332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Анатолий Заклинский » Солдат Доминиона » Текст книги (страница 6)
Солдат Доминиона
  • Текст добавлен: 17 сентября 2016, 20:00

Текст книги "Солдат Доминиона"


Автор книги: Анатолий Заклинский






сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 22 страниц)

Средний дезинтегратор был заметно тяжелее, и при том, что его эффективность против обычных целей была хуже, чем у автомата, это было существенным недостатком. Неслучайно область применения всего оружия, действие которого основывалось на дезинтеграции, распространялась на формы жизни, которые не уязвляются привычными методами воздействия, а также на формы жизни, ещё неизвестные, потому что противодействовать дезинтеграции было очень сложно. Броня из физического материала могла лишь увеличить время воздействия, требующееся для уязвления, как и силовая защита, способная лишь снизить эффективность дезинтеграционной волны, но не остановить её.

Именно для уничтожения таких целей и нужен был тяжёлый дезинтегратор. По размерам он превосходил даже многозарядную противовоздушную ракетницу, и, подобно ей, стрелять из него нужно было с плеча. При прочих равных гораздо проще было бы использовать любое другое тяжёлое оружие, в том числе против целей, защищённых силовыми полями. Ракетницы уже давно оснащались специальными антисиловыми зарядами, что лишало эту защиту эффективности.

В данной конкретной ситуации количество применяемого дезинтеграционного оружия объяснялось просто – противник был полностью неизвестным. Его физическую уязвимость в этом случае выявят игломёты. Если же враг окажется невосприимчив, то штурмовики будут использовать лёгкие дезинтеграторы.

Если брать масштабы намечающейся серьёзной войны, то эта вылазка была бы лишь разведкой боем, чтобы первоначально определить, какие виды оружия использовать в дальнейшем противостоянии.

Скафандр в первые минуты доставлял дискомфорт. Виталий чувствовал себя закованным и стянутым. Наверное, если ему придётся применять его каждый день, то со временем он привыкнет. А если они задержатся здесь, то так и будет. Ещё было непривычно, что каждое движение сопровождалось завыванием сервомоторов, и всё равно было тяжелее и медленнее. Но применительно к данной ситуации это было не так важно, потому что скоро они должны были покинуть зону искусственной гравитации.

При некотором недостатке скафандра, он обладал и массой преимуществ, и первое из них открылось сразу же, когда Виталий закрепил за спиной батарею для дезинтегратора – она совершенно не ощущалась, всю её массу взяли на себя сервоприводы. Он не ощутил утяжеления и после того, как закрепил на поясе тройной запас гранат и взял в руки сам дезинтегратор. В обычных условиях казалось, что при первой же возможности рюкзак тебя перевернёт, а уж чтобы соединить оружие с батареей специальным бронированным кабелем, нужно было изловчиться. Здесь же Виталий выполнил эту операцию одним лёгким движением. Взглянув на дисплей устройства, он убедился, что аккумулятор полностью заряжен, и при таком раскладе орудие готово сделать двенадцать выстрелов. Это число могло показаться очень незначительным, но если учесть, что тяжёлый дезинтегратор мог уничтожить даже единицу тяжёлой бронетехники, то это было вполне приемлемо. Как говорил старший инструктор Бунин – главное, не стрелять куда попало.

Выход из зоны искусственной гравитации был очень необычным. Во время одного единственного шага ты мгновенно сбрасываешь несколько килограммов. Передвигаться становится очень легко даже несмотря на предельную нагрузку, и поэтому делать это нужно очень и очень осторожно. В этот момент ты жалеешь, что вкупе с тяжёлым дезинтегратором у тебя нет пары запасных батарей, которые сильнее прижимали бы тебя к поверхности, и инерция твоего же тела не грозила тебя перевернуть, когда ты делаешь очередной шаг.

Колкин бывал здесь уже не в первый раз. Он ловко делал короткие шаги, почти не отклоняясь назад. Из теоретических курсов Виталий знал, что предпочтительнее всего в условиях низкой гравитации – это передвижение короткими прыжками, но для военных это не подходило – нет лучшего способа заранее себя выдать. Мало того, что, подпрыгивая, ты становишься заметнее, так и верхний слой грунта, поднимаясь вверх большими облаками, ещё долго будет на несколько сотен метров вокруг красноречиво кричать о том, что здесь кто-то прошёл. И хотя по условию задания враг не мог их вычислить, поскольку был заперт в пещере, правила нарушать было нельзя.

Колкин приказал пригнуться. Нужно это было больше для того, чтобы усложнить передвижение и начать выработку нового навыка. Он не торопил бойцов, неумело отмерявших каждый шаг, стараясь не ткнуться лицом шлема в блёклый грунт.

Конечно, солдат, основная специализация которых и есть действия в условиях низкой гравитации, натренировывают так, что они и без снаряжения перемещаются быстро и ловко, легко меняя манеру ходьбы. Однако суть Солдат Доминиона заключалась в универсальности и возможности экстренного применения практически в любых условиях. Упор, конечно же, делался на вторичную высадку в условия, приближенные к землеподобным планетам, но при надобности они должны, пусть и не так эффективно, но уметь высадиться где угодно. Видимо, эти экзамены и были нацелены на то, чтобы увидеть, кто на это способен после основного курса, а кто нет. От этого и зависело, кто может быть Солдатом Доминиона, а кто нет.

Тем временем они преодолели, по прикидкам Виталия, километра два. Их путь лежал через широкую брешь в скальной гряде, которая постепенно уходила вниз и оканчивалась дырой в горе, в которую упиралась. Примерно это и ожидал увидеть Зарубин – чёрный пролом, закрытый сеткой синих линий. Рядом с проломом полукругом стояли силовые эмиттеры, которые и наводили защиту. Но в одном отношении его ожидания не оправдались – он ожидал увидеть монстров, постоянно налегающих на синее поле и пытающихся выбраться наружу, чтобы уничтожить всё, что попадётся на их пути.

Монстров не было, и если бы не защита, выставленная учёными, вряд ли кто-то, взглянув, мог бы предположить, что изнутри может исходить серьёзная опасность.

– Запомните главное, – сказал Колкин, когда он и бойцы заняли позиции перед входом внутрь, – если силы врага будут превосходящими, то наша главная задача – выбраться наружу. Учёные снова наведут заслон, а мы вызовем подкрепление. Это ясно?

Все без лишних слов покивали – одно из условий скрытности, пусть даже в этой почти отсутствующей атмосфере звук не распространяется.

Интонации Колкина даже человека, полностью уверенного в том, что он лишь на учебном задании, заставили бы поверить в то, что ему предстоит самый настоящий бой, и силы неизвестного противника действительно окажутся превосходящими. Так что, их выход с большой долей вероятности станет разведкой боем.

По команде лейтенанта заслон был убран, и первая штурмовая тройка, вооружённая игломётами, устремилась в чёрный зёв пещеры. Стрелки, вооружённые средними дезинтеграторами, были готовы их прикрыть, на случай, если металлические снаряды не произведут должного эффекта. Плюс был в том, что в данных условиях можно было стрелять даже через укрытия – порода, из которой состояли скалы, была лёгкой добычей для распыляющих атак.

Виталий, его друг Леонид и рядовой Смолин, вооружённые тяжёлыми дезинтеграторами, находились в самом хвосте. Их участие пока не планировалось – проём пещеры был настолько узким, что один выстрел из такого оружия мог его обрушить.

Первая тройка сообщила о том, что не видит врага, и продолжила движение вперёд. За ними потянулись остальные штурмовики, прикрываемые стрелками. Виталий и его товарищи входили в пещеру последними. Дезинтеграторы были поставлены на предохранитель, поскольку цели для них не обозначились даже гипотетически.

– Вижу врага, – сообщил кто-то в рацию шёпотом.

– Много? – спросил Колкин.

– Трое. Не знаю. Выглядят мёртвыми, только что стоят.

– Снимайте их.

Не было привычных хлопков, звуков рикошета, которые можно было бы ожидать, и прочего. Где-то впереди завязался бой, судя по сообщениям передовых троек, достаточно серьёзный, но здесь, в хвосте, других свидетельств не было – разреженная почти до нуля атмосфера вносила свои коррективы в привычные явления.

Как бы там не обстояли дела, отряд уверенно продвигался вперёд. Вскоре и Виталий увидел тела убитых врагов. Они были человекообразными, только конечности их были заметно тоньше. Лица, с выпирающими горками щёк, на фоне которых глаза казались очень впалыми, низкий лоб, практически сразу становившийся теменем, поверх которого начиналось подобие полуоткрытого шлема, вернее, того, что от него осталось. И он, и вся остальная форма представляли собой лохмотья некогда добротных костюмов.

Вызывало множество вопросов и то, как эти существа умудрялись выживать в условиях низкого давления и отсутствия атмосферы, раз обмундирование у них отсутствовало. Вскоре стало понятно, почему – предположение о том, что они мертвы, оказалось верным. Это подтверждалось отсутствием крови, которая должна была вытекать из ран, и их манерой атаковать лишь то, что атакует их. К примеру, один из бойцов мог находиться в упор к одному из этих существ, а атаковало оно другого, находившегося дальше. Если же первый боец выстреливал одиночной иглой, то мгновенно становился объектом агрессии.

Уязвлялись эти существа тоже достаточно просто – достаточно было одного попадания в голову, которая, надо признать, была достаточно прочной, поскольку игла не проходила её насквозь, оставаясь внутри.

И только эта зачистка пещеры начала казаться расширенной версией тира, как их атаковал более серьёзный противник. Из-за камней показались существа в синеватых скафандрах. Их лиц не было видно из-за большого непрозрачного стекла, закрывавшего всю лицевую часть шлема. У этих существ было четыре руки, две из которых были меньше и казались лишь частью скафандра. Они располагались ниже рук существа, и были немного отодвинуты за спину.

В отличие от существ, без оглядки бежавших на атакующего их, эти не спешили выходить из укрытий, лишь выглядывая из-за них, и то только для того, чтобы атаковать людей непонятными зарядами. Яркие белые вспышки прочерчивали в плохо освещённом пространстве яркие линии и, врезаясь в укрытие, выламывали кусок породы. К счастью, подавление даже этих противников не было чем-то сверхсложным, а в чём-то даже более простым. Мёртвые существа практически не замечали попаданий в торс или конечности, живых же они заставляли отпрянуть назад и в следующий раз те шли в бой не так открыто. Попадание в голову также мгновенно выводило их из строя, поэтому бои стали не намного сложнее. Нужно было укрываться от выстрелов, но в целом подавление не вызывало трудностей.

Первым серьёзным препятствием на пути Солдат Доминиона стал тяжёлый робот с шестью руками. Иглы отскакивали от него в разные стороны, лишь обозначаясь короткими бликами. Виталий надеялся, что сейчас потребуется его помощь и жаждал вступить в бой, но этого не потребовалась – робота нейтрализовали средними дезинтеграторами.

Ещё через несколько сотен метров постепенно расширявшаяся пещера вывела их в зал с высокими потолками. Эта неизвестная структура точно была детищем разума, который, похоже, находился здесь ещё задолго до появления людей. Правда, вместо попыток установления мирного контакта эти существа сразу устроили агрессию.

Виталий и его товарищи заняли оборону у края пролома, который вёл в зал. Он появился здесь относительно недавно, видимо, из-за каких-то явлений естественного характера, а где находился настоящий вход внутрь, сейчас было сложно понять.

Вход в зал охраняло несколько тяжёлых шестируких роботов. Их удалось подавить достаточно быстро, но Виталий всё ещё оставался в резерве. В зал он вошёл последним, когда отряду удалось потеснить врага. В центре зала находилась огромная колонна, уходившая в потолок. От неё отходило несколько прогнутых конструкционных элементов, переходивших в колонны меньшего размера, окружавших центральную.

Сразу за всей этой колоннадой был огромных размеров проём, который вёл в другой зал, но что находилось там, разглядеть было нельзя.

Мертвецов уже не было – в бой шли исключительно живые враги в своих четырёхруких скафандрах. Их поддерживали роботы, которые по мере продвижения вперёд становились всё тяжелее. Но на этом сюрпризы не закончились.

Когда Солдаты Доминиона оттеснили врагов за колоннаду, содрогнулся пол. Сначала Виталий думал, что ему это показалось, но дрожание повторилось. Если бы не отсутствие атмосферы, он поверил бы себе быстрее, потому что услышал бы топот. В проём, уходивший почти под потолок, входил робот, которому едва хватало места. Войдя в зал, гигантская машина расправила свои восемь рук. Их концы начали наливаться ярким белым светом. Когда он стал нестерпимо ярким, огни отделились от конечностей робота и ударили в пол рядом с бойцами.

Виталий и его товарищи едва успели разбежаться по сторонам и залечь. Под ногами у робота мельтешили солдаты врага, не дававшие атаковать машину во время перезарядки.

– По моей команде, – сказал Колкин, – тяжёлые дезинтеграторы по машине, остальные по четырёхлапым.

Команда последовала меньше чем через полминуты. Виталий наконец ощутил себя полноценным участником боя. Выскочив из пролома, он нацелил оружие в центр груди робота и выстрелил. Металл, из которого стояла броня, мгновенно рассыпался, но робот не утратил боеспособность. Не успел зарубин скрыться, как в пролом влетел светящийся заряд. Он оставил приличных размеров выщерблину на стенке пещеры, что наводило на мысли о том, что, попади такой в Виталия, он уже не был бы жив. Вкупе с гигантской машиной всё совсем не походило на рядовые учения. Легенда задания выполнялась очень реалистично.

Колкин сказал всем отходить, а тяжёлым дезинтеграторщикам атаковать ноги робота. Его броня поддавалась слишком плохо, а уязвимые места не были известны, поэтому проще было заставить его массу работать против него.

На то, чтобы подкосить машину в совокупности потребовалось десять зарядов, но, в конце концов, машина рухнула вниз, полностью утратив боеспособность. Несмотря на то, что бойцам отряда удалось оттеснить противника, лейтенант скомандовал отходить. Когда они покинули пещеру, её снова закрыли силовыми полями.

На этот раз времени не дали ни на переобмундирование, ни тем более на отдых. После шлюза бойцы, не снимая скафандры и не разоружаясь, направились в порт, где их уже ждал десантный челнок. После того, как посадочная аппарель поднялась, он выкатился наружу из станции, а потом взлетел.

Вопреки ожиданиям, он взял курс не на Лайтаер, а в обратном направлении. Когда процесс полёта стабилизировался, Колкин дал указание всем привести себя в порядок, а потом отправиться спать. И хотя и по наручным часам, которые Виталий поставил ещё в лагере, и по бортовому времени всё ещё был день, он сказал, что это приказ.

А спать действительно хотелось. Постоянные перелёты и трудоёмкие задания забрали все силы. Они разместились в жилом отсеке десантного корабля и улеглись по кроватям.

– А представляете, что это всё ещё ерунда, – сказал Леонид.

– Я слышал, что наоборот, – ответил Седов, – парень из другого отряда говорил, что главное экзамены сдать. А если второй специальный получишь, пошлют куда-нибудь в охранный гарнизон и будешь периметр обходить.

– Ну да, – усмехнулся Виталий, – гоняли тебя по полигону день и ночь, чтобы ты потом просто вдоль стенки прохаживался.

– И потом, – добавил Сергеев, – откуда он знает, если сам в лагере ещё, как и не мы?

– Как будто до него никто не служил, – фыркнул Седов.

– А вообще, я тоже слышал, что куда попадёшь, – сказал Смолин, – если сейчас войны нет, направят куда-нибудь в глушь, чтобы на солнце особо не грелся.

– А прикинь – война, – сказал Леонид.

– Ты же не один будешь воевать, – сказал ему Виталий.

– Ну всё равно. Здесь-то ты знаешь, что это всё не по-настоящему, а там.

– Справимся как-нибудь, – успокоил его Зарубин, – главное, второй специальный получить.

– Что есть то есть, – сказал Сергеев, – теперь без него никуда и не хочется.

Разговоры продолжались недолго – уже через пять минут в жилом отсеке осталось только сопение и похрапывание. Корабль тем временем двигался к Дельте – третьей планете в системе Айкема. Она была скальной, размером чуть больше половины Лайтаера, и имела разреженную атмосферу. Цветом она была бледно-жёлтая, из-за особенностей грунт и атмосферы. Гравитация там была заметно выше, чем на спутнике, но всё же ниже, чем на Лайтаере. С точки зрения Виталия это были практически идеальные условия: нести снаряжение было легче, но двигаться можно было почти так же свободно.

Правда, после того, как они узнали, что летят на Дельту, радость длилась недолго. Ещё до того, как она стала видна невооружённым взглядом, Колкин объявил, что их не будут высаживать, и все, вооружившись игломётами и дезинтеграционными гранатами, должны будут десантироваться.

С этой точки зрения Дельта с её тонкой разреженной атмосферой была очень неудобной. Нужно было либо прыгать с большой высоты, чтобы парашют успел замедлить бойца, либо использовать скафандры с активными системами торможения. Учитывая жёсткость условий, был выбран именно второй вариант – более сложный.

Десантный скафандр был гораздо тяжелее универсального и представлял собой по-настоящему серьёзную броню. Учитывая, что простое десантирование не являлось сверхсложной задачей, то в этих рамках можно было говорить даже о простоте использования скафандра. Вообще, он имел модульную структуру и для разных задач космодесантники могли оснащать свои костюмы чем угодно – от водомётов для плавания до лёгких ракетниц, способных противостоять авиации. Солдаты Доминиона же использовали базовую модель. Никакие надстройки, представляющие трудности при освоении, ими не использовались. Нужно было лишь уметь совершить мягкую посадку и быть способным к дальнейшим действиям. Что же касалось прыжка, то процесс был сильно упрощён, и по сути, самым важным было не побояться выпрыгнуть из десантного корабля. У некоторых с этим не возникало проблем, но некоторые побаивались.

Активная система торможения представляла собой ранец, крепящийся к скафандру. В нужный момент он выпускал реактивную струю и понижал скорость десантирующегося. Учитывая универсальность, он был предпочтительнее парашюта, даже несмотря на дороговизну. Учитывая, что высадка готовилась заранее, скафандры уже были укомплектованы ранцами. Кроме них были только контейнеры для оружия, находившиеся за спиной и на груди. В них и лежало всё основное снаряжение.

На этот раз Виталий получил приказ вооружиться средним дезинтегратором. До последнего момента Колкин не открывал подробностей задания. Он объявил всё только тогда, когда отряд был облачён в скафандры и готовился к десантированию.

– На планете находится база врага. Она хорошо укреплена, и поэтому штурмовать её пока не планируется. Наша задача – прервать снабжение и нарушить её работу. Для этого нужно отследить и уничтожить несколько конвоев. Действуем в отрыве от главных сил. Помощи не будет. При возможности желателен захват и использование вражеских грузов. При невозможности оного – уничтожение. Задачи ясны?

– Так точно!

– Герметизируйтесь.

По этой команде бойцы надели шлемы и зафиксировали их нажатием на специальную кнопку на небольшом пульте управления, располагавшемся на правом предплечье. Там загорелась небольшая зелёная лампочка, свидетельствовавшая о том, что костюм герметичен.

– Мы сбрасываемся почти в сотне километров, – сказал Колкин после того, как убедился, что все надели шлемы, – ближе не подлететь.

Прямо в воздухе опустилась аппарель, открывая вид на тусклые предрассветные сумерки. Внизу ничего не было видно до тех пор, пока в шлеме автоматически не включился прибор ночного видения. Тогда стало ясно, что под ними обширная равнина, упирающаяся в скальную гряду. С другого бока виднелись невысокие холмы, за которыми уже ничего нельзя было разглядеть.

Прыгать в темноту было страшновато. Преодолев себя, Виталий устремился вперёд. Падение он запомнил плохо. Оно произошло очень быстро – не прошло и полминуты с момента прыжка, а система активного торможения резко подбросила Виталия вверх. В следующую секунду его ноги коснулись поверхности.

– За мной, – скомандовал Колкин.

Лейтенант устремился вперёд. Отряд колонной последовал за ним. Задача была ясна – до того, как расцветёт, нужно уйти с открытой местности, где их заметит первый же разведчик. Учитывая, что десантный аппарат тоже, скорее всего, будет засечён, то ждать его можно будет в ближайшее время.

Колкин вёл отряд вперёд. Бежать было легко даже несмотря на снаряжение. Ещё до того, как Айкем окрасил окружающее пространство золотистым цветом, они были около скальной гряды. Первым делом избавились от лишнего груза – десантные ранцы были выброшены в специально вырытую яму и забросаны грунтом и камнями. После короткой переклички направились дальше. На этот раз двигались шагом, рассредоточившись на большое расстояние, и жались к скале. Скафандры, выкрашенные в жёлто-серый цвет, отлично сливались с местностью.

Когда вокруг уже полностью расцвело, над долиной показались летательные аппараты. Они сделали несколько кругов, после чего улетели. Пока они были там, отряд залёг под скалой, чтобы ещё уменьшить вероятность обнаружения.

– Кажется, у наших друзей уже проблемы с ресурсами, – сказал Колкин, – давайте их усугубим, – вперёд.

Они шли долго, останавливаясь лишь для коротких привалов или в те моменты, когда появлялись разведчики врага. Один из них пролетал очень близко, и Виталий думал, что их заметят, но, похоже, противники уже уверовали в то, что пролетавший рано утром аппарат просто заблудился.

Черед четыре часа пути они вышли к небольшому ущелью, рассекавшему скальную гряду. Убедившись, что впереди нет угроз, они двинулись вперёд. Видимо, проблемы с ресурсами были нешуточными, потому что дозоров или патрулей не было вообще. Но всё равно был фактор, который не позволял при всём желании считать это задание прогулкой. Они находились в атмосфере, где невозможно было выжить без скафандра, и любое его повреждение могло вызвать серьёзные трудности. Конечно, шарики с краской наподобие тех, которые использовали условные противники на полигоне, не могли пробить броню. Даже не всякая пуля смогла бы это сделать, но всё равно, вероятность получения повреждения была, что заставляло крутиться в голове слова старшего инструктора Бунина о том, что с того момента, как они покинули лагерь, они находятся на настоящей войне.

За исключением распоряжений Колкина, в эфире царило молчание. Не исключалось, что их могут засечь, поэтому будет лучше, если на их волне будет царить тишина. В совокупности с использованием скафандра, это немного давило, и Виталий понимал, что дальше будет только хуже.

Во время очередного привала лейтенант приказал всем использовать по одному питательному контейнеру. С внутренней стороны шлема в районе рта выдвигался небольшой катетер, через который подавалась специальная смесь. По консистенции она напоминала йогурт, по вкусу – питательные батончики. Употреблять воду отдельно было нельзя, по причине отсутствия у скафандра некоторых систем жизнеобеспечения. Но пить уже начинало хотеться. Виталию думалось, что если они собираются пробыть здесь долго, избежать того, что кто-то захочет в туалет, не удастся. Интересно, как они будут с этим справляться?

Ущелье вывело их к холмистой равнине. Справа была всё та же скальная гряда, и бойцы направились вдоль неё. Постепенно их путь превратился в узкую тропинку, идущую над обрывом. А вскоре внизу показалась накатанная дорога.

Колкин приказал залечь и осмотреться. Он не был уверен в том, что это и есть та основная дорога, по которой ходят колонны снабжения, и это ещё нужно было выяснить. Иногда останавливаясь, чтобы осмотреться, они двинулись дальше.

За всё то время, которое они затратили на движение, по дороге никто не проехал, и если бы не относительно свежие следы, можно было бы заключить, что ею не пользуются вообще. Тем временем, тропинка, по которой они шли, постепенно расширялась, а горная гряда становилась ниже. Колкин выбрал наиболее удобное место и дал команду карабкаться наверх.

Высота была небольшой, но с неё открылся отличный вид. Наконец, Виталий и остальные смогли увидеть то, зачем сюда явились – базу неприятеля. По центру возвышалась мачта. Назначение её было непонятно, потому что в конце металлической конструкции не было ни антенны, ни чего-либо ещё. Разве что, можно было предположить, что она сама по себе выполняет функции антенны. Более низкие строения скрывались за холмами и небольшой скалой. Была видна часть укреплённого защитного периметра с вышками, исчерченными горизонтальными полосками бойниц.

Виталию думалось, что если подогнать сюда даже лёгкую бронетехнику, да ещё и атаковать с воздуха, крепость можно было бы захватить без особого труда. Но раз по легенде она неприступна, значит так и нужно считать.

– Вижу цели, – сказал Леонид, – слева.

Через пять секунд Виталий понял, что имеет в виду его товарищ. Слева из-за холмов появилось облако пыли. Учитывая его размер, оно не могло быть поднято одним человеком или даже отрядом – это определённо была техника.

– Отлично, зоркий глаз, – сухо сказал Колкин, – нужно подойти поближе.

Отряд снялся с места и осторожно выдвинулся в обход. Действовать скрытно становилось сложнее. Как оказалось, воздушное пространство над самой базой патрулирует винтокрыл. К счастью, он делал это по расписанию, и уже на третьем заходе стало ясно, когда его можно ждать. Бойцы заранее находили себе укрытие, дожидались, пока машина скроется из вида, и продвигались дальше.

Немного дольше пришлось выждать для того, чтобы пересечь дорогу. Во-первых, велика была вероятность, что здесь будет проезжать машина, а во-вторых, это был достаточно большой отрезок открытой местности. На счастье, как оказалось, летательный аппарат над базой не курсирует постоянно – он взлетает, делает несколько кругов, а потом улетает восвояси. Винтокрыл ушёл на посадку как раз, когда отряд преодолел дорогу и занял позиции в скалах за ней.

Теперь самым главным было найти место, наиболее удобное для атаки. Как сказал Колкин, машины перевозят в основном кислород. По каким-то причинам синтезатор, расположенный на самой базе, не функционирует и им временно нужны поставки. Это отличный способ заставить их дёргаться. К тому же, была вероятность, что помимо кислорода они сейчас получают ещё и груз запчастей, уничтожив которые, можно серьёзно затормозить процесс ввода в строй их собственного синтезатора.

Учитывая, что дорога связывала между собой два объекта, примерно сопоставимых по серьёзности, нужно было найти точку, примерно равноудалённую от обеих объектов. Это увеличит время до прибытия воздушных сил с какой-либо из баз. Не менее важной была и возможность уйти, потому что силы в любом случае рано или поздно прибудут. Если с летунами отлично справится тяжёлый дезинтегратор, то наземные отряды могут вцепиться в них намертво, и от них уже будет очень сложно уйти.

Удачное место для засады нашли достаточно быстро. Оно было далеко от базы, на которую направлялся груз, и заметно ближе к базе, откуда его должны были отправить, но зато к дороге примыкало ущелье, в котором легко можно было скрыться, прихватив что-либо из техники. Если это будет колёсная машина с хоть какими-то внедорожными возможностями, она там пройдёт. Здесь, на планете, где практически отсутствовала инфраструктура, таковым должен был быть весь транспортный парк.

Вскоре наблюдатель, забравшийся высоко по стенке ущелья, доложил, что видит большое облако пыли. Все приготовились. Виталий почувствовал боевой азарт. Всё это время, что они скитались по планете, он только и ожидал возможности вступить в бой, теперь эта возможность двигалась к нему, поднимая в здешний разреженный воздух облака грунта, подсвечиваемые жёлтым светом Айкема, преломленным атмосферой.

Первым шёл броневик. В кузове у него стоял большой пулемёт на станке. Крепко сжимая ручки, за пулемётом стоял человек в мощном металлическом скафандре. Если игломёт и способен пробить такую броню, то всё равно лучше не пытаться это сделать, а заранее положиться на дезинтегратор.

Сразу за броневиком шёл массивный грузовик с большим кузовом. За ним ещё один точно такой же, а следом ещё один. Замыкал колонну ещё один броневик, раза в два крупнее, чем первый. Вместо пулемёта с человеком, у него на крыше располагалась целая башня с двуствольной пушкой. Сомневаться не приходилось, что если она вступит в бой, их ждут первые потери.

Сейчас Виталий жалел, что вооружён средним дезинтеграторам, потому что на этот раз самая интересная работа досталась тяжёлым дезинтеграторщикам – они должны были подбить головную и замыкающую машины. Виталию, благодаря его удобному положению, нужно было ликвидировать стрелка, и тем самым обозначить начало атаки.

Первым, что происходит, понял, наверное, водитель машины, идущей следом за головным броневиком. Ему лучше всех было видно, как непонятные струйки пыли полетели в разные стороны от головы пулемётчика. В первый момент это можно было принять за особенно сильный поток пыли, набежавший на него. Вот только потоки пыли не валят человека с ног, да так, что он, поддавшись тяжести скафандра, перевалился через борт кузова и выпал на дорогу. Но в следующий момент это было неважно, потому что похожий же ветер развеял часть капота броневика, задев кабину. И уж конечно никто не видел, как обратилась в прах башенка заднего броневика, как испарилась и развеялась по ветру его боковая дверь, нарушая герметичность кабины.

Бой мог быть горячим только в умах тех, кто его начал. На деле, кроме негромкого завывания энергоблоков дезинтеграторов ничего слышно не было. Всё происходило в полной тишине, а потом заработали игломёты. Звук был не таким, как тогда, на полигоне, когда Виталий впервые увидел это оружие. Тогда они извергали иглы с тугим, похожий на вой звуком. Особенно явным это было при стрельбе короткими очередями, когда звуки выстрелов сливались в один.

Здесь же звук оказался более высоким и резким, как будто не иглы выходили из непропорционально толстого ствола, а большие злобные пчёлы. Примерно схожим был и эффект, который они производили на того, в кого попадали. Как жала огромных инопланетных насекомых, они пронзили водителя заднего броневика, который уже почти открыл огонь по неожиданно появившемуся врагу. Вряд ли ему удалось увидеть кого-то из Солдат Доминиона, а тем более – попасть, но он всё равно выбрался из кабины и атаковал.

В следующие секунды из замыкающего броневика выскочило с десяток бойцов, занявших позиции. В первые полминуты боя Виталий успел убить троих. К концу второй минуты никого из врагов уже не осталось в живых.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю