Текст книги "Верните ведьму, или Шахматы со Смертью (СИ)"
Автор книги: Анна Томченко
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 14 страниц)
Глава 36
Дмитрий подтягивался на верёвке и изредка бросал косые взгляды вниз. Неудобно, конечно. Человек вот из Иртана не поленился приехать, а Митенька поговорить не может даже. Но у него есть оправдание. Он на задании. Это такая ересь лезть в дело государственной важности и ещё надеяться, что не огребёшь в конце. Митя сделал последний рывок и вцепился в подоконник. Подтянулся. И со всей силы ударил по оконной раме. Она не поддалась. Пришлось вытаскивать нож и ковырять замок. Через затянутое инеем стекло не было понятно, находится ли баронская дочь в комнате. Судя по тому, что до сих пор не раздались крики о чести, свободе и нахальных мужиках, девицы в комнате не было. Дмитрий ещё раз царапнул ножом замок и стальной звон сообщил, что задвижка поддалась. Митя толкнул раму и спокойно уселся на подоконник.
Девицы в комнате не было. Митенька перекинул ноги внутрь спальни, а по большой кровати у стены точно было понятно, что это спальня, и присмотрелся. Из-за смежной двери доносились звуки музыки. Так на слух сразу и не разобрать, но возможно, клавесин. Митя спрыгнул с подоконника и, крадучись по стеночке, прошёл к соседней комнате. Приоткрыл дверь. Девица играла не на клавесине, Дмитрий плохо разбирался в музыке, поэтому не стал заострять внимание на инструменте. Важен сам факт – девица имелась, осталось её умыкнуть. Три коротких шага и противная козетка, что бросилась под ноги. Дмитрий зацепился носком сапога за одну из ножек и поднял шум. Девица оглянулась и некрасиво раззявила рот, собираясь закричать.
Интерес имел аромат вербены. Его надо совсем немного, чтобы упредить панику. Девица закрыла рот так и не выпустив из него ни единого звука. Осмотрела Дмитрия и загадочно уточнила:
– А вы меня красть собираетесь? – голос был неприятный, грудной и по-мужски низкий.
– Если вы настаиваете… – развёл руками Митенька и улыбнулся. Капля симпатии со вкусом солёной карамели и девица уже покраснела. Опустила длинные ресницы, чтобы из-под них нельзя было разглядеть блеска глаз.
– Не сильно. Мой жених будет против…
Жених.
Клещов работал по избитой схеме с разными объектами торговли. Девиц вот сманивал замужеством, любовью и прочей блажью. Мужчинам сулил несметные богатства и титулы.
– А мы ему не скажем, – подмигнул левым глазом Митенька и девица несмело хохотнула. Но хотя бы не стала орать. – Так можно красть?
– Зачем вам это? – резонно спросила девица, наматывая русый локон на короткий пальчик.
– Люблю сложности…
И тут бы, возможно, надо уточнить, что эти сложности хотят любимую дочурку вернуть, но из коридора послышался шум и выстрелы.
Дмитрий приложил палец к губам и указал глазами на спальню. Девица насупилась, но всё же встала и ушла в другую комнату. Дмитрий прислушался. Явно звуки перестрелки. Значит, надо бежать. Причём быстро.
Грегори посмотрел на вихляющийся зад князя и прикрыл глаза ладонью. Ну вот цирк какой-то. Когда Дмитрий скрылся в окне, Грегори немного подождал и почти решился повторить подвиг прекрасного рыцаря, но из-за угла дома вышел один из охранников.
Заклинание сна слетело с пальцев почти мгновенно, и мужик рухнул в особо пышный сугроб, подняв облако снега. Грегори подумал, что как-то несолидно ему, ужасному некроманту и по окнам лазить и пошёл в сторону сонного врага. Выйдя за угол, навстречу к Грегори кинулись ещё двое мужчин, но он привычным жестом отправил их в сон. Несколько шагов по плохо чищенной тропинке, а потом ещё десяток до главного входа. В кои-то веки Грегори подумал, что его тёмная масть вполне позволяет заявляться в дом врага через парадные двери, а значит, не стоит разубеждать людей в коварстве некромантов.
Выбежавший камердинер или просто слуга не успел и рта раскрыть, как уже летел к полу сомлевший от заклятия. На шум из крайней комнаты выглянули два головореза, а судя по перекошенным мордам достопочтенными джентльменами они являться просто не могли. Один перестраховался и выхватил из нагрудной кобуры револьвер. Даже выстелить успел, куда-то выше головы Грегори. Такого открытого непотребства «ужасный некромант» бы не стерпел и точно отомстил бы, но Грегори решил не оставлять запачканные кровью ковровые дорожки и просто бросил в наёмников заклинанием стазиса. Пусть почувствуют на себе, как плохо подчиняется тело после него.
До лестницы осталось совсем немного, когда сбоку вынырнула девица блаженная и какая-то агрессивная. Она замахнулась веником и попыталась точнёхонько попасть в голову. Грегори-то уклонился, но вязь заклятия всё равно опутала местную воительницу, уложив ее аккурат возле диванчика.
Сорок ступеней вверх и Грегори оказался в длинном коридоре с дверьми по обе стороны. Он шёл медленно, приоткрывая каждую. В середине одна не поддалась. Припомнив окно, в которое влез князь и запертую дверь, Грегори понял, что нашёл то, что искал Дмитрий и лёгким прикосновением к ручке дал проступить некромантскому тлену. Замок осыпался металлической стружкой, и Грегори шагнул внутрь. Дмитрий вылетел из-за портьеры, размахивая револьвером. Из соседней спальни выскочила голосившая девица. От сумбура событий Грегори и эту представительницу прекрасного пола тоже погрузил в сон. Уже по привычке.
– Вы как проникли в дом? – зашипел князь, ловя девицу, чтобы исключить падение и дальнейшие удары головой об пол.
– Вошёл через дверь, – пожал плечами Грегори и укоризненно посмотрел на Дмитрия.
– А охрана? – на девицу Дмитрий постарался натянуть диванный плед. Грегори пришлось помочь.
– Спит и видит сны, – отозвался «ужасный некромант». Дмитрий замер, соотнося всё, и с обидой в голосе уточнил:
– А сразу не могли это сделать? До того как я полез по верёвке?
– А вас слушать не учили?
Глава 37
Тем же вечером в доме на Виноградной улице.
– Мне кажется, вы излишне предвзяты, – бубнил Дмитрий и сыпал в таз с горячей водой горчицу. От таких полезных для здоровья процедур, как парение ног, окна в небольшой гостиной с камином немного затянуло испариной. Грегори поёрзал в своём кресле, плотнее запахивая на себе плед, и всё же придвинулся к живому огню.
– Я недостаточно предвзят, – фыркнул Грегори, наблюдая, как князь смешал в одном бокале вино и перец. – Вы сначала убиваете человека среди города, а потом крадёте…
– Начнём с того, что после того, как Клещов торговал людьми, я его самого за человека уже не считал, – оборвал нотацию Митенька и лукаво посмотрел на замёрзшего некроманта. Тоже мне великий и ужасный. Обычный. И сопли у него обычные.
– И всё же… – не унимался Гриша. – Ваши поступки попахивают произволом.
– А ваши – тайной, – Дмитрий лукаво прищурил глаза, намекая, что теперь готов к разговору. – Зачем вы здесь?
Дрова потрескивали в камине, а вино с перцем разжигало внутри такое пламя, что драконы позавидуют. А скоро ужин подоспеет. И денщик говорил, что сегодня караси в сметане, а ещё свиная рулька запечённая с чесноком и к ней картошечка жаренная на сале.
Дмитрий пару раз сглотнул набежавшую слюну и хотел было уже поторопить с застольем, но тут Гриша протянул конверт. Митенька посмотрел печально на новую корреспонденцию и вздохнул. Взял конверт, распечатал и стал вчитываться в ровные строки. Ересь какая-то.
– Гриша, вы таки ополоумели, – растерянно признался Дмитрий. – Я, конечно, слышал, что с мастерами смерти такое приключается, но не чаял оказаться лично знакомым с таким.
– Не ёрничайте, а читайте далее, – Гриша поджал губы, и виделось в этом привычном жесте помимо недовольства ещё небольшое сомнение, но теперь в собственных планах.
– Читаю, читаю, – отозвался Митенька и не глядя ещё сыпанул горчицы в тазик. Подёргал ногами, чтобы порошок разошёлся по воде, которая уже остыла. – А вы всё-таки зря не согласились попарить ноги. Пользительное дело, и говорят, голова лучше работает…
Дмитрий оторвался от письма с предложением заложить чуть ли не душу и наклонился к металлическому чайнику, что стоял на подставке с углями. Налил из него в свой таз ещё кипятка и потоптался ногами.
– Моя голова и без этого неплохо работает, – оскорбился Гриша.
– Незаметно, – скорбно выдал Митя и, отвлёкшись от письма, перевёл взгляд на Григория. Он продолжал сидеть в одной позе и кутаться в колючий плед. Продрог, но не признается ни в жизнь. Гордый. Спесивый. Высокомерный. Неудивительно, что его хотят прибить. Лично Митенька тоже бы не отказался, потому что оставлять таких во врагах дороже выходит обычно. А врагами они и станут, если не договорятся. В последнем Дмитрий сомневался, ибо становится заложником клятвы не входило в его планы, но и по-человечески понять Гришу можно было. Но как-то пока не получалось. – Вам к свадьбе готовиться надо, а не вот этой ересью заниматься, понимаете?
– Если я не буду заниматься этой ересью, свадьбы просто не случится по причине неявки на неё жениха.
Огрызался Гриша как-то лениво, словно уже не раз слышал такие напутствия.
– Неужели вы считаете, что до этого дойдёт? – перспектива вырисовывалась слишком печальная, раз Григорий не побоялся втащить в это дело гражданина другой страны.
– Я почти уверен в этом. И к тому же, как говорит мой друг: «И на магов всегда есть управа», – он невесело усмехнулся и потянулся к графину с вином. Налил в бокал и пригубил. Сморщился и оставил греть напиток в руках, хотя, по мнению Дмитрия, хуже тёплого вина могло быть только тёплое пиво.
– Почему именно такой расклад? – паршивое дело, и Митя не знал даже как отбрехаться, не настроен он брать на себя ответственность за чужую жизнь.
– Это худший вариант просто. Я всё же надеюсь, что до этого не дойдёт и это… – Гриша кивнул на письмо. – Так и останется обычными подозрениями.
– А если нет? – занервничал Дмитрий, аж левую ногу из тазика вытащил. Стало холодно. Пришлось искать полотенце.
– А если нет, поэтому я и напомнил про ваше письмо. Вы действительно сможете помочь при таком исходе? – Григорий следил неотрывно за Митей. От взгляда становилось сыро, неуютно и нет, не страшно, а больше непривычно. И ещё никогда не казались Дмитрию вскользь оброненные слова такими неудачными.
– И что же вы хотите, Гриша? – решил поставить вопрос остро Дмитрий, а то может оказаться, что он тут себя накрутил больше. Григорий вернул бокал с вином на столик и в упор посмотрел на Дмитрия.
– Помощи…
Закономерно и никак не объясняло ситуацию, поэтому Митенька решился. Помочь-то он не прочь, а вот нечто большее…
– Клятву на крови я вам не дам, не просите. На мне клятв и так как на псине репейников, но могу вас заверить, что в такой ситуации не останусь в стороне, – Дмитрий протянул ладонь скрепить рукопожатием свои слова. Григорий вскинул бровь и неохотно, не такой расклад он всё же хотел разыграть, тоже протянул руку. Как только ладони соприкоснулись, у Дмитрия кольнуло подушечку среднего пальца. Гриша невинно моргнул и стыдливо признался:
– Простите князь, но не мог же я поверить вам на слово…
Нет. Всё-таки ужасный некромант.
Глава 38
Ещё не весна. Но уже не зима.
Элис переступила с ноги на ногу и поняла, что хоть двор и расчищен от снега и местами даже видно гравийную дорожку, но всё равно ещё слишком холодно. Она подышала на озябшие от сырого ветра руки. Грегори вернулся несколько дней назад из Проссии, а потом они немного пожили в столичном доме и только теперь вернулись в поместье. И …
В столице было теплее и суше. Город чистили, и обилие домов тоже помогало не скапливаться снегу, а здесь…
Лес ещё укутан снежным покрывалом и вот на полях только стали проступать грязноватые проталины. И вообще, в Вортише приход весны оказался менее заметным. Элис очень хотелось скорее спрятаться в доме и согреться. Но она упорно ждала Грегори, который что-то говорил кучеру. Гретта наверно обрадуется и вот для Эльмы из столицы Алисия захватила подарок: тонкую воздушную шаль с серебряной ниткой.
Что Грегори понадобилось в Проссии, Элис примерно знала, но всё равно нетерпелось выудить подробности знакомства с князем. Алисия и сама не отказалась бы поехать, но, помня, что ей не особо будут рады в патриархальной стране, решила подождать. К тому же тётушка Кло тоже приезжала в столицу и они вдвоём прекрасно провели время, посещая модный дом Вирра или вот кондитерские. Один раз Клотильда даже уговорила Элис посетить салон для замужних дам. Оказалось, это обычный бордель только вместо жриц любви, там были жрецы, которые играли бровями, телами и нервами Элис. Тётка хлестала коньяк и говорила, что ничегошеньки Алисия не понимает в жизни, впрочем, раз решила связать свою судьбу с некромантом, в смерти тоже.
Грегори отпустил кучера с каретой и быстро зашагал к дому. Элис потёрла руки и нетерпеливо заплясала на одном месте. За зиму Алисия так привыкла к тому, что у них с Грегори появилась общая жизнь, что сейчас не представляла, как вообще раньше жила. Всё казалось пресным и пустым, а с Грегори… Он умел быть серьёзным, саркастичным и даже грубовато циничным. А ещё он знал Элис лучше её самой. Он не мешал, когда Алисия долго возилась в оранжерее или пристально смотрела на огонь. Грегори смеялся и говорил, что так правильно, ведьмы более чувствительные к материи мира. И его не раздражало, что Элис иногда выдавала или делала что-то такое… Например, в тот день, когда вместо снега пошёл дождь, Алисия сначала просто смотрела через окно, как упругие струи били по снежному насту, а потом не выдержала и вышла на улицу. И долго стояла под дождём, подставив лицо воде. Грегори тоже тогда вышел, разулся и босыми ногами топтался по снегу, а потом скинул с себя рубашку и засмеялся. Алисия тоже смеялась, целовала Грегори, смешивая прикосновения губ и первые следы весны. И потом Грегори говорил, что так правильно и так нужно было сделать, потому что первый дождь он зовёт почти всегда и принимать приглашение стоит.
Грегори подошёл и приобнял Элис. Коснулся губами щеки и подтолкнул к ступеням. Они пошли в дом и сняли верхнюю одежду. Элис хотелось скорее пройти в спальню и платье стянуть, которое пропиталось влагой, и ткань стала волглой, неприятной. Грегори повесил вещи в шкаф при входе и задумчиво произнёс:
– Странно, что нас не встречают… – и на лице у него было непонимание.
– Ганс, как обычно, наверно либо в оружейной наводит порядок, либо спасает сыры в подвале, – отмахнулась Элис и развернулась в сторону кухни.
Грегори нахмурился и поспешил следом. Какая-то липкая, назойливая, как комар, мысль витала в голове, но пока что не хотела показываться. Алисия быстрыми шагами пересекла холл и нырнула в кухню. На столе стояла кастрюля с тестом, на плите кипел ягодный взвар и из-за отсутствующей крышки пар поднимал к потолку. Элис обогнула стол и быстро затушила плиту. Грегори оглянулся и произнес:
– Гретта, Эльма мы приехали.
Тишина в ответ навевала неприятные мысли. Что произошло в поместье за несколько дней, что все жители его спрятаться решили?
– Не беги впереди меня, пожалуйста, – попросил Грегори и вышел из кухни. Он слышал, как Элис неспешно шла следом, и был благодарен, что не задавала лишних вопросов.
Библиотека была пуста.
Грегори прикрыл дверь и прошёл к главной гостиной. Алисия не рвалась вперёд и не отставала. Только из-за неизвестности вцепилась в ладонь Грегори и сжимала пальцы.
Дверь в гостиную Грегори толкнул, но проходить не стал, решил дождаться, когда в проёме будет видно больше пространства. Алисия крепко дёрнула его за руку, и Грегори обернулся, чтобы столкнуться взглядом с револьверным стволом, направленным аккуратно в область сердце. Незнакомец сурово сдвинул брови и махнул оружием в сторону комнаты. Грегори непонимающе осмотрелся, с сожалением понимая, что стоило Элис оставить в кухне или вообще выгнать из дома.
В гостиной оказалось ещё четверо вооружённых мужчин. Грегори мысленно обложил матюгами проклятый язык Филипа Дювье, вот как есть накаркал. Наёмники не внушали доверия и в очередной раз захотелось спрятать Алисию, вот прям так отрыть телепорт и толкнуть её внутрь, но как только первая искра дара заиграла в глазах, Грегори услышал:
– Не стоит. Ты же не хочешь, чтобы она пострадала? – сидя в хозяйском кресле и раскуривая трубку, спросил градоправитель.
Глава 39
Элис почувствовала, что это не тот разговор, к которым привыкли в светском обществе. Сейчас Сандер Бернар выглядел как победитель, завоеватель, и ничего в нём не осталось от того надменного мужчины, с которым она познакомилась летом. Нет. Вальяжный гонор остался, только приобрёл ноты властности, и Грегори забеспокоился. Он как-то сразу задвинул Алисию себе за спину.
– Чем обязан? – хмуро спросил Грегори, сжимая ладонь Элис в своей руке. Алисия сжала его пальцы в ответ и тихо прислушалась к дару, позвала его неслышно, на границе сознания, всего лишь разбудила Сигизмунда. Дуло револьвера уткнулось под лопатку, и Элис бросила затею исподволь натравить всё живое в доме на захватчиков.
– Поговорить приехал, – пыхнул трубкой Сандер. – А то вас, господин некромант, не поймать. То в разъездах, то у вас гости…
– И чтобы разговору не мешали, вы моих домашних заперли? – Грегори расслабился и сменил позу. Шагнул ко второму креслу, подтягивая Элис к себе. – Кстати, где?
Сандер усмехнулся, отчего на его лице проступили морщины.
– У вас чудесные подвалы.
Грегори присел в кресло, а Элис осталась стоять позади, закрытая от троих наёмников, только один стоял у дверей.
– О чём говорить будем? О вашей мёртвой сообщнице? – Грегори излишне резко выражался, чтобы сразу показать, что ему всё известно и понятно кто причастен к смерти Бертраны. Сандер поморщился и прикусил мундштук трубки.
– Какая же она сообщница, если даже не смогла у вас узнать нужную мне информацию? Так, обычная девка… – холёные пальцы прошлись дробью по подлокотнику.
– У вас все обычные. Даже ваша дочь, которую вы продали своему компаньону, – заметил Грегори, и на лице Сандера расцвело брезгливое и разочарованное выражение. Словно сам факт того, что его дочь такая нерадивая успела многое рассказать, его огорчал.
– Мы взрослые люди и не надо бросаться обвинениями. К тому же Хлою никто никогда не заставлял и не склонял к чему-либо. То, что она выбрала себе в ухажёры моего компаньона только её дело.
Алисия хотела бросить сплетением огня в этого нехорошего человека. Всеми силами он обелял своё имя, наплевав на единственную дочь. Правильно Хлоя сбежала, надо было ещё раньше это сделать.
– Перейдём к делу, Грегор? – деловито уточнил Сандер и взмахнул рукой. Один из наёмников тут же выдвинутся вперёд. Дойдя до кресла, он вытащил из нагрудного кармана конверт. Сандер взял его двумя пальцами и, не распечатывая, бросил на столик между ним и Грегори. – Ознакомьтесь.
Грегори не шевельнулся, только сложил руки на груди.
– Это купчая на ваши земли…
– Зачем они вам? Своих мало? – уточнил Грегори, не собираясь даже открывать конверт.
– Железная дорога, мальчик мой… – медленно произнёс Сандер, растягивая последние слова на манер песни. – Это очень удобно быть монополистом пусть и небольшого городка.
– Вы поэтому так желали, чтобы Хлоя вышла за меня замуж? – Грегори тянул время в надежде, что всё ещё можно решить обычными переговорами, но, видимо, если противник захотел крови, его ничего не остановит. И Элис под ударом. Какие пули в револьверах? Если простые, то ничего страшного, что он не сможет от стали закрыть Алисию? Сможет. Но если пули из даорита…
– Да, но девчонка оказалась слабой. Порченая кровь. Вся в мамашу, – не нравился этот разговор Сандеру, он то и дело касался манжеток на рукавах, поправлял воротничок. И при детальном рассмотрении можно было под пиджаком разглядеть портупею с револьвером. Отвратно.
– И вы решили приставить ко мне другую девчонку. С заклятием. Чтобы уж с гарантией?
А Элис сильно мешала. С первого самого дня. Сначала самим фактом, ставя под угрозу гипотетическую женитьбу, а потом уже тем, что не могла просто так оставить Грегори подыхать под приворотом. И сейчас тоже под ногами путалась, поэтому подложить удобную девку не выходило никак.
– Бертрана должна была всего лишь выйти за вас замуж. Но в последний момент у девки совесть взыграла или просто побоялась, что правда вылезет наружу… – при этих словах бесцветные ныне, а раньше голубые глаза Сандера, упёрлись в Алисию. В любой другой ситуации Элис бы последовала совету своей тётки: добить блаженного, чтоб не мучился, но если у них в револьверах пули из даорита… – И решила сбежать…
– Из-за вас она не добежала? – как на допросе уточнил Грегори, тихонько стараясь растормошить магию. Это не дело бездействовать. Надо незаметно притупить чувство опасности у противника, чтобы тот поверил, что победил…
– Побойтесь Бога. Зачем мне эта бессмысленная жизнь сдалась. Она сама напоролась на какого-то головореза…
– Не претворяйтесь и не врите хоть сейчас, – обрубил Грегори, припоминая, как пришлось поднимать зомби вместо сговорчивого призрака.
– Не вру, – оскалился Сандер. – Это банальное стечение обстоятельств. А вы конверт-то откройте…
Грегори пожал плечами и отвернулся от собеседника. Взглянул на Элис, пытаясь уловить её чувства. Но всё же вернулся к разговору.
– Это бессмысленно действие. Я ничего не могу продать вам, потому что у меня ничего нет, – было ли в голосе Грегори удовлетворение? Однозначно. Хотел ли он переиграть партию? Да.
– Ваши земли, – повторил с оторопью Сандер, и Грегори, наконец, вскрыл все карты.
– Мои земли давно выкуплены короной. Часть из них отдана в аренду на сорок девять лет, на часть оформлены сервитуты. Железная дорога будет проходить не по моим землям, а по землям, принадлежащим короне. Я ничего не могу продать или подарить.
