Текст книги "Завоеватель. Кровные драконы (СИ)"
Автор книги: Анна Левин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 17 страниц)
Глава 5. Двенадцать лет спустя
Глава 5. Двенадцать лет спустя
Казимир
– Хорс, наконец-то! – воскликнул Ясногор, сгребая меня в объятия. – Я требовал отправить за вами отряд, но твой отец отказал.
– Правильно сделал, нас задержала буря. Ничего страшного.
– Ты идешь с докладом?
– Уже завершил, тебя искал как раз, и Вулко.
– У нашего друга родился второй сын.
Улыбнулся, представив его с кричащими малышами на руках. Я отсутствовал три года, сколько всего должно было произойти за это время!
– Ты сам, Ясногор, не женился?
– Нет, не до этого. А ты не хочешь завести семью? Моя вторая сестра уже подросла, было бы здорово нам всем породниться.
В памяти всплыло лицо маленькой девочки с серебряными волосами.
– Сколько ей лет, пятнадцать?
– Дурак ты! – рассмеялся Ясногор. – Двадцать, она всего на десять лет младше тебя.
– С ума сойти! – тоже не удержался от смеха. – Со своими миссиями я совсем из жизни выпал.
– Так ты согласен?
– Прости, дружище, но такого мужа как я хорошей девушке не пожелаешь. Взгляни на меня!
Денницин деликатно кашлянул, пригласил в свой кабинет, где наполнил бокалы, и заказал закуски.
– Как успехи в Норгратере?
– Этот континент не перестает меня удивлять! Тебе там понравится.
– Вряд ли, – грустно вздохнул Ясногор. – Тяжело думать, что скоро наш дом погибнет. Я отдал бы многое, лишь бы отсрочить этот момент, но состояние Южного материка сильно ухудшается.
– Для того мы и занимаемся подготовкой к отплытию. Поверь, даже на чужбине мы не забудем свои корни, но построим нечто новое, что возвысит Южный материк в памяти тысяч поколений вперед.
– Как тебе это удается? Так спокойно говоришь о будущем изгнании.
– Это не изгнание, а завоевание. Новые континенты, новые земли и народы, войны, слава – даже звучит ободряюще! Говорю же, там все ощущается иначе. Одно дело сидеть в уютном кабинете, предаваться скорбным мыслям, бояться будущего, неизвестности. А когда ты ночуешь в палатке, когда твое лицо овевают ветра неизведанных земель, когда ты подчиняешь своей воле коренные народы Норгратера… Это эйфория! Кровь бурлит – безграничное счастье.
Мой друг внимательно всмотрелся в мое лицо, а потом невесело усмехнулся.
– Да, действительно, такого мужа родной сестре не пожелаешь! Ты стал воином, настоящим лидером, не представляю тебя рядом с хрупкой впечатлительной барышней.
Расхохотался, подумав, как мягко Ясногор намекнул, что я превратился в солдафона.
– Рассказывай, чем занимался эти годы. Я соскучился по нашим юным годам, прокручивал в памяти лучшие моменты, когда не мог заснуть на холодных равнинах.
– Кто бы мог подумать, что ты станешь военным!
Не я, такое даже в кошмарах мне не представлялось, но у отца были свои планы. Он считал, что именно я должен возглавить колонистов, когда настанет время покинуть наш континент. Двенадцать лет назад, накануне учебного года он позвал меня к себе, и приказал собирать вещи, сказал, я не вернусь в тривиальную школу. Вместо веселья с друзьями меня ожидала суровая муштра, диплом об окончании школьного курса я получил на другом конце материка, куда специально для юного Хорса вызвали столичных наставников.
За эти двенадцать лет я всего несколько раз возвращался домой, и меня вновь отправляли в Норгратер, далекий континент, чтобы подготовить место для будущих поселенцев. Наш материк приходит в упадок, вулканическая активность раздирает его изнутри, да и ресурсы успели истощиться. Драконы использовали свой дом беспощадно, и теперь вынуждены искать новое пристанище. Я не был готов к такой ответственности, но моего мнения не спрашивали, и я подавил юношеский протест в груди, ради семьи, ради друзей, ради всех, кто был мне дорог.
– Марта год назад вышла замуж, – тем временем рассказывал Ясногор. – Ее родители поняли, что тебя заполучить не удастся, и нашли ей подходящего супруга. Долго вокруг меня кружили, но ты же знаешь, как я отношусь к этой драконице. Мы с Вулко всегда ее ненавидели, а ты привечал. Зато Лени, как избавилась от влияния подружки, раскрылась в другом свете. На ней женился Риз, дядя Вулко, мы иногда видимся, и не узнаю в ней ту девушку из школы. Рад, что заблуждался на ее счет!
– Вот это новость! Не могу представить ее рядом с Ризом Кратоном!
– Поверь, им хорошо вместе. А ты? В Норгратере наверняка живут не только драконы, но и драконицы.
Усмехнулся, вспомнив женщин в грубых меховых накидках. На чужом континенте было холодно, мы, драконы Южного материка, привыкли к жаре и солнцу. Драконицы Норгратера слабо возбуждали мой мужской интерес, я больше мечтал о девушках из своего прошлого, хотя не отказывался от знакомств с наиболее привлекательными дикарками.
Не успел я поделиться своим мнением, как в дверь нервно постучали, и помощник Ясногора попросил нас вернуться в штаб.
– Что случилось?
– Мне неизвестны подробности, господин. Говорят, что-то произошло в провинции Мар, много погибших.
Глава 6. Ядерная катастрофа
Глава 6. Ядерная катастрофа
Казимир
В коридоре встретили моего отца, лицо которого буквально светилось от мрачного торжества. Алес Хорс был из тех драконов, кого или любят, или ненавидят, третьего не дано. Его амбиции простирались далеко на запад, на неизведанные земли, и многие смотрели на нашу семью с надеждой. Хотя и врагов было немало.
– Казимир, Ясногор, пойдемте, вы должны это услышать.
– Господин Хорс, хоть вы скажите, что произошло.
– Ядерная катастрофа.
– Что? – воскликнул Ясногор, позабыв о правилах приличия.
– К сожалению, это так. «Мирный атом» может быть разрушительным, боюсь, нам придется покинуть материк раньше запланированного.
Денницин бегом кинулся к лестнице, а отец повернулся ко мне.
– Видишь, сын, все мои опасения сбылись. Оппозиция, недовольная моей властью, пыталась создать ядерное оружие, равное по силе Солнечному Ореолу. Каждый род драконов владеет определенной властью над природой: Кратоны – драконы Подводных Вулканов, Денницины владеют силой Звездного Света, но никто не может сравниться с нами, Хорсами, черпающими энергию вечного светила. Солнце – источник нашей силы и власти, пока эта звезда не остыла – мы будем править, но не всех это устраивает. Запомни, Норгратер должен стать новой вотчиной Хорсов, покори его, и запрети любые исследования атомной энергии. Пусть это отбросит драконов в развитии, ничего страшного, главное – безопасность континента и нашего рода.
– Они не назначат меня главным.
– Возможно, но я потому и дал тебе лучшую подготовку, чтобы ты научился сражаться, завоевал благосклонность солдат. Ты вел их на неизведанных территориях, бился рядом, защищал, а не жирные старики из оппозиции. Будущее Хорсов отныне в твоих руках, я останусь здесь.
– Уверен?
– Не все отправятся на завоевание Норгратера, я не хочу, чтобы оставшиеся драконы ждали своего конца в одиночестве и страхе. Мы продолжим вести свой быт, как делали это всегда.
Наверное, я плохой сын, потому что мысль о будущем отца меня не расстроила. Он сделала свой выбор, и есть в этом подлинное благородство. Уважение для меня превыше всего, тем более, без семейных ограничений мои руки будут развязаны. Я хочу стать хозяином своей судьбы, самостоятельно прокладывать путь без оглядки на чужое мнение.
А в штабе царил сумбур: кто-то обвинял, кто-то оправдывался, кто-то лихорадочно придумывал, как спасти свою шкуру. Зато мой отец получил долгожданную возможность, произнес обличительную речь, и никто не смог ему возразить. Масштаб трагедии был ужасающим, число погибших говорило само за себя. Радиация распространилась далеко за пределы провинции Мар, ветер нес смертельное облако с безумной скоростью, шла массовая эвакуация.
– У нас уже была похожая ситуация, но удалось обойтись малой кровью. Я говорил, нужно наложить запрет на исследования, ибо вместо концепции «мирного атома» ученые занимались разработкой оружия, но меня убеждали, что я ошибаюсь! Называли параноиком!
Пока он упивался триумфом, я наблюдал за потенциальными оппонентами. Судя по меловой бледности, они поняли, какую яму сами себе выкопали, но все, что произошло в Маре, там и останется. Как только корабли отплывут в Норгратер, они придут в себя, осознают, какие возможности ждут впереди. Или их дети: скорее всего, старейшины тоже останутся на Южном материке, а с колонистами отправят наследников, которые еще не запятнали репутацию кровью.
А хочу ли я становиться завоевателем, бороться за власть? Отца рядом не будет, никто не станет давить, требовать невозможного. Зачем тогда тратить свою жизнь на бесконечную войну? Удастся построить нормальные отношения с командованием – и слава предкам. Нет – к дритту их всех, я найду, чем заняться на новом месте.
– Виновные должны понести наказание, мы установили ограничения, дабы не допустить ядерной катастрофы! – спокойно, но строго вещал Айфель Кратон, отец Вулко. – Сами ученые не посмели бы нарушить правила, им явно отдали заведомо преступный приказ.
Ну да, кто еще будет требовать справедливости, если не Кратон? Только за все это время я не услышал главного.
– Кто занимается ликвидацией последствий катастрофы? – просил тихо, но меня услышали, и синхронно умолкли.
– Мы направили несколько отрядов, но драконы гибнут очень быстро, в эпицентре сейчас «жарко», – смущенно отозвался Айфель.
– Тем больше причин немедленно задействовать протокол! – с новыми силами отец кинулся в атаку. – Колонисты должны покинуть Южный материк.
– А как же пострадавшие в провинции? Где они сейчас, какую помощь получили?
Вулко, сидевший напротив меня, дернулся. Лицо побледнело, я ощутил исходившие от него волны осознания и страха. Неужели кто-то из его друзей был в эпицентре катастрофы?
Глава 7. В центре бури
Глава 7. В центре бури
Каридад
Я хотела уйти пораньше, но начальник попросил меня задержаться.
– Сударыня, могу я попросить вас наведаться в школу к старшей группе, провести с ними занятие?
В мои обязанности не входило рассказывать детям о законотворчестве, но я с удовольствием этим занималась, отвечая на наивные вопросы, разбивая их представления о нашей работе. Мой друг Вулко говорил, что это благородно, да он и сам частенько посещал школы, как и положено представителю рода Кратонов.
Согласилась, и следующим утром отправилась прямо в местное учебное заведение. В провинцию Мар меня направили для обсуждения законопроекта об утилизации ядерных отходов – первое крупное задание в моей карьере! Дело шло к успешному завершению, скоро возвращаться домой, так что можно провести немного времени с молодежью.
Вот они, юные драконы, которым только предстоит покинуть привычные школьные стены, и окунуться во взрослую жизнь. Один из парней метко бросил записку светловолосой девушке, на что она подкатила глаза, и недовольно выбросила бумагу в окно. Друзья мальчишки рассмеялись, да и я с трудом удержала улыбку. Знакомая картина!
Казимир Хорс, дракон из моей школы, тоже меня задирал. Я обижалась, даже плакала порой, не понимала, почему он так жесток ко мне, пока не выросла, и не осознала, что это были знаки внимания, а не ненависти. Глупые, еще детские, отражающие его неопытность, но явные признаки симпатии. Когда отец отправил Хорса на другой конец материка, я вздохнула с облегчением, ведь в его отсутствие родовитые драконицы утратили ко мне интерес, а Вулко с Ясногором подружились со мной. С их помощью я построила карьеру мечты, и была по-своему счастлива.
Правда, женитьба Кратона немного надорвала мое сердце, но чувства быстро испарились, оставив лишь дружескую привязанность. О Казимире я редко вспоминала, даже лицо его подзабыла, мы ведь двенадцать лет не виделись. По словам Ясногора, Хорс занимается подготовкой к секретному протоколу, но подробностями друзья не поделились. Ну и ладно, пусть лелеют свои тайны, у меня своих забот по горло!
Через несколько дней я устроилась в экипаже, и отправилась домой. Хорошо бы принять драконью форму, и размять крылья, но я везла с собой важные документы, нельзя оставлять их на чужое попечение. Мало ли...
– Что за суета? – проворчал возница.
Мы как раз стояли на границе с соседней провинцией, ждали своей очереди. Крики ввинчивались в сознание, смутный страх охватил меня при виде ужаса на лицах драконов снаружи.
– Эй, что там такое?
Мужчина в военной форме подошел к нам, и приказал взять в экипаж несколько беженцев. Возница только открыл рот, как я перебила его:
– Конечно, мы возьмем с собой этих драконов, но что произошло?
– Ядерная катастрофа в Маре. Вовремя вы покинули город, он стерт с лица планеты.
– Так эти несчастные оттуда? – с трудом вернула власть над голосом.
– Нет, выживших мы не пропустим, чтобы не разнесли радиацию. Это местные жители, с пограничных поселений. Кто мог, улетел сам, но дети до тринадцати лет еще не способны принимать форму дракона, их мы вывозим как можем. Все, езжайте, не задерживайте очередь.
Возница не переставал ругаться всю дорогу, а я прижимала к себе дрожащие тела детей, и едва сдерживала слезы. Будь моя воля – вернулась бы обратно, чтобы помочь несчастным, но военные оцепили территорию, и не выпустят ни единого дракона. Все, кто спасся от взрыва, погибнут от рук соплеменников. Их одежда и плоть пропитаны радиацией, если дать им уйти – весь материк накроет крыло смерти. Но кем мы будем, если опустимся так низко, и не поможем своим же в ужасной опасности?
– Где моя мама? – в сотый раз спросила девочка справа от меня.
– Она найдется, не переставай верить!
– А моя? – с детской наивностью спросил шестилетний мальчик.
– Все будет хорошо, вот увидишь. Поспи немного, ты устал.
Дорога показалась сплошным кошмаром, но по прибытию в столицу нас не пустили. Отправили в лагерь беженцев, где лекари проверили наше состояние, и поместили на несколько дней под наблюдение. Я времени зря не теряла: вызвалась добровольцем, и нянчила детей, раздавала пищу, воду, одежду. Даже после того, как меня отпустили, я попросила остаться с ними, и работала без перерыва, так как находила покой только в помощи беженцам.
Не знаю, как долго протянула бы в таком режиме, но на пятую ночь, пока искала в лагере родителей потерявшихся детей, нашла кое-кого другого. Того, кто должен был навсегда остаться юношеским воспоминанием, а не драконом из крови и плоти.
Глава 8. Встреча
Глава 8. Встреча
Каридад
– Здравствуй.
Его голос изменился, появилось в нем нечто новое, чего раньше не было. Да и внешне от того Казимира, каким я его помнила, мало что осталось. То был восемнадцатилетний дракон, совсем мальчишка, высокомерный, гордый, жестокий в своем убеждении, что он лучше остальных за счет древнего рода и семейного богатства. Хорс красиво одевался, обожал, когда девчонки следили за каждым его шагом, постоянно устраивал какие-нибудь выходки со своими друзьями, и все сходило ему с рук. Наставники хвалили его, даже когда он ничего не делал, и ставили высокие оценки лишь за сам факт его присутствия в тривиальной школе.
Но нынешний мужчина передо мной ничем не напоминал того балагура. Исчезли небрежные смольные пряди, сводившие с ума родовитых дракониц, исчезла наглая улыбка и дерзкий взгляд. Из-под черных бровей на меня смотрели глаза воина – красивые, серо-голубые, но холодные, повидавшие кровь и насилие. Волосы были коротко подстрижены, лицо – тщательно выбрито. Рост и фигура тоже изменились, соответствовали больше полю боя, а не элегантным гостиным.
Когда-то я боялась его из-за повышенного внимания ко мне, и проблем, которые этот интерес повлек. Считала его жестоким, опасным парнем, хотя он был всего лишь глупым мальчишкой, влюбленным юнцом. Спустя годы иррациональный страх показался глупым, я корила себя, что позволила выходкам Хорса повлиять на меня, но при новой встрече былые тревоги воскресли вновь... и на этот раз небезосновательно. Теперь от него разило опасностью, это был хищник, обученный искусству войны. Где бы он ни пропадал все эти годы, приходилось ему несладко. Пережитое оставило след.
– Даже не поздороваешься?
– Прости, не ожидала тебя здесь увидеть. Давно в столице?
– Нет, вернулся несколько дней назад, когда произошла катастрофа.
– А почему ты в лагере? Кто-то из твоих близких пострадал?
– Вулко искал тебя, я пришел ему помочь.
Ох, лучше бы он сидел дома, рядом с ним я всегда чувствовала себя скованно, а мне сейчас не до старых комплексов!
– Я вызвалась добровольцем, помогаю искать родителей потерявшихся деток. Передай Вулко, что со мной все в порядке, я была далеко от центра Мара, когда... когда...
Не договорила, не смогла. Перед глазами мелькали бескровные лица, ночная дорога, колонны военных. И страх, первобытный, всепоглощающий ужас, перед которым даже самые стойкие драконы бессильны.
Хорс смотрел исподлобья, проницательно, отчего я сильнее смутилась.
– Как давно ты спала?
– Намекаешь, что ужасно выгляжу?
– Ты ела с тех пор, как покинула Мар?
– Мы так и будем отвечать вопросом на вопрос?
Наконец я избавилась от оцепенения, разозлилась: почему я должна пререкаться с ним, пока несчастные дети ожидают от меня помощи?
– Все такая же упрямая! – произнес он с усмешкой.
Еще и издевается, гад! Узнаю эту усмешку, хоть что-то не поменялось. Как в школьные времена, будто и не было двенадцатилетней разлуки. Но я уже не та глупая девочка, у него нет больше власти надо мной.
Развернулась, чтобы уйти, но, видимо, Казимиру со стороны было виднее... Голова закружилась, усталость, которую я долго игнорировала, накатила штормовой волной. Наверное, упала бы на пол, если бы не Хорс.
– Даже у драконьих сил имеются пределы, нельзя так себя истощать.
Легко, будто я весила как пушинка, Казимир взял меня на руки, и понес к выходу. Было странно прижиматься к его груди, только ноги не держали, сама бы не дошла.
– Мне нельзя уходить, детям страшно. Их разлучили с родителями во время эвакуации, я должна им помочь.
Кто лучше меня знает, каково это, потерять маму с папой? В широко раскрытых глазах детворы я видела собственный ужас, однако у них оставалась надежда; у меня и того не было. Но разве способен Казимир понять это? Высокородный баловень судьбы не снисходил к бедам простаков.
– Каридад, – от низкого голоса по телу пробежали мурашки, – в таком состоянии ты никому не поможешь. Но я знаю, что можно сделать.
Снаружи его ждали слуги. Хорс подозвал одного дракона, и поручил ему выполнить мое задание. Заодно попросил найти Вулко, и сказать, что Каридад Веласкес отправилась домой.
– Почему так смотришь? – спросил мужчина, когда мы сели в закрытый экипаж.
Видимо, от усталости я не удержала язык за зубами, и ответила честно:
– Казимир, которого я помню, никогда не пришел бы на помощь.
Черные в полутьме зрачки озарились Солнечным Ореолом, его родовой стихией. Красиво, но опасно. Я разозлила его? Сам напросился!
– Ты просто не знала, каким я был на самом деле, Каридад.
Из-за карантина дороги были пустынными, но экипаж Хорса пропускали без лишних вопросов. Он не дал мне отстраниться, бережно придерживал, а я поддалась, как малолетняя глупышка. Этот запах был незнакомым, вместо дорогущих благовоний меня окутал аромат горных трав и арвонской кожи. Запах взрослого мужчины, а не юноши из моих воспоминаний.
Глава 9. Знакомство с семьей
Глава 9. Знакомство с семьей
Каридад
Экипаж остановился. Пока работала в лагере – держалась на остатках сил, но, стоило немного расслабиться, как тело превратилось в безвольную глыбу. Казимир помог мне выйти, и снова взял на руки. Я протестовала, но он не отпустил. Что мои дядя с тетей подумают?!
Дядюшка как раз прогуливался в саду, и увидел нас с возвышения.
– Каридад, мы так переживали!
– Я передала вам записку.
– Какую еще записку, мы ничего не получали!
Тетя хотела было расплакаться, но вовремя заметила, кто именно несет меня на руках, и мигом успокоилась. Учтиво пригласила Хорса зайти к нам, и дракон согласился. Надо же, кто бы мог подумать, наследник знатнейшего рода посетил дом ничтожных драконов! Правда, мы вложили немало средств, чтобы придать ему достойный вид. Благо теперь это было мне доступно.
– Милая моя, что с тобой?
– Ваша племянница помогала беженцам, работала, забыв об отдыхе. Это истощило ее, нужно восполнить энергию.
Казимир не переставал удивлять: вместе со служанкой отправился на кухню, чтобы приготовить для меня еду.
– Я знаю, что нужно в таких ситуациях, – таков был ответ на мой шокированный возглас.
Дядя бросил на меня выразительный взгляд, и присоединился к Хорсу, а тетушка хитро подмигнула.
– Не могу поверить, что этот парень тебя когда-то изводил!
– Он... изменился, кажется.
– И возмужал. Красавец какой, надо же! Лучше любых грез.
– Тише! Он услышит!
От стыда проступил румянец.
– Ну и пусть, разве он не за этим здесь? Вы хорошо смотритесь вместе, но, позволь напомнить, он – сын Алеса Хорса, могущественного дракона, наследник Солнечного Ореола.
– Я на него и не претендую!
Разозлилась, хотя намек тетушки был уместен. Даже если Казимир решил поиграть в заботливого поклонника, по большему счету это ничего не меняет. Может, ему стыдно за былое поведение, и он хочет таким образом извиниться? Будем считать так, ведь мы по-прежнему стоим на разных ступенях общественной лестницы. Ему больше подходит сестра Ясногора Денницина, или любая другая знатная девушка. Я никогда не мечтала о Казимире, не любила его, вот и нечего об этом думать.
Его визит превратился в безумный сон: родовитый дракон беседовал с моим дядей на равных, ни разу не выказав надменности или насмешки. Тетя кормила меня с ложки, и, стоило отвернуться от очередной порции, как серые глаза с солнечной радужкой впивались в меня взглядом, лишая воли.
– Тебе нужен сон, – улыбнулась тетя, когда я доела ужин.
Хорс правильно истолковал ее намек, и вежливо откланялся. Сознание медленно отключалось, поэтому я не поблагодарила его, и вспомнила, только когда он ушел. Так даже лучше, пусть видит, что я не нуждаюсь в его помощи. Одно дело Вулко, он заслуживает доверия, да и Ясногор Денницин тоже, но не Казимир.
Так я и заснула, думая о драконе, который за двенадцать лет перестал быть собой.
На рассвете проснулась, и тщетно пыталась вернуться в мир грез, пока не устала ворочаться с боку на бок. Ласковый ветер ворвался в открытое окно, прогнав остатки горячечных снов. Подошла к зеркалу, разглядывая свое осунувшееся лицо. Надо же, прошло всего несколько дней, а пережитая боль оставила столь заметный отпечаток! Но не это главное, а то, что я жива, мне повезло вернуться домой, и я помогу всем, кто будет нуждаться в моей помощи!
Данное обещание согрело сердце, со спокойной совестью я выбралась из дома через окно, и прямо в ночной сорочке отправилась на берег океана. Здесь не бывало посторонних, и мы считали этот участок, прилегающий к винограднику, своей собственностью.
Рокот волн разогнал страхи и переживания, вернул силы, веру в себя. Невольно прослезилась, остро ощутив любовь к родному дому, океану и розовому небу, такому прекрасному на рассвете. Родители часто устраивали здесь пикники, до моего рождения и после. Жаль, у меня воспоминаний не осталось, но тетя много рассказывала о счастливых днях из прошлого. Наступит день, и на этом песке оставят следы ножек мои дети, а потом – внуки. Это не просто мое жилище, это – мой дом. И никто не отнимет у меня этого, никто.
Резкий порыв ветра поднял гору песка. Отвернулась, защищая лицо, и увидела фигуру вдалеке.
Только не он, только не он…
