Текст книги "Целительница для упрямого генерала, или Ты пожалеешь, бывший (СИ)"

Автор книги: Анна Солейн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 19 страниц)

– Амелия…

– Это должно быть обратимо! Метьюз, нужно ведь что-то придумать! Мы должны!

Я вскинула на Метьюза умоляющий взгляд.

Ну же! Ты работаешь целителем дольше, чем я на свете живу, причем считая обе жизни.

Ты должен что-то придумать! Просто обязан! Ты же умнее всех этих надутых академиков, которые писали те книжки о драконах, в тысячу раз умнее!

Метьюз вздохнул, отворачиваясь.

– Иногда, девочка, остается только молиться. Прости.

* * *

Кажется, я на него накричала и даже вытолкала взашей, а Метьюз за это забыл обозвать меня яйцерезкой, только растерянно и грустно повторял свое “девочка”.

Только стоя на пороге, Метьюз вдруг забыл о том, что хотел поберечь мои чувства и заявил:

– Ну вот что ты разбушевалась? Тебе с герцогом при любом раскладе бы ничего не светило! Не того ты поля ягода!

Глава 33

– Да причем здесь это! – возмутилась я. – Он просто… Он должен…

– Он твой пациент, – рявкнул Метьюз. – Пациентов нужно лечить, а не… не вот это все! А ты… Ты вообще понимаешь, что он помрет вот-вот? И должен был помереть, с его диагнозами долго не живут! Ты что себе в голову втемяшила?

– Уходи отсюда, – прищурилась я.

– Я тебе правду говорю. Этому твоему дракону осталось в лучшем случае дня два, ну максимум три или…

– Уходи! Вон! Вон отсюда!

Метьюз попятился, глаза его испуганно расширились. Я хотела ему сказать, что он прав, и я отлично это понимаю, что я сама первая любой сопливой практикантке бы сказала, что к пациентам нельзя привязываться, особенно к безнадежным, а уж влюбляться в них тем более не стоит, но…

– Вон!

Я оттеснила Метьюза к двери и стояла напротив, сжав кулаки. Магия колола кожу, грозя вырваться наружу.

Он открыл рот, чтобы что-то сказать, а потом махнул рукой.

– Ох, девочка… – Неловко помявшись на пороге, Метьюз спустился с крыльца и бросил: – Зови, если что. Я смены твои на ближайшую неделю сам отработаю. Болезному твоему, который Томас, сам все объясню. К матери тоже зайду.

Я кивнула, вытерла с лица слезы и поморщилась от боли.

– Спасибо, Метьюз.

Не оборачиваясь, он кивнул и пошагал к калитке, одной рукой прижимая к себе отражающую сферу в кожаном чехле.

* * *

После того, как Метьюз ушел, Мортимер помог мне поднять Ашера в спальню и уложить его.

Кажется, после этого сам Мортимер занялся уборкой на первом этаже – но я едва его слышала.

Нужно было успокоить Джесси. Нужно было увести его домой, в конце концов!

Но я не могла думать ни о чем, кроме Ашера.

Ядовитые слова Метьюза то и дело звучали в ушах.

“Долго не живут”, “обречены”, “оставалось только молиться”…

Нет уж!

Я сидела на кушетке и смотрела на то, как Ашер спит под стазисом. Джесси, свернувшись клубком, дремал у меня в руках.

Ему я сказала, что Дерек пока отдыхает и проснется завтра – и мы обязательно подарим ему подарок, который приготовили, а Дерек обязательно обрадуется и удивится.

Когда за окном стемнело, в спальню Ашера зашел Мортимер.

– Я тебе мазь принес, – бросил он. – От синяков.

Засуньте ее себе…

– Оставьте, – кивнула я.

Вообще-то я могла сама себя исцелить, но у меня не было на это сил. Это казалось совсем не важным, по крайней мере, пока Джесси спит. Потом нужно будет, конечно, это сделать, чтобы его не пугать. Впрочем, к утру, когда обожаемый Дерек не простнется, Джесси будет не до этого.

Метьюз поставил какой-то бутылек на столик у входа, но уходить почему-то не собирался.

– Сегодня этот… День победы над ифритами!

Я кивнула, посмотрев на циферблат тяжелых напольных часов. И правда, уже пять минут – как годовщина победы.

Ашер не собирался, разумеется, отмечать этот день. И уж точно даже не планировал пять часов трястись в карете, чтобы посетить пафосный прием во дворце, побыть там живым украшением, получить несколько наград и пожать всем желающим руки.

Он сказал, что хотел поговорить о чем-то со мной и с Джесси.

На секунду я покрылась холодным потом, потому что подумала, что так и не узнаю – о чем.

Проклятие, я же целительница!

Почему я ничего не могу сделать?!

Шмыгнув носом, я провела рукой по лицу.

Проклятье, Ашер…

Зачем ты это сделал? Ты же знал, чем все закончится. Зачем? Ну не убил бы он меня, а даже если бы убил…

Прошло несколько минут, прежде чем я заметила, что Мортимер все еще мнется на пороге.

– Вам чем-то помочь? – повернулась я к нему.

Мортимер смотрел на Ашера.

– А он… его светлость…

Я посмотрела на спящего Джесси и негромко сказала:

– Защитил меня от… неважно. Он… Воспользовался магией и… Он под стазисом.

– А очнется когда?

Я пожала плечами.

Некоторое время Мортимер молчал, а затем рявкнул:

– Ну что, довольна, целительница, чтоб тебя! А я говорил его светлости, что гнать тебя надо взашей! Лечить она его решила! Наврала с три короба, деньги получила, а теперь – вон! А я говорил, что ты мошенница! Пять месяцев почти лечила – и где твое лечение? Одна мука!

– Мортимер…

– Да ты хоть знаешь, как его светлости больно было со всеми этими твоими…

– С лечением, – хрипло перебила я.

Оно и должно было быть болезненным, после долгой неподвижности и при спастике иначе не бывает.

Жалко только не помогло.

– Хренением! – рявкнул Мортимер, но тихо, как будто не хотел будить Джесси. – Спать не мог! А ты… А теперь что?! Да ты пальца его не стоишь, прошмандовка бессовестная! Если из-за тебя, проходимки, его светлость погибнет, я на тебя в полицию заявление напишу, я его величеству напишу, я всем напишу – но тебя вздернут на виселице и…

– Да лучше бы я умерла, чем он! – выпалила я и зажала себе рукой рот.

Джесси сонно заворочался, потревоженный моим громким голосом, и я поспешила успокаивающе погладить его по голове.

Как я могла такое сказать?

У меня же сын, никого другого у него нет.

Хотя Ашер бы его не бросил, он слишком честный и порядочный, чтобы так поступить, так что…

– Думаете, я этого хотела? – хрипло спрсила я, как будто в самом деле рассчитывала, что Мортимер меня услышит. – С самого начала мне говорили, что у Дерека нет шансов – но я думала, что смогу его вылечить. Это должно было сработать, понимаете?

Кажется, я пыталась оправдаться в первую очередь перед самой собой. Чертов Уэйн. Я бы убила его еще раз собственноручно, если бы могла.

– Ну… – Неловко кашлянул Мортимер. – Ты уж словами-то такими не разбрасывайся, у тебя дите вон спит. Тоже мне – умерла бы! Ишь! И на кого б ты его бросила, на людей чужих? И морду мазью намажь, смотреть страшно! Образуется все. Его светлость, он… крепкий. И не из таких передряг выпутывался, да! Дракон все-таки! Его таким не проймешь.

Я не стала говорить Мортимеру о том, что вся проблема и сложность состоит как раз в том, что Ашер – дракон.

Через полчаса Мортимер принес мне чай с бисквитами – теми самыми, с шоколадом, которые я под насмешки Дерека уничтожала в промышленных масштабах.

Через час Дерек открыл глаза.

А еще через несколько часов к особняку подъехал кортеж карет, каждая из которых была запряжена шестеркой лошадей.

* * *

Всю ночь я не сомкнула глаз, конечно, так и просидела рядом с Ашером до самого рассвета.

Когда солнце поскреблось в окна, он еще дышал – хорошо. Неожиданно, но хорошо. Ночь прошла спокойно.

Я выпрямилась и провела руками по лицу, прогоняя нервозность. Оглянувшись на спящего рядом на кушетке Джесси и встала.

– Ашер… Ашер, – позвала я, положив ладонь ему на локоть. – Ты меня слышишь? Ашер…

Я замолчала. Глупо надеяться на то, что он ответит. Вчера отражательная сфера не показала ничего хорошего. Если верить ей, то, даже если Ашер проснется, то двигаться и тем более говорить он вряд ли сможет: большая часть его нейронных связей разрушены. Чудо, что он вообще может дышать.

– Д…

Звук был тихим, что я едва расслышала, но губы Ашера пошевелились, совершенно точно пошевелились.

Вскрикнув, я отшатнулась и зажала себе рот. Несколько секунд я не двигалась, а потом метнулась к Ашеру.

– Ашер! Ашер, чтоб тебя!

– Д… Дерек. Когда ты уже… запомнишь.

Я снова вскрикнула, зажав себе рот обеими руками.

– Не… ори.

Мне это чудится? От бессонной ночи, от волнения?

Ашер поморщился, коротко открыл глаза и снова зажмурился.

– Мортимер! – закричала я, бросаясь к двери. – Мортимер, быстро беги за Метьюзом!

– Какая же ты… громкая, целительница. – Ашер помедлил. – Грейс. Целительница Грейс.

Он замолчал, и я бросилась к его кровати.

Что уважающей себя целительнице полагается делать, если при ней в себя пришел пациент, который по всем признакам вчера себя угробил и сегодня должен был благополучно отчалить в мир иной?..

– Я тебя убью, Ашер! – рявкнула я. – Я убью тебя собственными руками за то, что ты чуть не умер! Идиот! Придурок! Козла кусок! Лепешка из-под дракона! Лепешка из-под лепешки!

– Боже, целительница… – простонал Ашер и открыл глаза.

Тут я уже закричала в голос.

Потому что глаза были – драконьи. Золотые, с вертикальными зрачками. Ровно такие, как в воспоминаниях Амелии.

Шрамы на лице остались, а глаза изменились. Как будто тут и были!

Я поднесла руку к глазам и от души себя ущипнула.

– Ау!

– И вот ты снова орешь.

Я отступила на несколько шагов и бросила взгляд на Джесси, который робко слез с кушетки и подошел к кровати Ашера. Ашер, оторвав голову от подушки, с интересом на него посмотрел.

– О, молодой человек. Рад вас наконец увидеть.

Ашер улыбнулся, протянул руку к Джесси, и я выпалила:

– Не двигайтесь!

Оба, и Ашер, и Джесси, синхронно вздрогнули и уставились на меня одинаково круглыми глазами – но мне было не до того, чтобы рассуждать о том, до чего же они похожи.

Сейчас были дела поважнее.

(Надеюсь, Ашер не заметит, насколько они похожи!)

– Сначала я должна вас осмотреть.

Ашер закатил блеснувшие глаза, а потом уставился на меня уже совсем другим взглядом, внимательным и мягким.

Секунду – и его лицо стало серьезным.

– Что он успел с тобой сделать? Тебе нужна помощь?

Мне понадобилось несколько секунд, чтобы сообразить: он имеет в виду синяки на моем лице.

Поморщившись, я заставила магию хлынуть к лицу и залечить раны.

Несколько секунд кожу щипало, за тем в тех местах, где я чувствовала боль и припухлость, осталась только прохлада.

– Ерунда.

Я открыла глаза.

Ашер осмотрел мое лицо, спустился ниже, несколько секунд смотрел на талию (ну широкая она шире, чем у Амелии, ну допустим), а потом улыбнулся.

– Ты намного красивее, чем я помню.

Я попятилась.

Так, понятно. Проблемы со зрением и, возможно, с тестированием реальности. Амелия была красоткой, а меня… жизнь слегка потрепала. Ну какое, к чертям собачьим, красивее?

– Ложитесь обратно на подушку, – скомандовала я. – Сколько пальцев видите?

Лицо Ашера стало мученическим.

– Во имя всего святого, Амелия, если твой осмотр на связан с вертикализацией, то даже не пытайся его ко мне применить.

Понятно.

Он все-таки умирает.

Вот, уже и бред начался.

– Мортимер! – закричала я, выбегая из спальни. – Если ты срочно не сбегаешь к Метьюзу, я тебя убью! Морти…

Я недоговорила, потому что мы столкнулись нос к носу.

– Мортимер!

– А его светлость…

– Он очнулся, быстро к Метьюзу!

– Мортимер! – грянул Ашер. – Если ты притащишь на мою задницу еще одного целителя, то я тебя уволю! Мне нужен покой!

Я задохнулась от возмущения. Ишь, покой ему нужен! Я целительница и сама решу, что ему нужно!

– А если не притащите – я вас убью. Прямо здесь! И я знаю, что слабое место у вас – щитовидка! – пригрозила я. – Вот и выбирайте!

Несколько секунд Мортимер колебался, а потом все-таки кивнул и заспешил вниз по лестнице, тяжело дыша и держась за бок.

– Мортимер, я тебя тоже убью! – прозвучала ему в спину магически усиленная угроза Ашера.

Магически. Усиленная.

Он еще и магией пользуется!

Я пулей метнулась обратно в спальню и замерла, увидев, что Ашер и Джесси повторяют друг за другом какой-то жест.

– О, целительница! – поднял на меня блестящие драконьи глаза Ашер. – Мы выучили жест “все хорошо”. Как тебе?

Ашер показал большой палец, Джесси повторил вслед за ним, а потом спросил жестами:

“А когда мы будем дарить подарок?”

– Скоро, малыш, – сглотнула я.

Ашер нахмурился.

– Это вы о чем сейчас поговорили? Как-то нечестно. Нужно попросить Нейса меня тоже научить языку жестов, а то я как дурак. Или, может, вы меня научите, молодой человек?

Он подмигнул Джесси, и я поспешила разрушить их идиллию.

– Я должна вас осмотреть, генерал Ашер. И это не обсуждается! Джесси, родной, подождешь нас у себя в комнате?

Я только в этот момент сообразила, что у Джесси в доме Ашера какое-то время назад появилась своя комната.

– Давай, малыш, – поторопила я, провожая его за дверь. – Мы скоро.

Когда мы остались одни, я обернулась к Ашеру.

Он подтянулся на руках, чтобы опереться спиной об изголовье кровати, и дисциплинированно положил руку на бедро.

Край второй был прикрыт одеялом.

Ну хоть рука у него не отросла! Иначе я бы точно подумала, что сошла с ума.

– Вертикализацией займемся? – с надеждой спросил Ашер. – Я, конечно, не хотел торопить события, но если ты настаиваешь…

Далась ему эта вертикализация!

– Вытяните руки перед собой, закройте глаза и дотроньтесь до кончика носа, – скомандовала я, оглядываясь в поисках того, что может заменить неврологический молоточек.

– Обе? У меня одной нет, так уж вышло, можно мне не делать?

– Ашер!

– Ладно! Может, сначала дашь мне что-то чтобы прикрыться?

– Что, я…

Ашер поднял одеяло, и я зажмурилась.

Допустим, я уже видела его голым.

Но тогда я волновалась за его жизнь! Это другое!

* * *

Спустя полчаса, когда Ашер уже был одет, к осмотру присоединился Метьюз. Выглядел он так, как будто не мог поверить своим глазам.

– Но Амелия… – прошептал он, улучив момент. – Он же должен был…

– Знаю, – так же тихо ответила я. – У тебя есть идеи, что произошло?

– Вы можете говорить громко, я все равно слышу, – сказал Ашер. – У меня драконий слух.

Метьюз откашлялся, поудобнее перехватывая отражающую сферу.

Мне захотелось на всякий случай перекреститься – просто по старой памяти.

Потому что по всем показателям Ашер был абсолютно, пугающе здоров.

Его даже ноги слушались! Если раньше он едва мог пошевелить пальцем, то сейчас спокойно сгибал и разгибал обе ноги в коленях – и легко мог их поднять.

Что за, на хрен, чудо?

Может, я сошла с ума?

Как такое возможно?

Пока я стояла и хлопала глазами, Ашер заворочался и спустил ноги с кровати, а затем… затем встал.

Несколько секунд он не двигался, а затем сделал осторожный шаг вперед. Пошатнулся, выпрямился и шагнул еще раз. Поднял и опустил обрубок руки, как будто пытался поймать им равновесие. Поморщился. Невозмутиммо обернулся к нам.

Я на всякий случай ущипнула себя еще раз.

– Что ж, – откашлялся Метьюз. – Ваша светлость, вынужден сообщить вам, что необходимости в целителе у вас нет. Вы здоровы.

– Благодарю, – кивнул Ашер, неуверенно подходя ближе. – Очень ценная информация.

– Что ж… – снова кашлянул Метьюз, а затем поклонился. – Тогда я… Я откланиваюсь. Если вдруг будет ухудшение – вы знаете, где меня искать. В больнице. У меня как раз смена.

Он сделал несколько шагов к двери, и я схватила его за локоть.

– Даже не вздумай меня здесь бросать одну! – прошипела я.

– Амелия. Отпусти своего шефа, – мягко попросил Ашер. – Тем более, я хотел бы поговорить с тобой наедине.

Наедине? Зачем нам говорить наедине? Этого вот точно не надо!

– Метьюз! – выпалила я, когда он вырвался из моей хватки.

– Твой дракон! Сама вылечила – сама и разбирайся! – бросил он мне, выскакивая за дверь.

– Метьюз!

Дверь хлопнула, Ашер засмеялся.

Он вдруг оказался очень близко, и я попятилась. Ашер шагнул ближе. Я отошла. Он снова шагнул. Я снова попятилась.

– Амелия! – рявкнул он.

– Что?!

Я заставила себя оставаться на месте. Тем более, что я уже уперлась спиной в стену. Ашер осторожно подошел ближе ко мне, почти вплотную, и остановился.

– Амелия.

Я неловко подняла взгляд.

Ашер, стоящий на своих двоих был высоким, намного выше меня.

И красивым – ужасно просто! Конечно, после произошедшего он выглядел немного помято, да и одет был в одну только широкую сорочку и нижние штаны, которые я нашла в шкафу, но все равно!

– Амелия… – мягко произнес Ашер. – Мели…

Кончики его пальцев погладили край моего подбородка, и я вскинула на Ашера взгляд.

– Ты здоров. Как такое возможно?

На губах Ашера снова появилась та самая мягкая улыбка, которую я впервые увидела сегодня.

Кажется, от нее у меня слабели колени и по спине бегали огромные мурашки. Мурашищи.

– Да. Что тебя удивляет? Ты ведь собиралась меня вылечить. У тебя получилось.

– Ашер…

– Забавно, – медленно сказал он. – Раньше мой дракон даже запах твой не переносил. А теперь готов ластиться к тебе, как дворняга. – Ашер улыбнулся. – Мне нравится. Я с ним согласен.

Он наклонился ко мне ближе, и я уперлась руками в его грудь.

– Ты… ты чувствуешь своего дракона? Как это возможно?

Ашер некоторое время не двигался, а затем пожал плечами.

– Я не знаю. Последнее, что я помню, – эта падаль, которая тебя… избивала. Я просто готов был сделать все, чтобы тебя защитить. Должно быть, это все решило в итоге. Как тебя угораздило выйти замуж за эту мразь?

– А как тебя угораздило перекинуться драконом?! Ты ведь умереть мог, ты это понимаешь? Ты… Ты почти умер!

– Но не умер же. Ай! – возмутился Ашер, когда я врезала ему в плечо. – Что ты злишься? Смотри, как хорошо в итоге… Ай!

– Как. Ты. Мог?! Ты головой своей думал или нет?! Ты…

Ашер перехватил мою руку раньше, чем я смогла снова его ударить. Его ладонь была горячей, но не аномально горячей, как ночью. Обычной.

– Хватит. Амелия. Я скорее умру, чем позволю какой-то мрази обижать женщину в моем доме. Тем более – тебя. Послушай… – Он провел ладонью по моему лицу и усмехнулся. – Почему ты плачешь? Мели… Ты ведь помогла мне. Спорим, что если бы не ты, я бы как минимум не смог сейчас встать. Не говоря уже о… – Ашер замолчал. – Это все ты. Амелия, я давно хотел поговорить с тобой. Знаю, что сейчас неподходящий момент, но…

Закончить ему не дал громкий и торжественный звук горнов.

Горнов?

Мы с Ашером переглянулись и одновременно шагнули к окну.

Там, на дороге у ворот Воронового холма, выстроились в ряд больше десятка карет, запряженных вороными лошадьми.

Вдоль кортежа карет выстроились слуги с горнами – целая небольшая армия.

– Что за…

Прищурившись, я рассмотрела гербы на дверях карет: коронованные драконы, извергающие пламя.

– Это… – отшатнулась я. – Это…

– Да. Братец исполнил свою угрозу и пожаловал в гости, – досадливо цыкнул Ашер, глядя в окно. – А еще…

Он замер, и я сразу же поняла, почему.

Из двери одной из карет, изящно подав руку слуге, выплыла светловолосая девушка в алом платье.

Задрав голову, она осмотрела поместье, и я узнала ее тут же, хоть помнила только по воспоминаниям Амелии.

Кэтрин.

Бывшая невеста Ашера.

Глава 34

Сердце пропустило удар.

Что она здесь делает?

Я наблюдала за тем, как Кэтрин поправляет платье – даже с такого расстояния было заметно, какие плавные и изящные у нее движения. Таких даже у Амелии не было, а у меня – тем более.

Я так долго рассматривала Кэтрин, что не заметила, как из других карет начали выходить еще люди. Хотя, скорее драконы. Шикарно разодетые в пух и прах драконы, рядом с каждым из которых суетились слуги.

Больше всех мое внимание привлек высокий мужчина с темными волосами, украшенными тонким золотым ободком. Слуг вокруг него толпилось больше всего.

– Это…

– О, да тут вся родня пожаловала, – проворчал Ашер. – Добить приехали, чтобы не мучился?

Я посмотрела на него и отшатнулась.

– Что…

– Я пошутил, – непонятно зачем пояснил Ашер. – Видишь ли, мой дорогой двоюродный братец – который в короне – вбил себе в голову, что я не должен хоронить себя заживо, несмотря на произошедшее. Последние несколько месяцев он изводил меня письмами с нотациями, а потом стал угрожать, что, если я не появлюсь на праздновании Годовщины победы над ифритами, он приедет ко мне сам. Ну, ты и так в курсе.

– Оу.

– И, видимо, он решил прихватить всю родню. Ох, и бабушка Грейс здесь… – Ашер нахмурился, разглядывая невысокую бодрую старушку, которая с помощью слуг выбралась из одной из карет. – Ей сто пятьдесят, во имя всего святого, она-то здесь что делает? Из нее песок сыплется! Куда ей в такую дорогу!

Я моргнула.

Горны снова затрубили – так громко, что их наверняка услышали даже в городе.

Ашер зашел за штору, чтобы его не было видно с улицы, и ухмыльнулся уголком губ.

– Благодаря тебе, целительница Грейс, их ждет сюрприз. Как думаешь, готовы они к нему? А то может потенциальное наследство уже раздербанили, а я и не в курсе.

– По-твоему, это весело?

– А из-за чего мне грустить? – поднял брови Ашер. – Хотя соглашусь с тобой, приезд толпы родственников никогда не бывает кстати.

– Ты… уму непостижимо! – покачала головой я. – Ты… ты мог умереть! А сейчас… – Я снова окинула его взглядом. – Ты видишь! И… и стоишь! И я не понимаю, как это может быть, и…

Я недоговорила, задохнувшись. Слов было слишком много, они путались, наскакивали друг на друга и никак не желали складываться в предложения.

По правде говоря, на язык первым просилось: "Ведь это же ненормально! С этим же нужно что-то делать!"

– Амелия, – Ашер оказался рядом и сжал мою руку. – Тише-тише. Все в порядке. Ну, насколько это возможно. Ты меня вылечила.

– Я ничего не сделала.

– Это ты, – с нажимом сказал Ашер, глядя на меня каким-то невозможными внимательным взглядом. – Все эти твои странные занятия и процедуры… после них становилось легче. Конечно, что-то внутри все равно не работало. Я и не ждал ничего другого.

– Магическая система у тебя не работала, – проворчала я. – Из-за этого-то все и проблемы. Нервная брала на себя слишком много и не восстанавливалась.

А как лечить деафферентацию магической системы и восстанавливать связь с драконом, я так и не выяснила.

Ашер ухмыльнулся, блеснув глазами:

– Возможно, моему дракону нужен был серьезный стимул, чтобы вернуться.

– Что? Ашер…

– Мы все-таки стайные создания.

Я не успела переспросить, что он имеет в виду, потому что в комнату постучался Мортимер.

– Ваша светлость! К вам пожаловали его величество император П…

– Вот только не начинай перечислять все титулы, – закатил глаза Ашер. – Пускай ждут в гостиной, раз приехали. Амелия…

– Я должна идти!

Ашер нахмурился.

– Куда ты пойдешь? Сейчас мы спустимся вниз, и я тебя всем представлю.

– Императору?

В качестве кого? Кто я вообще такая, чтобы представлять меня император?

– Моей семье, – с нажимом произнес Ашер.

Сердце в груди сделало кульбит, я постаралась не измениться в лице. Как на моем месте вела бы себя нормальная женщина?

Мы с Ашером едва успели поцеловаться и уж точно не обсуждали, что будет, если вдруг в гости нагрянут его родственники.

– Твоей семье? – ровно спросила я. – Но ведь здесь не только они. Здесь еще и Кэтрин, верно? Я ее видела.

Я закусила губу. Прозвучало как-то странно. Как будто я спрашиваю у мужчины, откуда у него подозрительный волос на рубашке, а этот мужчина не то что не мой муж, а даже не любовник.

Проклятие! Лечить Ашера было намного проще, чем… вот это.

Что ему вообще от меня нужно? Зачем меня кому-то представлять? Я всего лишь целительница.

Ашер пожал плечами.

– Да, она тоже здесь. Они ведь дружат с Полом, да и вообще она давно уже как член семьи. Кэтрин много писала мне в последнее время. Предлагала встретиться. Уговаривала принять приглашение во дворец на празднование годовщины, послушать брата и не становиться затворником. Послушай…

Ах, встретиться она предлагала! Уговаривала!

Никого получше все-таки не нашла и собралась прокрутить фарш назад?!

Или эта стерва за полгода пораскинула мозгами и решила все-таки выйти замуж и по-быстрому овдоветь, пока шанс есть?

– И вы не думали о том, с чем связан ее… интерес? – не удержалась я от шпильки.

Лицо Ашера окаменело.

– Кэтрин – добрая и благородная девушка, – спокойно сказал он. – Вот и все, с чем он связан.

Ах, добрая и благородная.

Сначала бросила, а сейчас…

Я окаменела.

А ведь Ашер поправился. Руку, конечно, новую не отрастил, но в остальном…

Неужели Ашер ее простит? После того, как она с ним поступила? Бросила в самый тяжелый период жизни, разорвала помолвку, когда жених ослеп и оказался прикован к креслу?

Письма она писала, вы посмотрите… Легко нынче быть добрыми и благородными!

А сейчас, когда он выздоровел, она милостиво слова его полюбит и согласится на помолвку? По-доброму и благородно?!

– Ваша светлость, – позвал Мортимер, снова появляясь в дверях.

– Я должна идти, – выпалила я.

– Куда? Амели…

– Мне нехорошо.

Бросив это, я вылетела из спальни в комнату Ашера, а оттуда – в коридор.

В холле на первом этаже гудели голоса, императорские слуги сновали туда-сюда, у стены я увидела растерянного мистера Нейса.

Значит, сегодня он пришел на работу.

Интересно, почему вчера Ашер отпустил всех слуг? О чем он там хотел со мной поговорить? Уволить все-таки?

Думать об этом сейчас не было времени, сердце колотилось, а мысли путались. Я едва сдерживалась, чтобы не наговорить Ашеру все, что я думаю о нем и об этой… Кэтрин.

Я сжала кулаки и вдруг почувствовала, что к горлу в самом деле подкатывает комок.

Чтоб его!

Кажется, меня сейчас стошнит.

Рванув вперед по коридору, я дернула на себя дверь первой попавшейся гостевой.

Мне навстречу вскочила с накрытого белой тканью дивана девушка – светловолосая, в красном закрытом платье и с яркими драконьими глазами.

Кэтрин.

– Простите! – выпалила она.

– Что вы здесь делаете? – бросила я, даже не пытаясь казаться вежливой и размышлять о том, что мне не стоит так разговаривать с драконицей.

Слишком сильно все внутри клокотало от злости.

Кэтрин неожиданно покраснела и отвела взгляд. Я нахмурилась. Это еще что такое? Она что… стесняется?

Я ожидала другого. Окрика, например, или возмущений.

– Я… – начала она. – Я прошу прощения, что поднялась сюда без разрешения. А вы?..

– Целительница первого разряда Амелия Уэйн.

– О! – глаз Кэтрин расширились. – Я вас знаю! Пол говорил мне о вас! О ваших необычных методах лечения.

Пол? Ах… Император Полард Эдвард Первый, должно быть.

Кэтрин просияла.

– Он вас нанял! И Дерек упоминал о вас – в письмах. Хотя он очень немногословный. За все время, что он здесь, я получила всего пару императорских записок.

– Возможно это как-то связано с тем, что вы расторгни помолвку, – не удержалась я от шпильки.

– Что? – Кэтрин вскинула на меня взгляд.

– То, что Дерек мало вам пишет. Возможно, это потому, что вы передумали выходить за него замуж.

– Но я не передумала.

– Что?

– Я не расторгала помолвку, – повторила Кэтрин. – Это сделал Дерек.

В ушах зашумело, мне показалось, что комната вдруг стала очень тесной.

– Не… не расторгали? – глупо переспросила я.

Кэтрин резко дернула головой, метнулась туда-сюда, как будто сильно волновалась, а затем опустилась на накрытый белой тканью диван.

– Я ждала, пока Дерек придет в себя. Так долго! Целых шесть лет, он был под стазисом и… – Она всхлипнула и прижала тыльную сторону ладони к носу. – Но я всегда верила, что он очнется, всегда! Он ведь был таким сильным. И мы так ждали нашей свадьбы. Хотели завести детей. Мне всегда хотелось минимум двоих, чтобы в семье были мальчик и девочка, обязательно.

– Понятное желание, – выдавила я.

Кэтрин кивнула и стерла с лица слезы.

– А потом он пришел в себя. Целители меня предупредили, что ему осталось недолго – год, или два, или пять. Мне было все равно, я просто хотела… – Она подняла на меня взгляд. – Я просто хотела выйти за него замуж. Но Дерек сказал, что наша помолвка расторгнута. А спустя некоторое время пропал – я уже потом от Пола узнала, что поселился он в этой глуши. Ой, простите, пожалуйста! Я имела в виду…

– За что вы извиняетесь, глушь и есть.

Губы меня плохо слушались, как будто были помертвевшими.

Вот… Ашер.

И как я не догадалась?

“Светлая и чистая”, “добрая и благородная”…

Ну да, Ашер ведь не совсем идиот. Мы успели довольно тесно познакомиться, и впечатление идиота он не производил. А вот я, похоже, идиотка.

Кэтрин не отменяла помолвку.

Он сам это сделал.

Решил избавить молодую возлюбленную от жениха-калеки.

– Вы ему писали, – зачем-то сказала я.

Кэтрин кивнула, промокнув рукавом платья глаза.

– Как вы думаете…

Как бы на моем месте поступила целительница, которая не успела поцеловаться с пациентом и в него влюбиться?

К моему удивлению, влезть в эту роль оказалось намного проще, чем разобраться, как стоит вести себя нормальной женщине в моей ситуации.

С работой у меня всегда складывалось как-то проще.

– У меня для вас хорошие новости, Кэтрин. По поводу Дерека. Генерала Ашера.

– Ему стало легче? Как он? – Кэтрин вскочила и умоляюще на меня уставилась.

– Вы… возможно, вы мне сейчас не поверите, но он поправился.

Кэтрин ахнула и попятилась.

– Вы… Вы шутите! Это невозможно! Как вы…

В этот момент за моей спиной раздались шаги, и я узнала, каким-то шестым чувством, кто остановился на пороге.

– Амелия? Как ты себя чувствуешь? Нужна п… Кэтрин?

Я отошла, чтобы эти двое увидели друг друга.

– Дерек… – прошептала Кэтрин. – Ты…

Я не успела даже моргнуть, а она уже пересекла комнату и бросилась Дереку на шею.

– Ты можешь ходить! Ты видишь! Дерек! Это настоящее чудо!

Ашер попятился, придерживая Кэтрин за талию, и я выскользнула в коридор.

Ну вот и все.

Как и у любой уважающей себя сказки, у этой оказался счастливый финал. Любовь победила все преграды.

– Горько, – пробормотала я, закрывая за собой дверь.

Кажется, этим двоим сейчас стоит побыть наедине.

В голове гудело, в груди не было ни одного чувства, только пустота.

Судя по всему, со своей работой, как целительница, я справилась.

Как бы то ни было – я молодец.

Уж не знаю, почему магическая система Ашера вдруг решила снова начать исправно работать, но с нервной, как и со спастикой, и с атрофией мышц мы общими усилиями разобрались. Иначе он бы не то что Кэтрин не удержал, шага бы сделать не смог.

Перед глазами почему-то все расплывалось, я раздраженно провела по лицу рукой и сообразила, что оно все мокрое.

Это я что, плачу? Ну уж нет, плакать из-за мужчины – исключительная глупость.

Мне нужно забрать Джесси и – отправляться домой.

Моя сказка тоже закончилась.

Осталось только засечь время до того момента, как мама снова начнет сватать мне Хиггинса или кого-то вроде него.

Или, может, мне повезет, и она смирится с тем, что я планирую остаться матерью-одиночкой?..

Я снова смахнула слезы и раздраженно сжала зубы.

Нужно прийти в себя, прежде чем идти к Джесси.

Комната Джесси оказалась пустой, в примыкающей к ней ванной тоже никого не было.

– Ты где? – позвала я.

Никакой реакции.

Похолодев, я бросилась из комнаты, подбежала к лестнице, посмотрела вниз и замерла.

Джесси стоял в холле! У стены! Как ни в чем не бывало! В том самом холле, который кишел драконами!