Текст книги "Младший сын Небесного демона. Том 3 (СИ)"
Автор книги: Андрей Протоиерей (Ткачев)
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 15 страниц)
– И устроить революцию? – нахмурился я.
– Это слишком громко сказано. Скорее, дать толчок Скрытому миру к тому, чем он может стать, – улыбнулась женщина, но вот взгляд оставался очень холодным, я бы даже сказал, острым. – И мы готовы щедро вкладываться в таких людей, дать им возможность максимально раскрыть свой потенциал. Нас интересует только развитие и не более того.
– И какова же цена у этой помощи?
– Иногда мы просим оказать нам ту или иную ответную услугу, но, разумеется, учитываются текущие обязательства практика. Мы не просим предать секту или род или сделать то, что прямо может повредить. Лишь взаимовыгодное сотрудничество.
– И какую же помощь вы хотели бы мне предложить? – поинтересовался я.
– Пока никакую. У вас и так все очень хорошо, но в будущем вам могут понадобиться мои услуги.
Женщина достала из небольшого пространственного кольца тонкую черную карточку и протянула её мне. Там не было ни имени, ни знака, лишь номер телефона.
– Ресурсы, которых нет на открытом рынке, доступ к закрытым наследиям и редким учителям, информация, посредничество, защита, если угроза окажется достаточно серьезной – мы можем дать многое, Александр. Если вдруг что-то понадобится, звоните. Уверена, что мы сможем договориться.
На этом наш маленький странный разговор и закончился. Женщина развернулась и уверенной походкой направилась в сторону выхода, а вот я ещё некоторое время смотрел ей вслед.
– Что думаешь? – спросил я мнения Киары.
– Думаю, что это какая-то тайная хрень, в которую тебе лучше не лезть. Она слишком много обещала, и ты правильно спросил её о цене. Она тут напела, что все твои интересы учитываются, но у меня есть большие сомнения на этот счет. Эта женщина опасна, и организация, которую она представляет, тоже.
– Вот и я думаю о том же, – согласился с ней, после чего, покрутив в руках карточку, убрал её в пространственный карман.
* * *
Грант не один раз вспоминал ту схватку на прошлом турнире, во время которой, пусть и победил физически, но проиграл духовно. Двое бойцов отдали схватке все силы, и ни один не сумел одолеть другого.
Действующий чемпион признал, что уступил противнику в силе духа, наставники приняли мудрое решение, а зрители увидели один из самых ярких финалов ученического турнира за последние годы.
Красивая история, достойная того, чтобы её увековечили в легендах. Запись того боя разошлась по закрытым каналам практиков, а слова Гранта повторяли даже в других сектах. Одни называли его поступок достойным истинного воина, другие считали проявлением великодушия к более слабому сопернику. В родной секте Гранта тоже встретили с уважением. Даже наставник Василь Фанг, который тогда едва не сорвал голос, споря с решением наставников, спустя несколько дней признал, что ничья принесла Серебряному пламени не меньше славы, чем обычная победа.
Сам же Грант после этой схватки с головой ушел в тренировки.
Тяжелый тренировочный меч рассек воздух и с грохотом врезался в выставленный блок. Удар вышел настолько сильным, что мужчину напротив отбросило на несколько шагов. Под его ногами хрустнули каменные плиты, но он сохранил равновесие, скользнул в сторону и тут же ответил длинным выпадом.
Грант принял острие на покрытое серой коркой предплечье. Техника Каменной кожи выдержала, хотя по руке до самого плеча прошла боль. В обычном бою он немедленно воспользовался бы открывшимся положением противника и закончил схватку. Сейчас ему помешали двое других инструкторов.
Один атаковал слева, направляя клинок к незащищенному боку, второй же зашел со спины и ударил древком копья под колено. Грант развернулся, блокируя первый клинок мечом, а вот удар копья пришлось пропустить.
Нога на мгновение потеряла опору, однако он не упал. Эссенция плотнее наполнила мышцы, помогая выпрямиться, и Грант вскинул оружие над головой. Вокруг тупого лезвия завихрился воздух.
Десятки призрачных клинков разлетелись в стороны. Инструкторы отступили, отбиваясь от них собственными техниками, но Грант в этот миг уже выбрал цель. Он рванул к тому, кто держал копье, обрушил на него один удар, второй, третий. Каждый следующий становился быстрее предыдущего. Копейщик отступил, не выдерживая напора. Впрочем, Грант слишком увлекся и слишком поздно почувствовал укол опасности, исходящий со спины.
Техника Каменной кожи поглотила часть силы, но удар все равно бросил Гранта вперед. Копейщик встретил его коротким движением древка в живот. Воздух вышибло из легких, а следом в висок прилетел кулак третьего противника, от которого в глазах на мгновение потемнело.
Грант упал на одно колено, опираясь на меч, и услышал спокойный голос Василя Фанга:
– Достаточно.
– Нет! Я ещё могу сражаться! – рыкнул Грант, не собираясь так просто сдаваться.
Он поднялся прежде, чем инструкторы успели опустить оружие.
В глазах слегка двоилось, левое плечо плохо слушалось, а Каменная кожа на предплечье покрылась трещинами. Запас Эссенции стремительно приближался к концу. Сражение продолжалось уже больше часа, хотя формация над площадкой делала каждый вдох тяжелее, а каждое движение требовало в несколько раз больше сил.
Раньше такой нагрузки Грант не выдержал бы. Точнее, даже не стал бы пытаться, но времена изменились, изменился и он сам.
– Еще один круг, – произнес он.
– Я сказал: достаточно, – твердо повторил старший наставник.
Василь Фанг стоял за пределами площадки, сложив руки на груди. Его седые волосы были собраны на затылке, а лицо сохраняло привычное недовольное выражение.
– Я могу продолжать!
– Можешь. Еще несколько минут будешь получать удары, затем окончательно потеряешь контроль над техникой и повредишь меридианы. Какой в этом смысл? Продолжишь и потеряешь больше, чем приобретаешь. Нужно четко знать и понимать свои пределы.
Поняв, что с наставником спорить бесполезно, Грант всё-таки опустил меч и лишь теперь позволил себе немного расслабиться. Боль сразу напомнила о каждом пропущенном ударе.
– Ты хорошо держался, – сказал ему один из соперников.
– Нет, недостаточно хорошо, – покачал Грант головой.
Мужчина усмехнулся, но ничего не ответил.
Еще полгода назад Грант не сказал бы ничего подобного, ведь он всегда тренировался серьезно. Никогда не пропускал занятия, не жаловался на усталость и выполнял все требования наставников. Именно поэтому многие считали его образцовым учеником.
Вот только теперь Грант понимал, насколько мало этого было на самом деле.
Прежде он побеждал, потому что был сильнее. Ему достались лучшие наставники, редкие техники и ресурсы, недоступные большинству учеников. Его тело от природы прекрасно подходило для выбранного пути, меридианы выдерживали серьезные нагрузки, а возвышение шло быстрее, чем у сверстников.
Он честно использовал все предоставленные возможности и заслуживал каждой победы, но ему никогда не приходилось выходить за собственные пределы. Зачем рисковать меридианами, если для победы хватает безопасной нагрузки? Зачем продолжать бой после травмы, если наставник уже получил необходимые сведения? Зачем сражаться с противником, который превосходит тебя настолько, что поражение практически неизбежно?
В подобных схватках не было пользы, как и сказал Василь, наставлениям которого он всегда следовал. А потом на арене появился Пустышка…
Худой девятнадцатилетний парень, которого за месяц до турнира большинство практиков вообще не сочли бы достойным противником. И когда они с Грантом сошлись в схватке в финале, Александр оказался быстрым, хорошо чувствовал бой и удивительно грамотно использовал скудный запас техник. Он побеждал более сильных противников, находя их слабости и пользуясь каждой ошибкой. Даже тогда было понятно, что Пустышкой его больше называть не стоит.
Этот парень был будто бессмертным. Будто от победы зависела не просто его жизнь, а нечто большее, что не позволяло ему просто упасть. Он поднимался и поднимался, хотя, казалось бы, каждый из ударов Гранта должен был отправить его в нокаут. И даже когда тот потерял сознание, он не упал.
Грант, который всегда привык следовать наставлениям учителей, просто не мог поверить, что существует такой человек. И если бы он был просто сторонним наблюдателем, то решил бы, что это договорной бой, что более сильный противник бил не в полную силу или вообще просто изображал удары. Собственно, об этом часто и судачили сплетники, считая, что тот бой был договорным, но сам Грант мало обращал на это внимания.
Каждое утро, когда он выходил на тренировочную площадку, перед глазами вставала залитая кровью арена и человек, который отказывался падать. И видя его, Грант сам хотел таким стать. Хотел выжать из себя все.
Закончив с тренировкой, Грант поднялся и доковылял до лавки, плюхнулся на неё и достал телефон. Эту запись с нового турнира он получил несколько дней назад.
Александр Кейр стоял напротив Дамиана. По рукам сына бога Небесного демона струились водяные ленты, вокруг противника бушевало пламя, подхваченное ветром. Александр больше не сражался как талантливый новичок, выжимающий все из нескольких доступных приемов. Теперь у него появился собственный стиль, более того, парень теперь владел сразу двумя аспектами, что для его возраста и возвышения было настоящим нонсенсом.
Надежда на то, что противник однажды перестанет расти, казалась ему особенно жалкой. Он не собирался ждать чужой слабости. Раньше победы приходили потому, что Грант обладал лучшими техниками, подготовкой и ресурсами, но теперь этого мало.
Он отказался от поединков с теми, кого мог одолеть без усилий, такие победы больше ничему не учили. Попросил Василя найти более жестких наставников и стал брать нагрузки, которые прежде считал излишними. И все ради того, чтобы просто не отстать от Кейра.
Грант не знал, когда судьба вновь сведет его с Александром Кейром, через месяц, год или несколько лет, но теперь это не имело значения. Он готовится к этой встрече каждый день, и когда они снова выйдут друг против друга, на арене останется только один победитель.
В этот раз ничьей уже не будет.
Глава 20
К работе в управлении я вернулся через две недели после прорыва. Разумеется, можно было и раньше, но сначала пришлось разобраться с накопившимися делами и дать телу окончательно прийти в норму, а заодно хотя бы примерно понять, что изменилось после перехода на новую ступень.
Конечно, тренировочные залы немного помогали составить общее представление о новых возможностях, однако полностью полагаться на них я не собирался, и потому лучшего места для проверки новых возможностей, чем Духовная область, придумать было сложно.
Да и Леону с Теей простой не шел на пользу. За время нашей совместной работы они заметно выросли, но до того уровня, когда я мог спокойно отправить их на самостоятельную зачистку хотя бы области второго уровня, им обоим пока далековато.
– Неужели это мой лучший работник? – рассмеялся Дайен, когда я наведался в его кабинет. – А я уж было подумал, что ты совсем забыл про управление. Твои подчиненные мне всю плешь проели, спрашивая, куда ты запропастился.
– А ты что ответил? – поинтересовался я.
– Сказал чистую правду: ты отправился на закрытую тренировку под руководством хранителя Роя. Разве это не так?
– Так, – кивнул я.
– На самом деле после турнира я думал, что ты быстрее вернешься, но сам посылать за тобой не стал. Понимаю, что после такого тебе нужен был хороший отдых, – и вот тут мужчина придвинулся поближе и громким шепотом спросил: – Говорят, у тебя роман с внучкой хранителя Святорала?
А вот этот вопрос был неожиданным. Хотя чего удивительного, наш Духовный узел не так уж велик, а слухи расходятся быстро. Я ведь и впрямь целовался с Лейрой у всех на виду, что, вообще-то, считается довольно неприличным, но в тот момент мне было как-то плевать на это. Вот и расплачиваюсь.
Хотя говорить, что у нас прямо роман, это немного преувеличивать. Я и сам не знаю, какие у нас с Лейрой отношения. Раз в три дня она заглядывает ко мне вечером и уходит под утро, и нам в это время обычно не до душевных разговоров.
– Полагаю, что мои личные отношения к делу управления не относятся, – напомнил я мужчине.
Дайен на это досадливо цокнул языком. Что ни говори, а сплетни все любят.
– Ну как скажешь, Кейр. Ладно, у меня для тебя как раз есть работа, – и с этими словами он разложил передо мной бумаги с заданиями. – Выбирай. Только не лезь выше третьего уровня. Может, ты и прорвался, но вот твои подчиненные за эти полтора месяца простоя могли немного и заржаветь. Я, конечно, посылал их на сторонние задания, но это мелочь первого уровня опасности, чисто чтобы опыта набирались и текучку уменьшали.
Я выбрал сразу четыре задания. Все второго уровня, расположенные не слишком далеко друг от друга. При удачном стечении обстоятельств управимся за несколько дней, а если не повезет, растянем удовольствие почти на неделю.
Закончив с выбором, я достал телефон и отправил сообщение в групповой чат, объявляя общий сбор команды. Леон пробурчал, даже умудрившись сделать это письменно одной лишь постановкой слов, что-то о том, что у него вообще-то были планы на сегодня и что о таком надо было предупреждать заранее. А вот Тея была просто рада, что мы вновь возвращаемся к работе.
* * *
Леон и Тея ждали меня возле стоянки в обозначенное время, и девушка первой заметила мое приближение.
– Поздравляю с прорывом, командир! – радостно объявила она, когда я только подошел. – Мы с Леоном смотрели за турниром! Это было просто невероятно!
– Спасибо, мне очень приятно, – поблагодарил я её.
Впрочем, девушку, видимо, распирало от эмоций и любопытства.
– Теперь вы ощущаете себя иначе? Я читала, что после перехода к Укоренению полностью меняется циркуляция Эссенции, и тело некоторое время приходится заново учить правильно распределять нагрузку.
– Именно поэтому мы и едем на зачистку. Хочу посмотреть, как мое тело будет теперь работать в боевой ситуации.
– А я надеялся, что после прорыва вы станете мудрее, – показательно вежливо произнес Леон, открывая машину. – Но, видимо, Укоренение не лечит врожденные недостатки.
– Зато теперь я быстрее догоню тебя, если решишь сбежать от работы, – не удержался я от ответной подколки.
Леон усмехнулся и привычным жестом поправил воротник формы. Все выглядело как обычно, поэтому я ни на что не обратил внимания, и, может, зря.
Первая область сформировалась возле старого грузового терминала на окраине города. Специалисты секты уже успели выставить защитный купол, перекрыть ближайшую дорогу и установить устойчивый проход в саму Духовную область.
За ним нас встретил лес из толстых серых стволов без каких-либо ветвей, теряющихся в плотном тумане. Землю же покрывал мягкий мох, который вспыхивал бледным светом при каждом нашем шаге по нему.
Необычное зрелище.
Стоило нам обойти первое скопление светящегося мха, как поверхность вздулась, и из земли вырвалась длинная сегментированная тварь. Следом появились еще две. Они напоминали огромных сколопендр, только вместо панциря их спины покрывали плотные костяные пластины, а передние лапы заканчивались изогнутыми крючьями.
Инсектоиды… как же я не люблю инсектоидов… Уж лучше какие-нибудь гоблины. Тея вот тоже жуков не очень любит и при их появлении дернула плечом, но не отступила, готовая сражаться даже с таким противником.
Ближайшая из сколопендр стремительно рванула ко мне. Я не стал уклоняться. Выпустил воду, одним движением превратил ее в круглый ледяной щит и провел резцом по поверхности, начерчивая защитную формацию прежде, чем тварь успела до меня добраться.
Она на полной скорости влетела в щит, и тот без труда выдержал атаку. Усиливающая формация отвела часть силы к краям, и по руке прошла лишь короткая дрожь, но ничего серьезного.
Тело приняло нагрузку удивительно легко, и я одним движением отбросил монстра назад. При этом я приложил больше силы, чем собирался, и, кажется, что-то сломал в её костяном панцире. Раздался неприятный треск, а одна из костяных пластин разлетелась на куски.
– Леон, действуй! – крикнул я, и парень рванул к потерявшей ориентацию сколопендре.
Приказывать Тее оказалось не нужно, девушка уже точно знала, что делать, и благодаря вылезающим из-под земли корням смогла обездвижить ещё двух сколопендр. Долго корни не выдержат, конечно, но я к тому моменту уже успел добраться до монстров и накрыть обеих Ледяным порывом.
Техника стала заметно сильнее: улучшились и сама ширина ледяной волны, и её высота, и дальность. Всё выросло почти раза в два. Сколопендр от этой техники просто разорвало на куски.
Тея при виде этого осыпала меня новой порцией восхищения, и я совершенно не знал, как на это реагировать. Впрочем, эта короткая схватка показала мне, что я слишком силен для этого места. Области второго, не говоря уже о первом уровне, я могу зачищать без каких-либо проблем и в одиночку.
Так что следующий час я намеренно держался позади. Вмешивался только тогда, когда ситуация становилась опасной, и использовал самые простые техники. Леон выступал в качестве «танка» и принимал на себя основной напор монстров, Тея поддерживала его усиливающими техниками и иногда водными клинками. На последние я обращал особое внимание. У меня совершенно не выходило делать такие же, несмотря на то, что у меня есть полноценный аспект воды, а у девушки только предрасположенность. Все упиралось в контроль, который у меня в данный момент немного хромал и требовал отработки.
Ещё одной вещью, которая теперь бросилась в глаза, стала скорость восполнения сосуда. Раньше после нескольких ледяных копий и щита мне потребовалось бы некоторое время на медитацию, теперь же сосуд наполнялся прямо во время движения. Разумеется, если сыпать техниками направо и налево, то он всё равно рано или поздно иссякнет, но сейчас скорость восполнения была в два-три раза выше, чем раньше.
Ядро области обнаружилось в глубине леса, внутри самого крупного каменного ствола. Его охраняла еще одна сколопендра, раза в три больше прежних, однако проблем она не доставила. Я позволил Леону и Тее разобраться самостоятельно, ограничившись тем, что не дал твари уйти под землю.
Они справились за несколько минут, впрочем, далеко не идеально. Леон дважды слишком увлекался атакой, а Тея опоздала с корнями и позволила противнику развернуться к Леону. Впрочем, оба заметили ошибки без моих подсказок и тут же перестроились, перехватывая инициативу боя.
Когда они закончили, я быстро перечислил их основные ошибки, после чего уничтожил ядро. На самом деле справились мы, действительно, неплохо и гораздо быстрее, чем я думал. Полагаю, что сегодня мы можем зачистить и ещё одну область полностью, если только та не окажется достаточно большой, что тоже бывает.
* * *
Следующие задания тоже не принесли ничего выдающегося. Одна область представляла собой затопленную систему тоннелей, где обитали покрытые слизью четвероногие твари, похожие на выдр-мутантов. Они прятались под водой и пытались утянуть жертву на глубину.
Во второй над бесконечным полем черного песка висело тусклое красное солнце, а из дюн выскакивали небольшие костяные звери.
Последняя же представляла собой лабиринт из кривых деревянных домов, населенный существами, которые больше всего напоминали лысых обезьян с длинными пальцами.
И, в целом, в этом не было ничего выдающегося.
Мы находили противников, определяли их повадки, уничтожали, а затем искали ядро. Иногда на все уходило меньше часа. Порой приходилось задерживаться до позднего вечера, потому что ядро оказывалось спрятано в таком месте, будто сама область понимала, что мы за ним пришли, и старалась испортить нам жизнь.
Я же продолжал постепенно привыкать к новому возвышению. Тело привыкло к новой силе, а я научился точнее рассчитывать количество Эссенции для простых техник, которые временами могли получаться излишне сильными, что порой сильно вредило, ведь во всем нужен баланс. Например, водяная змея стала заметно подвижнее и могла менять направление своего движения почти без задержки.
Во втором задании Леон с Теей почти не нуждались в моей помощи. В третьем я вмешался трижды. На четвертом один раз остановил особенно крупную тварь, когда та прорвалась через корни и едва не добралась до целительницы. Тея, конечно, попыталась остановить её водными клинками, но пробивной силы не хватило, и те лишь немного поцарапали шкуру.
Но мне, правда, было приятно видеть, что мой отряд становится заметно сильнее. И именно во время этих, казалось бы, обычных выходов я начал замечать, что с Леоном творится нечто странное.
Он раньше крайне любил уколоть легкой язвительностью, но в последнее время она стала какой-то… натужной, что ли. Все чаще он был погружен в собственные мысли, а на вопросы, беспокоит ли его что-то, либо отмахивался, либо отшучивался. Даже с Теей, к которой он определенно испытывал симпатию, он не делился тем, что его беспокоит.
В затопленных тоннелях он с задержкой выполнил приказ отступить.
Всего на одно мгновение. Для обычного человека такая пауза ничего не значила, но мы сражались вместе уже достаточно долго, и раньше он незамедлительно исполнял приказы. Порой он и вовсе начинал движение ещё до того, как я успевал его закончить. Как-никак боевая слаженность у нас была на довольно неплохом уровне.
Из воды под его ногами вырвалась пасть. Я успел перехватить тварь водяной змеей и швырнул в стену, после чего Леон отступил и без труда добил ее.
– Леон, это уже серьезный просчет, – покачал я головой. – Ты чего в облаках витаешь?
– Извините, командир, я немного задумался.
– В следующий раз твоя задумчивость может стоить жизни тебе или Тее, – крайне серьезно сообщил я ему. – Во время сражения голова должна быть чиста и сосредоточена на бое. Слышишь?
– Да, командир. Больше не повторится.
– Очень на это надеюсь…
Поведение парня мне не нравилось.
Не настолько, чтобы отстранять его от заданий. В бою он оставался полезен, серьезных ошибок пока не совершал, а две короткие задержки можно было объяснить усталостью. Последние дни мы и, правда, работали много, но всё-таки ситуация с ним выходила довольно паршивой.
Возможно, что-то происходит внутри его семьи? Если так, то парню стоит поскорее со всем этим разобраться, иначе и впрямь кто-то может пострадать.
* * *
В главном доме Равелей Леон всегда чувствовал себя чужаком, гостем, который оказался тут, скорее, по ошибке, и уж точно никогда это место не мог назвать именно домом, несмотря на то, что вырос здесь.
Род Равелей старый и достаточно влиятельный, чтобы иметь несколько голосов в Совете. У него есть собственные павильоны, личные наставники и доступ к ресурсам, о которых большинство учеников секты могут лишь мечтать. Имя рода знают далеко за пределами Духовного узла, а Текучее серебро считается крепким универсальным стилем, когда дело касается меча или копья.
Каждый ребенок Равелей с малых лет учился держать клинок. Не имело значения, сын он главы рода или дочь представителя дальней ветви. Меч был частью их крови, а умение им владеть считалось обязанностью.
Леона тоже учили хорошо.
Наставники следили за каждым движением, заставляли повторять стойки до тех пор, пока ноги не начинали дрожать, и без всякой жалости били тренировочными палками за малейшую ошибку. Он получил дорогой меч, доступ к фамильным техникам и лучшее образование, которое мог дать старый род. Вот только всего этого оказалось недостаточно, чтобы стать важным и сколько-нибудь значимым в своем роду.
У отца были другие сыновья, более сильные, более талантливые и, что куда важнее, уже доказавшие свою полезность семье. Их приглашали на закрытые встречи, знакомили с нужными людьми, отправляли представлять интересы рода и постепенно готовили к настоящей борьбе за наследство.
После восемнадцатилетия отец заставил всех сыновей покинуть дом и самостоятельно доказывать право на наследство. Это считалось древней традицией, призванной отделить достойных от тех, кто привык жить за счет имени.
Вернуться можно было в любой момент, но возвращение означало признание поражения и выход из борьбы. Леон же предпочел снимать небольшую квартиру в городе и работать в управлении зачистки.
Отец наверняка считал это очередным доказательством его слабости. Старшие братья собирали вокруг себя людей, заключали соглашения, зарабатывали влияние и участвовали в делах семьи. Леон же за оклад лазил по нестабильным Духовным областям и рубил тварей, о существовании которых обычные люди даже не подозревали.
Но сегодняшний день был особенным. Присутствие всех сыновей требовалось на обязательном семейном приеме. Ничего особенно важного там не планировалось, ведь подобные приемы устраивались время от времени, так что Леон облачился в лучший из имеющихся у него костюмов, закрепил на поясе меч и с достоинством дома Равелей пришел в главный дом.
– О, неужели это наш вояка пожаловал, – хохотнул Крис, его младший брат.
Парень был ниже возвышением, но имел очень талантливую коммерческую жилку и делал ставку не столько на навыки, сколько на очень дорогую алхимию и особое оружие, которое намеревался купить, когда придет время.
– Не устал ещё смывать с себя куски монстров?
– И тебе привет, Крис, – сухо поприветствовал его Леон.
Мимо него с важным видом прошел Виктор, самый старший из братьев, и он не удостоил младших даже взглядом, будто для него они были пустым местом. Крис на это фыркнул, а вот Леон проводил старшего задумчивым взглядом. Тот определенно стал сильнее с последней их встречи и, судя по всему, уперся в преграду Возвышения. Ещё немного, и он перейдет на этап Преображения.
Сам прием прошел довольно скучно, хотя бы потому, что Леон старался избегать внимания основной массы неприятных ему гостей. Не всех, разумеется, но чем меньше его видели, тем лучше. Из троицы сыновей главы он, действительно, считался самым скверным, в конце концов, Крис уже строил свою денежную империю, а Виктор вот-вот сравняется с отцом по уровню силы, в то время как сам Леон уперся в преграду Становления.
После завершения приема он не стал задерживаться, а взял оставленный слугам на хранение меч и направился к выходу через западное крыло. Этот путь был немного длиннее, зато позволял не встречаться с родственниками, которые наверняка захотят обсудить его выдающиеся успехи в борьбе с болотными жабами.
Путь его проходил через один из рабочих кабинетов. Обычно в это время помещение пустовало. Днем там работали помощники управляющего, разбирая счета и отчеты, но перед семейными приемами все документы убирали, а слуг отправляли в главное крыло.
Леон невольно сбавил шаг, а затем и вовсе остановился, заинтересованный тем, что там происходит. Более того, оттуда доносился голос его отца, что было вдвойне странно.
– Реймонд удерживает власть дольше, чем следовало.
Леон нахмурился.
Он уже собирался продолжить путь, но услышал ответ второго человека:
– Хватит вспоминать старые обиды, он ведь победил тебя по правилам. Совет признал результат, да и ты тоже, насколько я помню.
Голос тоже показался Леону знакомым. Видимо, кто-то из старших родственников, хотя Леон не сразу понял, кто именно.
– Я не оспариваю его победу, но право стать богом секты не превращает власть в наследственную собственность семьи Кейр, а Реймонд делает именно это. Старший сын уже готовится занять его место, а теперь еще и младший внезапно оказался выдающимся талантом.
Леон невольно сильнее сжал рукоять меча.
Разговоры о Кейрах в доме звучали часто. Отец никогда не скрывал, что считает их влияние чрезмерным. Старшие родственники любили вспоминать времена, когда Совет обладал большей властью, а бог секты считался первым среди равных, а не единоличным правителем.
Леон вырос на этих разговорах.
Именно поэтому при первой встрече с Александром вел себя как последний придурок. Младший Кейр не успел произнести и десятка слов, а Леон уже заранее решил, что перед ним избалованный сын правящего рода, которому какими-то сверхдорогими эликсирами ухитрились сформировать сосуд Эссенции, несмотря на полное отсутствие таланта.
Сейчас же, когда он видел, как Александр сражается и ведет себя, все эти мысли давно остались в прошлом. Теперь он считал его достойным соперником и, в некотором смысле, примером для подражания, гораздо более достойным, чем старший брат. Как минимум Александр, действительно, старался, чтобы они с Теей стали сильнее, а вот Виктор, напротив, был бы готов на любую подлость, лишь бы не дать младшему брату получить и крупицу преимущества.
– Недовольство Реймондом еще не означает готовность выступить против него, – заметил собеседник отца. – Да, его сыновья, в самом деле, очень талантливы, но он сам пока ни словом не обмолвился о том, что кто-нибудь из них займет его место. Да и так ли много тех, кто, правда, готов действовать?
– Больше, чем ты думаешь, – холодно отозвался отец Леона и стал зачитывать имена.
Леон знал каждое. Двое старейшин из Совета, главы двух старых родов и еще несколько людей, занимавших достаточно высокие должности внутри секты. Даже один из хранителей, хотя это казалось совсем безумным, но нет. Хранитель Рульфор тоже был среди заговорщиков, по крайней мере, по словам отца.
– Хочешь сказать, что все они готовы к решительным действиям? – голос собеседника звучал слегка шокированным.
– Не все, но тех, кто уже с нами, достаточно для подготовки. Остальные присоединятся, когда поймут, что Реймонд больше не контролирует положение. Как минимум они колеблются, и стоит немного надавить, как у них просто не останется выбора, кроме как присоединиться. Да и… у меня за годы набралось немного компромата.
– Не на всех это сработает.
– Не на всех. Да и плевать. Нам не нужна вся секта, достаточно основного сильного костяка, способного действовать быстро и решительно.
От подобных разговоров у Леона по спине пробежал холодок. Да, его отец любил пообсуждать и осыпать презрительными оскорблениями бога секты, но это уже совершенно другое. Они не собирались спорить на Совете или блокировать очередное решение главы, что было неприятным, но вполне нормальным явлением.
Речь шла о полноценном перевороте!
– А что по срокам? Как скоро ты сможешь собрать всех готовых?
– Точных сроков сказать не могу, но слишком спешить точно не стоит. В прямом столкновении Реймонда не победит никто из нас, а значит, сперва его необходимо лишить опоры. Одной ошибки будет достаточно, чтобы он понял, что происходит, и тогда всему конец. Мы не можем предугадать, как он поступит.
Воцарилось молчание, и Леон уже думал, что, может, ему лучше уйти, как внезапно прозвучал вопрос, от которого его бросило в холодный пот.
