Текст книги "Целительница для упрямого генерала, или Ты пожалеешь, бывший (СИ)"

Автор книги: Анна Солейн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 19 страниц)

– Грейс, заходи! Долго там будешь мяться на пороге?

В комнате по-прежнему было светло, Ашер сидел спиной к двери – в той же позе, в которой я его оставила. Предсказуемо.

Я замерла.

– Что это за ребенок?

– Какой? – решила сыграть в дурочку я. – Какой ребенок?

– Которого ты держишь на руках, Грейс, не пытайся казаться глупее, чем ты есть.

Мать его! У него что, глаза на затылке?!

– Я не услышал детских шагов по лестнице, – снисходительно пояснил Ашер. – И то, как Мортимер на тебя ругается – тоже. Значит, ребенок у тебя на руках. Ну так? И кто это?

– Это… Это мой сын, – с вызовом ответила я.

Пауза.

– Сын, значит. И как его зовут?

– Его… Джесси. Джейсон.

Я невольно улыбнулась и поцеловала по-детски пухлую щечку.

– Джейсон, значит, – протянул дракон спросил: – Потерял маму, Джейсон?

Его тон в одну секунду стал веселым и мягким – я никогда не слышала такого у Ашера.

– Он…

– Грейс, дай мне поговорить с по-настоящему умным человеком. Итак, Джейсон. Не желаете представиться? Раз уж вы у меня дома? Имейте в виду, я категорически намерен пожать вам руку.

Джесси заерзал, я обняла его покрепче.

– Правда, вам придется самому ко мне подойти, – продолжил Ашер. – Боюсь, я не в том состоянии, чтобы встретить вас как следует.

Лицо управляющего вытянулось.

Я кашлянула.

– Джесси…

– Не желает со мной общаться? Весьма разумно с его стороны, я не лучший собеседник. Должно быть, до Джейсона дошли об этом слухи.

По голосу было ясно, что Ашер усмехается, но его тон не был злым. Наоборот, стал вдруг глубоким и теплым. От него что-то в животе сворачивалось клубком, как пригревшаяся у огня кошка. И хотелось подойти ближе.

– Джесси не говорит, генерал Ашер.

– Со мной?

– Вообще.

– С каких пор?

– С… с рождения.

Повисла пауза.

Управляющий отвернулся, но я успела увидеть на его лице брезгливо-жалостливое выражение.

Я вздернула голову, готовясь услышать: “Разумеется, Грейс. Ты могла родить только урода, как еще?”

Но Ашер откашлялся:

– Что ж, раз так, мы могли бы пожать руки молча, Джейсон, – в знак будущей дружбы. Вы этим окажете мне честь.

Что?!

– А теперь, Грейс, – уже совсем другим тоном сказал Ашер, – мы с тобой поговорим о том, зачем тебе на самом деле нужно у меня работать. Только быстро, мне надоело с тобой возиться.

Глава 10

Сердце подскочило к горлу, я покрепче прижала к себе Джесси.

– В больницу пришел запрос от его величества, – медленно произнесла я. – С приказом отправляться к вам и…

– Боги, Грейс! – ласково произнес Ашер. – Ты так и не выучилась отвечать по делу, мямлишь, как на экзамене. Тебе это зачем? Отвечай коротко, я же просил.

Я растерялась. Его тон, мягкий и немного насмешливый, не вязался с привычно грубыми словами. Почему он так говорит со мной?

– Джесси, может, ты объяснишь мне ситуацию вместо своей мамы? – так же аккуратно спросил, почти промурлыкал, Ашер.

Он… он серьезно? Говорит таким тоном со мной, чтобы… чтобы не напугать Джесси?

Нет. Дело тут явно в чем-то другом. Просто быть не может, чтобы этот чурбан бесчувственный беспокоился о ребенке! Еще и о моем! Еще и о Джесси!

– По приказу его величества я…

– Ясно, – перебил Ашер. – Убирайся отсюда.

Тон его был таким, каким можно сказать, например: “Оставайся на чай”. Может, поэтому Джесси продолжал спокойно сидеть у меня на руках, а не убегал подальше, как часто делал, если видел рядом мужчину.

– Генерал Ашер, я вынуждена сказать, что, не получая надлежащего лечения, вы рискуете свести себя в могилу в течение ближайших нескольких…

– ВОН! – рыкнул он так громко, что я попятилась, а затем вдруг продолжил уже знакомым мне мурлыкающим тоном: – Закройте за собой дверь. Мортимер – проводите целительницу Уэйн и… и Джесси.

– Как прикажете.

Управляющий с крайне кровожадным видом повернулся ко мне, и я выпалила:

– Мне нужны деньги!

Повисла тишина.

Ашер в своем кресле не двигался. Я видела только его темноволосый затылок, перетянутый черной повязкой для глаз.

– Так. А это уже интересно. И для чего же тебе мои деньги, Грейс?

– А деньги бывают лишними?

– Мортимер, как только я досчитаю до трех – проводи целительницу Уэйн к двери, – ласково сказал Ашер.

– С радостью, ваша светлость.

Ашер помолчал.

– Что ж, три.

– Мне нужны деньги, потому что нам негде жить! – рявкнула я. – Наш дом заложен и нас выгонят на улицу, если я не отдам весь долг сегодня же. Вы довольны? Поэтому мне нужна работа у вас.

Перед глазами все поплыло, и я раздраженно шмыгнула носом, жалея, что у меня не хватает рук, чтобы смахнуть слезы с лица.

– И какая же… Сколько ты должна, Грес?

– Две… две тысячи.

– Серебром?

– Золотыми.

Ашер присвистнул, и мне захотелось подойти к нему ближе и отвесить подзатыльник.

– А ты по мелочам не размениваешься. И как же ты планировала добыть такую сумму?

– Его величество… обещал мне оплату за то, что я буду лечить вас.

– Как-то низковато он мое здоровье ценит, – подумав, сказал Ашер. – Две тысячи золотых, еще и нашел какую-то провинциалку с сомнительным образованием…

Провинциалку с сомнительным образованием?! Да я лучшее, что могло с ним случиться!

– Его величество обещал платить мне пятьсот золотых за каждый месяц лечения. И, если хотите знать мое мнение…

– Если хочешь знать мое мнение, Грейс, ты так же глупа, как во времена учебы, – ласковым тоном отрезал Ашер. – Или ты принципиально не пользуешься математикой? Если его величество обещал тебе всего пятьсот золотых в месяц, как ты рассчитывала найти уже сегодня две тысячи золотых?

Я сглотнула упрямые слезы и отвернулась, надеясь, что Джесси их не увидит.

Ни на что я не рассчитывала. Вернее, рассчитывала. На то, что этот дракон окажется хоть немного человеком и даст мне ссуду. А я потом верну ему все до последнего медяка из тех денег, что мне заплатит его величество.

Но я ошиблась.

Будь проклято это все!

Никогда в жизни не влезала в долги.

Никогда в жизни ничего не просила! Не стоило и начинать.

– Боюсь, мне пора идти, генерал Ашер. Постарайтесь сегодня побольше отдыхать.

Да пускай провалится этот дом вместе с Уэйном! Устроюсь на вторую работу – мы вполне сможем снять жилье. Пускай более скромное – но у кого не бывает сложных времен.

Справимся.

Я отвернулась к двери.

– Отдохнешь с тобой, Грейс. Мортимер.

– Да, ваша светлость.

– Принеси мне чековую книжку.

– Но ваша светлость…

– БЫСТРО!

Этого хватило Мортимеру, чтобы метнуться к стоящему в углу шкафу и, открыв его длинным фигурным ключом, вытащить оттуда небольшую продолговатую книжку.

– Прошу вас, ваша светлость.

Он протянул книжку Ашеру.

– А за чернилами и пером ты мне предлагаешь самому идти? Мортимер, не доводи до греха!

– Да, ваша светлость.

Ашер потянулся за книжкой здоровой рукой, но промахнулся на несколько дюймов, и книжка упала на пол.

– Мать его!

– Прошу прощения, ваша светлость!

– Перо и чернила принеси мне, потом будешь за все сразу просить!

Расписался в книжке Ашер довольно ловко, как будто мог видеть буквы.

Я в очередной раз поймала себя на том, что забываю о том, что он слеп, и задумалась, скольких усилий ему стоит такая непринужденность.

– Грейс, подойди. – Когда я послушалась, он протянул мне чек. – В банк сходишь сама. Я, как ты можешь видеть, слегка не транспортабелен.

Он постучал по подлокотнику кресла, и я закусила губу.

– Грейс, ты оглохла?! Чек бери, пока я не передумал. Мортимер, засуньте этот чек целительнице… Куда-нибудь засуньте, чтобы она его до банка донесла.

– Спасибо, я сама! – отшатнулась я и, опустив Джесси на пол, забрала чек.

Сердце забилось в горле, ощущение было таким, как будто я прикоснулась к святому Граалю, не меньше.

Цифры “2000” были крупными и разборчивыми. О том, что их писал незрячий человек, можно было догадаться только по тому, что он были расположены чуть выше графы, где должны быть написаны.

Несмотря на это… Это был чек! Мы были спасены!

– Так-то лучше. Вы свободны, Грейс. Больше не задерживаю. Джейсон. На прощание вы все же позволите пожать вам руку?

Голос Ашера, который смотрел закрытыми повязкой глазами в окно, звучал серьезно и насмешливо одновременно.

Джесси спрятался за меня, и я поспешно заговорила:

– Генерал Ашер, Джесси…

О том, что его пугают все мужчины, даже почтальон, я сказать не успела, потому что Джесси вдруг отлепился от меня, подскочил к креслу Ашера и замер.

Карие глаза любопытно блестели, обе руки он прятал за спиной и перекатывался с носка на пятку, как всегда, когда волновался или знакомился с кем-то новым.

– Боюсь, вам придется пожать мою руку самостоятельно, Джейсон. Иначе я просто не смогу найти вашу.

Ашер протянул вперед ладонь размером с голову Джесси, и я метнулась вперед.

Такие жесты Джесси тоже пугали. Они были слишком похожи на желание ударить.

– Генерал Ашер!..

Я замолчала, потому что Джесси вдруг опасливо шагнул вперед и сжал своей маленькой ручкой край огромной ладони Ашера.

* * *

Несколько секунд ничего не происходило. Я просто смотрела на то, как мой сын, который вообще-то боится всего подряд, сжимает огромную ладонь дракона и стеснительно улыбается.

Внутри все перевернулось от тепла (Джесси улыбался так редко!), а следом меня прошибло холодным потом.

Вдруг… вдруг Ашер его сейчас узнает? Вдруг его малоизученная драконья магия как-то так среагирует на Джесси, что…

– Кажется, твоя мама за тебя слишком сильно волнуется, Джейсон, – усмехнулся уголком губы Ашер.

Шрам на его щеке еще сильнее стянул кожу.

Джесси вдруг хихикнул и отпустил его ладонь.

Воспользовавшись этим, я подхватила его на руки и попятилась на несколько шагов.

– Прошу прощения за это, генерал Ашер. Джесси вас больше не побеспокоит. До… до свидания.

Я рванула к выходу из кабинета, сжав драгоценного сына и драгоценный чек на драгоценные две тысячи золотых.

– Джесси может меня беспокоить в любое время! – донеслось в спину. – В отличие от тебя Грейс, тебя чтоб больше не видел.

“Да вы и не увидите!” – чуть было не ляпнула я, но вовремя сдержалась.

Все-таки шутить над пациентами – это дурной тон. А этот дракон с сегодняшнего дня мой пациент.

Деньги – это плюс.

Все остальное – минус.

Нужно поподробнее изучить его карту и завтра начать день с интервью и осмотра. От мысли об осмотре я покраснела. Мне же придется его… раздевать. И… щупать.

В смысле – пальпировать!

Боже, что за ерунда лезет в голову.

Спокойнее я задышала, только когда мы оказались за воротами поместья.

– Не смей больше убегать из дома, – принялась наставлять я Джесси, когда мы оказались за воротами поместья. – Особенно так далеко. А если бы ты потерялся?

Джесси предсказуемо не отвечал.

– Очень испугался? – спросила я.

Он уткнулся мне носом в шею, а спустя несколько десятков шагов мне все-таки пришлось спустить его на дорогу: шестилетний мальчик слишком тяжелый, чтобы долго носить его на руках, даже если очень хочется.

Спустя некоторое время мы подошли к городу, полуденное солнце слепило глаза. Надо бы незаметно обновить на Джесси солнцезащитные чары, когда представится возможность.

– Целительница Уэйн! – бросился мне наперерез какой-то мужчина, прихрамывая на правую ногу. – Целительница Уэйн, когда вы принимаете? А то у меня, понимаете, опять тут…

– А вы…

Я прищурилась. Имени я не помнила, конечно, а вот диагноз…

Защемление седалищного нерва, чернорабочий. Приходил пару месяцев назад.

– Через пару дней будет расписание, уточните в больнице.

Опять я делаю глупость. Но я не могу бросить своих пациентов из-за дракона! Так… так нечестно. Не для того я так много училась.

Я обязана помогать. Я вздохнула и посмотрела на сына.

– Ты меня слышишь? – с нажимом произнесла я. – Не смей больше убегать из дома, никого не предупредив. Разве так ведут себя порядочные люди? И пожалуйста, Джесси, не приходи больше в то поместье!

– М? – Джесси поднял на меня взгляд.

– Генерал Ашер тяжело болен. Он не любит чужих. Договорились? Если чего-то испугаешься в следующий раз – лучше позови бабушку. Хорошо?

А я сделаю все, чтобы этого следующего раза не было.

Пускай только этот Уэйн еще раз хотя бы появится на пороге моего дома!

Стоило нам подойти к калитке, как Джесси замер и, вцепившись в столбик, наотрез отказался подойти к крыльцу.

Внутри от злости все загорелось.

Как этот мерзавец вообще посмел поднимать руку на ребенка? И как эта тетеха Амелия это допустила?! Как…

Ничего.

Я его сейчас отсюда пинками вытолкаю, если потребуется. И пускай только посмеет еще раз здесь показаться!

– Подожди меня во дворе, хорошо? Вон там, на лавочке.

Джесси кивнул, и я пошла к дому. Открыв входную дверь так резко, что она ударилась о стену, я рванула в гостиную.

Стоило мне показаться на пороге, как мама вскочила.

– Амелия! Дорогуша, а мы только тебя ждем! Где же ты пропадала?

– Как будто ты не зна…

– Наверняка снова в больнице! Я как раз рассказывала мистеру Уэйну, как тебя там ценят! Подумать только, моя дочь – целительница первого разряда! А я-то думала…

Мамин щебет заглушил звон в ушах. Я смотрела только на него. На Уэйна, который невозмутимо сидел за столом в нашей с мамой гостиной и пил чай. После того, что сделал.

– Амелия! – Он вальяжно поднялся и наклонил голову. – Рад тебя видеть. Ты…

– Не могу сказать того же, – отрезала я. – Вот твои деньги. Забирай и уматывай отсюда.

– Амелия! – возмутилась мама. – Где твои манеры?

Подвявшие маргаритки, которые она вплела в волосы еще утром, негодующе затряслись.

– В заднице, – огрызнулась я. – Ну, Уэйн? Чего ждем?

Я протянула ему полученный от Ашера чек, который он осторожно, двумя пальцами, забрал.

– Интересно… – проговорил он, рассматривая бумагу. – Его светлость герцог Дерек Ашер.

Мама охнула. Уэйн прищурился.

– И как же ты умудрилась его уговорить дать тебе деньги?

– Это не твое дело Уэйн. Я жду.

– Чего?

– Расписки о том, что договор залога закрыт.

Уэйн усмехнулся уголком губ.

– Разумеется. Могу ли я попросить перо и…

– Не можешь. Я отлично знаю, что ты всегда носишь их с собой.

Уэйн был ростовщиком и привык не упускать своего. Инструменты для того, чтобы подписать с очередным простофилей контракт, всегда были при нем.

Усмехнувшись, он вытащил из кармана зачарованную ручку и пергамент.

– Ох, мистер Уэйн, – снова защебетала мама. – Ваш залог нас так выручил тогда!

Я метнула в нее ненавидящий взгляд. Уму непостижимо. Взять залог у жениха, чтобы выдать дочь замуж! И ладно бы только это – еще и не сказать мне ничего! Допустим, она не знала о том, что в теле ее дочери иномирянка, но все же…

– Всегда рад помочь, миссис Грейс! Брак с вашей дочерью был самым счастливым временем в моей жизни! Боюсь, я так и не смог оправиться…

– Я вас так понимаю, мистер Уэйн! Знаете, как у нас говорят, нет такой кружки, которую нельзя было бы склеить! Джейсон так по вам скучает. Хотите я его позо…

– Нет! – рявкнула я. – Джесси с ним видеться не будет.

– Амелия! – возмутилась мама. – Ты ведешь себя неприемлемо! Сначала развелась из-за своих капризов, а теперь отказываешь мистеру Уэйну в праве увидеться с сыном – хотя он пошел тебе навстречу и разрешил забрать ребенка. Даже оставил ему свою фамилию!

– На этом его благородство себя исчерпало, – процедила я.

– Ваша расписка, миссис Уэйн.

– Мисс.

– Все время забываю. Все-таки фамилию после нашего развода ты так и не сменила.

Не сменила – потому что не хотела, чтобы Джесси нашего его настоящий отец. Думала, что выбираю из двух зол меньшее.

– Не смею вас больше задерживать, мистер Уэйн. И рассчитываю больше никогда не видеть.

– Амелия! – в голосе мамы чувствовалась настоящая ярость. – Вдруг мистер Уэйн хотел бы дать денег, чтобы позаботиться о сыне? Это было бы весьма кстати с его стороны, несмотря на твое вопиющее поведение!

Я похолодела.

– Мне ничего. От него. Не нужно. Убирайся! Иначе я снова огрею тебя кочергой, и на этот раз мимо глаза не промахнусь!

– Амелия! – судя по голосу мамы, она вот-вот готова была хлопнуться в обморок.

Повисла тишина. Уэйн, ухмыльнувшись, шагнул ко мне вплотную и втянул носом воздух, как будто нюхал мою кожу.

– Что-то в тебе изменилось… Амелия. Что-то… Мне нравится. Даже не хочется с тобой расставаться.

Глава 11

От его тона и близости меня затошнило. В этот раз Уэйн не пил, но мне все равно почудился сладкий удушающий запах алкоголя.

– Вон отсюда. Иначе я вызову полицию.

– Осмелишься? Дорогая, мы ведь не чужие лю…

– Вон! – рявкнула я, шагая к камину. Схватила с крючка кочергу и обернулась. – Ну?!

– Амелия! – возмутилась мама.

– Тридцать лет уже Амелия!

Несколько секунд мы с Уэйном сверлили друг друга взглядами, а затем он наконец соизволил убраться.

Я держала кочергу наизготовку до того момента, как услышала хлопок входной двери, а затем вернула ее на место и тут же вздрогнула.

Джесси!

Я бросилась к окну и с облегчением выдохнула. Уэйн вылетел из калитки и заспешил вперед по дороге – или не увидел Джесси, или решил не марать об него руки.

Отлично.

Надеюсь, из города он тоже уберется в самое ближайшее время. Кулаки сжались от злости.

Мерзавец. Ну какой же мерзавец! Как он посмел прийти сюда?! Моя бы воля, я бы…

– Ну – и что это было? – с нажимом спросила стоящая за моей спиной мама.

Я обернулась.

– Всего лишь светская беседа с бывшим мужем, ничего такого.

– Светская беседа? – рявкнула она, скрещивая руки на груди. Маргаритки второй свежести в ее прическе снова негодующе вздрогнули. – Что ты натворила?!

– А что?

– Ты прогнала его!

– Разумеется, я его прогнала! Надо было предложить ему чаю?

– Хотя бы! Амелия! А вдруг бы он дал нам денег?! Все-таки ты растишь его сына!

От удивления у меня даже рот открылся. Она серьезно? Сжатые губы, скрещенные руки, морщинка между тонкими, как велит мода, бровями.

Серьезно.

– Он пришел, чтобы забрать у нас деньги, мама! Забрать, а не дать! Ты вообще в своем уме?

– Разумеется, в своем! А ты?

Я неверяще покачала головой.

– Не хочу об этом говорить. У меня много дел.

Отвернувшись, я направилась к двери. Нужно забрать Джесси со двора. А потом – потом мы еще успеем все-таки поиграть. А если повезет, то и блинчики испечем.

Как же я по нему соскучилась! Кто бы раньше мне сказал, что можно так сильно скучать по кому-то?

Правду говорят, что многое понимаешь только после того, как заводишь своих детей. Настоящая любовь и настоящий страх появляются в жизни именно в этот момент.

До того, как у меня появился Джесси, я совсем этого не понимала.

– Нет, ты послушай! – затопала вслед за мной мама. – Сначала мы с отцом приложили все усилия, чтобы выдать тебя замуж, несмотря на все твои недостатки…

– Не смей называть Джесси моим недостатком! – обернувшись, выпалила я. – Он мой любимый сын!

Мама поджала губы, но упрямо продолжила:

– Приложили столько сил, чтобы выдать тебя замуж и замять скандал, а в итоге что? А в итоге ты нас всех опозорила и развелась. Чтобы что? Чтобы растить ребенка одна и работать целительницей в этой задрипанной…

– Я не хочу этого слушать, – махнула рукой я, сходя с последней ступеньки лестницы в холл.

– Нет, не уходи от меня, когда я с тобой разговариваю! Амелия! А все ради того, чтобы ты работала в этой задрипанной больнице, как какая-то нищенка!

– Если ты не заметила – мы и есть нищенки!

Я осеклась. Семья Амелии происходила из побочной ветки баронского рода и никогда не отличалась достатком – но все-таки могла считаться аристократической.

Слово “нищенка” в таких кругах считалось страшным оскорблением, даже если было правдой.

Но маму Амелии, как выяснилось, сбить с пути было не так уж просто.

– А все потому, что ты не смогла сделать выгодную партию! Зачем мы с отцом собирали деньги и отправляли тебя учиться в военную академию?

– Чтобы я стала целителем? – спросила я, открывая входную дверь.

– Чтобы ты удачно вышла замуж! – отрезала мама, прижимая створку двери рукой к косяку. – А ты мало того, что не обзавелась женихом, так еще и развелась с тем, которого мы для тебя подобрали!

– Хватит!

– Мы можешь хотя бы сказать, что тебе не понравилось? После шести лет брака ты вдруг ни с того ни с сего решила, что…

– Может, я просто была несчастлива. Разве этого недостаточно?!

– Несчастлива? Дорогая, нет такого несчастья, из-за которого стоило бы расторгнуть брак, тем более, такой удачный. Что ты о себе возомнила? Вот мы с твоим отцом…

Сжав кулаки, я зажмурилась и рявкнула:

– Стоп! Я не хочу об этом говорить. Это в прошлом! В прошлом, и я не хочу это ворошить!

Повисла звонкая тишина, нарушаемая только шумом ветра и гулом насекомых в саду.

Мама не знала, конечно. Ничего не знала о том, что на самом деле произошло с Амелией. Я ни о чем не говорила.

Мама замолчала. Несколько секунд мы буравили друг друга взглядами, а затем она отвернулась.

– Ладно. Хватит. Ты права, это прошлое, что его ворошить…

– Спасибо.

– Тем более, Уэйн так и не дал нам денег!

– Вот именно.

– И отказался прощать нам долг! А мы с твоим отцом, упокой господь его душу, на это рассчитывали!

– Да, вопиющее бесчестье.

– И вообще – он позволил тебе от него уйти, забрав сына! Разве порядочный мужчина так бы поступил? Он бы оставил себе ребенка и заставил тебя быть его женой!

Какой ужас.

– Рада, что мы друг друга поняли.

Я вышла на крыльцо и улыбнулась Джесси, который рядом со скамейкой перекладывал камушки.

– Да, ты права, – задумчиво проговорила мама. – Пора оставить его в прошлом, хотя…

– Какое – хотя? – обернулась я.

– Хотя это, конечно, очень жаль.

– Что?!

– Девушке полагается иметь поклонников, если она хочет удачно выйти замуж, – задумчиво покусав губу, выдала мама. – Даже если в числе ее поклонников – бывший муж. Это даже пикантно. Может привлечь кавалеров. Тем более, в твоем возрасте быть девственницей уже неприлично. Амелия, я перенесла визит мистера Хиггинса на…

– Господи-боже, – ругнулась я и побежала, как к спасительному бастиону, к Джесси.

При нем мама обычно переставала вести разговоры о моем замужестве и переключалась на то, что я неправильно воспитываю сына.

– Амелия, подожди. А что у тебя с герцогом? Он дал тебе деньги? Он в тебя влюблен? Амелия, куда ты? Поставь сына на место! Амелия!

Я отвернулась, чтобы мама не заметила, как загорелись мои щеки.

Что у меня с герцогом? Ничего у меня с герцогом. Он – мой пациент.

Когда я подошла ближе, Джесси улыбнулся.

– Испугался? – спросила я, подхватывая его на руки и целуя темноволосую макушку. – Говорила же, я всегда буду рядом, чтобы тебя защитить. Идем домой. Идем?

Джесси мотнул головой и вдруг выкрутился из рук. Оказавшись на земле, он показал ладонями треугольник.

– Дом? – улыбнулась я. – Да, мы сейчас идем домой, все верно.

Мое сердце радостно зашлось, но я постаралась себя не выдать, чтобы не спугнуть удачу.

По пальцам можно было пересчитать, сколько раз Джесси использовал язык жестов! Мы только начинали его изучать – толстенный словарь со схемами пришел по почте всего месяца три назад.

Конечно, я надеялась на то, что Джесси заговорит когда-нибудь, но… Но к другим вариантам тоже готовилась.

По правде говоря, я впервые за все время видела его таким взволнованным.

И впервые видела, что он осознанно хотел пообщаться.

Что же случилось?! Неужели дело в том, что я прогнала Уэйна?

Если да, то, клянусь, я притащу его обратно и прогоню еще раз десять, – если это поможет Джесси вынырнуть из той толстенной скорлупки, в которой он жил.

Джесси покачал головой и нарисовал рукой широкий полукруг.

– Гора? Дом на горе?

Джесси закивал и похлопал себя по плечу, как будто… как будто изображал погоны.

– Военный? Гене… – Я замерла. – Генерал Ашер? Ты спрашиваешь, когда мы снова пойдем в гости к генералу Ашеру в дом на холме?

Джесси закивал и улыбнулся.

Чтоб его.

Как объяснить мальчику, что ему нельзя, ни за что нельзя снова в гости к генералу Ашеру?

Я вообще не поняла, с чего он был таким вежливым с неизвестным ему больным мальчиком.

Да и не хотела выяснять. Он – просто мой пациент. Не более того.

А Джесси… Нужно просто отвлечь. Он ребенок и быстро обо всем забудет.

* * *

Следующим утром, вооружившись полученной от Метьюза папкой, я снова постучала в дверь особняка Ашера. Открыл мне – предсказуемо, – Мортимер. Но в этот раз не стал выгонять, просто скривился, как будто ему под нос сунули тухлую рыбу, и пропустил меня внутрь.

– И я тоже рада вас видеть! – крикнула я, взбегая по лестнице. Постучала в дверь уже знакомой мне комнаты и рывком ее распахнула. – Генерал Ашер! Я надеюсь у вас хорошее настроение и вы готовы лечи…

– Ради всего святого, Грейс! Сколько мне дать тебе денег, чтобы ты от меня отстала?! Сгинь!

– Но…

– Я что, зря тебе заплатил?! Сколько раз говорить, чтоб духу твоего здесь не было!

* * *

От возмущения я даже дар речи потеряла, что со мной случалось крайне редко.

Ну какой же хам!

Он вообще понимает, что я не обязана тут с ним возиться?

И насколько вообще ему повезло, что я вообще попалась на его пути? Как будто в этом мире много неврологов с двадцатью годами опыта!

Занятая своим возмущением, в темноте комнаты я не сразу заметила, что дракон поднял руку.

– Если вы снова метнете в меня огненный заряд – можете умереть! – выпалила я. – И я уже не смогу вам помочь!

Ашер замер, но руку не опустил.

– Надо же, какое все соблазнительное. И от тебя наконец избавлюсь, и от себя. Минусы будут? – Не дав мне ответить, он рявкнул: – Что ты здесь забыла, Грейс?

– Уэйн.

– Из сочувствия к тому несчастному, кто взял тебя в жены, я не собираюсь поминать его всуе. Ему и так по жизни досталось.

– Знаете что…

– Грейс, ты оставишь меня в покое – или нет? Уходи к мужу. Или он тебя бросил, и ты вспомнила про первую любовь, прости господи?

Я открыла рот, чтобы сказать, что это я его бросила, и тут же закрыла.

Возможно, я вела себя глупо, но мне было страшно – за Джесси.

У него был шрам – на затылке, под волосами. Уэйн как-то толкнул его так сильно, что ударил о стену. До того, как родился Джесси, Уэйн казался нормальным. Он мечтал о наследнике, сдувал а Амелии пылинки. Даже я, перебирая воспоминания Амелии, ни за что не заподозрила бы, что случится дальше. Когда станет ясно, что Джесси – другой. Я никогда не подумала бы, что Уэйн может превратиться в такое чудовище. Оказалось, именно так на мужчину влияет появление "испорченного" наследника.

Хватит с Джесси отцов.

Если я скажу, что развелась и забрала сына – то Ашер может начать копать, может вспомнить, может догадаться… Может предъявить права на Джесси.

Нет уж.

– Мы счастливы и живем душа в душу, – сглотнув, ответила я. – И я здесь, потому что вы меня наняли.

Я решительно захлопнула дверь и шагнула в комнату, которая тут же погрузилась во тьму.

Проклятие, зачем каждый раз задергивать шторы? Ну я сейчас…

Я пересекла комнату и от души дернула их в стороны, впуская в окна яркий утренний свет.

Так-то лучше.

– Грейс, кто тебе разрешал здесь хозяйничать?! Задерни шторы!

– И не подумаю. Кстати, как окно открыть? Вам нужен свежий воздух. – Я оглядела деревянную раму и радостно воскликнула. – Ага!

Подцепив крюк, я потянула на себя створку огромного ростового окна, такую тяжелую и неповоротливую, что я едва могла ее сдвинуть.

Кожу пощекотал ветер, я глубоко вдохнула летний запах травы, пыли, цветочной пыльцы и деревьев.

Отлично.

Не то что этот дым.

Кстати, надо ветки для окуривания – тоже вышвырнуть на помойку. Сегодня же!

– Грейс! Грейс, мать твою, что ты делаешь? – заволновался Ашер. – Закрой окно!

– Нет, – мирно ответила я, рассматривая запущенный сад и Мортимера, который ржавыми ножницами пытался подстричь вялую живую изгородь.

Хорошо.

Как говорится, бесконечно можно смотреть на три вещи. Как горит огонь, как течет вода и как работают другие. Особенно если эти другие – Мортимер. Не надорвался бы.

Впрочем, солнечный свет ему только на пользу, витамин Д еще никому не вредил.

– Что значит – нет?

– Это значит, что вам необходимы свежий воздух и солнечный свет. Поэтому с сегодняшнего дня мы устанавливаем график проветривания. И шторы нам не понадобятся.

Я раскрыла их пошире, чтобы впустить в комнату еще больше света. Так-то лучше. А то в этой темноте даже слепому остается только удавиться от тоски.

– Грейс, – медленно проговорил Ашер. – Я стесняюсь спросить, в какой момент ты настолько в себя поверила? Убирайся отсюда. Сколько раз повторять? Вон!

– И не подумаю.

– Грейс. Я дал тебе денег.

– Вот именно, вы меня наняли. И с сегодняшнего дня…

– Я дал тебе денег, чтобы ты отсюда убралась – и я больше тебя не видел! – рявкнул Ашер. – Или ты тупая настолько, что не понимаешь нормальных слов?

Да вы и так не видите.

– Фу, генерал Ашер.

– Что – фу?

– Фу – так разговаривать с женщиной.

– Знаешь что…

– Я не привыкла брать деньги просто так, генерал Ашер. А, поскольку ваши деньги я уже взяла и даже потратила… То с сегодняшнего дня я ваш целитель. Без вариантов.

Я обернулась и уперла руки в бока.

Ашер, сидящий в том же кресле, в той же позе, что и вчера, от удивления открыл рот.

Я невольно залюбовалась формой его губ. Полные, насыщенного темно-красного цвета (ну хоть с железом все в порядке!), четко очерченные. Такой же идеальной была нижняя челюсть, подбородок с ямочкой, мощная шея с острым кадыком.

Сейчас, при ярком дневном свете, у меня уже не получалось игнорировать, насколько этот Ашер беспардонно красив. Его не портил ни шрам, тянущийся от лба вниз на щеку, ни ни морщины, обрамляющие рот, ни даже повязка на глазах.

– Грейс, убирайся.

– И не подумаю.

Мой голос звучал так же спокойно, как и раньше. Идя сюда, я знала, что легко не будет, и заранее настроилась. Ну ничего. Покажите мне врача, у которого никогда не было тяжелых вредных пациентов, и я скажу, что он ни дня в своей жизни не работал!

– Что значит – не подумаешь? Это мой дом! И я приказываю…

Я снова набрала в грудь побольше воздуха и ласково спросила:

– А то – что?

Тишина.

– Что?

Впервые я слышала в голосе дракона растерянность. Мягкие губы беззащитно приоткрылись, руки бессильно сжали подлокотники, и я отвернулась.

Хватит им любоваться, Амелия! Это – твой пациент! Пациент, и только! К тому же со скотским характером и, кажется, даже призрачной обитающей где-то далеко невестой.

– Что вы мне сделаете, генерал Ашер?

– Ты со мной шутки шутить вздумала? – грянул он. – Еще одно слово – и я лично…

– Ваша магия до сих пор не восстановилась после вчерашнего. Встать вы не можете. Ну так – что вы мне сделаете?

– МОРТИМЕР!

– Он вас не слышит, он в саду. Видите ли, Мортимер тоже видел, как вы меня наняли вчера. Так что…

– Грейс, убирайся отсюда! – рявкнул Ашер, подаваясь вперед. – Кыш, ну! Уходи! Ты мне ничего не должна, только исчезни уже бога ради!

– Вам… – Я набрала в грудь побольше воздуха. – Придется вылечиться, чтобы меня выгнать. Генерал Ашер. Сейчас-то вы даже сам встать не можете.