Текст книги "Замороженный король. Убить или влюбить? (СИ)"
Автор книги: Анна Соломахина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 17 страниц)
Нет, это плохой вариант, голову надо беречь, пусть у Жардетты и на редкость крепкие кости. Хм, кстати, а ведь у неё явно не особо развитый мозг! Совершенно точно она никогда не изучала медицину и прочее, но, несмотря на сей факт, я прекрасно всё помню. Да и соображаю в обычном режиме, хотя по идее количество нейронов и синапсов, не говоря об их качестве, никак не может поддерживать такую мозговую деятельность.
Что уж говорить о полях и подполях.
Хотя, та же мелкая моторика у меня явно страдает – я еле сделала те несчастные петли на будущий снуд. И, конечно же, дело не только в толстых пальцах, но и в том, что та область мозга, которая за это отвечает, попросту не развивалась в нужном мне объёме.
Но почему тогда я продолжаю нормально мыслить? Неужели это завязано на душу?
Жаль, спросить об этом некого. Ни Савельева (большого специалиста в исследовании мозга), ни МРТ, ничего, чтобы хоть как-то разобраться в этом вопросе.
Задумавшись, не заметила, как пришла в обеденную залу. От одного взгляда на роскошный стол я вдруг осознала, что опять хочу есть. Да, ну и прожорливое тело мне досталось! Впрочем, я тут же забыла о своём голоде, ибо увидела, что к нам, простым смертным, соизволил присоединиться Его Величество Отмороженный Король.
Интересно, по какому поводу такая честь?
Все тут же принялись томно вздыхать, мол, это же он – король рок-н-ролла. Сам Элвис, ага. Те, кто в шелках, красиво присели, простолюдинки склонили головы, и только я стояла столбом, пока, наконец, не сообразила, что надо бы тоже что-нибудь изобразить. А то слишком выделяюсь на общем фоне.
– Рад приветствовать вас, леди, – заговорил венценосный блондин, не дав мне шанса реабилитироваться.
Надо же, а голос уже не такой холодный, каким был до этого.
– Ваше Величество. – Гранд дама тоже присела перед ним в реверансе, хотя в таком возрасте я бы не советовала ей напрягать коленные суставы.
– Хотел предупредить всех претенденток, что правила отбора нельзя нарушать ни в коем случае! – Король грозно взглянул на парочку девиц, которые так побледнели, что я приготовилась откачивать их от обморока.
А потом он перевёл взгляд на меня.
– Любую, кто попытается обмануть, ждёт страшная кара, – проговорил он медленно и с особым значением.
Я по привычке сделала покерфейс (опыт не пропьёшь!), правда, поджилки дрогнули, что уж там скрывать.
Неужели он догадывается о моей истинной сущности? Так, а где я могла проколоться? Вчера попросила помыть руки… Нет, это вряд ли что-то запредельное, здесь прекрасно развито понятие гигиены, ничего нового я не озвучивала.
Хм, вроде, мы с ним больше не контактировали.
Наверное, я просто слишком бросаюсь в глаза из-за своих габаритов, вот он на мне и отыгрался. Да, я ему словно бельмо на глазу: большая, несуразная, простолюдинка к тому же. Эх, знал бы он, как я хочу отсюда смыться, только с врачом поговорю, чтобы хоть как-то сориентироваться.
Хвала томографу, король перестал сверлить меня подозрительным взглядом и удалился. Осчастливил электорат, так сказать. Оказал своим невестам простое человеческое внимание. Да после такого у большинства кусок в горло не полез, так и сидели перед тарелками с испуганными лицами.
А вот нечего вынашивать коварные планы, как обогнать своих соперниц. Честно надо играть! Вон, Люнетта с Ардеттой уже отошли и принялись за еду – значит, нечего им бояться. А те, что в шелка разодеты, до сих пор к приборам не притронулись. Правда, некоторые неплохо держали лицо, но я всё равно их раскусила – они слишком долго мыли руки в чашах. И это при том, что я вчера прекрасно видела, как они это обычно делают.
У меня в силу профессии стрессоустойчивость была повыше, так что я вслед за подругами принялась уминать вкуснейшую рыбу под сырной корочкой. Напоминала она форель и сама просилась в рот. А ещё я не устояла перед мелким картофелем, обжаренным до золотистой корочки, свежей, ещё тёплой чесночной булочкой… Для баланса добавила свежих овощей, так что совершенно незаметно тарелка оказалась полной. Вот как тут похудеть?
– Ох и невзлюбил он тебя, подруга, – посочувствовала мне Люнетта после того, как наши тарелки опустели. – Но ты не обижайся, он же всё-таки король.
Ничего себе логика! Я даже онемела от такой фигуры мысли.
– Не говори глупостей, – осадила её Ардетта. – В любом случае нельзя так издеваться над девушкой, даже если она тебе не нравится! Ничего, после музыкального конкурса мы все отсюда вылетим, и слава Тарру.
Я была готова расцеловать эту девушку за критичность её мышления! Нет, я обязательно поправлю ей нос, как только разберусь, где достать инструменты. Да, это больше профиль отоларингологов, но я умею. Практиковала такую операцию – было дело.
Тарр. В голове словно вспышка мелькнула. Что-то с этим словом связано. То, что касается непосредственно меня. Жрец. Да, он говорил мне это имя, а ещё, кажется, я слышала его во сне…
После обеда гранд дама повела всех в сад подышать свежим воздухом, чему я была несказанно рада, ибо планировала улизнуть. Да, диверсию так и не успела организовать – король сбил меня с толку, но сейчас появилась возможность провернуть всё более тихо. Некогда мне воздухом дышать, пусть это и полезно для здоровья, надо с врачом встретится. Или всё-таки со Жрецом? А, ладно, кто первый попадётся, того и допрашивать буду.
Отпросившись в туалет, я двинулась в сторону одного подозрительного мужчины, изображавшего лакея. Он стоял в стороне и делал вид, что так и надо. Ага, но я-то заметила, что он, в отличие от остальных, ничегошеньки не делал, только зыркал по сторонам.
Вот пусть и помогает, шпион – выйди вон.
– Извините, вы не подскажете, как мне найти врача? – спросила я у него с самым невинным видом.
В последний момент я передумала про Жреца, всё-таки пообщаться с коллегой мне хотелось больше.
– Вам плохо? – тут же встрепенулся он.
– Да, очень, – проникновенно произнесла я.
Даже руку к груди прижала для большей достоверности.
Миг, и он достаёт небольшой камешек, подносит его к виску и сосредотачивается, прямо как гранд дама, когда та девушка руку порезала.
– Вам помочь дойти до комнаты? – Мужчина учтиво подал мне руку.
– Буду вам премного благодарна, – я слегка закатила глаза, но, поймав удивлённый взгляд «лакея», поняла, что переигрываю.
Впрочем, как и он. Ну какой из него лакей? Он явно старше всех этих парней в атласных панталонах, да и взгляд у него более хищный. Словно под шкурой овцы скрывается волк. Матёрый такой, с о-острыми зубами.
Но сейчас-то он их показать не может! Я ему для этого повода точно не дам. Буду изображать дурочку до победного конца.
Вёл он меня уверенно, ни разу не сбился даже тогда, когда началось спальное крыло и пошли многочисленные двери. И это наводило на определённую мысль. Я-то приняла его просто за соглядатая, этакого контролёра за беспечными девицами, но сейчас, когда мужчина безошибочно открыл именно мою дверь, у меня пробежали мурашки. Жутненькие такие. И отсутствующие после местной мягкой депиляции волосы дыбом встали.
Либо у него идеальная память, раз он в курсе, где именно меня поселили, либо он… следит именно за мной.
– Я позову горничную, чтобы ваша репутация не оказалась скомпрометированной. – Он остановился ровно на пороге, заставив «больную» меня ковылять до кровати самостоятельно.
Вот негодяй! А если бы мне действительно было плохо?
Впрочем, долго размышлять на тему, какие же всё-таки мужчины сволочи, хоть земные, хоть иномирные, не получилось, ибо явилась горничная и принялась ворчать на понаехавшую меня.
– Что же ты сама на отбор не пошла, была бы сейчас на моём месте? – усмехнулась я.
Причём не столько над ней, сколько над чепчиком. Всё-таки он решительно ей не идёт.
– Потому что ума у меня поболе твоего будет! – Она горделиво упёрла руки в бока. – Все умные люди знают, что король никогда не женится на простолюдинке. Поэтому вместо того, чтобы позориться, я предпочитаю работать.
– Поздравляю, ты прошла местный IQ тест, – в этот раз я была серьёзна.
Нет, она действительно показала наличие у себя житейского благоразумия. Вот только мой комплимент не оценили.
– Я прошла отбор у самой гранд дамы, так что нечего мне тут! – Она бы ещё много чего мне наговорила, но дверь распахнулась, являя нашим глазам кудрявого врача.
Позади него топтался тот самый «лакей», у которого, по идее, своё место работы, обязанности. Хотя, что я могу знать о его обязанностях?
– Итак, что у нас случилось в этот раз? – Бернулли закрыл дверь перед самым носом лакея, деловито двинулся к столу, чтобы поставить на него свой медицинской чемоданчик. – О, я вас помню – вы сидели около той девицы с порезом и заглядывали куда не следует.
– Да, это была я, – повинно опустила голову, мол, каюсь. – Уж больно интересно у вас там всё лежало.
– Надеюсь, вы позвали меня не для праздной беседы? – Он сурово сдвинул брови, показывая, какой он строгий и очень занятый человек.
Я тоже так умею делать, не единожды применяла на практике.
– Нет, конечно, – самым искренним образом поспешила заверить местное светило медицины. – У меня что-то сердце побаливает.
Я намеренно решила указать именно это недомогание. Во-первых, интересно было посмотреть, как они тут вообще диагностируют, а во-вторых, попробуй, докажи, что не болит.
Бернулли молча кивнул мне, полез в ящик, достал оттуда какой-то флакон.
Нет уж, никакую неизвестную науке гадость я пить точно не буду, пусть сначала объяснит, что это такое!
Но врач меня удивил: он откупорил пузырёк и сам сделал из него пару глотков.
– Лягте на кровать, руками ничего не прикрывайте, – проговорил он, одновременно поворачиваясь ко мне лицом.
– Ёпрст! – воскликнула я, подскочив от неожиданности.
Я только присела на кровать, собралась снять туфли и лечь, как меня пронзили светящимся взглядом. Жутким таким, инфернальным.
– Что, никогда магического взгляда не видела? – усмехнулся Бернулли, делая шаг к кровати. – Успокойся, от этого не бывает…
– Детей? – брякнула я первую ассоциацию, которая пришла мне в голову.
Шутим мы так на работе, мол, не бойтесь укола, от этого не беременеют и прочее в том же духе. Нет, ну у нас в отделении от уколов действительно не беременеют, за этим лучше обращаться в репродуктивную гинекологию.
– И это тоже, – хмыкнул он, явно довольный произведённым эффектом. – Но вообще я имел в виду боль.
И я как-то сразу успокоилась. Поняла, что это просто местные особенности. Похоже, употребив ту жидкость, он сможет выполнить диагностику. Хм, интересно, а для каждого вида диагностики у них разные флаконы или это универсальное средство? Что именно он сможет во мне разглядеть: скелет, мышцы, сосуды, органы или всё вместе?
– Ч-что это? – теперь настала очередь изумляться Бернулли.
Он так сильно выпучил и без того неглубоко посаженные глаза, отчего они стали выглядеть особенно устрашающе. Светятся же, а тут ещё и почти выпадают из глазниц. Трэш!
– Что случилось? – я испуганно прижала руки к груди, теряясь в догадках, какую аномалию он во мне узрел.
А вдруг он смог увидеть, что это не моё родное тело? Чёрт, а так всё хорошо начиналось: я сумела залучить его себе в комнату, мы начали мило общаться, и вот. Горничная ещё это всполошилась, к двери кинулась, видимо, на помощь того лакея звать собралась. Или просто смыться решила, пока страшный доктор со светящимися глазами и впрямь не сделал ей ребёнка. Бесконтактно.
Нет, ну в этом я могла с ней и согласиться. Ребёнок без контакта – никакого удовольствия!
– Помогите, там доктору плохо! – закричала горничная, открыв дверь в коридор.
– Пусти! – раздался голос «лакея».
О, а вот и он сам – влетел в комнату весь из себя готовый помогать, вот только кому? Я сижу на кровати, никого не трогаю (примус починяю), Бернулли с вытаращенными светящимися глазами ещё и вращает ими, словно сигнал бедствия подаёт. Весело, ничего не скажешь.
– Помогите, я, кажется, ослеп! – врач выдал наконец-то нечто конструктивное. – У меня всполохи перед глазами!
Я тут же вскочила, бросилась к нему, взяла его лицо в свои руки и попыталась рассмотреть хоть что-то. Не понятно. Светят, как два жёлтых фонарика, и всё. Так, стоп! До этого они светились бирюзовым, а теперь жёлтым.
Чёрт, что бы это значило?
На всякий случай я бросилась в ванную, достала из шкафчика простую матерчатую салфетку, намочила её и принесла всё ещё воющему Бернулли.
– Доктор, у меня есть влажная салфетка, – взяла его за руку, вложила в неё тряпку.
Сама прикладывать не стала, мало ли. Вдруг поврежу? Пусть сам решает, ему виднее.
Бернулли тут же перестал кричать, а также наконец-то закрыл свои жуткие глаза. Второй рукой он нащупал влажную тряпочку, поднёс её к носу, видимо, проверяя, какой жидкостью я её пропитала.
– Вода, – подсказала я. – Из графина. Не знаю, кипячёную туда наливают или нет.
Кивнув, врач приложил, наконец, салфетку к глазам и вздохнул.
– Нужно позвать Раттарда и Жреца, – выдал он, наконец, конструктивное предложение.
Эх, провалилась моя попытка наладить отношения с местным врачом. Повредила ему глаза. Надеюсь, ненадолго! Везёт мне в последнее время, как утопленнице.
Раттарда на месте не оказалось, а вот Жрец явился довольно быстро. К тому времени Бернулли окончательно перестал страдать и даже попытался посмотреть на себя в зеркало. Его я сняла со стены в ванной и любезно принесла в комнату.
– И почему я не удивлён? – иронично проговорил служитель местного культа. – Так и знал, что ты себя ещё проявишь.
– Я не специально, честное слово! – Чуть не перекрестилась по привычке, но потом вспомнила и попыталась повторить тот жест, который вчера все делали.
Штирлиц ещё никогда не был так близок к провалу.
– Вижу, что не лжёшь, – хмыкнул он в ответ. – И от того мне особенно страшно.
Я не поверила ему ни на грамм. Страшно ему, как же. Вон всё лицо светится от любопытства, губы подрагивают в полуулыбке, а в уголках глаз прорезались лучики-морщинки.
– Не всем дано видеть божественный свет и не пострадать от этого, – глубокомысленно изрёк Жрец после внимательного осмотра уже не таких страшных глаз лекаря.
Он накрыл их своей ладонью, второй рукой прикоснулся к затылку Бернулли и что-то зашептал. Мне показалось, или прозвучало слово Тарр? После того, как Жрец убрал руки, глаза оказались полностью здоровыми. Я видела, как сужается зрачок от прямых лучей света, как взгляд прекрасно фокусируется, а ещё врач больше не морщился от боли.
С ума сойти! А ведь Жрец даже камушек не использовал!
– Что это было? – вопросил Бернулли, но Жрец ничего не ответил, только таинственно улыбнулся.
– В следующий раз, если с Жардеттой что-нибудь произойдёт, зовите сразу меня. – Он многозначительно посмотрел на «лакея», на горничную, а потом и на Бернулли. – Тебе, дитя моё, сегодня лучше отдохнуть, поесть творога с черничным вареньем.
Я сначала подумала, что это он мне говорит, но нет, дитём он назвал Бернулли. М-да, совсем забыла, что он здесь кто-то вроде Патриарха.
– А ты, милая дева, пойдём-ка в Храм, – он протянул мне руку. – Давно пора это сделать.
Мне ничего не оставалось, кроме как подчиниться.
Впервые за всё время пребывания в этом мире (а казалось, что я здесь уже целую вечность!) мне довелось увидеть город во всей его красе. В прошлый раз улицы Эллии были переполнены, сейчас же в середине обычного дня она оказалась просто великолепна. Людей было немного, все отдыхали после обеда, лишь пару собак лежали в тени, высунув языки от жары. Порой пробегала стайка неугомонных ребятишек в этот раз гонявших чёрную кошку. Гибкой тенью она скользнула к высокому дереву, стоявшему неподалёку от обувной лавки, и триумфально мяукнула.
Я усмехнулась, правда, тут же запнулась о камень брусчатки. Нет, как тут всё-таки ухоженно, не сравнить с деревней, откуда родом Жардетта. Перед глазами тут же мелькнули небольшие избушки, пыльные дороги, а в нос ударил запах рыбы, которую любит ловить и сушить каждый уважающий себя житель Приморской.
А ещё коптить, жарить, печь, варить и солить.
Стоило мне вспомнить о рыбе, как на глаза попалась лавка с всевозможными морскими деликатесами. Кованая вывеска поскрипывала на ветру, с неё мне игриво подмигивал осётр. Прелесть!
Вот так, рассматривая узкие улочки, небольшие магазинчики с всевозможными товарами, уютные кованые лавочки, стоявшие под сенью цветущей черёмухи, добротные дома, я с каждым шагом влюблялась в этот город. Мне так сильно захотелось здесь жить, что я даже стала присматриваться к зданиям на предмет их приобретения. Ну а что, на первом этаже можно открыть медицинский кабинет, а на втором жить – вон здесь сколько вариантов! И вывеску у кузнеца заказать с изображением чаши и змеи.
Да, что-то меня занесло…
Тут бы разобраться, что к чему, как вообще выкручиваться, а не планировать покупку дома на деньги, которых нет. Но так хотелось помечтать! Я бы нашла парочку толковых помощников, обучила их, заказала бы инструменты, нашла бы добросовестного поставщика, чтобы покупать у него обезболивающие и обеззараживающие эликсиры. Да много чего бы сделала после того, как всё бы узнала. В конце концов, магов мало, а людей много. Уж нашлось бы мне местечко под моривийским солнцем.
Эх, жаль, что с Бернулли так получилось, пострадал парень ни за что. Интересно, почему он всё-таки повредил глаза? Кажется, Жрец говорил что-то о божественном свете, но причём здесь я?
Замечтавшись, я не сразу заметила, как мы достигли ступеней величественного Храма. Он возвышался надо мной, как телебашня. Шпиль, пронзавший небеса, навевал мысли об Останкино. Нет, тут явно такого не имеется, хотя было бы удобно: посмотрел пару дней ящик и более-менее понял, что к чему, а то память Жардетты довольно ограниченна. Не хватает специфических сведений.
Хотя, тут лучше всего подошёл бы не столько телевизор, сколько компьютер в доступом в интернет. Но чего нет, того нет.
Впрочем, рефлексировать по этому поводу оказалось совершенно некогда. Высокие колонны, гигантские двери, украшенные искусной резьбой, стрельчатые окна, разноцветные витражи – всё это великолепие захватило мой дух и поразило воображение. И то были лишь цветочки по сравнению с тем, что открылось мне за дверьми, причём створки начали растворяться сами по себе! К ним никто не прикасался, Жрец руками не взмахивал, даже глаза у него оставались прежними и никак не сияли.
Хотя, кто знает, как это всё у жрецов происходит? Я и магию-то увидела вчера в первый раз. Если бы не думала, что сплю, лысый хмырь от меня бы так просто не отделался!
Все мысли и о лысом маге, и об отмороженном короле выветрились, едва я вступила внутрь Храма. Да-да, именно так – с большой буквы. Показалось, словно я зашла не в здание, а в какую-то особую зону, где все чувства вдруг обострились. Кожу словно омыло прохладной волной, вызвав приятные мурашки, зрение стало предельно чётким, даже слёзы выступили от рези. Пришлось их закрыть, чтобы не ослепнуть от золотистого сияния, и тогда моё обоняние атаковали удивительные ароматы. Не сразу поняла, на что они похоже. Вроде бы не ладан, но тоже тягучее ощущение. Вкусное, я его даже рецепторами языка чувствовала.
В ушах зашумело, словно я вместо воздуха хлебнула рюмку текилы. Ух, и голова так приятно закружилась… Ой, кажется, я падаю!
– Надо же, какая чувствительность, – услышала я краем уха восхищённый возглас Жреца. – Не бойся, девочка, Тарр не причинит тебе боли. Полежи здесь, пообщайся со светом. Впервые вижу, чтобы он так сильно к кому-либо благоволил. Кроме меня.
Я почувствовала, как моё тело приняло горизонтальное положение, как удивительный аромат усилился, а потом…
Глава 12. Разговор с Богом
А потом я попыталась открыть глаза и не смогла. Нестерпимое сияние било по глазам, даже сквозь закрытые веки я видела яркий свет.
– Наконец-то ты здесь, – раздался чей-то до боли знакомый голос. – Я вижу, у тебя много вопросов, я готов ответить на некоторые из них.
Я чуть не подпрыгнула от радости. Наконец-то!
Наконец-то я добралась до того, кто сможет меня просветить! Правда, всё так странно и таинственно, но удивляться сейчас некогда – надо ловить удачу за хвост, пока не сбежала.
Так, с чего лучше начать: с процесса попадания или медицины? Нет, для начала всё же лучше познакомиться, ведь я воспитанная леди. Ну как леди, гражданка РФ из интеллигентной семьи. С высшим образованием, так что даже лучше леди!
– Кто вы? – спросила я… мысленно.
Губами шевелить не получалось, а вот сделать мысленный посыл, похоже, удалось, потому что мне ответили.
– Неужели не догадалась? – короткий смешок. – Это я, Тарр – бог-покровитель Моривии.
– Бог? – изумилась я, да так сильно, что умудрилась чуть-чуть приоткрыть один глаз.
Даже не на полшишечки, а так, сквозь ресницы уловить чей-то мощный силуэт. Кажется, светловолосый. То, что глаза фиолетовым светились – это я могу сказать точно. Остальное не разобрала.
– Кто же ещё? – изумился мой собеседник. – Ты в моём Храме, тебя привёл мой Жрец, от отсутствия логики ты не страдаешь.
– Ха, учитывая, в какой кавардак превратилась моя жизнь после прыжка с парашютом, имею полное право пострадать. К тому же, лучше уточнить, чем теряться в догадках.
– Тоже верно, – согласился Бог.
Нет, ну надо же, и вправду Бог? В христианской религии принято, что Бог – это нечто непознаваемое и всеобъемлющее, а тут раз – и вполне конструктивный диалог. И даже атеистом не прикинуться – вот оно доказательство во всей своей сияющей красе.
– Скажи, ты и вправду лично создавал всех людей Моривии? – сведения я взяла из памяти Жардетты, и теперь страстно желала прояснить этот вопрос.
– Как и саму землю Моривии, и всё, что на ней находится.
– Серьёзно? – Моё удивление было вполне обоснованно, ведь тогда получается… – Получается, что на каждом материке Марэлла своя уникальная форма жизни? Раз вы, Боги, лично создавали свою территорию от и до? А моря между землями? А люди? Они могут скрещиваться между собой?
Тарр раскатисто засмеялся, да так сильно, что у меня всё тело завибрировало.
– У тебя прекрасное системное мышление, но такие забавные вопросы, – пояснил он, наконец, причину своего веселья. – Ничего, я восполню этот пробел.
И замолчал. Я ждала, когда он начнёт восполнять, но… оказалось, что он решил сделать это невербально. Миг, и в голову полились образы демиургов (довольно расплывчатые, но понятные): как они совещались, как разрабатывали основные принципы жизни, создавали свои творения по единой матрице. Да, у каждого были свои приёмчики, свои идеи, которые они воплощали, но самое главное, от чего они отталкивались – это от всеобщей гармонии.
Были и те, которые заняли водные пространства, даже морских драконов создали! Причём имеющих человеческую ипостась и возможность скрещивания с простыми людьми. Однако, как у них тут всё затейливо!
К слову, с нами, землянами, местных людей объединяла поразительная видовая схожесть. Насколько я поняла, один из демиургов был общий, то есть он и в создании Земли когда-то участвовал, и тут на Марэлле отличился. А это значит, что строение наших организмов схожее, и мои медицинские знания будут актуальны.
Но самое интересное касалось магии. Объединив усилия, боги создали острова, на которых образовали Источники Материи. Той самой, с помощью которой люди, наделённые Силой, могут совершать чудеса. Правда, самих таких людей немного по сравнению с общим количеством населения, да и Материя не бесконечна. Потому-то магия здесь так дорога и ценна. Потому её не тратят впустую, особенно караются всевозможные попытки мирового господства.
Умно, что уж тут сказать.
А вот медицина здесь, похоже, практически не развита. Да-да, и эту информацию Тарр тоже в меня «закачал». Есть травники, лекари, способные помочь при простудах, кишечных расстройствах, не смертельных ранах с помощью отваров, примочек и прочего природоведения. Хирургии как таковой не существует. Всё лечат магией (очень дорого!) с помощью эликсиров (выжимки из трав, приправленные каплей магии) или камней с готовыми заклинаниями, в экстренных случаях врачуют без подручных средств, но это дано лишь магам высоких категорий. Доступно такое лечение лишь самым обеспеченным, но как же остальные?
Простые смертные приходят в Храм, чтобы получить божественное благословение. Тоже неплохо, судя по тому, что показал мне Тарр, вот только случается это самое благословение далеко не каждый день, а по большим праздникам. Дважды в год.
Хм, а если человек до праздника не дотянет? Или до Храма не сможет добраться? Вот как Жардетта. Да, её оживили, вселив при этом в её тело мою душу, а если бы всей этой аферы не было? Она бы попросту скончалась на месте от удара колесом по голове. Молодая, во цвете лет.
К тому же, я так поняла, благословение не является панацеей от всех болезней. Если человеку пора умирать, он умрёт.
– Всё в этом мире конечно, – ответил на мои рассуждения Тарр. – Но вообще мне понравилось, чем ты занимаешься. Мне в принципе ты понравилась – идеально подходишь для него.
– Кого него? – меня охватили нехорошие подозрения.
– Того, кто предназначен тебе самой Судьбой, – пафосно ответил Бог. – Опережая твой вопрос, скажу, что Судьба, в отличие от нас, демиургов, дама куда более серьёзная и могущественная.
Я молча переваривала услышанное. Нет, я догадывалась, к чему он клонит, ибо вспомнила, как этот самый голос обсуждал с кем-то важность того факта, что Жардетта шла на отбор невест. Но мне это категорически не нравилось! Абсолютно!
– Ты хочешь сказать, что я должна покорить этого отморозка? – Возмущению моему не было предела.
Тарр снова расхохотался. Он периодически повторял слово отморозок и продолжал хохотать.
– Как ты метко его назвала! – выдал он, наконец, вразумительную речь. – Повторю, ты мне действительно очень понравилась, поэтому я… предоставляю тебе свободу действий. Твоя родная внешность вернётся на одном из этапов отбора, когда я официально смогу одарить тебя камнем с искрой, но уже с этого момента ты начнёшь постепенно меняться. Приобретать родную форму.
– Вот за это большое человеческое спасибо! – не могла не поблагодарить я, хотя претензий было всё же куда больше, чем благодарностей.
Да и знала я об этом уже, помнила из недавнего сна, но сообщать о своей осведомлённости не стала.
– Но дело не только в форме, – вернулась я к своим тараканам. То есть принципам. – Мне крайне неприятен этот король.
– Ой ли? – в голосе Тарра мелькнуло лукавство.
Я вздрогнула, ибо вспомнила свою первую реакцию на короля. Восхищение. Но то было лишь короткое мгновение, потом я разглядела его сущность! И поставила диагноз: отмороженность головного мозга.
Ну а что, альтернативный мир, альтернативные диагнозы.
– А если у него окажется клинический случай? – не сдавалась я. – Я не хочу выходить замуж за того, кого не люблю. И уж тем более за того, кто не любит меня! Я всегда мечтала об умном, адекватном мужчине, с пониманием относящимся к врачебному графику работы. С чувством юмора!
– Всё в жизни течёт, всё меняется, – философски ответил Тарр. – Вот, к примеру, твой музыкальный дар…
– У меня его нет от слова совсем! – я не скрывала торжества. – Так что я вылечу завтра же вечером. А может, я лучше налажу здесь систему медицины, а? Ну пожалуйста! Раз уж меня сюда переместили, не спросив согласия.
Торговаться с демиургом было забавно и почему-то ничуточки не страшно. Меня захватил азарт. Злости, кстати, из-за того, что мне пришлось кардинально сменить место жительства, не было. Первый шок прошёл, а сейчас стало интересно.
– Конечно, наладишь! – подозрительно ласково проговорил Бог. – Такой деятельно натуре, как ты будет скучно сидеть в четырёх стенах. И для этого брак с королём – идеальное решение всех проблем, начиная с законодательства, заканчивая организацией и снабжением.
Чёрт, мягко стелет, гад… ой, простите, не гад, демиург великий с фиолетовым взглядом!
– Что? Ты видела мой взгляд?
– Совсем чуть-чуть сквозь ресницы, – покаянно призналась я. – Нечаянно. Слишком сильно удивилась вначале, когда узнала, с кем имею честь разговаривать.
– Да-да, я слышал, как ты про себя меня назвала, – ехидный смешок.
И снова я его не боялась. Понимала, что он может стереть меня в порошок одним движением мысли, но страха не было. В куда больший ужас меня повергала мысль о том, ради кого меня сюда перебросили из родного мира. Кстати, о мире…
– А как вы вообще меня нашли? Я ведь обычный врач обычной больницы да ещё и другого мира.
– Судьба помогла, – коротко ответил Тарр. – Ладно, тебе пора отдыхать, иначе сгоришь. Общение с Богом – это не с подружкой чай пить. Восстанавливайся и ничего не бойся. Было интересно пообщаться.
И замолк.
Сразу стало зябко и пусто, а нос словно перестал чувствовать запахи. Невероятная усталость навалилась на меня, и я, не отходя от кассы, точнее из Храма, отрубилась. Без облаков, голосов, свечений и вообще каких-либо сновидений. Чувствую, проклянёт меня Паталла, опять я поломала весь режим.
Очнулась я в своей кровати и первое, что увидела, было недовольное лицо горничной. Конечно же, в чепчике. Она смотрела на меня, как заведующий отделением перед проверкой, одним своим взглядом упрекая во всех смертных грехах.
В окно радостно светило солнце, совершенно сбивая ориентацию.
– Это всё ещё тот день или уже новый? – Голос оказался таким хриплым, что я вздрогнула.
– Следующий, – мстительно выдала Эрилла. – Гранд дама в бешенстве. На твоём месте я бы собрала пожитки и сбежала домой, пока она не узнала, что ты пришла в себя.
Эх, знала бы она, с какой радостью я бы ушла, да только некуда. Ну не в деревню же идти к родителям Жардетты, там я точно медицину с колен не подниму. А на меньшее я теперь не согласна – зря что ли сюда попала? К тому же меня целый Бог поддерживает.
– Ладно, я мыться, – отмахнулась от горничной, возмущённо жужжавшей о моей сверхнаглости, и потопала в ванную.
Правда, первое, что я сделала, когда туда вошла – это бросилась к зеркалу, чтобы проверить – изменилось ли хоть что-то со вчерашнего дня или не особо?
– О, родинка! Моя! – обрадовалась я своей отличительной черте – родинке в уголке левого глаза.
Вообще, я её не особо люблю, так как она визуально опускает кончик глаза вниз. Зато сейчас мне показалось, что прекрасней неё ничего не может быть на свете! Как и ванны с пеной, которую я сейчас приму. Пусть горничная ворчит, сколько хочет, сомневаюсь, что Паталла станет применять ко мне репрессивные меры. В конце концов, меня увёл Жрец, принёс обратно тоже он. Или попросил кого, хотя я сомневаюсь, что это тело способен поднять хоть кто-нибудь без риска заполучить спинномозговую грыжу. Не суть, главное, что у меня железобетонное алиби – была в отключке из-за общения с Тарром.
