Текст книги "Вампир в Академии магии, или поцелуй меня, любимый! 2 (СИ)"

Автор книги: Анна Кривенко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 25 страниц)

Глава 21. Голод по тебе…

Селена

Нет, остаться не у дел я не могла.

Как только Мик развернулся и побежал на полигон, я тоже пошла в том же направлении. И пусть он даже рассердится на меня: ну не могу я трусливо отсиживаться в комнате, когда я все еще адепт магической Академии.

Построение вышло хаотичное: очевидно, что Хранители спешили.

– Где-то в районе академических территорий произошел магический прорыв пространства, – начал Иллирий Боэмми, хмуро и тревожно осматривая собравшихся и застывших в напряжении учеников. – Ваша задача – просто обнаружить место этого прорыва. Ни вступать в битву, ни что-то предпринимать самостоятельно вам не нужно. Подстрахуйтесь защитными плетениями щитов и тотчас же докладывайте об увиденном нам. Если заметите что-то подозрительное, отправляйте магические сигналы: каждому раздадут амулеты, способные послать до трех таких сигналов. И самое главное: помните, ваша безопасность превыше всего! Никаких геройств нам не нужно! Все поняли?

Ученики дружно закивали, и двое из Хранителей начали поспешно раздавать амулеты.

К ним присоединилось несколько помощников из последнего курса, и я заметила среди них Джонаса. Сердце мгновенно дернулось в груди…

А вдруг с ним что-нибудь случится?

Почему-то наплыли ужасные ощущения боли и тоски, и я с удивлением поняла, что исходят они из глубин моей прошлой жизни. Нахмурилась, прислушалась к себе…

Тоска усилилась. Боль выкарабкалась из глубин памяти и начала разливаться в груди, причиняя ужасные ощущения.

Знакомые ощущения.

Я уже несколько раз находилась при смерти и отлично знала, как эта смерть пахнет и какова она на вкус. Ее ледяные лапы, сжимающие душу, я не смогла бы спутать ни с чем.

Именно поэтому я остро осознала: в прошлой жизни с Джонасом-Баилем произошло что-то ужасное. И это что-то жутко разбило мне сердце.

Вздрогнув от болезненных ощущений, я запаниковала и… рванула к Джонасу, не постеснявшись окружающих людей.

Подбежав к нему, я схватила парня за локоть и приглушенно выпалила:

– Я пойду с тобой!

Он развернулся ко мне и удивленно окинул взглядом. В глубине его глаз на доли секунды зажглось удовлетворение, но тут же потухло, и я подумала, что мне показалось. Но руки моей он не оттолкнул.

– Пойдёшь, – утвердительно проговорил он. – И только со мной… Без меня – ни шагу!

Я, как дура, расплылась в улыбке, не отрывая от него благодарного взгляда, как вдруг рядом кто-то приглушённо заржал.

Я опомнилась. Что же я делаю-то???

Мало нам слухов???

Я резко отпрянула от Джонаса, затравленно оглядываясь, и косые презрительные взгляды убедили меня в том, что мы с Джонасом снова стали объектами насмешек.

Меня это очень огорчило.

Ну что же я такая глупая??? Веду себя, как влюбленная дура, честное слово! И продолжаю успешно убивать Джонасу репутацию…

Хотя его самого это, похоже, совершенно не волновало.

Ученики разбились на группы, и с нами увязалось еще четверо ребят-ровесников Джонаса.

Мы уверенным шагом отправились вглубь леса, причем приятели моего соседа абсолютно меня игнорировали. Чтобы не мешаться под ногами, я немного отстала, стараясь унять сжимающееся сердце: тревога о Джонасе, основанная на забытых в прошлом событиях, до конца так меня и не оставила.

Через пятнадцать минут мы вышли на небольшую возвышенность, лишенную деревьев, и смогли осмотреться.

Лес простирался далеко вперед, но на ближайшую милю мы остались одни. Кто-то из парней предложил разделиться, чтобы охватить бо́льшую территорию, но Джонас не согласился.

– Слишком опасно, – пробормотал он и задумчиво обернулся ко мне. Возможно, мне показалось, но похоже, он уже начал жалеть, что взял меня с собой.

– Давайте идти параллельно друг другу в зоне видимости. Так все равно будет быстрее… – это предложение одного из ребят вызвало всеобщее одобрение, и мы мгновенно разделились по двое. Конечно же, Джонас выбрал меня.

Я затравленно оглянулась на его друзей, но бросать на нас уничижительные взгляды никто не стал: было не до того.

Почувствовав облегчение, я поспешила вслед за своим соседом, спускаясь вниз с голого холма.

Лес снова принял нас в свои объятья, и я наконец-то смогла прислушаться к своим ощущениям.

Все вокруг кипело жизнью. Солнечные деньки уже разбудили насекомых, а трава под ногами приобрела насыщенно изумрудный оттенок. Джонас несколько раз замирал и прислушивался, но потом снова шел дальше. На меня он не обращал никакого внимания.

Мне хотелось подойти и взять его за руку или хотя бы за локоть, но я усиленно боролась с этими глупостями. Не помогало.

На мгновение представила, как мы идем с ним по городу, держась за руки, а на мне – нарядное платье и шляпка, какие носят аристократки, и нам весело улыбается извозчик, предлагающий прокатиться по особенным местам столицы всего за пару монет…

Невольно улыбнулась такой идеалистической картине, но тут же напоролась на удивленный и нахмуренный взгляд Джонаса.

Улыбка мгновенно сползла с моего лица.

– О чем ты думаешь, Селий? – поинтересовался парень, останавливаясь напротив меня. – Только не говори, что об искомом прорыве!

Я начала предательски краснеть, устыдившись своей беспечности, но Джонас вдруг схватил меня за руку и резво потащил за собой.

– Надо было оставить тебя в Академии… – бурчал он недовольно, но пальцы, сжимающие мою ладонь, показались мне источником истинного блаженства на земле.

Он взял меня за руку! Как я и хотела! И пусть без платья и без шляпки с извозчиком на пару, но… мы вместе! И я даже от такой малости просто счастлива…

Наверное, минут пять мне понадобилось, чтобы перестать растекаться лужицей от прикосновений Джонаса и вообще от мыслей о нем. Наконец, я смогла взять чувства под контроль, а мы уперлись в резко выросшую из-за деревьев скалу высотою около трех метров. Она была засыпана ветками и совершенно поросла мхом, но рядом оказалось множество следов.

Джонас отпустил мою руку и присел, изучая их.

– Это не адепты, – прошептал он тревожно. – Подошвы гладкие, без рисунка, обувь похожа на крайне примитивную, как у крестьян, но в такое время года наши земледельцы обычно носят деревянные башмаки, но никак не кожаные пулены* [* мягкие башмаки без подошвы, популярные в реальном средневековье]…

Я нахмурилась и вдруг обратила внимание на запах.

– Джонас, пахнет кровью… – прошептала я, оглядываясь, как вдруг заметила поодаль на земле небольшой стеклянный сосуд странной цилиндрической формы. Подойдя к нему, я увидела, что повсюду на траве разлита красная жидкость, словно этот сосуд кто-то в спешке обронил.

Джонас уже был рядом и присел на корточки. Однако через пару мгновений он вдруг подскочил и, схватив меня за плечи, оттащил подальше от сосуда.

– Это не кровь, – проговорил он взволнованно, объясняя свое поведение, – это… та самая кровавая вода, из-за которой ты недавно отравился!

Я поёжилась: воспоминания о случившемся были свежи и неприятны.

– Надо сообщить Хранителям, – проговорила я, невольно прижимаясь к Джонасу, словно ища защиты, а по телу мгновенно разлилась волнительная дрожь.

– Да, – кивнул он задумчиво, а потом в каком-то неосознанном порыве погладил меня по спине. По моей коже побежали тысячи мурашек, дыхание перехватило, и я буквально вцепилась в парня, боясь просто упасть от накатившего на тело безумного желания его прикосновений.

Джонас удивился моей реакции, которая заставила его вынырнуть из размышлений, и с беспокойством посмотрел мне в лицо.

– Что с тобой, Селий? Тебе плохо? Это… то самое, о чем я думаю???

Мне так хотелось крикнуть в ответ: «Да, это голод! Безумный голод ПО ТЕБЕ!», но я не посмела. Только кивнула, совершенно растеряв всякое благоразумие и понадеявшись, что он меня сейчас поцелует.

Нашла время!

Но Джонас оказался мудрее меня. Он еще раз оглянулся, высматривая своих однокурсников среди деревьев, а потом кивком указал мне направление, требуя возвращаться обратно.

Но так как я не сдвинулась с места, он приглушенно произнес:

– Я… – парень замялся, испытывая, наверное, некоторое смущение, – я подпитаю тебя в Академии, в комнате… Ты сможешь потерпеть? Здесь слишком много чужих глаз!

Джонас действительно ощущал себя крайне неловко, говоря это, в то время как мой горящий взгляд не скрывал безумства моих чувств, отчего парень не выдержал и вообще опустил глаза.

У меня же закружилась голова от голодного предвкушения.

Слова-то какие! Слова! «Подпитаю тебя…». За ними стояло нечто такое, о чем стоило начинать краснеть.

Но я не краснела. Я боролось с огромным желанием повиснуть на его шее прямо сейчас. А потом найти его губы и впиться в них требовательно, жадно. Зарыться пальцами в шелковистые светлые волосы, содрать с красивого мускулистого тела одежду…

О-о! Селена, да ты сходишь с ума!

В этот момент я поняла, что одного поцелуя мне уже мало…

Глава 22. Я тоже рад видеть тебя…

Селена

Пронзительный крик боли отвлек мое внимание от романтических глупостей, и мы с Джонасом синхронно оглянулись.

– Это наши… – выпалил парень и бросился в ту сторону со стремительностью матерого оборотня.

Я тут же рванула следом, чувствуя, как дурное предчувствие все сильнее сжимается в груди.

Один из товарищей Джонаса лежал на траве и рвано дышал. Лицо его было землисто-серым, глаза выпученными, словно он задыхался.

Второй же боролся с невысоким худощавым незнакомцем с длинными черными волосами и откровенно ему проигрывал.

Наше приближение заставило черноволосого отвлечься, и я увидела, как грозно блеснули на солнце его острые клыки.

Вампир!

Парень был очень бледным, худым, но глаза горели бешеным алым огнем. Я мгновенно поняла, что он не в себе, как и я недавно.

Вампир на охоте!

Опыт вампирской прошлой жизни помог мгновенно оценить ситуацию, и во мне вдруг заговорили инстинкты Родерика Шими. Даже не знаю, как это произошло, возможно, я уже слишком глубоко слилась со своей прошлой личностью, но на меня сошло невиданное бесстрашие, и я рванула прямо на вампира, чувствуя, как во мне рождается азарт.

Мне удалось сбить его с ног, и мы покатились по траве, хватая друг друга за руки,

– А ты кто еще такой??? – прошипел мой противник, скаля свои клыки. Мне подсознательно захотелось выпустить такие же.

– Ты охотишься на моей территории!!! – возмущенно проговорила я в ответ, а сама изумленно задалась вопросом: «Что я вообще несу?».

Вампир явно изменился в лице, и его руки дрогнули. Я воспользовалась этим и припечатала его к земле, тотчас же оседлав его на уровне груди. Запястья его сковала руками и наклонилась над его лицом, угрожающе сверкая глазами.

– По закону короля Занновира твое присутствие здесь запрещено! – проговорила я, выхватывая из памяти какие-то обрывочные сведения и проговаривая их скорее интуитивно, чем осознанно. Складывалось такое впечатление, что я в этот момент позволила Родерику внутри меня руководить…

Вампир пару мгновений разглядывал меня со странным выражением на лице, а потом с шумом втянул в себя воздух.

– Кто ты? – пробормотал он с волнением. – Ты так сладко пахнешь! Сила мужчины, а сладость женщины! Назови себя! Я хочу тебя!!!

Я опешила от звериной похоти, родившейся вдруг в его глазах, а потом вспыхнула неожиданной яростью. Причем, эта ярость тоже принадлежала Родерику Шими, которому оказаться объектом такого откровенного желания показалось диким оскорблением.

Мои пальцы инстинктивно потянулись к горлу наглеца и сомкнулись на его шее. Он захрипел и ужаснулся, а я, наклонившись еще ниже, шепнула:

– Захлопни свой рот, коротышка, иначе клыки я тебе пообломаю! И передай своему хозяину, что эта территория принадлежит мне – Родерику Шими!

Во мне клокотали эмоции, пальцы тряслись от неистового желания свернуть эту белую тонкую шею, а слова, вырвавшиеся из глубин подсознания, напугали меня саму.

Я чувствовала, что личность и воспоминания Родерика все сильнее овладевают мною, так что даже окружающий мир теперь казался мне в большей степени сном, чем явью, ведь мой дом был определенно не здесь.

Я резко отпустила вампира и поднялась на ноги.

Тот отполз в сторону, не сводя с меня глаз, а потом резко сорвал что-то с одежды и бросил рядом с собой. Пространство всколыхнулось, открывая рыхлый портал, и кровосос мгновенно прыгнул в него, испарившись из леса за доли секунды. Почти сразу же в него прилетел магический шар, но было уже несколько поздно.

Обернувшись, я увидела, что шар был выпущен парнем, которого до этого душил вампир. Он стоял около Джонаса – бледный, испуганный, косящийся на меня странным взглядом. Его друг лежал недалеко без чувств, но уже свободно дышал.

Джонас выглядел хмурым и обеспокоенным, но не двигался с места.

Я все еще испытывала глубокое раздвоение личности, и Родерик Шими во мне был по-прежнему весьма силен. Именно поэтому я чувствовала беззаботную уверенность в себе и даже безрассудную смелость. Подойдя в шокированному парню, я улыбнулась и легким движением руки навела на него магическое забытье с удалением памяти.

Тот упал на траву, закатив глаза, и замер.

Мой взгляд устремился на Джонаса.

Его волосы лениво трепал ветер, а голубые пронзительные глаза смотрели испытующе. Похоже, он был чем-то недоволен. С чего бы это?

И все же… как сильно он похож на Баиля! Те же притягательные синие глаза, то же выражение волевого лица и даже поза – его…

Родерик во мне умилился и испытал неожиданную вспышку боли. Боли по тому, кого безнадежно утратил…

Краем своего собственного сознания я отметила, что снова ощущаю отголоски какой-то трагедии. Трагедии, отнявшей у меня Баиля…

Но теперь он опять рядом! Такой же невозмутимый и немного холодный. Такой же неприступный, каким он казался мне в самом начале нашего знакомства…

Я – скорее Родерик, чем Селена – подошла к нему вплотную и подняла вверх лицо. Он был на голову выше и напоминал мне суровую скалу.

– Баиль… – прошептала я. – Не хмурься так! Тебе не идет… Мне гораздо больше нравится эльф, который утешает и обнимает меня, журит за безрассудное поведение… Ты ведь помнишь меня, Баиль? Я… Родерик!

Джонас побледнел, и лицо его стало растерянным.

– Родерик? – прошептал он с дрожью в голосе. – Значит… те сны… это всё правда?

– Это наша с тобой прошлая жизнь, Баиль, – Родерик во мне рулил. Я заглядывала в глаза своего дорогого эльфа и не могла наглядеться. – Ты даже не представляешь, как сильно я скучал по тебе! Не помню, что в конце концов с нами произошло, но в моем сердце до сих пор ужасная боль…

Джонас действительно был шокирован и слушал меня с огромным вниманием. Он мне верил. Он знал, что я говорю правду. И ему, похоже, было сложно…

– Но… разве эльфы существуют? – пробормотал он. – Я помню, что в снах я был эльфом!

– Конечно, существуют! – я улыбнулась. – У них есть целое королевство, как и у вампиров. А ты был их принцем, мой дорогой Баиль…

Джонас вздрогнул и снова посмотрел мне в глаза.

Внутри меня чувства Родерика смешались с собственной нежностью, поэтому я позволила себе положить ладонь на грудь парня, и он вздрогнул.

– Вернись ко мне, Баиль… – прошептала я с тоской. – Будь со мной и… никуда не отпускай, прошу тебя!

Да, я имела в виду именно то, что сказала: я не хотела уезжать ни в какую Луарию! И пусть во мне сейчас в большей степени говорило мое прежнее воплощение, но это было правдой. Больше всего на свете я хотела принадлежать ему – моему драгоценному эльфу-человеку. Принадлежать уже не в качестве друга, а как его возлюбленная.

– Оставь меня рядом с собой… – шептала я, приближаясь к нему все ближе и желая дотянуться до его губ. – Умоляю тебя, Баиль…

Когда до нашего поцелуя осталось всего несколько миллиметров, недалеко послышался зычный крик.

– Селий!

Я замерла, чувствуя, как что-то обрывается внутри. Личность Родерика резко утонула в вихре наплывших эмоций, и я покрылась мурашками страха.

Это был отец – герцог Лавиан Шими, и он сейчас… нас видел и слышал.

Я нервно сглотнула и обернулась на звук.

Лавиан широкими шагами приближался к нам, и на лице его проскальзывала суровая решимость.

Он быстро окинул взглядом окрестности, отметил парней, лежащих в беспамятстве, примявшуюся в поединке траву и… несколько разбитых пузырьков с кроваво-красной водой.

Я и сама только сейчас их заметила. Меня озарила догадка, что это именно вампиры зачем-то собирают эту воду, чтобы унести ее с собой. Но для чего она им, если она ядовита?

Джонас тоже словно очнулся от какого-то сна и сделал шаг вперед.

– Мы обнаружили здесь незнакомца, напавшего на ребят. К сожалению, он смог уйти…

Невозмутимый уверенный тон, ни тени колебания… У Джонаса просто невероятный контроль над эмоциями!

Вот только это бесполезно: цепкий взгляд Лавиана уже все рассмотрел и сделал правильные выводы: я это просто чувствовала. И если относительно появления вампира это было даже хорошо, то вот его открытие, что Джонас это Баиль, было очень нежеланным для меня, для нас.

А в том, что отец уже все понял, я не сомневалась. Я видела это по его красноречивому взгляду.

Мне стало муторно и страшно. Родерик уже полностью растворился внутри меня, а снаружи осталась испуганная и немного беспомощная Селена. Та, которая не знает, какое же решение ей предпринять…

– Возвращайтесь в Академию… – произнес Лавиан строго. – Селий, зайдешь ко мне вечером, мне нужно поговорить о твоей практике…

Я побледнела: меня ждет очень тяжёлый разговор.

Я бросила огорченный взгляд на Джонаса и пошла вперед. Парень последовал за мной.

Долгое время мы шли молча, и я не знала, чего мне теперь ожидать.

Герцог ненавидит Баиля, это очевидно. Судя по всему, в прошлой жизни Лавиан подозревал нас в противоестественной связи. Но разве это повод для ненависти? Может, мне удастся как-то отца переубедить?

Уже недалеко от Академии Джонас все же нагнал меня и положил руку на мое плечо. Я обернулась, чувствуя, как сердце начинает неистово биться.

– Селий… – Джонас выглядел растерянным и каким-то уставшим. – Что происходит? Кто мы? Я ничего не понимаю! Разве живые существа способны перерождаться вновь? Или я уже схожу с ума???

Мне стало его жаль. Я представляла, какая у него сейчас в голове творится дикая неразбериха.

– Да, Джонас! Иногда живые способны рождаться вновь. Чтобы закончить то, чего не смогли сделать в прошлой жизни…

Я выпалила эти слова, не задумываясь, а потом поняла, что они действительно истинны.

Джонас ушел в себя.

– Выходит… мы тоже должны что-то закончить? – наконец пробормотал он, силясь вместить в себя столь новое для себя мышление.

– Думаю, да. Мы родились не просто так… – во мне шевельнулась нежность. – Я и сам не знаю, для чего мы снова живем, но… я очень рад видеть тебя снова, мой друг…

Джонас посмотрел мне в глаза. В его взгляде плескалось глубокое внутреннее волнение. Синева его радужки вдруг стала темнее, словно он погрузился в какое-то особое состояние.

– Я тоже очень рад… Родерик Шими!

Я вздрогнула, а по телу пробежали мурашки глубокого трепета, ведь Джонас вспомнил мое полное родовое имя…

***

Эльфийское королевство Лиардон

– Ваше Величество, – юный синеглазый эльф чинно поклонился не менее юному королю, с которым у него было разительное внешнее сходство.

– Дядя, – отмахнулся тот лениво, – к чему эти церемонии??? Говори уже, для чего пришел…

Король развалился в кресле, едва сдерживая зевоту, а юноша насмешливо ухмыльнулся.

– Я хочу ненадолго покинуть королевство…

Слова дяди прозвучали спокойно и буднично, но король так сильно изумился, что едва не поперхнулся воздухом.

– Что??? – воскликнул он. – Ты с ума сошел??? Если ты пересечешь барьер, тебя же сразу же найдут эти кровососы! Ты забыл, что твоя голова у них на особом счету?

– Не забыл, – эльф выглядел как само воплощение вселенского спокойствия. – Просто мне нужно закончить одно важное дело…

Король хмыкнул.

– Пятьсот лет это важное дело ждало и терпело, а тут вдруг его нужно закончить? Все это очень странно, дядя Серниэль!

Но юноша даже бровью не повел.

– Мне не нужно ваше разрешение, Ваше Величество, – степенно произнес он. – Просто посчитал правильным вам об этом сообщить. Завтра утром я отправляюсь. А теперь… прощайте!

Эльф развернулся, чтобы покинуть покои короля, но тот его поспешно окликнул.

– А что за дело-то такой сумасшедшей важности?

Серниэль развернулся, растянув губы в немного высокомерной улыбке.

– Мое личное, Ваше Величество! ЛИЧНОЕ!!!

Когда дядя покинул короля, тот разочарованно фыркнул.

– Вечно он так… – пробурчал монарх, хмуро сверля дверь взглядом. – Напыщенный болван!!!

Но перечить своему древнему и могущественному родственнику король не мог. Да и вообще никто не мог. Это был самый старый житель королевства эльфов, который застал еще Великую Войну. Говорят, Серниэль однажды поклялся отмстить всем виновным в развязывании войны между эльфами и вампирами. С тех пор он не старел и не умирал, хотя после него сменилось уже два поколения эльфов.

Чего же такого важного он решил доделать во внешнем мире после пятисот лет ожидания?

Месть?..