Текст книги "Застрявший в Темном Пальце (СИ)"

Автор книги: Антон Текшин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 20 страниц)

Трубопровод здесь отсутствовал в принципе, поэтому повсюду валялись жестяные бочонки. Некоторые даже имели крышки, претендуя на звания бидона. Сюда в них привозили воду, а отсюда…

Бульон?

Почти сразу же мы со скаутом наткнулись на заполненный котёл, где среди бурлящей воды темнело чьё-то тело. Мне понадобилось пара секунд, чтобы опознать в нём деда Хо. Беднягу обвязали цепью и кинули в кипяток, словно цыплёнка.

Я будто в оживший кошмар попал…

Вдали отчётливо загремело металлом, и мы поспешили на звук. Только на этот раз мне стрелять не пришлось. «Поварята» распростёрлись на полу без признаков жизни, знай только перешагивай через них. Некоторым так сильно свернули хлипкие шеи, что те буквально смотрели себе за спину, выпучив глаза от удивления. Другим проломили голову каким-то тупым увесистым предметом. Цепью, например.

У дальней стены сидел мастер Каям, представляя собой ещё более жуткое зрелище. Вся кожа с головы до ног покраснела и местами отекла, формируя будущие волдыри. И даже в таком состоянии монах ещё мог дать прикурить противникам. Рядышком дёргался в агонии последний из дикарей, вооружённый чем-то вроде багра. Он-то и стучал.

Поначалу я принял последователя Сохэя за мертвеца, но тот повернулся на звук наших шагов и стал подтягивать к себе обрывок цепи, подслеповато щурясь. Слава Окрану, его не стали ослеплять, хотя вряд ли купание в кипятке пошло на пользу глазам.

– Можете меня поздравить, – улыбнулся он растрескавшимися губами. – Я смог!

– Что?

– Победить саму смерть!

Судя по всему, мастер выскочил прямиком из кипящего котла, умудрившись разорвать цепь. Металл там дрянной, а нагрев ещё больше ослабил хватку звеньев. Остатками пут он и отмудохал всю поварскую бригаду из шестерых рыл. Эти, кстати, при жизни были чуть крупнее рядовых доходяг, комплекцией с обычного человека. Отожрались, падлы. Только это им особо не помогло против обваренного рукопашника. Один даже отправился в чан вместо него, отчего вода приняла грязно-бурый цвет.

– Ещё не вечер, – спустил я Восходящего с небес на землю. – Идти можешь?

– Куда? – философски поинтересовался тот.

– Мы отсюда валим, – выложил я нехитрый план. – Если скажешь, кто надоумил тебя следить за мной, можем и тебя прихватить с собой. За компанию.

– Это был настоятель, – спокойно признался монах. – Когда я поведал ему о тебе, он сутки не выходил из молельной. Потом призвал меня к себе и поручил помогать тебе во всём. Это задача всей моей жизни, именно для этого я был рождён.

– Что за бред… Зачем я нужен вашей школе?

– Настоятель сказал, ты либо достигнешь Неба, либо уронишь его прямо на нас. Сохэй единогласно решил, что не может остаться в стороне от подобных деяний. Даже великим людям нужна помощь.

Однако я нисколько не повёлся на столь приятную лесть.

– Так отправили бы сразу целый отряд, чего мелочиться!

– От начинающих толку нет, а более опытные братья мечтают сами взойти туда. Вдобавок, настоятель был уверен, что ты не примешь никого из них. Они слишком идеальны для тебя.

Будь тут с нами Двойка, она бы обязательно съязвила на счёт моей тяги к проблемным людям. Стоило вспомнить о ней, как мне разом перехотелось копаться в тонкостях учения Сохэй.

– Тогда пойдём, старший мастер Каям. А если кто-то станет оспаривать твоё звание, я его на небо сам отправлю. С дырой в башке.

Монах едва не подпрыгнул, мигом оказавшись на ногах. А вот покойного проводника пришлось оставить прямо тут, плеснув на угли водой.

Так у него и не вышло нормального супа…

К лестнице мы вернулись очень вовремя – там как раз спускалась парочка людоедов, облачённых в кирасы. С собой они волокли Хокана, который будто целый день отрабатывал в роли боксёрской груши. Я не стал уточнять, куда они направляются, и сходу всадил каждому по болту. Здрастье – до свидания! Упали все втроём, но к избитому телохранителю тут же подскочил Каям. На первую помощь времени не оставалось, поэтому монах просто потащил его на себе, невзирая на ожоги. С другой стороны, кому сейчас легко? Сумраку пока что досталось роль шипящего от собственного бессилия провожатого. Хотя он и ногами может запинать обидчика, но далеко не всякого. Людоед в нормальных доспехах только почешется, у него с болевым порогом всё более чем в порядке.

Однако мне до жути хотелось, чтобы они мучились перед смертью.

Подъём на следующий этаж дался ещё тяжеле. Я сам шагал будто в воде, преодолевая встречное течение. Тело ни хрена не успело восстановиться, а проглоченная еда растворилась без следа. Рука с глазницей никак не могли поделить пальму первенства в качестве главного болевого центра, но больше всего меня беспокоили красные надписи, выскакивающие на доли секунды, не давая их толком прочесть. Этакая рябь из предупреждений и прочего спама.

Приятно, когда о тебе беспокоится даже бездушная программа, но… Прости, операционочка, мне сейчас не до тебя. Если хочешь повысить до звания неприкасаемого сотрудника, я согласен. Но если не собираешься укладывать за меня врагов штабелями, то хотя бы не отвлекай, материнскую твою плату!

И хотя на следующем этаже никто не шлялся, опасность только нарастала. Гомон стал гораздо громче и разнообразней – мы явно приблизились к обитаемой зоне. Стоит кому-нибудь поднять тревогу, и нас просто затопчут. Поэтому я оставил ребят приглядывать за лестницей, а сам пошёл дальше, благо заблудиться тут сложновато.

Всё тот же полукруглый коридор без разветвлений и редкие двери. Как сказал Красный – типовая постройка. Только помимо этого робот ещё упомянул, что у меня мало времени. Это и дураку понятно – скоро другие бессмертные захотят узнать, как там новый подопытный поживает. В жизни не поверю, что из Биологов тут обитал один лишь Хозяин. Роль старшего рулевого ему тоже не идёт, разве что среди «оперативников», таких как брат Орно или Сау. А их аналог императора вряд ли снизойдёт до смертного.

Да и говорил упырь не от своего лица, так что проблема никуда не делась. Надо срочно валить, но сначала…

Первой мне как назло попалась собственная камера, нынче полностью пустующая. Все мои соседи так или иначе уже покинули её, поэтому задерживаться там не стал. Следующее помещение тоже меня разочаровало, а вот в третьем я наконец-то встретил живых. Причём они поначалу и не думали радоваться моему появлению, эгоисты неблагодарные. Забились кто куда, притворяясь грязной ветошью.

Лишь когда я шагнул внутрь, подсвеченный редкими лампами в коридоре, меня наконец-то узнали.

– Командир! – радостно завопил Миста. – Это правда ты⁈

– Ори погромче, тогда сюда точно людоеды заявятся, – посоветовал я вечному сидельцу. – А лучше бери пример с подружки.

Юта зажимала себе рот обеими ладошками, чтобы не завизжать. Связанная по рукам и ногам Доска тоже сохраняла тишину. Вроде все при своих конечностях и глазах, уже хорошо.

– Я уж думал, судьба мне сдохнуть в клетке… – виновато пояснил взломщик. – Не могу в них сидеть, задыхаюсь.

– Не беспокойся, они бы тебя в любом случае сначала вытащили бы оттуда.

– Ага, сразу спокойнее стало.

Я чиркнул виброклинком по костяным прутьям и поспешил к шечке. Та могла хоть голыми руками тут всё переломать, поэтому воительницу обмотали ещё и цепью. А может, намеревались её тоже отправить на варку. Бр-р-р!

Зря про это вспомнил, опять захотелось кого-нибудь прибить.

С металлическими кандалами возни вышло чуть подольше, но я времени не терял и попутно проинструктировал ребят. Радость сразу поутихла. Одна только Доска кипела от возмущения, разминая затёкшие конечности. Ей только дай повод помахать кулаками.

Вместе мы бы куда быстрее завершили обыск, но я отправил освобождённую троицу к остальным. Если на этаже кто-то бродит, наша главная задача – не пустить его наверх. А то у нас там параолимпийская сборная без спортивного инвентаря. Одного-двух противников они загасят на голом упрямстве, а если тех будет больше?

Вдобавок, ребятам не стоит смотреть, как трясёт их бравого командира, который смерть каждый день ломает об колено. Чем меньше становилось необследованных камер, тем сильнее я нервничал. Неужели где-то пропустил? И что делать, если последнего члена «Искателей» здесь не окажется?

Смогу ли я уйти?

Навскидку, здесь можно разместить сотни полторы человек. И наверняка после удачных набегов темница не пустовала, как сейчас. Мне постоянно попадались на глаза характерные следы, оставшиеся от прошлых пленников. Но наш отряд можно было преспокойно затрамбовать в одну камеру, зачем столько мороки?

Не иначе мне последние нервы истрепать.

В предпоследнем помещении дверь оставили нараспашку, а вот соседняя не факт что вообще откроется. Слишком сильно створка покосилась. Ну и правильно, чего далеко ходить?

Я на всякий случай заглянул внутрь и похолодел. Потому что это была вовсе не камера. Клетки отсутствовали, зато пыточный инвентарь валялся повсеместно – от примитивных пил до хитрых колодок, побуревших от старых потёков. А в центре этого ужаса висела моя правая рука, подвешенная крючьями к потолку. Один из штырей торчал у неё чуть ниже ключицы, другой воткнулся где-то в районе правой лопатки. А хуже всего, что я нигде не видел скопившейся крови.

Ни на тёмной коже, ни на полу…

Застывшее в груди сердце дёрнулось вместе с Двойкой, которая не стала спокойно висеть при моём появлении. Вот дура, я и так вижу, что ты живая! Наши глаза встретились – два пурпурных и один янтарный. В хранилище стояло зеркало возле ящиков с амуницией, там и выяснилось, что краска покинула вторую радужку безо всякой кислоты. Видать, экстремальная встряска повлияла.

Тара снова дёрнулась, что-то тихо прохрипев. Да уймись же ты! Я ведь не дебил, и всё понимаю. Поэтому вместо того, чтобы броситься к ней на радостях, как последнему простофиле, стал осматривать каждый уголок пыточной. Реально себя каким-то корабельным прожектором чувствую, прямо наводиться нужно. Что поделать – зрение сузилось, и мозг ещё не привык воспринимать урезанную на треть картинку.

Под моим пристальным взором одна из теней на дальней стене исчезла. Об освещении здесь тоже не позаботились, а уцелевшие лампы сияли только в коридоре. Но мне они вообще не нужны, чтобы различить неправильность. Силуэт чернее чёрного возник в другой стороне и мой палец утопил спусковую скобу. К сожалению, болт лишь выбил искры из камня, а на его место в ложе встал следующий. Быстрая тварь…

Она перемещалась рывками, все больше сокращая дистанцию. Но нападать пока что не спешила. Её явно смущал арбалет, который уже трижды промахнулся, но продолжал стрелять. Обычно после первого же залпа для владельца всё заканчивается, но не с этим чудом инженерной мысли. Жаль, что местный обитатель его признал и не стал бросаться в лоб.

Значит, слабак. Полагается лишь на скорость и скрытность, как порядочный лазутчик.

– Истинный ниндзя тут лишь один, – укорил я его, выпуская предпоследний снаряд. – И это не мы с тобой.

Чёрный силуэт не согласился, снова увернувшись, и нырнул под очередной разделочный стол. Теперь от болтов его защищала прочная металлическая крышка. До меня ему оставался последний рывок, который занял бы меньше секунды, но скакун вряд ли знал о существовании куда более быстрых вещей. Например, электричества.

Я не стал тратить время на перезарядку и протянул протез к столешнице. Как всамделишный ситх, который встал на тёмную сторону Силы. Каркас почти полностью состоял из металла, потому что дерево имеет свойство портиться от крови, а уж энергии во мне сегодня бурлило через край. Смущал только уровень масла, который существенно просел и не успел восстановиться. Но ничего, если что я и кровь готов пожертвовать.

Это ведь тоже топливо.

Из металлических пальцев с треском вырвалась молния, на долю мгновения испарив темноту. Стол впитал заряд, но не смог его удержать, передав эстафету дальше, как и положено проводнику. А там кроме каменного пола лишь один объект.

– Ученый молодец, а неучу пиздец, – злорадно хмыкнул я, вытягивая за ногу парализованную тень.

Самка, судя по характерным выпуклостям. Чёрному цвету она была обязана краске, в которой вымаралась с ног до головы. Рост не впечатляющий, зато телосложение как у обезьяны, которая способна человеку руку оторвать при желании. Мы в сравнении с ними слабаки. Под кожей будто не мышцы, а рельефная деревяшка. Вдобавок, дамочка имела две пары металлических когтей, привязанных к запястьям проволокой.

Примитивная аугментация во всей своей неприглядной красе. Однако не стоит её недооценивать. Подобными лезвиями орудовал Старый, для которого латники были не страшнее консервной банки. Человек, скорее всего, попрощался бы с кистями рук, но эта тварь могла хоть каждый день отращивать новые.

Мой собственный протез теперь едва шевелился, разрывая болью плечо, поэтому в ход снова пошла сабля. Паралич быстро пройдёт, а вот с ампутированной головой всё куда сложнее. Так и подмывало кинуть лысую башку под какой-нибудь пресс, но волосковая дрянь может и фарш провернуть обратно. Поэтому отложил её до поры, занявшись настоящей правой рукой.

Вот уж где возни вышло куда больше. Подвесили мою баклажановую подругу безо всяких блоков, на вбитые прямо в кладку крепежи. Когтистая коротышка точно это не могла сделать, поэтому я прислушивался и оглядывался каждый раз после сильного шума. Наконец, мне удалось более-менее плавно спустить пленницу на пол и срезать цепи, расходуя последние крохи масла. А вот крючья пока что трогать не стал – затыкать дырки нечем, а так они уже схватились коркой. Но всё равно, как-то странно, потому что мои руки моментально испачкались в красном.

Только внизу я разглядел целую сеть порезов на её спине и бёдрах, едва не раскрошив последнюю эмаль на стиснутых зубах.

– Эта сука лизала мою кровь, – хрипло пояснила моя заместительница.

Я сунул ей фляжку с какой-то брагой, которую таскал всё это время, не притрагиваясь, и Тара осушила её за несколько глотков. Узнаю свою баклажку! Даже будучи пробитой, готова вливать в себя до самого дна.

– Ну давай, скажи это, – подначил я её, подставляя плечо в качестве опоры. – Спроси, где он?

– Ох, ты ж блядский вымесок… – простонала она, не давая себе упасть. – Я и так знаю твой мудацкий ответ. Мол, я всё равно его зажмуривал, когда целился. Ха-ха, зашибись. Лучше б яйцо потерял, у тебя их тоже два…

– Сплюнь, дура!

Жженоземка смачно харкнула на обезглавленный труп и только потом спросила:

– А на хера?

– На удачу, – мрачно ответил я.

Сабля отправилась обратно в перевязь за плечом, а самострел и вовсе пришлось держать подмышкой. Надо будет обязательно ремень приобрести. Продавать эту пушку я точно не буду, хватит и одной дурости. А всё ради того, чтобы подхватить с пола отсечённую башку, которая пыталась меня ужалить змеиным языком и злобно зыркала исподлобья.

Ничего, родная, потерпи немного! Не могу же я бросить даму прямо тут, в таком нехорошем месте…

Возвращение вышло тяжёлым, но напарница в дороге чуть оклемалась. Топливо всё-таки дошло до пункта назначения, да и свобода не самый плохой анестетик. Только радостного воссоединения у нас не вышло. В моё отсутствие произошло то, чего я опасался больше всего. Не просто стычка, а побоище. И пусть победа осталась за нами…

На ногах остались далеко не все.

А не отправь я подкрепление, здесь уже хозяйничали бы людоеды. Только Нарко знает, что тут понадобилось целому отряду, вооружённому до зубов. Но вряд ли они шли поинтересоваться, почему жратва до сих пор не готова. Возможно, это пересменка, совершавшая плановый обход подземелья. Либо наверху заждались донесений от болтливого Хозяина. В любом случае, надо поскорее сваливать отсюда.

Теперь шутить про команду инвалидов язык не поворачивался. Все без исключения ранены, а некоторые едва дышали. Как, например, Миста. Удар заострённого штыря пришёлся ему точно в грудь, защищённую лишь густой растительностью. Причём, дважды. Юта гладила его по голове, что-то шепча взломщику на ухо, и тот ей слабо улыбался, даже когда она пережала ему сонную артерию. Так он и ушёл, с улыбкой на бледных губах.

Всяко лучше, чем в клетке…

Девушка подняла на меня мокрые глаза и выдержала мой взгляд. Тащить и без Мисты было кого. У Хокана по лицу будто кто-то проехался, Каям зажимал глубокую рану на животе, а Сумрак ободрал голень до кости, ковыляя при помощи отобранного у людоедов шеста.

Твою мать, а ведь мы ещё даже не сбежали…

Я отбросил сомнения и повёл выживших в хранилище, благо спускаться по наклонному пандусу куда легче. Даже на кухню заглядывать не стал, хотя так и подмывало подкинуть одну головёшку в жаровню.

Однако Красный совсем не обрадовался моему возвращению.

– Идиот! Почему так долго?

– Может, сначала расскажешь, в чём дело?

– Конечно! У нас же куча времени! Глянь на мир с небес, рисунок изменился?

– Пока ещё нет, – проверил я. – Как это связано?

– Скоро всё здесь перестанет существовать, такая вот связь! А ты копаешься, вместо бегства, у которого и так шансов немного…

– Если мы не переведём дух, всё равно далеко не уйдём. Не в таком состоянии.

Я проверил, на месте ли голова Хозяина и подкинул ему подружку. Чтоб не скучал.

– Не беспокойся о них, – поторопил меня Красный. – Скорее закончи изъятие и обмотай ядро тряпками. Хоть какая-то амортизация.

Юта мигом отыскала в наших вещах запасной медицинский набор и принялась штопать пострадавших прямо на живую. Двойка обошлась двумя скрутками медицинских обвязок, пропитанных целебной мазью. Вышло что-то вроде топа с мини-юбкой, поэтому мечница с проклятьями начала рыться в поисках одежды и новой выпивки. Правда, худо-бедно двигалась у неё лишь одна рука.

Я кое-как вскрыл металлическую голову клинком и по очереди отсоединил все штекеры, после чего бережно вынул оттуда электронные мозги скелета. Тряпки не понадобились – среди коллекции аугментов отыскался специальный кейс. В точно таком же он у людоедов и хранился. Поэтому я его сразу признал. Правда, внутри уже лежало другое ядро, с глубокой трещиной на корпусе. Видимо, ещё один рыцарь. Глянул в щель ради интереса – внутри осталось немного геля и какие-то спутанные серебристые волоски. Вряд ли этого робота можно спаси, поэтому я без всяких угрызений совести произвел замену.

Пока возился, ребята немного пришли в себя и начали собираться в путь-дорогу. Погостили, и хватит. Тара по моей наводке прошерстила ящики с оружием и подобрала пару коротких клинков, а для Юты нашёлся миниатюрный арбалет. Честно говоря, количество сокровищ на квадратный метр поражало, но вряд ли Красный врал о том, что времени у нас почти не осталось.

Я позволил себе лишь осмотреть те кейсы, которые были под рукой у Хозяина, заодно жуя очередной кусок мяса. Несмотря на увиденное проклятый голод никуда не пропал. Ампул с синей субстанцией нигде не нашлось, зато у меня едва не выпал второй глаз, когда увидел содержимое самого крупного ящика. Целая россыпь обломков кристаллов, разноцветных шаров и каких-то чаш, а ещё…

Твою душу мать, да вы издеваетесь!

Все артефакты разбивали нарочно, потому что черепки попадались в определённой последовательности. Чуть ли не кучками. Их наверняка сгребали туда после экзекуции, либо бережно собирали по крупицам. Что вряд ли. Мне осталось лишь найти знакомую последовательность завитков и окружностей среди зелёных кусков, после чего дрожжащей рукой сгрести находки в мешок. Ладно, чего я распереживался? Это всего лишь осколки. Те самые, но скорее всего, бесполезные.

Ребята тоже вошли в раж, позабыв о боли и утратах, так что наружу их пришлось выгонять чуть ли не пинками. Но теперь, по крайней мере, все мало-мальски оделись и прихватили с собой немного полезных вещей. Доска и вовсе как на войну собралась, отыскав личное оружие и доспехи. Хокан вновь пришёл в себя и больше не висел на чужих руках, а у Каяма больше не вываливались внутренности. Одним словом, прогресс.

Ещё сложнее было оставлять в сокровищнице недобитых врагов. Не в моих это правилах. Я-то знаю, что гарантии даёт лишь тотальная кремация, но роботу врать не с руки. А если он всё-таки прав, тем более стоит поднажать.

Красный сказал, что мне нужно на самое дно подземелья, без уточнений. Поэтому мы больше ни на что не отвлекались. Спуск занял ещё три долгих витка, пока лестница не привела нас в просторное помещение безо всяких перегородок. Ниже точно никто не строился – пол представлял собой сплошной каменный монолит, а стены формировали собой высокую полусферу пещеры. Вместо блочных стыков там проступали многочисленные рисунки. Хорошо, мы прихватили пару масляных ламп, а то со светом тут никто не заморачивался. Последние лампы остались на лестнице.

Как жаль, что всю эту красоту некогда изучать! Меня снова накрыл азарт археолога, даже боль поутихла. Для кого всё это предназначалось? Зачем с лазерной точностью запечатлеть целые полотна текста на разных языках, сопровождая их картинками? Словно в детской книге. Нет, скорее, это учебник вроде букваря!

А мне среди этих бесценных знаний прошлого нужно лишь найти потайную дверь. Да простят меня учёные всех миров…

В центре зала располагался такой же круглый стол, окружённый монументальными креслами. Каждое отличалось от других и орнаментом, и материалом камня, и даже высотой. А над всеми возвышался гигантский чёрный трон, украшенный драгоценными камнями. Если председатель забирался туда без приставной лестницы, росту в нём было никак не меньше трёх метров. Сиденье там покрывал густой слой пыли, как и большинство других. Из двадцати четырёх штук блестели всего девять, остальные имели разные степени запустения, вплоть до «хозяйской», куда не садились целую эпоху.

Интересно, сколько мест опустело по моей вине?

Даже сквозь пыль в спинке трона сияли кроваво-красные камни, формируя рисунок в виде трёх капель крови. Или перевёрнутых языков пламени, которые любят рисовать в Святой нации. Тут с какой стороны посмотреть.

А пока я отвлёкся на здешний аналог Камелота, Двойка отыскала среди запутанного орнамента дверь. Вот что творит целая фляжка натощак! Едва уговорил её закусить вяленым мясом из наших же запасов. Всё равно большую часть пришлось бросить.

Я подошёл к нужному барельефу и убедился, что заместительница не ошиблась. Мы уже проходили сквозь подобную штуку, в другом месте. Только ныне об этом помнят лишь двое – я и она.

– Итак, апостол Красный гласил, что вначале было Единство, или же Китрин, – я провёл рукой вдоль внешнего круга, стараясь к нему не прикасаться до поры. – Но потом оно раскололось пополам, на Свет и Тьму, Окран и Нарко… Переверни одного и получишь другого, всё проще некуда.

– А дольки откуда? – проворчала Двойка, недовольная моей внезапной проповедью.

– Среди них тоже не было единства, – с улыбкой сообщил я подруге. – Одни приглядывали за порядком, именуясь Хранителями. Думаю, они владели усовершенствованным Единством и не давали остальным распоясаться. Другие поставили во главу угла технологии, этих я их называю Механиками. Или Машинистами, как вам больше нравится, коллега? Так и думал, что монописуально. Третьи же хотели создать совершенное существо, и даже целый вид, только по итогу получился очередной монстр в человеческом обличье. Четвёртым же на облик было плевать, и они сделали ставку на генетику… А вы тут и слова такого не знаете. Давай проверим мою теорию? Помнишь, кого именно забраковал Старый?

– Сучья ржавчина!

По моему кивку Доска подошла к нам и Двойка сама без лишних объяснений схватила её за ладонь и приложила к камню. Тот вздрогнул вместе с шечкой и начал отъезжать в сторону. Но не весь, а лишь одной четвертью. Именно сквозь неё брат Орно проник в пещеру, где хранился синтетик. Но тогда ему помогал выходец из южного улья. Второго такого я сдуру взял с собой и сполна за это поплатился.

Ещё один кусочек пазла с каменным хрустом встал на место, и я поспешил тоже сдвинуть свою секцию, чтобы раненым не пришлось карабкаться. За фальшивой плитой к моему великому облегчению обнаружился коридор, уходящий во тьму. Туда мы и последовали, когда я убедился, что не могу закрыть за собой дверь. Досадно, но вряд ли людоеды сами сообразят, куда мы подевались. Нужно звать начальство и как-то ему всё объяснять, не владея устной речью. Выследить нас по запаху не выйдет – я рассыпал немало специй на лестнице, а кровью никто больше не капал.

Возможно, наши павшие товарищи тоже смогут их отвлечь. Простите, что не могу никого взять, вы всё равно навсегда останетесь в моей памяти…

Даже подгоняемые мыслью о погоне мы едва ползли. Это не побег, а поход какой-то. Тайный лаз почти не ветвился, и на редких перекрёстках я каждый раз выбирал направление прочь от дворца и его нынешних обитателей. Вроде бы не ошибся, потому что постепенно тоннель начал отчётливо забирать вверх, к поверхности. В один из таких моментов я внезапно понял, что снимок изменился, а потом перед взором замигало красным.

Видимо, мой мозг ещё не адаптировался к монокулярному зрению, поэтому прочитать сообщение я снова не смог. Но припустил вперед со всей поспешностью.

– Ходу, вашу мать, какой на хер привал!

Задыхаясь и матерясь, группа продолжила путь. Сердце у меня стучало, как сумасшедшее, но не через минуту, ни через пять ничего страшного не произошло. Мы брели ещё маленькую вечность, пока каменная кишка не вздрогнула, раскидав нас по сторонам. Почувствуй, как говорится, себя горошиной в банке. Спасибо, больше не хочется. Но я не дал никому поблажек, и под громкий треск погнал дальше. Ползком, ничком, на карачках – не важно. Главное, вперёд!

Честно говоря, не помню, когда тоннель сменился естественной полостью в скале. Там тоже пошёл камнепад, поэтому мы неслись как угорелые к свету, который брезжил впереди, не обращая внимания на ссадины и ушибы. Пока не убило насмерть – не страшно. Где-то позади камни разве что не чавкали, обещая самую настоящую мясорубку. Если погоня и была, Окран им всем судья.

Я позволил себе остановиться лишь под открытым небом, скинув обессиленную Двойку под замшелый валун. Остальные падали рядом, ещё не веря в то, что живы. Не хотелось бы их расстраивать, но когда я повернулся, то вновь забыл, как дышать.

Такое зрелище не каждому дано увидеть.

Мне осталось только протянуть руку вперёд с оттопыренным большим пальцем. Как будто класс показываю, с психу. Теперь мне и правда не нужно жмуриться, чтобы взять его на прицел. Удобненько.

К сожалению, чёрный гриб на месте долины оказался заметно выше. И продолжал расти.

Автор – Наталья Шубина /u/nattesh

Глава 30

– Твою ж склерозную мать! Я позабыл твой сай, надо возвращаться.

Двойка впервые на моей памяти поперхнулась саке и вытаращила на меня свои пурпурные глазищи.

– Кхэ… Я тебе новый… Кхэ-хе-е…

Я дал ей вдоволь прокашляться и даже заботливо похлопал по спине, благо все порезы уже затянулись, а некоторые успели полностью зажить.

– Спасибо, подруга. А то мне прямо неудобно стало.

– Какой же ты мудак, Рю!

– Самый обыкновенный, – пожал я плечами. – Ты давай не налегай, мы не на отдыхе.

– Да эта козья ссанина чуть крепче воды!

– Ага, почему она тогда горит?

– А ты, сука, не поджигай!

Нашу дружескую беседу прервало появление трёх новых посетителей, закутанных в красные плащи-пыльники. А у шагнувшего за порог первым немолодого мужчины ещё и броня отливала металлическим багрянцем. Понятное дело, крашеным. В медных доспехах даже дикари не бегают. Те хоть и не ржавеют, но толку от них никакого, только лишний вес. Который ещё добыть где-то надо.

В империи чистую медь редко у кого встретишь, чаще всё-таки бронзу. Разве что, жрицы любви таскают красные браслеты в качестве отличительного знака. Но не здесь, потому что за такое могут и руки отрубить.

Замерев на мгновение, троица ледоколом попёрла в нашу сторону. На улице трещала полуденная жара, так что в местной рыгаловке зеленофрукту негде было упасть. Однако перед ними пыльная публика старалась побыстрей расступиться, будто рыбий косяк, завидевший акул. В принципе, аналогия не так уж и далека от истины. Заправских рубак видно с первого же взгляда, а здешние посетители в лучшем случае могли неуклюже ткнуть друг дружку мечом. Большая часть и вовсе носила дубинки, предназначенные исключительно для самообороны. Шугать мелкую гопоту в подворотне, да стукнуть по рукам излишне нахальным попрошайкам – вот и весь функционал.

А против латника с клинком лучше сделать ставку на быстроту бега.

Ну, или просто продолжать посиделки, как поступили мы с Тарой. Вскоре обладатель «медного» доспеха подсел к нам, закинув ногу на ногу, а два других бойца в бордовых плащах почтительно встали у него за спиной. Правда, один из них тут же отправился за выпивкой. Как по мне, опрометчивый поступок – я бы здесь и простую воду поостерегся бы дегустировать. Но моей темнокожей спутнице заведение понравилось, и даже знаю, почему.

– Я думала, ты давно сдох, – произнесла она вместо вежливого приветствия.

– То же самое могу сказать о вашей парочке, – хмыкнул воин, оглаживая пышные усы с проседью, переходящие в не менее шикарные бакенбарды.

Что ж, справедливое замечание. Однако я всё равно ожидал увидеть кого угодно, кроме него. Перед нами сидел Ёнах, собственной персоной. Тот самый предводитель Красных, что возглавил отряд прорыва из осаждённого форпоста. Собственно, Двойку ко мне он и приставил. Другая моя телохранительница, увы, не пережила ту роковую ночь…

– Нас всё-таки поймали, как и твоих людей, – хмуро напомнил я. – И даже они считали тебя мёртвым.

– Не вылупился ещё такой святоша, чтобы меня сцапать! – махнул рукой вояка. – Но шкуру они мне знатно попортили… И помнится, вы тогда оба тоже были в числе моих людей.

– Всё верно. Были.

Я спокойно выдержал тяжёлый взгляд предводителя Багровой гильдии, хотя глаз у него имелось вдвое больше. Тот буравил меня до самого возвращения посыльного с кувшином, заменявшим тут пивные кружки, после чего принялся шумно пить, проливая часть содержимого на плащ и нагрудную пластину. Тара тоже пригубила своё саке, а вот меня мучила жажда совсем иного рода. Да и вообще, лучевой болезни можно уже не опасаться, зря только ляпнул про вывод радионуклидов из организма.

Многие знания – многие печали. И лишний повод набухаться.

С орбиты на город людоедов сбросили что угодно, кроме ядерной бомбы. Иначе бы мы сейчас тут не сидели, такие румяные. Возможно, это вообще была какая-нибудь болванка, которая нехило так разогналась в атмосфере, набрав кинетической и прочей энергии. К сожалению, тут мне остаётся лишь гадать. Очевидно, что наводились по спутнику, но кто-то же передал информацию «наверх»? Автоматически это произойти не могло, иначе долина перестала бы существовать давным-давно.