Текст книги "Драконья летчица, или Улететь от полковника не выйдет (СИ)"

Автор книги: Анна Леденцовская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 17 страниц)

Глава 17

Второе событие, которое произошло в этот знаменательный день, касалось только лично Иерра Хордингтона.

Мужчина изо всех сил пытался разобраться в себе и окружающем мире. Откровенно говоря, полковнику казалось, что он пребывает в увлекательном сне, а проснувшись, обнаружит, что все как всегда. Подъем, тренировка, завтрак, документы, строевой смотр перед обедом, присутствие на летной подготовке старшего курса в качестве воздушного наблюдателя и учебное патрулирование по заранее согласованным со штабом эскадрильи маршрутам.

Иерр осознавал, что если это сон, то просыпаться совсем не хочется, и удивлялся этому чувству. Он всегда любил тщательно распланированный порядок, а теперь все перевернулось с ног на голову.

Эта глазастая худенькая девчонка с растрепанной черной косой и сумасшедшей мечтой о небе. К девчонке, похоже, прикипели аж два дракона. Ее подруги-попаданки с небывалыми идеями типа запрячь драконов в дирижабль. Обмен курсантами…

«Нет, не сплю. – Хордингтон незаметно от всех, как ему казалось, щипал себя за руку, стараясь не морщиться. – Два курсанта – девушки, их куратор – ядовитая мантикора с крыльями и ведьма по совместительству, двуликие по обмену… Ах да! У меня есть невеста… м-м-м… настоящая, а не подсунутая маменькой богатая профурсетка. Только вот я понятия не имею, как себя с ней вести. Еще и с учетом того, что она курсант, а я командир корпуса».

Размышляя, Иерр отрешенно смотрел на магическое преображение комнаты с помощью какой-то коричневой сферы. Хотя подметить испуг и жадно-завистливый блеск в глазах капитана Сайледина, несмотря на рассеянность, умудрился очень хорошо.

«Кто, интересно, его назначил сюда и где он служил раньше, до корпуса?» – неожиданно мелькнула в голове Иерра недоуменная мысль, пока вокруг менялось пространство, превращая унылый казарменный интерьер в скромную, но уютную девичью комнату. При его назначении командиром корпуса интендант уже тут служил, а откуда он взялся на своем посту, полковник прежде как-то не задумывался. И, только сейчас заинтересовавшись, пообещал себе тщательно изучить анкетные данные всех своих подчиненных.

– Иерр, – раздалось над ухом полковника тихое покашливание.

Хордингтон узнал голос целителя корпуса и чуть развернулся, чтобы видеть собеседника.

– Господин полковник, как ваш лекарь, точнее, лекарь корпуса… тьфу! Иерр! Я очень настаиваю, чтобы вы перенесли совещание на утро, а вечер и ночь провел в целительской. Все равно завтра по расписанию только закрепление драконов и демонстрация навыков старшекурсниками. Это не потребует изменения учебного плана с учетом пополнения. У вас явно сбито распределение жизненных потоков и повышена чувствительность, а отсутствие стабильности в жизни на данный момент вызывает волновой диссонанс в нервных окончаниях. И даже если предположить вашу влюбленность, то это…

– Влюбленность? Ах да… Я разберусь с этим сам, майор. Меня только беспокоит то прояснение, то помутнение сознания. Так что, конечно, ваш талант к диагностике был бы очень кстати. – Иерр постарался оборвать пламенную речь Листикова, пока произнесенные громким шепотом слова корпусного лекаря не стали достоянием всех присутствующих. – Однако боюсь, генерал-майор будет иметь на этот счет совершенно иное мнение. Служба превыше всего.

Чего нельзя было отнять у пожилого целителя, так это фанатичной преданности делу медицины. Не прошло и пары минут, как его коллега, сопровождающий Фондерта, был аккуратно оттеснен в уголок, где ему быстренько и весьма энергично втолковали, что надо донести до командования информацию о пользе режима и своевременного отдыха. Особенно пострадавшим вроде полковника Хордингтона и вон тех милых барышень, переживших стресс плена и издевательств.

Касе как раз сообщили, что это теперь ее комната, и она простодушно радовалась исчезновению бархатного ужаса с окна. Писк сезона от Жербона заменили простые полотняные светло-голубые шторы с аккуратной вышивкой обережных рун по низу. Все перемены Касандре очень нравились, напрягал только толстяк интендант, и еще немножко тревожило состояние новоиспеченного жениха. Поглядывая временами в сторону Иерра, девушка замечала, что полковник Хордингтон словно периодически проваливался в транс, на висках блестели крошечные бисеринки пота, а красивые губы мужчины что-то, казалось, шептали про себя. Окончательно отдать должное магии Кейтсы Кася смогла, только заметив за плечом Иерра майора Листикова. В пожилом целителе она была более чем уверена.

Поменялись в здании и другие помещения. За разглядыванием сначала своей комнаты, а потом еще двух и слушая пояснения Кейтсы, Касандра на время забыла про жениха, упустив его из виду. Однако случайно попавший в поле зрения жирдяй капитан, с облегченным вздохом выслушавший предложение Фондерта перенести офицерскую летучку на утро, ее насторожил, и она снова нашла взглядом обтянутую мундиром широкую спину Иерра.

Полковник, не сказав ни слова, уходил в сопровождении двух эскулапов, а капитан Сайледин смотрел ему вслед с плохо маскируемым злорадством. Толстяк не заметил, что именно в этот момент за ним наблюдают, и позволил настоящим эмоциям на минуту взять верх.

Касандра кидаться вслед уходящим, демонстрируя из себя фальшивую девушку-заботушку, не стала. Она здраво рассудила, что полковнику вполне хватит двух квалифицированных целителей. Зато попытаться хоть чем-то зацепить мерзкую жабу ей очень хотелось.

– Мейсса Мохнатая, а если завтра начнутся занятия, то где нам взять учебный материал? Книги и прочее. Их, скорее всего, еще не приготовили. Форма подождет, а вот… – Ее звонкий голос вклинился в паузу разговора о магии между генерал-майором и мантикорой.

Посыл Касандры был услышан, и Кейтса, чуткая, как все двуликие, моментально сориентировалась и подхватила этот мячик с покерфейсом профессионала.

– Точно, Касандра! Хорошо, что напомнили. Капитан Сайледин, думаю, нам необходимо слетать туда, где вы все это берете. Ведь, как я понимаю, в корпусе запасных комплектов нужной литературы нет? Куда мы полетим? Библиотека эскадрильи? Склад? Книжные лавки? Если вы сейчас оседлаете дракона, то мы еще успеем до вечера раздобыть все необходимое.

– Лететь? На драконе? – Интендант аж подавился и уставился на девушку так, словно она ляпнула бестактную чушь. – Я не летаю! У меня нет закрепленного дракона, а на рыэтах мы не успеем до закрытия. Так что не вижу в этом смысла. Вам же, мадам, без меня, да еще и как гражданскому лицу, ничего не выдадут даже за деньги. Требуется мое личное присутствие и соответственно оформленные документы!

Жербону хотелось хоть чем-нибудь напакостить этим наглым девкам, но, раскипятившись от возмущения, он на секунду забыл, что они тут не одни и не стоило отвечать так резко, не подумав о последствиях.

Дрейну Фондерту не надо было ничего объяснять. Генерал-майор знал совершенно точно: курсантов требуется обеспечить, и точка.

– Капитан Сайледин, согласно уставу все курсанты должны получить все необходимое к первому дню обучения. Вас извиняют только непредвиденные обстоятельства. Надеюсь, вы хотя бы на довольствие наших дам поставили? И кстати, драконов, как я помню, тоже некомплект, так что слетаю-ка я с вами. И себе зверя подберите. Вы же капитан! Вам по уставу дракон положен. Нарушаете?

– Так мой погиб, и я вот в интенданты тогда…

Бледный Сайледин, потупив глаза, залепетал оправдания, и Кася, возможно, даже посочувствовала бы ему. Все же потерять боевого крылатого товарища – для летуна это серьезное испытание.

Но выражение глаз мужчины… Не было там печали или тоски по былому, только злоба и страх загоняемого в ловушку зверя, ненависть, паника и что-то еще, что Касандра не успела разглядеть.

«У него погиб дракон – и он вот такой? Да был ли у него дракон?» – ничего не понимая, думала она. Махмыр на ее плече уркнул и легонько куснул Касю за ухо, отвлекая от этой загадки. Все же следовало больше подумать о неотложных вещах, чем изучать этого неприятного типа.

Посоветовав им с Иитеа устраиваться, выделить место махмырам и морально настроиться на завтрашний день, Кейтса пошла собираться в полет вместе с командующим эскадрильей и плетущимся за ними интендантом, не рискнувшим ослушаться прямого приказа.

Пока барышни обустраивались, а маленькая делегация по закупкам взлетала, прихватив с собой за компанию еще драконоведа, полковник, продиагностированный всем чем можно вдоль и поперек, лежал на кушетке и с легким раздражением прислушивался к непонятным терминам, которыми, как две птички-трещотки, эмоционально обменивались светила лекарской науки.

Все, что Иерру удалось разобрать, это слова «покой» и «постельный режим», что в его планы точно не входило. Какой постельный режим, когда завтра начинаются занятия? Не Сайледин же будет проводить церемонию связывания. Для драконьего летуна выбор правильного дракона был не просто важным, а иногда спасающим жизнь фактором.

К огромному облегчению Хордингтона, целитель эскадрильи наконец счел свой долг исполненным и, поскольку на его счет распоряжений от внезапно отбывшего командира не поступало, решил пойти осмотреть драконятник, предварительно найдя себе квалифицированное сопровождение.

– Послушайте, Порфирий Майхарыч, у вас ведь есть жена? – Нелепый вопрос от полковника заставил целителя вновь взяться за приборы.

– Э-э-э… вы же прекрасно знаете, что есть. Иерр, голубчик, вам опять плохо? Провалы в памяти? Помутнение сознания? Сердцебиение учащенное? – Листиков разглядывал командира корпуса через громоздкий прибор с множеством тонких, как волосок, цветных пластин. – Что-то мне не нравится вон то расщепление спектра… м-м-м… Может, снотворного? Поспите, отдохнете нормально.

– Нет. Майор, мне надо с вами серьезно поговорить! Как с женатым человеком и как с заслуженным летуном корпуса. У меня появилось слишком много вопросов, которыми раньше я не интересовался. – Иерр сел на кушетке и, отмахнувшись от возражений Листикова, начал натягивать снятый для удобства диагностики мундир.

– Я так понимаю, вас волнует появление в корпусе вашей матушки и ее несколько экспрессивное поведение? – аккуратно подбирая слова и сняв очки, чтобы протереть стекла, поинтересовался седовласый целитель.

– Не только. Хотя и тут мне непонятно, когда я упустил момент… – Полковник задумчиво уставился в окно, совершенно не видя того, что за ним происходит. – Я так понимаю, мать сюда прибыла не просто так. Ей ведь рассказали про курсанта Воронкову и про то, что я попал в плен… Сайледин?

Листиков только развел руками.

– Сообщить вашей семье про ваше возможное плачевное состояние не запрещается уставом, а вот обвинить капитана Сайледина в распускании сплетней о девушке мы вряд ли вправе. Мамзель вполне могли обсуждать обычные курсанты, и мадам Хордингтон могла услышать их разговоры здесь, ожидая вас. А уж сделать свои выводы, верные или не очень, а потом действовать, как ей покажется нужным, способна любая женщина без какой-либо сторонней помощи.

– Но ведь раньше мать такой не была! Вывалить на незнакомого человека оскорбления, притащить с собой мамзель, без моего ведома фактически продав ей мое согласие на брак за кучу ярких тряпок и доступ на вечеринки, требовать моей отставки… У меня в голове не укладывается! А может?..

– Что «может»? – Майор с интересом ждал, какие выводы по итогу пришли в голову Хордингтона.

– Она же таскается по приемам и прочим мероприятиям, а мне доводилось слышать, что иногда пресыщенные развлечениями аристократы балуются всякими стимуляторами, чтобы не утратить вкус к жизни. Вдруг… – Понимая, что в различных препаратах Листиков точно должен разбираться по долгу службы, Иерр замер в ожидании вердикта.

– Хм-м-м… Вкус они потом, к слову, утрачивают ко всему, окончательно. И к жизни в первую очередь. – Нахмурившийся лекарь побарабанил пальцами по столу. – Ваша матушка не выглядела завзятой… э-э-э… – Порфирий Майхарыч замялся, – ну, вы понимаете. Таких любителей мы, целители, вычисляем сразу. Но вот если какое-то единовременное воздействие, скажем конфеты от укатившей на карете невесты… И уж раз вы начали этот разговор, то и капитан Сайледин ведет себя странно. Я когда-то немного знал его. Еще когда он был летуном. Жербон же был тогда с вашим отцом, в той стычке. Не знали? Выжили немногие. У вас погиб отец, капитан потерял своего дракона. Было крайне странно, что он подал прошение на перевод в интенданты. Летуны ведь не бывают бывшими, небо, оно такое…

Понимая, о чем говорит Листиков, Иерр кивнул, соглашаясь. Тот, кто познал радость полета, без этого прожить никогда не сможет. Именно этим и зацепила его поначалу девчонка с горящими глазами, пробравшаяся в корпус на присягу.

– И еще я бы хотел попросить совета. – Мысль о Касандре вернула Хордингтона к главной, как ему казалось, проблеме. – Мамзель Воронкова приняла мое предложение, и теперь, учитывая, что она курсант, я понятия не имею, как мне себя с ней вести. А если учесть, что с драконами мне гораздо проще, чем с девушками…

– Хм…

Лекарь постарался спрятать улыбку в кулак. Да уж, на галантного ухажера полковник Хордингтон не тянул.

– Думаю, что в корпусе все же следует соблюдать субординацию. Но никто не мешает вам, взяв на себя ответственность, вывести вашу невесту в так называемый свет, выписав ей увольнительную. Для начала могу предложить визит к нам. Думаю, моя супруга будет рада вас видеть. К слову, она очень мудрая женщина, я по молодости был тот еще повеса, не хуже нашего Климента… – Листиков мечтательно прищурился, вспоминая годы туманной юности. – Она обязательно захочет потом высказать мне свое мнение о вашей паре. Поверьте, мнение о том, как все выглядит со стороны, пойдет вам на пользу. Полагаю, можно также пригласить чету Мохнатых и ту необычную девушку с зелеными волосами, да и Горностайчика, пожалуй, тоже.

Пожилой мужчина воодушевился.

– Понаблюдайте за ним, как он общается с дамами. Вам, Иерр, это будет чрезвычайно полезно. Климент, конечно, непостоянен, но ухаживать умеет. А сейчас спать! Поставлю вам пару-тройку дезинтоксикационных артефактов со сбором данных. Коллега сказал, что так и не понял, чем вас там накачали. Видимо, какая-то новая дрянь. – И чтобы Хордингтон не успел отказаться, майор добавил: – И не спорьте, а то вместо посещения нашего дома выпишу вам направление в госпиталь эскадрильи на полное обследование.

Ловкие чуткие пальцы целителя быстро разместили лечебные артефакты на щиколотках и над солнечным сплетением Иерра, а потом незаметно активировали в изголовье кушетки успокоительный контур.

Уставший организм полковника не смог сопротивляться, и мужчина провалился в сон.

– Все же странная история. Что тогда произошло на самом деле в той стычке?.. Сайледин… Напишу-ка я Хежичаку. Может, что-нибудь станет светлее в той темной истории, – тихонечко бормотал себе под нос Порфирий Майхарыч, доставая из ящичка стола чистый лист бумаги.

Глава 18

Вечером Касандра с Иитеа Кейтсу так и не дождались. В столовую на ужин их позвал майор Листиков, строго попеняв за то, что они не ознакомились с распорядком курсантов корпуса.

– Милые барышни! – пригрозил он пальцем девушкам и нахмурился на троицу пришедших с ним Маерши. – Вы уже курсанты, поэтому обратите внимание на устав, распорядок и сигналы. Иначе, поверьте, у вас будут большие неприятности. Время приема пищи всего тридцать минут, и эти молодые олухи даже не додумались вам это сообщить. Хорошо, что я не планировал сегодня ночевать дома и тоже решил посетить сие помещение.

Услышав это, собрались Кася с леми-эр практически за пару минут, горячо благодаря целителя. К слову, Порфирий Майхарыч не преминул напомнить им и еще об одной особенности казарменного житья-бытья:

– Если я вот так по-простому загляну на огонек, вне учебы и не при посторонних, то можете звать меня по имени-отчеству.

Он мягко улыбался, ведя дружную компанию к зданию за казармой. Своей архитектурой оно заметно выбивалось среди прямоугольных построек корпуса, окрашенных во все оттенки синего и зеленого. Здание было бревенчатое, больше похожее на сельский трактир. Почему – они так и не узнали, неудобно было из праздного любопытства перебивать целителя, объясняющего, что и как надо делать.

– В остальных случаях я майор Листиков. При приближении старшего по званию вы должны стоять прямо, руки по швам, и, представившись «курсант такая-то», сделать вот так…

Пожилой мужчина на секунду остановился и легонько стукнул себя кулаком правой руки по левому нагрудному карману, на котором была вышита общемировая эмблема целителей и прикреплена металлическая круглая штучка с гравировкой. Такие Касандра видела у всех офицеров корпуса, а вот у курсантов их не было, только вышивка на кармане с символом драконьих летунов и буква.

На девушках, кстати, уже тоже была форма курсантов. Как пообещал генерал-майор, временная. И, разумеется, не полный комплект. Под чутким присмотром начальства интендант таки умудрился откопать на складе мешок с еще не сданным обмундированием прошлогоднего выпуска. По личному приказу Фондерта Сайледин, причитая, что «документики-то вот уже подготовил», выдал Касе и Иитеа по мятому, в пятнах, местами даже драному и в подпалинах мундиру и паре вытянутых на коленях и сзади, совершенно бесформенных линялых штанов.

– Оно все такое! И то временно! У меня отчетность, – бубнил он, неохотно впихнув запашистые потные тряпки девушкам в руки с таким видом, будто отрывал от сердца сокровища короны.

Тут-то наши дамы смогли в полной мере оценить милость графа, пославшего им такого куратора, как Кейтса. После ухода за грань бабули Лодраш мантикора как ведьма наконец вошла в полную силу. Засев за оставленный старухой гримуар, который перестал капризничать, науку ведовства она освоила на удивление быстро. Все же эта магия была большим преимуществом, хоть и накладывала на владельца дара множество ограничений. А еще Кейтса поняла причину постоянного недовольства и склочной брюзгливости этих пожилых дам. Эликсира вечной молодости не существовало. Старели могущественные тетки как обычные женщины, в положенные для своих рас сроки. Жизнь-то могли себе продлевать почти бесконечно, наращивать силу, а вот внешность… увы. И у какой женщины при этом останется добрый и милый нрав? Правильно! Ни у одной.

Впрочем, мейссу Мохнатую это обстоятельство мало тревожило, пережить намного любимого мужа, потом детей и внуков двуликая не планировала и печалиться не собиралась, зато собиралась использовать обретенные знания по полной.

Так что в столовую наши курсантки пришли одетыми по форме, и выглядела та хоть и поношенной, но чистой и подогнанной по фигуре.

Первое, что бросилось им в глаза сразу от входа, – это маленький стол в хорошо освещенном углу, покрытый мерзким красным бархатом, который так обожал капитан Сайледин. И глиняный горшок на нем по центру с какими-то пыльными, явно сорванными у дороги вялыми цветочками.

Листиков, до этого негромко рассказывавший о бытовой стороне жизни в корпусе, столах курсантов и преподавателей, вытаращился на это интерьерное чудо, протер очки и заметил:

– По уставу вам, курсант Воронкова, и вам, курсант Ци-муо, вон за тот стол. Пусть парни потеснятся. А вам, – кивнул он каракалам, – к старшекурсникам. Ну, вы сами уже знаете.

Только вот стоило девушкам попытаться сесть со своим курсом, как им тут же указали на тот самый угловой стол.

– Вам, как барышням, там отдельно накроют, – пропищал какой-то чернявый парнишка с едва пробивающимися над губой, но по виду весьма лелеемыми усиками. Он махнул рукой и изобразил жеманную, хлопающую ресничками мамзель. – Скатерть даже выдали. Надо же. Фу ты, ну ты. Небось и кормить будут деликатесами. С графского стола, поди, присылать.

По ряду сидящих на общей лавке парней прокатился презрительный фырк.

– Ага. Дядя-то мой сказал, денег граф точно выделил, а егойная дочь, ну, графа того, будет следить, чтобы всё покупали для барышень как надо, – споро работая ложкой, торопливо буркнул сквозь мясное рагу сайлединский племянничек, помня, что ему было велено, и совершенно игнорируя, что капли пищи полетели на соседей.

При этом парень очень точно процитировал дядю, который полчаса вдалбливал ему эту фразу, особо напирая на слова «все как надо». Сайледин прекрасно знал, что курсанты услышат в этом то, что хотят услышать: «дамочкам особые условия люкс», а между тем его «как надо» вроде как подразумевает «согласно уставу».

По его плану девушек должны сразу невзлюбить и записать в любимчики начальства. Троица кошаков по обмену, как он прекрасно знал, будет учиться с выпускным курсом, куратор нужна только на тренировках по полетам, и поэтому время учебы у нахалок будет не сильно приятным.

Столик в углу он поставил специально из того же расчета, но вот понаблюдать за тем, что получится из всего этого, ему не удалось. Ядовитая ведьма, заручившись поддержкой Фондерта, потащила интенданта на склады эскадрильи и, что гораздо хуже, за проклятыми летающими ящерами.

«Артефакты надежные», – успокаивал Сайледин сам себя в полете. Сидя за спиной Шехта Асиешса и изо всех сил борясь с тошнотой от близости змея-драконоведа и кульбитов его дракона, он утешал себя, злорадно представляя испорченный ужин девиц-курсантов.

Только вот детдомовское детство Касандры и философское отношение к происходящему Иитеа испортили эту тщательно продуманную мелкую пакость.

– О, я тебя помню! Привет! – Кася помахала рукой, приметив знакомое веснушчатое лицо рыжего парня, стоявшего с ней рядом на присяге, и направилась к нему, нимало не сомневаясь в своих действиях. – И кто тут решил, что мы должны сидеть отдельно от курса? Нам ничего такого не говорили, и вообще, подвиньтесь! А где еду-то брать? – поинтересовалась она, ткнув озадаченного рыжика в бок.

– А вам не сказали? – Тонкие светлые брови паренька удивленно приподнялись.

– А тогда там для кого приготовили? – в унисон с предыдущим вопросом прозвучало откуда-то с дальнего конца, и все уставились на девушек в ожидании ответа.

– А мы почем знаем? – пожала плечами Кася. – Может, генерал-майору и целителю, что с ним прилетел.

– Нам даже про ужин ничего не сказали, – проскользнув на освободившееся между потеснившимися парнями место, сообщила леми-эр. – Если бы не целитель, зашедший на минуточку рассказать Касе о самочувствии жениха, мы бы его вообще пропустили. Голодали бы до завтрака, хотя нам, конечно, не привыкать…

Курсанты впечатлились. Для молодых прожорливых парней пропустить прием пищи – смерти подобно. А тут девчонки. К тому же носы не воротят, гримасы не корчат, места не выбирают, сели куда вышло. Да и форма их на фоне новеньких, с иголочки мундиров первого курса наводила на мысль, что они не врут.

– Я Юсь Подзимыш. – Рыжеволосый, лучисто улыбаясь, протянул ладонь. – Это Петрек, Сальд, Ромек, ну и остальные. Все равно не запомните, наверное, сразу, – представил он ближайших соседей по столу.

Касандра тогда и впрямь не запомнила. Несмотря на напускную браваду, она очень волновалась и прекрасно понимала: если что, им, конечно, придут на помощь, но надо справляться самим. Вливаться в уже сформировавшийся за пару суток коллектив, в котором предстоит учиться.

Про еду им курсанты объяснили, чернявого нахала, поинтересовавшегося, как она оказалась вдруг невестой Хордингтона, дружно заткнули, посоветовав спросить самого полковника. Всех больше интересовал Касин полет, что за заварушка была у двуликих и махмыры Иитеа. Но регламентированные полчаса никто не отменял. Любопытство пришлось окоротить до лучших времен.

Спать Касандра ложилась вполне довольная и перед сном попыталась даже почитать устав, но так на нем и уснула.

Потому громовой драконий рев вместе с пронзительным визгом поутру были совершенной неожиданностью. Про сигнал побудки их, конечно, предупредили, а вот как он звучит, эти паршивцы не сказали.

– Точно не проспите, – зубоскалили новые приятели, собираясь проводить барышень до их жилья и, возможно, даже напроситься в гости, чтобы поболтать. Однако, наткнувшись на троицу оскаливших внушительные клыки Маерши, решили, что, пожалуй, вечер для таких визитов не самое лучшее время.

Касандра бегала по комнате, пытаясь понять, что хватать и куда бежать.

– Построение, зарядка, завтрак… ой, одежда, умыться… построение…

Хаотичное броуновское движение прервала появившаяся в комнате Кейтса со стопкой вещей.

– Не надевай старье. Вот новый комплект. Умывальня в конце коридора. Стой! Оденься сначала! Шебутной ты котенок.

Мантикора едва успела ухватить Касю за ночнушку и аккуратным движением легко коснулась коготками щеки с отпечатком книжного корешка. Следы неподобающего общения с главной армейской книгой полностью исчезли.

– В комнату-то никто без стука не зайдет, а коридор – место общественное. Касандра, ты теперь курсант Воронкова! Привыкай и веди себя в корпусе соответственно, – со смехом выговаривала она нашей торопыге.

К разочарованию интенданта, на построение барышни не опоздали, и даже к их форме придраться было невозможно. К тому же рядом с толстяком капитаном стоял генерал-майор Фондерт, при котором Сайледин старался не высовываться.

Начальство опять испортило ему планы, решив вернуться и почтить своим присутствием церемонию связи первогодков-курсантов с молодыми драконами. Все же в этом году набор был весьма необычным. А еще Дрейну хотелось посмотреть, как будет вести себя куратор мантикора, руководя полетом своих подопечных. О десантировании на дирижабли, в котором она участвовала вместе с мужем, ему доложили, и он с интересом ждал, что еще нового может привнести в стандартное обучение эта решительная дама и ее внушительный немногословный муж.

Утреннюю тренировку в честь знакового события отменили, и после поздравления новоиспеченных курсантов и короткой напутственной речи командира эскадрильи всех новичков почему-то повели строем с плаца куда-то за драконятник.

– А завтрак? – с недоумением оглядываясь на старший курс, бодрой рысью рванувший в столовую, роптали ничего не понимающие первогодки.

– Так кто же летает на сытый желудок, малыш? – Кто-то из сопровождавших курс офицеров тихонько засмеялся. – Или ты хочешь быть поаппетитнее для дракона? А? Они любят упитанных на…

Шутник встретился взглядом со злыми глазами капитана Сайледина и осекся, побледнев. О мстительности и мерзком характере интенданта давно ходили легенды по всей эскадрилье.

За драконятником располагалось поле. Нет, не то, что представляют обычно, услышав это слово. Там не было золотистого моря колосьев или голубого перелива льна. Это было практически поле битвы, арена, вспаханная сотней когтей, с оплавленными огнем камнями, лужами грязи и едким запахом драконьего дерьма, от которого у некоторых сразу заслезились глаза.

– Ветер сегодня неудачный, от выгребных ям, – с прищуром оглядев место действия, спокойно прокомментировал обстановку Фондерт. Старому служаке все было нипочем, и он, усмехаясь в усы, смотрел, как трет глаза даже парочка офицеров.

– Виноват, господин генерал-майор! – Вытянувшись во фрунт и костеря про себя «прохлаждающегося» в целительской Хордингтона, капитан Сайледин попытался втянуть живот. – Новые поглотители запаха выписывал уже три раза. Ломаются. А на более мощные добро не дают.

– Разберу…

Договорить начальству не дали. С плеча Иитеа вновь сорвался шустрый «выбиральщик драконов», и драконятник содрогнулся от рычания своих обитателей.

– Да что за хмырх! Менчик, стоять! Твою чешуйчатую…

Из распахнувшихся створок прямо на сгрудившихся в кучу курсантов выскользнул знакомый Касандре юркий алый дракон, на ухе которого болтался экзотической сережкой крепко вцепившийся в него зубами глазастый сиреневый шарик с нетопыриными крылышками.

– Видимо, судьба…

Выдохнув эти слова, леми-эр рванулась наперерез дракону, словно русская женщина, готовая на скаку остановить коня, мимоходом туша горящие избы. Странные гортанные слова незнакомого наречия эхом разнеслись вокруг, словно дело было в горном ущелье.

Ошалевший Менчик, выпучив глаза, тормозил всеми лапами, крыльями, хвостом, собирая вокруг себя борозды земли с камнями. Затем он, мотнув башкой, стряхнул отцепившегося от его уха зубастика прямо в протянутые ладони девушки.

– Кханлаль шеата. Мианш ри. – Сиреневая рука в чешуйках легла между принюхивающихся ноздрей алого. – Тебя выбрали. Ты теперь мой!

Подбежавший драконовед только крякнул, разглядывая эту странную психоделическую картинку.

Сиреневокожая девушка с торчащими дыбом зелеными волосами и алый желтоглазый дракон, выпучившийся на нее и сидящий, как наседка, в гнезде из грязи.

– Немыслимо! Этот дракон не участвует в распределении. Он неприручаем. Хищник… никогда… – Отрывистый шепот шокированного интенданта Кася узнала по голосу, хотя расслышала едва-едва. Мужчина всматривался в Иитеа и бормотал себе под нос: – Как она это сделала? Какая-то особенность расы? Это же…

Она обернулась, пытаясь понять, как капитан, все время сопровождавший генерал-майора Фондерта, очутился вдруг за спинами курсантов. И ей на миг показалось, что глаза Сайледина чуть светятся, почти как у двуликих.