Текст книги "Сталь и шелк. Акт второй (СИ)"
Автор книги: Анастасия Сыч
Соавторы: Алиса Рудницкая
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 35 страниц) [доступный отрывок для чтения: 13 страниц]
Глава 12. Абигейл (2)
– Давай сюда, – Яна чуть взволнованно протянула руку.
Кеша сунул ей длинную тонкую пробирку со светящимся ярко-желтым зельем и предупредил:
– Радость и эйфория, действует кратковременно. Добавки не просить и никому не рассказывать, что пила. Оно не совсем разрешенное.
– Не помню, чтобы я испытывала что-то вроде радости, перед нашими обменами, – пробормотала Яна. – Скорее наоборот.. Но, если ты уверен, можно попробовать...
– Ты же вроде говорила что прямо из постели с Хоуком выпрыгнула? – напомнил Кеша. – Так что стоит проверить.
Яна прожгла его взглядом.
– Не из постели. Фактически то был... лист кувшинки. Но не суть... Просто тогда я испытывала несколько спорные эмоции, – мне показалось, что Яна немного смутилась. – Если честно, думала про... ну, свое настояще тело. И мне скорее было тоскливо, чем радостно.
– Нет в тебе экспериментаторского духа, – покачал головой Кеша. – Ну да ладно. Возвращай тогда. Но знай, если ты на вершине оргазма вдруг окажешься в теле подруге – я тебя предупреждал. Лучше все проверить. Но если уж тебе так не хочется….
– Я выпью, – устав слушать их препирания, протянула руку я. – Ты прав. Лучше проверить...
Пожав плечами, Яна передала мне пробирку. Я открыла ее, запрокинула голову и вылила жидкость себе прямо в горло. На язык все равно немного попало. Почувствовала я себя заправской алкоголичкой – Янка как-то рассказывала, что таким образом пьют очень крепкие напитки, чтобы не обжечь язык. Зелье оказалось сладкое, как сахар. Подействовало оно не сразу. Пару секунд я сидела и прислушивалась к себе. А потом вдруг вся эта ситуация показалась мне такой хорошей.
Вот Янка сидит рядом – какая же она замечательная подруга, как же я рада ее видеть. Вот Кеша, рыжий и красивый. Вспомнился наш поцелуй у подъезда, поход в парк, тот нежный вечер. И я расплылась в улыбке. Глупой такой, что Янка аж испугалась.
Видя мое состояние, подруга осуждающе посмотрела на Кешу, а тот хитро улыбнулся. Я как в тумане припомнила, что надо бы попробовать поменяться. Глянула на Яну. Поменяться? Но ведь Янка вот какая недовольная сидит, а вдруг я от нее заражусь? Заражусь мнительностью и подозрительностью. От этой мысли я даже хихикнула.
– Так, эффект нулевой, – сообщил Кеша, делая пометку в блокноте. – Не бойся, сейчас пройдет.
– Наверное, надо, чтобы и я одновременно... была полна эмоций – заметила Яна.
– Да, стоит попробовать, – согласился Кеша.
Я весело закивала. Да-да, Янке бы не помешало это все испытать. Однако тут эффект зелья начал сходить на нет.. Чувство было такое, будто из меня вытягивают соки. Мир терял краски, и алхимическая лаборатория, только что бывшая страной чудес, вдруг превратилась в грязное и душное помещение, пропахшее всякой гадостью.
– Это ужасно, – сообщила я, когда действие закончилось окончательно. – Мне что, еще раз это пить придется? Ужас какой. Это даже хуже алкоголя…
– Крепись, так надо, – сообщил Кеша, протягивая нам с Яной еще по пробирке. – Дубль два. Поехали.
Понимая, что, если помедлю хоть секунду, то откажусь, я влила в себя в горло следующую порцию этой алхимической гадости даже быстрее Яны. Подруга только покачала головой на это, и присоединилась ко мне. Все повторилось. Только теперь к радости примешивался зудящий голосок где-то внутри, бормочущий “так же лучше, вот бы оно не кончалось”. Глянув на подругу, я увидела, что Янка, растянув губы в счастливой улыбке и с сияющими глазами полезла к стоящему рядом Кеше обниматься:
– Блиин, ребят, а вы реально такие классные!
Когда действие зелья начало проходить, меня взяла зависть. Янка-то все еще улыбалась, а я – уже нет. И я, зажмурив глаза, очень и очень сильно захотела нырнуть в ее тело, чтобы спастись от меркнущих красок. Это было подло с моей стороны, но сработало. Знакомое головокружение… и я чуть не упала со стула.
Действие эйфорического зелья резко испарилось, вернув меня к реальности. Я сидела, хватаясь одной рукой за табуретку, другой – за Кешу, а рядом моргала глазами Яна в своем собственном теле. Поняв, что я сделала, я ощутила себя гадко. Тоже мне, подруга… ради удовольствия взяла и выгнала Яну из тела.
– Бинго, – блеснул глазами Кеша. – Рассказывайте, что было, девчата.
Скрывать смысла не было, и я созналась.
– Прости, – добавила я к своим объяснениям, стараясь не смотреть на Яну. – Это зелье совсем меня запутало… не злишься?
– Злюсь? С чего бы, это же в каком-то смысле наркотик – ты готов на все, чтобы заполучить еще. У тебя еще очень невинные пожелания были – и как раз те, что нам и нужны, – фыркнула Яна. – А я вот подумала, что веду себя, как пьяная, и вспомнила, как невесело кончались все мои попытки глотнуть алкоголя в твоем теле, и как хорошо было с этим делом в моем. Решила, что хочу уже в свое и на радостях очень сильно поверила в то, что получится. Получилось.
– Фух, – выдохнула я.
– Ну, способ, конечно, не очень, – сделал еще одну пометку Кеша. – Да и радость тут была не при чем. Хорошо. Тест номер два.
И он помахал в воздухе пробиркой с ярко-красным зельем. Оно переливалось внутри словно было туманом или густым дымом, а не жидкостью.
– Страх, – сообщил он. – Если я все правильно понял – от него вас должно шустро поменять обратно.
– А магии все нет, – задумчиво отметила Яна. – Эх. Ну ладно, давай дальше будем пробовать скакать. Хорошо бы научится управлять... процессом.
– Управлять будем пробовать после тестов. Сейчас я только в своих теориях хочу убедиться. Чтобы не давать вам не пойми что беспочвенно и не натворить дел. От этих же эмотиков никакого вреда, а вот от того что я сварил… ну не знаю. Мало ли. Надо все проверить.
Кеша протянул одну пробирку Яне, другую мне и встал поближе, прямо между нами. Когда подруга на него подозрительно зыркнула, он только улыбнулся:
– Доза, конечно, маленькая… но мало ли. Не хочу, чтобы ты разнесла мне лабораторию.
– От страха? – хмыкнула Яна, залпом выпивая жидкость из пробирки.
Я последовала ее примеру, хотя пить эту гадость совсем не хотелось. Впрочем, гадость пахла вишней, да и вкус тоже оказался похожим.
– Вы главное пожелайте посильнее обе сбежать из своего тела в чужое, – попросил Кеша. – Проверим, так ли это работает. Если сейчас получится, то я буду от этого дальше в своих исследований плясать.
Страх подействовал практически так же, как и радость. Не резко, а постепенно наступая, он захватил все мое сознание. Тени вдруг сгустились, в каждой мерещилось по страшному чудовищу. Не выдержав давления, я придвинулась поближе к Кеше, но тут же отпрянула. На его лице мне померещилась не веселая улыбка, а страшный оскал.
Тук, тук, тук…
Я взвизгнула и зажмурилась, мечтая оказаться где угодно, только не в собственном теле. И вновь это сработало. Головокружение, и я уже валяюсь на полу в привычном Янкином теле. Страх отступил, и я потерла ушибленный бок. Глянула на подругу. Та на стуле все же удержалась, но вид у нее был бледный и какой-то пришибленный.
– Кто-то стучал? – хрипловато уточнила она.
– Я, – сообщил рыжий хитрец. – По дверце шкафа. Но сработало же.
– Придурок, – буркнула Яна, но обиды в ее голосе не чувствовалось. – В общем, вроде как работает И что дальше? Как-то я не хочу каждый раз испытывать подобное…
– Не парьтесь, – заверил нас Кеша. – По крайней мере на первое время я сделаю вам зелье, при помощи которого вы сможете поменяться в экстренном случае – быстро и без издевательства над вашей психикой. Через недельку-другую готово будет. А теперь идите-ка вы отдыхать. И поешьте чего-нибудь, эти зелья много сил отнимают...
Глава 13. Яна (1)
На следующий день, когда первая радость после Кешиных экспериментов окончательно прошла, и я крепко призадумалась. Ну научимся мы контролировать перемещения между телами. Но что, собственно, это нам даст? Без магии-то. Будем после занятий на пару часиков меняться, просто чтобы вновь почувствовать себя в родной шкуре? Или вообще только на время сна? Ведь мало того, что и по вечерам учиться надо, тренироваться. Так я уже еще и привыкла постепенно, по мелочам магию использовать в быту.
В общем, если хочу быть магом в своем теле – мне все равно придется учиться и стремиться полапать этот Кристалл Междумирья. Разве что Кеша окажется совсем гением и что-нибудь еще придумает.
Вот то, что Кеша, не забил на меня и мои проблемы – реально грело душу. Я мигом забыла все обиды, и вообще корила себя за нехорошие мысли. Ведь знаю же Кешу – он вечно себе там что-то на уме, строит тайные планы по улучшению моей – и не только – жизни, не разменивается на пустые обещания. А я тут решила, что все, кинул, друг. Просто потому, что он скрыл от меня правду о своем обучении в академии. Хотя логикой понимала, что такие новости подруге-реалистке не расскажешь. Академия, блин, магии. Магии!
Полное ведь безумие. Но существует же!
И наличие грязевого болотца среди гостиной моего общежития являлось наглядным тому подтверждением.
Я только на пару минут на обеде забежала к себе в комнату за учебниками. Поднималась – лежал на полу чудесный бордовый ковер, пушистый такой. Спустилась – вместо ковра лужа грязи пузырится, сверху жуткие черно-белые бабочки порхают. И сидит у всего этого великолепия Мэт, с видом задумчивым, аля Аленушка, желтую косу набок свесив. Как обычно – в одних штанах и безрукавке, да еще и босой.
– Что-то я даже не знаю, как это вышло... – увидев меня, отрешенно заметил эльф. – Хотел просто сделать такой же ковер, как в зале магии земли.
– Не очень-то похоже на имитацию лесной полянки, – заметила я. – И вообще она нам тут нужна была бы не больше, чем это болото. Что с твоим чувством стиля, о дивный?
– Да я так, экспериментировал, – почесал за ухом Мэт. – Слушай, староста, как убрать-то? А то оно, это, пованивать начинает.
Пованивать и вправду начинало. И пузыри все больше становились – еще как возьмут, как лопнут, и все в комнате забрызгают. Нехорошая перспектива.
Я задумалась. Ну, во-первых, у меня сейчас была пара по пространственной магии с Фелицией Вон. Опаздывать и портить заработанное на водной магии хорошее впечатление о себе я не хотела. А во-вторых... я понятия не имела, как это исправлять.
Потому, аккуратно обходя этот объект живой природы в сторону выхода из гостиной, я уточнила у Мэта:
– Ты же эльф, магия земли – твоя суть. Неужели никак...
– Никак, – затряс головой этот горе-эльф. – Меня же все время на магию смерти выносит, что ни делаю! И когда оно вот так... совмещается случайно... то оно такое мощное получается. И неубираемое. Мной, по-крайней мере.
Точно ведь – магия смерти. Я-то думаю, что за бабочки странные, а тут пригляделась – а это зомби-бабочки, обесцвеченные, с поломанными крыльями. Надеюсь у них нет желания забираться через ноздри в мозг и пожирать его. Меня аж передернуло.
– Ой!
В гостиную заглянула Брусника. Я припомнила, что у нее на сегодня с учебой все, расписание так сложилось, что пары только до обеда. И Брусника у нас тоже в земной магии специалист, дитя Эквариуса ведь. Я была уже у самой двери и нежно подтолкнула Бруснику вперед, поближе к Мэту и его болотцу.
– Помоги эльфу, а, Ника? А то мне бежать надо. Опоздаю, и Фелиция Вон меня прибьет – словесно или магически. А у тебя наверняка лучше получится избавиться от этой гадости, ты так круто у Нинель Тарман колдовала, я помню. Талантище!
От моей грубой, но искренней лести – я же прекрасно осознавала, что в магии земли она куда меня сильнее – Брусника одновременно смутилась, и подозрительно на меня покосилась.
Я состроила самую невинную мордашку на Эбином личике.
– Попробуешь? Не хочется к преподам идти – мы же с неопасными для жизни магическими проблемами должны сами типа как справляться.
– Я бы так уверенно не говорил, про неопасность для жизни, – задумчиво отметил Мэт, с нездоровым любопытством рассматривая свое неудачное творение.
Бабочки, видимо, размножались клонированием. Уже раза в два стало больше с тех пор, как я их впервые увидела. И запах подозрительный становился все сильнее. Я на секунду засомневалась. А может, не дурить? Сразу мчаться за Дженни или самой Нинель Тарман – ее специализация. Но Брусника решительно выступила вперед:
– Иди, Эби, не беспокойся. Мы с Мэтом как-нибудь сами разберемся, – она с воодушевлением направилась прямо к нашему бывшему ковру. Эльф только пожал плечами – против помощи Брусники он не возражал. И я, пожелав им удачи, побежала на пространственную магию.
***
Мне повезло – успела. И на самом занятии хорошо себя показала. Пусть я и не признавалась насчет своего практического опыта в телепортации, но это заметно помогло мне в понимании теории. Ведь если Грегу Хеллвену хватало качественного заучивания, то Фелиция Вон к учебникам относилась пренебрежительно и предпочитала слышать из уст студентов их собственное восприятие материала. Темой занятия было простое перемещение в пространстве неживых предметов небольшого размера . Не левитация, а именно мгновенное перетаскивание из одной точки в другую какой-нибудь там, например, кружки. Задание это раз в пятьдесят проще, чем перемещение собственного тела, и уже поняв принцип я с легкостью выполнила его... ну, с третьего раза, на самом деле. Но все равно – лучше всех.
После пространственной магии была моя любимая артефакторика – сегодня еще любимей, потому что Эйнара на ней не было. Решил, что ли, все-таки перестать тратить зря время? И отлично – а то не нравится мне, как он все косится на меня. Вроде я, впервые появившись на занятии, пока Эби лежала в лазарете, и объяснила этому слишком проницательному паразиту, что мы с Янкой как-то пообщавшись решили, что артефакторика это не ее, а вот точно уж мое. И Эйнар сделал вид, что поверил, одобрил разумное решение, но с таким раздражающим ехидненьким взглядом, что я в тот вечер не удержалась от мелкой мести.
Зная, что Эйнар единственный в нашей группе пьет и чай, и кофе с сахаром – подменила его на соль. И прогнала с кухни почти все светящиеся шары, чтобы организовать полумрак. Блондинчик, решивший на ночь похлебать чайку, подвоха не разглядел и потом долго плевался, радуя меня безмерно. Правда, на место сахар никто не вернул, а на утро Брусника вдруг решила испечь блинчики... Но, в общем, не вышло вкусного горячего завтрака.
После индивидуального занятия артефакторикой с Вальдором я, довольная прошедшим днем, не спеша шла в общежитие. Повернув за угол, я чуть не столкнулась с Альбо Фолко. Парень был в своем любимом черном свитере и бордовых брюках, красновато-каштановые волосы как обычно взъерошены, глаза – бегают. Он совсем не мог сосредоточиться надолго на чем-то одном. К тому же память у него была птичья. И из-за этого – все сложности. В магии воздуха он был превосходен, а в остальном – тащился в самом низу, несмотря на хорошую соображалку.
– О, Эби! Привет Эби, – Альбо наклонил голову набок, красуясь татуировкой на шее, замер на целую секунду, и начал тараторить: – А ты слышала новость? Все говорят! Я сейчас с превращений иду. У меня только с превращениями хорошо получается. Потом Дженни взяли – вызвали. Срочно и серьезно. Я полетел проверить – зачем? Любопытно было. И первый узнал. Знаешь, кто в академии нагрянул? Хранители! Настоящие. Те самые. Мою бабку они казнили когда-то. Мама твердила, что справедливо. Но не знаю. Я бабку любил..
– Притормози-ка! – перебила я семейные откровения оборотня. – Хранители? Зачем здесь Хранители?
В животе от внезапного страха стало неуютно. Так, я спокойна, я совершенно, спокойна. Не по наши с Эби они души, определенно. Может, просто из-за этих сбоев заглянули? Ну ничего, ректор их быстро выпроводит.
– Не знаю. Не слышал. Они все ходили вокруг академии. Ходили, ходили. Важные такие. Все еще ходят. Возле библиотеки в последний раз были. Можешь посмотреть. А нет, вру, слышал. Слышал, зачем они тут. Из-за взрыва. И дракона. И демона. И вообще – проверка, что у нас в академии творится. Вдруг, что подозрительное. Слышал, что им хочется очень найти, в академии что-нибудь подозрительное. Что, считают, будто ректор преступников покрывает. И интриги плетет против властей Альянса. Врут? Не врут? Без разницы – не люблю после бабки Хранителей.
Ну-ну, я так понимала, по всему тому, что об этих Хранителях слышала, что для них и мы с Эби не невинные жертвы, а закоренелые преступники. Так что их присутствие, мягко говоря, тревожило.
Я лишь на миг задумалась, а Альбо уже упорхнул куда-то, оставив меня нервничать в одиночестве. Может и правда пойти посмотреть на этих Хранителей? Или плюнуть и пойти спокойно в общагу, проверить как там Мэт с Никой справились с болотом и вообще...
Глава 13. Яна (2)
Только я переступила порог общежития, как столкнулась с Эйнаром. В его растрепанной белой гриве, обычно прилизанной волосок к волоску в мнимой небрежности, красовались капли грязи и застрявшие крылья бабочек. Аккуратные тонкие косички с цветными бусинами-артефактами превратились в неопрятного вида дреды. От виска до уголка рта холеное лицо разрезала глубокая царапина с уже запекшейся кровью.
Что-то подобный его вид вызывает нехорошее предчувствие.
Эйнар, увидев меня, болезненно скривился.
– Надо же, какая радость – староста пришла!
– Что случилось? – встревожено спросила я, и, не удержавшись, быстренько вытащила запутавшееся в его волосах полупрозрачное крылышко. Парень только глазами недоуменно хлопнул. – Это все из-за Мэтова болота?
– А хорошо сказано, – Эйнар вдруг развеселился, хотя улыбнуться у него не получилось – только зашипел от боли. – Мэтово болото... теперь будет нашим традиционным общажным ругательством для всякого свалившегося на голову дерьма.
Дерьмо из уст Эйнара обеспокоило меня сильнее, чем его рана – никогда не слышала, чтобы он такие грубости говорил, обычно все культурненько и ехидненько.
– Я вообще-то в лазарет шел. Может пропустишь? Конечно, наша близость греет мне душу, но я бы предпочел, чтобы в это время мое тело было здоровее и чище.
Я закатила глаза, но посторонилась.
– Могу попробовать тебя исцелить... – любезно решила предложить я, вместо того, чтобы бросить ответную колкость. Но Эйнар моего благородства не оценил, торопливо выскочил за дверь:
– Ни за что! При всех моих нежных чувствах к тебе, лучше обращусь к профессионалу....Так что... удачи с Юз, Абигейл.
Я напряглась. Опять эта Юз Мосали! Что там вообще случилось? Мало мне тревог от внезапно нагрянувших Хранителей, так, чую, грядут еще общажные разборки... Хотя с чего это вдруг я так парюсь, будто сама что-то натворила и в чем-то виновата?!
Я решительно направилась в гостинную, чтобы своими глазами оценить масштабы трагедии. Однако, сначала я масштабы этой самой трагедии услышала.
Брусника громко сопела, вручную вытирая заляпанные черной жижей желто-коричневые стены. Получалось у нее не очень – только сильнее пятна размазывались, и стены обновленным окрасом вызывали ассоциации с леопардовой шкурой. В целом гостиная была... разгромлена. Огонь в камине весело пылал почему-то зеленым, с ранее уютных кресел капала вода. Потолок такой же заляпанный, как и стены, зато пол – вполне себе деревянный пол, а не болото, только очень грязный и усыпанный трупиками насекомых и длинными ворсинками. Остатки ковра что ли?
– Есть же заклинание, что ты мучаешься, – обратилась я к бедной Нике. Бедная Ника в ответ опалила меня таким раздраженным взглядом, что я чуть не попятилась. Кто эта девица и куда она дела нашу милую добрую Брусничку?!
– Аккуратней с советами, Абигейл. Твоя просьба оказать Мэту помощь уже обернулась для Брусники... не самым приятным уроком.
Поджав от раздражения губы, я резко повернулась к Юз Мосали. Она только что зашла в гостиную из кухни, выглядела безупречно и держала в руках чашку кофе.
– То есть это я виновата? – нарочито спокойно уточнила я, хотя внутри все закипело от возмущения. Краем глаза я с облегчением заметила, что на Юз Брусника смотрела тоже с раздражением. Мне было неприятно думать, что приятельница злиться именно на меня. Она же сама захотела помочь, я же ее не заставляла...
– Ну что ты, – мягко улыбнулась Юз. – Здесь у каждого своя голова на плечах есть. И Мэт, и Брусника должны были понимать, как опасен конфликт магии жизни и магии смерти...
– Там же Мэт просто со стихийной, с землей, экспериментировал...
– О, так ты считаешь, что достаточно разбираешься в этой области для подобной уверенности?
А вот это уже однозначно оскорбление. Я глубоко вздохнула, сдерживая порыв ответить ей тем же. Сначала нужно понять, что здесь вообще произошло и какого черта Юз Масали строит из себя королеву положения?!
– Он мне сам сказал, вообще-то.
– Я же все-таки эльф, – показался из-за спинки одного из пострадавших кресел взъерошенный Мэт с тряпкой в руках – тоже, видимо, уборкой пытался заниматься. Его лицо украшала россыпь мелких царапин, и раздет он был еще больше, чем обычно – сверкал тут голым торсом, почему-то разрисованным спереди незнакомыми рунами. – А у всех эльфов, по идее, одно от другого неотделимо. Мы, как книжки пишут, с живой природой работаем. А у меня вот не получается. Точнее, иногда, редко-редко, получается, но это не тот случай. Все бы обошлось, если бы Брусника не оказалось такой сильной… и непонятно чем...
– Это ты оказался слишким сильным! – буркнула надувшаяся Брусника. Она, не отрывая взгляда терла стены, остервенело размазывая грязь. – А я не непонятно что, а матриарх. Это ты не эльф... а.. а...
Не придумав с чем бы сравнить Мэта, Брусника в сердцах отбросила бесполезную тряпку и повернулась к парню.
– Вот если бы ты не решил разукрасить себе грудь этими каракулями...
– Я не виноват, что в Академии моя магия так неправильно себя ведет! Я привык, что она совершенно свободна, а тут, из-за этого дурацкого Кристалла, как-будто на цепь посажена... И вроде как и должна быть сильнее, все так сконцентрировано, контролируемо, а толка никакого! Думал хоть это поможет, – ткнул себе в грудь эльф. И вид при этом у Мэта был такой несчастный, что Брусника успокоилась, смягчилась.
Зато я вот занервничала:
– Не фига не поняла! Что вообще произошло и почему вы друг друга обвиняете?
Ответила мне Юз, с вежливой снисходительностью.
– Брусника – матриарх, сосредоточие магии жизни, а увлечение Мэта некромантией не просто увлечение, а сильный, неконтролируемый дар. Не знаю, что тебе, как старосте, известно об этом из личных дел, но достаточно наблюдательности, чтобы понять... особенности наших одногруппников. И то, что взаимодействовать им, особенно с таким азартом в желании перещеголять друг друга в способностях, противопоказано.
Я припомнила, что в деле Брусники и правда было упомянуто, что она какой-то там матриарх. Восприняла я это тогда так: девушка просто родом из мест, где в семьях царит власть женщин. В общем, никак не связала пометку с магией – откуда же мне знать, кто такой этот матриарх, особенно, в самом начале курса? Я и сейчас не очень-то понимала... А о Мэте было лишь известно, что он ничего не знал о своих родителях и жил на Пинионе. Красиво жил, зарабатывая на невинных аферах с некромантией – я еще удивилась, что его к нам в общежитие отправили, а не в зеленое, к Нинель Тарман.
Юз Мосали продолжила с видом столь важным и слогом столь серьезным, будто она тут доклад зачитывала, а не новостями с одногруппницей делилась:
– Брусника решила, что нейтрализовав разложение, очистив дерево, воду, и воздух от воздействия магии смерти, сможет потом с легкостью отменить неудачные стихийные чары. Но только спровоцировала их рост. Мэт, чтобы как-то сдержать уже совсем неконтролируемое распространение своего творения по всему общежитию решил использовать концентрирующие некротические руны – не самое удачное решение. Две противоположные силы столкнулись...
– ... и случился “бум!”, – перебила ее я и насмешливо уточнила: – Долго речь репетировала?
Юз прищурилась.
– Тебе кажется это шуткой, Абигейл? Все, кто находился в общежитии могли пострадать – преподаватели не успели бы прийти на помощь... Нас спасло только чудо.
– Юз у нас такая скромная, – заговорщицки подмигнул мне Мэт. – Сама себя чудом называет.
– Юз придумала, как все успокоить, – невесело сказала Брусника. – Что делать нам с Мэтом, чтобы унять магию, сбалансировать как-то... рассказала Эйнару про артефакт из своего мира, и они все вместе, и там еще Кальц помог, создали его из кресла. И мы все сумели переправить туда энергию. Отовсюду, куда пробралась эта гадость, высосали ее. А из того, что осталось, взрыв еще совсем несильный и совсем неопасный вышел. Ох, Эби, ты бы видела, что здесь творилось! Оно все тут заполонило, мертвое и живое одновременно, и если соприкасалось с чем – заражало. А эти бабочки ужасные, так и лезли, облепливали все тело, бррр... Если бы Юз нас сразу щитами не укрыла, то... Потом уже прибежали Дженни с Нинель, обругали, но, разобравшись, что все живы и почти здоровы, просто сказали прибраться и убежали обратно... А то там, Альбо говорил, Хранители прибыли, надо, наверное, их развлекать.
– А после них нас долго и красноречиво распекала Юз, – пожаловался Мэт, но взгляд, который эльф кинул на темнокожую девушку, говорил, что он это несерьезно. – Особенно Бруснику... И сказала, чтобы мы сами тут все вылизывали и магию применять нельзя, а то тут все опять забурлит. Вот злая женщина, а?
– Я просто безумно перепугалась, – сказала Юз, прикрыв на секунду глаза и крепко ухватив чашку с наверняка уже оставшимся кофе двумя руками. Вроде искренне сказала, но я все равно чувствовала подвох. – И переборщила с эмоциями. Я должна попросить за это прощения. Брусника, Мэт, я ведь понимаю, что вы не виноваты... экспериментировать в общежитии, конечно, было неудачной идеей, но.. откуда вам с вашими тайнами было знать о последствиях... совместной работы.
Удивленная Брусника несмело улыбнулась Юз, и та ободряюще улыбнулась в ответ, словно и не было всех этих недель пренебрежительного отношения к эквариуске. Да ладно, неужели Ника на это купится?
Юз Мосали аккуратно примостила чашку на полку над камином. Повернулась ко мне, оценивающе осмотрела. Будто в каком-то сомнении, застыла на миг, рассеянно поглаживая медальон на шее, и, решительно прищурившись, заявила:
– Но все же ты, Абигейл, как староста обязана была знать о таких тонкостях. Твое положение – это не только заполнение табелей и документов за Дженни. Это, в первую очередь, взаимодействие с группой. Помощь. Направление. Ты мне нравишься, правда. Уверенная, боевая, неглупая – я сначала думала, что мы могли бы подружиться, надеялась на это. Но ты погружена только в собственные проблемы и таинственные дела, тебе плевать на группу, ты все равно по-настоящему общаешься разве что с Яной из красного. Тебе нужны только личные победы. Лучше покрасоваться перед Фелицией Вон, чем подумать над тем, как помочь одногруппникам.
Я внутренне затряслась от злости и несправедливой абсурдности этих внезапных обвинений. Какого черта? Нормально я со всеми общаюсь, особенно, если учесть, что мы все едва месяц как познакомились. И свою работу выполняю – всегда выполняла! Да и вообще, у нас тут как бы соревнование по набору баллов, с какой стати я должна кому-то помогать?! Разве это не принцип академии – каждый студент должен стремиться стать лучшим – лучшим сам по себе и никакая командная работа не нужна?
– Не, ну ты чего, Юз, – осторожно вмешался Мэт. – Эби конспектами всегда делиться, нужную информацию от куратора доносит... что ты от нее еще хочешь?
– Ага... – лаконично добавила Брусника.
Если они так мило решили меня защитить, то, во-первых, не стоило и утруждаться, сама справлюсь, а во-вторых – как-то неубедительно! Бруснику я, по крайней мере... ах, да, в тот единственный раз, когда мы говорили по душам, я была в своем теле, была Яной, а не старостой Абигейл. Она вообще с Эби была намного ближе
Да… пофиг. Детский сад какой-то, даже злиться нечего. Я совершенно спокойна. Вот, не кидаюсь на нее с кулаками и даже с магией. Сейчас изящно обыграю словесно.
– Это очень мило, Юз, что ты так переживаешь о нашей группе и моих обязанностях, но...
– О, вижу, разборки! – меня перебил так не вовремя вошедший в комнату Эйнар. Уже здоровый, но все еще какой-то потрепанный. Зато воодушевленный сверх меры. – Такие прекрасные девушки, просто свет против тьмы! Правда кто из них свет, а кто тьма? Ведь внешность так обманчива!..
Тщательно лелеемое спокойствие разбилось вдребезги. И я перекинулась на Эйнара. С ним как-то проще и привычней.
– Заткнись и свали, а? Твой выпендреж не к месту уже достал. Очнись, Эйни, у тебя с чувством юмора так же плохо, как с мозгами!
– Опять она орет, – закатил глаза Эйнар. – Эй, Юз, хочешь устроим революцию и сменим власть... на тебя, в смысле?
– Я предпочла бы решить вопрос мирно, – улыбнулась Юз, словно не всерьез, просто подыгрывая Эйнару.
– А я бы предпочла, чтобы меня не игнорировали, – чуть не зарычала я на Юз. – Есть еще что сказать – говори, выплесни эмоции, полегчает. Вообще, ты, конечно, молодец, Юз, всех тут спасла, на меня так красиво наехала, воспользовавшись случаем... и что дальше? Я должна расстроиться, расплакаться и отдать тебе, так сказать, бразды правления? Было бы что! Господи, мы все тут взрослые люди! Так напрягаться ради студенческих условностей со староством. Ты вообще нормальная?
– Напрягаться? Ты, оказывается, знаешь это слово?
– Ой, а как же это ты, мисс проницательность, у всех одногруппников особенности заметила, а у меня нет? Я, на минуточку, в отличии от вас всех, ни черта о магии до Академии и не знала, все с нуля учила – и да, конкретно так напрячься пришлось.
– А ты словно сама и не осознаешь – тебе же сразу все было дозволено: драки в первый день, недельные прогулы обязательных для всех занятий, прогулки с женихом по другим мирам, когда другим на это вымаливать разрешение нужно. С молодым и симпатичным преподавателем ты водишься, куратор благоволит, даже ректор к себе зазывала.
– Точно, зазывала. Когда меня Фрино пытал, когда я была свидетельницей одержимости Э... Яны демоном. Тут тоже завидуешь?
– Завидую тебе? Нет. Ни на миг. Мне просто жаль, что ты ничего не желаешь видеть дальше своего носа, считаешь все это игрой. Фрино, тот самый ублюдок Фрино, так тебя якобы обидевший, помогал, буквально спас, своих одногруппников во время сбоев магии. А ты в то время, когда мы здесь дрожали от страха и неизвестности, кувыркалась в постели с женихом. Даже не заинтерисовалась, живы-здоровы мы или как. Да и сейчас... – Юз криво усмехнулась.
