Текст книги "Брат мужа. Порочные игры (СИ)"
Автор книги: Арина Арская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 14 страниц)
Глава 36. Никто не любит лжецов
Глава 36. Никто не любит лжецов
В гостиной нас встречает высокая брюнетка. Куколка куколкой. Таких красавиц не встретишь в метро или супермаркете, потому что грешно подобным прелестницам быть среди обычных смертных.
– Так, – вздыхает Влад и скрещивает руки на груди. – Любопытно.
Вот мне тоже очень интересно, кто же забежал к нему на огонек, но я молчу, потому что у меня тут своя игра. Отличный вызов. Ни слова не пророню.
– Горя, – девица хмурит брови.
Я удивленно вскидываю бровь и перевожу взгляд на мрачного Влада. Горя? Горя?! я впервые слышу, чтобы Георгия сокращали до Гори.
– Ты женат? – шепчет девица, и в уголках глаз блестят слезы.
Да, Горя, ты женат? Не отвожу взгляд с его сердитого профиля. На злого коршуна похож.
– Допустим.
Медленно моргаю. Мы заключили сделку не с фразой “допустим, будешь моей женой на неделю”. Допустим… Слово "допустим" подразумевает возможность ловкого маневрирования, мол, я же не утверждал ничего.
– Это она?
Перевожу взор на девицу. Любовница? Невеста? Точно не сестра. Хотя с семейкой Аренских ни в чем нельзя быть уверенными. Вдруг у Влада и Паши и сестра где-то завалялась? Мало ли.
– Ты должна быть на Бали, Надюш, – Влад хмурится. – Ты что тут делаешь?
– Это она? – повторяет девица. – Твоя жена?
А дальше происходит что-то странное. Надюша орет. Орет и кидается к комоду, на котором красуется ваза с фруктами. Швыряет во Влад яблока, а тот меня в сторонку отодвигает и уворачивается от снаряда.
– Женат?! – летит банан. – Женат?!
После банана идет в ход апельсины, груши, а затем и сама ваза, что разбивается на осколки в паре шагов от Влада.
– Он немая, что ли?! – рявкает Надюша и хватает бутылку с виски, в ярости глядя на меня.
– Надя, – цокает Влад и легонько пинает апельсин. – Выдохни.
Виски летит в стену, а я отхожу к окну, потому что оттуда обзор лучше.
– Выдохнуть?! – визжит Надюша, кружа о гостиной, а затем бросается в сторону статуи, которую пытается уронить, но у нее не получается. – Сука!
Делает шаг ко мне, и Влад шипит:
– Надя.
Замирает, и разъяренной гарпией бросается к софе. Разорвать подушки у нее тоже не выходит, поэтому она их топчет, пинает и с рыданиями швыряет во Влада:
– Ты зачем меня решил замуж брать, если женат?!
Влад зыркает на меня, а я вопросительно вскидываю бровь. Действительно, зачем? Не сказать, что я удивлена. Ничего сверхъественного не произошло, на самом деле. Влад, как и его родственники, лжец и подлец.
– Ты чего молчишь? – Влад вопросительно изгибает бровь. – Комментарии по этому поводу какие-нибудь будут?
Пожимаю плечами. Что мне сказать? Присоединиться к крикам обманутой невесты, которая не в курсе того, что я фальшивая жена на неделю?
– Надюш, – Влад задумчиво почесывает подбородок, – ты мне напомни, когда я успел позвать тебя замуж?
Надюша шмыгает, утирает слезы и сипит:
– Папа…
– Что папа?
– Папа… – Надюша садится и колени взволнованно поглаживает, – сказал…
– Что сказал? – Влад заинтересованно поглаживает кадык.
– Сказал, что ты прозрачно намекнул, что хочешь со мной семьи, – Надюша опять шмыгает. – Ну я… я… кольцо ждала…
Прячет лицо в руках и всхлипывает:
– А ты женат…
– Намекнул, значит, – Влад хмыкает, – удивительное рядом. Надюш, посмотри на меня. Глазки подними.
Подчиняется и губы обиженно поджимает.
– Кто тебе начирикал о моей жене?
Молчит.
– Я ведь все равно узнаю, – Влад скрещивает руки на груди. – Кто?
Надюша губы закусывает и не выдает информатора, который, вероятно, засел среди персонала отеля. А кто еще мог?
– Ясно, – Влад достает телефон из кармана, несколько секунд копается в нем и прикладывает к уху. – Собери и вызвони всех. Кто не явится, уволю. Через час в конференц-зале.
– Горя, – шепчет Надюша, когда Влад прячет телефон в карман, – или ты в процессе развода? Если так, то… Я все пойму. Что-то я вспылила зря, да?
– Вспылила точно зря, – кивает Влада и мрачно смотрит ей в лицо, – но я не развожусь.
– Так ты папу обманул? – глаза Надюши вспыхиваю гневом. – Папа не любит лжецов.
– Никто их не любит, – соглашается Влад.
– Да вся его жизнь – одна большая ложь, – говорю я и замолкаю.
Проклятье. Немного отвлеклась, на апельсин, что подкатился к моей ноге, и все. Ляпнула и не заметила, как раскрыла рот.
– Не выдержала, да? – Влад смеется. – И у тебя ведь почти получилось.
– Папа будет недоволен, – шипит Надюша и встает, – очень недоволен тобой, Горя.
– Георгий, Надюш, – передергивает плечами и кривится.
– Он тебе изменял со мной год, – смеривает меня взглядом и цокает каблучками мимо Влада, – и два месяца.
Когда двери лифта за Надюшей закрываются, Влад шагает по осколкам, что похрустывают под подошвой и каблуками.
– Ты могла бы хоть для приличия немного поистерить, а то будто и не жена мне.
Глава 37. Намеки
Глава 37. Намеки
– Хорошая статуя, – меланхолично изрекает Влад, глядя на мраморную красавицу, – выстояла против ярости и ревности. Надежная женщина.
– Может, тебе подчиненные как бы намекнули, что только камень может быть с тобой рядом и незачем приставать к живым женщинам, – скрещиваю руки на груди и ехидно добавляю. – Горя.
– Для тебя Влад, – переводит на меня недовольный взгляд. – Можешь по полному имени обращаться. Владислав.
– Сударь Владислав? – я хмыкаю. – Или с твоими наклонностями к кляпам Господин Владислав?
– Хм, – оглядывает меня и говорит, – попробуй это повторить на коленях и шепотом.
– Нет, – поджимаю губы.
– Тогда к чему эта беседа и намеки? – Влад ухмыляется. – Я открыт к подобным экспериментам.
Шарюсь в кармане его пальто и швыряю кляп.
– Соглашусь, – шагает в сторону, уворачиваясь от снаряда, – Кляп мне тоже не зашел. В следующий раз рот зажму рукой. В этом больше интима и близости. И слезы твои чувствовать на пальцах было бы отдельным удовольствием.
– Зажимай рот Надюше… – глухо порыкиваю я, а у самой сладко тянет от гнусных слов Влада. – Или Ксюше. Твоя бывшая будет не против, чтобы ты ее наказал, ведь он перед тобой серьезно провинилась.
– Ты забавно ревнуешь.
– Я не ревную.
– Надежда – милая девочка, – Влад подходит, а я отступаю к окну, – но ее истерики перестали меня забавлять после вилок в шею. Любая может попинать подушку, а вот наклонности к разбитым стаканам о голову, острым предметам и внезапным объятиям не у каждой женщины. А еще ты прокусила кляп, Поли, а меня ведь заверили, что это нереально.
– Тебя обманули.
– Возможно, – скидывает с моих плеч пальто, – но мы уже пришли к единому мнению, что мы обойдемся без кляпов. Это не наш вариант.
И самое обидное, что я с ним согласна. Мне очень не понравился резиновый кляп во рту. Мышцы на челюсти и зубы от него болят.
– Ты помнишь, о чем я тебе вчера сказал? – пробегает пальцами по скуле к виску.
Начинаю судорожно соображать, к чему он ведет разговор, но мысли разбегаются. Не сказать, что мы много болтали вчера.
– Надо тебя растянуть, – шепчет на ухо, наклонившись ко мне. – Весь день только и думаю о твоей милой и тугой попке.
Распахиваю глаза, и мои щеки заливает жгучий румянец. Прерывисто выдыхаю:
– Это же изврат, Влад.
– Тебе понравится, – улыбается. – Тебе уже понравились игры со второй дырочкой.
Заходит за спину, и расстегивает платье, а я боюсь сделать вдох. Хочу быть мраморной статуей.
– Может, ты позовешь обратно Надюшу и с ней будешь экспериментировать? Я вас оставлю наедине…
– Нет, – тянет платье вниз и целует в плечо, – у меня другие планы. Сзади ты все еще девственница, Поли.
Его шепот обжигает кожу, и платье падает к ногам. Поглаживает ягодицы и крепко обнимает, прижавшись ко мне всем телом.
– Ни Надежда, ни Ксения сейчас занимает мысли, дорогая, – хрипло выдыхает в ухо, – а моя упрямая жена.
Закрываю глаза, опьяненная горячим шепотом. В его сильных руках душа выворачивается темной стороной, о которой я и не подозревала. Рядом с Владом просыпается клокочущее желание, которое топит сознание в черном омуте. Я не знала, что мужчина способен вызвать в женщине такую горячую и пламенную похоть.
– Ты опять дрожишь, – его руки скользят по груди, талии и бедрам.
– Так не должно быть, – отвечаю я и непроизвольно запрокидываю голову, открывая шею для жадных и влажных поцелуев. – Я ведь не хочу этого…
– Хочешь, – проводит кончиком языка. – И всегда хотела.
Мягко сжимает соски, вызывая волну теплых мурашек. Со стоном выгибаюсь в спине. Чувствую сквозь тонкую ткань его твердое естество, и в глазах темнеет от возбуждения. Я хочу, чтобы он меня немедленно взял. Сейчас и ни минутой позже.
– Иди на кровать, – трется пахом о ягодицы. – Животом вниз, Поли.
Я неразборчиво мычу и закусываю губы до боли. Низ живота плавится, а лоно пульсирует и истекает густыми соками желания. Никуда не пойду.
– Я тебя понял, дорогая, – подхватывает на руки, и я голодно и жадно целую его. Отпрянув, он улыбается. – Что творит ревность с женщинами, да?
Глава 38. Хорошая девочка
Глава 38. Хорошая девочка
Влад кидает меня на пружинистый матрас и медленно стягивает галстук с шеи, глядя в глаза. Охвачена дрожью и жаром. Мое желание острое. Режет внутренности и мозги. Хочу Влада до одурения, до черных пятен в глазах, и он должен взять меня. Не Надюшу, а меня. Накинуться диким зверем, подмять под сильное горячее тело и овладеть.
– Какая ты нетерпеливая, – откидывает галстук, расстегивает две пуговицы под воротом и останавливается.
– Раздевайся, – шумно выдыхаю я.
– Где твоя покорность, дорогая? О чем я тебя попросил?
Дразнит, мерзавец.
– На живот, Поли.
Сглатываю и не шевелюсь. Влад вскидывает бровь, разворачивается и делает несколько шагов к двери:
– Я устал от твоих капризов.
Я не хочу, чтобы он ушел. Мне нужен он. Нужны его губы, руки и член. Судорожно выдыхаю и ложусь на живот, прикусив кончик языка. Как низко я пала. Я готова ради близости с мужчиной подчиниться его приказам.
– Вот и умница, – возвращается и выдвигает верхний ящик тумбы.
Кидает на кровать тюбик и достает черную матовую коробку. В любопытстве приподнимаю голову, и Влад усмехается. Садится на кровать и открывает коробку, а там… На шелковой подложке лежат стеклянные анальные втулки. Продолговатые, разных размеров и с немного зауженными ножками у оснований. Это не стандартные анальные пробки. Эти штуки растянут и не дадут мышцам сомкнуться.
– Нравится? – задает тихий вопрос Влад и внимательно смотрит в лицо.
– Нет…
Щеки горят. Я солгала. Чисто с эстетической точки зрения – красиво, но ведь они предназначены для сомнительных утех, которые меня пугают и… черт возьми, интригуют.
– Возьмем вот эту, – Влад берет третью втулку, а их всего пять, и задумчиво вертит ее в руке. – В прошлый раз три пальца вошло. Пусть ты и краснеешь, как школьница, но зажима я в тебе не почувствовал.
Переводит на меня глаза с темной поволокой возбуждения. От его взгляда внизу скручивается раскаленная пружина желания.
– Подложи под живот, – кидает взор на подушку, и я, будто завороженная, подчиняюсь.
Возвращаю голову на матрас, а Влад с щелчком открывает тюбик и неторопливо выдавливает на закругленную вершинку густую прозрачную смазку. Довольная массивная втулка. Поместиться ли она в меня?
– Расслабься, – ласково шепчет Влад и поглаживает по ягодице теплой ладонью.
Выдыхаю и закрываю глаза. Я так возбуждена, что я желаю любых ласк от Влада. Даже самых грязных. Желание плавит всю промежность и пронизывает меня и между ягодиц. Скользкое прохладное стекло касается анус, и на моем очередном выдохе медленно входит в тугие мышцы. Закусываю губы. Тянет, но не болью, а дискомфортом, которое вплетается в возбуждение.
– Хорошая девочка…
С каждым сантиметром, анус раскрывается шире. Есть желание его сжать, потому что инстинктивно хочется исторгнуть инородный предмет, но вместо этого я делаю вдох и выдох. Чувствую легкую и тянущую боль, и я не могу сдержать стон.
– Еще чуть-чуть…
Вдавливает втулку, которая проскальзывает внутрь, и мускулы стискивают толстую ножку, но поздно. От нее уже не избавиться. Распахиваю глаза. У меня такое ощущение, что меня раздуло.
– Видишь, не так страшно.
– Вытащи, – сдавленно отзываюсь я.
– Нет, – поглаживает по спине, спускается к ягодицам, касается стеклянного основания между ними и пальцами проскальзывает между ноющих складок к набухшему клитору.
С нажимом проходит по нему, и меня накрывает неожиданный и внезапный оргазм, от которого отнимаются ноги и с губ срывается громкий и удивленный стон. Запрокидываю голову, хватаю ртом воздух, а мышцы спазмами стискивают втулку. Когда я со слезами на глазах обмякаю на подушке, пальцы Влада поднимаются к пробке и неторопливо вытягивают ее. Очередное сокращение мускулов, и я с тихим стоном вздрагиваю.
– Перейдем к следующей, – берет предпоследнюю пробку, а у меня нет сил возмутиться ее размеру.
Тщательно смазывает, и через мгновение решительно и мягко проталкивает ее между ягодиц сразу до основания. Я вскрикиваю, потому что расслабленные мышцы резко сжимаются в тянущей боли.
– Тише, – кладет ладонь на лопатку. – Вдох и выдох. Вот так.
Лежу с широко раскрытыми глазами и боюсь пошевелиться. Влад закрывает и отставляет коробку на тумбу. Поднимается на ноги и протягивает руку:
– Вставай, Поли.
– Что? – тихо и изумленно отзываюсь я. – Не могу.
– Можешь, – скалится в улыбке. – Вставай. Давай, не упрямься.
С покряхтыванием подползаю к кровати, сажусь и закрываю глаза, судорожно выдыхаю. Затем валюсь на бок и тянусь рукой к попе, чтобы вытащить пробку, а Влад рывком поднимает меня под сдавленный стон на ноги.
– Нет, Поли, – вглядывается в глаза.
– Она большая, Влад…
– А мой член еще больше, – сердито щурится.
Я с жалобным всхлипом утыкаюсь в его грудь лицом. Я попала в лапы к извращенцу, который когтями и из меня вытягивает нездоровые наклонности. Я получаю удовольствие от очень постыдных игр.
– Моя девочка, – Влад поднимает лицо за подбородок и целует.
Тягуче, нежно и глубоко. И во мне вновь просыпается желание. Хочу близости, а не стекла и пальцев. Мне этого мало.
– Терпение, моя милая, – Влад вглядывается в глаза. – Поверь, мне тоже тяжело.
– И мне тебя совершенно не жаль, – поджимаю губы.
– Оденься, Поли, – заправляет локон за ухо, – и спускаемся. Тебе ведь тоже любопытно, кто подослал к нам мою любовницу, чтобы разрушить наш брак?
Глава 39. Лгунья
Глава 39. Лгунья
Походка от бедра с пробкой в попе? Нет. Это нереально, учитывая ее размеры и внушительный обхват у основания, поэтому я семеню рядом с расслабленным Владом тихой гейшей. У меня не хватает слов, чтобы выразить свое возмущение. Где-то же должен быть предел дозволенного.
– Ненавижу тебя, – прошипев, вскидываю подбородок. – Извращенец.
– Кажется, ты повторяешься, дорогая, – Влад ухмыляется и косит на меня хитрый взгляд. – Зато голосок какой тихий.
Седой и бледный портье распахивает дверь, и мы входим в просторный зал с огромным, длинным и белым столом, за которым никто не сидит. Весь персонал жмется к стеночке и тупит глаза в пол. Влад и я молча проплываем мимо. Я на полшага позади.
Садится в кресло во главе стола, а я стою рядом, потому что сесть мне будет проблематично. Я стараюсь избежать любых лишних движений: кроме ощущения дискомфорта, меня тревожит то, что мои мышцы могут не выдержать напряжения и выронить стеклянную пробку, а я без трусиков. Вот будет конфуз.
– Я хочу напомнить, что когда я нанимал каждого из вас, то говорил о надежности и преданности, а эти два понятия не подразумевают того, что кто-то будет на побегушках у моей бывшей любовницы, – Влад откидывается назад и задает короткий вопрос. – Кто?
Молчание, переглядки и полное недоумение в глазах. Не хотела бы я работать у такого самодура, как Влад. Даже за высокую зарплату.
– Нам стоило Надежду не впускать? – спрашивает один из охранников.
– Я прекрасно понимаю, что не давал такого распоряжения, – Влад небрежно укладывает руки на подлокотники кресла. – Вопрос в другом, кто ей сказал о моей жене?
Ситуация абсурдная, и я не хочу в ней участвовать, но Влад пригрозил, что перекинет меня на плечо и потащит с собой. Я должна быть рядом, потому что он так решил. И, конечно же, моего мнения никто не будет спрашивать.
– Георгий Владиславович, – попискивает одна из горничных с милыми веснушками на лице и теребит фартук, – я вот совсем не знала, что вы женаты.
– Я же не об этом спросил, – Влад покачивается в кресле.
– Простите…
Горничная смущенно шмыгает и чепчик на голове поправляет. Да не только ты, милая, не была в курсе, что Влад женат.
– Если сейчас никто не признается, – Влад чешет бровь, – я каждого заменю.
Какой суровый, а мне остается только молча стоять и сжимать попу, сгорая изнутри от стыда. Мне вот начхать, кто Надюше обо мне рассказал. Я тут на неделю, а после я уйду в монастырь замаливать грехи, если меня пустят после всего пережитого с Владом. Я бы не пустила, потому что нет мне прощения.
– Кто-то из вас подставил под удар мои отношения с женой, – Влад оглядывает присутствующих. – Если она и должна была узнать о моей любовнице, то только лично от меня. Да, дорогая?
Я киваю, а только потом до меня доходит смысл его вопроса. Кивнула я машинально, и от злости на саму себя поджимаю губы. Почему ему бы не оставить меня в покое? Однако я согласна о любовницах жена должна узнавать от супруга, а не от самой потаскушки с идеальным кукольным лицом.
– Кто?
Машка, которая сегодня утром рыдала перед кроватью на коленях и просила не увольнять повара, выталкивает возмущенно охнувшую шатенку в узких брюках и белой блузке.
– Она! – рявкает Машка. – Это она все!
– Это не я!
– Я видела как ты с этой стервой постоянно по углам ныкалась, – Машка скалит зубы.
– Любопытно, – спокойно заявляет Влад. – Катюша?
Катюша загнанно смотрит на него и всхлипывает, а затем вскидывает подбородок и ведет плечом:
– Это не я.
А глаза испуганные. Бледнеет от пристального взгляда и нервно заправляет выбившийся локон за ухо.
– Это не я, – уверенно повторяет она, и мне ее тон напоминает о Паше.
Хочу сказать, что она лжет, но смолчу, потому что мне все равно, кто с “милой Надюшей” снюхался.
– Что думаешь, дорогая? – Влад переводит на меня цепкий взгляд. – Старший менеджер Екатерина со мной честна? Я прислушаюсь к твоему мнению, потому что я сам сомневаюсь.
Катюша сглатывает, метнув на меня быстрый взгляд. Я в сложной ситуации. Во-первых, если я сейчас сама солгу из вредности, то Влад это поймет и будет недоволен, а я не хочу испытывать его терпения, учитывая, что мне с ним еще шесть дней быть. Во-вторых, совру, то Катюша посчитает, что я дура набитая.
– Лжет, – едва слышно отвечаю я.
– И ведь ты знаешь толк во лжи, – Влад стучит пальцами по подлокотнику, глядя на бледную Катюшу, – потому что твой муж тот еще лжец.
Я совершенно потерялась в игре Влада. Что он творит и какая у него цель? Насладиться молчанием испуганных подчиненных, слезами старшего менеджера Екатерины и моим румянцем стыда? Вырвусь из его лап и сама сделаю вид, что в моей жизни его не существовало.
– Все свободны, кроме Кати.
Каждый вежливо прощается и тихо друг за другом покидает конференц-зал. Катя ни живая ни мертвая. Когда за охранниками закрывается дверь, она закусывает губы и опускает взгляд. Между ягодиц все онемело, и я не чувствую, насколько крепко сжаты мои мышцы.
– Катюш, ты же амбициозная девочка, – тихо и флегматично говорит Влад, клонит голову набок. – Зачем?
– Георгий Владиславович, – шепчет Катя и поднимает заплаканные глаза, – я люблю вас.
Глава 40. Холодная стерва
Глава 40. Холодная стерва
– Люблю… вас…
Очень трогательно, но меня больше заботит моя попа, чем слезы Кати. Влада приподнимает бровь и постукивает пальцами по подлокотнику, мельком взглянув на меня. Видимо, ожидает от меня удивления и возмущения. Катя, кстати, тоже, потому что она едва заметно хмурится, когда после ее реплики не последовала моего изумления. Любишь ты его, милая Катенька, так как не знаешь его наклонностей, а я вот выдохнуть лишний раз боюсь.
– И? – Влад закидывает ногу на ногу.
– Он и со мной спал, – Катя решительно смотрит на меня.
– Ты так и получила должность старшего менеджера отеля? – задаю тихий вопрос и замолкаю.
Я не хотела этого говорить, а мой рот сам раскрылся в спокойных и умиротворенных словах, будто я холодная и язвительная стерва. Влад обращает на меня удивленный взгляд.
– Ты, – я опять размыкаю губы и смотрю на него сверху вниз, – это и имел под амбициозностью, дорогой мой муж?
– Я в первую очередь профессионал…
– Он тебя вынудил вступить с ним в связь ради должности? – перевожу невозмутимый взгляд на бледную Катю. – Только будь честной.
– А что от этого изменится? – Влад вскидывает бровь.
– Наша связь случилась уже после… – Катя прячет руки за спину.
– Так ты его таким образом отблагодарила?
Что со мной? К чему этот допрос? Что он мне даст? Почему я не могу заткнуться?
– Неожиданная версия, дорогая, – Влад хмыкает.
– Это была страсть, – шепчет Катя и постепенно повышает голос, – порыв, буря эмоций… Неожиданность…
– Он тебя, что ли, в подсобке какой-то отымел? – тон у меня ровный и холодный.
Катя краснеет, поджимает губы и шумно выдыхает.
– Ты, как всегда, проницательна, моя милая.
– Есть у тебя тяга к замкнутым пространствам, да? – я вновь смотрю на Влада, а в его глазах вижу живое изумление. – Я осуждаю секс с подчиненными. Это недостойно. И, вероятно, ты дал Екатерине надежду… – я улыбаюсь. – Какая игра слов вышла.
Честно сказать, я хочу отхлестать Влада по щекам и ударить лицом о стол, но лишние движения мне ни к чему.
– Нет, это был только секс.
– Для тебя, видимо, большая проблема удержать член в штанах, – вздыхаю и перевожу взгляд на заплаканную Катю. – Я приношу извинения за своего мужа, Екатерина. Ситуация некрасивая, если не сказать отвратительная. Я не думаю, что тебе стоит продолжать трудовую деятельность под началом Георгия Владиславовича…
– Я его люблю.
– Ты ее любишь? – тихо спрашиваю я у Влада.
– Нет.
– Тогда будь добр, милый, разъясни ей свои мотивы.
Задушить бы его галстуком и отрезать его член, а после запихать в его рот.
– Не было у меня никаких мотивов, – Влад смеется, а я слышу в его смехе растерянность.
– Перевожу с мужского на женский, – вежливо улыбаюсь Кате, – у меня случилась эрекция, а ты попала под руку. Я тобой промаструбировал, потому что мое раздутое эго не позволило уединиться в туалете и поработать кулаком. Я не уважаю женщин, мне начхать на их чувства и эмоции. Они для меня лишь дырки для удовлетворения похоти, потому что они больше ни на что не годны.
Катя хлопает ресницами. Она пятится к двери, будто я ей не суть Влада разъяснила, а сказала, что убью всю ее семью и собаку на ее глазах.
– Твое увольнение оформят по всем правилам с денежной компенсацией в тройном окладе, – я продолжаю улыбаться, а внутри клокочу от ярости, – и с хорошей рекомендацией под личной подписью Георгия Владиславовича.
– Не стоит, – сипит Катя. – Не надо.
– Стоит, – медленно киваю.
– Простите меня, пожалуйста, – Катя сглатывает, – я не знала… как вас по имени?
– Полина.
– А по отчеству?
– Можно без отчества.
Влада переводит взгляд с меня на Катю и молчит, недоумевая происходящему. А чего он ожидал? Скандала? Криков?
– Полина, – шепчет Катя, – я не знала… не знала, что он женат…
– Если бы знала, – я немного клоню голову набок, – это что-то изменило?
– Нет, – опускает взгляд, а затем поднимает глаза. – Простите еще раз, Полина. Вы правы мне здесь не место.
Торопливо выходит, утирая слезы с щек. Мне жаль ее. Вряд ли это любовь, но ей не повезло встретить на пути беспринципного негодяя. Не буду спорить, харизматичного и красивого, но все же мерзавца.
– Ты играешь не по правилам, – Влад разворачивается ко мне в кресле.
– Тебе бы озвучить правила поконкретнее, – смотрю перед собой.
– Я бы не отказался от громкой ревности обманутой жены. Где твои эмоции? Разве любящая супруга будет терпеть интрижки мужа?
– Мне проблематично быть громкой с пробкой в заднице, Влад, – сжимаю кулаки.
– Так мне ее вытащить, чтобы выпустить твои эмоции? – смеется и добавляет.
– Я бы не отказалась, – тяжело сглатываю.
Поглаживает по ягодице, скользит ладонью по бедру к колену и только подныривает пальцами под край подола, как двери распахиваются и в зал врывается низенький крепкий мужичок с блестящей лысиной на макушке. За ним вваливаются охранники:
– Георгий Владиславович… Что нам делать?
– Ты женат?! Женат?! – громко и возмущенно рявкает мужичок, и к нему, расталкивая охранников, подскакивает заплаканная Надюша и горестно всхлипывает.
Сцепив зубы, медленно выдыхаю, а Влад убирает руку с моего бедра, недовольно откинувшись в кресло:
– Ну что за вечер сегодня.
