Текст книги "Невеста Ледяного Дракона (СИ)"

Автор книги: Алина Миг

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 18 страниц)

Наверное, приближение этих событий так волновало меня.

Порою я видела мелькающую где-то позади Эрика Эвелину, что прожигала нас взглядами всякий раз, когда мы с ним дурачились и немного веселились.

– Принцесса, вы же уже ездили сами? Что опять не так? ― Притворно-устало посмотрел он на меня, скрывая улыбку.

Я сама не понимала своего состояния, поэтому ничего не могла ему на это ответить.

– Ваше Высочество, тогда вы отвлекли меня разговором, поэтому я и забыла о страхе!

– Значит, вам так нравится меня слушать?

– Я не слезу с Яблочка, пока не смогу сделать круг по полигону сама. ― Обиделась я, кивая в сторону привычного маршрута, опасливо приподнимаясь и сжимая в руках поводья. Насмехаться он, видите ли, вздумал надо мной. Я и без него способна справиться с подобным. Верно же?

Эрик отпустил поводья, вскидывая бровь, как бы говоря «ну посмотрим, что у тебя получится, принцесса». Я сделала нервный глоток и повела лошадь вперёд. Яблочко, не подведи.

И всё же, когда раздался звук шагов принца, сопровождаемый хрустом снега под ногами, мне стало легче дышать.

– Может расскажете про свою магию? ― Спросила я, чтобы отвлечься от навязчивых мыслей. ― Какой силой вы ещё обладаете?

– А вы как думаете? ― Он, тяжело вздохнув, усмехнулся, понимая, что снова придётся меня развлекать. ― Мне больше всего нравится управлять ветром. Но как одному из наследников Ледяного королевства Айсверии мне легко поддаётся и снег, да и с разными элементами я тоже понемногу лажу.

– Дракон и лёд. В ваших глазах пылает огонь, но при этом слишком похожи на Ледяного принца. Слишком много противоречий для одного вас. ― Буркнула я, но он прекрасно всё услышал.

– Наверное, если бы я мог оборачиваться, то был бы зимним драконом, как и большинство моих предков. Хотя в нашем роду встречались и огненные. ― Рассказывал он.

– Ледяным. ― Машинально поправила я Эрика, как привыкла называть его в мыслях. ― Лучше звучит. А как так вышло, что ваш отец мог оборачиваться, а не вы, не ваш брат не умеете? ― И тут же прикусила язык, попытавшись исправиться. ― Если это тайна, то просто не отвечайте.

– Чтобы овладеть драконом, мы должны выполнить одно условие. ― Не задумываясь, ответил принц.

13. Истинная

– И вы, Ваше Высочество, его, конечно же, не скажите. ― Фыркнула, закатив глаза. Я ехала неспешно, поэтому принц не отставал от меня ни на шаг. Если я расслаблялась, то ехать верхом уже не казалось таким страшным и сложным.

– А знаете… ― В его глазах блеснул хитрый огонёк. Он чуть склонил голову на бок, лукаво улыбнувшись. ― Я расскажу вам эту тайну в обмен на одну просьбу.

Что?

– Просьбу? ― Скептично отношусь к его предложению, с облегчением понимая, что смогла сделать круг по полигону. ― Какую?

Попутно я вновь прислоняюсь к шее Яблочка, чтобы плавно скатиться вниз и, наконец, почувствовать под ногами землю. Ощущение облегчения смешивается с радостью, но моя нога неожиданно соскальзывает со стремени. Прежде, чем я успеваю почувствовать панику, Эрик ловит меня за талию, не позволяя упасть, как и обещал.

– Небольшая просьба, которая ничего не стоит и от которой вы ничего не потеряете. Клянусь. ― Тепло его рук вновь дарит чувство защищенности, наполняя сердце… нежностью?

Я оборачиваюсь, чтобы встретиться с ним взглядами. Эрик смотрит на меня с лёгкой насмешкой, как бы говоря: «ну а что я говорил?». У меня нет причин не доверять ему. Но неужели это не такая уж важная тайна, что он готов рассказать её мне? Или он снова будет отвечать загадками, и я не смогу понять смысл?

В любом случае теперь мне сложно удержаться от любопытства. Мне интересно узнать больше о драконах, об… Эрике. Я понимаю, что становлюсь слишком жадной, но остановить себя уже не могу.

– Так о чём вы хотите меня попросить? ― Как только он отпускает меня, я отхожу от него на шаг, чтобы скрыть охватившие меня чувства.

– Это скорее не просьба, а предложение. Не пора ли нам уже перейти на «ты». ― Я удивленно перевожу взгляд с Яблочка, которая привычно и послушно следует под командованием малыша в загон, на принца. ― Зовите меня просто «Эриком», как уже сделали это однажды на озере. А то, знаете ли, это постоянное «ваше высочество» ужасно раздражает.

– Думаете, ваше «принцесса» менее раздражительное?

Я медленно шагаю вслед за Яблочком и малышом. Эрик идёт рядом, ожидая моего ответа. Кажется, он успел немного изучить меня за эти дни, поэтому не вмешивается в мои мысли.

Что за условие такое? Что если оно такое очевидное, поэтому он и решил поделиться ответом? Но в голову совсем ничего не идёт.

– Перестаньте так хмуриться, словно пытаетесь решить, как спасти мир. ― Смеётся принц.

И вправду чего это я? Даже, если ответ на поверхности, я не узнаю – правдив ли он, пока принц сам об этом не скажет. А просьба слишком проста, чтобы я так мучала себя глупыми мыслями.

– Ладно, я не против. Всё-таки вы… ты мой жених. ― Говорю так, будто бы оправдываюсь.

– Принцесса, я и не сомневался, что ты согласишься. ― На его лице появляется широкая улыбка, вызывающая лишь раздражение. Чувствую себя неловко, из-за такого неожиданного перехода на «ты».

– А вы… ты так и продолжишь звать меня «принцессой»? ― Недовольство в моём тоне не услышит только… этот ужасный Ледяной принц.

– Мне нравится. ― Подмигивает он, не спеша отвечать на вопрос, с которого всё началось. ― Кроме того, никто кроме меня так не называет тебя.

– Так что там за условие? ― Напоминаю ему.

– Самое очевидное. ― Как бы принц не пытался быть безразличным, полностью толику грусти скрыть не смог. ― Нужна истинная.

– Истинная? ― Не понимаю, при чём здесь она.

– Я же рассказывал легенду тогда на озере, что Первый Дракон даровал эту способность своему внуку для защиты возлюбленной. ― Поясняет принц. ― Для нас встретить свою суженную в прямом смысле дар. Она становиться нашей силой и сердцем.

Сказать, что я была шокирована, сказать ― ничего. Иллюзия насчёт истинных трещала по швам. Что если драконы просто вынуждены быть с ними?

– Но любите ли своих истинных или находитесь с ними лишь из-за этой силы? И… из-за того, что ваша жизнь зависит от них?

– Что? ― Глаза Эрика округлились, и он захохотал. ― Ты не так поняла меня, принцесса. Про сердце я сказал в переносном смысле, не стоило воспринимать всё так буквально.

Мои щёки покрываются румянцем.

– Метка, которая должна проявиться на запястье при встрече с истинной, помогает нам пробудить дракона. ― Продолжил он объяснять, слегка заколебавшись на следующем предложении. ― Мы… Все драконы, как я знаю, любили своих суженных. Они оставались с ними, потому что сами этого хотели и уже не могли иначе. Мои родители тому пример.

И хоть этот разговор приносил мне боль, я продолжала его внимательно слушать. Значит, как только появится его истинная он забудет обо мне? Перестанет вот так просто проводить со мной время?

***

Но даже если встреча с истинной изменит Эрика, я буду с улыбкой вспоминать эти наполненные мимолётным счастьем дни. Того времени, что он сейчас проводит со мной вполне достаточно.

Я чувствовала подобную лёгкости в общении лишь с Ианом. И, наверное, ещё с Адамом, что появился после отъезда Иоганна и стал моим рыцарем. Я помогла ему и надеялась, что он оставался рядом не из чувства долга.

– Расскажите историю ваших родителей. ― Попросила я, готовая к резкому и категоричному отказу.

Эрик слегка смутился, но отказывать мне не стал…

Что странно: ведь я вставала на хрупкий лёд, который мог в любой момент треснуть, как только он вспомнит, что его матушка – проклята, а отец убит по «моей» вине. Или нет?

– Моя мать была очень упрямой девушкой. Хотя, о чём это я? Она и сейчас остаётся такой. Наверное…

В тоне принца слышалась нотки грусти. Уже не в первый раз при разговоре именно о ней, Эрик ведёт себя так… Что же не так с королевой Айсверии, помимо проклятья?

Принц посмотрел вверх, на облака, что лениво плыли по небу в этот солнечный день. Я проследила за его взглядом. И прикрыв глаза, наслаждалась тем, как солнечные лучи ласкали моё лицо, а лёгкий ветерок приносил приятное прохладное дуновение. Вместе с Ианом мы, ложась на траву, проводили время, смотря на облака и пытаясь разглядеть различные формы и силуэты в их пушистых вихрях.

Голубое небо и белоснежные облака, как всегда прекрасно дополняли друг друга. Мои глаза и его волосы… Что за глупости лезут в мою голову?

– Матушка приехала учиться в академию Айсверии по обмену. И совсем не ожидала, что будет связана с отцом, которого невзлюбила с первой встречи. Как и он её. ― Принц засмеялся звонким смехом. ― Конечно, потом они оба признались, что за притворной ненавистью скрывали симпатию, что вспыхнула с первого взгляда. Вернее, они сами этого тогда не осознавали. Отец… ― Эрик хмыкнул. ― …имел не самую лучшую репутацию. Ухлёстывал за девушками только так, не упускал шанса пофлиртовать. Конечно, матушка была наслышана о подобном, поэтому и не хотела быть истинной, как она говорила, «этого самодура и бабника». Но и уезжать из академии из-за него отказалась, потому что приложила много сил, чтобы поступить туда.

Эрик вновь скосил взгляд на меня, а в его глазах заблестели смешинки.

– Несколько раз она «случайно» подрывала комнату отца, чтобы он не портил её репутацию своими похождениями. Но отец после встречи с ней уже не мог смотреть ни на кого другого, хоть тогда ещё не понимал этого, увлекшись их игрой. Маме он казался слишком нахальным и наглым. Она не верила, что он, бывший заядлым бабником, который достался приличной ей, может измениться. Отец тоже не был в восторге, пытался поскорее избавиться от её присутствия. А когда понял, что влюбился… стал готов на всё ради неё, но матушка продолжала не верить его словам. Думала, он смеётся над ней, решил разбить ей сердце, ведь тогда она уже была влюблена в него. И отец принял её решение. Готов был, что она уедет после окончания академии и не хотел удерживать её рядом с собой против воли. Лишь попросил перед её отъездом немного времени, чтобы доказать, что он искренен по отношению к ней. ― Принц резко замолчал, о чём-то задумался. ― Кстати, принцесса, что тебе нравится из еды?

Я так заслушалась его рассказом, что не сразу осознала, что этот вопрос предназначался мне. Что мне нравится? При чём тут это? Да и, не знала я ответа на этот вопрос. Разве что…

Мы часто пользовались тем, что няня Иоганна отвлекалась. Залезали на самое большое дерево в саду, чтобы насладиться вкусной вишней. Нам удавалась собрать полные горсти сочных и спелых ягод, которые после мы счастливо ели под тенью того же дерева.

– Вишня?

– Вот как. ― Улыбнулся Эрик, кивая в сторону. ― Пойдёмте поспешим, а то занятия уже совсем скоро начнутся, и мы опоздаем.

Что? А как же продолжение истории про его родителей?

***

Толпы студентов ужинали в академической столовой, обсуждая прошедший день. Я же, сидящая одна, не веря, смотрела на вишневой пирог, что стоял передо мной.

– Принцесса, это тебе. ― Вручая коробку, только и сказал Эрик прежде, чем уйти по срочному вызову к целителю. Выглядел принц после слов посыльного слегка взволнованным и обеспокоенным. И это не могло меня не волновать. Неужели Сэдрику стало совсем плохо?

Что же мне делать?

Малыш тоже куда-то убежал по своим очень важным волчьим делам, и ждать его не было смысла.

Может кусочек вишнёвого пирога сможет поднять мне настроение?

Разрезав его на несколько кусочков, я взяла себе один, обещая, что после обязательно поделюсь оставшимся пирогом с двумя сбежавшими негодниками.

Как можно удержаться, чувствуя этот сладкий аромат и видя эту сочную и аппетитную начинку?

Я отломила кусочек, который тут же просто растаял во рту, принося с собой яркие воспоминания о детстве, связанные с братом.

Вкусная начинка из спелых вишен, сладкий тесто и лёгкая кислинка создали идеальное сочетание, которое мгновенно расплавилось на языке, оставляя теплое и уютное послевкусие.

И откуда только принц достал его? Неужели выходил в город?

Улыбка как-то незаметно тронула мои губы.

– Ваше Высочество, как всегда вы чудесно выглядите. ― Раздался рядом голос Эвелины, о которой я как-то успела позабыть за прошедшие дни.

Аппетит сразу пропал, и горечь почувствовалась на языке.

14. Яд

Эвелина дружелюбно улыбнулась мне, подсаживаясь рядом с принесённым подносом. Словно и не было между нами объявленной ею «войны». Я устало вздохнула, снова она играет на публику. Но что она задумала?

– Вы счастливы, Ваше Высочество? ― Она чуть склонила голову вперёд. И этот её жест показался мне очень знакомым. Словно так делал кто-то, кого я очень хорошо знала. У кого же была подобная привычка?

– О чём вы? ― Я, действительно, не понимала, зачем она спрашивает и чего хочет от меня. Она сидела совсем близко ко мне: в её голубых, словно лёд, глазах я видела пылающую ненависть.

– Ну как же… ― И хоть на её губах играла улыбка, я слышала в её тоне горечь. ― Его Высочество уделяет вам очень много внимания. Помогает… Заботится… Даже забыл о том, что вы «сделали» для его семьи. Вы счастливы? Добились того, чего хотели?

Я промолчала, не хотела отвечать на её глупые вопросы.

– Одурачили его. Что же будет дальше? Поиграете и после растопчите…?

– Чего ты хочешь, Эвелина? ― Не выдержала я.

– Просто интересно: вы счастливы?

Сколько ещё раз она собирается повторить этот вопрос?!

– Что, если так? ― Я посмотрела на неё с вызовом.

– Вот как… А я нет. ― Она, проигнорировав блюда, взяла с подноса чашку с чаем и задумчиво начала водить пальцем по её краям. ― Лишили многих дорогих им людей, а теперь просто наслаждаетесь жизнью? ― Я стиснула кулаки. ― В отличии от принца меня не обмануть ни милым личиком, ни вашим притворством. Я другая! Не такая, как он. Я не готова прощать ту, что отняла у меня брата, Ваше Высочество. И как только он мог так просто забыть о той боли, что вы причинили нам? ―Почти шипела она на меня.

И я могла понять её чувства. Но… не готова была принимать её ненависть. Разве я виновата? Может просто сказать правду?

Только вот я очень сомневаюсь, что мне поверят. Будь это Эвелина или кто-то другой… По силам ли тем, кто не оказывался в подобной ситуации, понять то, что происходит у меня на душе?

Тяжёлое бремя неверия и одиночества всегда преследовало меня. Слова отрицания моей причастности хотели выбраться наружу и привлечь внимание к моим переживаниям и правде. Которой обычно никто не верил.

Я прикрыла глаза, пытаясь прогнать это наваждение. Но слова так просто не хотели покидать меня. Хотелось закричать о том, что было у меня на душе. Но я не могла себя не сдерживать.

Я прекрасно понимала, что из-за того, что долгое время была отвергнутой, мне всегда будет сложно открыться и довериться. Потому что просто так мои страхи и боль никуда не исчезнут. Мне всегда казалось, что проще промолчать. Точнее, сомнения и тревога заставляли меня молчать.

Я ещё раз посмотрела на лицо Эвелины: уверена внутри неё бушуют хорошо скрытые эмоции. Ненависть. Нельзя, чтобы она утонула в жажде мести и потеряла себя.

Но… если ли смысл стучаться в закрытые двери? Был ли хоть кто-то помимо брата, кто верил мне?

Был… Адам. Именно его по какой-то причине напоминает мне Эвелина. Хотя они даже не особо-то и похожи внешне.

– Что, если всё было совсем не так? ― Я сама поразилась тем словам, что были мною сказаны. Они давно вертелись на моём языке, но я не готова была произносить их вслух. Почему? Почему именно ей я решила сказать об этом? Я же знаю, что она мне не поверит… ― Что, если я вовсе не виновна в том, в чём меня все обвиняют? Вдруг я и сама лишь ещё одна жертва?

Эвелина удивилась. На несколько секунд в её взгляде появились сомнения. Она прикусила губу и нахмурила брови. Но тут же мгновенно сжала кулаки, словно пытаясь вытеснить глупые мысли из своей головы. Она резко мотнула головой, а затем её выражение лица стало непроницаемым.

Мои руки бессильно опустились. Я знала, что так будет, поэтому мне не стоило возлагать на неё надежды.

Просто подумала, что то время, что она находилась рядом со мной, могло хоть что-то изменить. Я верила, что мои поступки сказали ей о гораздо большем, чем просто слова. Но Эвелина не была готова принимать такую правду.

– Думаете, я поверю вам? ― Острая улыбка появилась на её лице. ― Даже если вы изменились, это не вернёт мне брата.

Жажда мести не давала ей увидеть большего. Та решительность, что появилась на её лице, мне совсем не понравилась.

– О чём это вы, Ваше Высочество? ― Очень громко произнесла Эвелина, привлекая к нам ненужное внимание. ― Как я могу перестать общаться с Его Высочеством? Как я могу уступить его Вам? Он же не вещь!

В её голосе чувствовался надрыв, она прижала руку к груди, едва не плача.

– Ч-что? ― Я совсем не ожидала, что она устроит концерт посреди столовой. Хотела было вскочить и уйти, чтобы не учавствовать в этом глупом фарсе.

Эвелина бросила неуверенный взгляд на моё запястье, который не остался мною незамеченным, отчего я пониже натянула рукава.

– Как я могу оставить его… ― Следующие слова она прошептала только для меня. ― Если являюсь его истинной?

Нет-нет-нет! Я, шокировано раскрыв глаза, смотрела на девушку, что внимательно следила за моим выражением лица. Она хотела причинить мне боль.

Конечно, я не верила, что она говорит правду. Но сомнения не могли не зародиться в моей душе. Если я знаю, что её слова ложь, так почему сердцу больно?

– Чего же ты добиваешься этим представлением?

– Просто хочу, чтобы вы также, как и я погрязли в глубинах отчаяния. ― Призналась она, вставая и беря в руки чашку, что до этого нервно теребила. ― Не думаю, что Его Высочество или кто-то другой вновь станет на вашу сторону после того, что вы здесь натворите? Никто вам не поверит.

– Натворю?

Она не ответила, но по её взгляду я всё поняла. Хотела остановить, но не успела. Она преподнесла чашку к своим губам, делая глоток. И в её взгляде появилось торжество.

Дура. Какая же она дура!

Эвелина тут же надрывно закашляла. Кровь стекала из уголков её рта, напоминая о её отчаянном поступке. Яд. В той чашке был яд.

Я не двигаюсь с места. Страх парализовал меня.

Эвелина, шатаясь, пытается выбраться из-за стола, чтобы в следующим миг повалиться. Но её успевает словить… профессор Элрик, что бросает неодобрительный взгляд в мою сторону. Откуда только он взялся здесь?

К нему на помощь тут же спешат следившие за нами студенты.

Слабые попытки Эвелины сдержать кашель были напрасны. Выпив яд, она поставила под угрозу свою жизнь, и уже было поздно для сожалений.

– Отравлена! ― Раздался голос одного из студентов, который, кажется, учился на целителя. После его слов все взгляды скрестились на мне.

Они словно паутина сковывали меня. Никто не скрывал своей враждебности, окидывая меня обжигающими взглядами, что пугали меня. Глаза, полные ненависти и презрения, словно пронзали меня, делая уязвимой и слабой.

Я чувствовала, как будто моя душа обугливалась под пламенем их осуждения. Они давили. Были безжалостны. Стремились уничтожить меня.

Паника подбиралась к моему сердцу. А в голове звучало набатом: «Мне никто не поверит. Никто».

Я была одна. Словно оказалась перед толпой судей, готовых вынести мне приговор в любую секунду.

Отчаяние сжимало горло, дыхание стало неровным, а сердце стучало так громко, что казалось, что все вокруг его слышали.

Дыши, Эннария! Просто дыши и не поддавайся панике!

Руки дрожали, и я чувствовала, как всё моё тело трясёт. Пускай! Плевать, пусть не верят!

Мучительно медленно я заставляю себя подняться с места. Мне невыносимо оставаться здесь.

Не слышу из-за звона в ушах, но уверена, что со всех сторон доносятся шёпотки.

Я стараюсь не смотреть в сторону Эвелины. Никто не пытается меня схватить. Боятся. Ждут того, кого не страшит гнев королевской семьи. Принца Эрика.

А я… Просто ухожу. Мне хочется броситься к двери и сбежать. Но я медленно и степенно удаляюсь, прожигаемая взглядами. Хочу оказаться, как можно дальше от них. Уйти, исчезнуть, стать невидимой…

Каждая клеточка моего тела была напряжена, ожидая, что меня окликнут. Сердце продолжало бешено колотится. Лишь оказавшись за дверью столовой, я смогла выдохнуть. А потом побежала…

Я побежала.

Подхватив юбки платья, я просто бросилась вперёд. Не знаю, куда несли меня ноги, я ничего перед собой не видела, охватываемая отчаянием. Просто неслась туда, где нет этой давящей и угрожающей толпы.

Уйти. Уйти, как можно дальше от тех, кто отравлял мою душу.

Очнулась лишь тогда, когда оказалась на улице. Но даже так моё сердце, продолжало биться, словно удары барабана. Поэтому не раздумывая, я вновь ускорила шаг и помчалась, куда глаза глядят. Снег хрустел под ногами, и каждый шаг был как укол ледяного ветра, пронизывающего кожу. Но я не могла остановиться.

В груди всё сжималось от страха, поэтому я заставляла себя бежать и не оборачиваться. Бежала до тех пор, пока не споткнулась и не упала в снег.

Лишь почувствовав, как мои ладони ощущают острый холод, а снег проник под одежду, заставляя дрожать, я окончательно пришла в себя. Холод немного отрезвил меня и притупил чувства, которые меня обжигали.

Я удивлённо огляделась вокруг, не понимая, как оказалась в академическом саду. Почему именно здесь, рядом с беседкой, где мы впервые с Эриком встретились один на один?

Эрик… поверит ли он мне? Я бы ни за что не поверила. Он… Снова станет холодно относиться ко мне? Наши отношения откатятся к началу?

Я не спешила подниматься, даже не смотря на ледяной холод, который пронизывал тело. Я подняла лицо к небу, ощущая, как морозные капли падают на мои щёки.

Я оставалась неподвижной, поглощённая падением снежинок вокруг меня. В этот миг мне казалось, что время замерло… Как этот день похож на мой первый в академии.

Столько времени уже прошло с тех пор. Хотелось заплакать, но я сжимала в руках холодный снег, говоря себе «нельзя». Нельзя плакать, я ведь должна была уже привыкнуть к подобному. Но почему мне так больно?

Это время, проведённое здесь, пролетело слишком быстро. Я так увлеклась этими спокойными днями в компании Эрика, что не заметила, что день Новогодья уже совсем скоро. Спасибо Эвелине, что привела меня в чувства.

День бала всё приближался, а я так и не решила, что мне делать со своим проклятьем. Все эти дни я часто посещала библиотеку в поисках подсказки, как побороть проклятье или что можно противопоставить тёмной магии… Но… те крохи информации, что мне удалось раздобыть, совсем не помогали.

Я лишь нашла старый гримуар, в котором было лишь два способа снять проклятье: выполнить его условие или перенести на другого человека. Если бы можно было перенести его на матушку, всё было гораздо проще. Но проклятье можно было перенести лишь на того, кто хотел искренне помочь и питал яркие положительные эмоции к тому человеку, чьё проклятье хотел забрать.

Может мне стоит просто сдаться?

Всем будет только лучше, если я исчезну. Никто и не заметит, что меня не стало. Нужна ли хоть кому-нибудь моя борьба?

– Вуф! ― Ткнулся своей пушистой мордочкой мне в лицо малыш. Я даже не заметила, как он появился рядом.

– Откуда ты здесь? Снова почувствовал мои эмоции? ―Улыбнулась я ему, поглаживая по голове.

– Вуф… ― Волчонок снова ткнул меня носом, желая, чтобы я поднялась с промёрзлой земли. Он скулил так жалостно, что я, не выдержав, схватила его и обняла, уткнувшись в его мягкий мех.

– Только ты у меня и остался. Но что, если и ты уйдёшь, как только объявиться твоя настоящая хозяйка?

– Вуф! ― Возмущённо рыкнул малыш, но вырываться не стал.

– Правда, не уйдёшь? ― Я засмеялась.

И на какое-то время мы оба замолчали. Я думала о том, что делать дальше: не хочу возвращаться. В голове почему-то всплыла информация о святых, которую я случайно нашла, пока искала способ избавиться от проклятья.

И…Я была уверена, что волчонок, что остался со мной ― фамильяр. Поначалу я подумала, что он привязался ко мне, потому что я могла бы помочь ему найти настоящую святую. Или святого, которым мог быть мой брат.

И я всё откладывала принятие своего решения. Но теперь после того, как он сказал мне, что не покинет меня… Пора перестать убегать от правды и принять её. Пора, наконец, проявить себя и успеть сделать всё возможное, прежде чем проклятье погубит меня. Другого выхода я просто не видела. Я могу вечно сомневаться и просто погибнуть. Или же принять правду и бороться, спасти тех, кого могу и сделать всё возможное, чтобы уйти без сожалений.

– Я ведь святая, верно? ― Я потёрлась носом о мех малыша, чувствуя приятный аромат от него, ассоциирующийся с магией и волшебством. Волчонок виновато прижал уши к голове.

– Вуф-вуф.

– Конечно, ты много раз намекал мне на это.

Я так устала бояться.

– Ты ведь поможешь мне?

– Принцесса? ― Я резко обернулась через плечо, видя перед собой запыхавшегося и обеспокоенного принца. Он замер в нескольких шагах от меня удивлённый.

Знает? Уже слышал или ещё нет?

Я боялась поднять свои глава выше его подбородка. Боялась увидеть там ненависть или холод. Боялась вернуться к тем отношения, что были у нас в первую нашу встречу.

– Я… Я… ― Мне было сложно найти слова оправдания. Почему-то я не могла вымолвить ни слова. Он разочарован? Или…

– Эннария! ― Я вздрогнула от его обращения, которое было словно рык. Он зол? Мне конец?

15. Настоящая Святая

Я зажмурила глаза в ожидании чего-то страшного. Но… Эрик подскочив ко мне, лишь взял меня за плечи, легко поднимая вместе с малышом на ноги.

– Принцесса, почему ты сидишь в снегу? Заболеть захотела?

Ч-что? Я с опаской подняла взгляд на его лицо: он был бледен, устал и измучен. Только днём я видела его сияющую улыбку, теперь же на его лице был отпечаток скорби. Что-то произошло с Сэдриком?

Тогда почему он пришёл сюда за мной? Почему волнуется за меня? Он ещё не знает?

Моё сердце сжалось от тревоги. Было такое ощущение, словно невидимая угроза нависла… надо мной? Или над Эриком? Я хотела спросить, что произошло, но слова застряли в горле, и я молча смотрела на него, что обеспокоенно оглядывал мою фигуру.

– Я… Я… ― Разрушила молчание я своим тихим голосом. Истерика подступала к горлу. Мне захотелось, чтобы он узнал о случившемся от меня. Это будет лучше, чем от других. ― Я…

Но я не могла сказать. Боялась, что он не поверит мне. Слова никак не подбирались и не желали складываться в предложения. Я боялась, увидеть его разочарование.

Эрик смотрел на меня так, словно пытался увидеть что-то только ему понятное. Он устало провёл рукой по своим волосам, и недовольно покачал головой.

– Меня ведь не было всего-ничего.

И по его рубиновым глазам я всё поняла. Он знает. Знает-знает-знает. Что же делать? Это так поразило меня в сердце, что голова сама собой сразу же поникла, а руки бессильно опустились. Волчонок выпрыгнул из них, но пока что вмешиваться и вставлять своё веское слово в наш разговор не стал.

Что я должна ему сказать? Оправдаться? Признать вину? Всё отрицать?

– Можешь ничего не говорить. Всё в порядке. ― Он опустил руки на мои плечи, будто бы пытаясь… поддержать?

– В порядке? Но я…

Подходящих слов всё ещё не было.

– Я поверю всему, что ты скажешь. ― Хмыкнул он, становясь на какое-то время прежним собой. ― Профессор Элрик сказал мне, что у леди Эвелины обнаружилась аллергия на что-то и ей стало плохо в столовой.

– Аллергия? ― Не веря, я смотрела на его нежную улыбку. Нет, это точно не была аллергия. И принц это прекрасно знает, но делает вид, что поверил в наспех придуманное оправдание.

– Ага, самая обычная непереносимость чего-то… что там было в том чае? ― Знал, что это не так, и всё равно не обвинял меня. Я боялась дышать.

– Но тот студент-целитель…

– О, молодые целители часто ошибаются. ― Тут же вставил он, не желая больше обсуждать эту тему. ― Должно быть ты испугалась?

Я молча смотрела на него, не в силах сказать слов. Он на моей стороне? Правда? Или всё это иллюзия?

– Да… ― Слёзы появились в уголках моих глаз, но я вовсе не хотела давать им волю. ― Очень…

Он больше ни о чём не спрашивал, просто крепко обнял меня, давая мне время успокоиться и выплеснуть эмоции. Я вцепилась в него, как в спасительный круг. В его объятиях я ощущала не только тепло его тела, но и бурю чувств, которая захлестнула меня. Но особенно явственно проступил…гнев?

Я всегда старалась потушить пламя злости в себе, не позволяя лишним эмоциям вырваться на волю. Но… сейчас мне не хотелось сдерживаться.

В его объятиях я чувствовала, как злость и обида, давно скрывавшиеся в глубинах моей души, начинали выбираться наружу.

– Я ничего не делала! ― Легко сорвались с моих губ такие желаемые мною слова. ― Я. Ничего. Не. Делала.

С каждым словом мой голос становился всё громче, а я теснее прижималось к его груди, стискивая в руках его одежду. Он мягко гладил меня по волосам, даря успокоение. И этот его жест поддержи подпитывал мои эмоции.

И больше не могла их сдерживать.

– Я ни в чём не виновата. ― Я буквально кричала, выпуская свой гнев и ярость в голос. В нём звучали горечь и боль, которые долго пряталась за маской спокойствия. Я говорила, не думая о последствиях. Просто говорила. ― Так почему я всегда виновата? Почему? Ненавижу! Ненавижу её!

С каждым словом мне становилось всё легче. Все проблемы, тревоги и боль отступили на задний план.

Его крепкие объятия стали для меня спасением, они согревали душу и дарили надежду. Мне хотелось, чтобы этот миг длился вечность.

Даже если это иллюзия, я не хочу, чтобы она когда-нибудь заканчивалась. Я готова обмануться.

– Всё хорошо, принцесса. ― Он продолжал нежно поглаживать меня по голове, и сдерживать слёзы становилось всё сложнее.

Я отдалась гневу, потому что не хотела давать волю другим чувствам. Не могла позволить хрупкой надежде завладеть моим сердцем, пока не избавлюсь от проклятья.

– Вашему королевству сейчас очень нужен дракон… ― Неожиданно сказала я.

Он сильнее сжал объятия, напряжение чувствовалось в его теле. Так я и знала.

– Верно… ― И я, и он не должны забывать о том, что наша помолвка чистая формальность, которая закончиться в тот момент, как он встретит свою истинную. Эрик не сможет не полюбить её. Нам всё равно придётся расстаться.

– Помнишь, ты обещал мне желание. ― Совсем тихо сказала я ему.

– Конечно. ― Принц, явно, был удивлён такой сменой темы. И чуть отдалился от меня, чтобы видеть мои глаза.

– Я хочу…

… чтобы ты не разрывал нашу помолвку. Не уезжал или забрал меня с собой. Но это было бы слишком для меня, пусть просто будет рядом, хотя бы до новогоднего бала.

– Ваше Высочество, вот вы где, я вас везде ищу! ― Голос старого целителя вывел меня из чувства эйфории, и я, разжав объятия, отскочила от принца на несколько шагов. Мне почудился разочарованный вздох.