Текст книги "Чернотроп (СИ)"

Автор книги: Антон Кун

Соавторы: Серега Охотник
сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 16 страниц)

Хотя, конечно, шашлыки – это целое искусство. Это не то, что там голодный пришёл и быстренько пожрал, и всё нормально. Нет, это дело такое, тут нужно с чувством, с толком, с расстановкой. Без всякой спешки, без суеты, потому что как только начинаешь суетиться за этим делом, что попало получается. Либо пересушишь, либо не дожаришь, либо наоборот, сгорят. Нет, мы шашлыки готовим для удовольствия, поэтому и относиться к этому надо с удовольствием.

Разжёг угли. Анюта тем временем мясо на решётку выложила. И когда угли разогрелись, принесла мне решётку. Я разместил её над углями, сижу, присматриваю – где водичкой сбрызнуть, чтобы вспыхнувшие языки пламени погасить, а где наоборот помахать картонкой надо. На новенькой скамейке своей сижу, мангал перед собой поставил. Рядом столик раскладной – сложил там всё, что нужно.

Сижу, смотрю то на угли горячие, то на мясо на решётке, то в небо чистое, звёздное, то на огородик свой, который уже укрыт снегом. Понятно, что кое-где снег растаял – земля всё-таки ещё не успела остыть. Но в кустах снег уже плотно лежит, зацепился. Да и там, где ботва с осени, там тоже зацепился и уже так основательно лёг – явно до весны.

Вот сижу, на эти искорки, которые иногда потрескивают, вверх взлетают, смотрю. И вот этот, знаете… Аромат поджаренного мяса и аромат морозца, лёгкого снега – это такое чудесное сочетание, так хорошо на душе.

Сижу и думаю: всё замечательно. Сейчас друзья придут, мы с ними обсудим варианты, как нам поднять шумиху вокруг чёрных лесорубов да вокруг браконьеров, чтобы справиться с этой бедой общества нашего. И обломать планы тёмного властелина. Потому что не дело это жизнь вокруг губить и волшебства её лишать.

Я, конечно, человек, а не дух, я не знаю, что такое волшебство. Но то, как я сейчас сижу на новенькой скамейке, жарю шашлыки на горячих углях в новеньком мангале, на новенькой площадке, как смотрю в небо, и белёсый дымок поднимается к звёздам… Ну, чем это не волшебство? Волшебство и есть!

Чуть позже и Анюта ко мне пришла, села рядышком со мной.

Спрашиваю у неё:

– Ты как? Что там, на работе?

Анюта говорит:

– Я ж тебе в прошлый раз не дорассказала про экспедицию-то, про нашу. Я же тогда подошла к Петру Алексеевичу и рассказала, что вот бабушки с дедушками атакуют. А он, знаешь, что сказал?

Спрашиваю:

– И что же? – самому даже интересно стало, что он мог ей сказать.

Она говорит:

– Сказал, что меня вот эта вся ситуация вдохновила. Душа моя почувствовала живое что-то, настоящее, и засветилась, как маяк. И вот все эти одинокие души, которым не хватает этого света, которым не хватает тепла душевного, они ко мне как светлячки на огонёк и полетели.

Я и говорю:

– И что теперь, не светиться, что ли, чтобы не доставали они тебя?

А Анюта говорит:

– Да что ж не доставали? Это когда не понимаешь, зачем они пришли-то, они тебя раздражают. А когда понимаешь, то даёшь человеку то, чего он хочет: немножечко тепла, немножечко заботы – и всё. И делишься этим теплом и светом с их душами, и они спокойно уходят, и живут дальше, им хорошо. И тебе хорошо, потому что жизнь вокруг чуток добрее стала.

Я слушаю её, и понимаю, что, в общем-то, она сейчас повторила то, что я ей говорил. Я же говорил, что надо просто понять, что их привлекает. Вот и получается, что этот Пётр Алексеевич сказал то же самое. Но ко мне Анюта не захотела прислушаться, а к нему прислушалась.

Хотел было где-то в глубине души рассердиться на это. А потом чувствую, что и сердиться-то я не могу, ведь так оно и есть. Просто, может быть, я нужных слов не нашёл. Вот Анюта мои слова и не восприняла всерьёз. Да и по большому счёту, какая разница? Ей хорошо, и мне хорошо.

Глава 19

Пока разговаривали, зазвонил телефон – подъехали Саня с Димой. И подъехали-то почти одновременно, как договорились.

Пошёл встречать.

Не успели в ворота зайти, Дима говорит:

– О, чувствую, пахнет!

А Саня смеётся:

– Ага, я специально обедать не стал, приберёг место для шашлычков.

Я говорю:

– Ну, какие проблемы? У меня уже почти готово. Давайте, проходите.

Прошли.

Анюта сначала уйти хотела, чтобы дать нам возможность поговорить. А Саня остановил её.

– Вы, Анна Ивановна, подождите, не уходите. Есть одно дело, важное, и мне кажется, ваша помощь будет очень к месту. Ты же не против, Серёга?

Отвечаю:

– Не против. Я жену от друзей не прячу никогда.

Анюта села обратно на скамеечку, на одеяло, где сидела. А я спрашиваю у Сани:

– И что за дело? Обдумал идею?

Саня говорит:

– Обдумал. И даже собрал кое-какую информацию.

Мы с Димой смотрим на него – интересно же, что он там накопал. А он и говорит. Причём говорит не мне, а моей Анюте:

– Анна Ивановна, скажите, пожалуйста, как вы считаете, незаконная вырубка лесов очень вредит нашей экологии?

Анюта с недоумением отвечает:

– Конечно! Однозначно, очень большой вред.

Саня продолжает:

– А браконьерство, как считаете, полезно для нашего животного мира?

Анюта усмехнулась и говорит:

– Давайте ближе к делу. Вы ж прекрасно знаете ответ на этот вопрос. Значит, не для этого спрашиваете.

Саня кивнул, разулыбался и говорит:

– Есть у нас такая мысль. Хотим поднять общественное движение, чтобы прекратились вырубки лесов и чтоб ужесточились законы и за вырубку леса, и за браконьерство. Как считаете, это может сработать?

Анюта говорит:

– Хорошее дело. А я-то тут при чём?

Тут и Дима подключился:

– Если мы просто вынесем предложение… Позвоним на горячую линию, отправим письмо в наше Законодательное собрание, напишем губернатору, даже если в Москву напишем в приёмную президента… Это будет очень долгий процесс, с долгими отписками и с неизвестным результатом. Вполне может быть, что наше обращение у бюрократов где-нибудь ляжет в стол и толку от него никакого не будет. Или отписками закидают.

Анюта кивнула:

– Да, есть такая вероятность. И что же, вы знаете, как можно ускорить процесс, как можно добиться результата?

А Саня говорит:

– Как добиться результата, я не знаю. И никто не знает. Потому что пока не начнёшь с этим работать, не узнаешь, на какие подводные камни наткнёшься. Но одно могу сказать точно: есть возможность сделать так, чтобы замолчать эту проблему и положить её под сукно было невозможно.

Анюта посмотрела на него и спросила:

– Общественность?

– Правильно, – обрадовался Саня. – Общественность! Возьмём вас. Вы очень много работаете со студентами. Почему бы вам не поднять эту волну среди молодёжи, волну протестов?

Взгляд Анюты стал пристальным, и она сказала:

– Дело, в принципе, хорошее. Но давайте-ка все карты раскрывайте. Я не хочу, чтобы меня использовали в тёмную.

Саня немного растерялся, а Дима засмеялся и говорит:

– Прав был Пётр Алексеевич, когда сказал, что вы женщина умная. Я это и так знал, но теперь…

Анюта насторожилась, и спрашивает:

– А причём здесь Пётр Алексеевич?

Я в этот момент Диму чуть не сожрал. Анюта ж не знает, что мы вчера весь вечер с её руководителем клуба беседовали. Она ж думает, что я на заказе был.

Но деваться некуда, и я всё ей рассказал. Про то, что мы вчера встретились с Петром Алексеевичем, хотели прижать его, чтобы выяснить, что с Катей, Леной и Зариной. Понятно, что смягчил немного, хотя мы ж и не жестили. К тому же потом мы выяснили, что с Зариной, и что нужно сделать для того, чтобы она смогла вернуться в лес.

Анюта выслушала меня внимательно. Некоторое время молчала. И мы с ней. А потом спросила:

– Чтобы Зарина смогла вернуться в лес, получается, вам нужно избавиться от чёрных лесорубов и от браконьеров?

Саня обрадовался.

– Бинго! Серёга, у тебя умная жена!

Ну, я знаю, что умная, кто б спорил.

А Саня продолжает:

– Я тут обдумал всю эту ситуацию. Чтобы ускорить процесс и чтобы поднять большую волну, мы будем действовать с нескольких направлений одновременно. Во-первых, молодёжь, студенты – они народ радикальный, у них кровь горячая. Они сами по себе уже сила. Когда молодёжь вокруг чего-то объединяется и поднимается, власти вынуждены с этим считаться. Другое направление – я. Я постараюсь получить поддержку рабочих, буду баллотироваться на пост депутата. Это даст мне возможность в рамках предвыборной программы… У меня будет возможность обратиться и к телевидению, и к другим СМИ, и рассказать об этой проблеме. Ну и всякие разные депутатские запросы в законодательные органы, требование расследовать незаконную вырубку лесов и так далее. Есть ещё третье направление, которое сможешь возглавить ты, Сергей. Это туристические фирмы, с которыми ты работаешь. Можно будет через турагентов рассказывать людям, какие у нас уникальные места. Какой у нас тут уникальный ленточный бор, который вырубается, а это реликтовый бор, он ещё со времён ледникового периода сохранился, и терять такую жемчужину, такую редкость, нельзя. Надо будет выйти на туристические агентства и продумать с ними какие-нибудь маршруты. Не обязательно для иногородних и иностранных туристов, вполне могут быть туры выходного дня по разным интересным местам, природным жемчужинам у нас здесь, на Алтае. Ну а туристы как правило люди с активной жизненной позицией, они начнут защищать. Особенно, если сказать, что скоро это может исчезнуть… Что касается Димы…

И он замолчал.

Мы тоже молчали, ждали продолжения. Мне даже было интересно, как он сможет включить в нашу работу Диму. Всё-таки служба безопасности – это вам не тяп-ляп.

Выдержав паузу, Саня продолжил:

– Дима возьмёт на себя интернет и соцсети, и продумает, как можно будет запустить вот эту волну через интернет: какие-нибудь мемчики, флешмобы и всякая такая фигня. Справишься?

Дима такой задумался.

– Ты меня озадачил. У меня-то работа с прямо противоположным связана. С собиранием информации, а не с её распространением.

На что Саня хлопнул Диму по плечу и говорит:

– Слушай, если ты умеешь собирать информацию, значит, ты знаешь, как правильно её распространить, чтобы она получила максимальный охват.

Дима усмехнулся:

– У меня ж даже аккаунта в соцсетях нету, я человек далёкий от всего этого.

На что Саня лишь пожал плечами.

– У тебя есть люди, которые разбираются в этом.

Дима некоторое время молчал, а потом сказал:

– Давай, я обещать не буду, но я подумаю.

На что Саня радостно ответил:

– Большего мне и не надо, достаточно этого обещания. Уверен, что если ты найдёшь хотя бы малейшую возможность подключить к нашей программе интернет, ты это сделаешь.

Дима молча кивнул.

Анюта слушала Саню, и на её лице было сложное выражение. Я видел, что она пока не решила, как к этому относиться, но и прямого протеста не показывала.

Пока мы всё это обсуждали, шашлыки сготовились. Я спрашиваю у мужиков:

– Мы как, в дом пойдём или тут есть будем?

Они переглянулись, и Саня ответил:

– Давай тут. Когда ещё вот так под звёздами можно будет поесть шашлыков?

Как будто мы на охоте ни разу под звёздами шашлыки не ели.

Но я промолчал, и Дима тоже.

Анюта всё правильно поняла, сбегала домой, принесла нарезанные овощи, тарелки, вилки, чашку для готовых шашлыков, сок, стаканы.

Я снял мясо с решётки в чашку. Подумал, что неплохо бы к шашлыкам коньячку немножечко. Но и Саня, и Дима за рулём, поэтому даже предлагать не стал. В принципе, сока достаточно. Анюта принесла томатный сок да апельсиновый.

Каждый наколол на вилку кусок мяса, и этим мясом мы чокнулись. И тост провозгласили:

– За удачу!

И было такое ощущение, будто мир отозвался на этот наш тост.

Поели шашлычков, и Анюта в дом ушла. А мы ещё немножечко посидели, поговорили и про охоту, и про юбилей Григорьевича.

Там, собственно, что обсуждать? Сто раз уже всё переговорено, сто раз обсуждено, осталось только дождаться выходных, да ехать.

Потом поговорили за жизнь, про то, да про сё. Поговорили, и мужики отправились по домам. Я проводил их, закрыл ворота. Анюта вышла помогать мне унести всё в дом. Угли к тому времени в мангале остыли, но я всё равно их прикрыл крышкой, чтобы ветром не раздуло, и тоже ушёл домой.

И когда всех проводили, всё прибрали, сели с ней вдвоём. Я налил ей апельсинового сока – она любит апельсиновый сок, – и себе налил тоже. Говорю:

– Ну, что, за продолжение рода.

Анюта засмеялась и говорит:

– Я вчера прям хотела посмотреть на твоё лицо, когда ты увидишь тест, но не смогла дождаться, сильно спать хотела.

Я засмеялся.

– Ты не поверишь, я когда увидел, думал, что это ты беременная.

Анюта даже глаза расширила.

– Мне даже в голову не пришло, что ты можешь так подумать.

Я говорю:

– Ну, а что, не могу? Ты у меня ещё ого-го! Женщина в самом соку!

Посмеялись. А чтоб не посмеяться-то? Вспомнили детей, когда они были маленькие, как мы с ними возились, как поднимали, какие смешные истории с ними случились, пока они росли. И так хорошо на душе, просто замечательно.

Уже когда спать ложился, мысль в голову пришла: хорошо-то хорошо, и вот внук у меня будет или внучка, и дети скоро в гости приедут. Анюта сказала, что созвонилась и с сыном, и с дочкой, и они обещали приехать к концу ноября. И сын с женой, и дочка с мужем, денька на два-три, просто в гости. И старшая тоже придёт.

Я про это всё подумал, а потом думаю: интересно, как там Катя с Леной да Зариной? Сидят где-то сейчас, спрятанные от мира? И у них даже нет возможности как-то узнать новости, если, конечно, Пётр Алексеевич им не рассказывает. А раз этот тёмный дух следит за ним, то наверняка Пётр Алексеевич лишний раз туда не ездит, чтобы не выдать девушек. И вот они сейчас живут вроде бы как и свободные, но взаперти. И что делать с этим?

Ну, понятно, что делать: как можно быстрее разрешить ситуацию, чтобы Зарина могла вернуться в лес, а Катя с Леной на учёбу. Но поднять всю эту махину, раскрутить, чтобы на законодательном уровне было принято решение…

И мало принять решение, нужно ещё сделать, чтобы это решение исполнялось.

Это ж сколько времени пройдёт?

Получается, всё это время девчонки будут взаперти.

А ещё интересно, продукты-то им кто доставляет? Ну, и одежду, и всё остальное нужное. То есть, всё это непонятно. И мы об этом не расспросили Петра Алексеевича.

И как-то от этих мыслей немножко тревожно стало.

Утром проснулся, Анюта на работе. А я ещё под впечатлением от вчерашних разговоров. Встал, походил по двору, сходил на свою площадку, занёс мангал под крышу. Накормил Соловку, пообщался с ней немножко, погладил. Она хвостом виляет довольная, ей уже на охоту надо. Ну, я её успокоил, что всё, сегодня уже четверг, а завтра поедем на охоту в лес, Григорича поздравлять будем с юбилеем. И, естественно, поохотимся. Набегается на всю катушку.

Потом походил по двору, посмотрел «Ниву» да «Истану». С ними всё в порядке. Ну и думаю, чего время тянуть? Пора делом заняться.

А дело у меня какое? Прав Саня, нужно поднимать общественность. Иначе нам с чёрными дровосеками и с браконьерами не справиться. И чем больше людей встанет на нашу сторону, тем больший толк будет. Так что, нужно со всех сторон подходить к этой проблеме, потому что одному человеку её не решить. А если люди объединятся со всех сторон, то, глядишь, и наведём порядок, и не будет у нас тут места армии тёмного властелина, этого странного духа, который зачем-то похищает других духов.

И что уж он с ними там делает, что сила волшебная у него остаётся. Хочется думать, что просто в плену их держит, а не убил и не присвоил силу. Хотя кто его знает, если вспомнить сон… Я уж два раза, можно сказать, с ним вплотную встречался, так что знаю, всяко может быть.

В общем, бездействовать нельзя, надо что-то делать.

Сел, телефонную книгу листаю. Смотрю, к кому бы в первую очередь обратиться. Понятно, что лучше всего к кому-то из туроператоров, с которыми я постоянно работаю, с которыми у меня отношения хорошие. Хорошо бы встретиться пообщаться и вместе обсудить эту тему.

Первым попался номер Юры. Он молодой парень, ему чуток за тридцать. Он отучился и организовал своё туристическое агентство. У него все маршруты такие необычные, все с какой-то придумкой. Мол, не просто едем смотреть красивые места, а у нас фотопутешествие. Едем туда, где получаются всегда очень удачные фотографии. Ну и заодно там инструктор – профессиональный фотограф. Кроме того, что про места рассказывает, ещё и учит фотоискусству тех, кто хочет приобщиться. Причём, учит работать с хорошей камерой. Но и с телефоном тоже. Ну а если учесть, что сейчас фотокамеры в каждом телефоне, то это любому интересно. Но это уже детали. Главное, что в каждом путешествии, которое Юра организовывает, есть какая-то изюминка. То есть он человек креативный. Вполне может откликнуться на наше дело.

Короче, решил я позвонить ему.

Набираю номер.

Он сразу же взял трубку.

– Привет. Что хотел?

Я говорю:

– Да вот, встретиться хотел, пообщаться. Найдётся для меня немного времени?

Он рассмеялся.

– Ты прям как рассчитал. Я вчера только из поездки вернулся, новый маршрут смотрели. И вот сегодня свободен, а завтра уже начну бегать, разговаривать со своими инструкторами, встречи назначать. Нужно же понять, с кем на новом маршруте работать буду.

Я говорю:

– О, отлично! Как смотришь на то, если мы сейчас встретимся с тобой? Есть у меня кое-какие задумки, хотел бы с тобой обсудить их.

Юра говорит:

– Без проблем. Давай, подъезжай.

Ну и всё. Договорились, что встретимся в кафешке – мы там часто с ним встречаемся, когда нужно обсудить какие-то поездки.

Я быстренько собрался, дом закрыл, прыгнул в свою «Ниву» и поехал.

Приехал, а Юра уже ждёт меня, кофе заказал себе. Я тоже кофе взял. Сел за столик. Говорю:

– Рассказывай, что у тебя там за новый маршрут? Я нужен буду?

Юра головой покачал.

– Не в этот раз. Буду зарубежные маршруты осваивать. Вот съездил сам, посмотрел, что там да как.

Ну, я и говорю ему:

– Зарубежные – это, конечно, хорошо. Но у нас же страна такая огромная, у нас столько мест удивительных и интересных, надо свой внутренний туризм развивать.

Юра смеётся, говорит:

– Надо, конечно, я и развиваю потихоньку, ты же знаешь. Но и расширяться надо, а почему нет? Новые маршруты, новые возможности. А то у меня есть постоянные туристы, которые практически все мои маршруты проехали, им чего-то новенького хочется.

Я говорю:

– Это хорошо, что у тебя такие туристы есть, верные, преданные, ездят с тобой везде. А у меня как раз предложение по поводу внутреннего туризма и по поводу новых маршрутов.

Юра сразу оживился, ему интересно, потому что новые маршруты – это для него новые люди, это заработки. То есть у него там прям самая прямая заинтересованность. Естественно, он не остался равнодушным.

– Давай, – говорит, – рассказывай, я слушаю внимательно.

Я не стал ходить вокруг да около, говорю:

– Хочется мне привлечь внимание к нашей природе, к алтайской. Организовать какие-нибудь туры выходного дня или ещё что-нибудь такое. Выезд в наши красивые места, рассказывать туристам об этих местах, знакомить с историей. Ну и про растения и животных рассказывать. Такие культурно-просветительские программы.

Юра вздохнул и отвечает:

– Туры выходного дня… Это, конечно, интересно, но здесь нужно сразу много людей собирать, чтобы эти туры оправдывали себя, потому что тут большую цену не поставишь. А нужно и трансфер, и гиду оплату, и чтоб всё это окупилось. И мне чтобы копейка упала. Ну, а куда большое количество людей вывезти? Все такие места хоженые-перехоженые. Зимой Лебединое озеро, летом на солёные озёра, к водопадам, гора Церковка в Белокурихе, Денисова пещера, Саввушки. И то на большинство объектов одним днём не уложишься, далековато ехать. Край-то у нас не маленький.

А я говорю:

– Ну, я-то имел в виду что-нибудь поближе. Понимаешь, тут такое дело…

Глава 20

Рассказал я Юре про нашу ситуацию. Понятно, что не стал говорить там про духов и тому подобное. Сказал, что озабочен вырубкой леса, и вот подумываю, можно ли как-то организовать туризм в эти места для того, чтобы людей привлечь, чтобы люди видели, какая красота у нас, и не позволяли бы хозяйничать браконьерам и чёрным лесорубам, чтобы прекратились незаконные вырубки леса, ну и браконьерам чтобы жизнь попортить.

Юра подумал немного и говорит:

– Дело-то хорошее. Сам несколько раз уже подумывал про это. Только одному не потянуть, не сдвинуть эту махину. Сунусь я туда один и всё, и окажусь один против этих всех лесорубов… Что я смогу сделать?

А я говорю:

– А кто тебе сказал, что ты один будешь? Мы с друзьями планируем вообще целое движение поднять и общественность привлечь. Ну и понятно, рекламу сделать по максимуму, и в соцсетях, и везде, что у нас есть такие места. Вот, взять, например, речку Касмалу. Там же в истоке цепь озёр. Уникальные, красивейшие места. Озёра круглые, и кувшинки там растут. Как венки на головах русалок… Сакральные места. Это потом уже река начинается, лес, опять же. Вот если туда, допустим, к этим озёрам возить туристов!

Юра качает головой, говорит:

– Это вряд ли получится, там же заказник.

Говорю:

– Ну так, а если экологическую тропу проложить? Чтобы люди просто могли прийти, посмотреть, ничего там не топтали, не рвали, цивилизованно всё. Зато внимание привлечём. Или взять наш ленточный бор. Таких боров-то на всей земле больше нет! А у нас их четыре! Их даже из космоса видно! Это же уникальнейшее место, с ледникового периода. Считай по двадцать тысяч лет каждому бору! Да уже одно то, что они образовались в четвертичный период кайнозойской эры на песчаных отложениях мощных древних потоков талых ледниковых вод само по себе грандиозно! Такая история рядом! Древняя, можно сказать. Мало того, каждый наш ленточный бор – это естественное препятствие для ветров, что дуют из казахстанских степей. И если эти боры вырубят, то весь Алтайский край станет одной большой пустыней! Так почему бы не придумать маршруты и не возить туда людей, показывать, рассказывать им, какое уникальное место. Это же люди будут узнавать и гордиться своим краем.

Юра вздохнул и говорит:

– Так-то оно так, но экологическая тропа, она ж денег стоит.

– Стоит денег, кто б спорил! – согласился я. – Но, во-первых, можно сбор объявить, а можно ведь и грант подать. На развитие внутреннего туризма, знакомство жителей Алтайского края с историей края. А если мы это хорошо растиражируем… У тебя ж сколько людей приедут из других регионов страны. Да и иностранцы валюту повезут, если правильно дело развернуть. У нас же есть что посмотреть. Вон, в других местах, в том же Казахстане, например, какая-нибудь шестисотлетняя ива… И всё, народ поехал смотреть эту иву. А что там у этой ивы, и смотреть-то особенно нечего! Ну, старое дерево, огромное, развесистое, разлапистое, а местная достопримечательность! Вот и нам такое можно чего-нибудь придумать. Выбрать красивые места, проложить туда экологические тропы, сделать удобные стоянки для транспорта. Туалеты, кафешки, магазины сувениров.

Юра засмеялся.

– Эк ты размахнулся! Все эти стоянки, все эти тропы… Это же одно только разрешение получить – с ума сойти можно!

На что я ответил:

– Не обязательно же в заповеднике или заказнике, можно же и в обычный лес. Обычный лес ведь ничем не хуже. По большому счёту это точно такой же лес, как в заказнике или заповеднике. Так почему бы не показать его людям?

Юра задумался.

Я чувствую, что торкнуло его. Сразу видно, человек неравнодушный.

Да, собственно, я знаю, что он человек неравнодушный, поэтому и позвонил ему.

Юра подумал немного и говорит:

– Ну, вообще-то туристы приезжают не столько на какую-то достопримечательность посмотреть, сколько им интересна история, которую про эту достопримечательность им рассказывают. Ну и потом пофотаться на память, чтобы у них фотографии остались. Но самое главное тут, как эту историю подать, как её рассказать, чтобы заинтересовать, чтобы потом знакомым рассказывать начали, что вот в таком уникальном месте были.

Я согласно кивнул.

– Ты всё правильно говоришь. С другой стороны, историю придумать можно. Уж ты-то знаешь, какие истории гиды рассказывают туристам.

Юра засмеялся, говорит:

– Да, знаю, сам не раз придумывал на ходу «древние» легенды. – На слове «древние» Юра изобразил кавычки.

Вообще, с историями, которые рассказывают туристам, отдельная тема. Большей популярностью пользуются те гиды, которые способны на ходу придумать древнюю в кавычках, легенду про какое-нибудь дерево, которому от силы лет двадцать, или про камень, или там обломок скалы, скатившийся с горы или который водой принесло. Ну или вымыло в почве. Да мало ли! Даже про растения, которые растут на какой-то поляне, тоже на ходу легенду придумать могут. Один взгляд и всё, и будет у него трогательная история любви, или там жестокая история мести, но главное, чтоб справедливость восторжествовала – люди это приветствуют. Даже если это в каком-то сказочном виде. Видимо, в реальности этого не хватает.

Что-что, а придумывать истории гиды у нас любят, умеют, практикуют. Но главный стимул это то, что туристам истории нравятся. А не нравились бы, гиды бы так не изгалялись.

Так что я с Юрой совершенно согласен. Ну и говорю ему:

– Вот, смотри, скоро объявят очередной президентский грант. Есть время обдумать заявку, чтобы потом проработать её быстренько и подать. Стенды с исторической справкой, экологическая тропа, стоянка для транспорта, туалеты опять же, чтобы всё цивилизованно было. Или какие ещё варианты есть, если не грант? Спонсора можно какого-то привлечь, например.

Но Юра покачал головой.

– Для начала нужно законодательство изучить, чтобы понять, на какие участки мы можем претендовать и под каким соусом это можно подать в том же гранте или таму же спонсору.

Ну и вижу, он прям всерьёз задумался. А так как он человек в своей сфере профессионал, то я решил, что идею подкинул, а дальше уже с документами со всеми он получше меня разберётся. Моя-то работа какая? Крути баранку. Ну или если надо что-то пассажирам рассказать, я расскажу, а не надо, то и не расскажу.

Единственное только сказал:

– Юр, если какая помощь нужна, ты, пожалуйста, говори. Мы с удовольствием подключимся с ребятами и сделаем всё, что надо, всё, что от нас зависит.

Юра кивнул:

– Замётано! Давай я тогда законодательство поизучаю. Заодно про интересные места почитаю. Про истоки реки Касмалы там или про какие другие. Про ленточные боры тоже, что их из космоса видно.

Я обрадовался:

– Вот!

А Юра продолжает:

– Привлечём внимание. И как раз таким образом с вырубкой бороться будем. Нужно ещё несколько таких мест накидать, чтоб понимать, в какую сторону двигаться.

Я говорю:

– Без проблем. Подумаем с мужиками. Да и студентов привлечём. Тем более что здесь в этом направлении у тебя конкурентов не будет, ты будешь первопроходцем. А если ты сделаешь экологическую тропу, там же плату за вход брать можно, и кто приезжать будут, хоть самостоятельно, хоть от других туроператоров, они ж тебе денежку платить будут. И это я ещё молчу про сувенирные лавки! Возьми тот же Манжерок в Горном! Там же какой оборот? А если ты построишь павильоны, аренда чья будет? Твоя!

Юра такой засмеялся и говорит:

– Да я об этом в первую очередь подумал! Но тут важно с местом определиться. От места, как ни крути, тоже многое зависит.

Я тоже засмеялся: к кому я с советами лезу? Он лучше меня фишку рубит.

Говорю:

– Я-то, конечно, по нашему краю много где езжу, и красивых мест много знаю. Рассказывать могу часами. Но здесь же нужно ещё, чтобы изюминка какая-то была.

А Юра так усмехнулся и говорит:

– Ты мне про эти места расскажи, впечатления свои, что ты там интересное видел, какие достопримечательности, дай мне свои эмоции. А я уж подумаю, как это подать можно.

Ну я и рассказал. Про бобров, про их плотины, как по ним переходим речки, и про всякие там молодые осинники, про то, как леса растут, про зверей опять же, какие где водятся.

Рассказываю, рассказываю, а потом вдруг в голову мысль пришла, что если на нашей Обаме появится эта самая экологическая тропа, и будут ходить туристы, то какая ж там охота будет?

А потом думаю, ну и ладно! В этом месте не будет, в другом будет. Леса у нас огромные, места много, зато сохраним природу. По большому счёту, важнее сохранить природу, чем какие-то наши охотничьи места. Хоть и грустно это. Но это меньшая из потерь.

Дальше начал вспоминать, где какие растения, где какие животные. У нас здесь много эндемиков, то есть и растений, и животных, которые встречаются только вот в этой местности. Те же огоньки, например. Они растут только в западной части Южно-Сибирских гор, большую часть из которых составляют Алтайские горы. А больше нигде в мире их нет. Ну или краснокнижные животные и растения – их тоже много. Так что для экотуризма тут настоящая золотоносная жила! Можно опять же таблички с информацией сделать, чтобы туристы изучали и потом по незнанию не рвали редкие растения.

В общем, повспоминали, понакидали. Я Юре на карте метки скинул, чтобы он мог карту рассмотреть, потому что нужно же оценить и размеры этой тропы, и как её лучше проложить. Где там дорога будет, где стоянку делать, где туалеты, где кафешечки, чтобы люди погуляли, пришли, сели в кафе, перекусили, подкрепились и дальше поехали знакомиться с Алтайским краем.

И если вот таких мест интересных много будет, то вот эти вот туры выходного дня они же вообще очень распространены станут. Можно будет съездить, посмотреть, погулять любому человеку.

И опять же, экологическая тропа – это экологическая тропа. Это не надо по горам шариться, через кочки прыгать. Здесь по деревянным мосткам идёшь, в каких-то местах лавочки можно поставить, чтоб устал человек, присел, отдохнул. Да и даже если на инвалидной коляске… Можно будет по этим деревянным мосточкам и на инвалидной коляске проехать. Так что получится, что охватим самые широкие слои населения. С точки зрения социального развития вообще очень хорошая идея – с этими туристическими тропами.

Сказал это Юре, а он кивает, говорит:

– Об этом я тоже уже подумал, что социальная значимость проекта может быть очень и очень даже красивая.

В общем, посидели, поговорили, обсудили с ним, ну и разошлись.

Юра пошёл дальше обдумывать идею. А я подумал, может быть ещё кому-то из своих постоянных заказчиков, с кем у меня хорошие отношения, позвонить? Сел в машину, телефонную книжку полистал. Но там из тех, кто отозвался бы… Есть водники. Они ездят сплавляться по рекам. У меня с ними очень хорошие отношения. Но там просто друзья договариваются, все в разных местах работают. Есть среди постоянных клиентов ролевики или реконструкторы. Они ездят в игры играют. По большому счёту тоже молодёжь активная. Как клуб любителей фольклора Петра Алексеевича. Но как их привлечь к нашей теме, пока не знаю.

Решил, что пока не буду гнать. Посмотрим, как с Юрой дела пойдут. А то не очень хорошо будет, если я ему рассказал идею, и ещё какому-то оператору расскажу, и они вместе пойдут разрешение получать, один другого обойдёт, и вопросы ко мне появятся. Как-то это не очень хорошо будет. Поэтому решил пока подождать немножечко. Сейчас я удочку закинул, дам Юре несколько дней, чтобы у него там всё улеглось и как-то созрело. А потом снова позвоню и спрошу у него, надумал ли чего. Если решит не связываться, тогда других туроператоров искать буду.