Текст книги "Брат мужа. Порочные игры (СИ)"

Автор книги: Арина Арская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 14 страниц)

Глава 41. Отец и дочь

Глава 41. Отец и дочь

Вновь прикусываю кончик языка. Как же хочется заорать на отца Надюши, что он, мерзавец, очень не вовремя явился. Потерпел бы минут пять, в самом деле! Что за истерика? Ну, женат и что?

– Вот она, – Надюша шепчет папе и на меня пальчиком указывает.

– Я понял, милая, – тот смотрит на меня и неожиданным уважением говорит. – Доброго вечера.

Я киваю. С королевским величием, потому что на крики не способна. Я даже дышу и моргаю медленно. Со стороны я, наверное, выгляжу загадочной и преисполненной собственного достоинства женщиной, потому что папа Надюши как-то теряется под моим взглядом.

– Да, женат, – Влад улыбается и кивает в мою сторону, – моя супруга Полина.

– Василий, – отвечает отец Надюши, которая недовольно хмурится, и шагает вдоль стола, чтобы сесть в кресло на углу по левую сторону от Влада. – Гоша, какого хрена? Не было у тебя жены, – поднимает сердитый взгляд на меня, – откуда она взялась?

– Вышла из тени, – отвечаю я.

Вышло очень зловеще. Василий медленно моргает, и я улыбаюсь уголками губ, как Джоконда на полотне Леонардо да Винчи.

– Что это значит? – Васили непонятливо причмокивает.

– Вот меня не было, а вот я есть, – ладони складываю на животе, переплетая пальцы между собой. – Действительно ли мой супруг оговаривал с вами планы на вашу дочь и рассматривал в качестве будущей невесты?

Василий недоуменно зыркает на Влада, мол, какого черта твоя жена не рыдает и не размазывает черную тушь по лицу.

– Это подразумевалось, – Василий откидывается на спинку кресла, широко расставив ноги.

Пытается задавить меня своим авторитетом, но это смешно, учитывая, что мою милую попу заткнули стеклянно пробкой. Его поза меня смешит, а не настораживает или пугает.

– В каком смысле подразумевалось? – я сдержанно и холодно улыбаюсь.

– Он встречался с Наденькой…

– Да! – Надежда цокает по паркету каблучками и усаживается рядом с отцом. Зло смотрит на меня. – Больше года! И ни слова о тебе не говорил!

– Так мы женаты всего сутки, – Влад пожимает плечами.

Гробовое молчание, изумленные взгляды и наша с Владом невозмутимость.

– Что, прости? – шепотом спрашивает Василий.

– Женаты сутки, – повторяет Влад.

– Чо?! – из Надюши вырывается грубая гопница, и удивленно вскидываю бровь.

– Гоша, – Василий переводит взгляд с меня на спокойного Влад.

– Георгий, – тот поправляет галстук. – А лучше Владислав, потому что это и есть мое имя, Василий.

– Не понял…

– Я в процессе переоформления документов, бумаг, – Влад массирует голову. – Очень утомительное дело воскресать из мертвых. Мои юристы в ужасе, но… – он вздыхает, – но пойми, Василий, мне этот Гоша, Горя, Георг и Геге до тошноты надоел.

– Геге? – удивленно переспрашиваю я.

– Да, как только не коверкают Георгия, – Влад откидывается назад. – Красивое имя, а делают из него черт пойми что. Так тяжело обращаться по полному имени?

Он переводит недовольный взгляд на притихшую Надюшу, которая всхлипывает:

– Но, Горя…

Влад накрывает глаза рукой, поглаживает лоб и медленно выдыхает. Он разъярен. Я чувствую его недовольство, а вот Надюша, похоже, нет, потому что опять повторяет:

– Горя…

– Я не подразумевал, что имею серьезные планы на Надюшу, – Влад убирает руку с лица, – и никоим образом, Василий, не намекал, что заинтересован в создании семьи с твоей дочерью. Давай будем честными, ты буквально подложил под меня свою дочь, а я этим воспользовался. Вот такой я беспринципный человек.

– Как ты смеешь? – лицо Василия идет красными пятнами гнева.

– Могу поднять вопрос твоего долга, – Влад покачивается в кресле.

Василий внезапно замолкает и бледнеет, а Надюша непонимающе смотрит на отца. Я так понимаю, отец для нее – непогрешимый идеал и защитник, который из-за недовольства мог надрать Владу зад за его фокусы.

– Но мы же все уладили, Гош… Георгий… Влад?

– И что ты мне предложил в том нашем разговоре? – взгляд у Влада тяжелый и темный.

Ситуация раскрывается с очень некрасивой стороны для Надюши, у которой округляются возмущенные глаза. Видимо, она действительно ждала, что Влад сделает ей предложение, но мне не сочувствовать ей хочется, а пинками выгнать вместе с отцом. Пинками. Ха. Я сейчас и шага не смогу сделать.

– Я напомню, Василий, – Влад поддается в сторону молчаливого гостя. – Ты сказал обратить внимание на младшую дочь, а после…

– Позвал меня в кабинет познакомиться с одним из деловых партнеров, – в ярости шепчет Надюша, а затем встает, замахивается и наносит звонкую пощечину отцу, который обескураженно прижимает руку к щеке. – Продал меня?

Разворачивает и делает шаг к двери.

– Надежда, – подаю я тихий голос.

– Что?! – в ненависти разворачивается в мою сторону. – Радуйся, сука, опозорила меня!

– Я думаю, что ты должна еще кое-кого одарить справедливой пощечиной, – я сама, как каменная статуя. У меня шевелятся только губы.

Надюша переводит взгляд на Влада, и ее решительность обращается в злую робость. Если с “Горей” у нее проблемы, но она четко для себя уяснила, что на Влада руку нельзя поднимать. Ни при каких обстоятельствах. Фруктами кидаться и промахиваться можно, но пощечины под запретом.

– Я согласен с женой, – Влад встает и подплывает к дрожащей Надюше, – ты имеешь право на гнев. Я жду.

– Чего? – пищит Надюша.

– Справедливой пощечины.

Глава 42. Строгая супруга

Глава 42. Строгая супруга

Надя хлопает ресницами, и я вижу в ее глазах слепое восхищение. Она готова простить мрачного Влада и опять назвать его Горей. С придыханием. Василий переводит обескураженный взгляд с Влада на меня и непонятливо кривится, мол, что ты за ведьма такая? Или, может, дочь серьезного человека? Или сама очень серьезная дама? И стоит ли мне тебя опасаться и насколько я был уважителен с вами, Ваше Величество.

– Я тебя не люблю, Надюша, – тихо и спокойно говорит Влад. – Я тебя использовал. Нагло и подло, как и твой отец.

И тут Надежда лепит ему злую пощечину, а в зал входит Олег и удивленно замирает в дверях. Глаза по пять копеек. Еще одна злая пощечина по другой щеке, и третья. Влад стоит, поджав губы, а Олег молча переводит взор с него на меня. Я будто строгий надсмотрщик.

Надежда заносит руку, и Влад рычит:

– Довольно. Три пощечины достаточно для справедливости.

– Я так не думаю, – слетают с моих губ тихие слова.

– Твоя жена дала добро, – в злобе и ревности шипит Надежда и наносит яростную пощечину, от которой Влада немного ведет в сторону. – Козел.

Влад медленно моргает, прижав руку к лицу. Его шокированный взгляд стоит его будущего гнева в спальне на последнем этаже.

– Теперь довольно, – хладнокровно отзываюсь я. – Как самочувствие, Надя?

– Дерьмовое у меня самочувствие, – она в ненависти всматривается мне в глаза и, развернувшись на носочках, цокает на тонких каблуках прочь.

– Я думаю, вам стоит пойти за дочерью и объясниться, – взираю со спокойностью удава на молчаливого Василия. – Это, конечно, не исправит вашего скотского отношения в прошлом к дочери, но молчать не вариант.

– А долг? – тихо спрашивает он.

– Я о нем забыл, – цедит сквозь зубы Влад.

Олег медленно моргает, уступает дорогу гордой и оскорбленной Надежде. Василий встает и торопливо покидает зал. Олег провожает его удивленным взглядом.

– Я тут… короче видео стерто, – он неловко улыбается и не Владу, а мне. – Подчистую. Я обо всем позаботился, – а потом опомнившись смотрит на своего возмущенного босса. – Как и было велено.

– Я хочу выпить, – тот в ответ разминает шею, – подожди меня в баре.

– Принято, – Олег кивает, пятится и бесшумно закрывает двери, мельком взглянув на меня.

Влад разворачивается ко мне. Буравит темным и злым взглядом, от которого по коже ползут мурашки. Я очень смелая при посторонних, а один на один с “мужем” мне неуютно и зябко. Глаза в глаза. Словно пытается немигающим взором выжечь мои мозги и вместе с ними всю голову.

Самообладание меня покидает, и я отступаю на один маленький шажочек. Рывком за запястье, разворачивает к себе спиной, и через секунду я прижата грудью к столу. Задирает юбку, и я зло выдыхаю, чтобы скрыть испуг.

Я ожидаю боли, но вместо того, чтобы резко выдернуть из меня пробку, Влад ее аккуратно и даже ласково, если можно быть ласковым в подобной ситуации, вытягивает ее. Я не могу сдержать стон.

Онемевшие мышцы мягко и болезненно смыкаются, и я закрываю глаза. Влад откладывает пробку на стол и с нажимом поглаживает ноющее кольцо мускулов:

– Думаю, ты готова меня теперь принять, – горячо и влажно шепчет на ухо. – Без остатка.

Молча ожидаю кары за свою дерзость. Сопротивляться бесполезно, потому что физически мне не побороть возбужденного и рассерженного мужчину. Я под его предплечьем, что давит на лопатки, расслабляюсь. Бери меня, как тебе вздумается.

Отпрянув, шлепает меня по попе и оправляет подол. Недоуменно и даже разочарованно распахиваю глаза. Я же настроилась. Отталкиваюсь от стола слабыми руками, распрямляюсь и разворачиваюсь к Владу лицом. Опять прожигает меня горящим и черным взглядом, а затем размашисто шагает мимо кресел и стола к дверям, спрятав одну руку в карман брюк, а другой приглаживает волосы.

– И что мне с ней делать? – перевожу взгляд с прямой спины на пробку, что одиноко лежит на столе.

– Можешь оставить тут, – оборачивается через плечо и ухмыляется. – Утром уборщица ее выкинет.

– Ты в своем уме?

– А что? – притормаживает у дверей. – Это ее работа. Не вижу никакой проблемы.

– Ты отвратителен.

– Вновь повторяешься, Поли, – недобро щурит на меня глаза. – Жди меня наверху, я через минут двадцать буду.

Мне его приказ очень не по нраву. Я устала от его капризов, командного тона и презрительных взглядов, будто это я сношаю подчиненных и дочерей деловых партнеров.

– А вздумаешь сбежать, я тебя из-под земли достану, – хищно улыбается. – Как принято, дорогая?

Я еще не успела осознать желание слинять из отеля, как Влад его почувствовал. Вскидываю подбородок. А вот не сбегу и не доставлю ему удовольствия устроить за мной охоту, в которой у него явное преимущество.

– Я тебя не боюсь, – опираюсь рукой о столешницу, потому что тяжело стоять на непослушных ногах.

– А голос дрожит, – ухмыляется и окидывает меня голодным взглядом. – Чтобы я когда вошел в спальню, Поли, ты лежала на животе. Смазанная и готовая к употреблению.

Затягивает галстук и выходит. Опускаю лицо и тихо рычу в бессилии. Может, пусть Влад сольет фотографии Паши всем нашим родственникам и знакомым?

Глава 43. Трепет в груди мерзавца

Глава 43. Трепет в груди мерзавца

Олег молчит, но я по глазам вижу, что он вот-вот откроет рот и удивится тому, что увидел в конференц-зале.

– Не начинай, Олежа, – покачиваю бокал с виски в ладони и наблюдаю, как кубики льда танцуют на дне.

– Но…

Я перевожу на него многозначительный и недовольный взгляд.

– Я готов к увольнению, – прикладывает руку груди и говорит, – поэтому я должен спросить. Что это было?

Да я сам как бы озадачен. Я потерял контроль над ситуацией. Тяжеловато быть с холодной головой, когда рядом стоит девица с пробкой в хорошенькой попке, но это не объясняет чувства стыда, которое я испытал впервые за долгие годы. Мне стало совестно перед Поли из-за Кати и Нади, будто я реально давал клятву верности у алтаря. Это же глупость несусветная. Я люблю секс, люблю женщин, и никому ничего не обещал.

– Я не знаю, – делаю глоток терпкого виски и сердито причмокиваю.

– Есть у меня предположение… – начинает Олег и загадочно замолкает.

– Ну и? – гневно цежу сквозь зубы. – Давай. Я тебя очень внимательно слушаю.

– У Полины есть стержень. Она вся такая якобы воздушная, девочка-припевочка, а внутри есть стальной прут, – Олег присасывается к бокалу и продолжает. – Я думаю, что это и привлекло Пашу.

– При чем здесь Паша? – я вскидываю бровь.

– Полина была очень доминантной, – Олег отводит взгляд. – Прям госпожа госпожой. Убер-госпожа, которая наказывает плохого мальчика через чужие руки.

– Плохой мальчик – это я? – с коротким смешком задаю я вопрос.

– А кто еще? – Олег серьезно смотрит мне в глаза. – Захожу я, а вы там все бледные стоите, а Полина взирает на вас, как провинившихся слуг. Ей реально в руки плети не хватало.

Я понимаю изумление Олега, потому что сам шокирован тем, что добровольно позволил какой-то потаскухе отхлестать себя по щекам под вспышкой чувства вины. И да, власть в этот момент находилась в руках милой и хрупкой Полины.

– Женись на ней, – шепчет Олег.

Поперхнувшись, откашливаюсь и отставляю стакан. Прижимаю платок к губам. Меня не само предложение удивило, а взгляд Олега. Решительный и гневный, будто он сейчас схватит меня и Полину и потащит в ЗАГС.

– Я не говорю, что ты, как Паша, извращенец, но тебе нужна женщина, которая выстоит под твоими фокусами, и Полина отлично держится.

– Мне не нужна жена…

– Тогда к чему все эти игры?

Хороший вопрос, на который я не могу ответить. Это был порыв, желание щелкнуть Павлушу по носу и подчинить его жену своей воле. Это было стремление унизить брата, которого все эти годы презирал. Вышло, конечно, так себе, учитывая момент с его нездоровыми наклонностями.

– Зачем тебе брак на неделю? – Олег щурит глаза. – Отымел бы ее и все, но нет. Всем растрезвонил, что якобы женат. Нахрена?

– Я и играю всерьез, – пожимаю плечами, уставившись на бутылки перед собой.

Так себе оправдание. И если быть честным с самим собой, то я ведь задумывался о создании семьи. Развлекаться с любовницами весело, но меня интересовала и другая сторона жизни. Для чего-то же люди создают браки и отказываются от свободы.

– Полина будет хорошей женой.

– Олег, – массирую переносицу.

– Хотя подожди, – поддается в мою сторону и шепчет, – она уже хорошая жена. Так ведь?

– Нет, – прикладываюсь к бокалу виски. – Я ею очень недоволен.

– Я знаю, когда ты недоволен, – тихо хмыкает.

Молча опрокидываю в себя остатки виски и со стуком ставлю бокал на стойку. Олег прав. Я чувствую гнев, но лишь на себя за то, что повелся на неосознанные эмоции и глупое желание увести чужую жену, которая меня впечатлила и сумела что-то сковырнуть в душе.

Я в конференц-зале на несколько секунд поверил, что действительно женат и провинился перед рассерженной супругой. И мне было важно ее прощение, раз я согласился стерпеть пощечины от любовницы.

– Спасибо за компанию, – соскакиваю с высокого стула.

– Я тебя раньше не представлял в роли мужа, – говорит Олег мне в спину, – а теперь вижу, что у тебя есть шанс…

– Достаточно, Олежа, – смеюсь, чтобы скрыть раздражение на навязчивого водителя, который вздумал меня женить. – Это лишь игра, которая меня неплохо развлекает.

– Не вырос ты еще из детских штанишек, да?

Я возмущенно оглядываюсь. Алкоголь развязал Олегу язык. Он вскидывает перед собой руки в защитном жесте:

– Молчу, шеф, молчу.

– Вот и молчи.

В лифте ловлю себя на предвкушении и волнении. Выполнила ли мой приказ Полина или решила взбрыкнуть? Меня устроит любой вариант, потому что я буду рад наказать непослушную девочку стонами и криками. О, моя милая Поли, я иду.

Цепляю тихий трепет в груди когтями. Нехорошо. Так не должно быть. Я испытывал подобный живой восторг только в наивной юности, а за ним последовало жестокое разочарование.

Двери лифта разъезжаются в стороны. Я делаю вдох и выдох, чтобы усмирить в груди противоречивые эмоции, и выхожу в гостиную, утопающую в полумраке. Прислушиваюсь к тишине и шагаю по мягким коврам к дверям спальни. Подчинилась ли она мне? Приняла роль послушной и робкой жены?

Глава 44. Я хочу, чтобы ты...

Глава 44. Я хочу, чтобы ты...

Я извращенка. А как еще назвать ту, которая лежит на огромной кровати попой кверху и ждет фальшивого мужа с не только со страхом, но и с волнением, которого он не достоин? Я ни разу так не ждала Павла, как его брата. И уж никогда сама с учащенным сердцебиением не смазывала попу густой и разогревающей смазкой.

Несколько раз я порывалась уйти, но куда мне бежать, чтобы Влад меня не нашел? И я знаю, что эта игра доставит удовольствие, но меня не это волнует, а то что я сама хочу от него побегать, чтобы он меня обязательно нагнал и проучил. Я желаю покинуть его отель, чтобы он меня вновь затащил в него силой.

Вот гадство. Он достоин презрения и моей ненависти, а вместо этого я, как школьница, жду его возвращения, уткнувшись красным от смущения лицом в шелковую простыню. Как ему удалось вывернуть мой страх и неприязнь в сладкое предвкушение?

Я слышу неторопливые мягкие шаги, и сердце пропускает несколько ударов, чтобы затем перекувыркнуться в груди, но я не дергаюсь и лежу без движения. По позвоночнику бежит теплая волна мурашек.

Я чувствую взгляд Влада, вслушиваюсь в его дыхание, и мои конечности тяжелеют. Он отравил меня ядом похоти и разврата и согласна быть его личной шлюхой на неделю и без сделки. Я в последнюю очередь думаю о Паше, о фотографиях и своей репутации. К черту все это. Я хочу вновь нырнуть в бурлящий поток наслаждения.

В тишине шуршит ширинка. Влад не говорит ни слова. Шорох одежды и едва заметно пружинит матрас. Шумно выдыхаю, когда горячая ладонь проходит по спине к пояснице. Теплое и вязкое возбуждение утягивает меня на дно, и в нетерпении закусываю губы.

Пальцы юркают между ягодиц, и Влад одобрительно хмыкает. Еще бы. Я на себя вылила полтюбика смазки, от которой у меня все снаружи, такое впечатление, расплавилось. Через несколько секунд Влад оказывается на мне. Горячий, возбужденный и опьяневший. Целует меня в ухо, шею, прижавшись всем телом, и я чувствую терпкий аромат виски, который и мой разум дурманит.

– Готова, милая Поли? – бархатно шепчет и проводит упругой головкой между ягодиц.

Я сипло выдыхаю в ответ, и он проскальзывает в кольцо расслабленных мышц. Медленно, без рывков и покрывая плечи влажными поцелуями. Дышу через нос, крепко зажмурившись. Проникает все глубже и глубже, неумолимо растягивая меня жгучим желанием.

Когда Влад вжимается в ягодицы и ныряет чуть ли не к пупку, я со сдавленным мычанием вновь выдыхаю. Он внутри. Распирает жаром. В глазах темнеет, и я со стоном стискиваю в пальцах простынь.

– Моя умница, – одну руку просовывает под грудь, второй обхватывает шею и поддается тазом назад, что опять проскользнуть в тесные глубины моего тела. – Вот так...

Более интимной близости между мужчиной и женщиной быть не может, и раскрываюсь Владу без сопротивления и смущения. Новый скользящий толчок до основания, и бесстыдно выгибаюсь в спине.

наши тела сплетаются в кипящем вожделении, и движения Влада становятся резче. Под мои хриплые стоны, мычание и крики он вторгается в меня, а я, подчинившись его похоти и безумию, со всхлипами поступающего экстаза закусываю в зубах простынь и подмахиваю попой в неистовом ритме.

С рыком и несколькими рывками вдавливается меня в матрас, напрягая руку у шеи. Мне накрывает волна судорог, потоком удушающего жара и изнутри режут спазмы, что срастаются с трепетом мужской плоти. Мне нечем дышать, открываю рот в беззвучных стонах и мир на несколько секунд меркнет.

Я выныриваю из темноты уже в объятиях Влада, который тяжело и неровно дышит. Моя голова покоится у него на груди, и я слышу, как часто и гулко бьется его сердце. Между ягодицами тянет липким дискомфортом и мышцы вздрагивают в затухающем и глубоком оргазме. Я делаю медленный и свистящий вдох и сажусь, вывернувшись из объятий Влада.

Я не должна наслаждаться негой и слабостью в его руках, иначе сама обращусь в заплаканную девицу, которая по глупости и наивности впустила в сердце мерзавца. Я не хочу, чтобы через шесть ночей мне было больно уходить из отеля. И как же будет Влад доволен, когда я покину его влюбленной идиоткой.

Влад молча встает, расслабленно выходит из спальни, не сказав мне ни слова. Эгоист. Однако через несколько минут возвращается со стаканом воды и молча протягивает его мне, буравя мое лицо недобрым взглядом.

– Спасибо, – сипло отзываюсь я и принимаю его мрачное подношение.

Делаю несколько глотков. Так и стоит у кровати и смотрит. Мне как-то неловко под его пристальным взглядом, поэтому делаю вид, что очень увлечена стаканом с водой. опустошаю его до дна, а Влад продолжает хмурым истуканом сверлить меня взглядом.

– Что? – не выдерживаю я. – Говори уже.

Подозреваю, что он обдумывает дальнейший изврат, которым накажет меня за пощечины и унижение, но я, в принципе, готова на любой его приказ. Я побывала на дне. Даже если он сейчас достанет наручники и прикует меня к столбам балдахина, то я не вякну ни слова против. Хотел получить покорную и бессловесную жену? Вот она сидит на шелковых простынях с пустым стаканом в руках и с ожиданием смотрит на тебя.

– Я хочу, чтобы ты ушла, Полина.