Текст книги "Трактир Пьяное сердце (СИ)"

Автор книги: Анна Соломахина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 17 страниц)

Annotation

Думала ли я, что дизайнерское образование пригодится мне для оформления иномирного трактира? Да никогда в жизни! Но это лишь малая часть того, что мне довелось пережить. Новый мир, незнакомый язык, бойкая малышка, благодаря которой мне не пришлось бродить по улицам в поисках жилья и пропитания, а ещё не в меру болтливая змейка. И тот самый трактир, который после смерти хозяина надо не просто удержать на плаву, но и разобраться с желающими его у нас отжать.

А тут ещё Тинька со своей змейкой очередного найдёныша приволокли. Не в первый раз, между прочим! И если раненый волк, отблагодаривший нас в своё время уж очень своеобразным образом – это ещё туда-сюда, то северный варвар…

Трактир Пьяное сердце

Глава 1. Трактир и его обитатели

Глава 2. Находка Тиньяты

Не знаю, какие там у Гварета рецепты, но огурцы всегда мягкие и кислее, чем надо, помидоры безвкусные, капусту словно измочалили. О свежих овощах тоже ничего хорошего сказать не могу, их явно вырастили с добавлением какой-то химии, хотя понятия «пестициды» здесь отсутствует, я спрашивала. К тому же он вдруг решил, что без Порута мы станем платить за это больше…

Глава 3. Мерзкий «эйронец» и чечил

Рецепты чечила и моцареллы

Глава 4. Ортос

Глава 5. Беспокойный пациент

Глава 6. Супчик

Глава 7. Ученье – свет

Глава 8. О пользе хорошего слуха

Глава 9. Заявление

Глава 10. Тучи сгущаются

Глава 11. Суровый варварский допрос

Глава 12. Туда и обратно

Глава 13. Откровения под луной

Глава 14. Похмелье

Глава 15. Перчик

Глава 16. Змеиная слежка

Глава 17. Нервы

Глава 18. Фрукт

Глава 19. Беспокойная ночь

Глава 20. Пираты

Глава 21. Ирина

Глава 22. Подготовка

Глава 23. Новые данные

Глава 24. Ещё одна неспокойная ночь

Глава 25. Калит

Глава 26. Крайлах

Глава 27. Ратуша

Глава 28. Закупка и прочие дела

Глава 29. Пираты

Глава 30. Бодрое утро, варвар!

Глава 31. Новый план

Глава 32. Химеры

Глава 33. Зачистка

Глава 34. В Армарию

Глава 35. Варвары, цветочки и прочая живность

Глава 36. Свадьба

Эпилог

Рецепты

Конец

Трактир Пьяное сердце

Анна Соломахина

Глава 1. Трактир и его обитатели

– Тётя Натаща, тётя Натаща, мы там такое нашли! – ворвавшись в трактир в самый разгар обеда, завопила Тиньята.

Худенькая девчушка с золотистыми локонами, в данный момент растрёпанными, словно опять каталась кувырком с пригорка, принялась уверенно протискиваться между посетителями. Чепец она свой где-то потеряла, впрочем, не в первый раз. Неизменная змейка обвивалась вокруг её руки и тоже выглядела очень взволнованной.

– Тинька, сгинь на кухню руки мыть! – прикрикнула Вильса – её старшая сестра.

Строгая не по возрасту, статная, красивая и… совершенно не имевшая ни времени, ни желания вести себя, как нормальный семнадцатилетний подросток. Да и когда тут, когда отец умер, а мать слегла, надорвавшись на хозяйстве?

– Тинь, ты действительно сейчас не вовремя. – Я погладила девчушку по встрёпанным волосам, потом змейку по маленькой юркой головке.

Та привычно зашипела, но уворачиваться не стала.

– Но тётя Натаща, он может помереть! – зашептала Тиньята, сверкая своими голубыми глазками. – Там…

– В кухню, быстро! – поторопила её Вильса. – Где опять чепец потеряла? Не напасёшься на тебя!

– Я не потеряла, я человека им прикрыла, чтобы солнечного удара не случилось, – буркнула под нос сердобольная Тиньята и грустно пошаркала в сторону кухни.

Я вздрогнула. Неужели опять кого-то нашла? Около полугода назад они с друзьями (такими же оборвышами, как и сама Тинька) приволокли раненого волка, да такого крупного, каких я сроду не видывала, даже на картинках. Хвала небесам, притащили они его на задний двор, а не в зал для посетителей. Тот рычал, щерился, но не кусался. Детей, по крайней мере, не трогал, как и меня, несмотря на то, что я промывала ему раны и накладывала целебную мазь и бинты.

Возможно, причиной тому был мой грозный взгляд и обещание прибить, если будет показывать характер. Не знаю… не факт, что я права. Скорее всего, змея его загипнотизировала или ещё как-то воздействовала. Дотащили же они его, Бог знает как.

Бедолага.

Жрал этот волк, между прочим, как здоровый конь, но выздоравливал тоже неплохо. Раны, располосовавшие его бок, часть морды и правую переднюю лапу, затянулись в течение недели. После чего он, нагадив на прощание во всех углах нашего двора, скрылся в ночи.

И как в нём го… фекалий-то хватило? Копил, небось…

Убирать принципиально не стала, оставила Тиньке. Та тоже не торопилась, ждала, когда подсохнет, а потом и вовсе передумала. Я передумала. Потому что, когда у шэллвудского купца сбежала парочка гепардов, которых он привёз на продажу, в наш двор они даже не сунулись, только принюхались, недовольно взмрявкнули и пошли дальше.

Оказывается, он нас таким образом отблагодарил. И защитил. Как мог, но действенно!

М-да, ну и мир! Никогда бы не подумала, что буду работать в трактире, дружить с говорящей змейкой и благодарить волка за то, что пометил нашу территорию. А ведь когда-то я училась на дизайнера интерьеров, дипломную работу по крытому катку с искусственным льдом защищала.

В той, прошлой жизни…

Кто ж знал, что в этой мне понадобится не знание графических программ и строительных нормативов, а мамина наука готовить всё своими руками, в том числе и сыр «косичка». Не говоря о колбасе, чипсах, наггетсах и прочей снеди, которая пришлась по душе клиентуре трактира «Пьяное сердце». А уж как это с местным пивом сочеталось…

Но это всё было позже, а сначала мне пришлось учить язык и местные порядки. После того, как пару лет назад та же сердобольная Тинька со своей бандой нашла меня в кустах местного парка. Точно так же, как и волка, только привела она меня не на задний двор, а в кухню, где тут же сунула краюху тёплого хлеба и кружку молока.

Ох и ругались тогда её родители, у Порута, ныне покойничка, чуть глаза на лоб не вылезли от воплей, а уж ро… лицо могло посоперничать не только с помидором, но и даже со свеклой. Его жена, Эхтра, тоже не пребывала в восторге от моего появления. На волка они, между прочим, отреагировали с меньшим надрывом, хотя, может, они к тому времени просто привыкли к неожиданностям от младшей дочки.

Смирились?

Кто его знает.

Спасло меня тогда лишь то, что Тиньята сорвала с моей головы вязаную шапочку. Длинные волосы, заплетённые в косу и уложенные вокруг головы, ясно дали понять хозяевам трактира, что я – не мужчина. По одежде они судить не могли, ибо брюки и плотная куртка скрадывали мою фигуру. А ещё мне подфартило то, что в тот день от них ушла уборщица, в которой они очень нуждались, но об этом я узнала потом, после того, как меня накормили, отмыли, переодели в довольно грубое поношенное платье и выделили угол для ночлега.

Жаль, что я тогда ничегошеньки не поняла. А, может, и не жаль, мало ли что сгоряча люди могут наговорить. Главное, что потом они не просто оставили меня работать, но и помогали с обучением.

– Натаща, принеси ещё три порции чипсов! – раздался чей-то зычный глас, возвращая меня в текущую реальность.

Я оглянулась, увидела компанию флипитцев, сидевших за столиком у окна, кивнула. От прочих народов, коих на Нулонской Ярмарке водилось великое множество, они отличались невысоким ростом, крепким телосложением и буйным нравом. Конечно, скандалили здесь не только они, но уж если флипитцы раскочегарились, то их мало что могло остановить.

И тогда на помощь приходила… нет, не охрана, а Зика – змейка Тиньяты.

Говорят, наше заведение единственное в этом краю, которое не было ими разгромлено. А всё потому, что эта ушлая морда знает, что у Флипитцев главное – это нейтрализовать главаря. Она прыгает ему на голову, оборачивается вокруг шеи и шипит, мол, либо садись за стол и нормально поговори, либо сдохни от удушья.

И, несмотря на её небольшие габариты, сил в ней действительно много. Один как-то попытался сопротивляться. Шея у него была короткая и крепкая, да и пальцы сильные, коими он попробовал её отодрать.

Не вышло.

Пришлось-таки усаживаться и общаться, как культурному человеку. С тех пор этот Торн всегда останавливается только у нас и всегда зовёт Зику на поговорить. Нашёл собутыльницу, блин.

– Спасибо, Натаща, – одобрительно кивнул мне Торн, когда я поставила на стол три тарелки с тонкими ломтиками печёного картофеля.

Сказать, что меня раздражало это пресловутое «щ» вместо «ш» – это ничего не сказать. Напоминало турок, которые точно так же коверкали моё имя, когда мы с родителями отдыхали в Анталии. И подкатывали они столь же нагло, как и горячие южные мужчины.

Впрочем, с инстинктом самосохранения у меня было всё в порядке, поэтому я умудрялась отболтаться даже от эйронцев – огромных, угрюмых и в то же время страсть каких наглых варваров. Тут главное было чётко обозначить границы в процессе работы и не попадаться под руку в тёмном переулке. А если попалась, то не забывать о ножике в сапоге, обращаться с которым меня научил тот же Порут, оказавшийся не таким уж вредным мужиком.

Земля ему пухом.

– Зика, иди ко мне, змейка ты моя подколодная! – вновь подал голос тот самый главарь сидящих за столиком флипитцев, чью шею некогда проверили на прочность.

Я только вздохнула, удаляясь от их стола.

Не то, чтобы я была им не рада, вовсе нет, те всегда хорошо платили за постой, порой и вовсе помогали избавиться от некоторых особо докучливых клиентов, но… Никогда не упускали случая прикоснуться к моей пятой точке. Сколько бы ни огребали по рукам. Да, после они извинялись, но в глазах горел азарт, мол, прокатит в этот раз или нет, среди которого не виднелось ни капли раскаяния.

И за это я им добавляла лишнюю позицию в счёт. Так и прописывала: «Компенсация за филейный ущерб». Платили. Много. А потом снова пытались. И с каждым разом стоимость этой позиции росла в геометрической прогрессии. Интересно, когда им надоест?

Мне вот уже. И давно. Но, к сожалению, выгнать я их никак не могла, ведь после смерти Порута нам всем приходилось несладко, каждый клиент был на счету, ведь…

– Уж-ше полз-су-у, – прошипела Зика, лихо взбираясь по ноге Торна и отвлекая меня от тревожных мыслей. – Ч-што, дорогой, сос-скучилс-ся?

– Конечно, только-только с корабля сошёл и сразу сюда! – главарь принялся судорожно рыться в карманах. – Вот, привёз тебе подарок.

Все тут же обернулись посмотреть. Что уж греха таить, я даже на цыпочки привстала, настолько меня пробрало любопытство.

– О-о, какая прелес-сть, – обрадовалась змейка драгоценному колечку.

Причём такого размера, который ей идеально подходил! А это означало, что изготовили его специально для неё, да ещё и камнем украсили, таким же зелёным, как она сама.

– Нравится? – с неожиданной теплотой спросил Торн. – Сам делал!

– С-сойдёт, – змейка явно пыталась скрыть свой восторг, но кто ей теперь поверит, когда уже успела проколоться?

– Эх, была бы ты девушкой, женился бы, – посетовал Торн. – Такая красавица, а как мужчин понимает, всегда есть о чём поговорить!

– Пос-смотрим, пос-смотрим, – таинственно прошипела Зика. – У нас-с тут дельц-се одно есть, но даж-ше и не з-снаю, ос-силиш-шь ты его или нет-с…

Так, что это там ещё за дельце?

Я встрепенулась, двинулась было обратно к столу, но меня отвлёк другой клиент.

– Милая, принеси ещё той чудесной косички и пинту пива, – мягкая улыбка сопровождала заказ, отчего я не удержалась и тоже улыбнулась.

Не каждый день встретишь столь приятного в обхождении клиента.

Будем надеяться, что он так же приятно рассчитается, а не станет судорожно вспоминать, где же он оставил свой кошелёк.

Не знаю, о чём там поведала флипитцам Зика, но буквально через десять минут они всё доели и куда-то выдвинулись. Счёт им оплачивать не требовалось, ибо они внесли кругленькую сумму предоплаты за пару номеров на втором этаже и трёхразовое питание.

Следом за ними за дверь выскользнула Тинька, дожёвывая на ходу булку с маком.

Эх, чует моё сердце, не к добру всё это. Вот как пить дать!

Карта мира, куда попала наша Натаща:

Глава 2. Находка Тиньяты

Не зря меня посетило то предчувствие, ой не зря! Правда, пришлось отвлечься, ибо народ требовал еды, а одна из подавальщиц не далее как вчера уволилась.

Вообще, с тех пор как умер Порут (при очень странных обстоятельствах), всё шло кувырком. Сначала слегла Эхтра, и до несчастья страдавшая от ломоты в костях, а через месяц и вовсе сдавшаяся. Выгорела. Ей действительно было тяжело, причём не только физически, но и морально.

Не раз она сетовала, что так и не смогла народить наследника, ворчала, будто от девок мало толку, отчего Вильса хмурилась и шла вкалывать дальше. В какой-то момент я даже отругала Эхтру за то, что она несправедлива к старшей дочери. Насчёт младшей не спорила, ибо с той действительно пока толку никакого, одна милота и проказы. Но именно эта милота не давала мне унывать, толкала на ратные подвиги на ниве ресторанного бизнеса.

Точнее трактирного.

После того, как бразды правления практически перешли в мои руки, я наняла пару дополнительных помощниц, обновила интерьер (я давно разобрала чердак, нашла там массу симпатичных вещиц и потихоньку их реставрировала), чего мне раньше не позволяли сделать и, самое главное, сменила поставщика овощей и солений.

И вот с этого момента началась новая волна проблем, ибо мужик закусил удила. Как это так, от его услуг решили отказаться?

А ничего, что они у него невкусные?

Не знаю, какие там у Гварета рецепты, но огурцы всегда мягкие и кислее, чем надо, помидоры безвкусные, капусту словно измочалили. О свежих овощах тоже ничего хорошего сказать не могу, их явно вырастили с добавлением какой-то химии, хотя понятия «пестициды» здесь отсутствует, я спрашивала. К тому же он вдруг решил, что без Порута мы станем платить за это больше…

Чем он руководствовался – не знаю. Явно не законами свободного рынка со здоровой конкуренцией.

Я быстро договорилась с парочкой женщин, у которых брала лично себе солёные помидоры и лечо, о более крупных объёмах закупки. Как водится, у тех имелись сёстры-золовки и прочая родня, у которых тоже было всё в порядке с этим делом, поэтому сбоя поставок не предвиделось.

М-м, нет ничего вкуснее солёных помидор с чесночком, слегка сдобренных сахаром и сладким перцем!

Так вот, с тех пор к нам зачастили неожиданные гости. То проверка на соблюдение санитарных норм (закончившаяся приличным штрафом за ими же подсунутое гнильё), то стража Ярмарки вдруг решила, что у нас может скрываться беглый преступник. Преступника, правда, они нам подкинуть не смогли (ибо сами его искали), но шуму наделали знатного, весь народ в обед распугали. Да и ужин задержали – всё пытались найти у нас тайный схрон или лаз. Ещё и напакостили в процессе, пришлось прибираться после них.

Я искренне пожалела, что волк уже вылечился, было бы кому всё съедать. Впрочем, пропасть еде я не дала – объявила что-то вроде «чёрной пятницы»: отправила гурьбу ребятишек во главе с Тинькой вопить о неслыханной акции, сама же споро накрыла столы. Даже те, которые стояли в сарае, выставила во дворе, чтобы всё уместилось.

Плату за проход к «шведскому столу» брала небольшую, лишь бы отбить затраты. Правда, фирменную ветчину, сыры и прочие деликатесы из погреба не доставала, тем ничего за ночь не сделается. Да и я не железная, ведь своими фирменными, земными рецептами с посторонними не делилась, всё делала сама напару с Вильсой. В конце концов, именно из-за них наш трактир был особенно популярен среди купцов.

В итоге мы не только не ушли в минус, но и получили дополнительную рекламу! Народу с тех пор прибавилось, пришлось срочно ставить навесы, дабы дополнительные столы не замочило дождём. Рановато для них было, тепло пока толком не установилось, но народ шёл, и было крайне глупо его упускать.

Пришлось даже нанять ещё парочку подавальщиц, но то были приятные хлопоты.

А потом объявился землевладелец. За рентой вестимо. Если честно, за те два года, что я здесь прожила, ни разу его не видела. Денег, как водится, у Эхтры не нашлось. Точнее, нашлось, но слишком мало.

Не знаю, действительно ли Порут столько ему платил, или тот тоже решился нажиться на женском горе, но собственником земельного участка был именно он. Трактира вроде как и нет, когда-то здесь стояла лишь пара ветхих сараев, которые почивший хозяин лично снёс и отстроил крепкое, надёжное двухэтажное здание, а после летнюю кухню и прочие хозяйственные пристройки. Но, если бы мы начали артачиться, пришлось бы отдать. За мнимые долги.

– Это всё из-за Гварета, – процедила Вильса с ненавистью глядя во след землевладельцу. – Они с ним родственники, вот и сговорились нас уморить.

Эхтра только вздыхала да слёзы утирала. Сильно её всё это подкосило, что уж там говорить. Но я всё равно её не понимала! Как так – у тебя дело, дочери, а ты?..

Разговор у нас тогда состоялся жёсткий. Вильсу я выпроводила за дверь, Зике строго-настрого запретила подслушивать, но разве за ней уследишь? Змея ж. Мелкая, вёрткая, умеющая быть незаметной, когда захочет.

– Можно ли на них найти управу? – спросила я Эхтру, ведь сама пока плохо понимала такие тонкости.

– Не знаю, Порут сам всегда с этим разбирался, – надтреснутым голосом ответила женщина.

Худая, измождённая, постаревшая раньше времени от тяжёлой работы и нескольких неудачных родов. Между Вильсой и Тиньятой было ещё трое. Тоже девочки, о них не сильно скорбели, но здоровье те из неё вытянули. Странная логика, учитывая, что та же Вильса была сейчас мне самой надёжной опорой в непростом деле выживания.

– Знаешь, я всё понимаю, но ведешь ты себя со своей дочерью по-свински! – припечатала я. – И только хорошее к тебе отношение, благодарность за помощь не даёт мне высказаться куда резче.

– Нет, ты не понимаешь! – вскрикнула Эхтра, из последних сил приподнявшись на локтях. – Всё было бы хорошо, если бы она согласилась выйти замуж за сына Гварета. Но нет, не хочется ей со стариком связываться, грозилась даже невинности себя лишить с первым же флипитцем, если мы заставим её. А какой он старик, ему всего-то сорок лет?

Ну да, учитывая, что Вильсе семнадцать, сорок – это был очень даже приличный возраст. Хотя лично мне всегда нравились более зрелые мужчины, чувствовалась в них этакая надёжность. Но судя по тем методам, что использует его папаша, не стоит ждать от женишка поступков настоящего мужчины.

Если бы он им был, давно бы уже проявил себя.

Так вот об уволившейся подавальщице – она это сделала без видимых на то причин. Наверняка, опять этот Гварет подсуропил, не иначе! Но я не собиралась сдаваться, уже сегодня вечером должна была прийти одна из дочерей моих новых поставщиков солений и помочь с ужином, а также уборкой после него.

Я же после этого самого ужина планировала заняться сыром, который буквально таял на глазах. У меня и молоко в погребе выстоялось, можно делать чечил, который всем здесь так полюбился. И неудивительно, солёный и слегка подкопчённый сыр только так расходился, как закуска к пиву. Продавали мы его недёшево, всё же штучный товар, но он всё равно пользовался бешеным спросом.

Кстати, из части молока можно сделать моцареллу с зеленью, тоже неплохо заходит!

Моим планам не суждено было сбыться, ибо ещё до ужина Торн сотоварищи приволокли в трактир… варвара. Огромного, побитого, еле дышащего, отчего захотелось дать леща. Всем. Начиная с Тиньяты, заканчивая Торном, который повёлся на подначки змеи. Кстати, Зика сегодня обойдётся без молока, пусть мышей ловит. Или вообще изумруд на подаренном кольце грызёт!

– Ребята, это уже перебор, – пробормотала я, устало опускаясь на стул. – Лучше бы ещё одного волка принесли…

Если что, мы только-только прибрались в трактире и буквально жаждали хоть немного отдохнуть перед вечерней гонкой.

– Натаща, ну ты же добрая! – Тинька умильно сложила ручки, прекрасно зная, как я на это ведусь. – Вильса, не рычи, ты ведь не волк.

Ох, лиса… Ох она у меня получит… Говорят, эксплуатация детей – уголовно наказуемое преступление? А тащить в дом опасных тварей – это что? Вот если бы Тиньята не носилась, где попало, а помогала нам да хоть с той же уборкой, проблем было бы куда меньше.

Да, посуды тоже стало бы меньше, у неё просто талант её ронять. Как и попадаться под ноги в самый ответственный момент. Причём не со зла, просто она – удивительная непоседа. И именно потому она носится с соседскими ребятишками по округе и периодически преподносит своей семье сюрпризы. Помимо волка у нас много кто побывал, а змейку она и вовсе отжала у мага.

О, то была та ещё история!

Случилась она за пару лет до моего попадания на Марэлл – так называется этот странный мир. Снимал в «Пьяном сердце» один маг комнату. Долго снимал, недели две, прежде чем к нему прокралась маленькая егоза. Кажется, ей тогда года три было, если мне не изменяет память. Так вот, малышке стало безумно любопытно, что же скрывается за дверцей, которую так неосмотрительно забыл закрыть маг, рванув в уборную.

И она нашла приключения на свою маленькую попку!

В большом чемодане в ворохе стружек у мага лежало несколько яиц. Разноцветных, больших и не очень, но самое главное, таких притягательных. И глянулось Тиньяте одно яичко. Маленькое. В зелёную крапинку. Погладила она его пальчиком, даже поцеловала от души… Тонкая скорлупка треснула, наружу высунулась любопытная мордочка маленькой изумрудной змейки, которая, увидев девочку, тут же на неё запечатлелась.

О, как тогда ругался маг! Ведь то была не простая змея, а какая-то там редкая, разумная, дорогая. Теперь её уже было не продать, ведь больше никого она-то и не признает своим хозяином.

Хотя, я бы поспорила, кто там из них кому хозяин.

Порут орал, говорят, ещё громче, даже ремень вытянул из штанов, замахнулся… Маг его остановил. Видимо, нормальный оказался мужик, мигом скрутил его, внушение сделал, что нельзя девочек обижать, даже компенсацию брать не стал. Так только, сговорился столоваться до конца недели без оплаты, за проживание же всё равно заплатил.

Порадовался даже, что яичко Тинька выбрала самое скромное, а то у него там и посерьёзнее существа имелись.

Возможно, потому Порут и не настоял на свадьбе Вильсы с тем сорокалетним женихом. Запомнил мажью науку девочек не обижать. И меня он тоже ни разу не обделил, и с пошлостями не приставал, а ведь мог. Тут у мужчин такие дела в порядке вещей.

Особенно у эйронцев, один из которых лежал сейчас передо мной и пытался помереть. Ну, уж нет, только не в общем зале!

– В кухню его! Да не в основную, летнюю, – приказала я.

Пусть там лежит, чтобы под присмотром и в то же время подальше от чужих глаз. Комнат всё равно лишних нет, а в сарай как-то совсем не по-человечески. Хоть и варвар он опасный. Эх, и без него проблем хватает, притащили тут на мою голову!

Обрабатывали раны мы ему всем миром. Даже Торн поучаствовал, принеся какую-то ранозаживляющую мазь. И раздеть помог, что тоже большой плюс.

Мужчина был просто огромный. Он занял весь мой лежак, на котором я частенько ночевала, особенно в жаркие летние ночи. Ноги свисали с матраца, пришлось сбегать за пнём, который всё никак руки не доходили расколоть, и положить их на него. Кровь, кстати, не текла, что не могло не радовать. Приглядевшись, я увидела, что у него не только свежие повреждения, но и множество старых шрамов, явственно говоривших о бурной жизни, полной сражений.

Вот и зачем нам эта «зверушка»?

Глава 3. Мерзкий «эйронец» и чечил

Вечер я провела нервно.

Сначала к нам заявился давешний женишок Вильсы – Довэл. Им оказался плюгавенький мужичонка с вислыми усами, который то и дело зыркал на девушку, но подойти не решался.

– Чего это он такой робкий? – удивилась я. – Вроде, взрослый мужик, при деньгах, насколько я поняла.

– Так Вильс-са ему в прошлом году з-снатно наваляла, – ехидно прошипела Зика. – Чуть хоз-сяйс-ства не лиш-шила. Ты не видела, на рынок уходила.

Я с уважением посмотрела на хозяйскую дочь. Старшую. Попутно пыталась понять, куда подевалась младшая, ибо раз змея здесь, то и Тинька где-то поблизости.

– У варвара она, – ответила на мой невысказанный вопрос Зика. – С-сч-щитают с-с друзьями, сколько ран он получил за с-свою бурную ж-шиз-снь.

М-да, нашли себе занятие. Он, конечно, остался в портках, но всё равно мужчина же. Большой, мускулистый, страшный. Судя по серебристым прядкам в волосах и мелким морщинкам около глаз, матёрый волк. И этот волк вряд ли ограничится метками территории.

Кстати, как удачно я их прикрыла кусочками дёрна, проверка ничего не заметила! А то и за это могла бы штраф выписать, и слушать точно ничего бы не стала о столь необычных способах защиты от посторонних животных.

Довэл проторчал в трактире довольно долго. Заказал еды, выпивки и усиленно делал вид, что игнорирует Вильсу. Получалось из рук вон плохо, актёр из него никудышный. С другой стороны, счёт оплатил с хорошими чаевыми, правда, я поспешила избавиться от его денег, раздав монеты другим посетителям, когда требовалась сдача. Ну его, бережёного Бог бережёт.

Тут ведь даже магия имеется, правда, я видела лишь небольшую часть её возможностей. Уж больно дорого она стоит. Даже сами маги не стремятся часто её использовать, особенно если дело можно решить менее затратным способом. Но это я по разговорам сужу, у нас, пока я здесь работаю, всего несколько раз маги останавливались. То ли тот, который змейки лишился, пустил о нас нелицеприятный слух, то ли что…

Драх его знает.

Наконец, когда из посетителей остались только те, кто снял у нас комнаты, я отправилась в летнюю кухню делать сыр. Непростое это дело, но весьма приятное, особенно когда на улице прохладно. Ты работаешь с тёплым молоком, греешься заодно.

Вот только периодически подрагивающее и постанывающее тело никак не красило мой досуг. Тинька и та убежала спать, впрочем, я сама её отправила, напоив предварительно молоком. Пусть отдыхает. Завтра у нас будет полегче, начнутся будни, можно продолжить занятия.

Чтение, письмо, счёт.

Меня ведь здесь научили только разговорному языку, поэтому вместе с девочкой мы корпели над учебниками, Вильса нам помогала. Что уж говорить, усидчивости маленькой егозе не хватало, силы её заканчивались куда раньше, чем мои, но уж лучше так, чем вообще никак.

Эх, в школу бы её отдать, самый возраст – семь лет, но здесь они только платные. Но я упрямая, обязательно найду возможность дать ей образование, только с текущими проблемами разберусь. А ещё надо не забыть собрать с утра бельё и одежду для прачки, а то остались только старые поношенные вещи. Один день переживём, конечно, но вообще надо бы подкупить платьев. Тиньке пару штук, нам с Вильсой, свежие фартуки подавальщицам…

Деньги. Везде нужны деньги, чёрт возьми.

– Ладно бы проверки, но этот землевладелец, – вздохнула я, разгребая угли в печке, чтобы уменьшить жар.

Молоко уже нагрелось до нужной мне температуры («пальчиковый термометр» показал, что горячо, но терпимо), пора добавлять в него уксус.

– Проще киллера нанять, чем отдать ему этот выдуманный долг, – досадливо бросила я, помешивая молоко.

Ладно, прочь плохие мысли, не стоит портить себе и без того непростую карму злыми помыслами.

Аккуратно вливая уксус в разогретое молоко, я старалась не переборщить. По идее, если сыворотка пожелтеет, то ничего страшного, но мне больше нравилось, когда она становилась почти прозрачной, но не уходила в желтизну. Тогда и сыр получался более нежным, и а из сыворотки особенно вкусное тесто. Каральки там, булочки, ягодные пирожки.

С топчана раздался тяжкий вздох.

– Химеры позорные… – пробормотал варвар и снова затих.

Я вздрогнула, потом ругнулась, ибо нечаянно упустила ложку. Конечно, руки чистые, а молоко вполне себе терпимое, но всё равно неприятно.

Нервно.

После того, как молоко окончательно разделилось на мягкий сыр и сыворотку, я положила тёплый ком в дуршлаг, чтобы стекало, и вновь прибавила жару. Зачерпнула чистой миской колодезной воды, насыпала туда стакан соли, помешала и отставила в сторону.

– Пить, – раздался хриплый голос.

Вздохнула.

Вот так всегда! Мне сейчас надо контролировать температуру, ибо кипящая сыворотка совершенно не нужна – так и без рук можно остаться, но…

– Сейчас, – потянулась за кружкой, поморщилась, что не догадалась принести другую, не свою, но тут уж ничего не попишешь.

Долго ходить.

– Вот, держи, – я присела около лежака, подала кружку.

Рука, попытавшаяся взять её у меня, бессильно упала обратно. Чёрт! Придётся самой поить, а взгляд так и норовит скользнуть туда, где мощное тело прячется под слишком тонким для него покрывалом. Все рельефы видны, гадство!

Мутный взгляд варвара заставлял нервничать, всё же не хотелось, чтобы он умер. Особенно на моём лежаке.

Пересохшие губы жадно потянулись к кружке, прилипли к ней, как банный лист кое-куда, а после того, как вода закончилась, частично попав внутрь, частично вылившись на литые мускулы мощной груди, пришлось идти за новой порцией.

– С-спа…

– Потом отблагодаришь, – буркнула я, поспешно отворачиваясь и замечая, как из кастрюли валит сильный пар.

Ринулась к печи, схватила прихватки, убрала кастрюлю, недовольно цокнув языком. Придётся немного подождать, иначе так и руки можно обварить. Перчаток-то здесь нет, лишь грубые рукавицы, годящиеся только для грязной работы.

За всю Ярмарку говорить не буду, но в нашем околотке я таких точно не встречала. А дальше него и не бывала, только в порту несколько раз. Говорят, в некоторых районах можно купить всё что угодно, но одной туда лучше не соваться, особенно где обитают химеры.

В богатых кварталах (вот куда бы я точно сходила глянуть, как люди живут), а также столице Нулона – Малтоне – тоже много всего диковинного, в том числе и сильные маги. Такие в «Пьяное сердце» заглядывают редко – у нас средней руки заведение. При мне, как я уже говорила, их бывало совсем немного. Хотя… кто его знает? Не все же с ходу афишируют свой статус, особенно те, кто снимают комнату только на одну ночь, а то и вовсе заходят лишь перекусить.

– Ладно, пора за дело браться, а не сопли размазывать, – подбодрила себя и опустила остывшую сырную заготовку в горячую сыворотку.

Проковыряла в середине комочка дырку, сделав эдакий бублик, и принялась растягивать сыр, периодически макая его в сыворотку. Нехитрые действия успокаивали, я даже немного отвлеклась от того, что за моей спиной лежит ужасный варвар. Весь в шрамах, так и кричащих о его характере…

Наконец, когда нити стали достаточно тонкими, упругими и слоистыми, я положила первую порцию сыра в холодную солёную воду, слила сыворотку в чистое ведро, в кастрюлю же налила новую порцию молока.

Работы предстояло много, но откладывать её было нельзя. Ибо те же флипитцы страсть как охочи до моих косичек, можно даже не коптить, так подавать, всё одно съедят.