Текст книги "Методичка для избранных (с рукописными правками) (СИ)"

Автор книги: Анфиса Мэй

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 13 страниц)

Глава 4
Система судьбы в действии

Вита переступила порог таверны «Три хвоста» – и мир вокруг неё поломался окончательно. Нет, стены не рухнули, пол не провалился. Но над головами людей… появились зелёные чекбоксы.

Сначала она подумала, что это игра света – дешёвые светильники с магическими светлячками могли давать такие блики. Но светлячки не умеют писать. А чекбоксы умели. Над головой бородатого мужика, который сидел у стойки и пил эль, висела плашка:

* Дракон найден? [ ] Да [ ] Нет / Шкала драматичности: 34%

Над головой женщины с подносом:

* Выполнены условия для любовной линии? [ ] Да [ ] Нет (требуется дождь)

А над головой самого бармена – пухлого дядьки с усами – красовалось:

* Секретный трагический опыт [ ] Раскрыт [ ] Не раскрыт (рекомендуется активировать в главе 12)

Вита моргнула. Чекбоксы не исчезли.

– Это… – прошептала она. – Это глюки. У меня галлюцинации с интерфейсом. Я, наверное, слишком много работала с Excel.

Она повернула голову в сторону – и увидела, что над каждым посетителем таверны парили целые панели управления. Шкалы совместимости, таймеры, индикаторы настроения, уровень пафоса, процент готовности к драме.

У одного парня в углу шкала «Скрытая травма детства» была заполнена на 92%. Рядом мигала надпись: Внимание! При превышении 100% откроется флешбек на три страницы.

– Это не смешно, – сказала Вита.

И тут прямо перед её лицом материализовалось новое окно.

* СИСТЕМА СУДЬБЫ (Версия 2.3beta) ⚠️

*ВНИМАНИЕ! Запущена сцена: «ПЕРВАЯ ВСТРЕЧА С ОДНИМ ИЗ ИСТИННЫХ»

* Статус: АКТИВНА

* Локация: Таверна «Три хвоста»

*Участники: Избранная (Вита) vs Истинный №1 (Тёмный)

*Ожидайте спонтанную химию через: 3… 2… 1…

[Отменить] [Переназначить] [Пожаловаться]

Пожалуйста, следуйте сценарию.

– Я не буду никому следовать, – прошептала Вита. – Я сама сценарий пишу. Вернее, правлю.

Но интерфейс её уже не слушал. Он сосредоточенно подгружал декорации. В центре таверны, за отдельным столиком, освещённым единственным лучом света (откуда он взялся в помещении без окон – загадка), сидел мужчина. Вита сразу поняла, что это он. Тёмный. Потому что таких персонажей не спутаешь ни с кем.

Лаэр – так гласила табличка над его головой – был красив той самой «опасной» красотой, которую авторы любовных романов описывают на три страницы, но по сути сводится к «Брюнет, бледный, скуластый, с тёмными глазами». На нём был длинный чёрный плащ, и когда он чуть повернулся, Вита заметила подкладку с черепами. Маленькими, белыми, явно нарисованными с любовью к стереотипам.

– О, – сказала Вита себе под нос. – Черепа на подкладке. Это уровень «я злой, вы что, не видите?». Осталось только усы приклеить и написать на лбу «злодей».

Она подошла ближе. Интерфейс подгонял:

Расстояние до Истинного: 2 метра. Рекомендуемая скорость сближения: медленная, с лёгким колебанием. Добавить «случайное» падение на него? [Да] [Нет]

– Нет! – рявкнула Вита так громко, что несколько посетителей обернулись.

Лаэр поднял голову. В его руке был пергамент. Не лист бумаги, а именно пергамент – скрученный в трубочку, с сургучной печатью, которая болталась на красной ленте.

Он посмотрел на Виту, потом на пергамент, потом снова на Виту. Его пальцы слегка дрожали – то ли от волнения, то ли от того, что он пытался развернуть свиток одной рукой, сохраняя «загадочную позу».

Статус Истинного №1: подготовка к монологу. Ожидайте пафос. Уровень пафоса: 87% (рекомендовано не менее 90%).

– Мог бы и до ста поднажать, – шепнула Вита.

Лаэр, наконец, развернул пергамент. Глубоко вздохнул. Поднял глаза к потолку – видимо, для настроя. И начал читать.

– Я… – сделал паузу. Долгую. Очень долгую. Такую, что за окном успел дважды пройти туда-сюда стражник. – … твой кошмар.

Он посмотрел на Виту, проверяя эффект. Вита стояла с каменным лицом. Лаэр опустил глаза в пергамент, пробежался по строчкам, нашёл нужную.

– И… – снова пауза. На этот раз он даже прикрыл веки для драматизма. – … твоя судьба.

Снова взгляд на Виту. С надеждой. Вита молчала. Лаэр занервничал. Перевернул пергамент – там было продолжение. Он быстро пробежал глазами текст, нашёл последнее слово и выпалил:

– Трепещи!

И замер. Руки опустил. Пергамент прижал к груди, как спасательный круг.

Тишина.

В таверне было слышно, как жуёт крылышко посетитель за соседним столиком.

Вита медленно наклонила голову.

– Всё? – спросила она.

Лаэр кивнул. Потом заглянул в пергамент, проверил, ничего ли не пропустил. Покачал головой.

– Всё, – подтвердил он. Голос у него был нормальный, без намёка на пафос. Обычный мужской голос. Уставший. Даже немного виноватый. Вита заметила, как он украдкой подсматривает в шпаргалку – не просто держит её для вида, а реально водит пальцем по строкам, бормоча губами.

– Это всё ты сам придумал? – спросила она.

Лаэр замер. Рука с пергаментом застыла в воздухе. Его глаза расширились – то ли от ужаса, то ли от того, что такого вопроса не было ни в одной инструкции. Над его головой табличка сменила цвет с зелёного на жёлтый:

* НЕПРЕДВИДЕННЫЙ ЗАПРОС * Истинный №1 получил вопрос, не предусмотренный сценарием. Обработка…

Вита повернула голову – над ней тоже что-то мигало. Интерфейс выдавал ошибку:

text

───────────────────────────────────────────────────────────

* КРИТИЧЕСКАЯ ОШИБКА СЦЕНАРИЯ

* Сцена: «Первая встреча с Истинным №1 (Тёмный)»

* Ошибка: «Сценарий не предусматривает вопросов»

* Ожидаемая реплика Избранной:

– «О, мой Тёмный, я вся трепещу!» (вариант 1)

– «Твой голос пронзил моё сердце» (вариант 2)

– Молчаливое падение в обморок (вариант 3)

Полученная реплика: «Ты сам это придумал?»

* Действия системы:

[ ] Перезапустить сцену

[ ] Игнорировать вопрос и продолжить

[ ] Вызвать администратора судьбы

[*] Паника (выбрано автоматически)

───────────────────────────────────────────────────────────

Интерфейс начал моргать красным. Где-то в недрах таверны послышался звук, похожий на зависший компьютер – низкое, заунывное «бз-з-з-з».

Лаэр стоял, не двигаясь. Даже не дышал, кажется.

– Ты в порядке? – спросила Вита.

Он моргнул. Пергамент выпал из рук и упал на пол с тихим шорохом.

– Я… – начал он и замолчал. Над его головой табличка сменилась на:

Истинный №1: В СОСТОЯНИИ НЕОПРЕДЕЛЁННОСТИ. Пожалуйста, подождите.

– Я задала простой вопрос, – сказала Вита. – «Ты сам это придумал?» Да или нет.

– Система… – прошептал Лаэр. – Система не разрешает мне отвечать на вопросы, которых нет в сценарии.

– А если я настаиваю?

– Тогда… – он сглотнул. – Тогда, наверное, случится что-то плохое.

Как по команде, интерфейс выдал новое сообщение:

ВНИМАНИЕ! НЕСАНКЦИОНИРОВАННЫЙ ДИАЛОГ. Применяются штрафные санкции:

– Снижение уровня пафоса на 50%

– Отмена эффекта «загадочная опасность»

– Добавление бага «неловкость» к Истинному №1

Прямо на глазах у Виты плащ Лаэра стал менее чёрным, черепа на подкладке побледнели и начали исчезать. Сама подкладка превратилась в обычный серый хлопок. Лаэр посмотрел на свой плащ с ужасом.

– У меня забирают визуальную идентификацию! – прошептал он. – Это… это конец карьеры!

– Ты актёр? – спросила Вита.

– Я никто, – ответил Лаэр. – Я просто стажёр из отдела магического учёта. Мне сказали: «У тебя подходящий типаж, бледный, худой, можешь смотреть исподлобья?» Я сказал: «Могу». И вот уже три месяца я читаю с листа, потому что свои реплики я не запомнил ни одной.

Он наклонился, поднял пергамент и развернул его к Вите.

Там было написано от руки, крупными буквами, с пометками на полях:

«Я… (пауза 3 секунды)…твой кошмар и… (проверить, не выпала ли печать)…твоя судьба. Трепещи! (после слова „трепещи“ замереть и ждать реакции. Если Избранная не падает в обморок – см. приложение Б, пункт 7)»

Вита прочитала. Потом перечитала. Потом посмотрела на Лаэра.

– Там есть приложение Б? – спросила она.

– Есть, – вздохнул Лаэр. – Но я его потерял. Поэтому если вы не падаете в обморок, я просто стою и надеюсь, что вы сами что-нибудь сделаете.

*Обнаружен сбой в работе Истинного №1: потеря приложения Б. Рекомендуемая замена: импровизация. Но импровизация не предусмотрена регламентом.

– Слушай, – Вита подошла ближе. – А что будет, если ты просто… перестанешь читать по бумажке и скажешь что-то от себя?

– Я не знаю, – честно ответил Лаэр. – Мне кажется, мир взорвётся. Или судьба оштрафует. Или у меня отключат магическую страховку.

Он посмотрел на неё с тоской.

– Вы первая, кто спросил меня «сам ли я это придумал». Обычно все сразу начинают трепетать и падать в обмороки. Мне даже ни разу не пришлось использовать приложение Б.

– Мне жаль тебя, – сказала Вита. – И себя заодно. И этот мир, который настолько плохо написан, что его Тёмный Повелитель – стажёр, потерявший приложения Б.

Она подняла пергамент, посмотрела на корявый почерк, на пометку про паузу в три секунды.

– Знаешь что? – сказала она. – Давай договоримся. Ты не будешь читать эту чушь. Я не буду трепетать. А системе мы скажем, что встреча прошла по сценарию.

– Разве так можно? – робко спросил Лаэр.

– Я редактор, – сказала Вита. – Я меняю сценарии каждый день. И ни один автор ещё не умер от того, что я вычеркнула слово «чресла».

Она выхватила из кармана распечатку методички, нашла раздел про «Первые встречи» и жирной чертой зачеркнула пункт «Обязательный пафосный монолог Тёмного».

Рядом дописала от руки: «Заменить на обычный человеческий разговор. Да, это возможно. Да, это не страшно.»

Как только она дописала, интерфейс издал звук – не писк ошибки, а скорее удивлённое «хм».

*Правка принята к рассмотрению. Сцена «Первая встреча» переведена в статус «альтернативный сценарий». Штрафы временно отменены.

Лаэр посмотрел на свои руки. Плащ снова стал чёрным, но черепа на подкладке не вернулись. Вместо них появились маленькие улыбающиеся смайлики.

– Это… – он растерянно потрогал подкладку. – Это вообще законно?

– Теперь законно, – сказала Вита. – Я только что это вписала.

Она убрала методичку и села на свободный стул напротив него.

– Так что, Лаэр, временно исполняющий обязанности Тёмного Повелителя. Рассказывай. Как ты вообще попал в эту дурацкую систему?

Лаэр сел. Спрятал пергамент в рукав – уже без паники, скорее по привычке.

– С чего начать? – спросил он.

– С начала, – сказала Вита. – У нас есть время. Судьба, кажется, зависла в неопределённости.

Над ними интерфейс моргал жёлтым:

Сцена «Первая встреча»: статус «неопределённый». Ожидание дальнейших указаний. Рекомендуется кофе.

– Видишь? – усмехнулась Вита. – Даже судьба советует кофе. А ты хотел пафос.

Она поманила бармена.

– Два кофе. Честных. Без магии. И без чресел.

– У нас нет чресел, – робко сказал бармен.

– Это вы так думаете, – ответила Вита.

И улыбнулась. Впервые за сегодня – почти искренне.

Глава 5
Первый сбой сценария

Вита и Лаэр сидели за деревянным столиком в углу таверны «Три хвоста». Между ними стояли две кружки с кофе – настоящим, чёрным, без магии, без «приворота по рецепту из методички». Бармен клялся, что варил его сам, и даже показал мешок с зёрнами, на котором не было ни одной светящейся надписи.

– За это уже можно уважать, – сказала Вита, делая первый глоток. Кофе оказался горьким, горячим и очень вкусным.

Лаэр сидел напротив, сжимая свою кружку обеими ладонями, словно боялся, что она исчезнет. Без пергамента и без пафоса он выглядел… обычным. Молодым парнем летдвадцати пяти, с усталыми глазами и лёгкой щетиной, которая скорее говорила о недосыпе, чем о «брутальной опасности».

– Я впервые пью кофе без ремарки «зловеще отхлебнул», – признался он. – Обычно требуется, чтобы я делал всё с «тёмным величием». Даже дышал.

– И как, получалось?

– Один раз я чихнул с «тёмным величием». Заложило уши на три дня.

В таверне было шумно – посетители перешёптывались, бросали на них взгляды, но не приближались. Над головой каждого по-прежнему висели зелёные чекбоксы, шкалы и таймеры, но Вита уже почти привыкла. Почти.

Потому что интерфейс перед её глазами вдруг снова ожил.

────────────────────────────────────────────────────────────

* СИСТЕМА СУДЬБЫ (Версия 2.3beta)

*Обнаружена нерегламентированная пауза в диалоге.

*Сцена: «Развитие отношений после первой встречи»

*Цель сцены: вызвать у Избранной эмоциональный отклик.

*Требуемый результат:«дрожь в коленях»+«необъяснимое влечение» к Истинному №1.

*Запуск протокола эмоционального воздействия…

────────────────────────────────────────────────────────────

Вита почувствовала, как по ногам пробежал холодок. Нет, не тот, который бывает от сквозняка. Какой-то искусственный, с привкусом фальши.

– Ты чувствуешь? – спросила она Лаэра.

Он кивнул, поёжившись.

*Протокол эмоционального воздействия: стадия 1. Генерация «дрожи в коленях»…

Колени Виты мелко задрожали. Дрожь была совершенно не связана с холодом или страхом – скорее напоминала нервный тик.

– Прекрати, – сказала Вита интерфейсу.

*Не могу. Дрожь в коленях – обязательный элемент сцены «зарождающееся влечение». Без неё читатель не поймёт, что героиня взволнована.

– Читатель поймёт, если я честно скажу: «Мне интересно с тобой разговаривать».

*Несанкционированная реплика. Продолжаю генерацию.

Дрожь усилилась. Теперь у Виты стучали зубы, хотя в таверне было тепло.

– У меня аллергия на пафос, – прошептала она сквозь зубы. – И на принудительную химию тоже.

*Стадия 2. Генерация «необъяснимого влечения». Пожалуйста, посмотрите на Истинного №1 с томным прищуром.

Вита посмотрела на Лаэра. Тот сидел с каменным лицом, но его левый глаз дёргался – видимо, система пыталась заставить его «загадочно улыбнуться».

– Не смотри на меня так, – попросил Лаэр. – У меня от этого протокола веки сводит.

– Я вообще никак не смотрю. Я смотрю как на обычного человека, который пьёт кофе и у которого дёргается глаз.

*Недостаточно томности. Уровень влечения: 3% (требуется минимум 70%). Повышаю воздействие.

Вита почувствовала, как внутри неё поднимается что-то тёплое. Но не то тепло, которое бывает от симпатии. Скорее, как будто ей под кожу залили жидкий сироп – приторный, искусственный, с пометкой «ароматизатор, идентичный натуральному».

– Это отвратительно, – сказала она. – Ты чувствуешь эту сладость?

– Ага, – кивнул Лаэр, морщась. – У меня сейчас начнётся аллергия на «необъяснимое влечение». В прошлый раз меня высыпало. Система сказала, что это «романтическая сыпь», и добавила бонус к обаянию.

Вита сжала кружку так, что побелели костяшки. Она не могла позволить системе управлять её чувствами. Она – редактор. Она сама решает, что чувствовать, а что вычёркивать красным.

– Я не буду испытывать то, что ты мне навязываешь. Понял? – сказала она, глядя в пространство, где висел интерфейс.

*Избранная не имеет права выбора эмоций. Эмоции назначаются сценарием.

– Это я сейчас проверю.

Вита мысленно представила себе красную ручку. Ту самую, которой она вычёркивала «чресла» и вписывала «спроси согласие». Она представила, как зачёркивает строчку «дрожь в коленях» и пишет сверху: «отменить как нефизиологичное».

Интерфейс замигал.

*Обнаружена попытка несанкционированного редактирования. Пожалуйста, выберите эмоцию из предложенных вариантов.

Перед Витой появилось новое окно:

───────────────────────────────────────────────

* ВЫБОР ЭМОЦИИ ДЛЯ СЦЕНЫ 'РАЗВИТИЕ ОТНОШЕНИЙ

* A) Трепет (рекомендуемый)

* B) Страх (альтернативный, при наличии травмы)

* C) Гнев (не рекомендуется, может испортить химию)

* D) Своё (пожалуйста, впишите вручную)

* Внимание: выбор D может привести к нестабильности сценария.

─────────────────────────────────────────────────

Вита не раздумывая ткнула в D. Появилось пустое поле.

Она набрала: «ироничное любопытство».

Нажала «Подтвердить».

Интерфейс завис на секунду. Потом выдал:

*Вариант «ироничное любопытство» не найден в словаре эмоций. Добавить? [Да] [Нет]

– Добавить, – твёрдо сказала Вита.

*Словарь эмоций обновлён. Пункт 247: «ироничное любопытство» – редакторская правка.

И тут мир дал сбой. Сначала просто моргнул свет. Потом кружки с кофе на секунду стали квадратными – а потом снова круглыми. Посетители таверны замерли с поднятыми вилками, как будто кто-то нажал «паузу».

Музыкальная подложка, которая фоном играла всё это время (Вита даже не замечала её, но она была – стандартная романтичная арфа), вдруг сбилась на техно.

Бух-бух-бух-бух.

Бармен за стойкой начал непроизвольно кивать в такт. У него на лице застыло выражение «я не знаю, что происходит, но ритм хороший».

– Что это? – спросил Лаэр, оглядываясь. Его левый глаз дёргался уже в такт техно. Правый – против такта. Получился неконтролируемый нистагм.

– Это сбой, – сказала Вита. – Я выбрала эмоцию, которой здесь не было, и система не знает, как это обработать.

*КРИТИЧЕСКАЯ ОШИБКА: эмоция «ироничное любопытство» не совместима с протоколом «романтическое влечение». Попытка эмуляции…

Техно сменилось на дабстеп. Кружки подпрыгнули на столе. У Лаэра из уха пошёл дым.

– Там искрит, – сообщил он, трогая мочку. – Это нормально?

– В редактуре всё нормально, – ответила Вита, хотя сама уже не была уверена.

*Эмуляция не удалась. Запуск аварийного протокола: смешение жанров.

Таверна начала мерцать. На секунду она стала похожа на космический корабль – металлические стены, мигающие лампы, посетители в скафандрах. Потом снова превратилась в средневековый кабак. Потом в офис издательства «Пломбир» с рядами столов и кулерами.

– Это мой офис! – сказала Вита. – Верни меня назад!

*Не могу. Сбой глубинный. Пожалуйста, выберите базовую эмоцию для стабилизации.

Вита посмотрела на Лаэра. Тот сидел, держась за край стола, и его лицо выражало смесь страха, удивления и – как ни странно – лёгкого веселья.

– Ты как? – спросила Вита.

– Я никогда не был в космосе, – сказал Лаэр. – И в офисе тоже. Это… интересно.

Он посмотрел на неё. Без пафоса. Без дёргающегося глаза. Просто посмотрел. И Вита вдруг поняла, что её «ироничное любопытство» работает. Ей правда было любопытно: что он чувствует? Что он думает? Как он оказался в этой дурацкой системе?

*Стабильность сцены: 12% и падает. Рекомендуется вернуться к штатным эмоциям .

– Заткнись, – сказала Вита интерфейсу. – У нас сейчас будет нештатная эмоция. И она, может быть, впервые настоящая.

Она повернулась к Лаэру.

– Слушай. Мне не страшно. Меня не трясёт. Я не хочу бросаться тебе на шею. Но мне интересно с тобой разговаривать. Даже когда мир вокруг превращается в техно-офис-космос. Ты как себя чувствуешь?

Лаэр подумал.

– Не знаю, – честно сказал он. – По сценарию мы должны были уже поцеловаться и начать ревновать к официантке. А вместо этого ты выбрала «ироничное любопытство». И я… я тоже, кажется, его чувствую.

*ДВОЙНАЯ НЕШТАТНАЯ ЭМОЦИЯ! Аварийное отключение протокола влечения.

Техно резко оборвалось. Таверна перестала мерцать и снова стала таверной – с деревянными столами, светильниками и запахом жареного мяса. Только у бармена на лбу осталась маленькая зелёная искра, которую он тщетно пытался смахнуть.

Лаэр потрогал своё ухо – дым прекратился.

– Кажется, пронесло, – сказал он.

– Нет, – ответила Вита, глядя на интерфейс. – Ещё не всё.

Перед ней висело сообщение:

*Сцена «Развитие отношений» завершена с ошибкой. Причина: использование нештатной эмоции «ироничное любопытство» обоими участниками. Штраф: +10 к хаосу. Бонус: +5 к искренности.

Система переходит в режим «адаптации». Пожалуйста, не совершайте резких движений.

– То есть мы сломали систему, – подвёл итог Лаэр.

– Мы заставили её работать не по инструкции, – поправила Вита. – Это разные вещи.

Она отхлебнула остывший кофе.

– Добро пожаловать в редактуру, сладкий, – сказала она, глядя на Лаэра поверх кружки. – Здесь мы не трепещем по расписанию. Здесь мы чувствуем то, что чувствуем. И иногда от этого у людей из ушей идёт дым.

Лаэр помолчал. Потом улыбнулся – в первый раз без подсказки системы.

– Знаешь, – сказал он. – Дым из ушей – это лучше, чем «необъяснимое влечение». Хотя бы понятно, с чем имеешь дело.

Вита подняла кружку.

– За сбой сценария, – сказала она.

– За сбой, – ответил Лаэр и чокнулся.

Где-то в недрах интерфейса жалобно пискнула система, но её уже никто не слушал.

Глава 6
Слишком много…

Ночь в мире, который строится по методичке написания Любовных Романов, оказалась на удивление тихой. Вита спала в маленькой комнатушке на втором этаже таверны (потому что «гостиницу для избранных» ещё не построили, а «роскошные покои» по плану полагались только после третьей главы), и ей приснилась мёртвая лошадь. Лошадь молчала, не называла её истинной, и Вита подумала, что принца на белом коне ей видимо ждать не придётся.

Утром она спустилась во двор таверны «Три хвоста» с единственной целью – найти завтрак без магических добавок. Лаэр сидел за деревянным столом, пил кофе (уже без пафоса, просто пил) и читал пергамент, но теперь не шпаргалку, а, судя по всему, «Справочник стажёра тёмных сил».

– Доброе утро, – сказала Вита, садясь напротив. – Ты чего такой хмурый?

– Система прислала уведомление, – ответил Лаэр, не отрываясь от чтения. – Говорит, сегодня ожидается «сюжетное усиление». Я не знаю, что это значит, но в справочнике написано: «При сюжетном усилении рекомендуется держаться подальше от окон и не делать резких движений».

– Звучит как прогноз погоды в Санкт-Петербурге, – заметила Вита. – Ладно, переживём.

Она взяла кружку с кофе, которую принёс бармен (уже без искр на лбу, но с лёгким подозрением в глазах). Сделала глоток. Кофе был горячим, горьким и не пытался её соблазнить. Хорошее утро. Хорошее утро закончилось ровно через тридцать секунд. Сначала задрожала земля. Потом где-то за воротами замка раздался конский топот – такой громкий, будто скакала не одна лошадь, а целый табун, и все лошади были подкованы на фабрике драматических эффектов.

– Это что? – спросила Вита.

Лаэр заглянул в свой интерфейс (над его головой табличка замигала тревожным жёлтым) и побледнел.

– Это… второй.

– Второй кто?

– Второй Истинный.

– Я одного не переварила, а тут второй?– возмутилась Вита.

Но ответить ей не дали.

Потому что во двор таверны влетел всадник на белом коне. Конь был белым настолько, что больно было смотреть. Грива развевалась, копыта сверкали, а на морде у лошади было написано: «Я знаю, что я – метафора непорочности, и меня это бесит».

Всадник спрыгнул с коня и приземлился с идеальным щелчком каблуков. На нём были белые доспехи. Не серебряные, не стальные, а именно белые – как холодильник, который отмыли до стерильности. Нагрудник украшал золотой символ солнца, плащ был ослепительно белым, а на поясе висел меч, который, кажется, светился изнутри.

Мужчина поднял забрало. Под ним оказалось лицо, которое авторы любовных романов описывают как «мужественное и благородное» – квадратная челюсть, прямые брови, честные глаза цвета утреннего неба. Никакой небритости, никаких теней под глазами. Вылитый рыцарь с обложки, только без надписи «Приключения ждут!».

– О, – сказала Вита. – Ещё один. И он, кажется, пользуется отбеливателем для доспехов.

– Это Алдис, – прошептал Лаэр, косясь на интерфейс. – Рыцарь Света. Зануда первой степени. Мы с ним сталкивались на корпоративах судьбы. Он всегда побеждает в конкурсе «Лучшая улыбка года».

Алдис тем временем огляделся, нашёл глазами Виту (она стояла на крыльце с выражением «только не это») и сделал шаг к ней. Один шаг. Мерный, чеканный, как будто он всю жизнь репетировал походку. А потом упал на одно колено. Прямо перед ней. В лужу. Потому что накануне прошёл дождь, и двор не успел просохнуть.

Лужа была грязной. Белые доспехи Алдиса мгновенно обзавелись серыми разводами. Но рыцарь даже не поморщился – он поднял на Виту глаза, полные благоговения, и заговорил высоким штилем.

– О Избранная! – провозгласил он голосом, который, казалось, сопровождался невидимым хором. – Та, чей свет озарил этот тёмный мир! Я, Алдис, Рыцарь Света, клянусь своими доспехами и мечом, что буду беречь тебя от Тьмы!

Он бросил выразительный взгляд на Лаэра. Тот сидел с кружкой кофе, в своём сером плаще (черепа с подкладки исчезли после вчерашнего сбоя, остались только смайлики), и выглядел не как «Тьма», а как парень, который не выспался.

– Я буду защищать тебя от его козней! – добавил Алдис, указывая на Лаэра.

– Каких козней? – удивился Лаэр. – Я кофе пью. Это теперь козни?

– Тьма коварна! – отрезал Алдис. – Она может скрываться даже за безобидной кружкой!

– В моей кружке кофе. Хочешь, налью? Успокоишься.

– Не искушай меня, слуга мрака!

Вита переводила взгляд с одного на другого. Над ними обоими интерфейсы взбесились.

Над головой Лаэра:

* Истинный №1 (Тёмный) – статус «под угрозой замещения». Рекомендуется усилить пафос.

Над головой Алдиса:

* Истинный №2 (Светлый) – статус «активирован». Совместимость с Избранной: 96%. Рекомендуемый троп: «защитник и спаситель».

А между ними, прямо в воздухе, материализовалось огромное окно системы:

text

─────────────────────────────────────────────────────────

* * ВНИМАНИЕ! АКТИВИРОВАНА СЦЕНА «ТРЕУГОЛЬНИК (РАСШИРЕННЫЙ)»

*Участники:

* – Избранная (Вита)

* – Истинный №1 (Тёмный)

* – Истинный №2 (Светлый)

*Формат: 1 vs 2 (возможно добавление третьего)

*Задача сцены: создать напряжение между кандидатами.

*Ожидаемый результат: ревность, конфликт, выбор сердца.

*Время на сцену: 15 минут.

* Штраф за невыполнение: +30 к драме.

─────────────────────────────────────────────────────────

– Треугольник? – прочитала Вита вслух. – Расширенный? Вы серьёзно?

– Судьба серьёзна, о Избранная, – сказал Алдис, всё ещё стоя на одном колене в луже. – Мой долг – доказать, что свет надёжнее тьмы.

– Ты в грязи сидишь, – заметила Вита. – Какой же ты свет, если ты в грязи?

– Это временные трудности! – Алдис попытался встать, но доспех заскрипел, и он снова плюхнулся в лужу. – Свет не боится грязи! Свет очищает!

– Свет, который не может вылезти из лужи, – это не свет.

Лаэр фыркнул в кружку. Алдис бросил на него уничтожающий взгляд.

– Не смей смеяться, порождение тьмы! Твоя насмешка – лишь доказательство твоей порочности!

– Я не порождение тьмы, я стажёр, – вздохнул Лаэр. – У меня нет даже надбавки за вредность.

– Хватит! – Вита встала из-за стола. – Вы оба. Встаньте. И сядьте. И заткнитесь.

Алдис наконец-то поднялся на ноги. Его белые доспехи теперь были серо-бурыми, плащ напоминал тряпку для пола, а на шлеме сидел маленький грязевой червяк, который явно наслаждался ситуацией.

– Я буду беречь тебя от Тьмы! – повторил Алдис, отряхиваясь. – Даже если это будет стоить мне жизни!

– О, не надо сразу жизни, – сказала Вита. – Давай начнём с малого. Например, с того, что ты перестанешь падать на колени в лужи. Это не бережёт, это создаёт дополнительную работу для прачки.

– Избранная шутит, – с улыбкой сказал Алдис (улыбка была ослепительной, явно поработал хороший стоматолог). – Но я знаю, что в душе она тронута моей преданностью.

– Я тронута только тем, что у меня теперь два истинных. Я что, коллекционер?

Лаэр тут же вставил:

– Она моя по регламенту! – Он показал на интерфейс. – Смотри, я первый. У меня есть документ. «Истинная пара, акт №1». Ты где был, когда мы кофе пили?

– Я был в походе! – парировал Алдис. – Совершал благородные дела! Спасал деревни от дракона!

– Дракон, который спит на башне? – переспросил Лаэр. – Тот самый, который отказался быть опасным и теперь ведёт курсы по рыбной ловле?

– Он был опасен! – Алдис покраснел. – Просто… в тот день у него была депрессия.

Вита посмотрела на небо. Потом на распечатку методички, которая всё ещё торчала из кармана джинсов. Потом на двух мужчин, которые сверлили друг друга взглядами.

– Вы вообще спросить меня хотите? – спросила она.

Тишина. Алдис открыл рот. Закрыл. Лаэр замер с кружкой на полпути ко рту.

Над ними интерфейс выдал: Запрос не распознан.

– Что значит «не распознан»? – возмутилась Вита. – Я задала чёткий вопрос: «Вы хотите спросить меня?» Это простой русский язык. Или здесь все разучились спрашивать?

*Ошибка 404: «спросить Избранную» не найден в сценарии «Треугольник (расширенный)». В сценарии предусмотрены: ревность, дуэль, драматическое противостояние, но не предусмотрено «спросить». Пожалуйста, выберите один из доступных вариантов развития событий.

– Я выбираю вариант «спросить», – твёрдо сказала Вита.

*Вариант не найден. Сцена продолжается в автоматическом режиме.

– Да чтоб тебя! – Вита стукнула кулаком по столу. Кружка подпрыгнула. Алдис вздрогнул. Лаэр сделал глоток.

– Избранная гневается, – с уважением сказал Алдис. – Это признак сильного характера. Я восхищён!

– Я не гневаюсь. Я констатирую факт: вы оба ведёте себя как болваны. И никто не спросил меня, хочу ли я участвовать в вашем дурацком треугольнике.

– Но это судьба! – возразил Алдис. – Она не спрашивает.

– Тогда судьба – дура, – отрезала Вита. – И я сейчас возьму красную ручку и внесу правку.

Она достала методичку, нашла раздел «Любовный многоугольник» и жирной чертой зачеркнула пункт «Избранная не имеет права голоса». Рядом написала от руки: «Избранная – главное лицо. Спрашивать её мнение – обязательно. Без этого любовная линия недействительна».

Интерфейс жалобно пискнул.

*Правка принята к рассмотрению. Сцена «Треугольник» переведена в статус «ожидание согласования». Рекомендуемое время ожидания: от 3 до 5 рабочих дней.

– Рабочих дней? – переспросила Вита. – У судьбы есть рабочие дни?

*Судьба работает по графику. Сегодня – выходной по любовным вопросам. Пожалуйста, обратитесь завтра.

Алдис и Лаэр переглянулись.

– Она только что перенесла любовный треугольник на завтра, – сказал Лаэр. – Это вообще законно?

– Я не знаю, – признался Алдис. – В моём кодексе рыцаря такой ситуации не описано.

Вита села обратно за стол. Взяла кружку. Кофе окончательно остыл, но это была мелочь.

– Так, мальчики, – сказала она. – Пока судьба на выходном, мы будем жить по моим правилам. Первое: никто никому не должен по регламенту. Второе: если хотите со мной разговаривать – разговаривайте как люди, а не как архетипы. Третье: лужи обходите стороной, тут нет стиральной машины.

Алдис открыл было рот, чтобы что-то возразить, но Вита посмотрела на него так, что он закрыл рот и сел на лавку (предварительно отряхнув её от грязи).

– Я… попробую, – сказал он неуверенно. – Но если я не буду падать на колено, как читатель поймёт, что я – Истинный?

– Читатель поймёт по диалогам, – ответила Вита. – Если, конечно, они будут написаны без пафоса.

Она повернулась к Лаэру.

– А ты перестань говорить «по регламенту». Ты человек, а не договор.

– Я стажёр, – поправил Лаэр.

– Стажёр – это тоже человек. Просто с меньшей зарплатой.

Интерфейс над ними всё ещё мигал жёлтым, но уже не так навязчиво.

*Сцена «Треугольник»: статус «отложена по требованию Избранной». Штрафы: не применены (выходной).