Текст книги "Развод. Исправить ошибку (СИ)"

Автор книги: Ари Дале

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 13 страниц)

Глава 41

Нехорошее предчувствие заставляет все внутри перевернуться. Прячу руки под стол, чтобы не показать бедной женщине, что они дрожат. Набираю полные легкие воздуха и спрашиваю:

– А когда вы виделись в последний раз?

Это становится главной ошибкой.

Женщина застывает, вперивается в меня взглядом. Не двигается. Такое чувство, что даже не дышит. Давящая тишина повисает в комнате. Ее разрывает только наше дыхание. Частое, прерывистое. Боюсь, если вздохну полной грудью, то хрупкое равновесие в женщине нарушится и…

Глаза Людмилы округляются, становятся похожи на блюдца.

Крик, истошный, разрывающий душу, вырывается из Людмилы, прежде чем она взмахивает руками и с грохотом падает со стула.

– Нет… нет… нет, – на четвереньках ползет к стене.

Забивается в угол. Падает на бок, сворачивается клубочком и начинает рыдать. Так громко, что у меня разрывается сердце. Тело немеет, кончики пальцев холодеют.

Кусаю язык, пытаясь тоже не расплакаться. Наблюдаю за страданиями женщины и чувствую, как они отдаются волнами агонии у меня в груди. Не могу толком дышать. Слезы скапливаются у глаз, когда я понимаю, что это все моя вина. Лучше бы я оставила все как есть. Пусть бы Людмила жила в выдуманном мире, где ее ребенок жив. Пусть бы верила, что скоро ей принесут сына. Пусть бы думала, что она сможет подержать его на руках, прижать к груди, покормить и почувствовать тот самый молочный запах младенца.

– Я позову медсестру, – словно из-за стекла до меня доносится голос мужа.

Киваю, выдавить из себя даже слово не получается.

Я могу лишь сидеть и утопать в вине под негромкие завывания бедной женщины.

Леша быстро возвращается, подходит, кладет руку мне на плечо. Сжимает, даря поддержку, которая сейчас так необходима. Накрываю ладонью пальцы бывшего мужа, понимая, что, скорее всего, ему тоже тяжело.

В палату влетает знакомая медсестра, а за ней вторая – высокая, худощавая. Они стремительно подходят к Людмиле, подхватывают ее под подмышки, пытаются поднять, но бедная женщина начинает сопротивляться. Отбивается, выкручивает руки, кричит.

Подскакиваю с места, хочу сказать, чтобы они прекратили, но не успеваю даже рта раскрыть, как худощавая медсестра вонзает Людмиле иглу с уже надетым шприцом в плечо. Быстро вводит препарат, и в следующее мгновение бедная женщина начинает оседать.

Медсестры снова подхватывают ее, укладывают на кровать и накрывают одеялом. Все это время я могу лишь наблюдать, как жизнь Людмилы снова рушится у меня на глазах. Она лежит на кровати, смотрит в потолок и не двигается. Даже веревки не понадобились, чтобы сковать бедную женщину. Хватило седативного.

– Вы должны уйти, – приказывает тучная медсестра, повернувшись к нам и пронзая презрительным взглядом.

У меня не возникает возражений. Видеть Людмилу, которую за секунду превратили в амебу, совсем не хочется.

Леша берет меня за руку, и мы вместе идем к выходу.

– Доктор, – сонный голос Людмилы догоняет нас на пороге. Я застываю, на мгновение прикрываю глаза, а в следующее – смотрю на женщину. Выдыхаю с облегчением, когда вижу, что взгляд Людмилы все еще направлен в потолок. – Я скоро увижу своего сына?

– Скоро, – решаю не рушить в очередной раз стену, которой женщина защищает себя от боли.

Улыбка медленно начинает расплываться на ее лице, и я понимаю, что поступила правильно.

Леша сильнее сжимает мои пальцы, выводит меня в коридор. Мы отходим на приличное расстояние, когда я спотыкаюсь о свою же ногу. Устроять мне удается, вот только я не могу сделать больше ни шага.

– Дай мне минуту, – хриплю, высвобождая ладонь из его пальцев.

Спиной прислонясь к стене. Руками упираюсь в бедра и даю волю слезам. Позволяю им литься по щекам. Позволяю всей боли выйти наружу.

Вот только прожить ее самостоятельно не получается, Леша, недолго думая, притягивает меня в свои объятья. С такой силой впечатывает в твердую грудь, что остатки барьера, с помощью которого я сдерживала эмоции внутри, рушатся.

Всхлипываю и обнимаю Лешу. Настолько крепко, насколько только возможно.

Бывший муж становится единственной моей опорой. Лишь благодаря тому, что он держит меня, мне удается остаться в реальности, а не скатиться в бездну страданий.

– Я могла быть на ее месте… – бормочу между всхлипами. – Если бы с Сашенькой что-то случилось…

– Тсс… – Леша поглаживает меня по голове. – С Сашей все хорошо. Но если вдруг что-то произойдет, ты не одна.

– Но была… Я была одна, когда забеременела… Я была одна, когда родила… – подрагивающими хватаюсь за пиджак бывшего мужа.

– Прости, – Леша зарывается пальцами в мои волосы, сжимает их в кулаке. – Прости за то, что ты была одна. Это моя вина. Я должен был все возможно, чтобы объясниться с тобой. И точно не должен был сдаваться, как последний трус.

– Я тоже виновата… должна была сказать тебе… – слезы не переставая льются из глаз и впитываются в ткань пиджака.

– Не надо, – Леша отпускает меня, но только для того, чтобы двумя руками обхватить мои щеки и заставить посмотреть ему в глаза. – Ты ни в чем не виновата, слышишь? – произносит, не отводя от меня серьезного взгляда. – Это я изменил. Я тебя предал. И это я сдался, так и не поговорив с тобой и не извинившись. Ты ни в чем не виновата, – стирает слезы с моих щек. – Я не могу исправить прошлое, но могу пообещать – что бы ни случилось, ты не будешь снова одна. Тебе больше не нужно справляться со всем в одиночку. У тебя есть я!

В глазах бывшего мужа плещется искренность! Она такая яркая, что я не могу не поверить. слезы с новой силой брызгают из глаз.

– Ты меня поняла? – Леша стирает очередную слезинку.

Коротко киваю, и сама его обнимаю. Мне нужно еще немного силы бывшего мужа, чтобы справиться с чувствами, которые пожирают меня изнутри.

– Нужно уходить, – шепчет Леша мне на ухо через какое-то время.

Слезы почти остановились, но эмоции еще не улеглись. Боюсь, мне потребуется немало времени, чтобы пережить все произошедшее сегодня. Но кажется, я готова двигаться дальше.

Мы с Лешей быстро, не говоря ни слова, выходим из больницы. Нигде не задерживаясь, добираемся до машины и садимся в нее. Вот только вместо того, чтобы завести двигатель, Леша смотрит на меня.

– Как долго твоя соседка сможет приглядывать за Сашей? – слегка щурится.

– Сколько нужно. А что? – склоняю голову набок.

– Съездим кое-куда? – его уголки губ чуть приподнимаются.

– Куда? – пружина, которая сдавливала меня изнутри, начинает расслабляться, когда я вижу беззаботность мужа.

Леша хмыкает и заводит двигатель.

– Тебе понравится, – произносит, выезжая с парковки и увозя нас подальше от наполненного болью места.

____

Дорогие читатели, сегодня стартовала моя книга «Развод. (Не) послушная жена». Начать читать ее можно здесь https:// /ru/book/razvod-ne-poslushnaya-zhena-b469384 Надеюсь, вам понравится! С любовью, Ари Дале

Глава 42

– Москвариум? – поднимаю голову и смотрю на Лешу.

– Тебе что-то не нравится? – он бросает на меня притворно невинный взгляд.

Мои брови ползут вверх. Настолько беззаботного Лешу я не видела очень давно.

– Не то чтобы не нравится… – начинаю, но закончить не успею.

– Вот и отлично, – перебивает Леша, хватая меня за руку. – Пошли, – тянет к стеклянному прямоугольному зданию, на котором окна сливаются в изображение дельфина.

Я не смею возразить. Просто не знаю, что сказать. Поэтому молча следую за бывшим мужем, пока мы входим в здание, где звучит классическая фоновая музыка. Несмотря на будний день, в Москвариуме полно народу. Отовсюду слышен гомон людей и детский смех.

– На представление сходим потом, – не раздумывая, заявляет Леша, из-за чего я во все глаза смотрю на него. Но он, кажется, не замечает моего недоумения. Направляется прямо к кассам, установленным по всей дальней стене просторного холла. – Здравствуйте, можно нам два билета в аквариум? – сразу же обращается к светловолосой девушке в красной жилетке, надетой поверх белой блузки, и протягивает ей карточку, при этом мою руку не отпускает.

Пока девушка оформляет нам билеты, я мучаюсь в сомнениях. Вопреки всему, именно здесь и сейчас, я чувствую себя… комфортно. Настолько, что даже не возникает мысли возразить бывшему мужу. А ведь я не люблю, когда кто-то пытается управлять моей жизнью. За два года привыкла со всем справляться в одиночку. Но сейчас позволяя Леше решать за нас обоих, чем мы займемся, я начинаю вспоминать каково это – чувствовать сильное мужское плечо рядом. Из-за чего становится невероятно спокойно и страшно одновременно. Противоречивые эмоции разрывают изнутри. С одной стороны, мне хочется сбежать. Подальше. Чтобы не позволить Леше пробить стену, которую я выстраивала вокруг себя долгие годы, лишь не скатиться в бездну из печали и сожаления о разрушенной семейной жизни. А с другой – хочется просто… довериться. Да, Леша предал меня. Но прошло два года. Если я изменилась. Может, он тоже?

– О чем задумалась? – сквозь пучину из мыслей просачивается голос бывшего мужа.

Я так глубоко закопалась в себе, что не заметила, как он забрал билеты у девушки-кассира, а теперь невесть сколько времени прожигает меня пытливым взглядом.

– Да так, – жар приливает к щекам.

Уголки губ Леши ползут вверх, но так, видимо, все еще остается и велит бывшему мужу промолчать.

– Нам нужно спуститься в подвал, – он меняет тему, смотря поверх моей головы.

Не проходит и минуты, как его глаза сужается. После чего Леша сжимает мои пальцы и снова ведет за собой. А я иду, даже не думая сопротивляться.

Я так устала быть сильный… Почему бы не забыть обо всех заботах хотя бы ненадолго?

Мы спускаемся по лестнице на нулевой этаж, где нас сразу же настигает шум воды и запах соли, смешанной с намокшими водорослями. Контролеры проверяют билеты, после чего мы заходим в темное подвальное помещение. Только синий свет, исходящий от множества аквариумов, не дает людям заблудиться в арочных коридорах, где чего только нет.

Мы с Лешей идем медленно, наблюдаем за плавающими рыбами. Останавливаемся, лишь когда замечаем что-то действительно интересное. Постепенно тревога начинает покидать меня. Я расслабляюсь, глядя за размеренным скольжением рыбы в воде. Когда мы доходим до касаток, все лишнее покидает голову. Я испытываю непередаваемый восторг от мощи этих живых существ. То, как они рассекают воду, делают разные кульбиты, их скорость – зрелище, от которого перехватывает дыхание. Забываю обо всем, наблюдая за настоящим чудом природы.

Именно сейчас понимаю, что нам никогда не понять жизни полностью. Можно просто принять и постараться быть счастливыми.

– Нужно будет сюда Сашеньку привезти, – говорю, плюхаясь в кресло-мешок, и смотрю на стекло очередного огромного аквариума, который занимает всю стену… хотя, может, даже полздания. Ведь какие только рыбы в нем не плавают, вплоть до акул. – Ему точно понравятся рыбки-улыбашки.

– Это скаты, – хмыкает Леша, садясь рядом.

У меня внутри царит полное умиротворение. Сердце замедляет свой ход, а дыхание, наконец, выравнивается. Наблюдаю за размеренно плавающими рыбами и понимаю – вот оно настоящие спокойствие. Мне его так не хватает в обычной жизни.

– Ты меня привел меня сюда, чтобы успокоить? – намеренно не смотрю на Лешу, но кожей чувствую его присутствие рядом. По ней будто небольшие электрические разряды пробегают. Провожу ладонями по рукам, чтобы хоть немного ослабить реакцию.

– Не только, – телефон Леши звонит, но муж отклоняет вызов.

– А почему? – прямо перед нашими лицами на огромной скорости проплывает небольшая акула, и я не могу сдержать улыбку.

– Ты точно хочешь знать? – в голосе Леши звучит настороженность, поэтому я невольно напрягаюсь.

Приходится силой заставить себя расслабиться, в этом помогает “улыбашка”, которая чуть ли не прилипает к стеклу и подмигивает мне.

– Да, – едва шевелю губами, но, похоже, Леша меня слышит.

– Я хотел провести с тобой время, – краем глаза замечаю, как он поднимает руку и взлохмачивает волосы. – Побыть наедине, – на мгновение замолкает. – Считай, что это свидание.

Желудок ухает вниз. Я застываю. Улыбка спадает с моего лица.

Свидание? Я же не ослышалась?

Медленно поворачиваюсь к Леше. Впиваюсь в него взглядом, но он не смотрит на меня. Предпочитает следить за какой-то маленькой серебристой рыбкой, которая наворачивает круги по аквариуму.

– Ничего не говори, хорошо? – произносит тихо, но твердо. – Я понимаю, что мы стали с тобой чужими людьми. Скорее всего, нам придется узнавать друг друга заново. Но я бы хотел попробовать. Тем более, у нас есть общий ребенок. Ему нужны оба родителя. Но даже если бы Сашеньки не было, и я встретил тебя просто на улице, то даю девяносто девять процентов из ста, что поволочился бы за тобой, – Леша хмыкает. – Все эти годы я старался выбросить тебя из головы. Поверь, делал все, что мог, чтобы избавиться от навязчивых мыслей о тебе, но они постоянно возвращались. Представляешь, ты мне даже снилась, – телефон Леши снова звонит, и он опять отклоняет вызов. – Поверь, я знаю, что знатно накосячил в прошлом. И мне за это нет прощения. Но я бы хотел исправить то, что возможно, – Леша, наконец, смотрит на меня. – Просто подумай обо всем, хорошо? Я не буду тебя к чему-то принуждать. Давить тоже не буду. Мне хватило того, что ты из-за стресса, в котором я сыграл не последнюю роль, проспала двое суток. Я чуть с ума не сошел, пока ждал, когда ты проснешься, – он берет меня за руку и переплетает наши пальцы. – В любом случае, решение за тобой. Если захочешь, мы просто останемся родителями прекрасного малыша, а сами будем строить жизнь по отдельности. Но если вдруг у меня есть хотя бы один шанс, то…

Трель, пришедшего сообщения, прерывает Лешу. Он мельком смотрит на экран, и его лицо ожесточается.

– Это Михаил, – цедит сквозь стиснутые зубы. – Он ждет нас снаружи.

Глава 43

– Не могли подождать, пока я сам с вами свяжусь? – Леша, крепко держа меня за руку, подходит к припаркованному прямо напротив Москвариума, тонированному джипу, у которого стоит Михаил. За его машиной находятся еще две такие же. Три амбала у каждой, явно, не просто сторонние наблюдатели.

Мне становится совсем жутко, когда я вижу серебристую фляжку в руках у их “хозяина”.

– Я сказал тебе, чтобы ты связался со мной сразу же, как закончишь общаться с моей женой, – жестко произносит Михаил, немного пошатывается, поэтому прислоняется спиной к корпусу джипа. – Раз работаешь на меня, будь добр отвечать на звонки хотя бы, – странно, но его язык не заплетается.

– Я на вас не работаю, – вторит Леша таким же тоном, его пальцы сильнее впиваются в мою руку. – Насколько помню, у вас уже есть адвокат. А по поводу “связаться сразу” – я должен был сначала позаботиться о своей жене, – “в отличие от вас” повисает в воздухе.

Михаил сужает глаза, сцепляется с Лешей взглядами. Но мой бывший муж тоже не промах. Его так просто не проймешь. В итоге, их противостояние взглядами превращается в поединок двух упертых баранов, и остается только молиться, чтобы оно побыстрее закончилось.

Благо, это происходит почти сразу. Михаил хмыкает, словно признавая в Леше равного соперника, после чего прикладывается к фляжке.

– Садитесь, – указывает головой на заднюю дверцу своего джипа.

Возражения, похоже, не принимаются, потому что он сам забираться на переднее сиденье.

Я поднимаю голову, смотрю на Лешу. Он, поджав губы, прожигает взглядом автомобиль, а в следующее мгновение подводит меня к нему и открывает дверцу. Сажусь первой, пододвигаюсь на сиденьи, чтобы уступить Леше место.

Как только мы оба оказываемся в машине, водитель выруливает с парковки. Оглядываюсь и вижу, как два оставшихся джипа тоже трогаются с места. Сердце гулко стучит в груди. Пальцы подрагивают. Прохожусь языком по пересохшим губам и с тревогой смотрю на Лешу. Он же не сводит глаз с затылка Михаила. При этом на ощупь находит мою руку и переплетает наши пальцы.

– Говори, – приказывает Михаил, не оборачиваясь.

– Кто такая Настя? – Леша бросается с места в карьер.

И, видимо, достигает нужного дна, потому что Михаил застывает. А в следующее мгновение поворачивается к нам.

– Подруга жены, – смотрит на Лешу с подозрением. – А что?

– Вы с ней спали, да? – не выдерживаю.

Мне бы стоило прикусить язык и позволить мужчинам решить вопрос между собой. Но воспоминания о бедной женщине проникают в разум, а вместе с ними вспыхивает злость, которая только сильнее разгорается, когда Михаил бросает на меня гневный взгляд.

– Какая, к черту, разница? – цедит он сквозь стиснутые зубы.

– Значит, спали, – качаю головой. Мне приходится призвать все свое самообладание, чтобы не вцепиться ногтями козлу в лицо и не расцарапать его. Но, по крайней мере, высказать Михаилу, что я о нем думаю, могу. И даже Леша, который тянет мою руку, меня не остановит. – Так вот, спешу вам сообщить, что это Настенька, напоила вашу жену “травяным чаям”. Сделала это, скорее всего, чтобы получить такой завидный мужской экземпляр, как вы! – выплевываю каждое слово, подпитывая их яростью возродившейся из бессилия при виде Людмилы.

Лишь самый жестокий на свете человек мог не только изменять жене с ее лучшей подругой, но и запереть “любимую” женщину в психушке, когда той была так необходима его поддержка.

– Это правда? – Михаил переводит взгляд на Лешу.

Муж кивает.

Огонь ненависти мелькает в глазах Михаила, и мне становится по-настоящему страшно. Холодные мурашки табуном пробегают по коже.

– Что вы с ней сделаете? – видимо, Леша тоже замечает, как мужчина сжимает губы в одну белую линию, а пальцы стискивает в кулаки.

– Разберусь, – короткий ответ не успокаивает.

Лишь сейчас понимаю, что могла сделать только хуже. Кем бы ни была эта Настя, ее нужно отдать в руки правосудию, а не линчевать, что, явно, на уме Михаила.

Бросаю взгляд на Лешу, чуть дергаю его за руку. Он смотрит на меня и хмуриться. Видимо, замечает мое побелевшее лицо, поэтому опускается к уху.

– Я уже отправил информацию своему знакомому следователю, – шепчет.

Облегчение волной заливает меня, и я медленно выдыхаю. Михаил же уставился в лобовое стекло. Не двигается. Кажется, даже не дышит. Превращается в статую такую же, как я видела на кладбище. Просто кусок каменной глыбы и никакой души в ней.

Зато водитель принялся за дело. Он не только везет нас непонятно куда, но и звонит по телефону. Говорит тихо, вот только имя Насти я все-таки улавливаю. Тревога возрождается в груди. Снова думаю, что не нужно было говорить Михаилу правду. Он уже бросил жену на съедение ее собственным демонам. Любовницу же может в ад отправить.

У меня руки чешутся надрать Михаилу задницу, и только размеренное поглаживание большим пальцем тыльной стороны моей ладони, заставляет меня сидеть на месте. Вот с этой проблемой действительно нужно дать возможность разобраться с мужчиной.

Машина останавливается где-то минут через десять, и я узнаю место. Напряжение, которое сковало мои внутренности, начинает постепенно отступать.

– Вы можете быть свободны, – отчеканивает Михаил. – Оба.

Леша не ждет, выходит из машины и помогает выбраться мне. Теплый ветерок сразу ударяет в лицо, напоминая, что я все еще жива и теперь могу дышать свободно.

– Елена, – Михаил открывает дверь джипа, но не выходит наружу. Нехотя поворачиваюсь к мужчине. – Приношу свои изменения, – произносит он абсолютно бесстрастным тоном.

– Они мне не нужны, – изо всей силы сжимаю пальцы мужа. – Зато вы нужны своей жене, – вырывается из меня быстрее, чем я успеваю себя остановить. Выражение лица Михаила ожесточается, но я не останавливаюсь. Поддержка мужа придает смелости. – Она в настолько плачевном состоянии в том числе из-за вас. – Даже несмотря на то, что вы такой козел, – выпаливаю, ни капли не жалея. – Если бы вы ее поддержали, помогли пережить утрату, а не заперли в психушке, в итоге, она пришла бы в норму. Не до конца. Но все же ваша жена вернулась бы в нормальной жизни, – тяжело сглатываю. – И я верю, что еще есть возможность помочь ей. Вместо мести, которая, на самом деле, является просто побегом от боли и чувства вины, лучше бы сосредоточились на своей жене, которая действительно нуждается в вас, – вздыхаю с облегчением, когда понимаю, что, правда, должна была сказать все это. – А что касается Насти… Дайте правоохранительным органам с нею разобраться. У вас есть дела поважнее.

Михаил молчит. Мне же больше нечего сказать. Поэтому я поднимаю голову и смотрю за Лешу.

– Пойдем? – посылаю ему легкую улыбку.

Он улыбается мне в ответ.

– Всего вам доброго, Михаил, – бывший муж простыми словами отрезает мужчине любую возможность для связи с ним.

Мы, держась за руки, направляемся в здание, где находится его офис. Поднимаемся на знакомый двенадцатый этаж. Уже подходим к кабинету Леши, как его телефон снова пиликает, оповещая о пришедшем сообщении.

Леша достает его с кармана брюк, быстро пробегается взглядом по экрану, прежде чем посмотреть на меня.

– Мне срочно нужно поговорить с Глебом! – в глазах мужа тревога перемешивается с гневом. – Подождешь меня в кабинете?

Киваю.

Леша растерянно целует меня в лоб и направляется в кабинет напротив. Я же не могу избавиться от нехорошего предчувствия, хотя стараюсь отогнать его от себя. Леша все-таки адвокат. Могло произойти все, что угодно.

Уже кладу ладонь на дверную ручку, как мой телефон тоже звонит.

Вытаскиваю его, и сердце тут же пускается вскачь. Принимаю вызов.

– Тетя Зина? – слушаю ее лепетание. – Вы внизу? Что-то с Сашенькой? – мои глаза расширяются. – Сейчас буду!