Текст книги "Вампир в Академии магии, или поцелуй меня, любимый! 2 (СИ)"

Автор книги: Анна Кривенко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 25 страниц)

Глава 23. Ты мне нужен!!!

Лавиан Шими

Все внутри меня бушевало настоящим ураганом, готовым смести окружающее пространство мощным потоком рвущейся наружу магии.

Все повторялось! Судьба моего сына Родерика даже в новом воплощении текла в прежнем неприглядном русле!

Потому что здесь снова был ОН – ненавистный эльфийский принц!

Как я мог быть настолько слепым, что сразу не узнал его? Воплощение Баиля – Джонас Лиррэй – удивительно походил на него даже внешне.

И мой Родерик снова в него влюблён! Но теперь он еще и девица, так что их союз вообще не имел никаких преград.

Кроме одного: я больше не желаю повторения прошлой трагедии! Я больше ни за что не допущу смерти Родерика, даже если мне придется погибнуть самому!

…Робкий стук в дверь прервал бурление тяжёлых мыслей.

Селена вошла в мою комнату бесшумно и выглядела немного испуганной. Большие зеленые глаза смотрели на меня с опасением. Значит, она уже обо всем знала и намеренно не сказала мне о НЕМ!

Мне стало больно.

Все повторяется.

Снова…

Но в этот раз мне нужно быть мудрее и не рубить с плеча.

– Садись, Селена, – я постарался сделать голос помягче, и дочь медленно присела в кресло. – Думаю, ты уже догадываешься, о чем пойдет речь. Точнее, о КОМ!

Девушка нервно сглотнула и кивнула. Опустила глаза.

Я в очередной раз подивился тому, насколько нежной и женственной она стала в этом воплощении. Ничего общего с ловеласом Родериком Шими. Разве что некая схожесть черт лица и зелень красивых глаз.

Почему именно девушка? Неужели судьба решила посмеяться над нами? Ей не терпелось толкнуть Родерика в объятья Баиля еще более резво? Но ведь всё снова закончится трагедией! Еще худшей, чем в прошлом…

Однако… хорошо, что Джонас до сих пор не знает о том, что Селена девушка. Или уже знает?

Эта мысль обожгла страхом.

– Скажи, дочь, Джонас все еще считает тебя парнем?

Селена посмотрела на меня с особым вниманием, словно силясь прочитать мои мысли, а потом утвердительно кивнула.

– Это хорошо! – пробормотал я, успокаивая свое разболевшееся сердце. – Селена… я понимаю, что ты любишь его, но… – я увидел, как она напряглась и побледнела, но не имел права не продолжать, – но ваши отношения невозможны!

На лице девушки отразилась боль.

– Почему? – прошептала она бледными губами, и я ощутил ее глубокую тоску. – Я… я могу признаться, что я женщина, и тогда…

– Именно ваши отношения в прошлом привели вас к ужасной участи… – я не хотел этого говорить, но был вынужден сделать это. – Баиль… он умер страшной смертью от рук вампиров, а ты… – я замялся, не имея сил произнести эти страшные слова вслух, – а ты погиб под пытками после того, как перебил в порыве мстительности всю королевскую семью Луарии. Ты стал преступником, Родерик, и заплатил за свою месть… каждой каплей своей крови…

Я сказал это!

Селена побледнела еще сильнее, и на лице ее отразилась мука. Глаза застыли, словно остекленели, а в памяти, похоже, замелькали обрывки жутких воспоминаний.

Она нервно сглотнула, а потом судорожно закрыла лицо ладонями.

Я подождал полминуты, давая возможность переварить это, и уже хотел подойти к ней, чтобы обнять, но Селена резко поднялась на ноги и посмотрела на меня покрасневшими от невыплаканных слез глазами.

– Отец, я хочу побыть одна… – проговорила она хрипло и решительно направилась в сторону выхода.

Я не стал ее останавливать. Она должна переварить это сама в себе. Переварить и согласиться со мной. Участь Родерика Шими не должна повториться в ее жизни ни в коем случае!

Я этого не допущу!..

***

Селена

…Окровавленные истерзанные руки с тонкими длинными пальцами, вцепившиеся в мою одежду, обескровленное лицо и потухающие синие глаза, смотрящие на меня в жутком отчаянии…

– Рик… – сквозь хрипы и боль шепчет Баиль пересохшими губами… – Я клянусь… тебе…

Я – Родерик – чувствую, как в глазах закипают слезы.

– Баиль… только выживи… – шепчу в ответ, как сумасшедший, – умоляю!!!

– … клянусь… встретиться… с тобой снова…

Видение, пронесшееся перед глазами после слов отца, было не просто картинкой. Оно источало вселенскую скорбь, отчего моя внутренность скрутилась узлом, и стало безумно тесно в груди.

Уйти! Сбежать!!! Только бы не чувствовать эту жуткую боль…

Я выскочила из комнаты Лавиана Шими и рванула прочь.

Хотелось забиться в какой-нибудь угол, сжать голову руками и перестать мыслить, дышать, чувствовать…

Баиль погиб из-за меня! Его убили из-за меня!!! Я опасна для него! Он должен жить…

Я не перенесу этого снова. Я сойду с ума…

Впереди по коридору замаячили ученики, и я в панике свернула на лестницу.

Внизу на нижних этажах было столпотворение, слышались голоса, смех, поэтому я рванула наверх, на крышу…

Никогда еще здесь не была, но знала, что существует смотровая площадка, установленная для наблюдения за звездами.

Мне отчаянно требовалось одиночество.

Бежала так быстро, что перестало хватать дыхания.

Порыв холодного ветра растрепал мне волосы, как только я выскочила на крышу.

Солнце медленно садилось на горизонте, окрашивая небо в яркие закатные цвета.

Игнорируя холод, я поплелась к смотровой площадке, представляющей собой большой прямоугольник, огражденный металлическими перилами.

Ветер резанул по повлажневшим глазам, заставив веки сомкнуться, но как только я зажмурилась, меня прорвало.

Нет, я не стала рыдать, как настоящая девчонка: даже сейчас я помнила о своей конспирации, но плач душил меня изнутри, так что мне пришлось закрыть свой рот ладонью.

Голова кружилась, силы из-за потрясения уходили из тела сильнее обычного, хотя полноценный голод все еще не наступил.

Впрочем, сейчас я меньше всего думала о себе.

Я думала о том, что мне действительно лучше расстаться с Джонасом навсегда. Ради его безопасности.

Я знала, что отец сказал правду: об этом же говорили и мои обрывочные воспоминания. Родерик считал себя единственной причиной того, что Баиль погиб. Но виновных в смерти друга, как сказал Лавиан, он наказал своими собственными руками…

Как же это невыносимо больно – потерять его!

Снова я подобного не переживу…

– Селий?

Голос за спиной заставил меня вздрогнуть и замереть. В нем слышалось удивление, тревога, и сердце мое снова сжалось: ОН здесь! Баиль-Джонас здесь…

Мне нельзя ничего ему говорить! Лучше уйти молча, пока мы еще можем расстаться на полпути.

Ах, зачем я сегодня в лесу умоляла его не бросать меня??? Как опрометчиво! Если бы я только знала…

Поспешно вытерла слезы и медленно обернулась к Джонасу, надеясь, что сходящий на землю полумрак скроет следы моей скорби.

Парень стоял рядом и смотрел на меня с большим беспокойством.

Молниеносным рывком он приблизился ко мне, схватил меня за плечи и тревожно заглянул в глаза.

– Селий? Что случилось? Тебе… плохо? Снова… симптомы ослабления?

Я смотрела в его глаза, ставшие в полумраке серыми, и ощущала свою беспомощность. Эти дорогие черты, этот любимый взгляд… как же я буду скучать по ним!!!

– Селий! – Джонас слегка встряхнул меня, и в голосе усилилась тревога. – Ты слышишь меня? Совсем плохо? Ответь!!!

Что я могла сказать? Мне действительно было плохо, ужасно, но не столько телесно, сколько глубоко в сердце. Но не скажу же я об этом прямо? Поэтому я просто кивнула.

Меня тут же обняли и прижали к груди.

– Я помогу тебе… – тихий шепот обдал тёплым дыханием ухо и шею, заставив меня замереть и покрыться мурашками по всему телу. Рука Джонаса скользнула на мой затылок, заставляя голову слегка откинуться назад, и горячие губы тут же накрыли мои.

Этот поцелуй показался мне просто ошеломительным.

Во-первых, я не ожидала, что Джонас так легко и стремительно меня поцелует, ведь для него это обычно было проблемой, а во-вторых, я, поглощенная собственной скорбью, вообще забыла о том, что Джонас ещё днем обещал снова меня «насытить».

Меня мгновенно унесло в страну эйфории и сладости, ведь в мое тело стремительным потоком влилась такая мощная энергия, что задрожали все конечности. Я едва не задохнулась от непередаваемого чувства восторга, которое накрыло меня с головой. Ничего подобного я еще ни разу не испытывала, поэтому мгновенно капитулировала перед своими собственными чувствами, полностью отдавшись под их власть.

Это привело к тому, что я жадно ответила на поцелуй, напрочь забыв о том, что только что собиралась во благо Джонасу не сближаться с ним.

Я обвила его шею руками, почувствовав его руки на своей талии, погрузила пальцы в его шелковистые волосы.

Губы Джонаса были восхитительно мягкими, горячими и влажными. Его язык бесстыдно блуждал по моему рту, а руки быстро опустились на мои ягодицы.

Но даже это меня не отрезвило. Какое-то безумное сумасшествие нашло на нас обоих, хотя сила энергетического потока уже начала ослабевать.

Через мгновение мы оказались прямо на полу, а точнее на соломенном тюфяке, который был кем-то оставлен тут для любителей подышать свежим воздухом.

Мне в ноздри ударил будоражащий запах мяты, и я почувствовала себя девицей, пришедшей в полнолуние отдаться любимому на сеновале.

Джонас отпустил мои губы и впился поцелуем прямо в шею. Я застонала, чувствуя, что внизу живота собирается сильное томление.

Губы парня дерзко блуждали от моего уха до ключицы, и я поняла, что дело принимает все более серьезный и пугающий оборот.

– Джонас… – мой шепот был больше похож на любовный стон. – Джонас… ты уверен в том, что делаешь?

Я должна была у него спросить!

Парень замер, а потом приподнялся и завис прямо надо мной. Даже в полутьме я видела, как ярко сверкают его глаза.

– Я уже ни в чем не уверен… – проговорил он странным взбудораженным голосом. – С тобой, Селий, я реально схожу с ума! Ты… имеешь надо мной власть, которой я не могу противиться. Наверное, это потому, что ты… Родерик? Или потому, что я… спятил? Но… ты нужен мне!!! Ты мне так нужен! И пропади все пропадом!!!!

И снова мои губы в плену – жестком, властном, требовательном. Я чувствую его лихорадочную дрожь по телу и дрожу вместе с ним.

Проклятье! Я тоже в плену! И я тоже без него не могу!

Мы целовались с такой страстью, что я потеряла всякое благоразумие и начала тихонько постанывать. Голова кружилась от его близости, все тело горело. Мои руки забрались под его рубашку, очерчивая пальцами крепкие мышцы на груди.

Неужели я поддамся и прямо сейчас раскрою свой настоящий пол? Это же неправильно! Это усугубит последствия моего скорого отъезда! Нам лучше остановиться и прекратить это!

Но сил не было.

Вместо трезвости я пьяным от любви голосом начала шептать ему на ухо разные нежности:

– Ты прекрасен! Ты самый лучший! Ты единственный…

В отместку получила еще один крышесносный поцелуй и вообще уплыла из этого мира куда-то в неземной восторг…

Но… нас грубо прервали.

На тело резко обрушилась боль, магически сковавшая все конечности, и я едва смогла распахнуть глаза, уставившись на зависший над нашими головами… огненный магический шар.

– Не может быть!!! – шокированный голос над нами принадлежал Главе Бишону. – Джонас??? Селий??? Но… но… как? Почему???

Мы не могли двинуться или что-либо сказать: магия подчинения, которой нас «связали», лишила подобной возможности. Лицо Джонаса зависло прямо над моим, и я всматривалась в него, все сильнее приходя в ужас.

Нас застукали! И не просто кто-то из учеников, а сам Глава! Да еще и не один, а с двумя Хранителями!

Но в глазах Джонаса не было страха. В них, на удивление, горела решимость.

Вот только у меня подобной решимости не было и в помине. Я подставила Джонаса! Своим эгоистичным согласием на поцелуй я лишила его мечты стать Хранителем! Он сорвался из-за меня – той, которая его скоро покинет!!!

От накрывшего душу раскаяния по моей бледной щеке скатилось скупая слеза…

Глава 24. Успеть сказать самое главное…

Селена

Магическое заклинание сна сковало мой разум не на сто процентов, поэтому я чувствовала, как нас с Джонасом переправляют в какое-то полутемное помещение. Голоса вокруг звучали шепотом, и я умудрялась иногда вырывать из этой невнятной речи отдельные фразы:

– Никому ни слова…

– Свяжитесь с домом Лиррэй…

– Гвардейцев пока привлекать не стоит… Это в крайнем случае…

Я с трудом соображала, но и этого хватало, чтобы понять: мне точно конец!

Но сейчас моя собственная судьба меня не заботила. Гораздо больше я переживала о благополучии Джонаса.

Я должна… должна все исправить! Я скажу им всем, что я девушка, и представлю все так, как будто Джонас об этом знал. Тогда его накажут только за укрывательство преступницы, то есть меня, но судить из-за извращённых пристрастий не станут! Да, я это сделаю. Обязательно…

Дверь в помещение была стремительно закрыта, и все погрузилось в полумрак.

Мы с Джонасом (а я слышала его дыхание рядом) лежали прямо на полу. Нам любезно подстелили пушистый плед, проявив даже некую заботу. Но я совершенно не обольщалась. С Джонасом еще носятся только потому, что он племянник короля. Возможно, этот случай даже не предадут огласке. Я должна срочно сообщить Джонасу о своем решении!

Наверное, заклинание так и не смогло погрузить меня в глубину сна, потому что я была не совсем человеком. Надо попытаться избавиться от него окончательно.

После поцелуя во мне было предостаточно сил, поэтому я сконцентрировалась и представила, что скованность тела полностью исчезает, а слабость растворяется в потоке мощных сил.

Через несколько мгновений я действительно почувствовала себя лучше, с удивлением осознавая, что раньше подобными способностями я не обладала.

Через минуту заклинание сна было окончательно сброшено, и я медленно присела, борясь с накатившим головокружением.

Потом нашла глазами Джонаса и подползла к нему.

Парень спал, но снилось ему явно что-то нехорошее. Я потрясла его за плечо, но Джонас стал метаться еще сильнее. Как же ему помочь? Снимать заклинания с кого-то другого я еще не пыталась никогда.

Наклонилась над парнем и схватила его лицо ладонями.

Попыталась представить, что выпутываю Джонаса из магической паутины, и даже ощутила, что у меня начинает что-то получаться, как вдруг произошло нечто очень странное. На разум стремительно, словно туман, наползло состояние неги и расслабленности, а я перестала чувствовать свое тело и словно куда-то уплыла.

Прежние чувства – тревоги, страха и опасности – быстро растворились, и даже вся недавняя жизнь превратилась в тихие, почти забытые отголоски.

Я открыла глаза и поняла, что стою посреди внушительной по размерам пещеры, стены которой были испещрены большими трещинами. Справа поблескивали воды небольшого озера, слева лежали крупные насыпи камней. Потолок пещеры имел прямо в центре довольно большое отверстие, через которое пробивались яркие солнечные лучи.

Меня звали… Родерик. Родерик Шими. Я не понимал, как я здесь оказался, и хмуро осматривал пещеру.

Вдруг от стены отделилась тень, и в кружок солнца выступил светловолосый молодой эльф.

– Баиль… – прошептал я дрогнувшим голосом, и в груди что-то болезненно сжалось.

Память начала раскрывать свои тайны, и я вспомнил его жуткую кончину.

– Баиль! – крикнул я и бросился к нему, едва владея ногами от нахлынувшего на меня волнения.

Он оказался в моих объятьях раньше, чем я успел сделать следующий вдох.

– Ты жив!!! О, как я счастлив!!!

Я прижимал его к себе так неистово, что, наверное, точно оставил на его теле множество синяков.

– Я тоже счастлив видеть тебя, Родерик… – ответил мне друг, щекоча дыханием шею. – Безумно счастлив…

Мне не хотелось отпускать его, словно я боялся, что чудное видение исчезнет, но в разуме вдруг стали всплывать совсем иные воспоминания.

Я – девица. Меня зовут Селена. Я вампир, но живу в мире людей. Я одинока и ненавижу свое происхождение, потому что вынуждена воровать энергию людей, чтобы выжить… Поцелуи, поцелуи, поцелуи… Мне неприятно, даже противно, но у меня нет выбора. Однажды я встречаю парня с пронзительными голубыми глазами и волосами цвета золотых колосьев. Я боюсь его, бегу от него, прячусь, пока однажды он не узнает мою страшную тайну – я вампир! Мне кажется, он должен испепелить меня на месте после этого открытия, но вместо проявления ненависти он жалеет меня и начинает… целовать, чтобы поделиться энергией…

А потом я узнаю в нем Баиля – моего лучшего и единственного друга…

Селена – это мое следующее перерождение!

В этот момент меня начинают заполнять чувства этой девушки, и я шокировано отстраняюсь от Баиля, заглядывая в его бледное лицо.

Он тоже растерян. По взгляду вижу, что его точно также охватывают неожиданные воспоминания, и мы синхронно видим перед глазами последнюю нашу встречу: бурление чувств, неистовые поцелуи, надрывный шепот…

Я ощущаю, что начинаю жутко краснеть. Лицо Баиля тоже розовеет, и мы с неловкостью отшатываемся друг от друга, пряча глаза.

Те самые поцелуи как будто до сих пор горят на моих губах, и я помню их невообразимую сладость.

– Что происходит? – шепчет Баиль, пытаясь справиться с чувствами. – Где мы? Что с нами?

Я разглядываю его смущенное лицо и вдруг начинаю улыбаться. На меня просто накатывает веселье.

– Похоже… мы уже мертвы, Баиль, но встретились в следующей жизни, – даже не знаю, отчего мне так весело, но озвученный факт совершенно меня не смущает. – А ты забавен в образе человека…

Друг недоверчиво разглядывает мое лицо в ответ, а потом его черты тоже разглаживаются, а губы растягиваются в мягкой улыбке, от которой у меня сжимается сердце.

– А ты такой мелкий и щуплый, словно девчонка! – отвечает он, пытаясь шутливо поддеть мое самомнение.

В этот момент я отчетливо вспоминаю, что Баиль в следующем воплощении считает меня парнем, а не девушкой, и мне становится еще забавнее. Мне, конечно, и самому немного неловко осознавать, что я, переродившись, стал женщиной, но… судя по ощущениям из той новой жизни, быть девчонкой мне вполне комфортно.

– Да, я мелкий, но видимо настолько симпатичный, что ты не смог передо мной устоять! – выпаливаю я, пряча под колкой шуткой глубокое ностальгическое чувство.

Баиль несколько мгновений оторопело смотрит на меня, переваривая сказанное, а потом начинает заливаться дикой краской стыда, ведь я попал просто в точку.

Я начинаю тихо ржать, обхохатываясь с его дикого смущения. Как же я соскучился по нашим обоюдным подколам и препираниям! Это же чистое удовольствие!!!

Баиль, насупившись, молчит, но я тянусь к нему, обнимаю за плечи и заглядываю в лицо.

– Ведь самое главное, что мы снова встретились, правда?

Эльф смягчается и теперь смотрит на меня с интересом, словно пытаясь прочесть мои мысли.

– Почему мы переродились, Родерик, да еще и… вот так? – тихо спрашивает он, и в синих его эльфийских глазах вспыхивают удивительные магические всполохи.

Мне и самому это интересно, но воспоминаний о последних днях нашей прежней жизни в разуме почему-то нет, как и ответов на интересующие вопросы.

– Я помню, что поклялся тебе… – продолжает Баиль, мысленно уплывая вглубь своей памяти, – поклялся увидеться вновь… Все дело в клятве?

Я разглядываю его почти забытое молодое лицо с изящными чертами и кончики острых ушей, слегка торчащие из-под золотых волос.

– Разве это важно, друг мой? – отвечаю я, чувствуя невероятное, ни с чем не сравнимое счастье рядом с ним. – Самое главное, что эта встреча все-таки состоялась, не так ли?

Нежность, тут же родившаяся в сердце, толкает меня снова обнять дорогого друга, но в этот момент какая-то сила жестко вырывает меня из удивительного видения, и я с болью возвращаюсь в свое юное женское тело, тут же распахивая глаза.

Сердце колотится в груди, руки до сих пор сжимают лицо Джонаса, а мы находимся в полутьме помещения, в котором нас заперли.

Неприглядная реальность врывается в сознание, рассеивая то блаженное чувство счастья, которое окутывало меня только что в видении, и я очень остро начинаю ощущать нависший над нами злой рок.

Тихий стон Джонаса заставляет меня с трепетом наклониться над ним. Парень медленно открывает глаза и некоторое время непонимающе смотрит на меня.

– Родерик? – шепчет он изумленно. – Мы же только что были в пещере… что происходит???

Я шокировано замираю, чувствуя, как по телу пробегают толпы мурашек. Значит, это было не просто мое видение??? Баиль и Джонас действительно только что встречались друг с другом в каком-то странном иллюзорном мире! Этот мир внутри нас? Или где-то в другой реальности?

Но времени думать об этом нет.

Мы должны срочно выбираться из того положения, в которое попали!

– Джонас! Послушай меня! Ты помнишь, что с нами произошло?

Парень медленно присаживается, слегка морщась от боли во всем теле, а потом серьезно смотрит в мое обеспокоенное лицо.

– Да, Селий! Я все помню… и я…

– Подожди… – пытаюсь я его прервать, но Джонас резко поднимает вверх ладонь, останавливая меня.

– Я ни о чем не жалею, Селий… – приглушенно шепчет он, и в голосе его проскальзывает алмазная твердость. – Это был мой собственный выбор, и я от него не отступлюсь!

Мне становится так стыдно перед ним, что пунцовеют щеки. Джонас благороден и очень смел. И даже делая неприглядный выбор, он собирается следовать ему до конца.

А я – обманщица – подтолкнула его к этому непростому выбору и до сих пор ничего не объяснила…

– Джонас, я должен тебе кое в чем признаться… – шепчу я осипшим от волнения голосом. – Если сможешь, прости меня, но ты должен знать: я обманул тебя…

Сделала паузу, чтобы набрать в легкие побольше воздуха.

– Правда в том, что я… я…

Громкий треск справа заставляет нас вздрогнуть и резко обернуться. В воздухе прямо на наших глазах образуется небольшой огненный шар, который непостижимым образом разрезает пространство и создает широкий магический портал. Из него тотчас же выныривает… Лавиан Шими – мой отец – и взволнованным голосом выкрикивает:

– Селий, быстро! Мы уходим!!!

Я вскакиваю на ноги.

– К-куда??? – испуганно отвечаю я. – Зачем???

Отец видит рядом Джонаса и становится еще более суровым.

– В Луарию! Немедленно!!!

Но Джонас хватает меня за руку и пытается задвинуть за свою спину.

– Кто вы вообще такой??? – грозно бросает он. – Какое право вы имеете приказывать Селию??? Он никуда не пойдет!!!

Лавиан, похоже, не собирается церемониться с нами. Он выбрасывает вперед руку, и я чувствую, как на нас обрушивается обездвиживающее заклинание.

Джонас больше не может сказать ни слова и телом своим не владеет.

Отец широкими шагами приближается ко мне и хватает меня за руку, тут же освобождая от сковывающей магии.

– Уходим! У нас нет времени!!!

– Отец, постой!!! – умоляющим голосом выкрикиваю я. – Я не могу уйти, не попрощавшись!!!

Лавиан очень раздражен, ему моя просьба жутко не нравится, но он снисходит к моему порыву и утвердительно кивает головой.

– Только твой секрет должен остаться нераскрытым! – строго шепчет он, и мне приходится с этим согласиться.

Я разворачиваюсь и подбегаю к Джонасу. Парень все еще скован и смотрит на меня с отчаянием.

Я обнимаю его, прижимаясь к его плечу и ощущая, как слезы скатываются по моему лицу.

Потом я поднимаю на него глаза и скорбно шепчу:

– Прости меня, Джонас! Мне так жаль, но я… должен уйти. Учитель – это мой отец, так что за меня не волнуйся! Его настоящее имя – Лавиан Шими! Он заберет меня на мою родину, чтобы… я больше не нуждался в чужой подпитке. Прости, что не могу остаться с тобой. Прости, что из-за меня… у тебя теперь будут проблемы…

Я чувствую, как отчаяние разливается в моей душе. Неужели я действительно это сделаю? Неужели после всего, что произошло, я покину своего любимого, так и не сказав правду???

– Селий, скорее! – почти рычит отец, но в этот момент яркая вспышка слева заставляет нас инстинктивно зажмуриться.

Когда же свет перестает жечь глаза, я вижу, что в воздухе появляется еще один портал. Края разрыва мерцают всеми цветами радуги, а из его глубин в комнату вылетают лепестки белых цветов.

Шуршание чьих-то одежд заполняет помещение. Из портала появляется яркий, одетый в длинную – до пола – шелковую тунику самый настоящий эльф. Его золотые волосы рассыпаны по плечам и спине, на заострённых кончиках ушей поблескивают серьги, а большие, небесно-синие глаза смотрят угрожающе-насмешливо.

Я невольно отступаю назад, чувствуя присутствие глубоко подавляющей магии. Эльфийской магии…

Одним взмахом руки незнакомец освобождает Джонаса от вампирских пут, но тут же опутывает его тело уже своей силой, подтягивая прямо к себе.

Мне хочется схватить друга за руку и удержать, но чужеродная магия не дает этого сделать.

– Забирай своего мальчишку и убирайся, Лавиан, – высокомерно бросает в нашу сторону эльф, хватая покачивающегося Джонаса за талию. – Надеюсь, это наша последняя встреча!

Отец морщится, но потом на его лице появляется пренебрежительная усмешка.

– Я, знаешь ли, тоже не горю желанием видеть тебя вновь, Серниэль! Пойдем, Селий!!!

Лавиан хватает меня за запястье и тащит в сторону своего портала. Я растеряна, дезориентирована и жутко беспокоюсь о Джонасе, из-за чего невольно упираюсь ногами в пол.

– С ним будет все в порядке, – ворчливо сообщает отец, догадавшись о причине моего противления. – Серниэль – его родной брат…

Эльф действительно собирается забрать обездвиженного и шокированного Джонаса с собой, подталкивая того к радужному порталу.

Но я ведь не сказала самого главного! Того, что так давно мечтала сказать. И пусть это совсем не уместно на фоне нашего нынешнего расставания, но я не найду себе никакого покоя, если не скажу этого прямо сейчас!

– Джонас, я люблю тебя!!! – кричу я во все горло и почти срываю себе голос.

Последнее, что вижу я перед тем, как нырнуть в портал, это его печальный и ошеломленный взгляд…