Текст книги "Госпожа предпочитает блондинов (СИ)"

Автор книги: Алла Матюлина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 15 страниц)

Глава 22

Впервые с момента попадания в этот мир я ела в одиночестве. Вернее, завтракала.

Лиар и Лей уже отправились в семейный квартал на свой первый рабочий день, а мои брюнеты с самого утра занимались ремонтом ресторана.

Я как раз допивала чай, когда дверь кухни распахнулась, и на пороге появился один из моих кухонных.

– Госпожа Таня! – выпалил он, едва переведя дыхание. – Госпожа, мы кое-что нашли!

Станис был одним из мужчин, которых я пока знала хуже остальных. Поэтому видеть его таким взволнованным оказалось особенно неожиданно.

– Что именно? – я уже поднималась из-за стола, отставляя кружку в сторону.

– Вам лучше самой посмотреть, – загадочно ответил он, придерживая передо мной дверь.

По пути я успела надумать себе всякого. От дыры в полу до какой-нибудь хитрой пожарной системы, которая внезапно проснулась спустя сотни лет и объявила войну ремонту.

Но когда я вошла во второе здание, быстро стало понятно, что все мои предположения оказались мимо.

В одной из стен зияла дыра.

Нет, не та дыра, которую обычно оставляют после себя особенно талантливые строители. Это был самый настоящий проход, до недавнего спрятанный кладкой из кирпичей.

Стоило мне подойти ближе, как из темноты вынырнула знакомая фигура.

Нагнувшись, чтобы не задеть головой низкий свод, Каир шагнул наружу и сразу заметил меня.

– Внутри безопасно, – он запнулся, после чего всё же закончил: – Таня.

Мне понравилось.

Не столько потому, что Каир назвал меня по имени, сколько потому, что сделал это сам.

Ничего не говоря, я провела ладонью по спине своего брюнета и нырнула в проход.

Там я миновала короткий коридор и через несколько шагов оказалась в помещении, которое больше всего напоминало кабинет.

Когда-то это явно было важное место.

Об этом говорили размеры комнаты, массивные шкафы вдоль стен и остатки дорогой отделки, которые всё ещё можно было различить под слоем времени.

Вот только все помещение выглядело так, словно кто-то однажды решил перевернуть его вверх дном.

По полу были разбросаны обломки мебели.

Один из шкафов заметно перекосило.

Другой и вовсе лежал на боку.

Среди пыли виднелись пожелтевшие листы бумаги, какие-то мелкие предметы и остатки вещей, назначение которых я бы сейчас уже не определила даже при большом желании.

А еще у дальней стены темнело большое выжженное пятно – не почерневшее, как после огня, а странного иссиня-фиолетового цвета. От него веяло чем-то тревожным, словно сама комната до сих пор помнила тот удар.

Именно оно привлекало больше всего внимания, и не только моего.

Умник сидел на корточках возле пятна и с явным исследовательским интересом рассматривал оплавленные края.

Почувствовав мой взгляд, он поднял голову.

– Либо здесь произошёл крайне эмоциональный спор о системе хранения документов, – начал было муж.

– Или кто-то что-то искал, – продолжила я.

– В любом случае вероятность добровольного разрушения мебели крайне невелика.

– Думаешь, кто-то использовал магию против… кого-то? – я не стала озвучивать посетившую меня мысль до конца.

– Думаю, да, – Умник поднялся на ноги и ещё раз посмотрел на пятно. – Такую магию используют не для освещения помещений и уж точно не для перестановки мебели.

Вывод напрашивался сам собой: кто-то что-то искал. И, похоже, ради этого не остановился перед тем, чтобы кого-то убить. Или хотя бы покалечить.

– Госпожа! – голос Демира вырвал меня из размышлений. – Идите сюда, вы должны это увидеть!

Брюнет стоял возле старого письменного стола, а вокруг уже собрались остальные мужчины. Которые, впрочем, тут же расступились, едва я подошла ближе.

На столешнице лежала шкатулка, в которой были сложены все её сокровища.

Тонкие золотые цепочки, тяжёлые браслеты, кольца с крупными камнями, серьги такой работы, что даже мне, человеку весьма далёкому от ювелирного искусства, было понятно, что создавал это все настоящий мастер своего дела.

Я взяла в руки ожерелье с россыпью прозрачных камней и невольно залюбовалась тем, как они вспыхивают в лучах света.

– Какое тут всё…

– Ликвидное, – встрял неслышно подошедший Умник.

В этом был весь Умник.

– Вообще-то я хотела сказать «красивое», – я не сдержала улыбку.

Хотя, опять же, муж снова оказался прав.

Ещё вчера перед сном я как раз думала о том, где взять деньги на выкуп брата Лея. Да-да, я не забыла о данном себе обещании. Хотя по понятным причинам отложила выкуп мужчины из рудников.

А еще на открытие ресторана требовались финансы.

Если хотя бы часть этих украшений действительно стоит столько, сколько предполагает мой муж, то подобная находка пришлась очень кстати.

Вот только одного я искренне не понимала.

Если кто-то перевернул этот кабинет вверх дном, тогда почему не забрал драгоценности?

Я задумчиво провела пальцами по прохладному металлу ожерелья.

Разве что искали что-то другое, еще более ценное.

Вопросов становилось всё больше.

Впрочем, разбираться с ними можно и по мере поступления.

А пока я в последний раз обвела взглядом помещение, попутно раздавая указания.

– Всё сломанное выбросить. Документы и бумаги собрать отдельно, вдруг что-то ещё удастся разобрать. И если есть возможность открыть эту стену и сделать здесь окно – будет отлично.

Мой взгляд невольно задержался на выжженном следе.

– И обязательно закрасить это пятно.

Смотреть на оплавленную стену было особенно неприятно.

Словно сама комната до сих пор помнила тот день.

Ну уж нет.

Здесь всё почистят, отремонтируют, закрасят и приведут в порядок.

В конце концов, место, где столько лет назад случилось что-то плохое, заслуживало шанс стать чем-то хорошим.

– А шкатулку куда? – спросил один из брюнетов.

– В мою спальню, – без колебаний распорядилась я.

Каир отреагировал первым, подхватив находку раньше остальных.

В дом мы отправились втроём. Там Умник тотчас разложил драгоценности на столе в одному ему понятном порядке и принялся вслух комментировать их приблизительную стоимость.

Каир же, не торопясь уходить сразу, провёл ладонью по моим волосам и поцеловал в висок.

После чего с явным сожалением признал, что сейчас от моего мужа будет куда больше пользы, чем от него самого, и отправился обратно во второе здание помогать остальным с ремонтом.

Я присоединилась к мужу, перебирая драгоценности одно за другим.

Одни серьги отправились обратно почти сразу, за ними последовало кольцо, затем браслет, а вот тонкое ожерелье с голубыми камнями неожиданно задержалось на моей шее.

– Оно вам совершенно не идёт, – проворчала появившаяся из ниоткуда призрачная госпожа вместо приветствия.

Я только подняла бровь.

– Правда?

– Разумеется, – фыркнула она, окидывая меня критическим взглядом. – Оно вас старит.

Не успела я ничего ответить, как посох уже указал на лежащий рядом браслет.

– А это вообще носить нельзя.

– Почему?

– Потому что выглядит ужасно.

После этого госпожа без малейших колебаний раскритиковала ещё два кольца и подвеску, а когда я подняла со стола кольцо с крупным прозрачным камнем, и вовсе вынесла окончательный вердикт:

– Подделка, – заявила она с такой уверенностью, словно лично присутствовала при изготовлении украшения.

– Это не подделка, – возразил Умник.

Честно говоря, я уже перестала задаваться вопросом, откуда он знает вообще всё на свете.

– Подделка, – отрезала госпожа и для большей убедительности стукнула посохом по полу.

– Качество огранки камня свидетельствует об обратном, – продолжил напирать муж.

Я молча положила кольцо к остальным украшениям, которые призрачная госпожа уже успела забраковать, после чего разделила драгоценности на две части.

– Вы ведь просто не хотите, чтобы я их продавала? – прямо спросила я, прерывая спор обоих.

– Я? – призрачная госпожа возмущённо выпрямилась. – Да мне вообще нет никакого дела до того, что вы собираетесь делать с этими побрякушками.

Я выразительно посмотрела на посох.

Посох постучал по столу ещё раз.

– Абсолютно никакого, – добавила госпожа с достоинством.

После чего ткнула этим самым посохом в кольцо, которое только что объявила подделкой.

– Просто такие вещи должна носить совсем другая госпожа.

Несколько секунд в комнате стояла тишина.

– Какая именно госпожа? – немедленно заинтересовалась я.

– Какая-нибудь другая, – буркнула она. И совершенно невпопад добавила, – и вообще всё это давно вышло из моды.

После чего испарилась так же быстро, как и появилась. Даже не знаю, что хуже – эти её внезапные появления или что я к этому начинаю привыкать.

– Всё равно не понимаю, – признался Умник. – Если госпоже действительно безразлично, что будет с драгоценностями, то зачем она вообще спорила?

Ох, Умник. Как всегда всезнайка, когда дело касается проблем мира, но совершенно не разбирается в обыденных вещах. А призрачная госпожа хоть и не была живой, но продолжала быть женщиной. И явно питала слабость к части драгоценностей.

Я ещё раз посмотрела на две кучки украшений, разделённые на столе.

– Эти продаём, а эти пока не трогаем, – все же решила я.

Умник был со мной явно не согласен. Он даже взял по колье из каждой кучки и чуть приподнял их перед собой.

– Но ведь это заметно хуже, – он слегка качнул цепочку, которую я только что решила оставить. – И за другое можно получить гораздо больше денег.

Я забрала у него то самое, «заметно хуже», подошла к зеркалу и застегнула цепочку на шее. Покрутилась, разглядывая себя со всех сторон.

Потом, не торопясь, начала снимать с себя одежду перед зеркалом – спускала вниз, одно за другим, пока не осталась совсем без ничего, только с неприметным колье на шее.

Всё та же серая мышка. Целлюлит на бёдрах никуда не делся, бока чуть шире, чем хотелось бы, и вообще ничего такого, от чего у кого-то перехватит дыхание.

И всё-таки я покосилась на мужа.

Умник смотрел не отрываясь. Щёки порозовели, губы чуть приоткрылись, взгляд застыл – не то чтобы с похотью, он вообще не умел вот так, по-простому, с желанием – но как-то так, что у меня внутри стало вдруг очень хорошо.

Вот это и есть самое главное.

Я игриво склонила голову набок и сделала шаг вперёд, к мужу.

– И что, правда заметно хуже?

Умник потянулся к вороту рубашки и расстегнул верхнюю пуговицу – идеально застёгнутую, как всегда, – как будто ему вдруг стало тяжело дышать.

– Приблизительно на один процент, – совсем не таким ровным голосом, как обычно, произнес он.

Вторую пуговицу своему любимому зануде я расстегнула сама.

Надо сказать, что в этот раз он сопротивлялся гораздо меньше, чем в прошлый.

Глава 23

– Мне кажется, я начинаю лучше понимать, почему люди так часто совершают необдуманные поступки ради занятий любовью, – Умник лежал рядом со мной на сбитых простынях, всё ещё пытаясь отдышаться.

Покрывало сползло почти до бёдер, а волосы обычно собранные волосок к волоску растрепались.

Я не удержалась от улыбки.

– И это твой главный вывод?

– Остальные требуют дополнительной проверки.

Я рассмеялась и потянулась к нему, лениво проводя пальцами по его плечу.

– Боюсь, ради науки придётся постараться.

Умник повернул голову в мою сторону.

Серые глаза остановились на мне с той же внимательностью, с которой он обычно смотрел на древние тексты, сложные схемы или очередную загадку, не дававшую ему покоя.

– Таня, я понимаю, что сейчас моё состояние может быть связано с рядом биохимических процессов, вызванных близостью. Но даже принимая это во внимание, я всё равно хочу сообщить, что люблю вас.

Несколько ударов сердца я просто смотрела на него.

Всё такого же растрёпанного.

Всё такого же серьёзного.

Всё такого же убеждённого в необходимости сначала проанализировать собственные чувства, а уже потом о них сообщать. А еще единственного из моих мужей, кто упорно предпочитал называть меня на «вы», хотя даже у брюнетов иногда проскальзывало «ты».

После чего придвинулась ближе и уткнулась носом ему в плечо, пряча улыбку.

– Любимый мой зануда, – пробормотала я.

Умник молча коснулся губами моих волос.

Настолько быстро, что сам наверняка предпочёл бы сделать вид, будто этого вообще не было.

Я ещё немного полежала рядом, а потом приподнялась на локте, вспомнив о важном.

– Слушай, прежде чем продавать украшения, я бы хотела сначала побывать в одном месте.

– Где именно?

– Хочу познакомиться с братом Лея. Он брюнет и закреплён на одном из рудников.

Судя по выражению его лица, мысль о том, что Лей может считать своим братом брюнета, до сих пор просто не приходила ему в голову.

Для большинства жителей этого мира блондины и брюнеты существовали словно отдельно друг от друга.

Умник некоторое время молчал.

– Я выясню, где именно он находится, – с этими словами он откинул покрывало в сторону и тут же потянулся за одеждой.

И обреченно вздохнула, понимая, что понежиться в постели больше не получится.

Стоило только заговорить с Умником о каком-нибудь деле, как оно немедленно превращалось в задачу, решать которую следовало прямо сейчас.

Пока Умник выяснял, где именно находится брат Лея, я успела привести себя в порядок, принять душ и переодеться в чистое платье.

После этого собрала на кухне небольшую корзинку с едой, справедливо рассудив, что идти знакомиться с человеком с пустыми руками как-то неправильно.

Брюнеты было вызвались меня сопровождать, но я решила, что сейчас это будет лишним, поэтому к арке перехода мы направились вдвоем.

Там Умник помог настроить на магической пластине нужную точку прибытия, после чего мы перенеслись.

Первое, что я сделала, выйдя из арки, – прикрыла ладонью нос.

Воздух здесь оказался настолько сухим и пыльным, что уже после первого вдоха в горле неприятно запершило.

Я несколько раз моргнула и огляделась по сторонам.

Ни деревьев, ни кустов, ни даже нормальной тени.

Только камень, камень и снова камень, между которым тянулись дороги, вытоптанные сотнями ног за долгие годы.

Солнце безжалостно заливало всё вокруг, отражаясь от светлых скал и заставляя щуриться даже меня.

Кто-то работал у самой скалы, размеренно поднимая и опуская кирку. Кто-то тащил нагруженную тележку. Кто-то переносил на плечах тяжёлые корзины с камнем. И всё же больше всего внимания почему-то привлекали не сами рудники, не инструменты и даже не окружающая их бесконечная серая пыль, а лица людей.

Усталые лица людей, для которых всё происходящее вокруг давно успело стать привычной частью жизни.

Я почувствовала, как сильнее сжала ручку корзинки.

В этот момент один из мужчин случайно поднял голову.

Увидел меня и неверяще замер.

Кирка выскользнула из его рук и с глухим стуком упала на землю.

Рядом обернулся второй брюнет.

Потом ещё один.

По руднику словно пробежала невидимая волна.

Мужчины один за другим отвлекались от работы, поднимали головы и смотрели в нашу сторону, явно не до конца веря собственным глазам.

– Чего встали?! – раздался вдруг резкий окрик.

Высокий блондин быстрым шагом направлялся в сторону рабочих.

– Работы больше нет?

Несколько мужчин тут же сконфуженно опустили головы.

Блондин уже собирался продолжить, когда наконец заметил меня и проглотил вертевшееся на языке ругательство.

К этому моменту рядом с ним уже появился второй надсмотрщик, выглядевший ничуть не менее растерянным.

– Госпожа, – наконец выдавил первый. – Боюсь, произошло какое-то недоразумение.

Он бросил быстрый взгляд на арку перехода за моей спиной, словно надеялся найти там объяснение происходящему.

– Если вы направлялись в городскую часть или в одну из зон отдыха, я могу показать нужное направление.

Я только покачала головой, чувствуя, как решимость изнутри поднимается с новой силой.

– Нет. Я пришла именно сюда.

Оба надсмотрщика переглянулись.

Причём так, словно каждый надеялся, что объяснять происходящее придётся не ему.

Наконец один из них осторожно кашлянул.

– Госпожа, – начал он, заметно подбирая слова, – могу я узнать, зачем именно вам понадобились рудники?

Я убрала руку от лица.

Пыль никуда не исчезла, но остальные мужчины каким-то образом обходились без этого, а значит, и я переживу.

– Я ищу одного из мужчин, – ответила я.

Несколько долгих мгновений блондины просто молчали.

– Если так, то конечно… – наконец произнёс надсмотрщик, поспешно отступая в сторону.

Договорить я ему не дала.

– Дальше я сама, – остановила его и направилась вперёд.

Чем дальше мы уходили от арки перехода, тем сильнее становилось ощущение, что моё появление заметили абсолютно все.

Мужчины продолжали работать.

Во всяком случае, старательно делали вид.

Но стоило мне приблизиться, как кто-нибудь обязательно начинал смотреть куда угодно, только не в мою сторону.

Я остановилась возле первого попавшегося брюнета.

– Здравствуйте, скажите, пожалуйста, – начала я.

Мужчина развернулся и пошёл в другую сторону ещё до того, как я закончила фразу.

Я недоумённо моргнула.

Потом подошла ко второму.

Этот хотя бы остановился.

Несколько мгновений он смотрел куда-то вниз, потом поднял взгляд на меня, заметно сглотнул и почти сразу отвернулся, снова принимаясь за работу.

Я проводила его взглядом, после чего машинально опустила глаза.

Полотенце, которым была прикрыта корзинка, успело съехать набок, а из-под него выглядывали свежие булочки. Я почувствовала себя еще паршивее.

Я предприняла еще несколько попыток заговорить с мужчинами, но от меня шарахались, как от прокаженной.

– Вообще-то я уже выяснил, где именно его можно найти, – заметил Умник, догоняя меня.

Я уже открыла рот, собираясь ответить, когда взгляд сам собой зацепился за одного из мужчин.

В отличие от остальных, он не пытался спрятаться или опустить голову. Напротив, продолжал работать, вот только не мог удержаться от того, чтобы не коситься в мою сторону с самым искренним любопытством.

Правда, продолжалось это ровно до тех пор, пока я не шагнула в его сторону.

Поняв, что направляюсь именно к нему, мужчина немедленно бросил своё занятие и зашагал прочь.

Я только ускорила шаг.

Впрочем, брюнет словно заранее догадался о моих намерениях и теперь с удивительным упорством держал между нами одно и то же расстояние, петляя между тележками, грудами камня и работающими мужчинами.

Чем ближе я подходила, тем лучше могла его рассмотреть.

Тёмные волосы почти доставали до плеч и сбивались в непослушные чёрные завитки, густо покрытые каменной пылью. Старая одежда давно утратила всякое сходство с новой, местами превратившись в лохмотья, а на открытых, загорелых предплечьях, проступали жилистые мышцы.

И всё же внимание притягивало не это.

Было что-то в выражении лица, в темных, слишком живых для этого местами глазах.

Что-то неуловимо знакомое.

Словно я уже встречала человека, который смотрел на мир точно так же.

– Да стой же ты! А то сейчас камнем в тебя кину!

Брюнет заметно дёрнулся, но даже не подумал остановиться.

– Тогда булочкой кину!

Вот после этого он всё-таки замер.

Медленно обернулся через плечо, посмотрел сначала на меня, потом на корзинку в моих руках и только после этого окончательно развернулся.

– Булочку жалко, – заметил он с искренним сожалением. – А камнем можете попробовать.

– Ты брат Лея? – спросила я, решив не тратить время на долгие предисловия.

Брюнет даже перестал уходить, развернув корпус ко мне.

– Если он что-то натворил, то нет, – ответил мужчина без малейших колебаний. – А если ничего не натворил, то тоже нет.

Я невольно улыбнулась.

Да, они определённо родственники.

К этому моменту нас наконец догнал Умник.

Весь покрытый каменной пылью, он сдержанно чихнул и остановился рядом со мной.

– Это мой муж, Умник, – представила я. – А меня зовут Таня.

Брюнет перевёл взгляд на меня, потом на Умника, потом снова на меня, явно пытаясь понять, как именно следует вести себя в подобной ситуации.

Судя по всему, опыта общения с госпожами у него было примерно столько же, сколько у меня опыта посещения рудников.

– Дарион, – произнёс он наконец.

– И почему же ты от меня убегал, Дарион? – поинтересовалась я, всё ещё пытаясь привести дыхание в порядок после незапланированного забега. – И почему вы все от меня прячетесь?

Брюнет обвёл выразительным взглядом рудники вокруг нас.

– Потому что мы мужчины с рудников, а вы госпожа, – ответил он так, будто это всё объясняло.

Как же все-таки сложно с этими брюнетами.

– Я взяла Лея в мужья, – призналась я.

– Даже не знаю, поздравить вас или посочувствовать, – задумчиво произнёс Дарион.

– Всё настолько плохо?

– Всё настолько Лей.

Я невольно рассмеялась.

– Он просил узнать, как ты.

– Тогда передайте ему, что у меня всё отлично.

Сказано это было настолько быстро, что не поверил бы даже человек, который видел Дариона впервые.

– Правда?

– Разумеется. Кормят редко, сплю под открытым небом, работаю с рассвета до заката, зато никто не заставляет посещать семейные ужины.

– Где именно ты спишь?

– Да вон там.

Я проследила взглядом за его рукой, пытаясь разобрать недоступное глазу.

– Где?

– Вон там.

– Это камень.

– Очень хороший камень, – не согласился Дарион. – Большой, надёжный. Проверенный временем.

Я ещё раз посмотрела на выступ скалы.

Ни навеса, ни стен.

Ни хотя бы подобия нормального жилья.

– Зато крыша не протекает, – добавил он с таким видом, будто привёл решающий аргумент.

Я молчала, не зная, что еще сказать или спросить. Условия здесь оказались намного хуже, чем я представляла себе по рассказам мужа. Дарион тоже молчал, потом всё-таки переступил с ноги на ногу и отвёл взгляд куда-то в сторону.

Я сразу уловила эту перемену, уж слишком хорошо мне были знакомы повадки брюнетов.

– Говори.

– А Лей он, в порядке? – спросил он уже совсем другим голосом.

Вот и всё.

Не про рудники, не про себя.

Я смотрела на мужчину, который минуту назад рассказывал про камень вместо дома и смеялся над собственной жизнью так легко, словно она была вполне сносной.

– В порядке, – ответила я. – И я забочусь о нём.

Что-то изменилось в его лице.

Словно внутри отпустила какая-то пружина, о существовании которой он сам старательно пытался забыть.

– Ну тогда хорошо, – произнёс Дарион после короткой паузы. – А то если этот засранец опять решил влезть в неприятности, пока меня нет рядом, это было бы даже немного обидно.

– Передам ему твои слова, – пообещала я.

После чего протянула ему корзинку.

– А пока передай это своей команде.

Дарион посмотрел на корзинку, потом на меня и подозрительно сощурился.

– Неужели Лей всё-таки решил меня отравить?

– Не переживай. Он их не готовил.

– Тогда другое дело, – с заметным облегчением согласился брюнет, принимая корзинку из моих рук.

На этот раз шутка прозвучала привычно легко, но пальцы, сомкнувшиеся на ручке корзинки, почему-то стали осторожнее.

– Спасибо, госпожа Таня, – произнёс он уже серьёзнее. – Ребята будут рады.

Я только кивнула, потому что прекрасно понимала: этой еды слишком мало. И вообще всего этого слишком мало.

Дарион ещё что-то сказал ближайшим рабочим, и те сразу начали подтягиваться ближе, с плохо скрываемым интересом поглядывая на корзинку.

А потом он снова засмеялся над чем-то, сказанным одним из них.

Так же легко, так же искренне.

И почему-то именно это оказалось самым страшным из всего, что я увидела сегодня.