Текст книги "Хранители Ардеа. Зелье для двоих (СИ)"

Автор книги: Анна Василевская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 17 страниц)

Анна Василевская
Хранители Ардеа. Зелье для двоих

Глава 1. 15 сентября Талия

Поезд прибывал в столицу рано утром. Талия вышла на перрон и огляделась: мощеные улицы, толпы снующих туда-сюда людей. Какой-то парнишка сунулся было к ней, чтобы помочь с багажом, но Талия на него зыркнула, и он скрылся в толпе.

Одета она была явно не по погоде. На севере в это время уже дули холодные ветра, снег еще не лег, но ночами температура опускалась так, что на деревьях образовывался иней. В столице же было достаточно тепло, многие ходили без верхней одежды – плотные рубашки или платья.

Талия вздохнула и расстегнула свою теплую кожаную куртку, закинула сумку на плечо и двинулась к зданию вокзала. В столице она была пару раз с матерью, которая приезжала во дворец обсуждать дела их княжества, расположенного на севере страны.

Хоросское княжество находилось на границе с Ледяной пустошью, на которой не обитало ничего живого, а вот нежить оттуда приходила регулярно. И одной из важных задач княжества была защита Эсталии, с чем девы-воительницы справлялись отлично. Они и были основой жителей этого княжества. Вся их жизнь была служением Эсталии. Война и тренировки – все что видела Талия за свои 19 лет. Ей было этого недостаточно.

Уточнив местонахождение столичной Академии магии, она вышла на привокзальную площадь. Проще всего было доехать общественным транспортом – омнибус останавливался неподалеку. Но набилось в него народу так, что не протолкнешься. Еще и жара эта, непривычная для Талии.

Из-за всего этого она и потеряла бдительность, заметив неладное, только когда подросток выскочил на одной из остановок, унося ее кошелек в ловких руках. Талия выскочила следом и понеслась за ним.

– Стой! – возмущенно кричала она.

Людей на тротуаре было уже много в этот утренний час, но ее высокий рост и крепкое телосложение, смотрелись внушительно в толпе, и потому люди старались расходиться в разные стороны, давая ей проход.

Мальчишка скрылся в подворотне, куда завернула и Талия. И тут же остановилась, потому что навстречу ей вышли трое крепких парней сомнительной наружности. Мальчишка стоял за их спинами и нагло улыбался.

– Что-то хотела, пташка? – облокотился о стену один из парней.

– Да, мой кошелек. – прищурилась Талия.

– Какой еще кошелек, не видал я ничего такого. Шла бы ты отсюда, если проблем не хочешь.

– Ребят, лучше отдайте, так будет проще для всех, – попыталась все же договориться она.

Ребята обидно заржали. Талия почувствовала, как внутри разгоралась ярость, а потом стало тихо-тихо, как во время битвы, ни одной лишней мысли или эмоции. Она взмахнула сумкой, и ударила ею говорившего. От неожиданности он свалился назад и неплохо приложился о брусчатку головой.

Двое других тут же оживились (один из них достал нож, а второй железную палку), и двинулись к Талии. Она метнула выхваченный из-за пояса нож в горло первому, и он тот осел, забулькав. От палки второго Талия увернулась и тут же ударила ногой в тяжелом сапоге по его руке. А затем, не дав ему опомниться, сделала шаг вперед и зарядила кулаком в солнечное сплетение – парень упал. Талия потрясла кистью, чтобы избавиться от боли после удара и обратила свое внимание на пацана с кошельком.

– Кошелек вернул, – потребовала она.

Парень осторожно сделал вперед пару шагов и протянул ее пропажу. Талия выхватила из рук мальчишки свой кошелек чуть резче, чем требовалось, и стала проверять содержимое. К счастью, камни оказались на месте, она вздохнула с облегчением и потеряла интерес к окружающим. Но нож метательный забрала, правда вытереть его пришлось о штаны жертвы. Двое парней уже начинали шевелиться и готовы были продолжить с ней общение, но Талии они уже были не интересны. Поэтому она подхватила сумку и покинула столь людную подворотню.

Повозка ее уже давно уехала, но до Академии оставалась пара остановок. Она спросила у местных, как добраться и двинулась туда пешком, так было привычнее и надежнее.

На входе вышла небольшая заминка, пришлось убеждать охранника, что ее ждет сам ректор и Талию пропустили. Аллея перед академией гудела от студентов, снующих туда и сюда в середине учебного дня. Кто-то читал, сидя прямо на траве. Какая-то парочка на скамейке целовалась на глазах у всех. Возле фонтана назревала драка, видимо парни выясняли, кто из них круче.

В этой суматохе Талия чувствовала себя неловко, ведь в княжестве всегда царил порядок, особенно в военном училище, где она с отличием получила образование. Но она сама решила, что ей позарез нужна столичная академия, сбежала из дома, а значит пути назад не было. И воительница двинулась к центральному входу.

Кабинет ректора располагался на пятом этаже центрального девятиэтажного здания, одного из самых высоких в столице. Ректора на месте не оказалось, и Талия присела на диванчик, чтобы дождаться его. Секретарша посматривала на нее с неодобрением, но не прогоняла.

Наконец, ректор Ортон вернулся и пригласил ее в свой кабинет.

– Добрый день, чем обязан вашему визиту, госпожа...?

– Талия Нортийская. – представилась она и села на стул напротив ректора.

Фамилия произвела должный эффект, и стекла очков заинтересованно блеснули.

– Я проходила проверочный тест на возможность работать со структурной магией. Мой балл 78, – сообщила Талия.

– О, это очень неплохой балл, вы могли бы обучаться в нашей академии по стипендии, если ваша семья будет не против, – с вежливым энтузиазмом откликнулся господин Ортон.

– А если против? – Талия была сейчас собрана примерно так же, как во время драки в подворотне – никаких лишних слов или действий.

Ректор поправил очки и призадумался. Это был уже немолодой мужчина среднего роста. Он был известен как умный и честный человек, который радел за Академию. При этом господин Ортон не любил прямых конфликтов, а своего добивался при помощи интеллекта и связей.

– Если я правильно понимаю, ваша мать – княгиня Хоросского княжества?

Талия согласно кивнула.

– И как вы представляете мои действия, если ваша мать приедет забирать вас, облаченная в полную броню и вооруженная секирой?

Он говорил с ней вежливо и спокойно – это располагало к нему, никакого снисхождения или предвзятого отношения – только любопытство и вежливость.

– Моя мать не знает, куда я отправилась, это поможет выиграть немного времени. – Талия помолчала немного, – мне нужно, чтобы вы приняли меня в Академию и не исключали только потому, что мама вас об этом попросит. Бить она вас не будет, она же княгиня и умеет контролировать свои порывы.

Ее речь, видимо, не развеяла сомнения ректора, потому что он снял очки и начал задумчиво их протирать.

– Я не могу вам этого гарантировать, к сожалению, – наконец сообщил свое решение он. – Единственное, на какие уступки я могу пойти – это принять вас в Академию на бюджетное место, хоть учебный год уже и начался две недели назад.

Талии пришлось согласиться, в данном случае ей нечего было противопоставить. Господин ректор подписал приказ о зачислении и отправил ее заселяться.

Общежития располагались по правую сторону от основного здания. Кастелянша долго подбирала форму для нее – женской формы такого размера не нашлось, пришлось Талии брать мужскую – брюки, пара рубашек, жилет и пиджак, на каждом предмете гардероба вышит герб академии. Полную форму нужно было носить только по праздникам. В другое время можно было ограничиться одним предметом гардероба, имеющим герб академии, а все остальное надеть по своему усмотрению. Это вполне устраивало Талию. Брюки оказались узкими, а пиджак стеснял движение, поэтому носить она планировала только рубашки и жилетку.

Когда форма наконец была подобрана, артефакт внутриакадемической связи вдруг выдал: “Адептке Нортийской необходимо немедленно явиться в кабинет ректора”.

Талия испугалась, неужели мама так быстро до нее добралась? Если это так, у нее нет и шанса на то, чтобы ее переубедить: она не успела себя показать, чтобы завоевать доверие ректора, да и железобетонных аргументов для мамы не было. Княжна решила не относить свои вещи в общежитие, какой в этом смысл, если она уже поедет домой, и отправилась обратно в кабинет ректора.

Он все еще сидел за столом, но в кабинете был не один. На боковом диванчике расположились двое полицейских серьезного вида. Один, крупный и полный, явно мучился от жары. Его лицо раскраснелось, он непрерывно вытирал его белым платком, посматривая на часы. Второй был моложе, с любопытным взглядом, еще незамутненным долгой нудной работой в полиции.

Увидев Талию с кучей вещей, ректор удивленно поднял брови, но ничего не сказал. А обратился к господам полицейским:

– Ну вот, а вы переживали, что госпожа Нортийская не явится, и вам придется бегать за ней по всей Академии. Недооцениваете вы моих адептов.

При появлении Талии полицейские оживились и поднялись. Толстый, окинув могучее телосложение приглашенной, зашарил по своему поясу, проверяя палку-артефакт. Талия сгрузила свои вещи на кресло у входа и подошла ближе.

– Вы обвиняетесь в нападении на граждан Эстелийской империи и в убийстве одного из них. Сдайте все оружие, которое есть при вас, и проследуйте за нами в участок, волнуясь, и , то повышая голос, то срываясь на визг , выдал Толстый.

– Не торопитесь, господа, – остановил его ректор, – перед вами прежде всего адептка Академии. Если она что-то совершила, то допрашивать ее можно только в присутствии представителя академии, и уж тем более она никуда не поедет с вами, пока ее вина не будет очевидной. Вы находитесь на территории Академии структурной магии, и будьте добры соблюдать законы этого места.

Толстый возмущенно запыхтел, но возразить было нечего, поэтому он присел обратно на диван, не переставая держаться за свою дубинку. Молодой полицейский тоже уселся обратно, его оттопыренные уши аж подрагивали от интереса: ещё бы – его начальника обломали, да еще и девица такая необычная тут стоит.

– Адептка Нортийская, будьте добры, расскажите, что вы знаете по поводу того обвинения, которое вам предъявляют, – тем временем обратился к Талии ректор.

Она присела на стул так, что оказалась между господами полицейскими и ректором. Ее мысли были в смятении. Откуда полиция узнала так быстро о происшествии? Ее что, посадят в тюрьму теперь? Но ведь это все несправедливо! Она затолкала поглубже весь этот тревожный беспорядок и повернулась к ректору:

– Когда я добиралась в академию в омнибусе, подросток украл у меня кошелек. Я попыталась его догнать, но он забежал в переулок, и там за него вступили трое вооруженных мужчин. Договориться с ними не получилось, поэтому пришлось применить силу, чтобы забрать свои вещи. – Талия опустила голову, не зная, что еще сказать Все прозвучавшее ей самой казалось неубедительным.

В глазах Толстого плескалось торжество. Она и сама понимала, как облажалась. Зачем нужно было кидать нож в горло врага? Она вполне могла ограничиться плечом или рукой. А теперь человек мертв, а у нее куча проблем. Жалости к убитому у Талии не было, она получила такое воспитание, когда врага не жалеют, а убивают максимально быстро. Это отлично подходило для сражения в Ледяной пустоши, но совершенно не годится для жизни в столице.

– То есть, я правильно понял из вашего рассказа, адептка, – заговорил ректор скучающе, – что вы по дороге в Академию подверглись нападению дважды – сначала в общественном транспорте на вас напал карманник и украл сбережения, а затем бандиты напали в переулке. И это столица нашей империи!

Он поднял палец вверх и посмотрел укоризненно на застывших полицейских. Молодой, не выдержав прямого взгляда, опустил глаза на свои ботинки.

– К тому же девушка, скажу я вам по секрету, непростая, – обратился он к Толстому, – перед вами княжна Хоросского княжества. Ее мать – воительница Аурелия Нортийская. Их княжество играет стратегическую роль в защите нашей страны от нежити на севере. Представляю лицо княгини Нортийской, когда она узнает, что на ее дочь напали в столице, и той пришлось сражаться с бандитами. Это когда хоросские воительницы отдают свои жизни для блага и комфортной жизни горожан Эсталии. Эти же самые горожане занимаются разбоем и мелким воровством. И куда в это время, спрашивается, смотрит полиция?

Всю эту тираду ректор произнес не повышая голоса, рассуждая как о какой-то любопытной вещице, которая ему и вправду интересна с научной точки зрения.

Господа полицейские сдулись примерно на середине, а к концу Толстый пошел красными пятнами по всему его большому лицу.

– Но как же так, мы же не знали, – начал заикаться он, – надо же как-то решать этот вопрос. Мы вовсе не хотели обидеть клан воительниц и госпожу Нортийскую. Мы готовы отблагодарить княгиню за то, что ее дочь оказала нам помощь в борьбе с преступностью. Я прям по возвращению в участок доложу шефу, чтобы он написал благодарственное письмо.

– Письмо – это хорошо, – согласился ректор. – но отправлять не нужно, подпишите и привезите его мне, лучше не тревожить княгиню Нортийскую по пустякам, столица целее будет. И не забудьте допросить вашего “важного” свидетеля, который указал на мою адептку. Чудится мне, он не случайный прохожий. – господа полицейские закивали. – Надеюсь, больше вопросов к госпоже Нортийской не будет?

– Что вы! Мы благодарны адептке, и нам уже пора, очень мы спешим, да, столько дел.

Толстый вскочил с дивана, подошел к стулу, на котором сидела Талия, и начал ей кланяться, пытаясь ухватиться за руку, то ли с целью пожать, то ли поцеловать, она не разобралась, но руки на всякий случай убрала за спину

– Всего вам хорошего, господа полицейские, – оборвал ректор этот цирк.

Незваные гости наконец-то вымелись из его кабинета, и Талия осталась один на один с господином Ортоном. Она была восхищена тем, как он враждебно настроенных полицейских превратил в благодарных и испуганных, даже не повысив голоса. А еще ее разрывало чувство стыда за то, что она втянула ректора в неприятности, еще только поступив в Академию. Видимо, на ее лице все это отчетливо отображалось, потому что господин Ортон сказал:

– Постарайся в будущем хотя бы предупреждать меня о подобном, – и, посмотрев на кучу одежды, сваленную на кресле, спросил: – что не так с твоей формой?

– Так женской нужного размера не нашлось, мне выдали мужскую, – еще больше смутилась Талия.

– Понятно, что ж, иди уже заселяйся, хватит бродить по академии как представительница кочевого народа, – усмехнулся он.

И ей не оставалось ничего больше, как отправиться искать свой новый дом на ближайшие несколько лет.

Комната, ключ от которой Талия получила у коменданта общежития, была завалена женской одеждой, косметикой, какими-то непонятными приспособлениями, которые она видела впервые в жизни. Ее комната в общаге военного училища всегда содержалась в идеальной чистоте и порядке, хоть и жило в ней шесть дев-воительниц. За малейший беспорядок, криво заправленную кровать или пыль на подоконнике комендант мог выдать пару нарядов вне очереди, а чистить конюшни или подметать плац никому не хотелось.

Тут же проживало всего две девушки, но они превратили комнату в полнейший свинарник всего за две недели. Талия поморщилась. Комендант же, которая проводила новую адептку в ее жилище, даже ухом не повела, кивнула на крайнюю у окна кровать и ушла, пошаркивая старыми тапками.

Соседей по комнате не было на месте, поэтому и договариваться было не с кем Талия просто сгребла весь хлам со своей кровати, вывалила его на соседнюю и начала заправлять кровать свежим постельным бельем, которое также получила от коменданта. Сама комната была достаточно просторная: в ней располагались три кровати, здоровенный шкаф, три письменных стола и три тумбочки. Все это, конечно же, было захламлено чужими вещами. Разобравшись с кроватью, Талия освободила свой стол, тумбочку и треть шкафа. Все вещи были свалены на одну из кроватей, которая под всем этим безобразием была уже не видна.

После этого Талия начала раскладывать свои вещи по освободившимся местам. Заодно пришлось протереть пыль и пол во всей комнате. Когда с пылью уже было покончено, заявилась кастелянша и забрала ее мужскую форму, вместо этого выдала женскую необходимого размера. Кроме брюк, жилета и пиджака, Талия получила также спортивное трико, юбку чуть ниже колен и дополнительные две рубашки – почему-то девушкам выдавали больше одежды. Кастелянша была сердита и, проворчав: “приходят тут неправильного размера, а потом еще ректору жалуются”, – удалилась.

Талия решила не забивать себе голову лишним и продолжила уборку. После этого она отправилась в библиотеку, секретарь ректора выдала ей список книг, которые нужно получить. Сама библиотека располагалась в подвале основного здания. Местный библиотекарь – нудный пожилой дядечка долго нудел, что книги должны содержаться в чистоте, рвать их нельзя, рисовать на них нельзя. “Какой же бардак здесь творится, если подобное приходится объяснять?” – подумала Талия.

Она уже вернулась в свою комнату, зайдя в деканат за расписанием на завтра, и раскладывала книги на полку, когда появились ее соседки. Это были длинноволосые симпатичные первокурсницы: одна блондинистая, вторая кудрявая и темноволосая. Первым делом они увидели завал на одной из кроватей и бросились выхватывать из этой горы свои вещи. Через несколько секунд они обратили свое внимание на Талию и осознали связь необычного порядка в комнате и новой соседки.

– Это ты! Ты! Зачем ты трогала наши вещи! – возмущалась темноволосая, тыча в княжну каким-то продолговатым предметом.

– Я освободила свою мебель, – Талия постаралась сохранять спокойствие.

– Да кто ты такая, чтобы здесь была твоя мебель! Жили вот без тебя и нормально все было. Не могла что ли дождаться нас, мы бы выделили тебе место, ничего бы с тобой не стало, – негодовала блондинистая, выпутывая свою цепочку из кучки остальных украшений.

Талия просто пожала плечами и отвернулась от них, выбрав учебник наугад: “Основы структурной магии”.

– Да ты издеваешься! – учебник вылетел у нее из рук, выбитый недовольной блондинкой.

Талия тут же ухватила истеричку за руку и, заломив ей руку, уткнула девчонку в захламленную кровать.

– Хорош истерить. Меня сюда поселили, я здесь буду жить, это моя мебель и мои вещи. Не нравится – переезжайте, – и отпустила ее чуть подтолкнув вперед.

Блондинка сползла на пол.

– Ты сломала мне руку, я пойду к ректору и пожалуюсь, – ныла она, – в академии запрещены драки, тебя исключат.

Вот только этого Талии не хватало: и так приняли на птичьих правах, потом полиция, теперь вот драка с другими адептами. Она испытывала сильное раздражение из-за всей этой истории с соседками, которые сначала захламили комнату, а потом наехали на нее за то, что она освободила свое место.

– Просто отстаньте от меня, и я ничего вам не сделаю, – решительно сказала воительница и вышла из комнаты.

Чтобы немного успокоиться и не нарваться на еще больший конфликт, Талия решила пробежаться на полигоне академии. На улице уже стемнело и большинство студентов разошлись по комнатам, поэтому никто ее не потревожил. Пробежав несколько кругов, она успокоилась и даже подумывала о том, чтобы извиниться перед соседками, чтобы замять конфликт. Но в комнате уже было темно, а соседки лежали каждая на своей кровати, отвернувшись к стенке. Пожав плечами, Талия тоже легла спать.

Глава 2. 15 сентября Кристен

Бывать в императорском дворце Крис не любила. Возможно, потому, что она не чувствовала себя здесь как дома, она в целом По большому счету, она нигде так себя не чувствовала. Но пребывание во дворце ей как будто напоминало, что вот это место могло быть твоим домом, здесь живет твоя семья. Но нет, с тобой вечно какие-то сложности.

Так было и сейчас: получив письмо от дяди о необходимости срочно с ним встретиться, она прервала свое путешествие, чтобы вернуться в столицу Эсталии – Невию.

Пару дней назад Кристен еще ночевала в заброшенном охотничьем доме, питалась ягодами и орехами, умывалась у ручья, пытаясь отловить болотного элементаля – этакую убегающую кочку с древесными плетьми вместо рук. И ведь почти отловила, изучив время его активности и привычный маршрут передвижения. А тут письмо – “возвращайся срочно, с любовью, дядя”.

И вот она в своей самой приличной одежде – кожаных штанах и красной рубашке – стоит у входа в дворцовый комплекс. Охрана досматривает ее внимательнее, чем обычно. “Неужели и вправду что-то случилось?” – мелькает тревожная мысль. Наконец ее приглашают внутрь и на магомобиле доставляют к крыльцу семейного крыла. Дворцовый комплекс огромный, он состоит из ряда отдельно стоящих и связанных между собой зданий. Крис обычно бывает только в семейном крыле, где располагаются спальни для императорской семьи и небольшие залы для приема пищи.Тут же выскакивает дворецкий:

– Добро пожаловать домой, госпожа Райли. Ваша комната уже готова. Желаете принять ванну или сначала подавать обед? – Говорит он с поклоном.

– Когда дядя готов принять меня?

– Он поужинает с вами в овальном зале.

– Отлично, тогда ванну, затем обед и свежие газеты. Нужно же хоть немного погрузиться в столичную жизнь. – Крис старается отвечать небрежно, но за время путешествия она отвыкла разговаривать с людьми, и ее голос звучит напряженно.

Она успела отдохнуть и прочитать свежие газеты, впрочем не найдя в них ничего стоящего внимания и ее немедленного возвращения, когда служанка принесла ей платье для ужина с дядей. Платья Крис тоже не переваривает, они ей кажутся ужасно неудобными, задираются, мешают при ходьбе. Но что делать, надевать на ужин с императором кожаные брюки даже для нее непозволительно.

Овальный зал встретил ее прохладой и ровным голубым светом. Магические светильники, располагавшиеся по всему залу, были сделаны в виде колокольчиков, вместе с темно зелеными шторами и растительным орнаментом на обоях, создавая ощущение, что ты ужинаешь на природе. Возможно, поэтому дядя часто встречался с Кристен в этом зале, чтобы ей было комфортнее в привычной обстановке, а не среди золота и мрамора.

– Рад тебя видеть, дорогая племянница, – его величество поднялся со своего места и обнял ее, – прости, что вызвал тебя так поспешно, но для этого есть причины.

Император был мужчиной средних лет: виски его уже тронула седина, но глаза были живые и молодые. Представители императорской крови жили дольше обычных людей. В народе поговаривали, что их подпитывает благословение самих Хранителей. Крис в слухи и домыслы не верила, она знала это наверняка, и она тоже выглядела моложе своих двадцати восьми лет.

– Что случилось? – Спросила Крис.

– Я не могу тебе всего рассказать, но готовится кое-что нехорошее. Подобное тому, что случилось в год твоего рождения, возможно, хуже.

Когда Кристен только родилась, в стране бушевало восстание, тогда убили многих из тех, в ком текла императорская кровь. Убили ее отца и чудом не убили ее саму. Если история повторяется, то ничего хорошего в этом нет.

– Но я не понимаю, зачем они это делают? Они хотят посадить на престол кого-то другого, в ком течет кровь императорского рода? – Спросила она.

– Дело в том, что таких людей практически не осталось. – Грустно произнес император. – Из тех, в ком течет “особая” кровь, – это я, ты, моя шестилетняя дочь и мой, пока еще не рожденный, сын.

– Оу, позвольте вас поздравить, дядя, с будущим наследником.

– Спасибо, дорогая. Жаль, что это омрачено участившимися покушениями на меня и мою беременную жену. Императрица и принцесса Джулия перестали покидать дворцовый комплекс. И я хочу, чтобы ты также соблюдала меры предосторожности.

Кристен поморщилась от мысли о том, что придется застрять во дворце на неизвестное время. До пятнадцати лет она жила далеко от столицы, можно сказать, в глуши, а затем больше года прожила в загородной резиденции, чтобы привыкнуть к новым порядкам. Во дворце она стала появляться регулярно только во время своей учебы в Академии. Ее королевское происхождение никогда не афишировали, она сама не знала толком почему. Было не так много людей в Эсталии, кто знал личность племянницы императора. Для всех остальных она просто существовала как гарант безопасности императорского рода на случай, если с самим императором что-то случится.

– Но если у них нет своего наследника, то какой вообще смысл в этом всем? – попыталась разобраться Крис, – Если у власти страны не будет правителя с императорской кровью, то как они получат покровительство Хранителей?

– Тут все сложно, замешаны не только людские мотивы, но и более высокого порядка. А в этом случае мы мало что можем противопоставить нашим противникам.Поэтому у меня к тебе есть одна просьба, точнее даже две, но одна скорее вытекает из второй.

У Крис неприятно засосало под ложечкой:

– Я редко что у тебя прошу и стараюсь ни в чем не ограничивать, потому что знаю, какое непростое было у тебя детство, как сложно тебе привыкать к местным порядкам. Но сейчас это важно для всей империи, от этого может зависеть, сможем ли мы сохранить тот мир и порядок, который существует сейчас. За последние годы страна достигла расцвета: прогресс все больше проникает во все уголки страны, мы развиваем железную дорогу, электричество появляется не только в больших городах. Люди живут в безопасности и не страдают от голода. Если императорская кровь будет утеряна, страна может окунуться в хаос, будет очень много смертей. Мы не должны этого допустить. Я хочу, чтобы ты в ближайшее время обзавелась наследниками.

Слова дяди прозвучали как гром среди ясного неба. Мир для Крис как будто застыл. Да, она, конечно, предполагала, что однажды станет матерью. Хотя нет, обычно она гнала от себя эту мысль. Ну какая из нее мать – то охотится по болотам за элементалями, то отсиживается в глуши. Что она может дать своему ребенку? Она и с людьми общается только по большой необходимости. И дядя знал об этом, как он мог такое предложить?

– Я понимаю, что это неожиданная для тебя просьба, поэтому прошу тебя не делать резких движений. Обдумай все, что я сегодня сказал, – как бы вторя ее мыслям, заговорил король. – Но я прошу тебя не покидать дворца, это может быть небезопасно.

– Я не могу подолгу жить во дворце, ты же знаешь, стены давят на меня, да и правила…их слишком много. – Крис с силой сжала вилку, которой накалывала мясо залитое красным соусом.

– Я понимаю, – снова повторил дядя.

Он вел себя с ней всегда очень осторожно, как будто опасаясь вызвать ее острую реакцию и разрушить их и без того хрупкие отношения.

– Я мог бы обложить охраной Академию, если там ты чувствуешь себя лучше, – осторожно продолжил он.

– Да, академия подойдет гораздо лучше, – выдохнула Крис с облегчением, мысль о том, что ей придется жить безвылазно во дворце вызвала у нее приступ паники.

Она сосредоточилась на дыхании, попытавшись унять скачущее невпопад сердце.

– Я отдам приказ о том, чтобы в Академии организовали повышенную охрану, но и сама постарайся вести себя осторожнее. Думаю, завтра ты уже сможешь переехать. Подумай сегодня еще о моей просьбе, завтра утром я жду тебя на завтраке, чтобы подробнее обсудить этот вопрос.

На этом они расстались. Крис отправилась в свои покои вести непростые размышления. Во время восстания 28 лет назад погибло много людей, в ком текла императорская кровь. В том числе был убит император и его старший сын. Сама Кристен была на самом деле незаконнорожденной дочерью старшего сына императора, и о ее существовании в императорской семье никто не знал, кроме самого разгулявшегося папаши. Бунтовщиков это не остановило, они вырезали всю ее семью по материнской линии, а Крис пытались похитить, но судьба распорядилась иначе…

***

28 лет назад

Дедушку Фаро все в деревне Переполье знали и уважали. Он появлялся раз в несколько месяцев, жил у кого-то из селян. Порой несколько дней, а иногда и всю зиму, смотря какая погода стояла и какие планы у него были. Денег за постой и питание с него не брали. Знали, что его помощь может быть ценнее.

Он мог сделать так, что дождь пойдет, или вредители с огорода исчезнут. А порой и яблоня стоит какая-то, уже иссохла вся, листьев почти нет, а яблок и подавно не видать уж сколько лет. И срубить ее надо, да жалко, сколько поколений она кормила, да яблоками сладкими баловала. А шепнешь про нее дедушке, он щеку пожует, вздохнет что-то на своем. А там, глядишь, к лету яблонька-то зацвела, а к осени какие яблоки народила, слаще прежних, малышня не нарадуется.

Поэтому, когда он появился зимой, никто особо не удивился. А зима та стояла лютая больно. Давно такой не бывало. Но явился он в этот раз не один, в корзине в одеялах у него младенец была, девочка махонькая, да крикливая.

– Надолго у себя не оставлю, – сказала тогда Михеевна. – Видишь времена какие стоят, неспокойные. Люди пропадают, императора убили. Неспокойно в стране.

– Надолго и не нужно. На недельку оставь, да молока козьего добудь, выкормить надо, малютка еще совсем.

Это Михеевна выполнила, и даже за малышкой присмотрела, пока старик пропадал где-то пару дней. Зато как явился, он сразу малышку забрал и ушел. Как потом выяснилось, поселился он за деревней, в старом охотничьем доме. Наладил там все, весной огородик разбил. Да начал жить-поживать, девочку растить. Первую-то зиму трудно пришлось, но местные помогли с продуктами, да с молоком для малышки. А потом уж дедушка стал на обмен овощи да ягоды с огорода приносить. Да и за деревней присматривать стал. Засух с тех пор никто и не помнит, да и по мелочам всегда помогал, не отказывался.

Как малышка стала подрастать, так заметили, что необычная у нее внешность, волосы ярко-красные, такие только у островных людей бывают. Видать, родители наградили ее таким цветом, а больше и ничем. Остальное дедушка ей дал.

А девочка смышленая оказалась, как подрастать начала, деду всегда помогала. Бывало, ярмарка приедет из города, так девчонка бежит сразу, не привезли ли книги. Ну, а кто же в деревню такое повезет. Торговцы все больше инструмент везли, ткани, да продукты. Но, узнав, что запрос есть, начали привозить по одной-две. И дед всегда умудрялся их выкупить, откладывал деньги, или дудочку сделает необычную, что она поет как соловей, ежели в нее дуешь, и обменяет ее на книгу.