Текст книги "Брат мужа. Порочные игры (СИ)"

Автор книги: Арина Арская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 14 страниц)

Глава 51. Тётя Зоя

Глава 51. Тётя Зоя

Замечательно, мое упрямство привело меня в странную деревню. Даже не так. В какую-то жуткую общину, которая под предводительством тети Зои выкупили землю и построили дома. Хорошие, добротные дома, вот только живут в них, я так понимаю бывшие сидельцы, которые решили начать жизнь с нуля.

На автобусной остановке меня встречают два крепких мужика, чьи ладони с тыльной стороны и пальцы покрыты уродливыми татуировками. Рожи – бандитские и будто из камня вытесанные. Влад и Олег рядом с ними не валялись. Но вежливые и очень доброжелательные. Опрятные, пахнут одеколоном, но глаза… Глаза их повидали всякого дерьма в жизни.

– Степан, – представляется один из них. Нос смещен вправо, а над левой бровью на весь лоб шрам. – Как дорога?

Я слабо улыбаюсь. Всю дорогу меня мутила. Кутаюсь в синтепоновую куртку.

– Федор, – глухо отзывается второй и хватает мой чемодан.

– А я Полина, – запоздало говорю я уже в машине.

Машина, кстати, как сказала бы мама, тоже очень бандитская. Черный внедорожник с тонированными стеклами. Не старый пикап, не трактор, не разбитый хэтчбек, а джип. Грязный, конечно, но статусный.

Федор и Степан оглядываются и отвечают:

– Мы знаем.

– Хорошо, – улыбаюсь и хлопаю ресницами.

Зачем я послушала маму? Едем по грунтовой дороге. Машину трясет, лес вдали, голые поля и серое низкое небо навевают тоску. Скоро зима и я ее проведу у черта на куличках.

Итак. Дома – кирпичные, крыши – черепичные, участки – аккуратные и ухоженные. Думаю, что кротов тут точно нет. Машина паркуется у большого дома в конце улицы, а на крыльце стоит пожилая женщина в норковом манто и массивными бриллиантовыми серьгами в ушах. Седые волосы уложены в аккуратную дульку на макушку, губы – красные, на руках поверх тонких перчаток – золотые перстни.

– Чего там стоишь, болезная? – обращается она ко мне, как королева к нищенке, – заходи и перетерем за жизнь.

Через пять минут сижу я в гостиной, стены которой увешаны головами мертвых диких животных. Тут и медведь, и олень, и лось и даже тигр. Откуда тут тигр? Меня мутит. Пальцы дрожат и едва удерживают фарфоровую чашечку с золотой росписью.

– Это от бывшего мужа осталось, – тетя Зоя замечает мой взгляд. – Браконьерил и за тигрушу его на пять лет упекли. Я голову с трудом вернула. Легче было живого тигра завести, но… это же память.

– Бедный котик, – сдавленно отзываюсь и делаю глоток зеленого чая.

Тетя Зоя переводит надменный взгляд на голову тигра и говорит:

– Жалеть надо живых, а не мертвых, – а затем смотрит на меня. – Вот себя пожалей, а мертвого кота. Тебе еще рожать, куколка, а это похуже смерти от выстрела в сердце.

– Очень воодушевляюще, – обреченно попискиваю я.

– Это жизнь, дорогуша, но ты переживай. У нас тут есть отличная повитуха.

Я шмыгаю. Ничего знать не хочу про отличную повитуху, которая, скорее всего, тоже лет десять отсидела за то…

– Мужа зарезала после очередной смены, – спокойно отзывается тетя Зоя, будто прочитала мои мысли. – Милая женщина с добрым сердцем, но мужик у нее, – кривится, – пьяница, дебошир и мудло. Двадцать пять ножевых. Я бы еще пяток добавила. За сломанную челюсть. До сих пор невнятно говорит.

Цыкает и отставляет чашечку на низкий столик:

– Я не всегда понимаю, что она мямлит, но руки у нее золотые.

– Хочу домой, – прижимаю чашку с чаем к груди. – Я зря приехала.

– Тебе здесь не нравится?

Острое желание солгать и польстить, но вряд ли тетя Зоя оценит мое вранье. С ней либо надо быть честной, либо сразу идти выкапывать себе могилу.

– Нет, не нравится, – шепчу я.

– Мертвые головы на стенах пугают? – изгибает тонко выщипанную бровь.

– Вы пугаете.

– Это хорошо и правильно, – тетя Зоя откидывается на спинку софы и поднимает руку.

Федор, стоящий у окна истуканом, спешно подскакивает к ней. Сует в пальцы тонкую сигарету и щелкает зажигалкой у ее лица, когда она делает первую раскуривающую затяжку.

– Будешь хорошей девочкой, – выдыхает клубы дыма и закидывает ногу на ногу, – тогда и не о чем беспокоиться.

– А что конкретно входит в “быть хорошей девочкой”? – в испуге шепчу я.

– Не брать чужого, не соблазнять чужих мужей…

У меня глаза округляются, а тетя Зоя усмехается, окинув меня взглядом:

– Девка ты видная, а если моча в голову ударит… – тетя Зоя вздыхает. – Мужиков пожалей. Их же в сарае будут жены пороть.

– Что? – я никогда прежде так широко глаза не открывала.

– Тебя обратно к мамке, мелкая потаскушка, а мужика по причинному месту десять раз нагайкой.

Федор как-то подозрительно кривится и торопливо отходит к окну, потупив взгляд. Да что же это такое? Опять плети и порка, но уже в сарае? Можно хотя бы в деревне без этого обойтись?

– Мы тут уважаем супружескую верность, – тетя Зоя улыбается. – Мой первый покойный муж гулял, поэтому я не приемлю тут разврат. Хочешь мужика, бери свободного. Есть тут несколько красавцев. Я тебя с ним познакомлю.

– Спасибо, не надо.

– Что, – криво ухмыляется, – сердце твое занято тем, от кого бежала?

Я поджимаю губы. Не стоит врать тете Зое, но и говорить правду, в которой я сама себе не готова признаться, не буду.

– Разбитое сердце лечится другим мужиком и баней, – тетя Зоя смеется. – Поверь мне, я знаю, о чем говорю.

– Зоя Ивановна, – в гостиную вваливается сердитый Степан. – К нам гости.

– С добрыми намерениями или как? – тетя Зоя затягивается и кидает окурок в чашку с чаем.

– Затрудняюсь ответить.

Глава 52. Бурьян и упрямая красавица

Глава 52. Бурьян и упрямая красавица

Тетя Зоя плывет к дверям королевой. Она оглядывается на меня, окидывает оценивающим взором и одобрительно кивает:

– Осанка у тебя хорошая.

– Спасибо, – тихо отвечаю я.

Это лучший комплимент за всю мою короткую жизнь, потому что мне его подарила опасная женщина, которая знает толк, как себя преподнести, чтобы напугать. Конечно, она пугает в первую очередь своим прошлым. Пятнадцать лет дают не за ворованные у соседки розы.

– И голос тихий, но спокойный, – Тетя Зоя щурится. – Нет ничего хуже истеричных баб.

Я так понимаю, что она кого-то в прошлом порешила тихо и спокойно. Без истерики и скандалов. С достоинством кому-то перерезала глотку, затем высокомерно смахнула капли крови с лица и неторопливо закурила, презрительно оглядывая труп у своих ног.

– И кого там черт принес, – тетя Зоя делает шаг, и Степан с Федором распахивают перед ней дверь.

А черт привел других чертей. У меня сердце замирает и кончики пальцев покалывает, когда я вижу у лестницы ухмыляющегося Влада в кашемировом пальто. На носу пластырь, на скуле синяк. Рядом с ним стоит и курит Олег. Весь такой расслабленный и умиротворенный, а у самого глаз оплыл и напоминает огромную уродливую сливу. В сторонке от них притаились местные мужики. У кого-то топоры в руках, а у кого-то ружья.

– Доброго денечка, Зоя Коготок, – Влад скалится в улыбке.

Он нашел меня. Да это возмутительно! Я даже чашку чая не успела выпить. Сжимаю кулаки.

– Твой, – тетя Зоя косит на меня недовольный взгляд.

Я молчу.

– С миром или… – тетя Зоя вскидывает бровь.

– С миром, – Олег выдыхает густой дым и достает из-за пазухи черный в пакет, в который завернут, похоже, кирпич. – Нам бы залечь на дно.

Я ничего не понимаю. Какое дно? Степан спускается к гостям, забирает подношение и выуживает из пакета пачки долларов. Тетя Зоя хмурится. Я пребываю в растерянности. По глазам Влада вижу, что он в курсе моего интересного положения, но почему молчит? Где угрозы, что он меня лишит ребенка?

– Наше дно для своих, – отвечает тетя Зоя.

Степан возвращает пачки в пакет, который молча протягивает Олег.

– Так мы свои, Зоя, – ухмыляется Влад и как бы невзначай подбрасывает в воздух крупную серебряную монету. – У нас и приглашение имеется.

– Неужели? – тетя Зоя насмешливо изгибает бровь. – Дай посмотреть.

Подкидывает монету, и ее перехватывает Степан. Поднимается к тете Зое и вручает ей свой трофей. Она его внимательно разглядывает, вертит в пальцах, и переводит недовольный взгляд на Влада:

– И кем будете?

– Олег Каратик, – цыкает Олег и опять затягивается. – Возможно, твои цацки в ушах из моих поставок.

Тетя Зоя касается серег в ушах и поджимает губы.

– Они не свои, – шепчу я. – И меня сюда мама отправила к вам под защиту.

– А твой друг кто? – тетя Зоя игнорирует моей злой шепот.

– Мой босс, – Олег пожимает плечами и кидает окурок под ноги.

– У меня два имени. Тебе настоящее или…

– Или, – тетя Зоя прячет монету в карман.

– Георгий Владиславович Бурьян.

– Бурьян? – тихо повторяет тетя Зоя.

– Неужели знакомо? – Олег щерится в улыбке.

Тетя Зоя мягко берет меня под руку и заводит в дом. Когда дверь закрывается, она меня впечатывает в стену и шипит в лицо:

– Бурьян?!

– Что? – жалобно попискиваю я.

– Твоя мамка не говорила, что ты снюхалась с Бурьяном, – лицо тети Зои бледнеет. – Она про бандита говорила!

– Так он бандит, – я сглатываю кислую слюну.

– Этот твой бандит… – тетя Зоя рычит и продолжает елейным голоском, под которым чувствуется звенящая сталь, – многие сделки через его людей проходят, тупая ты курица.

– Какие сделки?

– Да вот я тебе взяла и все рассказала! – рявкает тетя Зоя. – И он не бандит, он паук, а этот Каратик его серый кардинал. Как?!

– Что? Олег – водитель…

– А я по документам пенсионерка, – тетя Зоя сводит брови вместе. – Бывшая младшая бухгалтерша. Как тебе такое.

– Вы не похожи на бухгалтера.

– А Каратик похож на водителя?

– Ну так… – я моргаю, – машину он водит.

– А я отлично считаю деньги.

– Вы должны его прогнать, – сипло отзываюсь я.

– Ты мне в дом привела того, кто сам тут всех разгонит, – тетя Зоя приближает ко мне лицо. – Я думала ты с мелкой шпаной связалась.

– А вы дела только с мелкой шпаной можете быть круто? – я окидываю ее разочарованным взглядом.

– Твоя мамка любит преувеличивать, – тетя Зоя тоже смеривает меня презрительным взором. – В прошлый раз она наплела чуть ли не про серийного маньяка, который за не слежку устроил, а в итоге это просто мужик, который ходил по тому же маршруту на работу, что и она.

– Так она не в первый раз к вам обращается? – возмущенно охаю я.

– Зря только мужику пальцы на ногах переломали! – тетя Зоя сжимает кулаки у моей груди. – Но теперь мне могу переломать пальцы!

– Да ну вас! – отталкиваю ее от себя и выхожу на улицу.

Смотрю на Влада, который в ожидании вскидывает бровь. Хочу броситься к нему в объятия, нырнуть под полы пальто и шепнуть о радостной новости, о которой он и так все знает, раз приехал, но вместо этого я громко и по слогам говорю:

– Уходи!

Мужики с топорами и ружьями рты открывают и удивленно смотрят на меня. Вот мне бы тоже сейчас обрез не помешал.

– Может, тебе есть что мне сказать? – строго отзывается Влад.

– Нет, мне тебе нечего сказать.

В груди поднимается клокочущая обида за то, что он посмел меня выгнать и предложил надеть костюм горничной.

– На какое период, уважаемые, – вперед выходит тетя Зоя, – вы планируете залечь на дно?

– На неопределенный срок, – Влад переводит недовольный взгляд на нее. – Пока не разрешится одно обстоятельство и пока я не получу нужную мне информацию от одного человечка.

Степан уносит пакет с деньгами в дом, и я понимаю, что тут мне тоже никто не поможет.

– Я не одобряю подобные игры, – тетя Зоя смотрит на Влада, а затем на меня. – Что вы тут устроили?

– Я ничего не устраивала, – скрещиваю руки на груди. – Я сюда за защитой приехала.

– А мы залечь на дно, – усмехается Олег и ощупывает раздутый синяк.

– Верно, – кивает Влад.

– Вам надо побеседовать с глазу на глаз, – тетя Зоя хмуро вглядывается в мое лицо и шепчет. – Он мне тут нахрен не упал.

– Мне не о чем с ним беседовать, – цежу сквозь зубы.

Тетя Зоя выдыхает и сжимает переносицу под бархатный смех Влада. Даже с пластырем на носу и синяком на скуле он чертовски хорош собой, но я одергиваю себя. Он меня выгнал и не заслуживает того, чтобы я на него любовалась.

– Я хочу домой.

– Увезите ее! – повышает голос тетя Зоя.

– И у кого же хватит смелости это сделать? – мрачно интересуется Влад, оглядывая присутствующих.

– Ты нам угрожаешь, фраер? – рычит бородатый мужик с ружьем и перекидывает его в другую руку. – Заляжешь тут на дно и не выплывешь.

– Тимофей, – шипит тетя Зоя.

– Будет печально, если эту милую деревушку снесут, – Олег оглядывается по сторонам и вздыхает, – а ваши настоящие имена, все пароли, явки и прочее дерьмо прямо в руки мусорам отправят.

– Не понял, – Тимофей кидает беглый взгляд на тетю Зою.

– А что тут понимать? – Олег смеется и понижает голос. – Имена-то вам и паспорта не волшебник меняет. А много волшебников. Это целая банда волшебников, которая любит золотишко, а с главным волшебником, не будем называть его имени, потому что это серьезный человек, мы дружбу водим, потому что в этой замечательной сказке Георгий Владиславович хренов дракон, у которых много золота и большие острые зубы. Как-то так. И, Зоя, – Олег обращается к тете Зое, – у вас на участке кроты.

– Это метафора? – та покрывается красными пятнами гнева.

– Это реальность, – Олег пожимает плечами. – У меня на кротов наметанный глаз. Ненавижу кротов. У бабушки в свое время намучился с ним.

– Опять кроты? – я почти плачу от отчаяния.

– Они хуже крыс, – кивает Олег. – И морды у них мерзкие. Фу, бля, – передергивает плечами. – Аж затошнило.

И меня тоже мутит от прямого взгляда Влада, но я закусываю кончик языка. Я не позволю себе опорожнить желудок у него на глазах.

– Разместите наших гостей в свободном доме, – тетя Зоя прокручивает перстни на пальцах.

– Если будет что сказать, Поли, то жду на серьезный разговор, – Влад самодовольно улыбается.

Федор кивает “гостям”, которые ныряют в машину, и шагает прочь. Напряженно и с прямой спиной. Авто медленно и с тихим шуршанием трогается с места и черепашьим ходом следует за Степаном, который нервно сплевывает под ноги, чтобы хоть как-то проявить свое презрение и недружелюбие.

– У Олега пунктик на кротов, – провожаю машину взглядом. – Заставит вас от них избавляться.

– Да он сам та еще пронырливая тварь, – тетя Зоя массирует виски. – Так, больше я с твоей мамой дел не веду, – злобно зыркает на меня. – Как ты умудрилась связаться с Бурьяном?

– Он брат моего бывшего, – кутаюсь в джемпер. – Его считали мертвым, а он взял и воскрес. Там очень запутанная и некрасивая история. Он такой придурочный из-за семьи. Вот.

– А ты почему такая?

– Какая?

– Придурочная! – несдержанно взвизгивает тетя Зоя и медленно выдыхает. – ты должна с ним поговорить.

– Нет, не должна.

– Должна.

– У меня чай остыл, – капризно веду плечом и захожу в дом.

– Вот сука.

– Сама такая, – фыркаю. – Столько апломба, а в итоге ни защиты от вас, ни поддержки.

– Он ведь и так знает, что ты брюхатая, – тетя Зоя следует за мной. – Вы тут в молчанку до родов будете играть?

– Я жду от него извинений.

– Да мужики не умеют извиняться, – тетя Зоя зло скидывает манто на пол. – Они, в принципе, никогда не считают себя неправыми. Что он натворил?

– Выгнал меня и сказал, чтобы я к нему в платье горничной пришла, – я горделиво встряхиваю волосами. – Извращенец.

– Таня! – орет тетя Зоя и я вздрагиваю от ее зычного голоса.

Из глубины дома выскакивает щуплая женщина с короткой стрижкой.

– Чтобы к ночи было готово платье горничной, – тетя Зоя машет на меня рукой. – На нее. И такое, чтобы игривое.

– В каком смысле? – охаю я.

– Я тебя в платье горничной наряжу, свяжу и под дверь Бурьяну положу, – тетя Зоя подходит ко мне вплотную, цепко всматриваясь в глаза. – Вот так. Ладно ему простительно, что он идиот. Все мужики такие, а ты? Я же по глазам твоим вижу, что ты его…

Я молча прижимаю палец к алым губам удивленной тети Зои. Я знаю, что она хочет сказать, но не позволю, будто боюсь что после “любишь” я обращусь в прах. Паше я легко признавалась в чувствах, которых не было, а тут ком к горлу подступает.

– Я тебе палец откушу, – бубнит тетя Зоя.

– Если и шить платье, то красное, – отвечаю я. – Не пойду я на разговор с Бурьяном в платье горничной.

– Смекаешь, деточка, – тетя Зоя одобрительно улыбается.

Глава 53. Простой водитель, который очень устал

Глава 53. Простой водитель, который очень устал

Меня на крыльце встречает Олег, который опять курит. Стою перед ступенями вся такая нарядная в красном атласном платье, которое было сшито Таней за несколько часов, в песцовом манто, что было накинуто на плечи сердитой тетей Зоей, в вязаной шапке и кроссовках.

Олег выдыхает дум, окидывает меня оценивающим взглядом и говорит:

– Это какой-то своеобразный модерн, не иначе.

А еще у меня губы накрашены алой помадой. Чувствую себя глупо и нелепо. Я хочу развернуться и уйти, но Таня шьет платье горничной. На зоне швеей работала, и скорость и мастерство у нее фантастические. Без выкроек сшила элегантное платье на тонких бретельках. Лишь мерки сняла и как давай кроить кусок ткани прямо на полу.

– Каратик, значит? – тихо спрашиваю я.

– Для тебя Олег, – затягивается и щурится уцелевшим глазом, – простой водитель Олег, который знает все секретики. Многие еще ничего не подозревают, а я уже все знаю.

– Ну и жуткий же ты тип.

– Это для меня комплимент.

– Влад ведь в курсе?

– Насчет чего? – вскидывает бровь.

У меня возникает острое желание ударить кулаком по его оплывшему глазу. Вероятно, он сам или его шавки ходили за мной по пятам все эти недели. Ох, не зря мужик у туалета в поликлинике мне показался странным. Теперь я даже тут старуху с собакой подозреваю в том, что она шпионкой была. И маленькую девочку на качелях во дворе. Он каждый раз очень внимательно провожала меня взглядом. А в супермаркете не раз натыкалась на одну и ту же тетку.

– Ты ведь понял о чем я, – я тоже щурю глаза.

– Нет.

– Ой, не прикидывайся, – решительно поднимаюсь к Олегу по ступеням. – Почему вам не оставить меня в покое.

– Это случайность, Поли, – Олег машет рукой, разгоняя дым, – что мы тут все оказались. Никто тебя не преследует. Мы, что, маньяки какие-то?

– Вы хуже маньяков, – скрещиваю руки на груди и смотрю поверх крыш. – Я ведь реально думала, что ты водитель.

– Я водитель. У меня даже официальный оклад есть, – Олег топчет окурок носком туфли, – мелочь, а приятно.

– Не хочу иметь дел с бандитами.

– А чего тогда к Зойке прикатила?

– За защитой.

– От кого? – удивляется Олег.

– От вас, – цежу сквозь зубы.

– Не припомню, чтобы мы тебе угрожали чем-то.

– Да вам и угрожать не надо. Я и так знаю, чего от вас ожидать.

– И чего же?

– Это бессмысленный разговор, – стискиваю переносицу.

– Верно, Полина. Я, если честно, не очень разговоры люблю, – Олег прячет руки в карманы. – Люди в разговорах часто врут, увиливают, мозги моют и нервируют, – недовольно цыкает. – И тянут время, как ты сейчас.

– Я не хочу идти к нему.

– А у тебя выбора нет. Как и у него, собственно.

– У него есть выбор. Оставить меня в покое, – зябко кутаюсь в манто.

– И кем бы он тогда был?

– Кем он и был до этого, – зло усмехаюсь. – Мудаком.

– Несчастным мудаком, – Олег разминает плечи.

– Чтобы быть несчастным, нужно иметь сердце, а него его нет, – фыркаю. – Только раздутое самомнение, что все ему что-то должны.

– Ладно, – соглашается Олег, – несчастный мудак с раздутым самомнением. Да, это более полная характеристика Влада. Не буду спорить. А что насчет тебя?

– Идиотка.

– И все.

– Да.

– Возможно, упрямая идиотка? – тихо предполагает Олег.

– Возможно, – поджимаю губы.

– Упрямая и дохрена самостоятельная идиотка?

– Будь я самостоятельной, то маму бы не послушала.

– И то верно, – Олег аккуратно ощупывает синяк. – Упрямая идиотка со странным вкусом в одежде?

Я возмущенно смотрю в опухшее лицо Олега:

– Туфли тети Зои оказались мне большими, а свои я не прихватила, потому что я ехала в деревню к коровам и бандитам, а не на модный показ или свиданки.

– Упрямая и вспыльчивая идиотка, – флегматично отвечает Олег. – Вот.

– Твоя правда, – сжимаю кулаки и зло выдыхаю. – И я хочу тебя ударить. Прям по твоему уродливому синяку.

– А бывают красивые синяки?

– Да к черту тебя! – капризно передергиваю плечами и шагаю к двери, у которой замираю и оглядываюсь. – И из-за чего вы подрались?

– Я хотел уволиться, – Олег пожимает плечами. – В очередной раз не удалось. Меня выматывает моя работа. Это только кажется, что быть водителем у несчастного мудака с раздутым самомнением – легко.

– Но ты не водитель. Ты Каратик.

– Сейчас я водитель, – Олег беззлобно смеется и спускается, – а когда загляну в гости к Зое, то стану Каратиком. Ему надо кое-что с ней обсудить, раз случилось личное знакомство. Ему очень не нравится выходить из тени, но что поделать?

Идет по дорожке среди голых кустов вразвалочку и достает пачку сигарет.

– Курить вредно, – кидаю ему в спину.

– Да иди ты уже, – сует сигарету в рот. – И я все еще настаиваю на хитрой лисе с пушистым хвостиком, Полина.

Я вспыхиваю гневом и скрежещу зубами. Не буду я хитрой лисой, потому что мне от Влада ничего не нужно. Хитрят только те, кто хочет получить выгоду. Поднимаю руку к звонку, а затем решительно дергаю ручку двери, которая с едва уловимым скрипом открывается. Не стану я, как просительница, звонить или стучать.

Захожу, делаю несколько шагов и вздрагиваю, когда дверь за мной с громким стуком захлопывается.

– Любишь ты поболтать, но не с теми, – в полумраке дома раздается тихий голос Влада. – Я в гостиной.