Текст книги "Сталь и шелк. Акт второй (СИ)"
Автор книги: Анастасия Сыч
Соавторы: Алиса Рудницкая
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 35 страниц) [доступный отрывок для чтения: 13 страниц]
Глава 21. Яна
Новая учебная неделя началась не с запланированной пары по магии иллюзий, а с призыва всем студентам собраться в холле Академии.
Будет ректор речь толкать. Я так понимала, что о соревнованиях объявит. Но остальные столь просвещенными не были и строили безумные догадки. Стоя в толпе рядом с Брусникой и выглядывая Эби, я чего только не наслушалась. И что парочку преподавателей арестовали, и что Академию закрывают из-за угрозы жизням студентов, и что то ли Дженни с Вальдором женятся, то ли Якоб с Нинель. А среди первокурсников конкурс будет проводиться на лучший им подарок. Обожаю людскую фантазию!
Хотя злорадные шепотки, что Хранители пришли за Кальцем с Эби, что теперь и вовсе всех демонов из Академии выгонят и больше не пустят, не веселили. Я, может и не самый толерантный человек, но такое отношение – реально чересчур. Бесит. Я тут даже Вальдора понимать стала. Эби же вообще к демонам никакого отношения не имела, сколько можно мусолить эту тему, а Кальц... Я взглянула на стоявшего неподалеку красавчика. Он так ловко все же меня с Юз успокоил тогда, одной улыбкой всех разогнал. Группа определенно не должна лишаться такого человека! Пусть он и демон.
Так, кажется, уже все собрались, куда Эби запропастилась-то?
Я подумала, что видела ее только позавчера утром, на теории... казалось, вечность назад – столько впечатлений за последние двое суток получила. Зато я заметила Мрамора. Он стоял в стороне от всех, и был весь такой... злой. Хотя нет, все же не злой, а скорее задумчивый и еще более неприступный чем обычно.
Когда Эби пугливой мышкой проскользнула в зал, Мрамор тут же отвернулся и сделал вид, что она его не интересует. Поссорились что ли? Хм, не у одной меня последние дни вышли такими веселенькими – в переносном смысле, разумеется.
Вжав голову в плечи, Эби устремилась ко мне, стараясь вообще ни на кого не смотреть – и я почувствовала раздражение. Ну, серьезно, опять эта зашуганность? Без поддержки друзей вести себя уверенно слабо? Могла же!
Но заметив, насколько у Эби невыспавшийся вид, я быстро уняла свой критический настрой – и, наоборот, встревожилась.
– Доброе утро, – поздоровалась она устало.
– Тебе все еще кошмары снятся? – предположила я, вспомнив, что Эби говорила о дурных снах. – Попробовала бы еще в лазарет сходить... или, вон, к Кеше обратись, может подкинет какого успокоительного зелья. Чего мучаешься-то?
– Хочу и мучаюсь, – внезапно огрызнулась Эби. – К тому же это были уже не кошмары…
Узнать, что это у подруги за внезапные перепады настроения и “некошмары” я не успела – Рада Тарвиус наконец-то начала собрание.
– Дорогие студенты! Неделю назад мы все с вами пережили ужасные события. Сбои в системе кристаллов принесли много разрушений и проблем с магией, но благодаря слаженной работе наших преподавателей мы все преодолели без потерь.
– О, так еще могли быть потери, – по привычке ехидно прокомментировала я Эби на ухо, пока Рада выдержала паузу – аплодисментов, что ли ожидала? – Оказывается, нам еще повезло.
Подруга на это лишь тяжело вздохнула и опустила глаза.
– Боюсь представить, что бы было, если бы дикий туман поймал моих соседей на улице, – пробормотала она.
Но я уже сама пожалела, что ляпнула. Я ведь подошла к остальным студентом, когда все уже закончилось, никаких ужасов особых, что с ними творились, не увидела, и вообще была нетрезвая и о другом думала... даже когда на нас с Вальдором чуть стена не свалилась, надолго испугаться не смогла... Все казалось лишь запавным, пусть и страшноватым, приключением.
Ректор, тем временем, продолжала:
– И не только преподавателей. Я должна отметить и вас – каждого из вас. Я считала, что вы всего лишь первокурсники и так много еще не знаете. Что вы, в стремлении стать лучшими, трудитесь лишь для себя, но… в момент опасности – вы сплотились. И напомнили мне, что студенческая группа за время обучения становится настоящей семьей.
Какая-то проблемная мне семья досталась. Или это я ей такая проблемная попалась? Хотя... неделька в красном общежитии показала, что у Эби все еще круче.
– Обсуждая с нашими гостями, господами Хранителями, прошлое, настоящее и будущее академии и всех семи миров, я поняла, как показать, что способности нынешнего поколения студентов вовсе не свидетельствуют об упадке магии. Напротив, глядя на вас – я горжусь. Я вижу столько талантливых и целеустремленных лиц, которые уже осознают свое предназначение – помогать семи мирам. Ведь Академия в целом и ваше родное общежитие в частности, для вас сейчас – маленький мирок. Вы должны уметь находить способ его защищать и при этом не причинять непоправимый вред другим, побеждать, не платя неприемлемую цену, хранить покой и гармонию, шагая вперед в своем развитии. Это и есть сила мага. И я хочу, чтобы вы показали ее себе и другим. Красиво и искусно… а заодно и развлеклись.
Рада внезапно подмигнула и торжественно улыбнулась:
– Мы проведем турнир, соревнование между общежитиями, где вы продемонстрируете свои способности в магии, свое единство и свою индивидуальность. А победившая группа получит замечательный приз – прикосновение к Сердцу Междумирья. И пусть оно будет действовать не в полную силу, но я верю, что вы выберете правильное – нужное всей группе – желание. К тому же за участие и победы вам будут начисляться учебные баллы, и я надеюсь что соревнования поспособствуют вашему самоопределению...
Дальше я слушать перестала. Я уже подумывала, что можно использовать эти соревнования, чтобы попробовать наладить отношения с группой, доказать всем – и, главное, себе – что я не та, кем выставила меня Юз... Но про исполнение желания я тогда еще не слышала. Неужели у нас с Эби появился шанс использовать его не дожидаясь выпуска... притом, выпуска с самым отличным отличием во всем курсе? Но вот эти “неполная сила” и “нужное группе” смущали.
Когда я решила разузнать у Вальдора, а почему, собственно нас с Эби просто не отведут к этому чуду-Кристаллу, чтобы мы поменялись местами, он загрузил меня всякой метафорической мутью про “он сам выбирает достойного” и что желание реально нужно заслужить – победить, в учебе или сражении, не суть. Главное – не работает система с абы-кем, надо реально стать лучшим, уникальным и избранным. Такая вот бредятина.
– Надеюсь, – тихо шепнула мне Эби, – ты не думаешь просить группу поменять нас обратно с магией? Это было бы слишком опасно…
Я удивленно на нее покосилась:
– Ну, для начала победить надо. Но вообще, мы ведь точно не знаем, как это желание нужно загадывать? Может, один человек, староста там, подходит и просит... конечно, нужно с группой договориться, но не зачем так сразу отбрасывать такую возможность! Ты же тоже хочешь, поскорее вернуться в родное тело и магию сохранить?
На это Эби промолчала, сделав вид, что слушает Раду. Что-то я не поняла... она же хочет вернуться? Должна хотеть. Не думает же, присвоить мое тело навсегда? Ладно в академии, а дальше-то как жить? Нам определенно нужно хорошенько поболтать.
– Первым будет представление вашей группы – показательный этап. Условия просты. Покажите, что вы собой представляете, ваши магические и не только таланты. Пусть это действительно будет представление – красивое представление – в любом формате. Проявите фантазию. Разумеется, все должно быть безопасно для физического, психологического и магического здоровья. Судейская комиссия оценит ваше выступление балами и на основе результатов будет составлена турнирная таблица для первого тура соревнований.
– А судить кто будет? – осмелился прервать ректорскую речь какой-то парень из зеленого. Рада окатила его недовольным взглядом, но с непоколебимой искусственной улыбкой пояснила:
– Чтобы сохранить непредвзятость, личности судей пусть останутся тайной до начала показательного этапа. Однако, так как за свою непредвзятость я ручаюсь, признаюсь – буду одной из них.... самой суровой.
И Рада, словно в подтверждение своих слов, сурово так нахмурилась. Кажется, хотела она это сделать в шутку, но лицо у нее неподходящее – мне сразу стало боязно. И вообще, что за издевательские задания? Придумай и покажи то, не знаю что и покажи так, не понятно как. Видимо, организаторам самим фантазии не хватило.
Когда все уже начали расходиться, Эби неожиданно схватила меня за локоть.
– Слушай… – промямлила она. – Я сегодня что-то совсем себя в руках не держу… последнюю неделю голова идет кругом. Прости, что нагрубила. Ты права, надо будет еще сходить к целителю… или, правда, к Кеше обратиться. Должно же найтись какое-то снотворное....
– Вот и правильно, а то ползаешь как сонная муха, – одобрила я здравое решение подруги, проигнорировав извинения непонятно за что. Никакой особой грубости я не заметила – Эби вечно себе как надумает. – Что у вас с Мрамором, кстати? Стояли все тут, в гляделки играли.
– Поругались, – у Эби даже плечи поникли.
– С чего бы вдруг? – удивилась я, внутренне понадеявшись что вот сейчас-то она мне все расскажет. – Разве он тебе не нравится? Или я зря тут стараюсь, сохраняя вашу с ним дружбу.
– Ну, мы ведь тоже дружим. Но… не знаю, может это я виновата. Надо извиниться перед ним…
И она вкратце пересказала мне то, из-за чего они поругались. Я только покачала головой – не одной у меня проблемы с одногруппниками. Правда здесь проблемы совсем иного толка.
– Эби, ты такая наивная, – приобняв ее за плечи, сказала я. – Такое чувство, что ты до этого никогда и ни с кем не дружила.
– А я и не дружила, – созналась Эби. – Ну, кроме тебя.
– Ясно все с тобой, – вздохнула я. – Просто... понимаешь, человек очень сильно может нравится поначалу, пока ты с ним получше не познакомишься. А потом начинают всплывать всякие косяки в характере. Не бывает же совсем хороших людей. Так что не переживай так, это нормально.
И поэтому лучше сразу оценивать людей критически и поменьше им доверять, чтобы потом не разочаровываться и не страдать. Но это я уже говорить не стала – мой подход подруга вряд ли оценит.
– Но что мне тогда делать? – глядя на меня как на мудрую мамку-спасительницу, спросила Эби.
– А это уже тебе решать, – похлопала я ее по плечу. – Тебе придется либо смириться с его недостатками и принять их, либо прекратить с ним общаться. Потому что нет ничего хуже, чем из упорства, лишь бы не выставить себя нехорошим человеком, оставаться с тем, кто тебе не нравится.
Глава 22. Абигейл
Когда я вернулась в общежитие после занятий, то увидела редкую картину – мои одногруппники почти в полном составе собрались в гостиной. Ивона и Рейнар заняли диван, в кресле восседал хмурый Мрамор, на журнальном столике примостилась Текка. Фрино тоже был здесь – стоял, прислонившись к стене, и безразлично рассматривал потолок.
– Ну все, теперь ждем одного Орсона, – обрадовалась моему появлению Ивона. – Устраивайся. Сейчас будем думать, что показывать на этих проклятых соревнованиях.
Мрамор тут же встал, уступив мне место, я покорно села. Лучше бы не садилась, потому что дракон облокотился на спинку кресла и навис над моей головой. От этого стало сразу как-то неуютно. К тому же все молчали. Тишина и напряжение в нашей гостиной так сгустились, что я поняла – ничего мы не придумаем. Однозначно. Только еще больше все перегрыземся. И от осознания этого мне захотелось развернуться и уйти прямо сейчас.
Чуть разрядил обстановку Орсон, которого мы в напряжении прождали несколько минут. Он заявился не один, а в обнимку с незнакомой студенткой. Ну как незнакомой… в лицо-то я ее знала, а вот общаться не приходилось. Такую чудичку попробуй не заметь. Шевелюра девушки походила на пушистое, спускающееся до лопаток белое облако, усыпанное кучей разноцветных заколок. И из этого облака выглядывали ветвистые, украшенные брелками и бусами оленьи рожки, из-за которых ей в узкие двери приходилось заходить боком.
– Ууууу, мрак, – констатировал улыбающийся Орсон. – Будто на похороны попал.
– Дело серьезное, – нахмурился Рейнар. – На кону желание. Нельзя лишиться такого шанса.
– Да бросьте, все равно соревнование выиграет синее общежитие, – отмахнулся Орсон. – Мы от них по баллам отстаем почти в половину. К тому же, насколько я понял, нам нужно показать сплоченность, а у нас ее ноль.
– И не поспоришь ведь, – фыркнул из своего угла Фрино.
– Ну и что же, – грозно поднялся Рейнар со своего места, – давайте сдадимся без боя? Плюнем на все и вылетим?
– Нет, – беззаботно дернул плечами Орсон. – Я просто имею в виду, что не стоит слишком сильно по этому поводу напрягаться. А из первого тура вылететь вообще невозможно, он просто показательный.
– К тому же наше общежитие все равно никто не переплюнет в шоу, – поддакнула ему его чудная пассия, а потом улыбнулась нам. – О, я вижу среди вас есть гости нашего маленького театра. Как вам сказка? А тот беловолосый демон, он не очень обиделся на то, что я выставила не в лучшем свете его соотечественников? Знала бы, что он придет – внесла бы в сценарий поправки.
– Не насмехайтесь над нами, – нахмурился Рейнар. – И вообще, у нас здесь собрание общежития, так что прошу покинуть помещение.
– Ой, как грубо, – совсем не обиделась девушка. – А я уже хотела предложить вам помощь с постановкой. Но если вы такие злые все...
– Рейни, заткнись пожалуйста, – осадила Ивона своего друга. – Нам не помешала бы помощь. Скажем так… никто из нас не блещет ни особым артистизмом, ни каким-нибудь творческим умением. Мы все боевые маги. Так что я бы приняла помощь.
– Я против, – нахмурился Рейнар. – Она может быть шпионкой. Или предложить нам что-нибудь такое, из-за чего нас не просто выкинут из соревнования, а исключат совсем.
– Твоя подозрительность утомляет, – обреченно вздохнула Ивона. – Ладно, раз мнения разошлись… предлагаю голосование. Кто за то, чтобы эта милейшая козерожка помогла нам? Лично я за, потому что понятия не имею, как впечатлить судей.
– Я тоже за, – поднял руку Орсон. – Она моя девушка, она точно не какая не шпионка, и потрясно умеет придумывать всякие постановки.
– Спасибо, Орсон, – поднявшись на цыпочках, чмокнула его в щеку девушка. – Я знала что ты на моей стороне.
– Мое мнение вы знаете, – угрожающе нахмурился Рейнар.
– Пожалуй я с ним соглашусь, – поддержал Мрамор. – В этом вполне может крыться какой-нибудь подвох.
– А Текка за, – весело качнула своей головкой травяная фея. – Текке нравится козерожка, Текка хочет с ней подружиться.
Остались мы с Фрино. Я глянула на парня, надеясь, что он уже поддержит большинство, и мне не придется решать. Но Фрино тоже медлил, искоса на меня поглядывая. От его взгляда я смутилась и отвела глаза. Ох, Фрино… и как мне теперь вообще на тебя смотреть-то спокойно? К тому же, что выбрать? Если я встану на сторону Мрамора, то, может, мы помиримся? Я другой стороны я тоже считала, что нам нужна помощь.
– Фрино, просто скажи, что думаешь, – решила чуть надавить Ивона, видно, давая мне немного времени на размышления.
– Сомневаюсь, что у меня есть право голосовать, – поморщился парень. – Как и у Текки. Знаешь ли, желание подружиться – так себе причина для выбора. Потому решайте впятером.
– Какая разница, – поднялся вдруг Рейнар, – я все равно не буду участвовать в том, что придумает эта девица. Подумайте здраво…
Оборвал его речь звук открывшейся входной двери, и на пороге гостиной возник Якоб Леам в компании рыжего кота, растянувшегося у него на плечах подобно меховому воротнику. Окинув нас несколько насмешливым взглядом, он осведомился в своей манере – весело, но одновременно с тем серьезно:
– Что, ругаемся?
Я втянула голову в плечи. Насквозь ведь видит.
– Так-так-так, – зацепившись глазами за гостью, поцокал языком куратор. – Леди, как бы я ни ценил ваши творческие способности, прошу нас покинуть. Мы и сами вполне в состоянии чего-нить сообразить.
– Как скажете, – послушно пискнула девушка, обнимая на прощание Орсона. – Пока-пока, увидимся еще.
– Пока, – махнул ей рукой вампир, и козерожка нас наконец покинула.
Сразу после ее ухода Якоб залихватски свистнул и диван вдруг принялся вытягиваться в длину. Он вытягивался до тех пор, пока не превратился в кольцо, сросшись с креслом, на котором я сидела.
– Запрыгиваем, – перемахнув через спинку и вольготно расположившись на своем творении, позвал Якоб. – Щас буду просвещать вас по поводу того, как на самом деле обстоят дела.
Что ж… я уже сидела, Когда же к нам присоединились парни, я вдруг поняла, что расчет Якоб сделал очень точный, скрутив в баранку наш любимый диван. Теперь, когда мы сидели бок о бок в плотном кольце, это собрание больше походило на маленький тесный заговор. Якоб еще и свет приглушил.
– Короче, – понизив голос, сказал наш куратор, погладив легкую щетину над верхней губой – Открою-ка я вам глаза. Если вы еще не сообразили сами, нихрена эти соревнования не на сплочение нацелены, а наоборот – чтобы вы все поцапались.
– Но разве… – начала Ивона, но Якоб ее перебил.
– Да, командные соревнования должны, по идее, сплотить вас. Это бы сработало… но только не с нашей группировкой студентов по общежитиям. Подумайте сами. Ну, вот например в желтом общежитие живет семеро студентов с развитыми лидерскими качествами. Да они перегрызуться там за власть. Каждый раз перегрызаются. Или зеленое? Там живут те, кому плевать на чувства других с высокой колокольни. Или наше, красное? Большая часть из вас привыкла держаться особняком от остальных. А задания на соревнованиях такие, с которыми справилась бы только дружная семейка демонов или эльфов, но никак не разобщенная компания иномирцев.
Мы притихли.
– И... что же нам делать? – осведомился Рейнар. – Не можем же мы просто спасовать…
– Нет, конечно, – хитро усмехнулся ему Якоб. – Но с тем, как вы друг к другу относитесь, шансы на победу крайне малы.
– Не понимаю, зачем академии ссорить нас? – недоуменно спросила Ивона.
– Да при чем здесь академия? Чтобы там ректор не говорила, правила-то Хранители разрабатывали. Их расчет прост. Недовольного студента легче склонить к стукачеству. После таких соревнований у нас обычно увольняются преподаватели, принудительно исключаются – в лучшем случае – студенты. Так что, я вас умоляю, на какое-то время забудьте о своих разногласиях и не ведите себя как бараны.
– Не думаю, что получится, – вдруг ответил за всех Фрино.
– Помолчал бы, – грозно зыркнул на него Рейнар.
– Будто я не прав, – сощурившись, Фрино откинулся на спинку дивана. – Вы и так меня все ненавидите, так что я скажу. Из нас команды не получится. Потому что каждый тут думает только о себе. И даже если мы каким-то образом выиграем, то подеремся из-за желания. Не надо иметь дар предвидения, чтобы это понимать.
– Ты прав, – после минутного, тяжелого молчания согласилась Ивона. – Эй, умник, может у тебя еще и предложение есть?
– Ну есть, и что с того, – фыркнул Фрино, скрестив руки на груди.
– Говори, – кивнул Рейнар.
Даже я заинтересовалась. Как-то само собой вспомнилось и то, что Фрино вообще-то должен был стать наследником рынка рабов, и, в отличие от нас, вполне может иметь какой-то опыт управления людьми.
– Продумать все заранее, – нехотя сказал Фрино. – Поделить шкуру неубитого медведя и скрепить решение магической клятвой – разумеется, самой слабой. Если общий приз будет устраивать всех, то появится мотивация, и дележки избежим. Только давайте обойдемся без жалких попыток убедить друг друга в том, что ваше желание самое важное. Мы все эгоисты, никому до остальных дела нет.
Это было… в целом немного жестоко, но зато честно. Судя по тому, что никто не стал оправдываться и возражать, Фрино снова попал в точку. Я даже начала понимать, почему ему удавалось так ловко манипулировать другими студентами и склонять их на свою сторону. Чем дальше, тем менее безумным он мне казался. И куда только делся тот парень, который мог в любую секунду выкинуть какую-нибудь мерзость? Может, права Нинель – та драка пошла ему на пользу?
– Что ж… – начал первым Рейнар, – как бы я не хотел склонить чашу весов в войне на Готреде в пользу своей страны, я согласен. Однако желание должно быть действительно полезным и всех устраивать.
Закивали и остальные. Даже Мрамор, пусть и неохотно, согласился, что решение здравое. Интересно, чего он сам пожелал бы?
– Но даже если мы и найдем общее желание, – вдруг уклончиво вставила свое слово Ивона, – нам все равно нужно будет придумывать это дурацкое представление. А идей у меня, честно говоря, нет…
– Ничего, – усмехнулся ей Якоб. – Было бы желание – способ найдется. К тому же, идея есть у меня...
