355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Андрей Донец » Энциклопедия заблуждений. Война » Текст книги (страница 10)
Энциклопедия заблуждений. Война
  • Текст добавлен: 4 октября 2016, 01:37

Текст книги "Энциклопедия заблуждений. Война"


Автор книги: Андрей Донец


Соавторы: Юрий Темиров

Жанры:

   

История

,

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 31 страниц)

Имело ли место военное сотрудничество Советского Союза и Германии в 1922–1933 годах?

Многие и по сей день уверены, что военно-экономические отношения Советского Союза и Германии если и имели место, то исключительно накануне Великой Отечественной войны. Да и это «кратковременное сотрудничество было незначительным» и где-то даже «навязанным» Советскому Союзу, который не мог себе позволить отказаться от военно-экономических связей с Германией. На самом деле это глубочайшее заблуждение!

Советские исторические исследования вообще содержали очень скупую информацию о сотрудничестве СССР с западными «демократиями». Еще с меньшей охотой вспоминалось военное и военно-техническое партнерство. Особенно неприятными для репутации первого в мире социалистического государства были военно-экономические отношения с Германией, активно продолжавшиеся более 10 лет – с 1922 по 1933 год. Точнее сказать, эти отношения тщательно скрывались обеими сторонами, так как содержание их шло вразрез с Версальским мирным договором, обязавшим Германию выплачивать репарации и наложившим на нее военные ограничения. Германия не желала выполнять условия договора, но и открыто игнорировать их не могла.

Советский Союз оказался как нельзя кстати. Он по всем параметрам подходил на роль партнера в тайном военном сотрудничестве. Более того, для потерпевшей поражение и крайне ослабленной войной Германии партнерство с Советами стало жизненно важным. Во-первых, Москва также находилась в международной изоляции и искала любую возможность ее ослабить. Во-вторых, СССР не подписывал Версальский договор: его на конференцию в Париж просто не пригласили. В-третьих, Берлин рассчитывал заручиться поддержкой Москвы на случай обострения отношений с Францией. В-четвертых, весьма актуальным являлось торгово-экономическое взаимодействие.

Немцы испытывали трудности с выплатами репараций да, собственно, и не желали их погашать. В этой ситуации немецкое правительство все время оглядывалось на свою армию. А Красная Армия могла бы сдержать Польшу, которой Париж отводил роль противовеса Германии с востока. Польская армия в основном финансировалась Антантой и была готова поддержать Францию в конфликте против Германии. Позже, со стабилизацией международной обстановки, армейские чины Германии и СССР стремились перенять друг у друга боевой опыт, а финансовые круги искали возможность заработать. Советский Союз был крайне заинтересован в привлечении инвестиций в военную промышленность, и единственным инвестором на тот момент могла выступить только Германия.

Как поется в одной песне, «вот и встретились два одиночества». Первые попытки войти в контакт с советскими военными немцы предприняли еще на завершающем этапе польской кампании, когда разрозненные отряды Красной Армии метались по Балтийскому побережью. Затем к делу подошли более основательно: в Германии приступили к разработке операции «Купферберг Гольд» под руководством тогдашнего командующего рейхсвером генерала Г. фон Секта. Самые благоприятные условия для советско-германского сотрудничества сложились после подписания в апреле 1922 года знаменитого договора в Рапалло. Соглашение узаконило экономическое партнерство.

Между тем военные, вдохновленные сближением двух стран, также начинают активный переговорный процесс. Готовность большевиков к военному сотрудничеству с Германией как нельзя лучше видна из разговора, состоявшегося между послом Германии У. Боркдорф-Ранцу и наркомом по военным делам Л. Троцким. Последний заверял немца: «В момент, когда Франция предпримет военные действия, все будет зависеть от того, как поведет себя германское правительство. Германия сегодня не в состоянии оказать значительное военное сопротивление, но правительство может своими действиями дать понять, что оно исполнено решимости не допустить такого насилия. Если Польша по зову Франции вторгнется в Силезию, то мы ни в коем случае не останемся бездеятельными; мы не можем этого терпеть и вступимся».

Уже к 29 июля 1922 года при содействии рейхсканцлера Й. Вирта был одобрен предварительный договор о техническом сотрудничестве военных ведомств обоих государств. В соответствии с одним из его пунктов фирма «Юнкере» бралась за налаживание производства самолетов в Советском Союзе. В течение января – мая 1923 года в ходе переговоров и обоюдных визитов стороны обсуждали направления военного сотрудничества. Со стороны Германии прозвучало предложение сделать инвестиции в производство вооружений в СССР в размере 35 млн марок. (Дело в том, что за военным производством в самой и для самой Германии победители осуществляли довольно жесткий контроль.) Немцы добивались заказов на авиамоторы, легкое вооружение, боеприпасы, противогазы и отравляющие вещества. Советская сторона предлагала направить немецких офицеров для обучения советских военнослужащих. В результате 14 мая 1923 года был подписан договор о строительстве в СССР химического завода.

Немногим позже, в августе того же года, для развития военно-технического сотрудничества было создано общество «ГЕФУ». Но налаживание производства военных материалов на начальном этапе оказалось неудачным. Химическое предприятие «ГЕФУ» уже в 1924 году разорилось в результате процветания коррупции немецких участников, а частное предприятие «Юнкере», рассчитывавшее на солидные правительственные капиталовложения, не получив таковых, объявило о своей нерентабельности. Итоги сотрудничества были подведены в докладной записке наркомата обороны СССР, датированной 1927 годом. В ней говорилось следующее: «Основная идея сотрудничества обеих сторон опиралась для нас на полезность привлечения иностранных капиталов к делу повышения обороноспособности страны; для них она вытекала из необходимости иметь совершенно укрытую базу для нелегальных вооружений». Напомним, Версальский договор запрещал Германии иметь тяжелое вооружение, в том числе танки и самолеты.

Но сотрудничество заключалось не только в производстве и поставке оружия, но и в обмене военным опытом. 24 декабря 1928 года начальник Четвертого управления РККА Берзин отмечал в докладе:

В данное время наши взаимоотношения с рейхсвером имеют конкретное выражение:

а) взаимное ознакомление с состоянием и методами подготовки обеих армий путем командирования особ командного состава на маневры, полевые поездки и академические курсы;

б) в совместных химических исследованиях (предприятие «Томка»);

в) в совместной организации танковой школы в Казани («Кама»);

г) в авиационной школе в Липецке («Липецк»);

д) в командировании в Ггрманию для изучения отдельных вопросов и ознакомления с организацией работы ряда управлений…

В ноябре 1931 года состоялась встреча Тухачевского с делегацией немецких военных, в которую входил, кстати, и Манштейн. В ходе встречи Тухачевский сетовал по поводу медленных темпов развития совместных «предприятий» и считал необходимым ускорить их с целью извлечения максимальной пользы.

Конец военному сотрудничеству был положен в 1933 году по инициативе советского правительства после прихода к власти в Германии нацистов. Хотя торговля, в том числе стратегическими товарами, впоследствии была возобновлена.

Таким образом, на протяжении десятка лет наряду с экономическим активно развивалось военное сотрудничество Москвы и Берлина. Невзирая на международные ограничения, Советский Союз содействовал восстановлению и совершенствованию военного потенциала Германии. Воистину «фашистский меч ковался в СССР».

Имело ли место сотрудничество советских и американских ВВС в годы Великой Отечественной войны?

В статье, посвященной ленд-лизу, упоминалось о том, что советские историки не очень-то жаловали своим вниманием вопросы военного и военно-технического сотрудничества СССР с западными союзниками. Роль его в победе над общим врагом заметно преуменьшалась. Кроме того, если и велась речь о взаимодействии стран антигитлеровской коалиции, то, как правило, с обязательной критикой понимания и исполнения США и Англией их союзнического долга. Не будем утверждать, что критиковать не было за что. Но достаточное ли это основание для искажения истории или забвения тех или иных имевших место фактов и событий?

Например, до сих пор многие заблуждаются, считая, что в годы войны у американских и советских ВВС не было опыта совместных боевых операций.

Что ж, остается только порадоваться за воевавшее в составе Красной Армии французское военно-воздушное соединение «Нормандия-Неман». Потепление советско-французских отношений после прихода к власти во Франции маршала де Голля сделало взаимодействие наших стран в годы Второй мировой войны известным широким массам советских людей не только благодаря научным и популярным публикациям, но и кинофильмам. Роман В. Пикуля привлек внимание жителей «одной шестой части суши» к героическим страницам истории северных конвоев, профессионально скрытых от советских людей завесой дозированной правды. Много меньше повезло боевому сотрудничеству ВВС СССР и США.

Правовую основу сотрудничества между двумя великими державами-союзницами создало подписанное в июне 1942 года соглашение «О принципах, применимых к взаимной помощи в ведении войны против агрессии». Оно предусматривало различные формы сотрудничества – от дипломатических до боевых. Суть взаимодействия советских и американских ВВС состояла в предоставлении Соединенным Штатам возможности использовать военные аэродромы на территории СССР при проведении «челночных» операций стратегической авиации. Целью подобных действий было нанесение бомбовых ударов по военным и промышленным объектам Германии и ее союзников. Советская сторона для проведения операций выделяла три аэродрома Полтавского аэроузла (в Полтаве, Миргороде и Пирятине), а также обеспечивала их обслуживание и противовоздушную оборону. Координировались воздушные операции со стороны США специально созданным «Восточным командованием» ВВС, а со стороны СССР – командованием ВВС Красной Армии.

Уже в 1942 году американцы обратились к советскому руководству с просьбой разместить свои военные базы на Дальнем Востоке СССР для облегчения бомбардировок Японии. Тогда Сталин не мог дать такого разрешения: ситуация на советско-германском фронте была тяжелой, а согласие на размещение баз ВВС США означало бы войну с Японией. Только в 1944 году, когда уже произошел коренной перелом в ходе войны, Сталин дал свое согласие на сотрудничество американских и советских ВВС.

Подготовка аэродромов Полтавского аэроузла началась в марте 1944 года, а 5 апреля пароходами в Мурманск была доставлена первая партия грузов, в число которых, помимо горючего, автомашин, боеприпасов и другого оборудования, вошли и три металлические посадочные полосы, предназначенные для оснастки аэродромов. Первые совместные операции планировалось провести уже в конце мая – начале июня. В них должны были принимать участие от 120 до 130 (в некоторых случаях – до 150–160) самолетов «Боинг-17» (Б-17) в сопровождении истребителей. По договоренности СССР закреплял за собой право выбора объектов противника, которые должны были подвергнуться ударам с воздуха. Советская сторона отдавала предпочтение ударам по объектам в Румынии и Венгрии, а именно: Бухаресту, Брашову, Дебрецену, Будапешту.

Первая операция под кодовым названием «Френтик» началась 2 июня 1944 года. Для ее осуществления были привлечены четыре бомбардировочные и одна истребительная группы. Всего в тот день с аэродромов Италии взлетело до 750 самолетов. Выполнив задание, часть из них вернулась на свои базы, а 128 бомбардировщиков Б-17 («Летающая крепость») и 64 истребителя П-51 («Мустанг») приземлились в Украине. В ходе операции подвергли, в общем, успешной бомбардировке железнодорожные узлы Дебрецен, Деж, Калуж. Командир полтавской базы полковник Перминов получил орден Соединенных Штатов «За заслуги», переданный ему президентом Ф. Рузвельтом.

Сотрудничество военной авиации двух стран выражалось не только в совместном проведении боевых действий. Параллельно шел обмен военно-технической информацией, перенимался опыт специалистов обеих стран. Так, по просьбе советской стороны американцы передали советским ВВС бомбардировочный прицел «Норден», считавшийся во время войны лучшим, ознакомили советских специалистов с бомбардировщиком Б-17, предлагали летчикам пройти стажировку в фоторазведывательных авиационных частях. В свою очередь СССР предоставил американцам авиационное ракетное оборудование.

К сожалению, сотрудничество, каким бы плодотворным оно ни было, продолжалось недолго. Первым поводом к осложнению взаимоотношений стал налет немецкой авиации на Полтавский аэроузел, в результате которого было уничтожено 44 и повреждено 19 американских самолетов. «Восточное командование» предъявило претензии по поводу плохой противовоздушной обороны аэродрома в Полтаве, который пострадал сильнее всех. Во многом эти претензии оказались справедливыми.

Вторым, и решающим, обстоятельством стали политические разногласия между союзниками, обострившиеся со вступлением советских войск на территорию Польши. Каждая из стран отстаивала свои интересы в «польском вопросе». Желание американцев оказать поддержку с воздуха Варшавскому восстанию, организованному под эгидой лондонского польского правительства, не нашло одобрения Сталина. К тому времени на контролируемой Красной Армией территории Польши уже действовало созданное при поддержке Москвы просоветское правительство. Эти и другие разногласия вовсе не способствовали укреплению сотрудничества, а, наоборот, охлаждали отношения. Осенью 1944 года основные силы ВВС США начинают покидать Советский Союз.

Всего за период с июня по сентябрь 1944 года американскими и советскими военными летчиками было проведено 18 совместных воздушных операций, в которых принимало участие 1300 американских самолетов. В результате была существенно подорвана обороноспособность и военно-промышленный потенциал Германии и ее союзников, было уничтожено 230 самолетов врага. Покидая Советский Союз, «Восточное командование» в обращении к личному составу американских военно-воздушных соединений заявило: «Ни одна другая нация не сделала для нас столь много, сколько сделали русские».

Иранский кризис 1945–1946 годов

Советские историки не очень-то любили упоминать о произошедшем в конце Второй мировой войны столкновении интересов трех великих держав (Советского Союза, США и Англии) в Иране. В тех работах, авторы которых все-таки затрагивали «иранский кризис», вся проблема сводилась примерно к следующему: «СССР не вмешивался во внутренние дела Ирана. Он оказывал моральную помощь национально-освободительному и демократическому движению в Иранском Азербайджане и Иранском Курдистане, в то время как империалистические круги Англии и США, используя иранские реакционные власти, обостряли международную обстановку и совершали нападки на СССР». Таким образом формировался миф о том, что участие Советского Союза в иранских событиях ограничивалось «моральной поддержкой», то есть чем-то довольно формальным и абстрактным. На самом же деле, конечно, это было не так.

В то время Иран попал в зону послевоенного разграничения сфер влияния великих держав на Среднем и Ближнем Востоке. Еще во время Второй мировой войны Советский Союз и Великобритания ввели свои войска в Иран с целью воспрепятствовать деятельности немецкой агентуры в этом государстве. Теперь же войска недавних союзников были готовы вступить в поединок друг с другом. В такого рода борьбе укреплялось американо-британское сотрудничество в противостоянии коммунизму, а зародившаяся в Европе «холодная война» приобретала глобальный характер. Думается, есть смысл выяснить истинные корни конфликта, его характер и результаты.

Соперничество между Англией и СССР за влияние на Ближнем Востоке началось задолго до войны. Более того, противостояние это являлось наследием не менее острой англо-российской конкуренции. Новая страница в истории противостояния открылась в 1944 году, когда СССР обратился к правительству Ирана с просьбой предоставить концессии на добычу североиранской нефти сроком на 60 лет. Кроме экономических выгод, Советский Союз стремился создать в северной части Ирана некое подобие буферной зоны, которая бы в какой-то мере отдалила британцев от крупных нефтяных районов СССР (Баку).

Англия же, чье влияние в регионе было традиционным, прекрасно понимала, чем обернется предоставление Советскому Союзу концессии, и всеми способами пыталась предотвратить усиление СССР на Среднем и Ближнем Востоке. Нефть привлекала также и американцев. В этой ситуации правительство Ирана подвергалось трехстороннему давлению, что вынудило меджлис (парламент) принять закон о прекращении любых переговоров о предоставлении концессий до окончания войны. Такой поворот событий советское правительство расценило как антисоветские происки Англии. Из доверительных источников советскому руководству стало известно об английском давлении на иранский парламент в ходе принятия «антиконцессионного» закона.

Потерпев неудачу, советские дипломаты вырабатывают новую стратегию борьбы за влияние в Иране. Принимается решение использовать политическую напряженность внутри страны. Центральная роль в этой новой стратегии отводилась Народной партии Ирана, созданной и существовавшей благодаря финансовой поддержке СССР. Ее функция заключалась в получении большинства мест в иранском парламенте, что создало бы благоприятные условия для усиления советских позиций в Иране. Так был написан пролог международного кризиса.

Во Второй мировой войне Иран сохранял нейтралитет. Как уже упоминалось выше, после начала Великой Отечественной войны Советский Союз 25 августа 1941 года вводит свои войска на территорию Ирана с целью предотвратить возможную деятельность немецкой агентуры. Примеру Москвы следует Лондон, а за ним и Вашингтон, которые в конце 1942 года вводят в страну и свои войска. По условиям договоров, они должны были оставаться в стране до истечения шестимесячного срока после окончания боев на главных театрах военных действий. Собственно говоря, присутствие иностранных войск на территории страны и способствовало разгоранию конфликта.

Когда война подходила к концу, иранское правительство предложило войскам союзников досрочно освободить территорию страны, на что советское правительство, конечно же, ответило отказом. Аргументировало оно такой ответ угрозой демократическому движению в Иране и его неизбежным разгромом после вывода советских войск. На самом же деле главной целью советского военного присутствия было получение уступок от иранского правительства в условиях разгоравшейся конфронтации бывших партнеров по антигитлеровской коалиции. Не отказывался Советский Союз и от идеи формирования лояльного к себе законодательного органа Ирана. Ставка была сделана на поддержку национально-освободительного движения в Иранском Азербайджане, где большинство населения составляли этнические азербайджанцы, выступавшие за автономию в составе Ирана.

В сентябре 1945 года при активной поддержке СССР была создана Демократическая партия Азербайджана (ДПА), которая помимо автономии потребовала от иранского правительства предоставления одной трети мест в парламенте для Иранского Азербайджана пропорционально доли этнических азербайджанцев в населении страны. В ноябре того же года создается национальное правительство Иранского Азербайджана и национальный меджлис. Роль советских войск в такой ситуации состояла в защите национального движения. Иранское правительство неоднократно требовало пропустить свои войска на территорию Северного Ирана, в чем ему неоднократно было отказано. Не обошлось в этой ситуации и без вооруженных столкновений. Но, стараясь не усугублять и без того не очень теплые отношения с Ираном, советское правительство откладывало вывод войск, аргументируя свои действия неблагоприятными погодными условиями, стараясь продлить их пребывание до закрепленной международными договорами даты (2 марта 1946 года – спустя полгода после капитуляции Японии).

Сторонам удалось договориться только лишь 4 апреля 1946 года, когда в ответ на согласие иранского правительства на создание совместного советско-иранского нефтяного общества посол СССР вручил премьер-министру Ирана Каваму письмо о выводе советских войск в полуторамесячный срок (начиная с 24 марта). Последний закончился 9 мая 1946 года, что и положило конец «иранскому кризису». Правда, окончательное решение о создании советско-иранского нефтяного общества так и не было принято, поскольку оно откладывалось до созыва нового парламента, который впоследствии так и не ратифицировал соглашение. Планы СССР относительно избрания лояльного законодательного органа также потерпели крах, так как в декабре 1946 года национальное движение Иранского Азербайджана было разгромлено правительственными войсками.

Результатом кризиса стало укрепление позиций США на Ближнем Востоке и ослабление позиций Англии и СССР. Он способствовал формированию союза США и Англии против СССР, серьезно повлиял на становление новой системы международных отношений, получившей наименование Ялтинской.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю