Текст книги "Драконья летчица, или Улететь от полковника не выйдет (СИ)"

Автор книги: Анна Леденцовская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 17 страниц)

Глава 13

Пока ничего не подозревающая Касандра с попаданками и мейссой Сейфилой строили планы развития бизнеса при приюте и гадали, поддержит ли их начинания его сиятельство, влиятельные мужчины все же собрались в кабинете барона Норхитра, чтобы обсудить создавшуюся ситуацию.

И если молодого наследника чернобурых лис отправили под присмотром матушки к целителю, то полковника Хордингтона на это импровизированное собрание пригласили. Второй прилетевший с Фондертом человек был главным лекарем госпиталя драконьей эскадрильи. Полукровка эльфийских кровей Фиельниин Чивесильдинель из рода Лиловых Туманов был уникумом по части диагностики, и только личная благодарность за спасенную когда-то Фондертом жизнь оправдывала в глазах его родни нелепое желание служить целителем летунов. После тщательного осмотра он заверил присутствующих, что, за исключением мелких побочных эффектов от неизвестного пока ему зелья и травм, которые должны были причинять сильную боль, но не нести угрозы жизни, полковник Иерр Хордингтон в полном порядке.

– Потерял много сил, поскольку магическая дрянь работает, стимулируя повышенный обмен веществ в организме пациента. К тому же, как мне кажется, – светило целительской науки сложило пальцы домиком перед грудью и чуть нахмурило тонкие, почти бесцветные брови, – захватчики очень хотели, чтобы полковник испытывал по возможности большие душевные и физические муки. Чего еще ожидать от подобных типов? Только странно, что при этом хотели сохранить его как можно более целым. Во всех смыслах. Такие препараты на черном рынке стоят целое состояние, а его накачали ими под завязку. Видимо, его планировали передать кому-то и получили соответствующий приказ. У них были средства связи!

– Но то, что полковник там оказался, да еще один, без дракона, это чистая случайность. – Мьест Воронков, нахохлившись, как воплощение своей второй ипостаси, сидел в кресле, выбрав самый темный угол. Ворон был мрачен, ему сильно не нравилось все происходящее, куда по какому-то недоразумению влипла его дочь. Мужчине очень хотелось многое сказать и воякам, и сиятельному льву. Он успел перекинуться парой фраз с рыжей женщиной, принявшей Касандру под крыло, и понял, что его девочка там пережила и чем рисковала. Только вот путь Кася уже выбрала, шеврон получила, а значит, приказ вышестоящего начальства был важнее. Требовать сатисфакции он был не вправе, тратить слова впустую, по его мнению, смысла не имело. Можно было, конечно, попытаться как-то обезопасить дочь, но Наркир не понимал, как это сделать, пока она курсант.

– Была связь или нет, теперь не узнать. Мои парни, прибыв на место, сразу глушилки поставили, благо полянка там не то чтобы большая была. Но думаю, вы правы. Похоже, Иерр был, так скажем, бонусом, сюрпризом для той гадины. – Генерал-майор Фондерт на месте сидеть не мог. Невысокий мужчина ходил туда-сюда у стены с висящей на ней картой графства и, поглядывая на нее, напряженно о чем-то думал. На фразу, сказанную Воронковым о полковнике, он откликнулся сразу, как будто этого и ждал. – И еще у меня такое впечатление, что это только начало. И ниточка тянется непонятно куда. Та наула, что умудрилась как-то улизнуть от городской стражи, явно немало знала. Боюсь, это не просто попытка захватить живой товар. Есть там еще какие-то личные мотивы. Но это, скорее, предположение, основанное только на моей интуиции и опыте. Полковник Хордингтон? Иерр, очнитесь! Вам плохо?

Хордингтон с трудом сообразил, чего от него хочет командование. Его мысли все больше занимала идея, что помолвка с Касандрой – крайне удачное решение, главное – донести это до девушки так, чтобы не получить отказ. В своем воображении он уже беседовал с Касей, подбирая весомые и привлекательные, на его взгляд, для курсанта Воронковой аргументы.

– Иерр, ты же только для виду, как мы понимаем, был без сознания? Как минимум все слышал, а может, что и видел? Может, бандиты упоминали при тебе что-нибудь важное? – Дрейн остановился перед все еще бледным подчиненным, полулежащим в мягком кресле, и жестом пресек его попытку вскочить. – У тебя же с ними старые счеты. Возможно, кто-то из тех, что были замешаны в той истории, выжил…

Полковник очень бы хотел забыть все, что видел и слышал, но понимал, что генерал-майор говорит не о том, что творили мерзавцы с пленниками.

– Как оказалось, один действительно выжил. Правда, не целиком. Только раз одноногий Шминдан упомянул что-то вроде прозвища. То ли Кукольник, то ли Кукловод. Мне кажется, этого типа побаиваются, но презирают и ненавидят. Очень хитрая, нигде не засвеченная, скрытная сволочь, которая даже этих головорезов умудрилась прихватить за яйца. Однако одна ошибка – и они с удовольствием сами покрошат эту тварь в мелкий фарш. Узнать бы, кто это…

Граф Нейрандес, занявший место за письменным столом хозяина дома, лишь сверкнул красноватыми огоньками в глазах. Сиятельный лев был недоволен и тоже не против свести счеты с тем, кто рискнул испортить ему репутацию. Такое на территории графства! Мало того, что он практически прохлопал тянущийся с давних пор заговор, так еще кто-то покусился на взятых под его личную защиту женщин, решив, что им это сойдет с рук.

– Мои стражи будут искать наулу Биядль. Дела двуликих останутся делами двуликих. – В тоне его милости нет-нет да проскакивали рычащие, угрожающие ноты. – Этот Куклогад явно не из наших. Никто из наших в здравом уме не станет связываться с наулой, да еще преступницей. Разве что на окраине болот во владениях Хишеф или Жашнис найдутся какие-нибудь отморозки, но они не станут заниматься работорговлей. Тут надо искать человека или гнома, возможно, гоблина, а вероятнее всего – полукровку.

Граф, как и все присутствующие, был мрачен. Для себя он твердо решил, что его жена ни в коем случае не должна в ближайшее время узнать об этой истории. Хотел сделать любимой сюрприз. Судьба попаданок из приюта Леру очень волновала. Но какая-то мразь все испортила.

– Надо обеспечить надежную защиту остальным попаданкам! Только вот пребывание в приюте ограничено двумя месяцами. Попечительский совет разогнан, и не думаю, что кто-то будет вкладывать средства, чтобы содержать этих несчастных женщин, неудачно попавших в наш мир, – продолжил он монолог, поскольку остальные не рвались высказываться. – Кстати, барон, ваша сестра, мейсса Сейфила Ойлени, подала прошение на должность управляющей.

Глаза Норхитра, привыкшего, что старшая сестрица, после того как овдовела, всегда на подхвате, надо было видеть.

– Сефа? Зачем? У нее тут все есть, ее все любят. Деньгами баронства она распоряжается практически как своими. Вы же не всерьез, ваша милость? К тому же двуликая… Там точно нет запрета? Вроде бы опасно и прочее. – Было видно, что мьесту Сайленсу очень не хочется лишиться такого ценного члена своей лисьей семьи.

– Думаю, вряд ли. Наула же по закону подошла. Прецедент был. Уж не знаю, кто там поспособствовал, но в данной ситуации это нам на руку. Раз закон допустил мейссу Биядль, то почтенная мейсса Ойлени ничем не хуже. Тем более управлять приютом она будет не одна. Ваша сестра будет заниматься тем, чем привыкла, – хозяйственной частью. Я подписал прошение.

После такого Норхитр притих, обдумывая, как будет объясняться с супругой. Сестре он доверял, а вот остальным… Среди лис найти хорошего управляющего, чтобы не запустил лапу в казну, было практически нереально, а чужаков Сайленс не любил.

«Может, сыну и правда жениться? – Барон Норхитр покосился в угол, где расположились отец и сын Воронковы. – Да, девчонка человек, но умненькая, добрая и честная. Ранек, конечно, дурак, и брак со снежной стаей был бы идеальным, но раз уж не срослось…»

Что там произошло, он у сына поинтересоваться не успел, но привык просчитывать и прикидывать множество вариантов, ища самый выгодный. Касандра в качестве невестки его не прельщала, но в связи с уходом сестрицы как вариант уже перешла в разряд условно подходящих.

«В свете всегда можно оправдаться благодарностью за спасение жизни сына. Многие двуликие благородство жеста оценят, это плюс к репутации, – рассуждал он. – Только вот это курсантство и дракон. Ранек и правда спятил. Летучую прожорливую ящерицу я оплачивать не намерен!»

– Р-р-р… и-и-и виау! И-и-ир-р-р!

Визг и рычание на улице, пронзительное тявканье и шум, будто там дралась пара мартовских котов, заставили серьезных мужчин, задумавшихся каждый о своем, подскочить с места.

Зрелище, которое они увидели за окном, было просто бальзамом на душу полковника Хордингтона. Иерр очень надеялся, что Касандра тоже увидит эту чудную картину и поймет, какой прощелыга этот баронетик, набивающийся ей в мужья.

Безжалостно давя цветы на клумбах и ломая ветки ранее аккуратно подстриженных кустов, в саду между собой сцепились две лисы. Чернобурый лис, жалобно подвывающий и подставляющий под злобные укусы то мохнатый загривок, то пышный, но уже порядком подранный хвост, был всем знаком, а вот белоснежная, очень агрессивно нападающая на него лисица была опознана только бароном Норхитром да еще, пожалуй, графом Нейрандесом.

Было очень странно видеть со стороны, как на лице Сайленса расцветает почти злорадная улыбка от картины, как его непутевый наследник уворачивается, но не рискует дать отпор энергичной барышне. Ранек уже давно заслужил подобную выволочку, вконец избалованный сердобольной матерью и снисходительным к собственным детям отцом.

Впрочем, зрелищем выясняющей отношения парочки господа любовались недолго. Сначала в сад выскочила разнимать мейсса Норхитр, а потом у них за спинами раздался стук, и в кабинет, высоко вздернув голову, вошла мейсса Сейфила.

– Ваша милость, – обратилась лиса к графу Нейрандесу, – девушки из приюта очень хотели бы, чтобы вы уделили им немного своего времени. Не знаю, удовлетворите ли вы мое прошение, но…

– Уже удовлетворил. Как только вернусь в Энермейм, секретарь подготовит для вас договор о найме. – Впервые за этот день лев чуть улыбнулся, глядя на пожилую, но еще энергичную двуликую даму.

– Тогда вот. – Женщина протянула ему несколько исписанных листков. – Мы подумали и набросали примерный план. Такой маленький бизнес, который даст приюту возможность не зависеть от попечителей и, думаю, принесет пользу всему графству.

Маалю было так любопытно – он ведь знал, как изобретательны попаданки, – что он тут же мельком просмотрел листки.

– «Маленький»? Э-э-э… Драконы? Дирижабль? А управлять-то им кто будет? – Его сиятельство пребывал в полнейшем шоке и потому, даже не думая, что так поступать не очень красиво, сунул листы под нос генерал-майору Фондерту.

– Дрейн, вы только посмотрите! А это что за чудище трехголовое, придавленное какой-то колбасой? Хмырх меня задери!

Фондерт, в силу возраста и звания более выдержанный, внимательно прищурился на поданные бумаги и даже прикрыл их от желавшего хоть одним глазком полюбопытствовать барона.

– Думаю, ваше сиятельство, лучше обсудить все с дамами, а поскольку речь идет о драконах, позвольте старому летуну тоже поприсутствовать при вашем разговоре. Так сказать, в роли независимого консультанта. Вы не возражаете, прелестная мейсса Ойлени? – При этом взгляд, которым он смотрел на порозовевшую от комплимента лису, был как у кота, намеревающегося стащить кусок сала.

Полковник Хордингтон помнил, что Касандра находится среди девушек, и услышал магическое для кадета Воронковой слово «драконы», а потому тоже попросил разрешения поприсутствовать вместе с командиром эскадрильи, тем более что обстановка в кабинете постепенно накалялась.

Барон, любуясь разборками в своем семействе, совсем забыл про Касину семью. Воронковы знатными не были. Да, достаточно состоятельными и уважаемыми, но титула не имели. Только вот глава рода Наркир Воронков был не тем двуликим, которого можно игнорировать. Приемный отец Касандры являлся одним из лучших бойцов, когда-либо выходивших на Арену. Хладнокровный, расчетливый и искусный воин, он периодически преподавал в корпусе, давал частные уроки и иногда проводил спарринги с городскими стражами. Ссориться с ним барону Норхитру было не с руки, а благодаря неразумному предложению, сделанному его наследником дочери ворона, Сайленс оказался в очень щекотливом положении.

Конечно, чернобурому выкручиваться было не впервой, но сейчас, оставшись с двумя Воронковыми наедине, он с завистливым вздохом покосился на дверь, за которой исчезли остальные мужчины.

«И что они там придумали, эти дамочки? Сефка точно не скажет, невыгодно», – мелькнуло в его голове.

– Мьест барон, я хотел бы получить объяснения! – Хриплый, как карканье, глухой голос двуликого ворона вдребезги разбил его досужее любопытство. Лис внутренне оскалился и приготовился к долгой словесной баталии, собираясь выйти из нее победителем.

Глава 14

Не потеряться в вихре событий было достаточно сложно. Касандре казалось, что или она слегка спятила, или сошли с ума все окружающие. Что-то казалось вполне логичным, но некоторые вещи Кася понять никак не могла.

Суматошное утро перешло в не менее странный день, полный событий и разговоров. Сейчас, уже вечером, она сидела одна в предоставленной ей комнате и крутила в руке маленькую золотистую коробочку.

«Почему я?» – крутился в голове Каси вопрос.

Нет, полковник Хордингтон все объяснил предельно логично, к тому же сделанное им предложение давало массу преимуществ. Только все равно было как-то неприятно.

– Фиктивная помолвка… – Касандра достала из коробки кольцо. Тонкий золотой ободок без каких-либо камней, почти как обручальные кольца Земли.

Если предложение баронета Норхитра сразу вызвало у нее внутренний протест, то от проникновенного монолога Иерра одновременно стало и жарко, и обидно.

– Вы очень красивая и отважная девушка, мамзель Воронкова, – сказал полковник, попросив о беседе наедине сразу после завершения долгой бурной дискуссии между дамами и сильными мира сего о драконах, приюте и «маленьком бизнесе».

Ни о каких его матримониальных планах Кася, конечно, не знала, а еще, незнакомая с планировкой чужого дома, где постоянно сновали слуги, не придумала ничего лучше, чем пригласить Иерра к себе в комнату. «Дверь не заперта. И вообще, я курсант, а он командир. Ничего личного». Отголоски земного воспитания все же сказывались в поведении девушки.

Полковник, озадаченный таким доверием к своей персоне, и вовсе решил, что это добрый знак. Едва они остались одни, мужчина с воодушевлением сразу сделал предложение о помолвке, пытаясь радужно расписать Касандре перспективы подобного союза:

– Я поддержу ваши идеи, помогу, чем смогу, и даже согласен подписать магический контракт. Учиться, будучи моей официальной невестой, вам будет гораздо проще, и будет меньше кривотолков в обществе. Возможно, как компаньонок можно будет принять в корпус еще парочку барышень, которые не побоятся общаться с драконами. Думаю, в свете идей мейссы Ойлени генерал-майор поддержит такое начинание, особенно если оплату внесет граф Нейрандес. Внезапность помолвки можно обставить тем, что вы спасли мне жизнь. Ведь Норхитр, как я понимаю, аргументировал свое предложение примерно так же?

– А вам-то это зачем? Ранека я спросить не успела, но, как предположила мейсса Сейфила, это было в пику его невесте. Они вроде как поссорились. А вы? Вы тоже с невестой разругались?

Ей было очень обидно и больно. Каждой молодой девушке хочется, чтобы ей признавались в любви и делали настоящее предложение, а не фиктивное по каким-то своим неведомым мотивам. Если Норхитр и его нелепая выходка утром не вызвали никаких эмоций, кроме удивления, то предложение полковника, который ей, в общем-то, даже нравился, уязвило самолюбие, вызывая крайне неприятные мысли.

– У меня нет невесты, и это доставляет мне некоторые неудобства. Видите ли, Касандра, моя мать вбила себе в голову, что мне срочно необходимо жениться. Подняться на более высокий социальный уровень. И она выставляет меня на эти брачные торги, как племенного жеребца! Пытается свести с богатыми безмозглыми курицами со связями, приданым и титулами. Она и мои сестры желают блистать в светском обществе. Им мало просто вести праздную жизнь. Моя женитьба на какой-нибудь аристократке сразу бы открыла им столь желанные двери в то общество. Они не понимают, что это ничего не даст. Там они будут не более чем просто выскочками из низов. Я надеюсь, что моя помолвка с вами нейтрализует активность матери. И кстати, в отличие от баронета я не предлагаю скоропалительный брак. Помолвку же в случае чего вы разорвете сами, когда вам заблагорассудится.

– Ага, и выставлю себя истеричной дурой, чтобы вас все пожалели? Чтобы все судачили, что вас бросила неблагодарная невеста. – Касандра выпалила это ему в лицо, сжав кулачки. Очень хотелось замолотить ими по обтянутой мундиром груди этого черствого солдафона. – Скажут: использовала, чтобы попасть в корпус, и бросила! Вы этого хотите? А о моей репутации вы подумали?

Откровенно говоря, Иерр с трудом улавливал смысл того, что говорит ему девушка. Когда он обдумывал разговор, то все звучало логично и крайне привлекательно. Удобное со всех сторон соглашение. Касандру никто не посмеет задирать в корпусе, а у него будет постоянная спутница на все осточертевшие обязательные приемы. К тому же можно будет игнорировать прилипчивых дамочек и ограничить расходы матери, аппетиты которой росли в геометрической прогрессии. Ведь так удобно сослаться на невесту, за которой надо ухаживать. Подарки там и прочее, что необходимо делать в таких случаях. Иерр Хордингтон понятия не имел, что надо делать, будучи женихом, при общении с приличными девушками, но собирался расспросить об этом Горностайчика. Свои обязанности в случае помолвки он собирался выполнять с полной ответственностью.

Разочарование и обида, которые мужчина неожиданно увидел в глазах Касандры, его удивили. Он не понимал, что происходит и почему девушка просто не может ответить да.

Кася была совершенно права, про себя обозвав его солдафоном. Управляться с драконами Хордингтону было гораздо проще, чем общаться с дамами. Одни хотели за него замуж, и их он избегал, другие просто дарили ласки за деньги, и, как нормальный половозрелый мужчина, он иногда проводил время в таком обществе. Там все было просто и понятно, плати – и получи то, что желаешь, согласно прейскуранту.

– Вы подумайте, мамзель Воронкова, Касандра… Я не передумаю. Буду ждать ваш окончательный ответ. – Не зная, что еще сказать, и боясь услышать отказ, он положил на прикроватную тумбочку коробочку с кольцом, которое умудрился в срочном порядке упросить сделать местного кузнеца из своей запонки, и вышел от девушки мрачный, как грозовая туча. Попросту сбежал, переложив ответственность принятия решения на свою избранницу.

– Два предложения за день. Да я популярна! Кого я там еще спасала? Менчика от голодной смерти? – Кася нервно хихикнула, представив, как в окно лезет огромный дракон с кольцом от амбарных ворот и рычит, предлагая ей лапу и крылья. – А что? Тоже хорош жених. Безмозглый, с аппетитом. Зато всех врагов можно ему скармливать…

Касандра достала из коробочки кольцо полковника и, печально вздохнув, примерила на палец.

– Касандра Хордингтон. Звучало бы неплохо, но ведь я ему совсем не…

В окно раздался легкий стук, и девушка испуганно обернулась. Огромный черный ворон, сидя на карнизе, практически заслонил собой весь вид на сад. Знакомые глаза Наркира Воронкова смотрели строго и испытующе.

Створки Кася открывала дрожащими руками. Злополучное кольцо все еще было на пальце, и отец, конечно, его заметил. Приняв человеческую форму, он лишь слегка вопросительно приподнял бровь.

– Полковник Хордингтон предложил мне фиктивную помолвку, – не дожидаясь вопроса и пряча глаза, выпалила Касандра, покрутив на пальце золотистый ободок.

– Ты согласилась? – Понять, что чувствует сейчас ворон, было невозможно. Голос отца звучал сухо и холодно, но это было привычным. Наркир редко проявлял какую-либо трепетность чувств, был строг, иногда даже суров, но надежен, как скала.

– Нет. Пока… Я не дала ему никакого ответа. – Кася сорвала с пальца злополучное колечко и сунула в карман. – Он много говорил про защиту в корпусе и место в обществе. Даже контракт магический предложил оформить, но… Папа! Неужели я не заслуживаю, чтобы меня просто полюбили и замуж позвали по любви⁈

Глаза защипало от слез. Неожиданно надежные руки крепко прижали ее к груди отца.

– Тихо, девочка моя. Все ты заслуживаешь, но любовь не возникает на пустом месте, просто так.

Наркир ласково гладил девушку по голове, обещая про себя, что если этот вояка по глупости всерьез разобьет его малышке сердце, то он выклюет ему глаза и разорвет когтями брюхо. А Кася все говорила и говорила, пересказывая ему доводы и аргументы полковника, свои чувства и обиды. Словно плотину прорвало. Никогда еще приемный отец не был ей так близок. Кася не ожидала такого участия и поддержки.

– Касандра, если баронету я сказал свое твердое нет, то в данном случае могу только посоветовать тебе хорошенько подумать, – серьезно и рассудительно высказался ворон, когда Кася немного успокоилась. – К тому же помолвку может разорвать твоя семья, а не ты. Поверь, в случае чего я отыщу сотни причин, и все они будут крайне убедительными. Помолвка – это всего лишь помолвка, и к тому же ты забываешь, что я двуликий и глава рода. Я хорошо помню запах полковника, когда он ворвался в столовую. Конечно, им руководила не любовь, пока не любовь! Я отчетливо почуял ревность. Он воспринимал молодого лисенка как соперника и не хотел, чтобы ты досталась ему. Так что, возможно, с его стороны ваша помолвка не так уж фиктивна. Да и ты…

Отец усмехнулся, но договаривать не стал, блеснув глазами на то, как дочь тут же надулась, пыхтя, как сердитый ежик. Вместо этого он продолжил свои рассуждения:

– Если ты решишь принять его предложение, я даю свое согласие. Про контракт поговорю сам. Подумай и ничего не бойся. Мы всегда тебя поддержим. К тому же было бы неплохо прихватить в корпус парочку подруг. Фондерт поможет продавить командование в случае вашей помолвки. У него там свой интерес. Кстати, завтра попаданок перевозят в их новый дом. Под усиленной охраной. А ты с полковником вернешься в корпус, если не передумаешь и не сдашь шеврон.

После разговора с отцом спать Касандра ложилась вся в растрепанных чувствах, но слова о ревности Иерра немного грели душу.

«Ведь не на пустом же месте она возникла», – рассуждала Кася сама с собой, безуспешно пытаясь придушить в душе надежду на то, что Иерр Хордингтон все же к ней неравнодушен.

А утром она уже проснулась, преисполненная решимости все же принять предложение, поскольку всю ночь ей снились разномастные девицы, заявлявшие права на ЕЕ Иерра. Отдавать само плывущее в руки возможное счастье?

«Ну уж нет! Заберу себе, а потом разберусь, что с ним делать. – От нерешительной, расстроенной девушки не осталось и следа. – Кто сказал, что из жениха-солдафона не выйдет при правильном подходе хороший муж? Не попробуешь – не узнаешь».

Только за отправлением девушек, которые звали Касю прилетать в гости, разными обсуждениями и неожиданным приглашением на свадьбу Ранека «осчастливить» своим согласием полковника времени не представилось.

Расцарапанный, но счастливый одноглазый баронет представил всем присутствующим хрупкую, буквально эфемерную, очень светлую блондиночку с узким личиком. Никто не признал бы в этом неземном существе агрессивную белую лису, гонявшую женишка по саду в хвост и гриву. Парень принародно очень каялся перед Касандрой за поспешное предложение и благодарил за отказ под мрачным взглядом своего папаши. Старший Норхитр никому даже под пытками бы не признался, что, взятый в клещи двумя воронами, он вынужден был хорошенько раскошелиться за глупую выходку своего сыночка, и только тот самый пресловутый Касин выкрик «нет!» спас наследника от вызова на Арену.

Снежная лисица с виду казалась скромной и милой девицей. Только очень наблюдательный человек мог заметить, каким колючим становился ее взгляд, когда останавливался на ком-то из болтающих между собой незамужних попаданок. Ранека при такой ревнивой женушке ожидала нелегкая семейная жизнь, о чем влюбленный по уши чернобурый баронетик даже не догадывался.

Приглашение Касандре мисель фон Вудснок отдавала лично, благодарила девушку за спасение любимого, но стоило взять в руки картонный прямоугольничек, как по пальцам пробежали мурашки, а в голове у Каси раздалось предупреждающее рычание: «Он мой, только посмей!»

Решившуюся на помолвку с полковником девушку это только позабавило. Единственное, что ей было интересно, так это то, из-за чего лисы поссорились настолько, что Ранек решил, будто его бросили. Но конечно, молодые никому ничего рассказывать не собирались.

Суматошные сборы отняли много времени. Оборотни, кареты, сопровождение с воздуха драконьими летунами.

А тут еще прибыли стражи, охранявшие поляну, и с ними, с одним из дежуривших летунов, Менчик Великолепный. Лоснящийся от сытости, на удивление благодушный красный дракон был в игривом настроении и умудрился до полусмерти перепугать рыэтов, хищных лошадок, которыми пользовались двуликие, чем добавил суеты в этот бедлам.

Полет тоже не способствовал откровениям, хотя возвращались они с Иерром на одном драконе. Обстановка как-то не располагала к разговорам, ведь рядом, решив проводить дочь, летел мьест Воронков. Менчик, памятуя свое первое знакомство с вороном, в его сторону даже не косился и вел себя на удивление прилично.

Только вот, приземлившись на плац корпуса драконьих летунов, они совершенно не ожидали, что их будут так встречать.

Кроме курсантов и офицеров, на плац выплыли, сияя акульими улыбками, четыре пестро одетые дамочки, заставив дракона расчихаться, а мьеста Воронкова поморщиться от аромата щедро набрызганных на них духов.