Текст книги "Иномирье (СИ)"

Автор книги: Антон Демихов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц)

Глава 11. Тест своих умений

До Восточных ворот Лергбурга мы добрались минут за двадцать.

Всю дорогу Алиса без умолку болтала о «патчноутах», «балансе классов» и жаловалась на то, что разработчики слишком выкрутили настройки сенсорного движка.

– Ну ты сам понюхай, – она брезгливо сморщила нос, когда мы миновали городскую стену и вышли на раскисший тракт. Ветер со стороны болот нес густой запах гниющего камыша, стоячей воды и сероводорода. – Погружение погружением, но зачем транслировать запахи тухлятины прямо в мозг? На форумах уже месяц петицию подписывают, чтобы фильтры добавили.

Я лишь молча кивал, поправляя ремни новой бригантины. Для нее этот ветер был строчкой кода, сигналом, поступающим в нейрошлем где-то в теплой высокотехнологичной капсуле на Земле-2. Для меня это была реальность. Холодная, влажная, пробирающая до костей.

Дорога сменилась вязкой грязью, чавкающей под ногами. Деревья здесь стояли мертвые, скрюченные, покрытые серым лишайником. Сизый туман стелился по самой земле, скрывая неровности почвы и коварные топи.

В интерфейсе всплыло системное уведомление:

Локация: Восточные Топи (Нейтральная зона).

Рекомендуемый уровень: 5–8.

– Так, план такой, – Алиса резко остановилась, сменив легкомысленный тон на деловой. В ее глазах появился азарт геймера. – Я чистый дд-кинетик. У меня мало контроля, но высокий разовый урон. Каст тяжелых спеллов занимает от трех до пяти секунд. Твоя задача – «танковать». Держи их на себе, не давай прорваться ко мне. Убивать не обязательно, просто перехватывай инициативу. Справишься?

– У меня Силы четыре единицы, – честно предупредил я, вытаскивая из ножен трофейный кинжал. – Зато Ловкости пять, а Интеллекта десять. И броня вот… свежая.

– Интовик-рукопашник? – она удивленно вскинула бровь. – Странный билд. Ну ладно, уклоняйся, парируй. Главное – стой впереди. Пошли, вон они бродят.

Я присмотрелся. Метрах в тридцати впереди, возле поваленного почерневшего ствола, в тумане копошились четыре силуэта. По размеру они напоминали крупных волков, но их тела были покрыты жесткой, похожей на древесную кору чешуей, а из пастей капала зеленоватая слюна.

Болотная гончая. Уровень: 5. Тип: Мутировавший зверь. Атака: Укус, Рваная рана.

– Четыре штуки, – шепнула Алиса, вынимая из подсумка мутный кристалл. Ее пальцы окутало дрожащее прозрачное марево. – Я заберу сразу двоих «Прессом». Агрим!

Я шагнул вперед, выходя из тумана, и специально громко хрустнул сломанной веткой.

Четыре уродливые морды синхронно повернулись в мою сторону. Гончие не стали выть или рычать – они сорвались с места с пугающей, неестественной тишиной, стелясь над самой землей.

– Давай! – крикнула Алиса из-за моего плеча. Воздух вокруг нее сгустился, завибрировал с низким гудением.

Первая гончая прыгнула с трех метров, метя мне прямо в горло.

Я не стал рубить наотмашь – с моей Силой это бесполезно. Моя Ловкость словно замедлила время, позволяя просчитать траекторию прыжка. Я резко ушел вправо, подставляя под удар защищенный стальными пластинами левый бок.

УДАР!

Челюсти твари лязгнули по вареной коже и соскользнули по стальной полосе бригантины. Меня ощутимо тряхнуло, отбросив на полшага назад. Поддоспешник Бруно сработал идеально – тупой удар отдался в ребрах, но клыки не пробили защиту.

Получен урон: 4 ед. (Поглощено броней: 28 ед!). Текущее Здоровье: [76/80].

«Круто!» – мысленно возликовал я. В старой куртке этот укус снес бы мне треть здоровья.

Не теряя равновесия, я использовал инерцию твари и снизу вверх вогнал кинжал ей под челюсть, в незащищенную мягкую плоть.

Критический удар! Нанесен урон: 45 ед.

Гончая захрипела и рухнула в грязь, забив лапами.

Но две другие уже были здесь. Одна вцепилась мне в голень – зубы скользнули по плотному сапогу, содрав еще пару очков здоровья. Вторая прыгнула на грудь, сбивая с ног. Я упал на спину в чавкающую грязь, выставив перед собой предплечье. Тварь вгрызлась в усиленный рукав поддоспешника, яростно мотая головой. Броня трещала, но держала.

– Ложись! – раздался звонкий крик Алисы.

Я, повинуясь приказу, упал навзничь.

Воздух надо мной взорвался. Невидимая, но чудовищно плотная кинетическая волна пронеслась прямо над моим лицом. Это было похоже на удар невидимого асфальтоукладочного катка.

Двух гончих, наседавших на меня, просто смяло. Послышался хруст ломающихся костей. Тварей отбросило на пять метров назад, распластав по грязи бесформенными кучами.

Четвертая гончая, сообразив, что расклад не в ее пользу, поджала хвост и рванула обратно в туман.

Получен опыт. Текущий прогресс: Уровень 6 [850/1200].

Я тяжело выдохнул и сел, стряхивая с новой бригантины куски болотной грязи и вонючую слюну монстров. Здоровье просело всего на шесть единиц – пустяки. Броня Бруно полностью окупила каждый потраченный медяк.

Алиса подошла ближе, покручивая на пальце остывающий кристалл. Она даже не запыхалась.

– А ты неплохо держишь удар, челябинский попаданец, – с довольной ухмылкой произнесла она, глядя на результаты своего «Пресса». – Для интовика реакция вообще отличная. Броня спасла?

– Своих денег стоит, – я поднялся на ноги, проверяя прочность экипировки. В паре мест на коже остались глубокие царапины, но стальные ламели даже не погнулись. – Отличный каст. Как кувалдой прибила.

– Кинетика, – гордо дернула плечиком девушка. – Разгон массы без физического носителя. Жрет ману как не в себя, зато игнорирует магическое сопротивление. Ладно, собираем лут. С этих мобов падают жесткие жилы и ядовитые железы. На аукционе алхимики их с руками отрывают.

Она деловито присела возле убитой мной твари и достала короткий разделочный нож, привычно и брезгливо морщась от того, что приходится добывать лут вручную.

Я смотрел на нее и думал о том, насколько всё это безумно. Мы стояли в одной грязи, били одних и тех же монстров, но находились в совершенно разных вселенных.

Почему мне лут дается автоматически – а ей приходится его добывать вручную?

В углу обзора мелькнул таймер:

Таймер восстановления Очка Возврата: 08:35:12.

Время шло. Тест брони прошел успешно. Теперь я был уверен: если Вивисектор заденет меня по касательной, я не развалюсь на куски.

– Эй, Артём! – Алиса кинула мне два перепачканных кровью серых мешочка. – Твоя доля. Ну что, идем дальше вглубь болот? Там должен быть мини-босс, болотная гидра или что-то вроде того. Лут с нее вообще топовый.

– Идем, – кивнул я, стряхивая с лезвия кинжала густую зеленую кровь. – Мини-босс так мини-босс. Только держи дистанцию. Если он прорвет мою защиту, я не смогу танковать его вечно.

Алиса просияла, словно я согласился пойти с ней в рейд.

– Не дрейфь, танк из Челябинска. У меня маны еще полбака, а кулдаун на тяжелые спеллы почти прошел. Главное – держи его мордой от меня.

Мы углубились в топи. Туман здесь стал настолько густым, что казался осязаемым, а гнилостная вонь болота пропитывала каждый вдох. Мои кроссовки, и без того повидавшие виды, окончательно увязли в чавкающей жиже, но новая броня грела тело, придавая уверенности.

Алиса шагала следом, ловко перепрыгивая с кочки на кочку. Ее сапоги почти не пачкались в грязи – видимо, пассивный бонус кинетика. Всю дорогу она вполголоса рассуждала о патчноутах, жаловалась на кривые хитбоксы местных мобов и хвалила разработчиков за "отличную прорисовку текстур". Для нее это был просто атмосферный данж. Для меня – еще один шаг по минному полю, где на кону стояла моя настоящая жизнь.

Таймер восстановления Очка Возврата: 08:21:40.

Вскоре лес расступился, открыв широкую прогалину, залитую черной, пузырящейся водой. Посреди этого зловонного озера возвышался островок из переплетенных мертвых корней.

На корнях, свернувшись в клубок, спала тварь.

Это действительно было похоже на гидру, но искаженную, мутировавшую под влиянием местной гнили. Три змеевидные шеи, покрытые бурой чешуей и пульсирующими нарывами, вырастали из массивного туловища, напоминающего панцирь исполинской черепахи.

Вспыхнул багровый маркер:

Озерная гнилостная гидра (Элита). Уровень: 11.

Тип: Мутант / Болотный хищник.

Особенности: Токсичная слюна, Раздельное здоровье.

– Одиннадцатый уровень, элитка, – азартно прошептала Алиса, прячась за широким стволом мертвого дуба. – Слушай тактику. У нее бронированный панцирь, туда бить бесполезно. Головы действуют почти независимо. Я начну кастовать «Кинетическое копье», это займет секунд шесть. Ты должен вытянуть ее на сушу и заставить все три морды смотреть на тебя. Справишься?

– Постараюсь не сдохнуть, – мрачно отозвался я.

Я достал из внутренних петель плаща один флакон маны и один здоровья – просто чтобы были под рукой, если придется пить на бегу. Затем вышел из-за дерева, сжал кинжал в правой руке и активировал заклинание в левой.

– Шар огня.

Расход маны: 5 ед. Текущий пул: [90/100].

Сгусток пламени сорвался с моих пальцев и с шипением врезался прямо в центральную башку спящей твари. Огонь бессильно растекся по мокрой чешуе, сняв жалкие копейки здоровья, но эффект был достигнут.

Гидра взвизгнула сразу в три голоса. Этот звук резанул по ушам, как пенопластом по стеклу. Все три шеи взметнулись в воздух. Желтые, лишенные зрачков глаза уставились на меня. Тварь тяжело перевалилась через корни и с плеском рухнула в воду, рванув к берегу.

Она двигалась пугающе быстро.

Едва гидра выскочила на грязь, правая голова сделала молниеносный выпад. Сработала моя десятка Интеллекта и немного вкачанная Ловкость: я видел, как сокращаются мышцы на ее шее. Резко уйдя перекатом вправо, я успел заметить как челюсти клацнули в воздухе там, где секунду назад была моя грудь, обдав меня каплями вонючей, обжигающей слюны.

– Давай, Алиса! – заорал я, вскакивая на ноги.

Левая голова тут же ударила сбоку, метя мне в бедро. Увернуться я не успевал. Пришлось принять удар на жесткий блок. Я выставил левое предплечье, прикрытое усиленным льном и кожей плаща.

Клыки пробили ткань, скользнули по металлу Длани Разрушителя, спрятанной под рукавом, и впились в мясо. Вспышка боли прострелила руку до самого плеча.

Получен урон: 12 ед. (Отравление: -2 ед. здоровья каждые 3 сек).

Текущее Здоровье: [64/80].

– Ах ты ж мразь! – выдохнул я.

Вместо того чтобы отступать, я сократил дистанцию, шагнув вплотную к ее панцирю. Центральная голова зашипела, готовясь плюнуть кислотой прямо мне в лицо.

– Льдинка! – крикнул я, выбрасывая правую руку почти в упор ей в глаза.

Расход маны: 5 ед. Текущий пул: [85/100].

Морозный сгусток взорвался прямо на морде центральной головы, покрыв ее глаза толстой коркой льда. Тварь дезориентированно замотала шеей, сбивая прицел двум другим головам. Это дало мне те самые недостающие секунды.

Воздух за моей спиной завыл. Звук был такой, словно над болотом пронесся реактивный истребитель на бреющем полете.

Я рухнул лицом в грязь уже на автомате, инстинктивно закрыв голову руками.

Над моей спиной пронеслась искажающая пространство кинетическая волна. «Копье» ударило прямо в основание трех шей гидры, туда, где они соединялись с бронированным панцирем.

Раздался оглушительный треск ломающихся костей и рвущейся плоти. Кинетический удар буквально сплющил тварь, вмяв ее в болотную жижу. Две головы безвольно обвисли, сломанные пополам. Центральная, ослепленная льдом, еще пыталась дергаться, истошно хрипя.

Я вскочил, подбежал вплотную и вогнал трофейный кинжал ей в глазницу по самую рукоять.

Критический урон!

Противник повержен.

Перед глазами вспыхнула долгожданная золотая строчка:

Поздравляем! Вы достигли 7-го уровня.

Получено свободных очков характеристик: 2.

– Да! Идеальный бой! – Алиса выбежала из-за деревьев, сияя от восторга. – Я же говорила, что связка работает! Классно ты ее льдом ослепил, прямо как в обучалке для танков-магов.

Я тяжело осел на поваленный ствол, игнорируя ее восторг. Левая рука пульсировала болью от укуса, шкала здоровья медленно ползла вниз из-за отравления. Я быстро выдернул зубами пробку из «Малого бальзама плоти» Баргана и сделал глоток. Вкус тухлой рыбы показался нектаром.

Эффект яда нейтрализован. Здоровье: [80/80].

Пока я переводил дух, распределяя полученные очки – одно кинул в Выносливость (теперь 8), второе в Силу (стало 5), чтобы кинжал бил хоть немного увереннее, – Алиса уже вовсю мародерствовала.

– Ого, лут просто шикарный! – она подняла над головой матово блестящий зеленоватый кристалл и пару плотных чешуек. – «Малое ядро регенерации»! На аукционе за него гильдии глотки рвут. И чешуя на крафт отличная.

Она разделила добычу, протянув мне две чешуйки и горсть серебряных монет, выпавших из системного дропа. Кристалл она, естественно, оставила себе, но я не спорил. Мне от этого виртуального аукциона не было никакого толка. Моя главная награда – седьмой уровень, возросшая выживаемость и проверенная в бою броня.

Я поднялся, пряча чешую в сумку. Таймер показывал чуть меньше восьми часов.

– Отличная работа, Алиса, – искренне сказал я. – Но мне пора возвращаться в Лергбург. Есть… один незакрытый квест.

– Идешь соло на сложного босса? – она с любопытством прищурилась, отряхивая мантию. – Ну, удачи, попаданец. Если что, пиши в приват, мой ник ты знаешь.

Она махнула рукой и легкой походкой направилась вглубь болот – видимо, искать новых элитных мобов. Я проводил ее взглядом, чувствуя, как где-то под ребрами шевельнулась острая, почти физическая зависть.

Для Алисы выход из этого гниющего, пропахшего сероводородом мира был прост: сказать голосовую команду, снять нейрошлем и пойти на кухню заваривать кофе.

А я оставался здесь.

Я развернулся и зашагал по чавкающей грязи в сторону городских стен. И пока шел, на меня вдруг накатила дикая, отчаянная мысль.

«Какого черта я вообще собираюсь лезть обратно к Вивисектору? Ради призрачной надежды? У меня же есть прямой выход!»

Я резко остановился прямо посреди тракта. Сосредоточился, вызывая перед глазами полупрозрачные окна Системы, и смахнул меню до вкладки уникальных наград, полученных еще в самом начале, после первого смертельного испытания.

Вот она. Строчка, висящая в самом низу списка, которую я в суматохе выживания задвинул на задний план:

Исключительная способность: «ПОРТАЛ В ИНОЕ ИЗМЕРЕНИЕ».

«Всё, хватит. Поиграли и будя. Возвращаемся в Челябинск», – решительно подумал я, мысленно нажимая на иконку активации.

Пространство вокруг меня едва заметно дрогнуло. В воздухе резко запахло озоном, на кончиках пальцев заплясали крошечные пространственные искажения, похожие на фиолетовое статическое электричество… а затем интерфейс полыхнул тревожным красным светом.

ОШИБКА АКТИВАЦИИ!

Критический сбой построения маршрута.

Причина: Отсутствует система координат целевого измерения.

Внимание: Попытка слепого пространственного прокола (вероятность аннигиляции 99.9 %). Продолжить принудительно? [Да/Нет]

Я поспешно, едва ли не в панике, мысленно ударил по кнопке «Нет». Искажения вокруг пальцев мгновенно погасли, оставив меня стоять в холодном поту посреди вонючего болота.

Логика бывшего айтишника тут же разложила всё по полочкам. Навык давал мне инструмент прорыва ткани реальности, но не давал пункта назначения. Это была не волшебная кнопка «Домой». Это была открытая консоль без введенного IP-адреса. Открой я портал вслепую – и меня вышвырнуло бы в межпространственный вакуум, в ядро местной звезды или в измерение, где законы физики вывернуты наизнанку.

Чтобы вернуться на Землю, мне нужна была точная система координат.

Именно поэтому Максимиллиан Валевский был мне нужен живым. Он был единственным из местных, кто изучал архивы Первых, кто понимал механику древних порталов и мог знать, как рассчитать вектор прыжка. Без его знаний моя исключительная способность была лишь красивой формой изощренного самоуничтожения.

Я сжал кулаки, прогоняя предательскую дрожь, и закрыл интерфейс. Грязный туман болот сменился мощеным трактом, а впереди уже вырастали серые стены Лергбурга.

Игры закончились. Пора возвращаться в подземелья, вскрывать кандалы из Первородной стали и надеяться, что у Вивисектора не припасено для меня неприятных сюрпризов.

Глава 12. Глава 12. Спасение Максимиллиана

Обратный путь в Лергбург прошел как в тумане. Я двигался на автомате, перебирая в голове цифры, тайминги и характеристики. Мозг работал в режиме максимальной вычислительной мощности.

Когда я миновал городские ворота и нырнул в зловонный полумрак переулков у мясных рядов, таймер в углу обзора отсчитывал последние часы моей смертной уязвимости:

Таймер восстановления Очка Возврата: 06:48:11.

Спуск в катакомбы по чугунным скобам дался легко. Новая броня не сковывала движений, а полученный седьмой уровень прибавил выносливости. Я бесшумно скользнул в зеленый фосфоресцирующий сумрак лаборатории Гнилого Семени.

Уведомление Системы: «Скрытность» достигла 3 уровня. Новое пассивное свойство: «Контроль биоритмов». Вероятность обнаружения противниками снижена на 30 %.

Своевременный апгрейд. Тело само подстроилось под среду, подавляя шум дыхания и пульса.

Вивисектор был на месте. Трехметровая туша в заскорузлом кожаном фартуке склонилась над центральным секционным столом. Его руки, оканчивающиеся чудовищными костяными пилами и хирургическими зажимами, с влажным хрустом вскрывали грудную клетку очередного мертвого мутанта. Босс был полностью поглощен своим кровавым ремеслом.

А Максимиллиан Валевский лежал на массивном каменном жертвенном столе у дальней стены. Его исхудавшее тело было намертво приковано к гранитной плите четырьмя короткими цепями и тяжелыми кандалами из Первородной стали. Голова безвольно откинулась на холодный камень, а дыхание было настолько слабым, что казалось, он уже мертв.

Я проверил экипировку. Два фиолетовых флакона с эликсиром маны от Баргана переместились в специальные наружные петли под правой рукой. Выдернуть пробку зубами – доля секунды. На левой руке тускло мерцала Длань Разрушителя Оков.

«Математика простая, – прикинул я, скользя в тенях вдоль шкафов с заспиртованными уродцами. – У меня сто единиц маны. Перчатка жрет пятьдесят в секунду. Одно кольцо – одна секунда. Две руки – это ноль маны. Потом пью два зелья по сорок единиц. Итого восемьдесят. На оставшиеся две цепи для ног нужно сто. Дефицит в двадцать единиц маны».

Система не прощает дефицита. Но отступать было некуда. Земля сама себя не найдет.

Я бесшумно приблизился к жертвенному алтарю со спины босса и положил правую руку на плечо Валевского. Пленник вздрогнул, медленно повернув мутные, ввалившиеся глаза. В них мелькнул животный ужас, когда он скосил взгляд на Вивисектора.

– Ни звука, – одними губами выдохнул я.

Я поднял левую руку. Длань Разрушителя легла на первое кольцо, стягивающее правое запястье Валевского.

«Погнали».

Активирован уникальный артефакт: «Длань Разрушителя Оков».

Резонанс структурного распада запущен.

Расход маны: 50 ед./сек!

Перчатка мелко, высокочастотно завибрировала. Черный кристалл на тыльной стороне ладони вспыхнул ослепительным фиолетовым светом. Первородная сталь под моими пальцами покрылась сетью белесых микротрещин. Изнутри повалил едкий серый дым.

Хрусть.

Первое кольцо осыпалось металлической трухой. Правая рука Валевского безвольно упала на камень.

Текущий пул маны: [50/100].

Я мгновенно перехватил левое запястье. Еще секунда. Мозг резануло болью от стремительного опустошения резерва.

Хрусть. Вторая рука свободна.

Текущий пул маны: [0/100]! Внимание: Истощение!

Звук осыпающегося металла эхом разнесся по лаборатории. Скрежет костяных пил у центрального стола резко оборвался. Трехметровая туша Вивисектора замерла, а затем начала медленно поворачиваться в нашу сторону.

– Черт, – выплюнул я, правой рукой выхватывая сразу оба флакона с маной.

Сорвав зубами пробки, я влил в себя ледяную жидкость. Вкус озона ударил в нос, по жилам прокатилась волна колючего холода.

Применены «Эликсиры чистого истока» (х2).

Мана восстановлена: +80 ед. [80/100].

Вивисектор развернулся полностью. Из-под его сшитого из лоскутов кожи капюшона блеснули налитые кровью бельма. Из глотки вырвался клокочущий рев, от которого задрожали склянки на полках.

Вивисектор Гнилого Семени. Уровень: 15.

Статус: Хозяин локации / Ярость.

Он тяжело зашагал к нам, занося свою трехметровую костяную пилу.

Я вцепился левой рукой в цепь на правой ноге Валевского. Артефакт снова взвыл, пожирая восстановленную ману. Пятьдесят единиц улетели в пустоту, расщепляя третью окову.

Пленник застонал, пытаясь подтянуть к себе свободные руки. Вивисектор был уже в пяти метрах.

Я схватился за последнюю цепь.

Расход маны: 50 ед./сек!

Текущий пул маны: [30/100]… [0/100]!

Кристалл перчатки мигнул и начал гаснуть. Металл цепи покрылся трещинами лишь наполовину. Распад остановился.

Перед глазами вспыхнул алый системный алерт:

КРИТИЧЕСКАЯ НЕХВАТКА МАНЫ!

Продолжить поддержание резонанса за счет жизненной силы?

– Жри, тварь! – прохрипел я, мысленно подтверждая команду.

Интерфейс окрасился кровью. Артефакт вонзил невидимые иглы прямо в мои нервные окончания, вытягивая энергию из самой плоти. Здоровье полетело вниз с пугающей скоростью.

Активирован перегруз артефакта!

Получен прямой урон жизненной силе: -30 ед! [50/80].

Последнее кольцо разлетелось в пыль. Я рывком сдернул Валевского с жертвенного стола, и мы вдвоем рухнули на пол.

В этот же момент костяная пила Вивисектора со свистом рассекла воздух и с оглушительным скрежетом врезалась в гранитную плиту алтаря – ровно туда, где секунду назад лежал Макс. Каменная крошка брызнула мне в лицо, а лезвие, соскользнув, ударило меня в грудь по касательной.

Сила удара была чудовищной. Меня отбросило на пару метров, прямо в стеллаж с банками.

Получен физический урон: 42 ед. (Поглощено броней: 35 ед!).

Текущее Здоровье: [43/80].

Бригантина Бруно выдержала, не дав пиле распороть меня до позвоночника, но ребра отозвались адской болью. Вивисектор с ревом занес над головой хирургический зажим, готовясь раздавить нас.

Маны не было. Здоровье на половине.

Я выхватил из-за пазухи последний «Малый бальзам плоти», швырнул его прямо в морду монстра и одновременно ударил по стеклу кинжалом.

Зеленая вонючая жижа взорвалась облаком осколков и алхимического реагента прямо в бельмах босса. Вивисектор взвыл, замахав руками, ослепленный на несколько секунд.

– Вставай! – я подскочил к Валевскому, рывком вздергивая его за шкирку. Мужчина был легким как пушинка. – Где выход?!

Валевский закашлялся кровью, но его взгляд вдруг обрел осмысленность. Он слабой, трясущейся рукой указал на стену за спиной Вивисектора, где едва заметно мерцал вдавленный в камень контур древней шестеренки.

– Печать… Первых… – прохрипел он. – Нажми… в центр.

Я закинул его руку себе на плечо и рванул, если бег с полутрупом на полутрупе можно было назвать рывком, мимо ревущего вслепую босса. Вивисектор наугад махнул пилой, снеся кусок каменной арки, но мы уже были у стены.

Я ударил закованной в артефакт левой рукой прямо в центр каменной шестеренки.

Стена дрогнула. Плиты бесшумно, с маслянистым шелестом раздались в стороны, открывая узкий, освещенный бледным голубым светом коридор. Мы ввалились внутрь. Я тут же ударил по такому же символу на внутренней стороне.

Тяжелые базальтовые плиты с глухим грохотом сомкнулись, отрезая нас от разъяренного рева в лаборатории.

Мы рухнули на гладкий металлический пол. Я тяжело дышал, глядя в потолок, вымощенный белыми световыми панелями – технологиями Первых.

Валевский лежал рядом, хрипло втягивая стерильный, очищенный фильтрами воздух бункера. Он повернул ко мне изможденное лицо и тихо произнес:

– Длань… Разрушителя. Ты вскрыл тайник. Кто ты такой?

– Я твой билет на свободу, Максимиллиан, – жестко ответил я, доставая из поясной сумки флягу с водой и протягивая ему. – А ты – мой навигатор. У меня есть системный навык «Портал в иное измерение». Но без координат моего родного мира – Земли меня просто размажет по мультивселенной. Думаю только ты в состоянии мне помочь.

Валевский сделал несколько судорожных глотков. В его глазах читалось неподдельное потрясение.

– Исключительная способность… Порталы такого уровня схлопнулись века назад, – прошептал он. – Координаты Изначальной Земли – это не просто цифры. Система намеренно затерла все маршруты. Ни в одном архиве Лергбурга их нет.

– Хочешь сказать, мы застряли?

– Я этого не говорил, – он болезненно усмехнулся и обвел взглядом белые панели. – Мы в аварийном бункере Управления Первых. Здесь находится резервный терминал Картографов, хранящий слепки Мультивселенной до Раскола. Если ты запитаешь терминал своей артефактной перчаткой… я смогу извлечь метрику Земли и загрузить в твой…твою…что у тебя там – Система?

.

Я поднялся на ноги, игнорируя ноющие ребра.

Валевский действительно почти ничего не весил. Когда я закинул его ледяную руку себе на плечо, показалось, что я поднимаю подростка, а не взрослого мужчину. Долгое истощение и пытки высушили его до состояния живого скелета, обтянутого полупрозрачной серой кожей. Далеко мы в таком темпе не уйдем.

Я аккуратно прислонил его к гладкой металлической стене коридора и полез за пазуху. Под бригантиной, во внутреннем кармане плаща, лежал плотный промасленный сверток – остатки тушеной баранины с лепешкой, которые я прихватил с собой из трактира «Медный ковш» перед тем, как отправиться в рейд.

– Интерфейс у меня. На, держи. Только жуй медленно, иначе желудок в узел завяжется, – я всунул сверток в его трясущиеся руки.

Максимиллиан вцепился в еду с первобытной жадностью. Он давился, кашлял, но продолжал глотать мясо, запивая его остатками воды из моей фляги. В его запавших глазах начала появляться осмысленная искра жизни.

– Так, темный, – я проверил таймер, который неумолимо отсчитывал оставшиеся шесть часов и тридцать минут. – Куда теперь? Коридор разветвляется метров через пятьдесят. Где этот ваш терминал Картографов?

Валевский замер с куском лепешки в руке. Он виновато отвел взгляд и хрипло ответил:

– Я… я не знаю дороги, Артём.

Я медленно выдохнул, чувствуя, как внутри закипает глухое раздражение.

– В смысле «не знаешь»? Ты только что распинался про резервный бункер и метрику Земли.

– Я знаю, что он здесь, за этой дверью, – поспешно заговорил Макс, опираясь спиной о белые панели. – Понимаешь, когда я провалился в Иномирье, у меня не было времени на исследования. Я появился прямо в подземельях и почти сразу получил по голове. Очнулся уже на этом проклятом жертвенном алтаре.

– И откуда тогда такие познания про Карту Мультивселенной? – я скрестил руки на груди, не скрывая скепсиса.

– От гостей Вивисектора, – Макс судорожно сглотнул. – Пока я висел на цепях и истекал кровью, к этому чудовищу несколько раз приходили люди. Они называли себя Культом Крови. Жуткие ублюдки в багровых рясах, скрывающих лица. Вивисектор – не просто тупой монстр-мясник, он страж. Культисты приносили ему какие-то редкие реагенты, а взамен требовали доступ к Карте.

Валевский указал тонким пальцем на запечатанные за нашей спиной базальтовые двери.

– Чудовище открывало для них этот самый проход. Я слышал их разговоры. Они шли сюда, чтобы смотреть на терминал, искали какие-то перекрестки миров для своих ритуалов. Значит, Картограф Первых точно находится в этом комплексе. Нам просто нужно пройти по их следам.

Я потер переносицу. Идти вслепую по древнему бункеру, куда регулярно наведываются фанатики-сектанты – сомнительное удовольствие. Но альтернативы не было.

– Ладно. Следы так следы, – я снова подставил ему плечо, помогая выпрямиться. – Держись за меня. Пойдем искать этот ваш глобус Мультивселенной, пока Культ Крови не решил нанести Вивисектору очередной визит.

Интерлюдия 2. Максимиллиан.

Холод гранитной плиты больше не обжигал. Впервые за два – или три? – месяца я не чувствовал мертвой тяжести Первородной стали, стягивавшей мои запястья.

Я очнулся на том самом жертвенном алтаре, где провел целую вечность, постепенно превращаясь в иссохший, кровоточащий кусок плоти. Но теперь кандалы осыпались серой пылью. Удивительно, но руки слушались. Едва-едва, с тупой, ноющей болью в разорванных суставах, но я мог ими пошевелить. Я медленно, неверяще растер стертую до костей кожу. К ногам тоже начала возвращаться чувствительность, покалывая ступни тысячами ледяных игл. Вместе с прожеванным жестким мясом, которым поделился этот странный парень, ко мне потихоньку возвращалась жизнь.

Память услужливо подкинула обрывки прошлого. Последнее, что я помнил четко, прежде чем провалиться в этот системный ад – это Кималь Соренто. Бог Кималь. Сущность, которая умудрилась стать для меня и мудрым наставником, и нерадивым учеником одновременно. В том, оставленном позади мире, я сам был практически богом. Моя воля искривляла реальность, а сила казалась безграничной.

Здесь же я стал никем. Забитым куском мяса для экспериментов местного палача в фартуке.

Стальные обручи не просто держали мое тело – они блокировали саму суть моего дара, выпивая его по капле. Но самым страшным было даже не это. Когда я только провалился в Иномирье, законы этого пространства безжалостно перекроили мою матрицу. Из десятков духовных камней, даровавших мне власть над стихиями и материей, уцелели лишь два. Остальные просто исчезли, стертые жестокими фильтрами перехода, как будто их никогда и не было.

В глубине моего сознания тускло, едва заметно тлели две оставшиеся искры. Темный Шип и Золотой покров. Атака и абсолютная защита. Жалкие ошметки былого величия.

Я попытался потянуться к ним, привычно вызывая поток энергии, но внутренний резерв отозвался лишь гулкой, болезненной пустотой. Истощение было абсолютным. Даже если бы сейчас передо мной снова стоял Вивисектор, я бы не смог выжать из себя и искры для создания Покрова. Колдовать было нечем – сосуд маны пересох до дна.

Я поднял тяжелый взгляд на своего спасителя.

Артём. Так он назвался. В помятой бригантине, с безумным, расчетливым взглядом загнанного в угол хищника и реликтовым артефактом Первых на левой руке. Он стоял чуть впереди, вглядываясь в стерильный белый коридор бункера, и напряженно ждал, пока я приду в себя.

Он упомянул Исключительную способность. Пространственный портал. Местным обитателям такое не могло даже присниться – Система Иномирья давно уничтожила саму концепцию межмировых переходов. Но этот парень с далекой Земли почему-то смог протащить этот навык через фильтры.

И тут, сквозь свинцовую пелену истощения, меня пронзила мысль, от которой сердце забилось как сумасшедшее.

Если этот Артём действительно способен прорвать ткань реальности… значит, его Земля – не единственное место, куда он может открыть проход. Мои жены. Мои дети. В том, оставленном мире, они наверняка уже оплакали меня, решили, что я сгинул навсегда. Если Картограф хранит слепки всей Мультивселенной, я смогу найти там не только координаты Земли, но и координаты своего дома!