Текст книги "Иномирье (СИ)"

Автор книги: Антон Демихов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 15 страниц)

Глава 24. 10 февраля 2019 года

– И мы с радостью представляем вам Samsung Galaxy S10 5G…

Я выключил презентацию компании, откинувшись на спинку потертого компьютерного кресла. На экране монитора застыл идеальный, глянцевый смартфон будущего. Подумалось о том, что простой смертный вроде меня, с официальной зарплатой в семнадцать тысяч рублей, никогда не сможет позволить себе такой гаджет без риска питаться одной гречкой ближайшие пару лет. Свой седьмой-то я купил в кредит и исправно тянул эту лямку целых два года. Впрочем, сейчас это уже не имело никакого значения.

Дело в том, что в этом году со мной стали происходить непонятные вещи. Третьего числа текущего месяца мне исполнилось двадцать семь, а на следующее утро мне уже не нужны были никакие флагманские смартфоны, умные часы и мощные компьютеры. У меня в голове появился свой собственный.

Интерфейс. Так я его назвал, за неимением лучшего термина.

Зовут меня Артем, и вот мы и вернулись к тому с чего начали. Теперь вы знаете о том, кто я и как докатился до такой жизни.

Я медленно опустил взгляд на свои руки, лежащие на обшарпанной столешнице старого бабушкиного стола.

Справа – обычная бледная кисть офисного планктона с мозолью от компьютерной мышки на ребре ладони. Слева – плотный шерстяной рукав старого свитера, под которым надежно прятался матовый, сросшийся с костью металл «Длани Разрушителя». Чужой артефакт древних молчал, не давая ни единой искры, словно притворяясь обычным медицинским протезом.

На кухне монотонно и надсадно гудел старый холодильник «Саратов», а в углу за занавеской тихо тикали ходики с кукушкой. Ничего не напоминало о том, что я побывал в таких передрягах, каких простому человеку видеть не удавалось даже в фильмах

Только знакомый с детства запах застарелой пыли, сушеных трав и бабушкиного ковра, который висит над односпальной кроватью, где я, да и уверен многие дети рисовали контур пальцем, а затем сладко засыпали думая о чем то своем

За окном занималось хмурое уральское утро. Мимо занесенных сугробами тополей по разбитой колее Ленинского района медленно прополз старый ржавый ПАЗик, поднимая облако сизого выхлопа. Люди на остановке кутались в тяжелые тулупы и пуховики, пряча лица от колючего февральского ветра. Ни один человек в этом городе даже отдаленно не догадывался, что есть такой простой парень Артем, способный одним усилием воли разорвать пространство.

В прихожей тихо скрипнула половица. Из полумрака коридора неторопливо выплыл крупный полосатый кот. Пушок остановился у порога комнаты, прищурил желтые глаза, оценивающе оглядел меня с ног до головы и издал короткое вопросительное: «Мяу?».

– Привет, бродяга, – негромко произнес я, опустив правую руку и почесав его за ухом. Кот довольно заурчал, боднув мою ладонь мокрым носом. – Да, я вернулся. И больше тебя одного не оставлю.

Отодвинув ногой стопку старых подшивок «Аргументов и фактов», я достал из кармана штанов выключенный дешевый кнопочный телефон, завернутый в два слоя плотной фольги, и убрал его глубоко под половицу возле батареи. Строго по инструкции Ильи: включение раз в трое суток, ровно в полночь, на девяносто секунд. Если придет сигнал – бежать. Если тишина – продолжать изображать унылого, уставшего от жизни сисадмина, ушедшего в глухой недельный запой после дня рождения.

Аня наверняка уже заступила на смену в больнице. Натянула белый накрахмаленный халат, села за микроскоп в лаборатории и перебирает бланки анализов, пряча глубоко внутри свои новые уровни, сияющие цифры маны и воспоминания о том, как затягивала смертельные раны голыми руками. А Илья где-то там, на заснеженной базе за озерами, чистит карабин и держит палец на спусковом крючке радиостанции Дмитрия.

Мы все вернулись на свои исходные позиции. Мы стали призраками в серой российской зиме.

Я прикрыл веки и сфокусировал взгляд на переносице, едва слышно скомандовав: «Статус».

Перед глазами тут же мягко, почти интимно развернулась лазурная полупрозрачная таблица:

Артём (Сурок)

Класс: Временщик / Исказитель (Ур. 9)

Очки Возврата: [3/3]

Откат межмирового портала: [00:00:00 – Готов к активации]

Мана: [120/120]

Интеграция артефакта: Стабильна.

Строчки мерцали ровным, спокойным светом, невидимые ни для одной земной камеры слежения, ни для одного человека из Девятого отдела.

Они думают, что загнали нас в угол. Воронов уверен, что перекрыл все выходы из Москвы, а Культ Крови в Иномирье считает, что я сгинул в пепле обрушенных перекрытий. Но они ошибаются.

Я сделал глубокий вдох, смахнул системное окно легким мысленным усилием и повернулся к коту:

– Ну что, Пушок… Пойдем открывать тушенку. А потом нужно будет почистить дорожку от снега. У нас впереди очень много рутины. И чертовски мало времени до того, как этот мир начнет рушиться по-настоящему.

Эпилог

14 февраля 2019 года

В старой бабушкиной двушке пахло жареной картошкой, крепким черным чаем и пыльными страницами.

За окном уже вторые сутки кружила ровная уральская метель, засыпая серые хрущевки Ленинского района, ржавые гаражи и забитые колеи дворов. Для всего остального мира этот день был забит сердечками, открытками и предпраздничной суетой у цветочных киосков, но здесь время словно загустело, сжавшись до размеров одной комнаты с выцветшим ковром на стене.

Пушок спал на спинке продавленного дивана, свернувшись плотным полосатым клубком и мерно подергивая кончиком хвоста во сне.

Я сидел за журнальным столиком, укутав ноги старым клетчатым пледом. В правой руке дымилась щербатая кружка с заваркой, а на коленях лежала книга в мягкой обложке. Серия Артема Каменистого «Семь жизней Читера».

Я перелистнул страницу, усмехнувшись про себя.

Когда-то, еще в прошлой жизни – до двадцать седьмого дня рождения, до того поезда на путях и до проклятого бетонного бункера Первых, – я читал всё это ради чистого побега от реальности. Обычный сисадмин с грошовым окладом, мечтающий о великих свершениях, луте и виртуальных интерфейсах. Тогда описание того, как главный герой раз за разом гибнет в чужом, безжалостном мире Стикса, возрождается на точке респауна и отчаянно качает уровни, казалось просто крутым боевиком.

Теперь же каждая строчка читалась совсем иначе. Слишком уж много параллелей оказалось между книжным Читером и мной – человеком, который уже сжигал Очки Возврата, пытаясь обмануть саму смерть.

Поверх типографского шрифта на пожелтевшей бумаге по привычной мысленной команде мягко развернулось лазурное полупрозрачное окно. Без звука, без единого всполоха в земном эфире:

Артём (Сурок)

Класс: Временщик / Исказитель (Ур. 7)

Очки Возврата: [3/3] (Полностью восстановлены)

Мана: [120/120]

Статус контура: Пассивный. Внешний пеленг: 0%

Тройка в графе возвратов грела душу сильнее любого горячего чая. За те дни, что я провел в тишине и покое, временной резерв наконец-то затянулся без следа. Все три попытки снова были со мной. Полный комплект жизней.

Четыре дня абсолютной тишины.

Вчера я снова заходил к соседке по площадке, бабе Тамаре. Попросил ее старенький кнопочный телефон под банальным предлогом: мол, свой окончательно сдох, а нужно срочно набрать знакомой девочке. Старушка только добродушно махнула рукой, сунув мне трубку и уковыляв на кухню греть чайник.

С Анной мы болтали уже в третий раз за эти дни. Голос у нее в трубке звучал непривычно спокойно и звонко, смывая всю ту липкую тревогу, что преследовала нас в Москве. План Ильи сработал на все сто: в понедельник Аня просто натянула белый халат, зашла в лабораторию и вернулась к штатным обязанностям. Никакие люди Воронова к ней не приходили, никто не караулил у подъезда и даже банальных расспросов у заведующего не возникло. Официально она просто провела отпуск дома и вышла на смену.

Из последнего разговора я точно знал: у нее всё хорошо. Правда, она призналась, что ужасно скучает, постоянно думает о произошедшем и очень хочет встретиться. Но пока приходилось терпеть и выдерживать дистанцию.

Илья сидел на конспиративной базе у озер, контролируя радиоэфир Дмитрия. Воронов со своими оперативниками продолжал безрезультатно перерывать столичные вокзалы и подземные спецобъекты, пытаясь понять, как носители Интерфейса растворились в воздухе. Им и в голову не приходило искать в заснеженном Челябинске простого парня, который сидит в застиранных трениках, чешет за ухом кота и перечитывает фантастику.

Я захлопнул томик. На обложке крупными буквами застыло название: «Семь жизней Читера».

Каменистый был прав в главном: если Система дала тебе шанс перезагрузить этот мир и не сдохнуть на первом же повороте, ты больше не имеешь права оставаться просто зрителем. Мой первый круг завершился. Я вернулся домой, замкнув петлю в той самой точке, где всё началось.

Но это была не развязка. Это была всего лишь короткая передышка перед настоящей бурей.

Я подошел к окну, отодвинул выцветшую тюль и посмотрел в серую пелену метели. Где-то там, за завесой снегопада, за пределами нашего слоя реальности, чужой мир продолжал жить своей войной. И рано или поздно портал откроется снова.

– Ничего, Читер, – негромко пробормотал я, глядя на темнеющую за окном улицу. – Посмотрим, у кого из нас жизней окажется больше.

* * *

Пока в тихой челябинской квартире остывал чай под мерное мурлыканье кота, в полутора тысячах километров к западу, на полупустом подземном паркинге столичного торгового центра, гасли габариты неприметного седана. Человек в надвинутой на лоб вязаной шапке – один из доверенных людей Ильи, отвечавший за закупку оборудования и чистку транзитных логов, – не спеша пересчитывал толстую пачку пятитысячных купюр. Никаких цифровых переводов, никаких транзакций: только хрустящий, немаркированный нал, который приятно оттягивал карман куртки.

На соседнем сиденье сидел подтянутый мужчина в темном пальто с военной выправкой. На его коленях тускло мерцал служебный терминал с эмблемой аналитического сектора Учреждения.

– Значит, прямой точки у тебя нет? – сухо, с едва заметным раздражением процедил безопасник, не отрывая взгляда от экрана.

– Илья параноик, он никого не пускает во внутренний круг, – торопливо, словно оправдываясь за неполные данные, зашептал связник. – Имен мне никто не называл, точных адресов тем более. Девчонка из медицины, лекарь – видел, как с ее рук срывался сине-зеленый свет, видимо так она лечила, но видел ее саму только мельком ее силуэт со спины на эвакуации. Но по закрытые маршруты и билеты, которые шеф лично покупал, он передавал через левые цепочки людей, мне к сожалению ничего в руки не попало, но есть точные данные: они ушли обратно на Южный Урал. Челябинск или область. Парень точно там залег, и девка где-то рядом. Илья сейчас мониторит тамошний эфир.

Человек из Учреждения пару секунд молча смотрел на осведомителя тяжелым, оценивающим взглядом, а затем захлопнул крышку терминала и бросил на торпеду еще один перетянутый резинкой сверток:

– Здесь аванс за направление. За сужение квадрата получишь втрое больше. Будешь молчать и слушать внутренний канал Ильи. Если они шелохнутся на Урале – мы должны знать первыми.

Связист торопливо сгреб деньги и выскользнул в сырой бетонный полумрак паркинга.

* * *

На кухне в Челябинске часы на стене негромко отбили полночь.

Артём перевернул страницу книги, зевнул и потянулся к выключателю бра, собираясь лечь спать. Он выключил свет, и в эту самую секунду воздух в комнате внезапно сгустился, словно превратился в ледяной кисель.

Пушок мгновенно подорвался на лапах, зашипел и сиганул под кухонный гарнитур, вздыбив шерсть на загривке.

Чайник на плите мелко задрожал. Стены квартиры поплыли перед глазами, а буквы на книжной странице расплылись в чернильные пятна. В нос ударил не запах старой бумаги и не мятный пар из кружки – комнату затопила едкая, тошнотворная вонь тухлятины, химической гари и тяжелого кислого тумана.

Прямо перед лицом Артёма пространство с сухим треском лопнуло, выбросив каскад багровых искр. Из разлома ударила ледяная волна системного предупреждения, окрасив мир в цвет запекшейся крови:

[КРИТИЧЕСКИЙ СБОЙ КООРДИНАТНОЙ СЕТКИ]

[Обнаружена внешняя гравитационная воронка высшего порядка]

[Принудительный захват сущности: Субъект «Артём»]

[Вектор смещения: Вселенная S-T-I-K-S]

– Какого… – успел прохрипеть Артём, пытаясь мысленно прожать Очко Возврата.

Но Система даже не ответила на команду. Реальность сжалась в ослепительную точку, пол под ногами провалился в пустоту, и сознание погасло в оглушительном реве схлопнувшегося пространства.

* * *

В глубинке Москвы, в полуподвальном экранированном бункере под неприметным автосервисом на восточной окраине столицы, воздух внезапно прорезал истошный, нарастающий вой тревожных сирен. Мониторы на главной стойке вспыхнули тревожным алым светом, сбивая ровные графики телеметрии в хаотичную пляску помех.

Дмитрий, методично резавший помидоры для салата, дернулся как от удара током. Чашка с крепким остывшим кофе с глухим стуком опрокинулась на клавиатуру, заливая черной жижей пульт управления. Он рванулся к центральному терминалу, судорожно вбивая команды дрожащими пальцами, но экраны один за другим гасли, выдавая системные нули.

– Нет, нет, твою мать, только не сейчас! – прохрипел Дмитрий, стискивая зубы так, что хрустнула челюсть.

Датчики межмировых проколов зашкаливали на отметках, которых он не видел даже во время прорыва у «Федерации». Сигнатура Артёма на координатной карте Урала вспыхнула сверхновой – и в ту же секунду просто стерлась из реальности, не оставив даже остаточного эха в эфире. Не было ни вектора затухания, ни обратного следа. Парень не просто открыл портал – его выдернуло чем-то настолько колоссальным, что разорвало саму ткань пространства.

– Инокентий! Поднимай резервный узел! – сорвался на крик Дмитрий в микрофон закрытой рации, чувствуя, как по спине струится ледяной пот. – У нас критический срыв! Артём пропал с радаров, координатная сетка схлопнулась! Если Учреждение запеленговало этот всплеск – нам конец, а если его затянуло обратно… Боже, куда его унесло?!

От автора

От автора: скоро во второй книге цикла «Интерфейс»

Дорогие читатели!

Если вы думали, что возвращение в Челябинск поставит точку в злоключениях Артёма, то правила Системы оказались куда более изощренными.

Вторая книга цикла перенесет нашего героя прямиком в беспощадные, пропахшие кисляком просторы вселенной S-T-I-K-S. И здесь судьба приготовила ему жестокую шутку: Артём очнется в теле… четырехлетнего ребенка.

Почти весь привычный арсенал заблокирован. Нет прежних системных навыков, закрыт доступ к спасительным Очкам Возврата. Единственное, что непостижимым образом осталось при нем и продолжает работать – это древняя «Длань». Грозное оружие чужой цивилизации в руках маленького мальчика станет его главным козырем и одновременно проклятием.

Тем кто уже читал главы про мир СТИКС – нужно будет прочитать их заного, будут они немного измененные с учетом характеристик Артема, новых приблуд системы Интерфейс, ну и если будут ваши комментарии – их тоже буду учитывать.

Чтобы снять системную блокировку, вернуть свои силы и вновь открыть портал домой – туда, где его ждет Анна, – Артёму придется выживать по законам Улья с нуля: набивать уровни в детском теле, приспосабливаться к перезагрузкам кластеров и шаг за шагом идти к глобальной цели.

Вас ждут:

Смертоносный Улей еще не видел таких иммунных. Запасайтесь споранами – впереди большая охота!