Текст книги "Брат мужа. Порочные игры (СИ)"

Автор книги: Арина Арская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 14 страниц)

Глава 15. Тайные фантазии мужа

Глава 15. Тайные фантазии мужа

– Полина, – Паша смотрит мне в глаза, и у него верхняя губа дергается, – не сейчас.

– Почему? – задаю я очередной вопрос и сердито фыркаю.

Что я творю? Меня десять минут назад зажимал в углу Влад, появление которого вызвало ажиотаж и ужас в семье Паши, а я решила поговорить о его интрижке.

– Чего тебе не хватало?

– Да, Павлуша, чего тебе не хватало? – Влад разворачивается к нему. – Молодая и красивая жена, а ты на сторону побежал.

По голосу слышу, что Влад прекрасно осведомлен об измене Паши и знает все подробности и сейчас заигрывает с ним. Издевается. Как бы я ни злилась на неверного мужа с его секретами и тайнами, но вопрос его измены касается только нас двоих. Не троих.

Я делаю медленный вдох. Достаю чистый бокал и наливаю Паше вина к большому разочарованию Влада. Он только был готов насладиться скандалом, а я его свернула. Вероятно, меня ждет развод, но и его я буду обсуждать только с Пашей и тет-а-тет выслушивать его оправдания, извинения, если, конечно, его не прикончит брат. Мало ли.

– Влад, – Паша садится за стол. – Давай не будем втягивать Полину.

– Ух ты, – Влад удивленно вскидывает бровь, – я тебя не узнаю, братец.

– Чего ты хочешь?

– Твою жену. И это будет справедливо, Павлуша, – расплывается в глумливой улыбке. – Ты так не думаешь?

Паша подпирает лоб кулаком. Я не вмешиваюсь, потому что смысла никакого в этом нет. Однако когда Паша поднимает на меня взгляд и обреченно вздыхает, я медленно моргаю и шепчу:

– Ты охренел?

– Поли, он взял в плен моих родителей. В их доме вооруженные люди.

– В моем доме, – хмыкает Влад. – Кстати, – он накладывает на тарелку салата, – фирма отца тоже скоро перейдет в мои руки, как он и боялся. Только сейчас это очень невыгодное вложение, но я человек принципиальный.

– У моей матери больное сердце…

– Да, твою ж дивизию, – Влад швыряет вилку на стол и в отвращении смотрит на Пашу. – Ты, блять, серьезно?

Я вздрагиваю и не совсем понимаю вспышку его злобы, которая касается не больного сердца матери, а чего-то другого. Я не улавливаю чего-то очень важного.

– Паша, гандон ты штопанный, – Влад кривится и вскидывает в мою сторону руку, – она же твоя жена. Ты ведь ее любишь, нет?

– Ты же, урод, сам завел о моей жене разговор, – шипит Паша, сжимая в пальцах бокал вина.

– Я, сучонок, ждал от тебя гнева, отчаяния, – Влад встает и отходит к окну, – страха, ревности или твоего скользкого желания спасти свою шкуру, – он разворачивается к нему лицом, – но не этого, Павлуша.

– Чего? – тихо спрашиваю я.

– Ты правда хочешь знать?

– Ну…

– У него стояк на то, чтобы я вытрахал тебя, Полина, – Влад рычит и вглядывается в мои глаза, – у твоего мужа особые потребности, которые… – он вновь смотрит в окно, – у меня нет слов.

– Мести не выйдет, да, Владик? – Паша присасывается к бокалу и вытягивает ноги под столом. – Какая досада.

С открытым ртом уставившись на него, я поднимаю брови:

– Это правда? Ты… – я сглатываю горькую слюну и прикрываю рот ладонью, – Паша…

– Полина пятнадцать минут назад кончила от моих пальцев в ее прелестных кружевных трусиках, – глухо и медленно проговаривает Влад.

Зрачки Паши расширяются, дыхание сбивается и румянец трогает его скулы. Он возбужден. Ни ревности, ни злости, ни разочарования.

– Допустим, я решу отыметь Полину на твоих глазах, – Влад прячет руки в карманы. – И она кончит от моего члена в заднице.

По лицу Паши пробегает легкая судорога, и он шумно выдыхает. Вот теперь мне реально страшно. Мой муж готов подложить меня под брата не в желании спасти маму и папу, а в стремлении получить извращенное удовольствие. Понятное дело, что и в первом случае все плохо, но во втором все еще хуже.

– Я не думаю, что Полине понравится анальный секс, – Паша вновь прикладывается к бокалу вина и смотрит перед собой.

– Понравится. Она у тебя та еще шлюха, – мрачно отзывается Влад.

Паша сглатывает и ослабляет галстук дрожащими пальцами. С моих губ срывается нервный смешок. Я бы предпочла, чтобы Паша оказался трусом и подался в бега. Например, в тайгу к медведям, где его эти самые медведи разорвали бы на части.

– Она, конечно, для приличия посопротивляется, но потом будет визжать, как последняя потаскуха, – голос у Влада тихий и сочится ненавистью с презрением.

Глава 16. Два порочных брата

Глава 16. Два порочных брата

– Паша, – я массирую виски, – это однозначно развод.

В душе пусто. Измена оказалась сущей ерундой в сравнение с тем, что я вышла замуж за человека с нездоровыми пристрастиями.

– Поль, – Паша переводит взгляд со стены на меня, – я так устал.

Передо мной сидит кто-то другой. Не мой муж, в которого я влюбилась. Не улыбчивый и позитивный мужчина, а… я даже не могу описать, кого я сейчас вижу. Паша словно снял маску приличного человека и явил моему взору себя настоящего. Порочного, скользкого и развращенного.

– Ты хорошая женщина, – он подливает в бокал вина. – Будь по-другому, то наш Владик слюни бы на тебя не пускал. А развод… мы бы к нему все равно однажды пришли, но мне будет жаль тебя потерять.

– Ты ее уже потерял, – Влад опирается руками о подоконник.

– Я же сказал, мне очень жаль, – Паша поднимает на него взор и делает глоток вина, – но ты не этого ждал. Ты забавный, Влад. Ты так и не избавился от привычки судить людей по себе.

– Да, я опять с тобой оплошал.

– Я выпью за это, – Паша смеется и выпивает крупными глотками вино. Отставляет бокал и откидывается на спинку стула. – Что теперь? Кроме жены и родителей у меня ничего нет. Квартира не представляет для меня ценности, на счету у меня не сказать, что много денег, чтобы я боялся их лишиться, а к фирме отца я потерял интерес после твоей якобы смерти. Машина? Забирай. Жизнь мою хочешь? Да, пожалуйста.

Влад шагает к Паше, наклоняется и внимательно всматривается в глаза:

– Что с тобой, Павлуша?

– Мне уже не восемнадцать, Влад, а ты, как был обиженным мальчиком, так и остался.

– Вы всего меня лишили.

– И? Ты ждешь раскаяния? Я его чувствую в очень редких моментах, о которых ты, вероятно, в курсе.

Верхняя губа Влада дергается в отвращении, и он отшатывается:

– Ну ты и мразота.

Одергивает пиджак и покидает кухню, приглаживая волосы. Хлопает входная дверь, и через минуту Паша швыряет бокал в стену. Звон осколков. Встает, сжимает кулаки и прикладывает их к вискам, крепко зажмурившись.

– Я так и знал, что папа налажает.

Пинает стул, который с грохотом падает, и я вся сжимаюсь. Паша опять сменил личину, и по кухне вышагивает разъяренный и отчаявшийся человек, которого загнали в угол. Он неожиданно разворачивается ко мне. Мне очень не нравится его взгляд. Липкий и черный.

– Мне надо убрать со стола, – встаю и сглатываю, когда Паша делает ко мне шаг.

Хватает за волосы, с рыком въедается в губы и второй рукой ныряет под юбку. Я с мычанием шарюсь ладонью по столу, стискиваю вилку и во вспышке неконтролируемого гнева вонзаю острые зубчики в шею. Паша, с удивленным вскриком отпрянув, кривится, и я отталкиваю его.

– Ах ты, сука, – хрипит Паша и тянется к вилке, что торчит над воротом рубашки. – Дрянь.

Вскрикиваю, заметив в глазах холодную злобу и бегу прочь. Так на меня даже Влад не смотрел, когда стискивал шею в пальцах. Это взгляд социопата, который, наконец, выполз из-под вороха множества масок. Он либо покалечит меня или убьет. Вылетаю на лестничную площадку с криками.

– Вернись, Поли. Поговорим о разводе, крошка.

Бегу вниз по крутым ступеням. Оглядываюсь, ладонью коснувшись стены. Паша преслеудет меня с торчащей вилкой из шеи. Опять взвизгиваю.

– Поли!

Я попала в фильм ужасов, в котором добрый и ласковый муж обратился в маньяка. И ведь не из-за ревности хочет меня прибить, а из-за того, что я отказалась участвовать в его сексуальных фантазиях с изменами. Ну и вилка тоже была лишней.

Хватает меня за шиворот, впечатывает в стену, и с воплями выдергиваю вилку. И опять ее втыкаю под рев Паши, который отшатывается и заваливается на перила. Соседи не торопятся выглядывать из своих нор, и я опять бегу. Паша с клекотом вытягивает вилку и с хриплым рыком отшвыривает ее.

– Поли… Поли… Поли…

От голоса Паши волосы на загривке поднимаются и шевелятся. Воздух густой, как холодный кисель, и я в нем захлебываюсь. Выскакиваю в промозглую тьму на крыльцо. У черного внедорожника курит Олег, а рядом с ним скучает Влад, который разглядывает перчатки, натянутые на ладони. Поднимает настороженные глаза и решительно шагает в мою сторону, а я в ужасе ныряю за его широкую спину, когда из подъезда выползает Паша с кривой улыбкой и окровавленным воротом.

Глава 17. Импровизированный шантаж

Глава 17. Импровизированный шантаж

– Я…ему… вилкой в шею, – отрывисто шепчу я, – прямо… в шею… два раза...

Олег, поперхнувшись дымом, кашляет.

– Поли, вернись домой, – шипит Паша гадюкой. – Поговорим о разводе и о супружеском долге. И о том, какая ты плохая девочка.

Олег опять кашляет, захлебываясь в дыме и слюнях. Отбрасывает окурок, сипит и кряхтит. Я тоже немного обескуражена, и слышу по голосу Паши, что его воспитание из меня покорной и хорошей девочки будет жестким. О пальцах, как в случае с его братом, можно не надеяться.

– Павлуша, обычно тебя учат быть хорошим мальчиком, – Влад делает несколько бесшумных шагов к Паше.

– Так, – Олег сплевывает и кривится, – он может быть свитчем.

Влад недоуменно оглядывается на него.

– Перевертыш, – поясняет он.

– Что? – вопросительно изгибает бровь.

– И вашим, и нашим, – Олег пожимает плечам.

Влад переглядывается со мной, а я тоже ничего не понимаю. Что за перевертыши?

– С превеликим удовольствием отстегаю жену ремнем до кровавых полос, – хрипит Паша в черном безумии и зыркает на меня, – домой, сука!

– Паша… – я отступаю к крякнувшему в удивлении Олегу, – что на тебя нашло?

– Ты же хотела быть идеальной женой… Я тебя научу этому тонкому искусству…

Влад преграждает Паше путь:

– Кажется, у Полины нет желания ремнем по попе получать. И как-то ты резко, братец, сменил свои пристрастия. Я не успеваю за тобой.

– О каких пристрастиях идет речь, кроме фантазий… – я жмусь к машине и тихо проговариваю, – о моей измене…

Олег очень странно смотрит на меня. С сочувствием, сожалением и отчаянием. Такой коктейль эмоций не предвещает ничего хорошего.

– Я не думаю, что Полине стоит смотреть на фотографии, – шмыгает Олег. – Влад, не надо. Я, – прикладывает ладонь к груди, – психологическую травму получил.

– Фотографии? – Паша меняется в лице.

– Да, Павлуша, – кивает Влад. – Фотографии. С хороших и подробных ракурсов.

– Владик, – криво улыбается с нервным смешком, – не надо. Влад… Ты лжешь… нет у тебя никаких фотографий.

– И я умею удивлять, да, Павлуша? – тихо и с угрозой смеется Влад. – А я ведь тебе поверил, что ты весь такой уставший от жизни.

– Влад…

Паша в отчаянии смотрит на Олега, который передергивает плечами и гадливо кривится. Меня трясет, зуб на зуб не попадает. Влад оглядывается, стягивает пальто и подходит.

– Что за фотографии? – я поднимаю на него глаза.

– Жуткие и отвратительные, – сдавленно отзывается Олег.

Влад вздыхает и накидывает мне на плечи пальто. Меня коконом окутывает теплое облако пряного парфюма:

– Да, тебе не стоит на них смотреть.

– Что за фотографии? – тихо повторяю я.

– Полина… – Паша истерично хихикает и расстегивает ворот рубашки, – давай, мы с тобой дома обо всем поговорим. Вспылил я чуток. Прости. Неделя тяжелая выдалась.

– Что за фотографии?! – в ярости вскрикиваю я и сжимаю кулаки. Закрываю глаза и шепчу. – Я должна увидеть их.

– Влад… не надо… – сипит Паша. – Хочешь, я на тебя квартиру перепишу? Машину? Влад, мне очень жаль… Влад, мой психолог говорит, что всему виной соперничество и борьба за родительскую любовь, понимаешь?

– Фотографии, – хватаю Олега за борта его кожаной куртки и вглядываюсь в испуганные глаза, – показывай.

– Там ничего интересного…

– Показывай, – холодно отзывается Влад. – Он сама этого пожелала.

Олег отстраняется от меня, аккуратно разжимая мои замерзшие пальцы, и открывает дверцу машины, с немым протестом глядя мне в глаза. Неуклюже ныряет в салон, и через несколько секунд его осуждающих вздохов я держу в руках пластиковую папку.

– Полина…

Влад приваливается к авто, медленно потирая ладони в перчатках. Смотрит на Пашу с нескрываемым презрением. Похоже, его месть претворяется в жизнь, потому что муж мой ненаглядный весь съеживается и кулак прижимает ко рту.

В гнетущем молчании вскрываю с щелчком папку на круглой кнопке. Достаю глянцевые фотографии и шагаю под фонарь у клумбы с свеже-перекопанной землей. Про себя отмечаю, что управляющая компания отлично справляется со своими обязанностями: двор держит в порядке, к зиме готовится и растения вовремя пересаживает. Одним словом, молодцы.

На фотографиях вижу откровенный изврат. Грязный и гадкий, и он пробирает до самых потаенных глубин подсознания, которое покрывается плесенью отвращения. Когда я думала о любовнице, я боялась, например, о внебрачном ребенке, а не о том, что мой муж вечерами лижет ноги своей начальницы.

– Полина…

Больше ни одна живая душа не должна увидеть эти фотографии. Нельзя позволить, чтобы кто-то узнал, что я замужем за извращенцем. Маму точно хватит удар, а папа на рыбалке утопится. Да я сама хочу нырнуть в лужу лицом вниз и захлебнуться.

– Полина…

– Заткнись, – цежу сквозь зубы я, и Паша замолкает, с готовностью потупив глазки.

У меня и в мыслях не было, что мой муж настолько падший человек с изуродованной душой.

– Ты должен уничтожить эти фотографии, – прячу снимки в папку и подхожу к Владу. – Все копии и все носители.

– Встала на защиту мужа?

– Нет, – я поднимаю взгляд. – Дело не в этом. Я не хочу, чтобы был хоть мизерный шанс того, что эти снимки попадут в руки моих родителей. Они у меня хорошие, Влад, и они, возможно, даже слова мне не скажут о том, что мой муж– извращенец, смолчат, но ты же все понимаешь, да?

– Прекрасно понимаю.

– Я выходила замуж за приличного и ответственного мужчину. Мои друзья и родственники были за меня невероятно рады и хочу, чтобы и развод прошел без скандала, сплетен и тихо.

Касается щеки, вглядываясь в глаз, и я знаю, какую цену он запросит за услугу. Да, это не меня порят на фотографиях и одаривают золотым дождем, но эта грязь касается и меня. Моей семьи, которой скоро не станет, но я не желаю быть целью пересудов, косых взглядов и того, чтобы меня, например, жалели. Мой муж не просто завел интрижку с другой женщиной, а стал ее рабом.

– Я избавлюсь от снимков, Поли, – наклоняется и едва слышно шепчет на ухо, – если ты сядешь в машину и поедешь со мной.

Глава 18. Сделка с дьяволом

Глава 18. Сделка с дьяволом

Что мне делать? Домой к Паше-неадеквату возвращаться, рисковать своей репутацией и подвергать риску других людей “увидеть и не развидеть”? Не хочу узреть в глазах родственников тени осуждения или сожаления. Будут глядеть на меня при встрече, как Олег сейчас, и с сочувствием вздыхать.

– Будешь неделю для меня идеальной женой, – выдыхает Влад в ухо, и я закусываю губы. – Не такой большой срок, верно?

Коротко и молча киваю. С улыбкой распахивает передо мной дверцу, и я неуклюже забираюсь в машину. Пальто сползает с плеч, и Влад его закидывает в салон. Захлопывает дверцу, возвращается к Паше и что-то ему говорит, слегка к нему наклонившись. Отшвыриваю от себя папку и, всхлипнув, прячу лицо в ладонях.

Идеальная жена для Влада – это вряд ли та, которая вкусно готовит. Да я ведь сама только вчера читала о том, что мужчины от хороших жен ждут прежде всего чудес в постели, раскрепощенности и смелых экспериментов.

– Мне бровь рассекла, – в салон ловко забирается Влад и с мягкой усмешкой смотрит на меня, – Павлуше вилку в шею. Разошлась, бестия.

– А могла ножом, – за руль садится Олег и хмыкает, – как говорится, перо в печень, никто не вечен.

– Я могла, – убираю руки с лица и блекло смотрю на Влада, – его ножом… и тебя могла…

– Да, я в курсе, Поли. Ты очень красноречиво смотрела на стойку с ножами, – смахивает со лба локон пальцами.

– У меня был шанс?

– Ни единого, но стакана я не ожидал. Меня аж немного повело.

– Как и Паша вилки, – Олег заходится громким гоготом и бьет ладонью по рулю.

Молча смотрим на него. Неожиданно к нему присоединяется Влад и тоже смеется, и от их смеха мне жутко.

– Я же говорю, у нее отличное чувство юмора, – Олег вытирает слезы и заводит мотор, – тонкое и острое. Я давно так не смеялся.

Машина выезжает со двора, и Влад поддается ко мне. Я отшатываюсь, с испугом скосив глаза на его пальцы, которые неторопливо расстегивают две верхние пуговки на блузке.

– Хотел это сделать еще за столом, – шепчет и поднимает темный взгляд. – Ты же не на официальной встрече и не на планерке.

– Кто-то на официальные встречи кляп берет, – сипло отзываюсь я, а пальцы Влада бегут от яремной ямки вниз к ложбинке.

– Шутница, – поднимается и поглаживает ключицу, – только вот шутишь, а сама не смеешься.

Я опять сглатываю. Рука Влада опускается на колено. Мизинцем поглаживает, и сдавленно выдыхаю. Дрожь бежит по бедру и теплой волной ныряет под трусики.

– Тебе холодно? – с издевкой спрашивает Влад. – Ты дрожишь.

Конечно, я киваю. Не буду я признаваться, что меня трясет не от холода, а от легких и невесомых ласк.

– Я печку включил, – Олег потирает затылок.

Влад вытягивает из-под себя пальто и небрежно его на меня набрасывает, а затем, прильнув к шее губами, кончиком языка касается кожи. Я неосознанно скидываю с плеч пальто, потому что меня обдает потоком жара.

– Ты вся горишь, Поли, – заглядывает в глаза, и его ладонь проходит по внутренней стороне бедра. – Неужели заболела?

– Конечно, – с укором вздыхает Олег. – Выскочила на улицу раздетой.

– Заболела? – шепчет на ухо.

Я киваю. Точно заболела, потому что ноги тяжелеют, руки слабеют, а сердце быстро и громко стучит. Душно, голова кругом, и в глазах темнеет.

– И что же мне с тобой делать? – шепот Влада плавит мозги, а его рука скользит выше. – Поли, тебя лихорадит.

– Что делать! – возмущенно охает Олег. – Лечить. Сейчас я печку подкручу. Главное этот момент, когда только заболеваешь, не упустить.

– Ну, буду тебя лечить, – улыбается и кончиком языка касается левого клыка, хитро прищурившись.

Пальцы пробегают по кружевному края чулок и обжигают голую кожу бедра у ластовицы трусиков. Я хочу пристыдить Влада, но вместо этого с хриплым стоном выдыхаю и обессиленная его играми откидываюсь назад. В попытке противостоять его наглости, свожу колени вместе и зажимаю теплую ладонь бедрами.

Замираю, потому что мое сопротивление только усугубило ситуацию. Стискиваю руку Влада, смотрю ему в глаза, и не могу расслабить мышцы. Меня будто приступ схватил, а сам он не торопится вытягивать ладонь из ловушки. Очень жаль, что у меня под рукой нет второй вилки.

– Ох, милая, – неторопливо убирает руку из-под юбки, – я основательно займусь твоим здоровьем.

Вновь накидывает на меня пальто, шепнув на ухо:

– Побуду твоим личным доктором.

Глава 19. Банан в руке

Глава 19. Банан в руке

Забилась в угол машины и смотрю на хищный профиль Влада, на котором мелькают тени и отсветы от фонарей, мимо которых несется его внедорожник. Неделя. Неделя для мужчины, о котором я ничего не знаю и которого боюсь.

– Ты меня не обманешь с фото?

– Нет.

– Точно?

Поворачивает ко мне лицо, на котором играет легкая усмешка:

– Если не будешь капризничать, Поли.

– Не буду.

– Хорошо, – он улыбается и подманивает рукой, – тогда иди ко мне. Место жены в объятиях мужа, разве нет?

Нехотя придвигаюсь. Приобнимает за плечи, целует в висок, и я стискиваю зубы. Когда Влад берет меня за руку, я медленно выдыхаю. Я справлюсь, я выдержу эту неделю, а после уйду на месяц в запой. Я не пью так много, но теперь будет серьезный повод.

– Какие у тебя аккуратные и милые ноготки, – шепчет Влад и прикладывает ладонь к паху.

Машинально сжимаю пальцы и широко распахиваю глаза. Я ожидала эрекции, потому что Влад не скрывал своего желания, но не думала, что эта эрекция будет такой внушительной и толстой. У Паши куда меньше, и моя уверенность, что я выдержу неделю, истончается и рвется, как тонкая нить. Очень хочу вернуться в угол машины.

– Что ж ты так вцепилась, – шепчет Влад на ухо.

– Это рефлекс, – сдавленно отвечаю я и пальцы разжать не могу. – Как у обезьянки.

Краснею до кончиков ушей, потому что сморозила несусветную глупость и не подумала. Какая, к черту, обезьянка?! Да и в руке держу далеко не банан, потому что ни на одной пальме не растут такие большие и толстые бананы.

Машина паркуется у пафосного крыльца отеля с мраморной лестницей и массивными перилами. Этажей десять, подсветка, территория облагорожена уютным парком, тусклыми фонарями, фонтанами и скамьями, на которых можно посидеть и похандрить осенним вечером.

– Поли, – едва слышно говорит Влад, – ты все еще…

– Я знаю, – хрипло отвечаю я. – У меня свело пальцы от ужаса.

Олег энергично выскакивает из машины и отходит к одной из лавочек под фонарем и задумчиво закуривает.

– Ну и хватка у тебя, Полина, – Влад медленно и аккуратно раскрывает палец за пальцем. – Ты же не девтственница, чтобы так реагировать на член.

– Ну, опыта с таким размером у меня не было, – честно и бесцветно отвечаю я, прижав руку к груди.

– Я верю, что ты справишься, – Влад смеется и покидает машину, а сижу и моргаю.

Или ты заставишь сладить с твоим достоинством, которое может напугать и опытную женщину. Теперь мне становится ясно, почему Паша комплексовал из-за размера члена, который меня полностью устраивал.

– Поли, – дверь с моей стороны распахивается и Влад протягивает ладонь.

Придерживая пальто на плечах одной рукой, другой принимаю галантную помощь, однако стоит мне выйти из машины, как мой джентльмен стискивает меня в объятиях и впивается в губы.

Меня еще так не целовали. Глубоко, нагло и настырно протолкнув язык за зубы. Инстинктивно пытаюсь выпихнуть верткого захватчика, но вместо борьбы выходит голодный и отчаянный поцелуй, от которого у меня ноги подкашиваются.

– У тебя точно жар, Полина, – Влад выдыхает в губы. – У тебя очень горячий рот. И ты вновь дрожишь. Опять замерзла?

Начинаю оседать, потому что ноги не держат. Будь у меня сейчас вилка в руке, то я бы ее точно выронила.

– Все очень плохо, – Влад смеется мне в губы и подхватывает на руки. – Тебе срочно надо в кроватку, Поли.

Поднимается по лестнице, и на крыльцо выскакивает парнишка, который услужливо открывает перед Владом дверь:

– Добрый вечер, Георгий Владиславович.

– Добрый, – Влад величаво кивает. – Моей супруге не здоровится, и думаю, ей бы не помешал глинтвейн.

– Принято, – кивает парнишка и вида, что удивлен, не показывает, но глаза озадаченные.

– Я не буду пить, – едва слышно отзываюсь я, тоже обескураженная тем, что Влад представил меня, как супругу.

– Это лекарство, милая, – шагает через просторный бело-золотой холл, девочки за административной стойкой вместе с охранниками встаю по струнке. – Он тебя согреет, расслабит и настроит на нужный лад.

– На какой?

– На такой, который позволит тебе не упасть в обморок, когда я расстегну ширинку.

Лифт сам по себе открывается, будто узнал своего хозяина, и Влад вносит меня в кабину.

– Бессмысленно договориться о том, что я приемлю, а что нет, когда ты расстегнешь ширинку? – складываю ручки на груди, как маленький слабый хомячок. – Например…

Я замолкаю, удивленно подняв глаза на табло, которое начинает менять цифры, а ведь Влад кнопок не нажимал.

– Например? – повторяет Влад.

– Я… – перевожу серьезный взгляд на его безэмоциональное лицо, – против анального секса.

– У тебя был опыт? – вскидывает бровь.

– Нет.

Глаза Влада вспыхивают предвкушением, и я тоскливо вздыхаю:

– Черт.

– Давай так, – одаривает меня плотоядным оскалом, – кончишь от анала, добавим к твоему сроку еще неделю, если нет, то ты сегодня же уйдешь из моей скромной обители.

– Но ты в любом случае меня отымеешь под хвост.

– Что за выражения, Поли? – наигранно охает Влад. – Где ты их нахваталась? Но да, со спором или без все твои дырочки на неделю мои.

– Я не буду с тобой спорить, – поджимаю губы.

– Да, потому что ты знаешь, что обязательно кончишь, – Влад смеется, и двери лифта открываются. – И это невероятно льстит.