Текст книги "(не) желанная жена офицера Басманова (СИ)"

Автор книги: Анна Арно

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 13 страниц)

Глава 45. Бесо

Маша впихивает меня в темную спальню и даже дверь зачем-то на замок закрывает. Ко мне поворачивается, а я так и стою впритык к ней, не в силах отойти.

Она щас опять поцеловала меня? А я из-за такой малости снова соображать перестаю моментально.

Но очевидно же, что она это ради Бори сделала. Насолить ему хочет. Только и всего. И ко мне самому это не имеет никакого отношения. Она просто вершит свою месть, как и собиралась. Да только похоже легче ей от этого никак не становится.

Ведь даже в темноте она выглядит такой грустной, что мне хочется обнять ее хрупкую фигурку, прижать к себе, утешить, пообещать, что я больше не дам ее никому в обиду. Но это ведь всё бесполезно, да?

У нее внутри болит. И я не тот, кто может унять эту боль, как бы не старался.

Так и стоим у двери, слушая приглушенное ворчание матери из коридора, и наконец удаляющиеся шаги всех троих.

С ними нам еще предстоит серьезно пообщаться. Без Маши, конечно, чтобы не расстраивать ее еще сильнее. Придется более доходчиво донести им всем мысль, что с моей женой так разговаривать, как они себе позволили, нельзя. Если понадобится, я и отца к этому делу привлеку. Лишь бы Маша себя в безопасности чувствовала.

Но сегодня в доме родителей оставаться явно не стоит. Раз по-хорошему договориться не удалось. Не могу позволить, чтобы мою разбойницу снова до слез доводили.

– Маш, ты сказала моему брату все, что хотела? – уточняю на всякий случай.

Она кивает, не поднимая на меня головы.

– Хорошо, – выдыхаю тихо. – Тогда одеваемся, и уезжаем, как только у тебя голова высохнет. Договорились?

Она кивает, но так и стоит передо мной, прижавшись спиной к двери. Такая хрупкая и уязвимая, что хочется ее от всего мира спрятать и оберегать как цветок нежный.

На руках ее носить хочу.

Целовать всю.

Пожалуй у меня только к ней подобные желания обычно просыпаются.

Но ведь… ей нужен вовсе не я.

– Будь здесь, я принесу тебе одежду из комнаты, – хочу было отодвинуть ее от двери, чтобы выйти.

Но Маша ловит меня за руку:

– Бесо, подожди, – шепчет она, и теперь я слышу слезы в ее голосе.

Заебись.

Что мне сделать, чтобы она больше никогда не плакала?!

Заставить Борю бросить свою бабу и любить Машу?

– Только скажи, и я поставлю его на колени, Маш, – обещаю сухо. – Он будет молить о прощении и клясться тебе в любви, если только ты захочешь.

Она всхлипывает шумно, чем окончательно разрывает мое сердце. Значит не ошибся я. Она все еще хочет моего брата.

– С-скажи, правда, что это ты настоял на нашей с Борей помолвке? – выдавливает она тихо.

– Отчасти, – отвечаю растерянно, плохо понимая, к чему она сейчас об этом спрашивает. Поэтому продолжаю: – Ты же учиться хотела. А старики бы тебя точно одну не отпустили. И больше тебя и не за кого было замуж выдать в деревне так, чтобы дед твой не беспокоился за тебя. Вот я и… предложил, – сейчас и сам осознаю, что собственными руками ее чуть другому не отдал.

Она снова аж вздрагивает вся от шумного всхлипа:

– Выходит Боря правду сказал, – бормочет себе под нос и теперь хочет обойти меня.

Но я ловлю ее за локоть и прижимаю обратно к двери:

– О чем это?

Она поднимает на меня глаза и у меня сердце тормозит от этого ее отчаянного взгляда, который я вижу даже в полумраке комнаты.

– О том, что вся ваше семейка со мной… только из жалости возилась. Все это время! И ты тоже…

– Глупость какая, – тут же отмахиваюсь я, осознавая, что что она и близко не распознала те чувства, что вынуждали меня делать некоторые вещи в прошлом. – При чем тут жалость вообще? Ты же умница, красавица, хозяюшка, еще и готовишь потрясающе. Боря просто идиот, и однажды он точно еще пожалеет, что потерял тебя!

– Если я вся такая классная, как ты тут рассказываешь, почему тогда ты сам на мне не женился сразу?! – она будто претензию мне предъявляет, суть которой я пока и понять не могу.

– Так ты же… с детства в брата моего влюблена была, – нахожусь с ответом, – билась за него со мной каждый раз, когда он чего учудит. Вот я и думал, что это лучший вариант для вас обоих. Тебе – любимого мужа и учебу, а ему – такую жену, за которую любой бы душу продал.

– А ты?

– Что я? – торможу сильно.

– Продал бы душу… за меня? – всхлипывает опять.

– Как и любые другие органы, – отвечаю не задумываясь. – За тебя, мне даже умереть не жалко, если потребуется.

Она снова всхлипывает, вдруг ближе ко мне подается, и… прижимается влажной от слез щекой к моей обнаженной груди.

– Не надо умирать, пожалуйста, – шепчет она утыкаясь мокрым носом мне в шею. – Это как раз то, чего я больше всего боялась, каждый раз, когда ты уезжал в очередную командировку, – признается вдруг она.

И это… будто согревает меня изнутри, что я даже как-то неосознанно прижимаюсь губами к ее волосам над ушком:

– Значит беспокоилась обо мне? – почему-то переспрашиваю я. Просто хочу чтобы она еще раз это сказала.

– Очень, – бормочет она. – И каждый раз вздыхала с облегчением, когда слышала от родителей, что ты в Москву вернулся.

Хорошо…

Как же мне сейчас хорошо.

Знаю, что это вовсе ничего не значит. Она просто очень добрая девочка, и беспокоилась обо мне как о старшем брате, – не чужие же люди, в конце концов.

Но одно то, что она думала обо мне хоть изредка…

Это тоже ничего не значит, мужик. Она все еще вспоминала о тебе только как о брате.

– Поклянись, что берешь меня в жены не из жалости, – требует она снова, тихонько всхлипывая мне в плечо.

– Я беру тебя в жены, потому что хочу, – признаюсь честно. – И жалею только о том, что не сделал этого раньше. Только время потерял. Хотя… тогда бы ты ни за что не согласилась…

Я вдруг чувствую, как ее горячие губы касаются моей шеи и напрягаюсь весь.

Показалось наверно…

Но Маша похоже даже на цыпочки привстает, и рот слегка приоткрывает, едва прихватывая своими губками мою небритую кожу.

Чего это с ней опять?..

– Не заигрывайся, Маш, – хриплю, нехотя отстраняя ее от себя за плечи. – Нас ведь сейчас все равно никто не видит.

– Т-тебе… не нравится? – шепчет она в темноту.

А у меня уже все приборы зашкаливают, что я и базар фильтровать не способен:

– Пиздец как нравится, – выдыхаю горячо. – Но это чревато…

– Ты же обещал, что если я еще раз тебе попадусь, ты больше не будешь сдерживаться, – бормочет себе под нос обижено, и на меня глаза поднимает: – Вот я и… попалась.

Глава 46. Маша

Значит он со мной вовсе не из жалости, как сказал козел-Боря?

Бесо действительно хочет меня!

И это все, что я хочу сейчас знать.

Меня трясет всю. И я волнуюсь, что он снова подумает, что это из-за страха. Но я действительно больше не боюсь его. Скорее уж боюсь, что оттолкнет. Этого бы я сейчас хотела меньше всего. Ведь я наконец осознала, что я могу сделать, чтобы удержать своего басманского дьявола…

Даже в темноте вижу беспокойный взгляд Бесо, будто он не понимает, чего я от него сейчас хочу. Однако боковым зрением замечаю, как покачивается на его бедрах полотенце, подсказывая, что все то он прекрасно понял.

Подаюсь в его объятия, и снова целую его мощную шею.

Боже, как он пахнет все же… я будто зависимая от этого запаха уже стала.

– Маш, перестань, – хрипит он сдавленно. – Такими вещами нельзя заниматься назло бывшему.

– А кто сказал, что это из-за него? – пожимаю я плечами, действительно ни на секунду сейчас не думая о Боре.

– Если вздумала сбежать, после того как соблазнишь меня, то тоже забудь, – рычит он горячо и даже придвигается ко мне сильнее, отчего мое сердце начинает колотиться с утроенной силой. – Я тебя из-под земли достану, клянусь, и не отпущу больше.

Звучит прекрасно…

– Зачем мне сбегать? – шепчу, щекоча его кожу губами, плохо понимая с чего он вообще это взял. – Мы же договорились, что поженимся.

– Тогда почему ты меня с ума свести пытаешься? – цедит мне в волосы.

– Потому что хочу… – говорю и снова целую его шею, – тебя.

– …

Тишина сейчас кажется такой давящей, что у меня сердце уже в горле колотится в ожидании его ответа.

– Что, прости? – переспрашивает, будто нарочно смутить меня сильнее хочет.

А мне больше и нечего ему сказать.

Не говорить же про то, что я хочу получить от него гарантию, что он точно не захочет сбежать от меня, как его братец.

А еще не могу ему пока сказать о том, что хочу на законном основании бить посторонних женщин, которые будут на него пялиться, как эта девка Бори. Не факт, что такой закон существует, конечно. Но мне очень надо.

И про то, что я почему-то отчаянно хочу заинтересовать его достаточно, чтобы стать ему настоящей женой, я пока тоже сказать не в силах.

Хочу быть желанной женщиной для него.

И чтобы он был моим мужчиной.

Поэтому я поднимаю взгляд и смотрю ему в глаза в полумраке комнаты:

– Я хочу тебя, Бесо, – говорю на удивление уверенно.

Он так и стоит не шелохнувшись, будто примерз. Только полотенце заметно упирается мне в бедро, сигнализируя о том, что Бес меня прекрасно расслышал.

И через пару бесконечных минут тишины он все же нарушает воцарившуюся тишину:

– В смысле? Прямо… с-сейчас? – отчего-то заикается даже.

Меня вдруг одолевает какая-то беспочвенная уверенность. То ли из-за его растерянной реакции, то ли из-за выдающего его с головой радара заинтересованности во мне, вставшего между нами. Но я вдруг ловлю его руку, тяну к краю его же футболки, надетой на мне, и…

…кладу его горячие пальцы себе между ног, прямо туда, где до сих пор нет трусиков.

– Машка, блин, ты че творишь? – Бесо тут же прибивает меня спиной к двери, стискивая меня в своих горячих объятиях, рычит недовольно мне в шею, однако… руку свою не отнимает.

Наоборот принимается бережно поглаживать мои влажные губки своим шершавым пальцем.

– Сумасшедшая просто, – рычит он мне в шею, принимаясь покрывать мою кожу короткими поцелуями.

– Ммм, – тихо стону я.

– Почему такая мокрая? – выдыхает.

– Я же сказала, что хочу… – шепчу я с придыханием, – тебя.

– С чего вдруг? Еще недавно ты меня боялась.

– А теперь боюсь, когда тебя нет рядом, – говорю и осознаю, что так оно и есть.

Сейчас все, чего я боюсь, это потерять его.

Не суметь удержать.

Оказаться для него недостаточно женственной, как для его брата.

Недостаточно привлекательной.

Недостаточно зрелой, для серьезных отношений, к каким он должно быть привык с другими женщинами.

Боюсь быть для него… недостаточной.

Чувствую, как его палец осторожно проникает в меня, и невольно сжимаюсь вся.

– Тебе больно? – он явно намерен убрать руку.

– Нет-нет, – вцепляюсь пальцами в его предплечье, не позволяя ему остановиться. – Просто… непривычно немного.

– Ты и правда чокнутая, разбойница, – шепчет он мне в волосы усмехаясь. – Но если это снова твой очередной хитрый план, то имей в виду я тебя не отпущу.

– Хорошо, – выдыхаю я с удовольствием, чувствуя, что уже напрочь теряю связь с реальностью. – Не отпускай…

Его горячие губы впиваются в мою шею, а палец ритмично покачивается вглубь меня, вынуждая все внутри меня гореть от предвкушения какого-то важного открытия.

Обвиваю шею своего Беса руками, почти повисая на нем от бессилия. И слышу, как он рычит натурально. Голодно целует мою кожу на шее. Спускается ниже и прямо через свою же футболку прихватывает зубами мой набухший сосок, и слегка посасывает его, и это становится последней каплей для того, чтобы внутри меня будто что-то взорвалось.

Это что-то… непередаваемое…

Внизу живота словно лава растекается, а в глазах искры сверкают, и ноги подкашиваются от внезапно одолевшей меня слабости.

Будто сквозь непроходимую дрему чувствую, как Бесо подхватывает меня на руки и… несет в свою кровать.

И мысль только одна бьется в голове: лишь бы не отключиться, пока мы не доведем дело до конца.

Чтобы никто не посмел у меня его забрать…

Глава 47. Маша

Резко открываю глаза и даже не сразу понимаю где я, а главное… где мой Бесо?

Мне что же… это все приснилось что ли?

В панике озираюсь в темной комнате, вижу, что небо едва сереет за окном, значит уже совсем скоро рассвет. К собственному облегчению умудряюсь выхватить из полумрака детали, которые помогают мне распознать спальню Беса, но вот… самого его все еще нигде не видно.

Я должна срочно найти его. Мне просто жизненно необходимо знать, что мне не привиделось это всё.

Довольно резко сбрасываю с себя одеяло, и свешиваю ноги с кровати и… наступаю на кого-то очень горячего.

– Проснулась, милая? – тихо хрипит Бесо, ловит мою ступню и… целует мои пальцы на ногах.

– Что ты?.. пусти… – смущаюсь сильнее, чем когда он трогал меня между ног всего каких-то несколько часов назад. – Что ты там делаешь? – ворчу я, пытаясь спрятать неловкость за раздражением.

– Решил не оставлять тебя в комнате одну, на случай если мои родственники не до конца поняли мои угрозы.

– Я не об этом! – шиплю я в темноту. – Есть ведь кровать! Почему ты на полу?!

Он вздыхает устало, будто я снова чего-то не понимаю. А я правда не понимаю. Он же собрался на мне жениться. Говорит, что хочет меня и всё такое. А сам… спит на полу.

– Маш, я не хочу спешить, – говорит он тихо. – Хочу все правильно сделать. Завтра поженимся, тогда и будем вместе в кровати спать.

– Ладно, – соглашаюсь я, забираю у него свою ногу и… сползаю с кровати, – тогда сегодня вместе на полу.

– Это еще почему? – Бесо тут же отодвинуться пытается. – Я не это имел в виду.

– Я может тоже имела в виду не то, что ты подумал. Но кого это интересует, так ведь?

– Маша, вернись на кровать, – велит в приказном тоне.

– Только с тобой, – отвечаю ему в с тоже командирской интонацией, и укладываюсь поудобнее, давая понять, что с места не сдвинусь.

– Такая упрямая, – рычит он, подхватывает меня на руки, и одним резким движением закидывает на кровать. – Не смей слезать.

– А ты попробуй останови, – фыркаю я и тут же свешиваю ноги обратно.

Но он кладет свои ладони на мои бедра, останавливая меня:

– Маша, тебе нельзя спать на полу. Хватит уже приключений в лесу, я не позволю тебе снова мерзнуть.

– А я тебе! – отрезаю я. – Либо ты ложишься со мной, либо мы вместе будем спать на полу, ясно?

Даже в темноте вижу, как он трет переносицу, а затем куда спокойнее говорит:

– У меня в подчинении целый полк ходит. А одна мелкая зараза способна меня до бешенства довести своей упертостью.

Церемониально убираю его руку со своего бедра, и принимаюсь методично поправлять одеяло на кровати.

Видимо приняв это за мою капитуляцию, Бесо слегка отодвигается от кровати, явно собираясь улечься обратно на пол. И в этот самый момент я отодвигаю одеяло и буквально стекаю по простыне прямиком… в объятия Беса.

Он так и сидит по-турецки, и скорее на автомате сразу обнимает меня за обнажившуюся талию, потому что его футболка на мне задралась из-за неудачного маневра до самого пупка.

– Машшша… – шипит Бесо, сильнее сжимая мою талию.

И я уже чувствую как мне в задницу упирается что-то весьма твердое.

– Скажи, ты хотя бы осознаешь, как мучаешь меня, или у тебя это действительно выходит не нарочно?

– Не н-нарочно… – пищу я. – Но некоторое намерение имеется. Не мучать тебя конечно… это как-то само собой. Но… – замолкаю, когда его горячая рука зарывается в мои волосы и касается шеи.

– Мне таких сил стоило просто позволить тебе уснуть после того, как ты так сладко кончила, – хрипит он, до ужаса смущая меня столь неожиданно откровенными речами. – Почему ты не могла просто проспать до утра, м?

Меня будто жаром обдает от его слов. И прикосновений тоже. Ведь все это время Бесо вел себя довольно сдержанно, и я лишь по реакции его тела понимала, как он реагирует на мои нескромные поддразнивания. Но оказывается это совсем другое, когда Бесо начинает вести себя как голодный самец.

– Я ис-спугалась… – выдыхаю наконец в ответ.

– Чего? – как-то утешающе спрашивает он, проводя своей огромной ладонью по моим волосам.

– Того, что… тебя рядом нет, – признаюсь честно. – И что вообще мне все это приснилось и ты вовсе не мой, и… – осекаюсь, когда он прихватывает меня за затылок, притягивает к себе и его горячие губы коротко касаются моих.

– Я твой, – шепчет он в мой удивленно приоткрытый рот. – А ты моя.

То, что он говорит… невероятно просто.

То КАК он это говорит – тем более.

Я едва дышу, потому что в голову лезет просто сумасшедшая догадка…

– А теперь давай спать, радость моя, – хрипит он мне в губы как-то нехотя. – Сегодня нас ждет насыщенный день. Тебе нужно хорошо отдохнуть.

Вот опять. Заботится обо мне. Будто мне одной отдыхать надо.

И так ведь постоянно.

Он бережно возвращает меня на кровать, но сам с места не двигается, видимо снова ожидая от меня сопротивления.

Но я и пошевелиться не могу, пытаясь справиться с одним поразительным предположением.

Бесо что же… любит меня?

Разве это возможно?

Но иначе почему он так себя со мной ведет?

Почему глаз от меня не отводит.

Почему прикасается так бережно, будто я хрустальная.

Даже сейчас, его пальцы лежат на моей щиколотке, и едва заметно подглаживают мою кожу. Словно он просто удержаться не может.

И как я раньше этого не замечала? А может это случилось не так давно? Даже если так, но он ведь точно всегда был на моей стороне. Это я как дура вечно стояла на стороне предателя-Бори из-за чего и пыталась воевать с Бесом.

А он… молча любил меня…

– Бес?

– М?

– Иди ко мне, пожалуйста, – прошу я тихо.

И он вдруг… подчиняется.

Глава 48. Бесо

Отчаянно пытаюсь уснуть. Но нихрена не выходит. Ведь хуже, чем спать с Машенькой в одной кровати может быть только… не спать с Машенькой в одной кровати.

А она явно не спит. Я это чувствую всем телом. Кожей прямо. Иначе почему меня так ломает, будто я в обороне едва держусь.

Притихла правда. Словно мою бдительность усыпить желает. Или всего меня усыпить. А потом набросится на меня, когда я расслаблюсь, и…

Чувствую, как она сопит мне в плечо, и скорее на автомате поворачиваю к ней голову.

А может и правда спит?

Поворачиваюсь сильнее, стараясь не шуметь, чтобы не разбудить на случай, если она и правда уснула и не собирается ничего со мной делать.

Это лучший вариант для меня.

Ведь сам дьявол свидетель каких сил мне стоит устоять перед ней. Будь моя воля я бы уже давно ее взял, но боюсь, что как только она получит желаемое, – лишится невинности, – так и сбежит. Хотя и заверяет, что ничего подобного не замышляет, но я не могу так рисковать.

Да и не та она девушка, с которой стоит торопиться. Я хочу быть уверен, что она готова. Готова стать моей женой по-настоящему…

Осторожно убираю с красивого личика растрепавшиеся волосы. Не реагирует. Только сопеть продолжает.

Тогда я слегка зарываюсь пятерней в ее шелковые волосы, и целую ее макушку, пытаясь осознать одну удивительную мысль: Маша в моей кровати.

Я этому рад как мальчишка. И от того же напряжен, что не в силах даже спать.

Она говорит, что хочет меня. И это мне покоя не дает.

Может ли это быть правдой? Или она это только ради достижения своей цели так издевается надо мной?

Но она ведь и правда очень мокрая была… Бляяя, об этом лучше пока вообще не думать, иначе это точно закончится плохо.

Но остановиться совсем не получается.

Кто бы мог подумать, что моя разбойница окажется такой чувственной.

Я с ума с ней сойду. Еще даже до свадьбы, до клей осталось всего несколько часов вроде.

Хочу ее до боли в паху.

Она еще пахнет как сам грех. У меня просто сил нет держаться.

Пытаюсь отвлечься на посторонние мысли, но все время возвращаюсь к ней, мирно сопящей в моих объятиях.

Неужели и правда спит спокойно.

Признаться, я ведь думал, что она и вовсе всю ночь проплачет. Ведь ей сердце разбили, еще и нервы потрепали.

Боря – урод. Притащил эту свою девицу. Еще и мама их поддерживать кинулась. Не рановато ли для благословений?

Но кажется в итоге меня самого это все взбесило куда сильнее, чем Машу. Она так быстро переключила свое внимание на меня, как только мы оказались в комнате, что мне даже на момент показалось, что она и вовсе забыла о том, что за дверью остался ее несостоявшийся жених. И что этот придурок ей наговорил будто тоже забыла.

Зато я не забыл…

И как только Маша практически отключилась в моих руках после оргазма, я вышел на серьезный разговор со своим семейством и даже отца привлек.

Отчитал брата и мать за то, как они посмели говорить с моей женой. И отдельное внимание отвел столь скорому появлению в нашем доме новой дамы моего брата, будто мама и Боря специально назло Маше моей ее притащили.

– Почему сразу назло? – возмутилась в ответ мама. – Бесо, по-твоему на твоей этой Марии свет клином сошелся? Мне просто не терпелось познакомиться с новой невесткой!

– Сейчас твоя невестка – Маша! – отрезаю я. – И напомню, что завтра у нас свадьба. По-твоему нормально такую свинью подкладывать моей невесте прямо перед регистрацией? – как-то по инерции киваю на мадам притихшую за столом, накрытым вроде как в нашу с Машей честь. – Либо вы ее сейчас же отсюда убираете, либо я предупредил уже – уйду я, вместе со своей женой.

– Бесо, где твои манеры?!.. – было взвивается мама, явно оценив мой посыл про «свинью».

Но отец ее снова тормозит:

– Тише, Лиля. Бесо дело говорит. Ты очень некрасиво поступила с Машей. У нее завтра свадьба, а вы нервы девочке продолжаете трепать! – строго припечатывает он.

– Но, Георг… – хочет возмутиться мама.

Однако отец поднимает руку, останавливая ее одним только жестом:

– Я думал, что в моем доме мое слово закон, жена, – припечатывает он. – И считал, что одного раза озвучить свое мнение достаточно, чтобы ты осознала серьезность ситуации и сменила свое отношение к Марие. Но ты вынуждаешь меня извиняться перед сыном за твое неподобающее поведение. И об этом мы с тобой тоже еще поговорим!

Мама аж глаза на него таращит, но сказать больше ничего не решается. Ведь отец нечасто отчитывает ее.

Признаться, вот так на глазах у посторонних пожалуй и вовсе впервые сегодня.

Но раз она даже мои слова не поняла, то может хотя бы отец теперь донесет до нее то, что я не смог. Именно поэтому я и привлек его к разговору.

Он окидывает маму строгим взглядом и поворачивается ко мне:

– Вот, как мы поступим, сын. Я сейчас позвоню твоему дядьке, и мы уедем к нему в гости на весь вечер, – предлагает вдруг отец. – А ты спокойно готовься к регистрации вместе со своей невестой. И извинись за нас перед Машей, неча ей в комнате прятаться. Пусть выходит, поест как следует, – он на мать косится, – все что захочет. И выспится хорошенько, зная, что никто ее больше не потревожит.

Я не стал говорить, что Маша уже крепко спит. И будить ее после их ухода тоже не стал.

Поесть ей конечно надо, но поспать не меньше после всех наших лесных приключений.

Сам к ней в комнату вернулся. На случай, если моя родня по возвращении от дядьки надумает еще как-то насолить моей невесте.

Но время к утру. А никто так и не вернулся.

И это будто создает дополнительное напряжение во всей этой ситуации с совместной ночевкой.

Мне бы уйти, зная, что она наконец-то спит и явно рано утром уже никто из моих родственников не заявится, а значит и Маше ничего не грозит.

Но я просто физически не могу себе позволить оторваться от нее…

Осторожно прижимаю к себе миниатюрную фигурку, стараясь не думать о том, что на ней все еще только моя майка.

Только…

Вот черт!

Не думать об этом никак не выходит.

У меня стоит. И ладонь моя будто против воли скользит вниз по хрупкой спинке, как бы случайно касаясь пальцами обнаженной кожи чуть ниже моей футболки.

Меня будто током прошибает от любого прикосновения к ней. Я взорвусь сейчас, клянусь.

Успокаивает только тот факт, что Маша спит. Иначе мне точно крышка.

Но ровно в тот момент, когда в сознании мелькает эта мысль, я вдруг чувствую… ее мягкие губы на своей шее.

И тихий шепот:

– Кажется теперь попался ты…