Текст книги "Пурпурная Лилия, или Проведи меня сквозь Тьму (СИ)"

Автор книги: Анна Шаенская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 17 страниц)

ГЛАВА 11.2

Вокруг нас словно образовался вакуум. Крики и проклятия стихли за одно мгновение. Только несколько бойцов, уже разогнавшихся для удара, попадали на землю, не удержав равновесие.

Запоздалые хлопки тел и тихое шипение подвели черту под сражением, но отвечать на вопрос полковника никто не спешил.

– Кто начал драку? – Рэми подошёл ближе и нашёл меня взглядом. – Командир Вэйс, доложите о случившемся.

– Прошу прощения, я прибыла поздно и не знаю деталей.

Я почти не соврала. Кто начал драку я видела, но слишком хорошо знала Ойгена. Он никогда не отличался вспыльчивостью и без веской причины не стал размахивать кулаками.

– Покрыфаете команду?! – из толпы выскользнул тот самый молодой паладин.

После удара Роя у него не хватало двух передних зубов. А судя по злобному шипению солдат, скоро ему выбьют и уцелевшие. Только на этот раз по-тихому, где-нибудь за углом, а не в общей драке.

Конфликты случались. Особенно после крупных прорывов, когда кровь бурлила из-за ядовитых испарений и агрессивной магии тварей. Но если дело заканчивалось парочкой фингалов, командиры не зверствовали, а сами солдаты молчали и не сдавали зачинщика.

Стукачей никто не любил.

– Эфо он! Он нафал на меня! – паладин не почуял застывшую в воздухе угрозу и указал на Ойгена.

– Да, и готов повторить, – спокойно ответил Ойген.

– Вообще-то, это был я, – вперёд неожиданно вышел вояка в форме янтарной гвардии.

– Так не пойдёт, драку начал я! – дракона оттеснил другой, с нашивкой Алого Шторма.

Следом выступил ещё один, и за минуту почти все присутствующие взяли вину на себя, покрывая друг друга. Взгляд Мигеля смягчился, но…

– Я фребую накафать винфного! – не унимался паладин.

– Вас накрыло запоздалым раскаянием? – заботливо уточнил Ойген. – Или мой кулак неожиданно пробудил вашу совесть?

– Фы… фы…

– Довольно! – грубо оборвал Рэми. – Причина драки?

– Господин полковник, если позволите, я хотел бы призвать вас в свидетели, – спокойно ответил Ойген, – вы присутствовали, когда паладин Лейк…

– Верфовный! – напомнил шепелявый.

Точно… Суд ещё не случился, и Райан не успел вынести на рассмотрение вопрос о лишении Лейка статуса Верховного паладина. Только урезал его полномочия.

– Его светлость Лейк, – зло отозвался Ойген, игнорируя возмущение противника и высокую должность Вальтера. – Так вот, его светлость требовал казнить командира Обсидианового корпуса…

– Лошь! – заорал паладин и кинулся на Роя, но его перехватили свои же. – Фсё было не так!

– Я подтверждаю, – зло процедил другой вояка.

Его имени я не знала, но судя по доспехам он занимал высокую должность. Я точно видела его среди тех, кто был с Лейком во время стычки в лесу.

– Верховный паладин, рискуя жизнью, пробивался к командиру, чтобы помочь! – продолжил он, а у меня пальцы зачесались от желания вскипятить ему голову ментальным Штормом.

Плевать, что маны не осталось. Ради такого дела я готова была пожертвовать и жизненной энергией!

– Это бред! – заорал Ойген. – Пусть мне память просканируют и всем покажут…

– И я согласен на сканирование! – взвился второй паладин. – Мы не позволим клеветать на Верховного! Он до последнего сражался с монстрами, прикрывая спину командира Лаорры…

– Хватит врать! – закричала я. – Все слышали, как он требовал казнить…

– Да как ты смеешь?!

– Фы…

– Тихо! – зарычал Мигель.

Под шумок я всё же сплела аркан, но не ударный, а сканирующий. Голова закружилась и перед глазами заплясали искры. У меня и жизненной-то силы остались жалкие крохи, но едва прошлась заклинанием по ауре паладина, тут же заметила следы недавнего ментального воздействия!

ГЛАВА 11.3

Они были едва заметными. Если бы не странности в поведении солдат, я бы списала их на последствия сражения.

Многие твари использовали полный спектр пси-атак. Визуально их следы почти не отличались от промывки мозгов, но сейчас я не сомневалась, что Лейк подчистил солдатам память!

– Верховный говорил, что командира Лаорру придётся казнить, если он окончательно потеряет контроль и нападёт на соратников, – продолжил паладин. – Поэтому он и пытался скорее пробиться к нему, чтобы помочь…

– Чушь! – взревел Ойген. – Вы все врёте, как дышите! Может и другие подвиги вашего командира такая же иллюзия? То-то вы первыми всегда возвращаетесь в города, чтобы успеть разнести хвастливые слухи…

– Уфью! – заорал шепелявый, кидаясь на Роя, но его тут же отшвырнуло янтарной волной.

– Буйного в казематы на сутки, остальным первое и последнее предупреждение, – холодно подытожил Мигель. – Я сделаю поблажку с учётом того, что сегодня многие потеряли товарищей и пострадали от ментальных атак монстров. Но если подобное повторится, то подстрекатели и поддавшиеся на провокацию солдаты, вылетят из армии со свистом.

Повисла тишина. Даже шепелявый затих.

– Командир Вейс, следуйте за мной, – приказал полковник. – Я искал вас, нужно кое-что обсудить.

Поймав полный тревоги взгляд Ойгена, жестом показала: всё в порядке.

Зачем я понадобилась Рэми не догадывалась, но мы направились в сторону нужного мне корпуса. Заодно я хотела спросить про отца и Дамира, а также обсудить найденные на ауре паладина следы.

Я не верила, что их оставили твари, все симптомы указывают на осторожную промывку мозгов!

– Поговорим в моей палате, не против?

Я молча кивнула.

Едва вошли внутрь, Мигель включил нагревающий артефакт и поставил чайник.

– Чай, кофе?

– Без разницы.

– Тогда чай, – ответил дракон, – Рейвен, что ты помнишь о случившемся?

– Вы…

– Можно на ты, это не официальный разговор.

– Ты сейчас о том, как Лейк требовал убить Дамира? Или о том, что паладинам промыли мозги? – голос дрогнул, выдавая эмоции, и Мигель удовлетворенно кивнул.

– Значит, не показалось.

– Если заметил, почему не приказали схватить их? – удивилась.

– А ты можешь прямо сейчас доказать факт воздействия?

– Нет… – потупила взгляд. – Следы очень тонкие и смешиваются с остаточным фоном от пси-ударов тварей. Я думаю, Лейк не переписывал воспоминания, он немного изменил реакцию паладинов на случившееся. В целом картинка сохранилась, и даже если просканировать память, мы не найдем доказательств. Проблема именно в их реакции на случившееся…

– Они воспринимают всё через призму обожания и поклонения Верховному паладину, – закончил за меня Рэми. – Лейк умело сыграл на реальных и очень сильных привязанностях подчиненных. Вовремя подкинул нужное изображение и убедил в это поверить.

– Герой-спаситель, – скривилась, – они ведь и правда считают, что он такой. Теперь я уверена, что Вальтер не впервые проворачивает подобное. Возможно, раньше он память им не корректировал, но постоянно идеализировал свой образ и раздувал до небес несуществующие подвиги.

Зато теперь всё стало на свои места. Вот чем объяснялось слепое восхищение толпы, и реакция на “героические” поступки Лейка ликвидаторов первой волны. Тех, которые всегда были на лезвии Раскола и шли в бой первыми, а возвращались последними.

Жнецы, Алый Шторм, Обсидиановый корпус и Янтарная гвардия входили в спасённые города намного позже паладинов Лейка. А те уже успевали повсюду растрепать о подвигах своего командира.

Верховный подавальщик и генерал трактирных боёв. Кажется, эти прозвища подошли бы Вальтеру намного больше.

– Я подозреваю, что Лейк скрывает настоящий уровень своего ментального Дара, – добавила я. – Это незаконно…

– Опять же, нужны доказательства, – ответил Рэми, подавая мне чашку с горячим чаем. – Здесь Айла Ашер, штатный менталист Стальной гвардии.

– Дипломат Смерти? – у меня аж глаза от восторга загорелись.

Айла – живая легенда и маг, владеющий редчайшим даром Аметистового Клинка. Её ментальная искра переплеталась с Даром некромантии, позволяя допрашивать не только живых, но и нечисть, а также заключать с мертвецами вечные договоры.

За это таких, как она, и называли Дипломатами Смерти.

– У Айлы огромный опыт в ментальных воздействиях, я попрошу её осторожно проверить того буйного паладина. Возможно, удастся снять слепки и доказать причастность Лейка, но шансы малы. Чтобы обвинить его в сокрытии и незаконном использовании способностей, нужно поймать Вальтера с поличным.

ГЛАВА 11.4

– Сложно… – покачала головой, – и очень опасно. Лейк хитрый и скользкий как змея, он так просто не подставится. Хотя он уже пытался воздействовать на меня.

– Давно?

– Когда мы были помолвлены, он вплёл в мою ауру следилки и неусыпно контролировал, чтобы я не встречалась с другими мужчинами. Более того, усиливал моё восхищение им и блокировал Зов пары. По этой причине я не сразу почувствовала в Дамире истинного.

На лице Мигеля заходили желваки. Последнее преступление было особенно тяжким. Слежку ещё как-то можно объяснить ревностью, но манипуляции с Зовом пары в некоторых драконьих кланах карались выжиганием Искры с последующим лишением всех титулов и чинов.

Вальтер не дракон, да и я – человек, поэтому настолько жесткое наказание ему бы не грозило, даже при наличии доказательств. Зато это хороший повод понизить его и назначить другого Верховного паладина без созыва Совета.

Жаль, что все улики уничтожила Тьма.

– Доказательств у меня нет, – добавила, – вернее… они были, но их выпила магия Тёмного Бога. Не осталось ни единого следа. Я подозреваю, что у него есть какой-то артефакт, дополнительно усиливающий ментальные арканы. Хотя и его реальный уровень, как минимум, на три класса выше официального. Во время Боя Ночи он тоже влиял на меня, скрывая своё присутствие и заманил в ловушку, чтобы поговорить наедине.

– Понятно, – Рэми устало потер переносицу и подлил нам ещё чаю.

Удивительно ароматного, он пах лавандой, шалфеем и специями. Я точно учуяла корицу, кажется, ещё немного гвоздики и перца. Необычно, но для меня оказалось слишком пряно.

– Прости, я ориентировался на свой вкус, могу сделать тебе отдельно, – Мигель заметил, как я верчу в руках чашку.

– Всё в порядке, не стоит, – улыбнулась.

– Какой чай ты предпочитаешь?

Вопрос удивил, как и тон. Да и в целом Рэми производил удивительное впечатление, я понимала, почему солдаты боготворят его. От дракона веяло искренним участием, он подмечал каждую мелочь и рядом с ним любой чувствовал себя по-настоящему важным, ценным.

– Зелёный, без сахара и добавок, – ответила, не сомневаясь, что полковник запомнит. – Давайте вернёмся к Лейку. Хотелось бы успеть навестить отца и Дамира.

– Реймонд вернётся к рассвету, а Дамир… – Мигель осёкся и покачал головой. – Я не уверен, что он примет тебя. Его магия сейчас нестабильна…

– Тем более, я должна быть рядом!

– Ты не понимаешь. Сейчас Дар не опасен для него, он потратил слишком много Силы, поэтому Тьма уже не может поглотить его. Но у него начался откат из-за создания Стены скорби. Сейчас Дамир слаб и его Искра невольно пытается выпить любой источник магии, до которого может дотянуться.

Я вздрогнула и сжалась. Вот почему он запечатал истинную связь…

Татуировки сразу бы просигналили мне о неладном. Я могла бы разделить с любимым его боль и даже на расстоянии поделиться Силой.

Он не хотел этого. Предпочел нести это бремя в одиночестве, хотя я слышала, что откат от создания Стены проходит мучительно, разъедая болью душу и тело мага.

– Рейвен, я понимаю и твое желание помочь, но, как мужчина, я также понимаю и Дамира. Мне бы тоже не хотелось, чтобы моя истинная видела меня в таком состоянии и, тем более, разделила со мной этот кошмар.

– Тогда это не любовь вовсе! – воскликнула я. – Зачем нужна такая парность и истинная, которая бежит от трудностей, бросая любимого умирать от боли и отката?! Если бы плохо было мне, Дамир точно нашёл бы способ помочь!

Я рванула к дверям, но Рэми поймал меня, удерживая за локоть.

– Он поставил над палатой купол, если попытаешься сломать его, чтобы попасть внутрь, только сделаешь хуже.

– Тогда помоги мне! Я должна быть рядом с ним!

ГЛАВА 11.5

Мигель тяжело вздохнул.

– У меня остался канал связи с ним. Ты отправишь одно сообщение и после мы приблизимся к куполу. Пообещай, что не станешь пробиваться силой, если он сам не пропустит тебя.

– Но…

– Рейвен, для меня не проблема сломать щит, он достаточно слабый. Дамир выставил его не как защиту, а предупреждение, чтобы никто не пострадал от его магии. Пойми, если я развею защиту, Лаорру приложит ещё большим откатом.

– Хорошо, – сдалась, – обещаю.

Мигель достал коммуникатор, отыскал в списке Дамира и протянул мне.

– Спасибо, – я неловко улыбнулась.

А затем повисла тишина. Полковник не торопил и молча отвернулся, чтобы не смущать меня. Только я не знала, что написать. Слова вдруг потеряли цену и вес…

– Держите, – я вернула коммуникатор, так и не воспользовавшись им.

– Передумала? – удивился Мигель.

– Нет. Просто поняла, что он всё равно не ответит. Лучше я пойду к нему и буду ждать у купола. Дамир почувствует и, если захочет, пропустит.

– Вэйс, ты хуже Лаорры, – Рэми спрятал коммуникатор и зачем-то снял с вешалки плащ. – Пошли.

– Куда?

– К нему. Ждать долго придётся. Одну я тебя не оставлю, а на полу сидеть холодно, – он взял ещё подушку с кровати и вручил мне, – под спину подложишь, а я и так привык.

Я растерялась, но моего ответа никто и не ждал. Мигель вышел из комнаты, а я поспешила за ним, с трудом пряча улыбку. Странный он, но за таким командиром я бы шагнула даже в Бездну.

До палаты Дамира шли молча, его расположили в другом конце корпуса и этажом выше. В коридоре встретили только целителей.

Я всё размышляла, что скажу Дамиру, но мысли растворялись в пустоте. Мне хотелось лишь обнять его, забрать боль и поделиться жизненной Силой. Понимала, что последнее сразу вызовет протест, но иначе не могла…

– Мне всё же стоило остановить тебя, – произнёс Мигель, едва мы приблизились к защитному куполу. – Твой отец тоже Мастер. Я знаю, что во время самых мощных откатов он оставался в штабе…

– Пытаясь защитить нас и маму, только ранил ещё сильнее, – отрезала я. – Мужчины… ну когда же вы поймёте, что наша помощь не делает вас слабыми!

– Конечно, нет. Слабыми нас делает только осознание, что потеряв в таком состоянии контроль, мы можем навредить тем, кто нам дорог.

Я не нашлась что ответить, а Мигель бросил на пол плащ, прислонил подушку к стене и жестом приказал мне садиться. Сам устроился с краю.

– Почему ты поддерживаешь меня? – не выдержала. – Осуждаешь, но…

– У меня нет права осуждать тебя. Я уже говорил, что понимаю решение Дамира и на его месте поступил бы так же. Но я не знаю, что для него будет лучше, ведь ты – его пара. Я верю, что чутьё подскажет тебе лучшее решение.

– Дамиру очень повезло с другом.

– И с парой, – усмехнулся Мигель.

Больше не говорили. В коридоре дела не обсудишь и полог тишины не поставишь. Купол Дамира мог среагировать на него и выпить досуха.

Так и сидели. Я просто ждала, прислушиваясь к каждому всполоху родной магии и молилась, чтобы он всё же впустил меня.

– Позволь разделить эту боль с тобой, не отвергай меня! – мысленно прошептала и… защитный купол неожиданно развеялся.

– Иди, давай, пока он не передумал, – поторопил Мигель. – А я прослежу, чтобы вам никто не помешал.

ГЛАВА 11.6

Я стрелой метнулась к дверям. Тут же услышала едва уловимый всполох магии и щелчок замка. Мне позволили войти.

На мгновение застыла, прислушиваясь к Зову пары. Дамир до сих пор глушил его, чтобы не навредить мне. Но ментальный Дар позволил коснуться его эмоций. Я ожидала услышать шторм, но обнаружила лишь пепелище…

Эмоции Дамира казались мёртвыми.

Беззвучно отворив двери, проскользнула в палату. Любимый стоял у окна, прислонившись плечом к раме. Я хорошо знала эту позу. Иллюзорно-расслабленную, но на самом деле, выдающую дикую усталость и напряжение.

Отец поступал так же, когда мы проведывали его в лазарете после ранений. Он никогда не встречал нас лёжа в постели. Хотел, чтобы мы видели его сильным и несокрушимым, способным уберечь нас от любых невзгод. Только мы никогда не просили об этом подвиге.

– Стена Скорби хороша, чтобы защитить империю от тварей Хаоса, но не стоит окружать ею и свою душу, – тихо произнесла, подходя ближе. – Ты можешь быть слабым, тебя можно ранить и причинить боль. Я никогда не просила тебя и не попрошу казаться железным, мне не нужна иллюзия. Я и без неё знаю истинную цену твоим поступкам и способностям. Ты спас колоссальное количество жизней…

– Если бы я придумал, как найти и поймать тварь, управляющую Расколами, этого бы не случилось, – перебил Дамир, – я виноват. В том, что допустил столько смертей и потерял Джайну, подверг тебя опасности…

– Тогда мы все виноваты, – отрезала, – каждый виновен в том, что видел Расколы, но не смог найти источник. Я виновата, что моих сил катастрофически не хватало и страже пришлось привлечь младшие курсы и более слабые четвёрки, а они… погибли! Двадцать адептов, двадцать юных магов, которые даже жизни толком не видели! Они погибли, потому что сражались за свою империю и её жителей. За честь, за наше будущее! Они погибли, а вот я… выжила. Выходит, я тоже виновата?

– Рей…

– Нет, дослушай! Я всё понимаю и разделяю твою боль, но нельзя винить себя в том, что ты не умер вместо кого-то. Ты сражался и выжил, а ещё спас десятки тысяч жизней. И не только сейчас. Новая Стена Скорби положила конец Расколам, она нерушима. Дети тех, кто выжил сегодня, уже никогда не увидят жутких тварей Хаоса и кровавых небес, расколотых огромным порталом. Мы подарили им будущее. И каждый сегодня сражался за этот мир и это небо! И шёл в бой с четким осознанием, что может не вернуться. И Джайна, и я…

– Хватит! – Дамир рывком шагнул ко мне, сгребая в охапку и крепко прижимая к себе.

Его голос дрогнул, и на выжженном поле чувств вспыхнули искры живого огня.

– Не говори, что я мог потерять и тебя!

– Но это так. И я могла потерять тебя, отца, команду… – прошептала отрешенно. – Я это знаю, ты и они тоже знают. Но ведь никто из нас не мог поступить иначе. Бросить всех, сбежать как последнее ничтожество, лишь бы уцелеть самому…

– Лейк бы смог, – зло прошипел Дамир.

– Поэтому я презираю его, – ответила. – Его трусость, ложь и попытки казаться всесильным. Но тебе это не нужно, ведь твоя сила неоспорима. Она не призрачная и подобна щиту, что защищает слабых. Ты герой не на словах. Так не смей корить себя за то, что не сумел спасти всех и не закрывай от меня свою душу. Я не прошу тебя скрывать горе и грусть, и никогда не буду осуждать за эмоции. Просто… позволь помочь. Я ведь могу это сделать не только, как твоя истинная, но и как сильный менталист.

ГЛАВА 11.7

Я хотела хоть немного заглушить гнетущую тоску. Разделить её с любимым и помочь пережить утрату.

– Железные сердца владеют особой магией, – добавила я, – мы не уничтожаем эмоции, не стираем их. Наоборот, усиливаем и ломаем щиты, не позволяя замуровать сердце в этой горечи. Это не всем подходит, я знаю. Не каждый выдержит такое плетение, но ты очень сильный и, наоборот, пытаешься загнать боль поглубже. Однажды эти эмоции погубят тебя.

– Рей…

– Нет, дослушай! Не закрывайся от меня. Позволь помочь, мы переживём это вместе!

– Ты не понимаешь…

– Понимаю лучше, чем ты думаешь! Я уже видела это и… тогда едва не потеряла отца!

– Реймонда? – Дамир нахмурился, но через миг в его глазах блеснула догадка. – Алекс, его младший брат…

– Да. Отец корил себя, что не сумел отговорить брата, когда тот поступал в Рубин.

У Алекса был другой талант, он мог стать прекрасным скульптором, но мечтал защищать своё королевство, как старший брат, отец и дед. Семья воинов, и только он родился с другим Даром.

Отец не раз пытался поговорить с ним, но Алекс упрямо стоял на своём. А после… случился Раскол и дядя погиб.

Я хорошо помнила этот день, тогда мне было пятнадцать и отца вытянула вспышка моей магии. Я плохо контролировала Дар, но именно этот всплеск Искры прошиб его глухую оборону.

Отец открылся мне и после осознал, что в смерти брата не было его вины. Мой страх, желание защитить родного человека, вытащили его из кошмара.

– Отчаяние Мастера особенное, оно затягивает быстрее губительной трясины, – прошептала, – поэтому мне так тревожно сейчас. Я не хочу потерять тебя. И Джайна бы не хотела, чтобы ты винил себя…

– Она не захотела возвращаться, – вдруг произнёс Дамир. – Я мог воскресить её, но она отказалась.

– Но… почему?! – опешила.

Я не ожидала такое услышать. Видела, что Дамир колдовал над телом Джайны и призвал золотую розу, похожую на те, что окружали Тёмного Бога в посланном ею видении. Я помнила, что этот цветок нужно поднести к сердцу умершего, чтобы вернуть его душу. Но… роза осыпалась пеплом.

Я подумала, что Дамиру не хватило Силы, но всё оказалось гораздо сложнее. Знать бы, почему Джайна приняла такое решение…

– Она же Пророк, – недоуменно прошептала. – Отчего не рассказала всё заранее? Не понимаю…

– Джайна сказала, что других вариантов будущего не было, – с горечью ответил Дамир. – Я знаю, что она соврала. Скорее всего, в этом будущем умирали я и Райан. Поэтому она предпочла пожертвовать собой.

Я крепче обняла его, призывая Дар и помогая раскрыть эмоции. На этот раз любимый не сопротивлялся, обнял в ответ, прижимая к себе и осторожно касаясь моих волос. Поглаживая нежно, словно боясь причинить боль касаниями и своими чувствами.

Щиты между нами начали таять, он сам снял их. Больше не пытался скрыть эмоции, а я принимала их без остатка, пропуская через себя и позволяя Дамиру за мгновения пережить годы.

Дар, на который способны лишь Железные сердца, и который дал название нашим способностям.

Боль, раскалённая настолько, что плавит железо и тяжесть времени. Мы единственные могли ускорить его течение, проживая с другим человеком утрату, позволяя сполна осознать её и принять.

Мы пройдём этот путь вместе. Выстоим, переживём. Ради этого мы сражались.

А завтра будет новый день и новое небо. Небо, с которого нам улыбнётся Джайна и души тех, кто вместе с ней спасал этот мир.