Текст книги "( Не ) настоящая жена для магната (СИ)"

Автор книги: Анастасия Князева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 17 страниц)

Глава 28

– Девушка, с вами все в порядке?

Обеспокоенный женский голос пробивается сквозь полуобморочное состояние, протискивается через резкую боль, что безжалостно разрывала грудную клетку, ломая ребра и выдирая оттуда чужое, незнакомое сердце.

Туман перед глазами развеялся, и Маша с жадностью вдохнула спертый запах переполненного автобуса. Сразу в памяти замелькали картины, прошлое и настоящее навалились на нее, выдергивая из забытья и возвращая к жизни.

Она не для того сбежала из больницы, чтобы вот так легко умереть в замызганном салоне общественного транспорта. Ни за что!

– Ты уже ничем ей не поможешь! Пойми, этот человек ни перед чем не остановится. Он не откажется от нее, – в памяти, как по щелчку, включился и зазвучал дрожащий голос матери.

Она отказывалась ее отпускать, кричала, сыпала пустыми угрозами. Вот только Машу уже ничто не могло остановить. Только не после того, что она случайно узнала…

Гордеев вернулся и уже ни перед чем не остановится, пока не заполучит Марину. Этот старый извращенец положил глаз на ее сестру еще когда той было всего семнадцать. Урод даже заплатил за нее, выкупив все карточные долги их отца. В их день рождения Гордеев напал на Марину и пытался изнасиловать. Именно поэтому сестра сбежала из дома! Именно поэтому отец отвернулся от нее и запретил в их доме всякое упоминание о ней.

Господи! Какой же идиоткой она была! Как не увидела истинных лиц родителей, не поняла, что они за чудовища?!

Маша ненавидела себя за это. За то, что не смогла защитить единственного человека, кто искренне и по-настоящему ее любил. Кто не пожалел собственной жизни, чтобы она, эгоистичная стерва, была счастлива…

Сморгнув остатки наваждения, Маша заставила себя сфокусировать взгляд на незнакомке.

– Да, все хорошо, – заверила женщину и слабо улыбнулась.

Несмотря на ужасную боль в груди и жуткую усталость после длительного перелета, который в ее состоянии был противопоказан, Маша не собиралась сдаваться или останавливаться на полпути.

Отец мертв. Гордеев убил его после того, как тот провалил план с похищением Марины. Изуродованное тело Владимира Куликова нашли на одном из заброшенных складов, где его оставили гнить, как последнюю бездомную собаку.

Жалела ли его Маша?

Вопрос скорее риторический. Она еще не поняла, что чувствует к этому человеку, которого когда-то считала своим героем. Было время, когда она почитала отца. По его наставлениям Маша пошла учиться в экономический, наплевав на мечту стать фотографом. Она каждый день часами сидела в офисе, разбирая дела отца, а потом, когда пришло время, появилась в нужном месте и в нужное время, чтобы соблазнить и свести с ума Королева.

План был прост. Марии предстояло влюбить его в себя, сделать все возможное, чтобы Артем забыл о долгах отцах и переключил все свое внимание на нее.

– Ты обязана его очаровать, – наставлял Владимир, глядя на дочь с нескрываемым обожанием. – Если у тебя все получится и он женится на тебе, ты станешь настоящей королевой. Он подарит тебе жизнь, которую ты заслужила.

И Маша поддалась. Пошла на поводу у хитрого искусителя и позволила втянуть себя в грязную отцовскую игру. Она упивалась своей ролью, наслаждалась горящим взглядом и нескрываемым интересом в глазах Королева.

Такой мужчина не мог не восхищать.

Он был Идеален. Во всем.

Глядя на него, Маша впервые в жизни задумалась о семье. Как было бы прекрасно заполучить такого мужа! Стать для его той самой… единственной и неповторимой.

Хватило всего одной встречи, чтобы она в него влюбилась.

Это было странно. Приятно и страшно одновременно. Она ведь никогда раньше не любила. Не представляла, что любовь бывает ТАКОЙ неоднозначной. Словно она вдруг оказалась на распутье и только от нее одной зависело, какой дорогой идти. И только она решала, какая из них приведет к нему.

Но вскоре все изменилось. Иллюзия растаяла так же стремительно, как возникла. Правда предстала перед ней во всем своем безобразии. Грязная и уродливая, как ее душа…

Все было игрой.

От начала и до конца.

Не было ни любви ни страсти. Только ложь, отчаяние и притворство, скрытые за красочными декорациями.

Отец использовал ее, чтобы заполучить Королева в зятья. А потом, когда пришло время, специально заменил ее Мариной, чтобы стравить между собой двух своих кредиторов. Он знал – ради Марины Гордеев ни перед чем не остановится. Убьет любого, кто посмеет встать у него на пути. В том числе и одного из главных игроков этой безумной партии – Артема.

Дальше же все куда проще. После его смерти, жена, Маша, унаследует все состояние погибшего мужа, а Марину заберет тот, кто уже давно на нее охотится… И только одного Куликов не рассчитал. Артем прознал о подставе, изменил брачный контракт и женился на Марине, чем и спутал организатору все карты…

За свою изворотливость Владимир уже поплатился. Благо она, Маша, узнала об этом раньше сестры, и сбежала из клиники раньше, чем туда заявились люди Гордеева. Девушка понимала, теперь, когда вставки настолько взлетели, враг не погнушается и начнет действовать в открытую. Поэтому, ей нужно торопиться. Она должна рассказать обо всем Артему и защитить сестру от ужасной участи. Если с Мариной что-то случится, она никогда себе этого не простит!

Автобус бесшумно остановился у входа в аэропорт, и девушка вместе с другими пассажирами вошла в огромный зал прибытия. Сердце ее колотилось как сумасшедшее, кислорода по-прежнему катастрофически не хватало. Каждый шаг давался ей с трудом, тело словно отказывалось повиноваться, слабость одолевала ее с каждой секундой.

Ну же! Возьми себя в руки!

Ругала себя Мария и продолжала упорно ждать своей очереди на паспортном контроле. Будто нарочно, таможенники работали очень медленно, накаляя и без того напряженную атмосферу.

Она уже отчаялась ждать, голова кружилась, мысли путались между собой, создавая в мозгах отборный винегрет.

А если она не успеет?

Если урод Гордеев доберется до Марины раньше?

Что тогда?

Как она будет жить, зная, что все из-за нее?

Маша старалась не думать об этом. Трясущимися мокрыми от волнения пальцами она сжимала лямку рюкзака и мысленно умоляла Провидение сжалиться и быть на ее стороне.

Как вдруг, сквозь хаотичный шум до нее долетел приглушенный голос диктора новостей.

Девушка тут же обернулась, ища источник. У нее за спиной стоял мужчина и, глядя в экран смартфона, слушал экстренное сообщение. Лицо его было мертвенно бледным, ноги слегка подкашивались.

Недолго думая, Маша бросилась к незнакомцу и подхватила его под руку, хотя саму ее уже мутило от леденящего ужаса. Многолюдный зал накренился, поплыл перед глазами яркими пятнами, а в голове эхом звучал голос ведущей:

– Стали известны новые подробности о сегодняшнем взрыве в одной из частных перинатальных клиник столицы. С места события наш специальный корреспондент…

И другой, более низкий голос:

– Сегодня, около двух часов дня в перинатальном центре «Поколение Плюс» прогремел взрыв. Источник ФСБ сообщил, что взрыв похож на запланированную террористическую атаку. Известно, что взрывное устройство было установлено на первом этаже и приведено в действие при помощи детонатора… По предварительным данным погибло около десяти человек. Число пострадавших в результате взрыва достигло двадцати человек. За жизни некоторых из них сейчас борются врачи. На официальном сайте МЧС уже появился список погибших, а также список больниц, куда доставили пострадавших. Есть данные, что в клинике находился также известный в стране бизнесмен, владелец сети элитных отелей и домов отдыха Артем Королев с беременной супругой…

– Марина, – сдавленный стон перерос в отчаянный крик.

В груди, там, где горел послеоперационный шрам, стало пусто. Словно кто-то залез туда своей костлявой рукой и сдавил разодранное сердце.

Колени подкосились и обмякшая Маша полетела в бездонную пропасть. В голодную черную дыру, которая неумолимо засасывала ее, чтобы проглотить навсегда.

***

Артем начал напрягаться, когда не нашел ее среди раненных. Несколько беременных женщин сидели перед каретой скорой помощи и смотрели на него пустыми, мертвыми глазами, от которых хотелось спрятаться, увернуться… только не видеть их звенящую обреченную пустоту.

Взрыв произошел на первом этаже, недалеко от стойки регистрации. Девушка, встречавшая посетителей клиники, погибла. Ее изуродованное тело выносили в черном мешке. Не повезло еще нескольким сотрудницам, дежурному акушеру и пяти женщинам. Все они находились в непосредственной близости и Смерть забрала их с собой.

Она была везде. Летала над разрушенным крылом клиники, кричала во все свое кровавое изодранное горло и медленно уничтожала гниющей аурой. На месте красивого ультрасовременного здания перинатального центра теперь стоял пылающий, пепельно-черный остров. Клубы едкого дыма все еще поднимались от догоревших останков, напоминая кадры их фильма ужасов.

О том, что там, среди этих руин покоятся останки невинных детей Артем запрещал себе думать.

Поморщившись от боли в плече, мужчина отмахнулся от назойливого фельдшера и бросился к своим людям.

– Где Марина?

– Ищем… Скорее всего увезли вместе с другими пострадавшими.

– Найдите ее. Немедленно.

Отвернувшись от очередной машины реанимации, стиснул зубы. Да так, что почувствовал, как крошится эмаль. Проклятое чувство страха и беспомощности не отпускало, сдавило клещами, не давая вдохнуть.

Где ты, Котенок? Почему не отзываешься?

Он задержался всего на несколько минут. Отправил ее с медсестрой, а сам собирался обсудить план ее питания. Идиот!

Какого черта ты не пошел с ней?! Почему не почувствовал?! Не учуял приближающуюся катастрофу?!

Если с ней или с ребенком что-то случится… если…

Кости угрожающе затрещали, обжигая изодранные кулаки. Артем поранился, когда вытаскивал из палаты беременную женщину. У бедняжки из-за страха начались схватки, она не могла ходить. Пришлось руками выбивать путь сквозь горящее марево. Неся незнакомку к выходу, задыхаясь от удушающего запаха гари и дыма, Артем мысленно умолял бога, чтобы и ее девочке кто-то помог.

Перед глазами запрыгали черные точки.

Не будет никакого «если»!

Марина жива. С ней не могло ничего случиться. Процедурная находилась в другом крыле, он почти не пострадал от взрыва.

Сейчас его люди обыщут периметр, поговорят со специалистами и узнают, куда увезли его жену. Съездят и заберут ее.

Нет! Он сам ее заберет. Сейчас же сядет в машину и помчится к ней. Плевать на раны, и не такое видали.

Королев сжал губы.

С каждой секундой ожидании внутренности стягивало все сильнее.

Так нельзя.

В таких ситуациях нужно сохранять бдительность. Как бы тяжело не было, но они выкарабкаются.

Все будет хо-ро-шо!

– Тим, что там? Есть новости?

Плечо нещадно ныло, боль вгрызалась в тело отравленными клыками, но он уже ничего не чувствовал. Пока ждал ответа, казалось сердце отсчитывает целые годы, а не секунды, и дышать все труднее от волнения и поднимающейся волнами паники.

Развернулся резко, вгляделся в затуманенный взгляд друга и с ужасом увидел там свою казнь. Душа заледенела и все внутри застыло, распарывая натянутые нервы тонким лезвием жуткого предчувствия. И глаза скользят по каменному лицу полковника, по холодной линии губ и четкому отпечатку вины на каждой клетке. Тяжело дыша, пытался сдержать крик. А потом, набрав полные легкие кислорода, схватил Чернова за лацканы и заорал надрывно:

– ТИМАААА, – и ни звука в ответ. Только взгляд стеклянный и вина. Отчаяние.

– Герман увез ее, – ответ, который он уже слышал в воспаленном сознании. – Машину уже пробили, в городе объявили план-перехват…

Пальцы сами по себе разжались, и Артем отпустил его.

Отступил на шаг, не сводя с него обезумевшего взгляда.

В грудь будто раскаленную кочергу вонзили. Вдолбили поглубже и развернули пару раз, раздирая в кровавый фарш.

Герман.

Крыса, о которой он подозревал с самого начала.

Тот, кого он лично к ней приставил. Велел защищать.

Сука!

Не исключено, что и взрыв этот произошел не случайно. Спланированный адский спектакль, чтобы отвлечь внимание. Посеять панику и хаос… и забрать ее прямо у него из-под носа.

Вдруг рация в руке Чернова заработала.

– Машину зафиксировали в десяти километрах от МКАДа, когда заезжал на заправку. Едет в сторону поселка, координаты я уже отправил.

Артем знал, что услышит такой ответ. Гордеев начал действовать. И пока они искали врага в стороне, тот уже давно проник к нему в дом и притаился в ожидании.

Если с его Мариной что-то случится… Если она или ребенок пострадают… Он собственноручно предателя кастрирует. Отрежет ему гениталии и заставит сожрать. А потом снесет весь этот город до основании, но отыщет Гордеева. Вытащит из-под земли и отправит прямиком в ад.

– Объект видели? Она с ним?

– Кассир видел кого-то на пассажирском кресле, но лица не разглядел.

– Продолжайте слежку.

Людей продолжали эвакуировать с места трагедии, полиция и МЧС приступили к разбору завалов.

Артем коротко отдал указания привезти необходимую технику и помочь властям. В больницы, куда доставили пострадавших уже перевели необходимые суммы на медикаменты и оборудование.

Сам сел в машину и в сопровождении небольшого отряда двинулся вдогонку Герману.

Королеву так и казалось, что он видит перед собой эфемерный автомобиль. Старенькая серая «Мазда», неприметная, не привлекающая лишнего внимания. А в она – его душа и жизнь. Его Марина.

Он представлял, как она наверное испугалась, как волнуется, не зная, где он и как. Его маленькая бесценная девочка…

Спереди и сзади бесшумно ехали машины сопровождения. Черные, прошитые броней, тонированные в танк. У каждого из подготовленных вооруженных вояк была четкая установка.

Артем привык к осторожности. Привык, что в этой жизни нужно всегда быть начеку и оглядываться. Но еще никогда его не предавали «свои». Никогда еще он не оказывался в ситуации, когда били со спины…

Неожиданный телефонный звонок отвлек его внимание.

Мама.

Наверняка узнала о случившемся, теперь переживает.

– Артем?! Темочка, ты как? С вами все в порядке?!

Тяжело дыша, сглотнул невидимый ком. Дрожь и неподдельный страх в голосе родного человека сводила с ума. Кивнул в ответ, не сразу сообразив, что она его не видит. Собрался и заставил себя заговорить.

– Все хорошо, мам. Не переживай.

– А Мариночка? Она точно в порядке? Дай мне ее услышать…

Марина…

Ты же в порядке, сладка? Ты же не сдалась и не сломалась?

И, словно получив удар в солнечное сплетение, выдавил хрипло:

– Марина… она спит. Испугалась немного, а так все нормально. Я позвоню позже.

– Тем, – в любимом голосе появились знакомые нотки. Мать всегда так говорила, когда чувствовала неладное. – Ты же не врешь мне? С Мариной точно все хорошо?

– Точно. С ней ничего не случится. Я этого не позволю!

И отключился. Еще одного вопроса просто не перенес бы. Ложь давалась с трудом, царапала глотку, будто туда ржавых гвоздей натолкали.

Артем ненавидел неправду. Презирал ее. Каждой клеткой.

Но еще больше он ненавидел СЕБЯ. За то, что врал. Да еще и так нагло. Так… безнадежно.

Он так и сидел со смартфоном в руках, глядя в пустоту. Час или два. По ощущениям – целую вечность. На деле – минут десять. Артем потерялся. Перестал мысленно отсчитывать каждую секунду. Как в бездну провалился. Без конца и края. Темную. Беспросветную. Пока телефон в руках вновь не ожил.

На экране – номер больницы. Той самой, услугами которой пользовались Королевы.

И перед глазами – картины разные. Кровавые. Жестокие. Одна хуже другой.

Лицо Марины. Ее улыбка нежная, как недавно совсем. Когда хорошо все было. Когда Смерть не кружила над ними голодным коршуном…

Я еду, маленькая. Почти рядом.

Марина, пожалуйста, не сдавайся… Пожалуйста…

Он не знал, кому молился. Кого просил защитить ее. Просто повторял про себя эту мантру, пока смартфон в руке не замолчал. Секунду бездумно пялился на свои руки, как телефон снова ожил.

Детектив.

Из Франции.

Артем нахмурился. В груди сковало сильнее.

– Артем Игнатьевич, плохие новости. Мария Владимировна сбежала. Не знаю, как ей это удалось, но она вышла из клиники и скрылась в неизвестном направлении. Я пробил ее по своим каналом. Девушка в Москве…

Секунду он молча смотрел на затылок Тимофея, не веря услышанному. Не понимая, что за хрень вокруг происходит. Зачем? Какого черта она сорвалась в Россию? Ей только-только вставать разрешили. Что за черт?!

– А мать? Где была эта кукушка? – провел по лицу ладонью, вдохнул шумно. – Ладно. Неважно уже. Спасибо, что сообщил.

Перехватив вопросительный взгляд Чернова, передал ему слова детектива.

– Найди ее, Тим. Как бы делов не наворотила. Итак уже тошно от всего этого.

Полковник кивнул и тут же передал указания по рации.

Марина…

Потерпи, милая. Я близко… очень близко.

Глава 29

Марина

Я проводила Германа долгим взглядом, дождалась, когда он скроется в минимаркете и, толкнув дверь, выскочила из машины, ничего не видя вокруг себя, слыша только отчаянный стук собственного сердца.

Мне надо как можно скорее уйти отсюда. К людям. Подальше от предателя и похитителя.

Кровь бешено застучала в висках, горло все еще саднило от дыма.

Я не успела сделать и нескольких шагов, как меня схватили за руку и резко потянули назад.

Герман.

Мне и оборачиваться не следовало, чтобы почувствовать его присутствие. Запах гари вперемешку с ароматом мужского парфюма обрушился на меня невидимым облаком, оглушая, заполняя легкие и вызывая тошноту.

Желудок скрутило, и я почувствовала во рту неприятную горечь. Меня сейчас вырвет.

– Марина, не делай, – он не кричал. В его голосе не было угрозы. Только стальная уверенность. Жесткая и приглушенная. Его голос вибрировал, грудь тяжело вздымалась.

Я не вырывалась. Против него, огромного накаченного великана, у меня не было никаких шансов. Только раз оглянулась по сторонам в надежде, что кто-то увидит нас и вмешается. Никого.

Заправка была пустой, только в магазине мелькал размытый силуэт кассира.

– Идем в машину. Пожалуйста, Марин, не заставляй меня применять силу.

Прошептал он, обдавая меня горячим дыханием, удерживая одной рукой за плечо, во второй сжимал маленькую бутылку воды.

Я невольно поморщилась, но все же позволила усадить себя в салон старенького седана.

Герман торопливо обогнул его и сел за руль. Протянул мне воду, за что получил от меня удар по каменной руке.

– Ты же понимаешь, что Артем тебе этого не простит? Думаешь, они не поймут, кто меня похитил? Не найдут нас? Мой муж наверняка уже ищет меня!

– А кто тебе сказал, что я не хочу этого? – усмехнулся мужчина и, не обращая внимания на мое сопротивление, сунул мне в руки бутылку. – Попей. Поможет справиться с тошнотой.

– За что ты так со мной? Я ведь ничего плохого тебе не сделала, – почувствовала, как к глазам подступили слезы и прикусила язык в отчаянии. Я не стану плакать! Не доставлю ему такого удовольствия. – И Артем был добр к тебе. Он доверял тебе!

Повернувшись, встретилась с ним глазами.

Секунду я вглядывалась в лицо мужчины, пытаясь прочитать его мысли, хоть отдаленно понять, о чем он думает и чего добивается. Но так ничего и не нашла. Он так же искусно прятал свои эмоции, как Тимофей и любой из его подчиненных. Тупой запрограммированный робот. Ничего человеческого.

И чем дольше я на него смотрела, тем страннее становилось на душе.

Неожиданно для себя я заметила, что Герман намного моложе, чем казался мне раньше. Сейчас я бы не дала ему и тридцати. Настолько юным и гладким казалось его лицо. И только легкая седина в волосах вгоняла в ступор, создавая странный контраст в его внешности.

В темных глазах – ураган, тонкие губы сжаты в тонкую полоску, а на скулах бешено дергаются желваки, выдавая внутреннюю борьбу.

Неужели мне удалось достучаться до его совести?

– У меня нет другого выхода, – ответил на мой вопрос, как если бы я произнесла его в слух. Отвернулся и уставился в окно. – Мне нужно доставить тебя к НЕМУ. Но я клянусь, с тобой ничего не случится. Гордеев не тронет тебя. Я не позволю!

– Тогда почему ты везешь меня к нему?! – я не выдержала и сорвалась на крик.

Стоило представить, что меня ждет, как паника подкатила к горлу и сдавила его колючей проволокой. Слезы хлынули из глаз, их уже ничто не могло остановить. У меня началась самая настоящая истерика.

– Ты ведь знаешь, что он со мной сделает! Знаешь и все равно это делаешь. Почему?! Лучше убей сейчас, потому что там меня ждет именно смерть!

Тяжело дыша, колотя его по каменной груди, я смотрела, как смуглая смуглая кожа Германа становится белой. Как демоны пляшут в его глазах, как добро сражается со злом. А мне хочется орать до безумия, до хрипоты.

Но ему плевать. И его наглый взгляд говорит сам за себя. Он не отпустит. Не сжалится надо мной. Таким, как Герман, жалость незнакома.

– Успокойся! Услышь же меня!

Голос предателя прорвался сквозь пелену ужаса и отчаяния.

Слабость охватила все мое тело. И я замолчала. Слабая надежда забрезжила где-то во мне, кольнула в сердце и заставила заглянуть ему в глаза.

– Я не отдам тебя ему! Никому не отдам. Но мне нужно, чтобы ты помогла мне, подыграла. Понимаешь?

Отрицательно мотнула головой.

– Просто доверься мне, ладно? Помоги довести это дело до конца.

Несколько секунд мы оба молчали.

Я видела в его взгляде сомнения. А он считывал мое неверие.

Наконец, Герман не выдержал. Устало прикрыл веки и отпустил мои плечи.

– У него моя сестра, – очень тихо, чужим незнакомым голосом. – И ей плохо… Если я не привезу ему тебя, она погибнет… Помоги мне спасти ее. Умоляю…

Марина

– Мою сестру насильно выдали за него. Она бы никогда не пошла такое добровольно! – в каждом его слове сквозила неприкрытая ненависть. Жестокое почти животное отчаяние и желание спасти родного человека.

Я смотрела на Германа и не узнавала его.

Оказывается, мы вообще ничего о нем не знали!

Человек, которого приставили ко мне в качестве личного телохранителя все это время работал на Гордеева. Само его появление в нашем доме, напуская преданность – все с самого начала было игрой. У него была четкая цель – втереться в доверие и в подходящий момент нанести удар в спину…

Страшная догадка вспыхнула ярким светом и полоснула по живому, раздирая грудину и причиняя жуткую боль.

– Тот вечер, – не узнала собственный голос, – ты знал, что Гордеев будет там! Меня ведь должны были забрать уже тогда… Почему не похитили? Что изменилось?

Мрачная тень опустилась на лицо моего тюремщика, густые темные брови сошлись на переносице, выдавая напряжение и… стыд. Я была готова поклясться, что именно это чувство вдруг мелькнуло в его глазах.

– Твой отец не справился с заданием, ему «случайно» помешали, – и пристально посмотрел на меня.

Долго.

Несколько бесконечных секунд, которые показались мне вечностью.

А потом улыбнулся криво. Странной, будто обреченной улыбкой, какой мне еще никогда не приходилось видеть.

Так улыбается человек, который побывал в аду, но каким-то чудом сумел из него вырваться. Тот, кто встретил самого Дьявола и перехитрил его…

– Я не позволил ему этого сделать, – озвучил мои мысли и снова замолчал.

Казалось, он вдруг потерял интерес ко мне, к этому разговору. Ко всему, что творилось вокруг нас.

Теперь он казался мне уставшим и потерянным. Герман уже сам не понимал, чего он хочет и за что борется. Делал что-то, исполнял указания своего Хозяина, врал, изворачивался, разыгрывал передо мной друга, а сам… медленно умирал. Так, внутри. Где никто не видит. Где спрятаны последние остатки человечности. Где еще теплится слабый огонек доброты…

– А взрыв? – хоть и знала ответ, но заставила себя произнести это вслух. – Неужели тебе не было жаль всех этих людей? Там ведь были беременные женщины… невинные дети… За что ты с ними так?

Я попала в цель.

Правильно определила мишень и выстрелила в сотку.

Герман резко побледнел, большие руки сжались в кулаки. От отчаяния. От того лютого бессилия, которое крошило его внутренний стержень. Оно уже попало в кровь и медленно растекалось по телу, заставляя его постепенно гнить, превращая в труху.

На этот раз мне не было его жаль. Ни капли.

Человек, который возомнил себя богом не достоин, чтобы его жалели.

Он – убийца, хоть и невольный. На его руках кровь. Ее уже не смыть. От нее не избавиться, не спрятаться никуда.

И он это понимал.

Понимал и молчал.

Вцепившись в нижнюю часть руля, сжимал крепко. Сдавливал изо всех сил, как если бы сломать хотел.

А потом выдохнул с шумом и произнес хрипло:

– Я не знал, что так будет. Мне в последнюю минуту сообщили, когда уже нельзя было что-то изменить. Ты нужна Гордееву. Он ни перед чем не остановится, пока не получит тебя…

Я поежилась.

Он говорил тихо. Странным надтреснутым тоном. И от этого не менее жутким.

Таким, что кожа покрылась мурашками страха… наконец до меня дошел ВЕСЬ ужас происходящего.

– Не надо…

Чувствую, как внутренности стягиваются в тугой узел. Перед глазами мушки прыгают, голова начинает кружиться.

– Не делай, прошу тебя… Не надо…

И теперь уже в полной мере ощущаю тот холод, что волнами исходит от него.

Злобное ледяное безразличие к моей судьбе и безумное желание спасти сестру. Больше в нем не осталось ничего.

– Я вынужден, Марин… Обязан, понимаешь? Если не привезу ему тебя, моя сестра умрет. Я не могу ее потерять!

А я готова уже разрыдаться от отчаяния. От неверия, что все это происходит со мной. От ненависти и страха, которые набрасываются на мою душу и раздирают ее в клочья. А еще от жуткой волны понимания… осознания того, что все это Он был рядом… дышал мне в затылок и ждал.

– Герман… не делай этого. Прошу тебя остановись. Давай… давай Артему позвоним. Он поможет! Надет способ спасти твою сестру. Только не отдавай меня ему, заклинаю тебя, – захлебываясь слезами, попыталась схватить его за руку. Вспомнила из психологии, что тактильный контакт очень важен в убеждении. Если он почувствует мою дрожь, если поймет, как сильно я боюсь…

Ничего не произойдет.

Он сказал мне это своим пустым взглядом. Вонзил в меня острыми ржавыми гвоздями. В самое сердце.

– Ничего не бойся. Гордеев не причинит тебе вреда, мы этого не допустим… Просто успокойся и дай мне закончить начатое.

Шепчет мне в лицо, а меня лихорадит от этого шепота.

– Герман…

– Бессмысленно, Марин. Игра уже началась.

Отвернувшись, выхватил из кармана старенький кнопочный телефон и набрал чей-то номер.

– Я выезжаю. Максимум через сорок минут буду на месте… – голос ровный уверенный, от недавнего ступора не осталось и следа. – Не опаздывайте. У нас будет всего одна попытка.