Текст книги "Помощница антиквара (СИ)"

Автор книги: Амари Санд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 13 страниц)

– Помоги мне, – прошептала в пустоту комнаты.

Заслышав шум снаружи, я с трудом забралась на кровать и судорожным движением спрятала артефакт под подушку.

Дверь тихо отворилась, и в комнату вошла молчаливая служанка с пустыми глазами, которые не выражали ни сочувствия, ни интереса к моей судьбе.

– Кто ты? Где я нахожусь? – спросила, пытаясь перехватить ее взгляд.

Женщина ничего не ответила, лишь жестом указала на нескольких слуг, заносивших в комнату тяжелую медную ванну. Они действовали слаженно и механически, наполняя сосуд дымящейся водой, в которую щедро добавляли ароматные масла и настои. Им всем было плевать на мою наготу и предобморочное состояние, они механически выполняли свою работу.

Меня бесцеремонно стащили с кровати, избавили от остатков одежды и запихнули в горячую воду. После, невзирая на мои слабые протесты, принялись обмывать, словно ценный экспонат, который готовили к аукциону.

Вода обжигала кожу, а от запаха жасмина и сандала тошнило, скручивая голодными спазмами желудок.

Меня натерли благовониями, от которых кожа начала лосниться, а затем облачили в новый наряд из тончайшего шелка цвета утренней зари. Это платье больше выставляло напоказ, чем скрывало.

Под равнодушными взглядами слуг я чувствовала себя абсолютно беззащитной. Они же вертели меня, как куклу: расчесывали волосы, полировали ногти на руках, терли пемзой загрубевшие пятки. Действовали аккуратно и в то де время настойчиво, не оставляя шанса на сопротивления и не реагируя на вопросы. Закончив свою работу, они молча удалились.

Пока меня приводили в порядок, на столе появилась еда: изысканные сладости, копченое мясо и кувшин с водой, от которой пахло травами.

– Я не буду это есть! – крикнула в закрывшуюся дверь.

Однако истощение и жажда брали свое. После бессонной ночи и использования дара организм требовал подпитки. Но я опасалась, что в еду мне что-нибудь подсыпали. Возбуждающее зелье или же снотворное.

Я отважилась съесть лишь маленький кусочек хлеба и надкусила кислое яблоко. Но стоило мне сделать несколько глотков прохладной воды, как сознание начало медленно затуманиваться. Вкус у воды показался странным – слишком сладким и одновременно терпким, вызывающим жгучее желание пить еще и еще.

Сон навалился внезапно. Я пыталась бороться, цепляясь за край стола, но реальность поплыла перед глазами, превращаясь в вязкий кисель из теней и звуков.

В глазах задвоилось, свет магических ламп внезапно померк, а цепь зазмеилась по полу, как живая. Я провалилась в тяжелое беспамятство, лишенное сновидений, чувствуя лишь нарастающую тревогу, которая не покидала меня даже в забытьи.

Глава 22

Проснулась от резкого звука поворачивающегося ключа в замке. Голова раскалывалась, а во рту ощущался горький привкус, подтверждающий мои худшие опасения. Я с ужасом осознала, что проспала почти сутки. Судя по свету, пробивающемуся сквозь решетки, наступил следующий день.

План побега, который я пыталась выстроить в уме, рассыпался прахом, а время, отведенное мне судьбой, стремительно истекало.

– Ну что, птичка, выспалась? – раздался знакомый голос.

Филипп вернулся, и я невольно вздрогнула от одного его вида. Его модный сюртук покрылся пылью и в нескольких местах был порван. На лице красовались свежие кровоподтеки и глубокая царапина на лбу. Только жуткие глаза горели лихорадочным блеском человека, который долго преследовал добычу и, наконец, загнал ее в угол.

Клеймор тяжело дышал. В каждом его движении сквозила едва сдерживаемая ярость, готовая вырваться наружу и уничтожить все на своем пути.

– Что случилось? – я натянула одеяло до подбородка, пытаясь нащупать под подушкой спасительную брошь.

– Не твое дело, девка! – рявкнул он, приближаясь к кровати. – Ритуал уже запущен, и ничто не остановит «Дыхание бездны». Я пришел закончить то, что начал вчера. И теперь никакая сила в этом мире мне не помешает.

Он набросился на меня с яростью раненого зверя. Рывком перехватил мои руки и, используя кожаные ремни, прикрепленные к изголовью кровати, накрепко привязал мои запястья к спинке.

Я дергалась, кричала, пыталась ударить его, но справиться со здоровым крупным мужчиной была не в силах. Его тяжелое тело прижало меня к матрасу, лишая возможности дышать и сопротивляться. Он впился в мои губы поцелуем, который больше походил на укус. Я снова почувствовала солоноватый вкус крови на языке.

– Прекратите! Умоляю! – прохрипела я.

– Теперь ты моя, Александра, – прошептал мне в самое ухо. – Моя навсегда, до твоего последнего вздоха.

Видно, за ночь я немного отдохнула, потому что в тот момент, когда наша кровь смешалась, эхомагия отозвалась ослепительной вспышкой. Меня затянуло в водоворот последних ярких воспоминаний Филиппа, которые были пропитаны магией Покровителя.

Я увидела Дворцовую площадь, залитую солнечным светом, и точки-узлы заклинаний, размещенные под брусчаткой и в фундаментах зданий. Увидела, как в эти узлы уже пролилась кровь и магические плетения завибрировали, готовясь к разрушительному импульсу.

Филипп снова общался с Покровителем, лицо которого закрывало золотистое марево. Но я чувствовала его холодную радость от предстоящей катастрофы. Он раздавал приказы, направляя свою многочисленную армию рабов исполнить последнюю волю.

Многим суждено было погибнуть в предстоящем хаосе. Клеймору – в том числе. Однако Филипп, ведомый неутоленной страстью, каким-то образом обошел приказ Покровителя, отправив вместо себя на площадь Сивого и других подручных.

А для меня настал тот момент, когда я должна была действовать. Брошь лежала под подушкой. Как дотянуться до нее со связанными руками? Я едва могла пошевелить пальцами.

Следовало усыпить бдительность Клеймора, заставить его поверить, что я сдалась. Обмякнув, я перестала вырываться и замерла, позволяя ему продолжать гнусные ласки.

– Филипп… – прошептала хрипло, стараясь придать голосу томности. – Если это неизбежно… Развяжи мне руки. Я хочу сама.

Он на мгновение замер. В потемневших от похоти глазах промелькнуло недоверие, сменившееся торжествующей ухмылкой. Клеймор ослабил ремень на одной руке, уверенный в том, что я сломлена. Как бы не так!

Стоило мне обрести свободу, как я резко скользнула ладонью под подушку, нащупывая деревянный листок. Пальцы уже сомкнулись на артефакте, когда Филипп, словно почуяв неладное, перехватил мое запястье.

– Опять твои штучки? – прошипел он, выкручивая мне руку.

Клеймор вырвал брошь из моих пальцев и поднял ее к свету, разглядывая с нескрываемым презрением. Его лицо исказилось в насмешливой гримасе, когда он понял, что это всего лишь кусок дерева.

– Думала спастись этой щепкой? – он громко расхохотался.

Филипп демонстративно сжал брошь в кулаке, намереваясь уничтожить мою последнюю надежду. Дерево треснуло под его невероятной силой, и я услышала сухой хруст, который отозвался болью в сердце. Он разжал ладонь, и обломки посыпались на мою грудь. Но в глазах мерзавца вдруг отразилось недоумение.

– Что за… – он осекся.

Один острый, как бритва, краешек разломанной брошки впился в его ладонь. Маленькая капелька крови, пропитанной темной магией Покровителя, все же попала на щепку. В ту же секунду комната озарилась мертвенно-бледным светом. Воздух задрожал, и пространство за спиной Клеймора начало сворачиваться в воронку, из которой потянуло холодом могильного склепа и первобытным хаосом.

Портал открылся мгновенно, высасывая воздух из комнаты со скоростью мощного пылесоса. Ничего подобного я в жизни не видела, но эта разверзнувшаяся бездна походила на дыру в реальности, жаждущая поглотить нарушителя.

Клеймор попытался уцепиться за край кровати, но невидимая сила потащила в бездну с неодолимой мощью. Лицо мерзавца исказилось от ужаса. Он открыл рот в беззвучном крике, но портал уже смыкался вокруг него, затягивая в непроглядную черноту. Его пальцы скользнули по моему телу, срывая клок кружева.

В тот момент, когда Филиппа засосало в портал, он тут же схлопнулся, озарив помещение такой яркой вспышкой, что я на мгновение ослепла. Когда зрение вернулось, в комнате воцарилась звенящая тишина. Филипп исчез без следа, оставив только гадкие воспоминания и противный привкус крови на губах.

Воздух все еще дрожал от остаточного электричества, а в том месте, где секунду назад находился мой мучитель, пахло озоном и жженой пылью. Я замерла, боясь даже вздохнуть, не понимая до конца, куда именно подевался Клеймор.

И что это исчезновение, вообще, значило? А если бы я разломила брошку, в портал засосало бы меня? – невольно поежилась, радуясь тому, что этого не случилось.

К дяде у меня появилась еще парочка вопросов. Не считая того, что за аристократ обитал в его лавке и чувствовал там себя как дома?

Однако суровая реальность вырвала меня из мыслей о Турове.

Одна рука все еще висела в кожаной петле, а цепь на ноге натянулась так, что я не могла извернуться, чтобы высвободить запястье. Мерзавец идеально рассчитал длину натяжения цепи, чтобы жертва не сумела освободиться самостоятельно.

Полуголая, распластанная на кровати, я чувствовала себя жутко беспомощной и несчастной, несмотря на одержанную победу.

Все кончилось? Или еще даже не начиналось? Что, если кто-то найдет меня в таком виде?

Где-то далеко, за пределами этой проклятой комнаты, послышались глухие удары. Сначала я подумала, что это сердце оглушительно стучит в висках, но звуки становились все отчетливее.

Я различила грохот ломаемого дерева, крики и звон стали о сталь. Магические разряды сотрясали стены дома так сильно, что с потолка сыпалась тонкая белая крошка, пачкая шелк простыней. По коридору пронеслись тяжелые шаги, сопровождаемые короткими рваными командами.

– Сюда! Ломайте! Живо! – проревел знакомый голос, от которого у меня перехватило дыхание.

Дверь не просто открылась – ее вынесло мощным магическим импульсом. Дубовые доски разлетелись в щепки, а в проеме, окутанный облаком пыли и серой дымки, появился Ермаков.

Он выглядел так, словно прошел через настоящий ад. Его мундир был разорван на плече, лицо покрыто сажей и брызгами чужой крови, а в глазах горело такое неистовое пламя, что я невольно сжалась.

Константин мгновенно оценил обстановку, выискивая опасность. А затем его взгляд остановился на мне – полуобнаженной, связанной и дрожащей от холода и шока.

– Александра! Боже, Саша! – выдохнул он, бросаясь к кровати.

Ермаков перерезал кожаный ремень коротким кинжалом. Как только мои руки обрели свободу, я судорожно всхлипнула и сжалась в комок, звеня проклятой цепью. Константин подхватили меня и прижал к себе с такой силой, что мне стало трудно дышать. Я зарылась лицом в его пыльный мундир, вдыхая запах пороха и пота, показавшегося мне самым родным и одуряюще приятным.

– Я думал, что опоздал, – прошептал он, зарываясь пальцами в мои растрепанные волосы.

Его губы нашли мои прежде, чем я успела что-то ответить. В его поцелуе не было нежности. В нем смешались отчаяние, ярость, вина и та самая дикая страсть, которую мы оба так долго пытались подавить.

Я ответила ему с той же неистовостью, обнимая за шею, словно пытаясь слиться с ним воедино. Мои пальцы запутались в его жестких волосах, а он сминал мое тело, не заботясь о тонком шелке, который едва скрывал мою грудь. На мгновение мир перестал существовать, остались только мы двое в эпицентре разрушающегося дома.

Нельзя! Мы должны остановиться. Надо спешить, – промелькнуло в голове за секунду до того, как Константин разорвал поцелуй.

Его руки продолжали ласкать мою спину и плечи, словно проверяя, цела ли я. Он тяжело дышал, его лоб прижался к моему, и я видела, как расширились его зрачки от избытка адреналина и желания.

Он медленно отстранился, скользнув взглядом по моей полуобнаженной груди. Я увидела, как он гулко сглотнул, заставляя себя вернуться к реальности. Нам обоим следовало вспомнить, что мы находимся в логове врага, и время работает против нас.

– Прости, – хрипло произнес он, набрасывая мне на плечи тяжелый мундир. – Мы искали тебя сутки, Саша. Я перевернул вверх дном половину города, прежде чем мы вышли на этот след.

– Ты нашел меня, Константин. Это все, что важно сейчас. Но где остальные? Что с моим дядей?

– Туров в порядке, он помогал в твоих поисках. Мы выследили подельников Клеймора через склады Абрикосовых. Нам удалось схватить троих, но эти фанатики успели активировать финальную стадию ритуала. «Дыхание бездны» уже не просто слова, это реальная угроза. Где сам Клеймор? Мы окружили особняк. Он не мог уйти через обычные выходы. Маги не зафиксировали пространственных перемещений, кроме странного всплеска силы пару минут назад.

– Его нет, – я взглядом указала на обрывки деревянной броши, разбросанные по кровати. – Он отнял у меня артефакт дяди и случайно активировал его. Открылся портал в бездну, и Клеймора затянуло внутрь. Так что я понятия не имею, куда он делся. Филипп исчез прямо у меня на глазах.

Ермаков нахмурился, поднимая один из осколков и внимательно изучая его в свете ламп. Его лицо стало еще более серьезным, если это вообще было возможно.

Константин резко поднялся на ноги, помогая мне встать и придерживая за талию, так как мои колени все еще подгибались от слабости.

– Если он в бездне, то это его проблемы, но ритуал на площади набирает силу, – Константин потянул меня к выходу. – Нужно спешить.

– Я бы с радостью, но… – шевельнув ногой, я звякнула цепью. – Не поможешь с этим?

Глухо зарычав, Ермаков остановился. Сформировав в ладони мощный магический импульс, шарахнул им по цепи, разрывая звенья в клочья. На моей лодыжке остался висеть литой браслет с куском перерубленной цепи. Ну, по крайней мере, теперь я не была прикована к стене.

Сообразив, что из одежды на мне, кроме его мундира и разорванных шелковых тряпок, ничего нет, Константин ринулся к шкафу и распахнул дверцы. Внутри висели аналогичные кружевные вещи, которые платьями язык не повернется назвать. Единственное, что там хранилось моего – дорогой плащ, подаренный Клеймором, в котором меня похитили.

– Ничего другого искать времени нет! Переодевайся, быстро! Я отвернусь, – приказал Ермаков, хватая первый попавшийся шелковый наряд и кидая его мне в руки.

Скрипнув зубами, я облачилась в полупрозрачное одеяние. Кусок цепи обмотала вокруг лодыжки и обвязала остатками прежнего наряда, чтобы не звенела при каждом шаге и не волочилась по полу. Закутавшись в теплый плащ, с облегчением выдохнула и посмотрела на Константина, застывшего спиной ко мне, словно истукан.

На зеркало, висевшее на противоположной стене, я не обратила внимания. А зря. Все мои телодвижения были видны Ермакову, как на ладони. Встретившись с ним взглядом в отражении, я почувствовала, как щеки залились краской стыда.

– Вы же обещали отвернуться и не смотреть, – прошептала, кусая губы в волнении.

– Я отвернулся, – глухо ответил старший дознаватель. – Но не смотреть… Это оказалось выше моих сил. Ты удивительно красивая женщина, Александра. Поспешим! – Вздрогнув, будто его ударили током, Ермаков резко сбросил наваждение и подхватил меня за руку.

Не успели мы выйти из особняка, как в руки дознавателю спикировал вестник. Прочитав содержимое записки, Константин побледнел.

– Скорее… – он посмотрел на меня полубезумным взглядом. – На площади творится что-то ужасное. Маги говорят, что заклинание не поддается контролю. Оно вибрирует на такой частоте, что щиты лопаются при соприкосновении. Тот вариант нейтрализации, который они составили на основе твоего черновика, оказался нерабочим. Действие заклинания невозможно отменить. Оно превращается в огромную бомбу замедленного действия.

– Не могут, потому что я его исправила, Константин! – выкрикнула, хватая его за лацканы мундира. – Послушай меня внимательно. Ваши маги хотели подавить магию бездны, но это невозможно. Я переделала структуру заклинания так, чтобы его нельзя было подавить. Поэтому его следует перегрузить!

Константин замер. В его глазах отразился настоящий ужас. Как человек военный и офицер Тайной канцелярии, он прекрасно понимал значение слова «перегрузка» в контексте магических систем такого масштаба.

Это означало, что энергия не исчезнет, она просто изменит форму, превращаясь в нечто совершенно непредсказуемое и потенциально гораздо более опасное, чем первоначальный замысел заговорщиков. Он сжал мои плечи так сильно, что я поморщилась.

– Перегрузить? Ты хоть понимаешь, что говоришь? На Дворцовой площади сейчас тысячи людей!

– У меня не было выбора. Клеймор проверял каждое слово! Если бы я не сделала заклинание логичным, он бы догадался о подмене.

– Саша, там сейчас Император и вся его семья! – он почти кричал, его голос эхом разлетался по пустому холлу особняка. – Мы предупредили их. Канцелярия готова накрыть площадь мощнейшими щитами. Но если твое заклинание перегрузит систему… Щиты не выдержат. Начнется паника, давка. Люди погибнут даже без магии, просто затаптывая друг друга в попытке убежать.

– Если мы не сделаем этого, бездна поглотит не только площадь, но и половину Петербурга! – я не отступила, глядя ему прямо в глаза. – Мой вариант «дыхания бездны» создаст всплеск, который схлопнет воронку внутрь самой себя. Нам просто нужно направить этот импульс вверх, а не в стороны. Константин, я – реставратор. Я знаю, как работают структуры! Когда вещь рассыпается, нельзя просто склеить ее сверху, нужно укрепить ядро или устроить контролируемое разрушение.

Ермаков на мгновение закрыл глаза, принимая самое сложное решение в своей жизни. Я видела, как дрогнули его губы – он разрывался между долгом перед короной и желанием уберечь меня от того, что нам предстояло совершить.

– Времени на споры нет. Экипаж ждет внизу, – он подхватил меня под локоть, увлекая к выходу. – Нам нужно быть там через пятнадцать минут, иначе спасать будет уже некого. Я сообщу Ушакову через вестника, чтобы они готовились к вертикальному отводу энергии. Если ты ошиблась, Александра, мы оба пойдем под трибунал… Если выживем.

– Костя, поверь мне. Я видела это плетение в голове Клеймора. Оно живое, и я точно знаю, куда нанести удар.

Глава 23

– Тогда едем. Быстро! – Ермаков буквально зашвырнул меня внутрь кареты, ожидающей у входа, и запрыгнул следом.

Узкие улочки Петербурга проносились мимо в размытом танце теней и магических огней. Я прижималась к плечу Константина, чувствуя, как сердце колотится в бешеном ритме.

Он что-то быстро написал в блокноте, а потом поднес послание к небольшому облачку, возникшему прямо над его ладонью, отправляя вестник.

– Я предупредил Ушакова, – пояснил, с тревогой выглядывая в окно. – Надеюсь, он успеет подготовить магов.

Карета затормозила так резко, что я едва не влетела в противоположную стенку. Ермаков выбрался первым и вытащил меня наружу.

Тысячи людей в ярких нарядах заполнили пространство от Эрмитажа до Александровской колонны. Бочонки с хмелем, столы с угощениями, бродячие музыканты и фокусники – все это создавало видимость беззаботного веселья, которое вот-вот обернется кровавой бойней.

Гвардейцы в сине-золотых мундирах тотчас окружили нас, образовав живой коридор. Константин уверенно повел меня сквозь толпу, не обращая внимания на любопытные и испуганные взгляды праздных гуляк, пришедших на именины императора.

Возле импровизированного командного пункта, развернутого прямо у подножия Александрийского столпа, собрался совет из людей в мундирах и парадных одеждах. Я сразу узнала массивную фигуру князя Ушакова. Рядом с ним стояли несколько магов в форменных плащах с рунической вышивкой. Глава Тайной канцелярии выглядел мрачнее тучи.

– Ермаков! Где тебя черти носили⁈ – рявкнул он, едва заметив наше приближение. Взглянув на меня, князь нахмурился еще сильнее. – А-а, госпожа Савельева нашлась. Значит, правда, что именно ты расшифровала заклинание?

– Так точно, князь, – ответила, стараясь, чтобы голос звучал твердо. – Я знаю, как остановить «Дыхание бездны». Но нам нужно действовать немедленно. Дайте мне карту площади

Ушаков молча указал на походный столик. На карте красными точками уже были отмечены выявленные узлы заклинания.

– Наши люди заняли семь точек из двенадцати, – ввел меня в курс дела один из магов. – Но оставшиеся пять… Мы не можем их обнаружить.

Я приблизилась к столу и взглянула на карту, стараясь совместить ее с фрагментами памяти Клеймора.

– Вот, – указала еще на три точки. – Здесь, здесь и здесь. Фонтан у южного входа, колонна у Эрмитажа и… – замерла, глядя на точку в центре площади. – Вот этот узел – ключевой. Именно он держит всю структуру.

– Где еще два? – Ушаков отдал приказы магам, которые тут же отправились к указанным мной узлам. – Ты их видишь? Почему не можешь указать?

– Потому что они привязаны к живым людям. На карте я их не увижу, придется искать на месте. Мне известно лишь примерное нахождение, – обвела пальцем два квадрата на карте. – Думаю, если окажусь рядом, то почувствую…

– В толпе? – Ушаков скептически прищурился. – Да там тысячи людей!

– Это безумие, – не выдержал один из магов. – Ты понимаешь, что произойдет, если заклинание активируется, пока ты будешь заниматься поисками? Щиты не выдержат направленного удара.

– Я найду, – упрямо поджала губы. – Но сначала нужно обезопасить людей. Может, вы объявите, что готовится праздничное представление с магическими эффектами? Пусть люди отойдут к подальше. Ну, чтобы лучше видеть?

– Разумно, – князь кивнул и небрежно бросил адъютанту. – Распорядись. – Ушаков пристально посмотрел на меня, как будто оценивал риски и прикидывал варианты. – Ты же понимаешь, что не имеешь права на ошибку?

– Понимаю, вам трудно мне поверить, – гордо вскинула голову. – Но я здесь не для того, чтобы погибнуть. Перегрузить узлы заклинания – единственный способ нейтрализовать «Дыхание бездны».

– Хорошо, – принял он решение. – Но ты пойдешь не одна. Ермаков, обеспечь охрану. И…

В этот момент толпа расступилась перед группой людей в парадных мундирах. В центре шел высокий мужчина с волевым лицом и аккуратной бородкой. Рядом с ним – женщина в голубом платье и двое молодых офицеров. А чуть поодаль…

Следом за августейшим семейством шел Павел Романов. Человек, покушение на которого навсегда изменило жизнь Александры. Он двигался легко, но взгляд постоянно сканировал окружающее пространство, пока не споткнулся об меня.

– Графиня Витте? – Павел мгновенно насторожился. – Что эта предательница здесь делает?

– Ваше Высочество, – Ермаков шагнул вперед, закрывая меня собой. – Эта девушка помогает Канцелярии.

Император скользнул взглядом по моему странному наряду – полупрозрачному шелку, выглядывающему из-под тяжелого плаща – и задержался на цепи, свисающей с лодыжки.

– Кто такая? – вскинул бровь.

– Александра Савельева, Ваше Величество, – назвал мое новое имя Ушаков. – Она помогла расшифровать заклинание заговорщиков.

– Савельева? – Павел недоверчиво хмыкнул. – Можете называться, как угодно, но это не отменяет того, что вы сделали. Князь, с каких пор в столь серьезной операции участвуют предатели, которые давно должны гнить в могиле?

Ушаков дернулся, недобро сверкнув взглядом, но я успела первой.

– Ваше Высочество, вы правы только в одном, – смело посмотрела Павлу прямо в глаза. – Александра Витте умерла в тот день, когда на нее обрушилось несправедливое обвинение. А я здесь, чтобы очистить ее честное имя и спасти всех нас.

– Умерла, значит? – кузен императора усмехнулся. – Как удобно. И как же вы собираетесь спасать, Александра?

– Я вижу заклинание и понимаю, как оно устроено. В моих силах найти последние узлы, которые ваши маги не успели обнаружить.

– Почему мы должны тебе верить?

– Потому что я давно могла сбежать, – ответила, полыхая обидой и жаждой справедливости. – Потому что пришла сюда по собственной воле. Потому что мой дар – уникален. Я не прошу доверия, Ваше Высочество. Дайте мне шанс доказать делом, что я говорю правду.

– Ты понимаешь, что погибнут тысячи людей, если ошибешься? – Павел уставился на меня в упор. – Включая императорскую семью?

– Понимаю. – Выдержала тяжелый взгляд. – Но я клянусь, что никогда не замышляла зла ни против Его Величества, ни против Вас. Прошу, надо спешить. У нас совсем не осталось времени.

Несколько долгих секунд царила тишина. Наконец, Павел кивнул.

– Хорошо. Но я прослежу за каждым вашим шагом. Ошибетесь – и я лично отправлю вас на эшафот.

– Договорились, – выдохнула с облегчением.

– Гвардейцы, окружить! Агентам Канцелярии оцепить периметр! – тут же скомандовал Романов и, схватив меня за локоть, потащил в толпу.

Вокруг нас тут же сомкнулось кольцо охраны. Ермаков двигался чуть позади, не спуская с меня глаз.

– Куда? – спросил Павел на ходу.

– Там! – указала на центр площади. – Я почувствую узел, когда увижу его.

Толпа расступалась перед императорским кузеном и его свитой. Люди улыбались, кланялись, кто-то пытался протянуть цветы в то время, как под нашими ногами уже пульсировала древняя магия, готовая разорвать этот мир.

– Он! Это он, – я резко остановилась, указывая на невзрачного мужчину в сером сюртуке, который стоял у фонтана и читал газету.

Агенты тут же окружили его, пресекая попытку побега. В его кармане маги обнаружили амулет, который стал лучшим подтверждением моей эффективности.

– Один есть, – в голосе Павла я расслышала удивление, будто он до конца не верил, что я справлюсь. – Где следующий?

Оглядевшись, лихорадочно скользнула по толпе взглядом. Заклинание уже вибрировало на грани активации. Я чувствовала его каждой клеточкой.

– Не вижу… Мне нужно коснуться земли.

– Ты с ума сошла? – Павел вцепился в мое плечо. – Кто применяет эхомагию в толпе?

– Пустите! Без этого мы их не найдем! – я вырвалась из его хватки и бухнулась на колени прямо на брусчатку, стягивая кольцо с мизинца.

Стоило прикоснуться к холодному камню, как в мое сознание ворвались отголоски памяти тысяч людей, прошедших здесь за столетия. Свадьбы и похороны, парады и казни, праздники и бунты – все это обрушилось на меня лавиной чужих эмоций и образов.

Но сквозь этот хаос я увидела темные нити заклинания, которые соединяли двенадцать точек, оплетая площадь смертельной сетью. Недостающим звеном оказалась точка юго-восточном углу, у самого входа в Александровский сад…

Сначала я увидела тряпичную куклу, а затем маленькую девочку, которая держала ее в руках. Малышка даже не подозревала, что является живым узлом чудовищного заклинания.

– Нашла! – радостно вскрикнула, поднимая голову. – Там! Девочка с куклой!

Я попыталась подняться, и в тот же миг перед глазами поплыли красные круги. Сила, затраченная на поиск, обрушилась на меня чудовищной отдачей. Ноги подкосились, и брусчатка бросилась в лицо…

– Что с ней? – меня подхватили сильные руки, не давая упасть.

– Истощение, – расслышала я встревоженный голос Константина. – Использование дара на большой площади расходует слишком много магического резерва.

– Так, дайте ей сил! – рявкнул Павел, прижимая к себе и хлопая меня по щекам.

– Резерв на нуле, Ваше Высочество… – нехотя признал Ермаков. – Потратил на штурм особняка, где Александру держали в плену.

– Тогда я сам!

Романов рванул тесемки плаща, обнажая мой фривольный наряд, и приложил руку к груди. В ту же секунду я почувствовала, как тело наполняется теплой волной чистой и солнечной энергии. Боль моментально отступила, а в голове прояснилось.

Я распахнула глаза, уставившись на мужчину, держащего меня в объятиях. Его лицо оказалось так близко, что рассмотрела каждую черточку.

– Спасибо, – прошептала, глядя на него с благодарностью.

– Работайте, – хмуро бросил он, отводя взгляд и отдергивая ладонь.

Я тут же запахнула плащ и отстранилась, ощущая, как щеки полыхнули румянцем.

Агенты уже спешили к девочке, чтобы забрать у нее куклу, внутри которой таилась смерть. Дальше оставалось самое главное.

Вместе с Павлом я приблизилась к центральному узлу, чтобы снова использовать дар и указать нужный момент для синхронного вброса силы.

«Дыхание бездны» достигло финального этапа. Оно пульсировало, пытаясь вырваться наружу, но щиты, которые держал сам император, не позволяли плетению развернуться вширь. Энергия искала выход, и единственное место, куда она могла деться, ринуться наверх.

– Сейчас! – крикнула, что было сил, чувствуя, как под моими пальцами оживает чудовищный монстр, способный уничтожить полгорода.

– Начинайте! – тут же скомандовал Ушаков, и маги одновременно направили потоки силы в узлы.

Одновременно над площадью грянул торжественный гимн, отвлекая внимания народа. Фокусники запустили в небо разноцветные шары. Люди задрали головы наверх, и в этот момент заклинание схлопнулось…

Волна разрушения превратилась в каскад света, взмывшего к небу огромным столбом энергии, который рассыпался тысячами ярких искр. Толпа ахнула, не подозревая, какой катастрофы только что избежала. Люди тянули руки к этому невиданному чуду, смеялись и плакали от восторга.

– Получилось, – прошептала я, возвращая кольцо на мизинец.

Мир вокруг начал расплываться. Последнее, что увидела – встревоженное лицо Константина, склонившегося надо мной, и далекий голос Павла, говорившего что-то про «дворец» и «лекаря». Но темнота уже приняла меня в свои объятия, отправляя в спасительное забытье.

Когда я открыла глаза, то увидела над головой высокий потолок с позолоченной лепниной. Скосив глаза в сторону, рассмотрела тяжелые шелковые шторы, сквозь которые в комнату попадали лишь узкие полоски света.

Приподнявшись, я обнаружила, что лежу на широкой кровати, заботливо укрыта теплым одеялом. Тело ощущалось тяжелым и непослушным, зато мысли в голове были удивительно ясными.

– Очнулись, голубушка, – раздался женский голос.

Вздрогнув, я повернула голову и увидела пожилую женщину в строгом темном платье, сидевшую на стуле в изголовье.

– Где я?

– Во дворце, милая. Вас привезли вчера вечером. Император пожелал, чтобы вам оказали лучший уход.

Я попыталась сесть, но тело отказывалось слушаться. Женщина тут же оказалась рядом, подкладывая под спину подушки.

– Не торопитесь, милая. Вы истощили всю свою магию и еще часть чужой. Неделю минимум вам нужен покой. Я пропишу вам отвары, которые следует пить все это время. Побольше гуляйте, дышите воздухом и старайтесь на напрягать магические каналы.

– Как все прошло на площади? Люди не пострадали?

– Благодаря вам теперь все хорошо, – целительница мягко улыбнулась.

Откинувшись на подушки, я почувствовала, как напряжение последних дней медленно отпускает. Закрыла глаза и позволила себе впервые за долгое время просто дышать.

Мягкий шорох шагов заставил меня вздрогнуть. В комнату вошла невысокая женщина в строгом сером платье с белоснежным чепцом. Она несла на руках ворох одежды, расшитой золотыми нитями.