Текст книги "Мои пожилые родители. Как заботиться о тех, кто заботился о нас"

Автор книги: Андрей Убогий

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 14 страниц)

Смерть

В книге о старости не обойтись без разговора о смерти. Редко кому выпадает завидная доля: прожить долгую жизнь и уйти быстро и безболезненно – скажем, во сне. Большинству же приходится трудно: умирать – непростая работа. И утешать надо всех: как самого уходящего, так и тех, кто его провожает.

Легче, конечно, верующим: для них смерть есть лишь этап перехода в иной, лучший мир. Эту уверенность выражает народная мудрость: «Родимся на смерть – а умрём на живот».

Для атеиста смерть означает просто-напросто прекращение всего – в том числе, и немалых страданий, сопровождающих жизнь. В этом тоже можно найти утешение: тем более в старости этих самых страданий бывает значительно больше, чем радостей.

Сократ, когда его приговорили к смерти, так утешал своих убитых горем учеников: «Что вы печалитесь? – говорил он им. – Если смерть есть всего лишь прекращение жизни, то я рад избавлению от её тягот, так мне надоевших. Если же меня ожидает загробная жизнь, то я буду рад встретить там умнейших людей, живших прежде меня – и наконец побеседовать с ними. Чего ж ужасаться тому, что в любом случае принесёт только благо?».

Боятся-то люди, как правило, даже не столько смерти как таковой – сколько страданий, сопровождающих умирание. В утешение можно сказать, что, во-первых, вместе с угасанием жизни слабеют и наши способности переживать, сознавать и оценивать ситуацию: то есть страдать. Почти у всех умирающих наступает смирение и равнодушие – что значительно облегчает уход из жизни.

А справиться с болью (что многих тревожит больше всего) помогают лекарства.

Лекарства же могут облегчить и состояние тех, кто ухаживает за умирающим: только это уже не обезболивающие, а транквилизаторы, снотворные или антидепрессанты. Остающимся жить надо есть и спать, и хоть как-то отвлекаться от тягостной ситуации: поэтому не отказывайтесь от помощи медицины. Ещё неизвестно, кому психологически тяжелее: умирающему или его близким. Как учит, опять же, народная мудрость: «Мёртвым покой, а живому забота».

Нельзя не коснуться и такой сложной темы, как эвтаназия, или «право на смерть». Под эвтаназией понимают содействие в наступлении смерти: действием или бездействием. В первом случае эвтаназия будет активная – это именно умерщвление человека – в другом же пассивная: это неоказание помощи.

В мире есть всего несколько стран, где эвтаназия законодательно разрешена – и несколько стран (в том числе и Россия), где она запрещена в любых формах. В большинстве же стран мира чётких законов об эвтаназии не существует, и медики действуют по ситуации и по велению совести.

Такое двойственное отношение к эвтаназии – кто-то «за», кто-то «против» – существует с древнейших времён. Так, в древнем Риме Сенат мог дать официальное разрешение на самоубийство тому, кто убедительно объяснил, почему он хочет расстаться с жизнью. И, вместе с таким разрешением, человеку давалась бутылка с настоем болиголова или цикуты.

С другой стороны, Гиппократова клятва гласила: «Я не дам никому просимого у меня смертельного средства и не покажу пути для подобного замысла».

В самурайской Японии ритуальное самоубийство (тоже, в сущности, вариант эвтаназии) возводилось в ранг добродетели и геройства. Не так давно, в 1945 году, десятки тысяч японских военных вспороли себе животы, узнав о капитуляции.

Что тут сказать? Свои весомые аргументы есть и у сторонников эвтаназии, и у её противников. Больше того: как врач я хорошо знаю, что пассивная эвтаназия совершается всюду, невзирая ни на какие запреты. Ни один здравомыслящий и порядочный доктор не будет, во чтобы то ни стало, продлевать страдания безнадёжно больного и бесповоротно уходящего в лучший мир человека. Не раз я слышал из уст коллег-реаниматологов фразу из «Лира»: «Оставь, не мучь – пусть дух его отходит…».

А вот что касается эвтаназии активной (её ещё называют «эвтаназия наполненного шприца»), то тут я решительно против. Смерть и без нашей помощи заберёт человека: грех её торопить. Тем более, если в наших силах облегчить боль, назначить снотворные, дать кислород и ещё как-то поддержать уходящего в его последней борьбе. Победить в ней он, конечно, не сможет – «Двум смертям не бывать, а одной не миновать» – но негоже нам, людям, выступать на стороне нашей извечной и главной противницы.

Сожаления старости

Австралийская сиделка Бронни Вэр, работавшая со старыми людьми, написала очень нужную книгу: «Пять главных сожалений умирающих». Она опрашивала уходящих из жизни – и оказалось, что больше всего они сожалели о следующем.

Во-первых, о том, что прожили не свою жизнь. Во-вторых, о том, что слишком много работали. В-третьих, что им не хватило смелости, чтобы выразить свои чувства дорогим для них людям. Четвёртое сожаление: мало общались с друзьями и близкими. И наконец пятое: люди жалели, что не позволили себе быть счастливыми. (К последнему пункту прямо-таки просится встать рядом афоризм нашего Козьмы Пруткова: «Хочешь быть счастливым? Будь им!»).

Не правда ли, важный и многое говорящий перечень сожалений? По каждому его пункту можно написать статью, а то и целую книгу. В известном смысле это прощальный наказ и завет, который старые люди обращают ко всем нам – тем, кто пока жив и даже сравнительно молод. Они словно нам говорят: «Не повторяйте наших ошибок – или исправьте их, пока есть время и силы…».

Но даже и старики, которым осталось быть с нами не так уж и долго – даже они могут что-то поправить. Признаться в скрываемых чувствах (надеюсь, хороших), побольше общаться с родными, поменьше работать (этот пункт выполнить легче всего) – и, пусть даже в последние годы, почувствовать счастье и радость жизни.

Интересно, что следом за Бронни Вэр подобные опросы проводились и в России. В чём-то ответы и сожаления стариков-россиян совпали с австралийскими, а в чем-то от них отличались. Наши жалели о том, что родили мало детей, что слишком много работали (тут совпадение), что мало путешествовали, что покупали ненужное, что мало общались с близкими (ещё одно совпадение), что мало учились и не искали веру.

Даже по этим вопросам видно: насколько мы, россияне, близки всем людям мира – но и насколько от них отличаемся. И, если уж выбирать какой-то опросник в качестве жизненного руководства – как жить, чтобы потом не пришлось пожалеть? – конечно, я выбрал бы наш.

Если же всё подытожить и выразить ещё короче, то можно вспомнить формулу Марка Твена, столь любимого русскими американца: «В старости мы пожалеем о том, что мало любили и мало путешествовали». Уж не знаю, есть ли у вас в настоящее время возможность путешествовать – но не сомневаюсь, что возможность любить есть везде и всегда.

Старики и старушки

Вот почему во всем мире женщины живут в среднем на 6–8 лет дольше мужчин? Видимо, такая у женщин «вписанность» в мир – что они, в отличие от мужчин, не торопятся расставаться с жизнью.

А у нас в России «средний» мужчина и пенсионером-то побыть толком не успевает: срок мужской жизни в России практически совпадает с пенсионным возрастом (65 лет). А разница в средней продолжительности жизни женщин и мужчин в России – аж целых 10 лет! Вот и выходит, что к восьмидесяти годам на одного старика приходится две старушки…

У Бориса Слуцкого есть на эту тему стихотворение: «Старухи без стариков». И первые же его строки объясняют, почему так случается: «Старух было много, стариков было мало: то, что гнуло старух – стариков ломало…»

Да, мужчины – хрупкие существа. И болезни, и жизненные невзгоды мы переносим куда хуже женщин. Я хорошо это знаю по собственному врачебному опыту. Даже в неласковых стенах больницы старушки умеют устроиться как-то уютно: они там и вяжут носки, и угощают соседок вареньем, и дают по телефону наставление внукам – словом, живут. А старики – те только терпят болезни, глядя на доктора испуганным, недоверчивым взглядом. Поэтому я, если был выбор, всегда охотнее брался лечить и оперировать женщин – пусть даже глубоких старушек – и знал: они не подведут.

Причин, по которым мужчины так уступают женщинам в продолжительности жизни, достаточно много. Это и более рискованный образ жизни, и приверженность разного рода вредностям (алкоголю и никотину), и неспособность справляться с эмоциями. Женщина, та поскандалит с мужем, поплачет или выговорится подружке – глядишь, на сердце у неё и полегчает. А мужчина, как правило, носит переживания в себе – и в итоге получает инфаркт миокарда.

Ещё мужчины очень боятся врачей и не любят обследоваться. Едва ли не половину пожилых пациентов-мужчин ко мне на приём приводят их жены: да и это им удаётся с большим трудом. А уж когда речь заходит о каких-либо неприятных или болезненных процедурах – мужчины порой буквально сбегают.

Но, помимо всех очевидных причин, мужчинам и «на роду написано» жить меньше женщин: такова наша генетическая программа. Вот и выходит, что на лавочках возле подъездов сидят лишь старушки – нередко вздыхающие по своим, отбывшим в лучший мир, старикам…

Творчество

Творчество – один из костров, который, как и любовь, согревает жизнь и наполняет её смыслом. А ведь именно в старости так важно согреться и обрести смысл существования (если он до сих пор не был найден). Поэтому творчество в старости – не просто приятное дополнение к жизни, но глубинная необходимость.

Тех, кто и так провёл в творческих усилиях всю свою жизнь, нет необходимости убеждать в благодатности творчества. И я с удовольствием перечислю художников, показавших нам, помимо физического долголетия – пример долголетия творческого.

Тициан: прожил 99 лет и умер, работая в мастерской. Микеланджело: жил 89 лет, а в день накануне смерти ваял статую Мадонны. Бернард Шоу: прожил 94 года, а умер оттого, что упал со стремянки, обрезая деревья. Пикассо: прожил 91 год, и именно поздний период творчества кажется знатокам наиболее интересным. Греческий драматург Софокл: прожил 90 лет, а пьесу, прославившую его – «Царь Эдип», – написал в 75 лет.

К этой достойной компании примыкают и Гёте, и Томас Манн, и Иван Алексеевич Бунин, создавшие свои вершинные произведения, когда им самим было хорошо за семьдесят лет: так что возраст творчеству не помеха.

«Но, – резонно скажете вы, – это все великие люди, каких единицы. А как быть простым смертным?» Но в том-то и дело, что творчество общедоступно. Пусть оно и не выражается в достижениях, заставляющих благодарных потомков замирать от восторга, но мы и не ставим столь грандиозных задач. Нам достаточно сделать более яркой, осмысленной и интересной нашу скромную жизнь.

Чем же можно заняться – особенно в старости, когда наконец появилось свободное время? Да очень многим: творческий подход применим всюду.

Как вам, к примеру, увлечение фотографией? Причём можно как фотографировать окружающий мир – людей, животных, природу или городские пейзажи – так и составлять альбомы из тех фото, которые накопились в течение жизни. А если добавить ещё и комментарии к ним, – кто снят, где, с кем и когда – получатся бесценные исторические материалы. Тем более, для фотографирования теперь не требуется каких-то особенных приспособлений и хитростей: смартфон всегда в кармане.

Возможно, фотоальбомом вы не ограничитесь, а захотите написать более подробные воспоминания о жизни? Прекрасно: мемуары и вас самих возвратят в прошлое, и оживят его – и, возможно, окажутся интересными вашим потомкам.

Ведение дневника: рекомендую его вам и как вид психотерапии, и как возможность для творчества. Причём для написания мемуаров и дневника вовсе не требуются какие-то особенные литературные способности: достаточно просто и без прикрас рассказывать свою жизнь. Подумайте, разве вам самим было бы не интересно прочитать: как жили, что ели-пили, чем занимались и о чем волновались ваши бабушка, дед, прабабка и прадед? Представьте: их давно уже нет, но их жизнь, закреплённая и отражённая в дневниках – вот она, перед вами…

Любите книги и музыку? Разрешите себе, наконец, погрузиться в мир слов и звуков. Ведь раньше, как я понимаю, времени на это не оставалось? Да и дальше его уж не будет: лучшее время – сейчас. Наслаждайтесь искусством сегодня. И знайте, что настоящий вдумчивый читатель, слушатель, зритель – это в каком-то смысле соавтор художника, создавшего произведение искусства. Книга, музыка или картина словно бы возникают каждый раз заново – когда мы погружаемся в них и творчески общаемся с ними.

А рукоделие – разве не творчество? В нём есть и радость создания нового («сотворение небывшего», как определял творчество философ Николай Бердяев), и отличная гимнастика для стареющих рук – да и просто-напросто польза. Пусть молодёжь греют варежки, шапки, шарфы, связанные бабушкиными руками – или веселят забавные безделушки, которые смастерил рукодельник-дед.

Даже кулинария – род творчества. Кто из внуков – если, конечно, им посчастливилось вырасти в полной и дружной семье – позабудет бабушкины пироги и котлеты? Может, семейные эти застолья останутся лучшим воспоминанием их жизни – и укрепят их в тяжёлые дни. А, значит, след кулинарного творчества будет жить даже дольше, чем тот человек, что хлопотал у плиты, поджидая любимых гостей…

Телефон

Роль телефона в настоящее время трудно переоценить. Порой кажется, что человек, потерявший телефон или забывший его дома, – вообще выпадает из жизни.

Да и старику – как обойтись без него? По сути, это единственный мост, соединяющий с окружающим миром. Тем более что по телефону сейчас можно не только позвонить детям или вызвать «скорую» – но и заказать лекарство или доставку еды.

Помимо того, что телефон часто незаменимый помощник, он ещё и неплохой тренажёр: пожилой родитель невольно выполняет «гимнастику для мозга», когда блуждает по дебрям интернета и трогает пальцами кнопки или сенсорный экран. Только телефон, как и многое другое, должен быть приспособлен «под старика» и удобен ему.

Существуют модели с большим экраном, с крупными яркими кнопками – как раз для старых пальцев и глаз (их ещё называют «бабушкафоны»). Программы и приложения в них должны быть самыми простыми: не то пожилой родитель быстро забросит подаренную вами игрушку.

Самые важные номера – то есть ваши и службы спасения (помните: 112) должны быть «забиты» в телефонную память, и старик должен знать, как по ним позвонить.

Если у пожилого родителя проблемы со слухом (что бывает нередко), то, кроме режима максимальной громкости, выручает режим вибрации или световой индикатор звонка.

Конечно, личного общения не заменит ничто – но если возможности для него нет, то хотя бы почаще и подольше разговаривайте с родителями по телефону. И желательно делать это в форме видеозвонка: так вы лучше сможете оценить их, родителей, состояние.

Неплохо, если для телефонных разговоров со стариками вы выделите определённое время, удобное всем. Это внесёт и распорядок в течение дня и недели – и позволит заподозрить неладное, если родитель вовремя не вышел на связь.

Не забудем, что в телефоне можно настроить звонки-«напоминалки», чтобы родитель не пропустил время приёма лекарства.

Гаджеты развиваются непрерывно: в современные телефоны могут быть встроены функции слежения за состоянием человека – пульсом, давлением, температурой – и его местонахождением. Как вы понимаете, все это может оказаться очень полезным.

Терпение

Вот что так нужно и чего так не хватает и нам, и нашим родителям – это терпение. Словари определяют терпение как «способность переносить трудные обстоятельства». А что трудней старости и всех её тягот?

Вообще-то, терпение – это естественное состояние человека, существующего во времени и пространстве: можно сказать, человек и есть тот, кто терпит. Вот и английское слово «пациент», так прижившиеся в русском языке, переводится как «терпеливый».

Во всех религиях терпение признается за высшую добродетель. Так, Магомет считал, что «сабр» («терпение» по-арабски) – это половина ислама. Апостол Павел восклицал: «Терпение же – искусство!» Но, пожалуй, всего выразительнее эта народная присказка: «Бог терпел – и нам велел».

Рассуждать о терпении и восхвалять его можно долго – но вот где его взять? Порой оно иссякает так быстро, что не успеешь и поздороваться со стариком, зайдя его навестить, как уже хочется поскорее унести ноги из старческого жилища.

Помочь могут разум и опыт. Так, в общении со стариком не стоит касаться болезненных тем, которые раздражают обоих, – и не стоит идти у старика на поводу, поддерживая разговор, свернувший в опасное русло. Помните, что теперь он, постаревший – ведомый, а вы ведущий, более здравый и сильный. Поэтому и вся ответственность за ситуацию ложится на вас. Поругаетесь? Вы же и виноваты – и вам же придётся потом извиняться и искать примирения.

Иногда стерпеть помогает и воля: порой приходится в буквальном смысле стискивать зубы, чтобы сдержать обидное или грубое слово, готовое вот-вот вырваться.

Если разговор «закипает» и вот-вот взорвётся – лучше, ничего не объясняя, просто-напросто выйти. Остыть, подышать, успокоиться – и лишь затем возвратиться.

Помогает и мысленное отстранение от ситуации. Постарайтесь посмотреть на всё как бы со стороны. Тогда, возможно, вы увидите и престарелого родителя, и себя, и ваши с ним споры – уже без прежних, горячих и туманящих взгляд эмоций.

Но это всё я рассуждаю о проблемах общения. А ведь терпение требуется и для многого другого: и для того, чтобы сдержать рвотный позыв, когда вы обмываете и перестилаете беспомощного «обделавшегося» старика, и для того, чтобы просто войти в его комнату, наполненную тягостным запахом. А также: проведя бессонную ночь – например, после вызова «скорой», визита в больницу и поиска нужных лекарств – утром отправиться на работу и постараться там не показать, как вы устали и как вам хочется спать. И после работы не пойти отдыхать, а заступить на очередную вахту у постели больного родителя.

Как выдержать это? Не знаю. Но точно знаю, что терпение, как и все прочие добродетели, вырастают из одного общего корня: любви. Если есть в вашем сердце любовь к старикам – которые, я уверен, любят и вас, несмотря на все ссоры и разногласия – значит, и ваше терпение никогда не иссякнет.

Тесты на старость

С одной стороны, старого человека всегда отличишь. И всегда, поздравляя знакомого с юбилеем, отметишь (про себя или вслух) – что он выглядит, скажем, лет на десять моложе своих паспортных лет.

Но существует и много тестов, позволяющих более объективно оценить биологический возраст человека. Если он отстаёт от хронологического («паспортного»), или примерно равен ему – значит, все протекает нормально. Если же, судя по тестам, биологический возраст существенно превышает паспортный – значит, с человеком что-то не так, и ему надо, по меньшей мере, обследоваться.

Главное, что приносит с собой настоящая старость – это медлительность. И основной тест, отмеченный в англоязычной медицинской литературе – это тест «up-and-go» («встань и иди»). Если человеку на то, чтобы подняться со стула и начать двигаться, требуется более 12 секунд – значит, глубокая старость для него уже наступила.

Популярен «тест цапли»: сколько секунд человек способен простоять на одной ноге с закрытыми глазами? Этот срок с каждым десятилетием жизни сокращается, и после 70 лет стремится к нулю. Стоите больше 30 секунд? Вам около 20 лет. Удаётся простоять 20 секунд? Ваш биологический возраст – около 40 лет. Стоите 10 секунд или меньше? Вам более 60-ти.

Поскольку в старости суставы становятся малоподвижны (смотри главу «Артрозы и артриты»), пожилой человек не способен завести руки за спину и сцепить их в замок – а наклоняясь вперёд, едва может дотянуться ладонями до колен. Здесь нормативы такие. Дотянулись, не сгибая ног в коленях, пальцами рук до пола? Вашим суставам около 30 лет. Дотянулись только до щиколоток? Вам 40. Положили ладони ниже колен? 50. Коснулись только коленей? Вам 60 или больше.

О старении лёгких и мышц грудной клетки говорит тест со свечой: с какого расстояния человек способен её задуть? Можете задуть свечу с расстояния 1 метр? Вашим лёгким – и вам – около 20 лет. Требуется приблизиться ко свече на 50–70 см? Значит, ваш биологический возраст от 50 до 60 лет. Если задуваете свечу менее, чем с 50 сантиметров – значит, резервы дыхания у вас маловаты, и вам, похоже, более 70 лет.

Но, если гибкость суставов или жизненный объём лёгких, даже в старости, можно более-менее натренировать и улучшить – то вот с кожей сложнее: её эластичность теряется непоправимо. Об этом говорит «щипковый тест»: кожа тыла ладони защипывается на 5 секунд, и засекается время, за которое складка полностью расправится. Это происходит быстрее, чем за 5 секунд? У вас кожа двадцатилетней девушки (ну, или юноши). На это уходит 6–8 секунд? Вам 30 лет. 9–12 секунд? Вам около 40. Расправляется менее, чем за 15 секунд? Вам где-то под 50. У стариков же старше 75 лет этот срок обычно превышает 15–20 секунд.

Существует и много других тестов, позволяющих оценить реальный, то есть биологический, возраст человека. Конечно, как всякие тесты, они относительны (слишком многие факторы влияют на их результат), но в совокупности могут оказаться полезны для оценки состояния человека. И потом, разве вам самим не интересно узнать: насколько близко вы подошли к старости – или она пока от вас далека?