пока суд рассмотрит заявление, пока дату слушания назначит… Мне от собственного мужа прятаться?

Только это ведь и нелегко. Он знает, где меня искать. На необитаемом острове спрятаться?

Я не понимаю, почему Витя не может просто принять то, что я хочу развода?

Что я не могу… Я не…

Почему он так себя ведёт? Разве не понимает, что я не приму ребёнка от другой?

Нет, я бы могла. То есть… Если бы это был какой-то сирота. Маленький, потерянный малыш. Которому нужна помощь. И так сложилось, что только мы с Витей можем присмотреть…

Так я могла бы, да. У меня есть знакомая, которая усыновила ребёнка своей умершей подруги. Так можно.

Но не сына от любовницы!

Не…

Я тру лицо, пока кожа не начинает гореть. Выдыхаю. Возвращаюсь к привычной жизни. Вместо сна всё обдумаю.

– Мамочка!

Алиса едва обезьянкой на меня не запрыгивает, когда я прихожу за ней. Виснет, радуется.

Я быстро её собираю, вместе заходим за Соней. Она старшая, поэтому одевается быстро.

– А мововенное? – младшая строит глазки.

– Или пирог, – тут же включается старшая. – О, пирог с мороженым. Можно, мам?

– А деда покатает? Мы снова к деде?

– Да, пока мы поживём у них. Покатает. А бабушка точно что-то готовила.

Я крепко сжимаю ладошки дочерей. Они крутятся, прыгают. Радуются тому, что будет дальше.

Своей детской непосредственностью заряжают позитивом. Так много, что каждая клеточка заполняется радостью.

А после…

После сгорает. Я торможу девочек, сама останавливаюсь. Замечаю возле моей машины женщину, которая никуда не планирует уходить.

Нехорошее предчувствие поселяется в душе. Скребёт, когда незнакомка медленно оборачивается ко мне.

Всё обрывается. Сердце булыжником падает вниз, а в горле ком появляется.

Не незнакомка. Несмотря на то что мы не виделись много лет, Марго я узнаю сразу.

Как и она меня.