Текст книги "Слеза дождя (СИ)"
Автор книги: Анна Ветер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 19 страниц)
– Ты что, не слышал, что я тебе тут говорил? – воскликнул он, от переживания переходя на менее уважительное обращение. – Сгинуть захотел? Девка твоя уже в лесу!
– Не кричи, дед. Есть малину я не собирался – с детства ее не перевариваю. Объелся как—то в младенчестве и с тех пор на дух не переношу. Просто посмотреть хотел. Подумать, как напарницу вызволять.
– Не перевариваеть он! Многие так говорили. Только вот где они сейчас?
– Просто ты дед не видел, как меня три дня полоскало. – усмехнулся Ник. – Ты бы мне лучше показал, где у вас тут ведунья деревенская живет. – спросил он, быстро что—то обдумав.
– Пошли, покажу.
Староста, казалось, с превеликой радостью пошел прочь от малинника, на который старался даже не смотреть. По ходу, метрах в десяти от места, где они стояли, Никклаф увидел небольшую табличку, написанную кривыми буквами, неровно прыгающими по строчкам.
'Малиновые дебри!
Путник, будь осторожен!
Не ешь малину, иначе сгинешь!'
Колдун лишь покачал головой. Кого они хотят напугать подобной писаниной? Текст предупреждения больше походил на простую пугалку, которую можно было бы перевести примерно так: «Не собирайте нашу малину! Мы сами ее будем собирать!»
Через полчаса Никклаф со старостой разработали небольшой план действий и отправились к малиннику. Староста шел чуть позади.
– Может, не пойдешь? – тоскливо просил он, когда подошли к кустарнику. – Выстоять же невозможно!
– Почти невозможно. – поправил его Ник. – Не забывайте, что маленький мальчик выстоял.
– Да после этого мальчугана, с такими же убеждениями, за неделю сразу еще человек десять пропало. А уж малина после них так и поперла! Мы в тот год даже жечь ее пытались, чтоб не разрослась слишком.
– И что, удалось? – с надеждой посмотрел на него колдун.
– Ага, как же! Правда дальше заросли не пошли, поняли видать, что народ недоволен… А вот гореть не горели!
– В таком случае, остается только мой вариант. – пожал плечами Ник и поправил ремень.
– Слушай, ты если там правда устоишь супротив ягод, когда свою подругу—то искать будешь, посмотри, может, мою Желенку увидишь. Она же только неделю назад туды ушла. Может, жива ещо.
– Конечно. – кивнул колдун. – Давайте повторим. Я иду в лес, найду, кого смогу, а потом выведу сюда. Вы с крепкими мужиками прячетесь тут рядом. Как только я дам сигнал, хватаете всех, кого сможете и держите. Если мой план удастся, то тот, кто покинет дебри, больше туда возвращаться не захочет.
– Ты только выведи, а уж мы не подкачаем! – заверил его староста.
– Тогда я пошел. Скоро солнце к горизонту потянется, а дел еще предстоит…
Он перешагнул небольшой ров, вырытый селянами перед кустарником малины, и врубился в малиновые дебри.
***
Лес встретил его дружелюбно, можно сказать ласково. Солнце казалось светило лишь для того, чтобы все могли наслаждаться прогулками по этим таким правильным и уместным тропинкам, между малиновых кустарников. Только вот так привычного щебетания птиц, тут совершенно не было слышно. Даже вороны не каркали.
Никклаф прошел немного вглубь, осматриваясь по сторонам и, наконец, посмотрел на ягоды. Невольно на его лице заиграла улыбка. Они были такие красные, спелые и наливные, что казалось, что это самые прекрасные ягоды на свете! Ягоды малины висели, матово отражая в своих боках солнце, словно огромные рубины. У колдуна во рту невольно образовалась слюна, он поднял глаза вверх, а потом снова посмотрел на малину. Ему показалось, что буквально минуту назад, эти же самые ягоды были немного меньше… Показалось? Он отвернулся, посмотрел на макушки виднеющихся впереди сосен, изучил облачко на небе и снова вернул взгляд на малину. Он был готов поклясться, что висевшая к нему ближе всего ягода, стала как минимум в два раза больше! Невероятно. Ник усмехнулся и продолжил свой путь, внимательно выискивая в зарослях людей. У него здесь была определенная цель.
Но дебри не хотели сдаваться. Через несколько метров прямо перед колдуном, словно преграждая ему дорогу, появился куст, сплошь усеянный красными сочными ягодами. Одним этим кустом можно было наполнить целую корзину! Даже ягоды на нем не были разбросаны хаотично как обычно, а висели гроздьями, словно заморский виноград, который приходилось видеть Никклафу. Чудеса… Колдун подумал, что стоит только протянуть руку и малина сама посыплется в твои ладони. Он, как завороженный приблизился к кусту и снова почувствовал, что его губы пересохли, словно ожидая поцелуя любимой женщины. Он облизал губы. Вряд ли от одной ягодки ему будет плохо. Это такая малость. Да… Стоит попробовать. К тому же у него отвращение к вкусу малины и его сразу вырвет. Да—да, вырвет. Ник потянулся к большой ягоде и та, словно прочтя его мысли, потянулась к нему. Колдун нахмурился. Потянулась? Его разум, уже почти затуманенный видом малины, неожиданно снова включился. Малина сама падает в руки⁈ Он опять проделал те же манипуляции – приблизил ладонь, убрал, приблизил, тут же убеждаясь, что ветки малины тянутся к человеку, предлагая съесть плод!
– И не уговаривайте. – усмехнувшись, проговорил колдун, понимая, что чуть не попался.
На малину он больше не смотрел, старательно обходя ветки, упорно «кидающиеся» ему под ноги. Он искал ведьму.
Вилью он увидел лишь минут через пятнадцать. Она стояла возле одного из кустов и целыми горстями засыпала ягоды себе в рот.
– А я тебя ищу. – как можно мягче проговорил колдун, не зная, чего от нее ожидать.
– Да? – казалось, удивилась она. – Я же сказала, что буду есть малину.
– Да, но ты начала ее есть с краю малинника, а теперь уже почти в центре леса.
– Правда? А я не заметила. – она потянулась за очередной ягодой и положила ее в рот. – Ммм… Блаженство. – проговорила она, прикрывая глаза. – Наверное, здесь ягоды крупнее и вкуснее, вот я и незаметно сюда пришла.
– А… Может, пойдем уже в деревню? – решил всё же проверить Никклаф.
– Ты что? Здесь еще столько малины! Я не наелась.
– Так мы еще нормальной еды не ели. Вот поедим, и снова вернешься сюда. Там стол накрыли…
– Да ну. Я малины поем. – фыркнула ведьмочка и засыпала в рот очередную порцию ягод. – А ты чего не ешь? – спросила она.
– Эту малину? Фу! – сморщился колдун. – Это так, песок, по сравнению с колдовским малинником. Эти ягоды и призваны—то только отвлекать, всех входящих в этот лес от настоящей малины.
– Да? – заинтересовалась ведьмочка, а ее глаза уже выискивали следующую ягоду. – А где это?
– Да ты всё равно туда не сможешь пройти… – равнодушно проговорил Ник.
– Это почему еще?
– Потому что ешь эту малину. Я же сказал, что она здесь специально растет – кто ее наелся, в колдовской малинник не попадает…
Виль ненадолго задумалась, видно представляя, какие ТАМ могут быть ягоды, и непроизвольно сглотнула. Тоскливо посмотрела на ягоды перед собой и снова перевела взгляд на колдуна.
– И что делать? – чуть не ревела она, при этом машинально, продолжая подкладывать в рот ягоды.
– Ну… – «задумался» колдун.
– Пожалуйста! – взмолилась ведьма. – Я так хочу попробовать той малины!
– Если только сделать настой из травы… Я видел такую травку на поляне, когда заходил в лес.
– Я не пойду в деревню. – предупредила ведьма и даже отступила на шаг назад, выставляя впереди себя колючие ветви малины.
– Тебе даже из леса выходить не придется, чтобы собрать эту траву! – фыркнул Никклаф. – Если хочешь поесть колдовской малины, то пошли. Иначе я уйду туда один.
– Уже иду.
Через пару минут им встретилась женщина. Она кивнула на приветствие колдуна и отвернулась, торопясь съесть ягоды, пока это не стали делать незваные прохожие.
– Нужно ее тоже позвать. – сказал Ник ведьме.
– Это еще зачем? – тут же нахмурилась та.
– Понимаешь, колдовской малинник, он на то и колдовской. Чем больше народа туда пришло, тем крупнее и больше там малина. Ну, вроде как, чтоб на всех хватило.
– Да? Тогда ты ее уговаривай и давай еще походим, народ поищем! Пусть малина будет воооот такая. – она развела руки, показывая арбуз средней величины.
– Давай, поищем. – спокойно согласился колдун, как только закончил живописать о чудо—малине женщине, и они принялись прочесывать малинник.
Сама площадь малинника, как оказалось, была невелика – с одной стороны разрастаться его не пускали деревенские, а с другой агрессивные кустарники удерживал сам лес, еще не утративший древней магии. Поэтому, интенсивно побегав по зарослям около получаса, колдуну с ведьмой удалось собрать и уговорить на новые подвиги достаточное количество народу – чуть больше десятка самого разного возраста. Люди подозрительно посматривали друг на друга и продолжали педантично обрывать и есть малину.
Колдун вывел их на поляну и воззвав все свое красноречие, быстро обрисовал все прелести колдовского малинника, равнодушных не осталось. Потом он изобразил бурную деятельность, якобы собирая, а потом, приготавливая настой из трав, который и поможет пройти к заветному малиннику. Как он и предполагал, затуманенные малиной люди мало следили за его действиями, обдирая ягоды по краю поляны. Никого из них даже не заинтересовало, как можно приготовить настой без костра и настаивания – просто приняли к сведению, что настой уже готов. И неважно, что он был просто извлечен из кармана…
– Сейчас мы пойдем к кромке леса. – снова завладев их вниманием, громко сказал колдун. – Там выпьем настой, немного подождав его действия, и… добро пожаловать в место самой крупной малины на земле! – все одобрительно загудели. – Только хочу предупредить. Перед приемом нужно хотя бы минут десять не есть. – сказал он, будучи твердо уверен, что ни один из них не сможет устоять и съест хотя бы ягодку. – Пошли!
Кусты малины чуть ли не кинулись им под ноги, вероятно почуяв, что добыча ускользает. Но колдун, словно ледокол четко двигался к цели, а люди, помешавшиеся на малине постанывая и ворча, двигались за ним. Было чувство что все они движимы не желанием отведать необычайно вкусной малины, а то, что ее кто—то сможет отведать без них.
Наконец впереди появились просветы, в которых просматривалась дорога, а немного погодя стали видны и кусты, росшие по берегу реки. Никклаф остановился и демонстративно открутил крышку бутылки с «настоем», который был обычным рвотным, приготовленным ему местной знахаркой. Бутылка пошла по кругу. Каждый делал отведенных ему два глотка и передавал сосуд дальше. Первой согнулась пополам Виль. А затем подобная реакция последовала дальше – выпившего настой, через пару минут начинало рвать.
– Почему меня рвет? – возмущенно прохрипела ведьмочка, кое—как на время принимая вертикальное положение. – Это отрава?
– Почему? Почему⁈ – вскинулся Никклаф. – Я предупредил, что десять минут ничего в рот не класть! Ты ела малину?
– Э… Я только одну! Не удержалась. – потупилась ведьма, сразу снова сгибаясь над травой.
– Судя по всему, другие тоже не удержались. – Ник медленно обвел всех жестким взглядом, как бы обличая в невыполнении договоренности. – Хотите еще более крупной, вкусной и сладкой малины? – получив целый ворох кивков от бледных людей, он продолжил. – Сейчас настойка начнет действовать. Не ешьте ягод! Буквально через десять минут мы будем на месте!
– А где эта малина? – облизнулась маленькая старушонка, скрепившая сморщенные ладошки между собой, чтобы не тянуться к малине, которая, продолжала навязывать свои ягоды, почуяв отстранение людей.
– В колдовском малиннике. Сейчас выйдем к кромке леса…
– Что? – заорало сразу несколько глоток. – Мы из леса не пойдем!
– Да? – усмехнулся колдун. – Ваше дело. Только как вы собираетесь попасть в самый большой и зачарованный от таких как вы малинник? Вы как сюда попали? Вошли в лес и… И как же вы считаете можно попасть к колдовской малине? Только зайдя в лес снова, только по—другому. Так, как скажу я! – выдал Ник, ощущая себя оратором на трибуне. Чувствовал при этом он себя наиглупейшее. – Нужно лишь отойти от леса на пару шагов, а потом, по моему сигналу, снова зайти.
– А… Так бы сразу и сказал, что вход туда с краю леса. – пожал плечами здоровый мужик. Он—то как сюда попал? Тоже малины захотелось? Нужно будет потом у старосты спросить…
– Ладно, мне некогда с вами трепаться. – махнул рукой Ник. – Кто со мной, пошли. Кто решил продолжать пастись, словно коза среди этой мелкой недозрелой ягоды, пусть остается. – он галантно подставил свой локоток Валентине. – Вас проводить?
***
Из леса вышли дружным строем. Отошли на два оговоренных шага и повернувшись лицами к малиннику, стали ожидать сигнала колдуна, который «высчитывал нужный момент».
Никклаф нервничал, оглядываясь назад. Где же они? Неужели не пришли? Тут конечно спрятаться особо негде, но можно было травой прикрыться или ямки небольшие выкопать. Ему одному их всех не переловить, даже истрать он весь свой колдовской резерв на заклинание, которое может обездвижить, часть силы высосет лес. И тянуть—то уже некуда.
– Итак. – громко проговорил он. – Готовимся и…
Откуда—то буквально из воздуха вынырнула невероятная масса народа, одним единым фронтом кидаясь на зачарованных односельчан. По двое, а то и по трое, они хватали мужиков и женщин и тащили, катили, несли их дальше от леса. Из знакомых мелькнула спина кузнеца, вон староста удерживает женщину, которая рвет на нем рубаху… Даже дети не остались в стороне, проворно и быстро связывали ноги «любителям малины». Кто—то подскочил и к нему, помогая справиться с беснующейся ведьмой. Ник заранее одел на шею амулет против ведьменского колдовства, снятый у разбойников – Валентине он, конечно же, об этом не говорил.
Через несколько минут, связанных и сваленных подальше от леса малинопоклонников, Никклаф обездвижил и сел на траву с остальными селянами. Теперь нужно было выждать около часа – чистка желудка, плюс освобождение от влияния леса, скоро должны были возыметь свое действие – очистить затуманенный разум людей. Ник оглядел «подельников». Молодцы! Сообразили попросить ведунью отводящие взгляд чары, чтобы не выдать свое нахождение раньше времени. Та небось после такой обширной волшбы месяц в постели проваляется… Зато как удачно! Ник прикрыл глаза и лег на траву.
Когда солнце коснулось горизонта, осторожно, словно пробуя, так ли ему будет там мягко, сваленный на пригорке народ начал приходить в себя. Люди тихо выслушивали историю своего исчезновения от своих близких, округляли глаза и… ревели, ревели и ревели. Ревели почти все и мужики и женщины и дети. Ник снял заклинание неподвижности и бывших зачарованных начали потихоньку развязывать. Больше всего Никклафу хотелось поскорее убраться отсюда, но посмотрев в глаза ведьмочки, так и сыплющих искрами, он решил переждать еще немного. Поискав глазами старосту, который стоял рядом с кузнецом, он направился к нему.
– Среди них есть твоя дочь? – спросил колдун у старосты, видя его радость.
– Да. Даже обе!
– Как? Но ты же… – немного растерялся Ник, прекрасно помня, что речь шла об одной дочери.
– Я сам не верил, что она вернется. Уж почитай скоро годок бы стукнул, как она в дебрях—то сгинула. Ан нет, выжила моя Силеночка. И жених ее туточки.
– Где?
– Да вот они, стоять, милуются…
Колдун посмотрел в указанном направлении и увидел женщину лет сорока и мужчину примерно такого же возраста. Они действительно стояли вместе и тихо о чем—то переговаривались.
– Силена—то перед самой свадьбой в лес побегла, думала ягоды ентой колдовской набрать, да на приданное побогаче заработать, а оно воно как обернулось…
– А сколько лет вашей дочери? – нахмурился Ник, прикидывая, что та банально засиделась в девках.
– Да вначале лета девятнадцать годочков исполнилось.
– Девятнадцать?!! – округлил глаза колдун.
– Дык лес—то у нее жизню высосал, вот и повзрослела раньше времени кровиночка моя.
Никклаф еще не успел переварить услышанное, как к нему обратился кузнец.
– И от меня благодарность прими. – проговорил он сочным басом. – Мать моего пострела спас. – колдун перевел взгляд на толпу и выискал глазами Флатчика, стоящего рядом с женщиной, встреченной ими первой. – Когда она пропала, я парня—то к себе взял, негоже мальцу в сиротах ходить. Теперь вот, наверное, женюсь на его матери. Ее—то мужик в реке утоп.
Колдун кивнул и направился к Валентине – теперь он знал, как избежать ее гнева, да еще быть в выигрыше. Он развязал ее, а потом вернул способность говорить и двигаться.
– Ты что, совсем рехнулся? – злобно зашипела она от обиды, стоило ей вырваться на свободу. – Сначала меня какой—то отравой поишь, потом обманом выманиваешь из леса и в довершении всего еще и силой удерживаешь от того, чтобы я ПРОСТО ПОЕЛА МАЛИНЫ!!! Ты сошел с ума? – «заботливо» спросила она.
– Да нет… С ума чуть не сошла ты. – пожал плечами Ник.
– Я только ела малину!
– Ты только ела малину в Малиновых дебрях, которые завлекают людей своими ягодами, затмевают им разум и высасывают жизненную силу.
– Бред! Бред сивой кобылы! Как ОБЫЧНАЯ малина в ОБЫЧНОМ лесу может сделать все это?
– Так же, как ты и я умеем колдовать. Вон видишь, стоит парочка влюбленных? – Виль посмотрела в указанном направлении и утвердительно кивнула. – Как ты считаешь, какого они возраста?
– Ей лет тридцать пять – тридцать восемь, а ему… Ему где—то под сорок. – прикинула Вилентина, забывая о том, что нужно кричать и топать ногами.
– Год назад, до того как они отправились за малиной, чтобы подработать к свадьбе, им было по восемнадцать лет. – выдал колдун и, дождавшись, пока смысл сказанного дойдет до ведьмы, добавил. – Ты, как мне помнится, хотела выйти замуж? Может, мне действительно не стоило так торопиться, тогда бы и проблем у меня с тобой было значительно меньше.
Ведьма тупо посмотрела на него, снова на парочку, опять на него и неожиданно взревела диким голосом, заставив вздрогнуть всех, кто стоял рядом:
– Зеркало мне! Дайте мне скорее зеркало!
Чтобы больше не подвергать себя такой звуковой атаке, селяне быстренько предоставили дурной ведьме зеркало. Она критически себя осмотрела и пришла к выводу, что подвергнуться старению не успела, что ее несказанно утешило. Тяжелый взгляд, не суливший ничего хорошего, метнулся к кустарнику ее любимых ягод.
– Ник, будь так добр, напомни этим милым людям, что пора расходиться по домам. – медленно проговорила она. – Вон и солнце уже село…
Тон, каким это было сказано, пробирал до мурашек, к тому же колдун, находившийся в компании с этой девицей, озадаченно посмотрел по сторонам – умный народ понял, что действительно пора спешно разбегаться по домам… Через пять минут дорога снова выглядела пустынной. Никклаф вернул взгляд к ведьме.
– Слушай, эти дебри довольно сильны. Даже мне не удалось на них повлиять. Я не думаю…
– А ты и не думай. – пошла к лесу Виль. – Я кто? Природник. Поэтому эти дебри – мой противник, а не твой.
Колдун решил, что в данном случае лучше не спорить. Он молча подошел поближе, чтобы контролировать ситуацию и замер в ожидании. Ведьма на секунду прикрыла глаза, ее губы произнесли лишь одно слово, руки вытянулись вперед и… кустарник застонал. Именно застонал! Никклаф еще подумал, что имей малинник возможность убежать и забиться в какую—нибудь яму, он бы непременно так и сделал. Кусты переднего ряда пожелтели, ягоды превратились в сморщенные черные точки, даже ветки стали походить на высохшие палки.
Ведьма прекратила нападки, медленно осмотрела дело рук своих и выпрямила спину.
– И чтобы больше не смел трогать людей! – прошипела она, обращаясь к малиновым дебрям. – Я здесь оставлю свои позывные – если что не так, вернусь и уничтожу тебя. – она сделала внушительную паузу. – Но, так как всем нужно есть… порекомендую властям приводить сюда на витаминизацию разбойников и убийц. Надеюсь, мы договорились.
Ведьма развернулась, и Ник поразился ее виду – впалые щеки, мешки под глазами, бледность на уровне покойника. Он, конечно же, ощутил у нее потерю энергии, но чтоб настолько… Она сделала пару шагов и споткнулась и почти рухнула в его объятья. При поддержке бывшего судьи ведьмочка на своем упрямстве прошла еще метров двадцать, а потом просто повалилась без сознания. Колдун подхватил ее на руки и, почти не ощущая веса девушки, быстро зашагал к дому старосты.
Улицы в деревне были совершенно пустыми, звук шагов колдуна разносился далеко вперед. Лишь у ворот старосты, в последних отблесках света, было видно, что хозяин дома сидит на лавке.
– Знал, что вы придете. – улыбнулся он. – Вот и комнату распорядился приготовить. А что это с вашей девушкой? – пожилой мужчина встал и поспешил вперед, показывая дорогу. – Я слышал, выл кто-то… – упомянул он вскользь, мало рассчитывая на ответ.
– Она договаривалась с вашим малинником, чтобы он больше людей не трогал. – шагая за мужиком проговорил Никклаф. – Это дебри и выли, не хотели идти на соглашение, но она их убедила. Только вот сил много потеряла.
– Это ж надо! – только и смог сказать староста и ускорился.
В доме их встретили две женщины – жена старосты и, как уже знал Ник, его младшая дочь. Они, ни слова не говоря, проводили гостей в большую комнату, помогли уложить на кровать Валю и принесли таз с горячей водой. Выпроводив мужчин, женщины принялись раздевать ведьмочку и растирать ее тело. Лишь полчаса спустя жена старосты вышла.
– Ваша девушка пришла в себя. – сообщила она. – Дочка сейчас оденет ей сорочку. Вы пока с ней поговорите, а я чаю с медом приготовлю, чтобы спалось лучше.
Никклафа упрашивать не пришлось. Стоило девушке покинуть комнату, предназначенную им для ночлега, он тут же протиснулся к ведьмочке.
– Смотри, какую на меня одели прикольную майку. – улыбнулась она, увидев знакомое лицо. – Хоть сейчас снимайся в фильме про приведений.
Колдун лишь покачал головой.
– Ты сейчас и выглядишь, как приведение. И что ты сцепилась с этими дебрями? – вздохнул он, присаживаясь на стул рядом. – Волос седой нашла или морщинку?
– Нет. – едва заметно помотала головой Валя, ее улыбка растаяла. – Просто я как в себя пришла, вспомнила, что в малиннике видела женщину. Ей вдруг плохо стало, она пошатнулась и упала. Тогда я это чисто машинально отметила и тут же забыла. Это еще ничего… Только ведь я через пару минут перешла на то место, увидев, что там малина больше, да сочнее. Женщины на траве уже не было. Выходит, я ела малину, наполненную ее смертью?
Колдун не ответил, но Виль и не ждала ответа – она его знала и без этого. Несколько минут прошло в тягостном молчании, а потом на губах ведьмочки появилась тусклая, но такая знакомая усмешка.
– Знаешь, что мне сказала жена хозяина? Что я еще слишком слаба и ночью меня может знобить, поэтому хорошо, что я не одна – мужчина согреет. Так что, если не хочешь, чтобы я превратилась в ледышку, придется тебе охранять мой ночной сон, в непосредственной близости.
– Ну… – «задумался» колдун. – Ты же ночью не кусаешься, да и храпа я от тебя не слышал. Почему бы и нет?
***
В комнату вошла жена старосты и протянула Вилентине кружку с ароматным чаем.
– Муж сказал, что теперь малина наших людей забирать не будет? – тихо спросила она, посмотрев по очереди на колдуна и ведьму.
– Должна присмиреть. – кивнула Виль. – Правда ее иногда «подкармливать» придется. Договоритесь с соседями о поставке разбойников, убийц… Сами можете собирать малину, но пока все равно под присмотром – один собирает, двое караулят. – она отхлебнула чая и на секунду зажмурилась от удовольствия. – Так, тем, кто присматривать будет… – ведьмочка попросила колдуна подать ей ее рюкзак, пошарилась там немного и извлекла пачку жвачки «Dirol». – Пусть первое время берут в рот по одному кубику и жуют, чтоб малины не хотелось. – женщина осторожно приняла упаковочку, разглядывая ее с интересом. – Здесь двенадцать штук, то есть на шесть прогулок в дебри под двумя присмотрщиками хватит. Выйдут из малинника, выплюнут.
– Надо же, неужели весь этот страх закончился? – пустила слезу женщина. – И дочки мои вернулись…
– Только пока толпой за малиной не ходите. – решил предостеречь колдун. – Как вам сказали – для начала будьте бдительны. И про прикорм не забывайте – любой голодный хищник становится людоедом. Да и малина станет мелкой да горькой.
– Конечно. – закивала жена старосты. – Я всё мужу скажу.
Виль смачно зевнула и женщина, пожелав спокойной ночи, поторопилась уйти, крепко прикрыв за собой дверь.
– Задувай свечи и лезь меня греть. – распорядилась Вилентина.
– Как скажешь. – отвесил короткий поклон Ник.
Он снял куртку, ремень, сапоги, перелез к стене и устроился рядом с ведьмой.
– Эй, я вся такая чистая, а ты ко мне в одежде! – недовольно запыхтела Виль.
– Я без одежды замерзну. – «грустно сознался» колдун. – Тогда нас греть уже обоих нужно будет.
– Мрак! И с этим человеком меня сцепила неведомая сила! И что я ей такого плохого сделала?
– Меня тоже обуревают подобные вопросы. – серьезно отозвался Ник.
– Ты свет не выключил! – напомнила ведьма, отставляя пустую кружку.
– Какой ужас. – спокойно отозвался Никклаф, щелкнул пальцами и свечи потухли.
В комнате повисла тишина, лишь изредка нарушаемая негромкими перемещениями по дому, еще не ложившихся спать хозяев.
– Откуда всё это взялось? – вдруг тихо спросила Виль. – Малиновые дебри, разбойники, истребляющие ведьм под защитой амулета, оборотни? Почему никто не борется с этим?
– Природная магия стала исчезать из мира. – через некоторое время прозвучал голос колдуна. – Истончаться. Все меньше сил у монархов, всё меньше рождается ведьм. В общем, дело в том, что никто не в силах остановить рост подобных аномалий.
– А я всё равно не поняла – как, почему это всё появляется?
– Раньше в мире было три силы природной магии, которые передавались из поколения в поколение и контролировали любые чуждые проявления. – над кроватью появились три маленьких светящихся шарика.
– Раньше? А где они сейчас? – Виль улыбнулась такому неожиданному светопреставлению.
– Одна, насколько известно из легенд, заключена в нож. – один шарик исчез.
– Почему?
– Никто не знает. А если и знает кто, то не говорит.
– А дальше?
– Что дальше?
– Где еще две силы? – ведьмочка ткнула в оставшиеся шарики.
– Еще одна покинула наш мир. – второй шарик словно стали закрашивать, пока он не пропал с глаз.
– А третья?
– Третья просто пропала. Сгинула, растворилась в воздухе. – последний «светлячок» медленно стал гаснуть и вскоре тоже пропал. – Помнишь, я говорил, что три ведьмы бросили этот мир? Так вот, это и есть эти три силы.
– Так они, наверное, не виноваты! И разве нельзя вытащить из ножа первую, вернуть вторую и…
– Для начала нужно хотя бы знать, где этот нож. – возразил ведьме Ник. – К тому же, в легенды верят только дети. Вернуть вторую говоришь? Она решила бросить наш мир, а мы ей «вернитесь, пожалуйста!», очень нужно…
– Может, у нее причина была⁈ – встала на защиту неизвестных ведьм Вилья. – Может, ее кто обидеть хотел, и она просто спряталась на время⁈
– Ага, ты еще скажи, что она только и ждет, чтобы вернуться, только вот никто ее несчастную не зовет!
– Скажу! И про третью силу скажу. Третья вообще не могла сгинуть! Она же энергия этого мира. Как интересно энергия могла раствориться в воздухе, а? Она не пропала, она где—то поблизости околачивается! Просто прячется, вероятно.
– С чего ты взяла? От кого? – хмыкнул колдун и снова пустил под потолок небольшой шарик.
– От того, кто запрятал первую в нож и заставил сбежать вторую! – если бы Вилентина сейчас стояла, то непременно бы топнула ногой.
– Чушь! Кто мог это сделать? – не мог с ней согласиться Ник.
– А кто тут у вас такой сильный, что мог запросто с тремя ведьмами повздорить?
– Да ты спятила! Три ведьмы подобной силы ни одному не одолеть!
– Да? А по одной? Так сказать по одиночке?
– Всё равно чушь. – уже не так уверено проговорил Никклаф. – Да и кому это надо?
– Ты сам говорил, что когда—то ведьмы и колдуны нормально уживались.
– Они и сейчас…
– Ага, сейчас. Сейчас ведьмы находятся под пятой колдунов! Чуть что не так, сразу на костер! А с чего это вдруг колдуны окрысились на ведьм и стали им диктовать что, да как нужно делать? Колдуны ведь ни грамма не понимают в природной магии!
– Ну, ты загнула…
– Да что ты говоришь! Ты еще не понял? Кто-то из ваших колдунов и изгнал эти три силы из мира. Почему? Одному ему известно!
– Кому?
– Тому! – выдохнула ведьма, уже немного устав от спора, и на мгновение задумалась – А действительно, кому? Кто мог справиться с тремя мощными ведьмами, хоть и по одиночке? Кто так ненавидит ведьм…
– Хамамелис! – резко произнесли оба и притихли, обдумывая новую версию этой истории.
– Если, всё было именно так, как ты говоришь, – задумчиво проговорил колдун, – то, судя по времени (он самый старший из колдунов) и силе (про силу я вообще молчу) только Хамамелис мог такое сотворить. Если подумать… Только подумать! – предупредил он, взглянув на кивающую ведьму. – Если подумать, что все его законы призваны принизить, ущемить силу ведьм и «забыть» то, что умели их бабки, то, в общем, можно согласиться с твоей теорией. Но тогда возникает вопрос: Почему? Нет, два вопроса. Почему? Зачем? – под конец рассуждений колдун выглядел несколько обескураженным, даже растерянным.
– Мне бы тоже хотелось знать! Как будто одна из них наступила на его любимую мозоль и не извинилась. Но все доводы в этом деле говорят не в его пользу. – ведьмочка немного помолчала, обдумывая сказанное. – Слушай, – резко повернулась она к Никклафу всем телом, – а давай решим эту задачку? Может это и есть тот подвиг, который нам нужно совершить, чтобы расстаться⁈
– Подвиг, говоришь? – усмехнулся колдун. – И как ты рассчитываешь «решить эту задачку»? Пойти и спросить у самого Хамамелиса, не он ли сотворил всё это зло?
– Зачем? Если всё, что мы предположили…
– Ты предположила!
– Хорошо, я! Зачем отказываться от лавров? Так вот, если всё, что Я предположила, верно, то в этой истории есть и другая сторона – ведьмы! Нам лишь нужно постараться найти или их самих, или их силы.
– Как у тебя всё просто! Ни тех, ни других не видели уже более трехсот лет!
– И что? Не видели, это не значит, что их нет! Ведьма, которая скрылась из этого мира уже вполне могла вернуться, рассеявшаяся сила могла найти нового носителя, а третья… С третьей вообще никаких проблем – найти ножик и все дела!
– Найти ножик? Да даже доподлинно не известно, существует ли он и именно он, а не вилка какая—нибудь, например!
– Да, знаний по этому вопросу у вас не отнять… У вас их просто нет! – буквально на пару секунд задумалась ведьма. – Так давай мы это и выясним! – просияла она уже мгновением спустя.
– Можно подумать, я смогу тебя теперь остановить. – хмыкнул колдун и щелкнул пальцами – освещение снова пропало. – Давай спать, а завтра так сказать на свежую голову, обсудим этот вопрос.
