Текст книги "Невеста Ледяного Дракона (СИ)"

Автор книги: Алина Миг

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 18 страниц)

Кажется, он не сразу понял, что произошло. Попытался отплеваться и убрать снег. А после дёрнув за руку, потянул на себя, заставляя сесть в его объятиях.

В его взгляде мелькает что-то опасное, а его рука тянется к моему лицу… И я зажмуриваю глаза, сжимаясь. Что я наделала? Где была моя голова? Сейчас точно ударит меня. Чувство ожидания самое отвратительное. Всегда его ненавидела. Моё сердце начинает биться быстрее.

Проходят секунда, другая, и я чувствую, как его рука ложится на мою голову, от чего я дёргаюсь так, что он не мог не почувствовать.

Его же рука, как ни в чём ни бывало, стряхивает снег с моих волос. Аккуратно и бережно. И это не может не удивить меня.

Я несмело приоткрываю один глаз, чтобы увидеть, как он недовольно прикусывает губу, а в глазах его отражается недовольство и подозрение.

– За что же вы так жестоко со мной, принцесса? ― Тон его ровный, с едва заметной иронией, а в глазах его мелькают непонятные для меня эмоции.

– П-пр-ростите. ― Понуро наклоняю голову, чувствуя себя виноватой. Что вообще на меня нашло?

– Эннария, Эрик, вы в порядке? ― Раздаётся голос Эвелины совсем рядом. Я вскидываю голову. Она тоже выглядит помятой и растрёпанной, с ног до головы вся в снегу, ей повезло меньше: кажется, сама она выставила щит слишком поздно.

– Ну и учудили студенты в этом году. ― Хохочет где-то на фоне профессор Элрик. Оглядываюсь. Внутренний двор академии и вправду превратился в поле боя.

Принц Эрик помогает мне подняться. Я отряхиваю как могу своё платье от снега. Он же оглядывает меня с ног до головы и, тяжело вздохнув, снимает с себя пальто и накидывает мне на плечи, заботливо застёгивая вверх.

– Точно заболеете. ― Недовольно бурчит он. ― Вы же такая худая, принцесса. Не будь меня рядом этот вихрь точно бы унёс вас куда-нибудь…

И тут же сам отдергивает себя. Отходит на несколько шагов, и отворачиваясь говорит:

– Почему бы и нет? Я научу вас. Я же ваш жених, и должен заботиться о вас. ― Я не сразу понимаю, о чём он. Мои мысли уже слишком далеки от верховой езды.

– А как же вы? ― В пустоту спрашиваю я про пальто. Принца и след простыл.

– Ох, Эннария, я так испугалась, когда всё вокруг накрыло снегом, а ты в нём исчезла. Да ещё и этот ветер! ― Эвелине не удаётся скрыть недовольство при взгляде на пальто. Я прижимаю его к себе, от него всё ещё чувствуется тепло.

Вспоминаю, что я так и не вернула Эрику тогда его камзол. Скоро стану коллекционером его верхней одежды.

Но глядя на Эвелину, я понимаю, что мне не так уж и сильно досталось от этой бури, устроенной кем-то из парней. А вот Эвелине…, да она дрожит! И как я сразу не заметила?

Я с легкостью расстёгиваю верхние пуговицы одолженной вещи и скидываю под её удивлённым взглядом на её плечи. И хоть я знаю о том, как Эвелина поступила со мной, не могу не беспокоится.

Может дело всё в том, что она выглядит младше меня? И смотря на её худобу, хочется заботиться о ней, как когда-то я делала это по отношению к младшему брату? Да и я, привыкла заботиться о других, но не о себе. Так я чувствовала себя не такой бесполезной. Слишком часто матушка напоминала мне об этом, чтобы я могла проигнорировать случай, когда бы я могла быть хоть чуточку полезной.

– Эвелина, пойдём скорее переоденемся. ― Говоря я, выходя вперёд на несколько шагов вперёд. Оборачиваюсь, Эвелина застыла словно статуя, похоже шокированная моим поступком. Это веселит меня, что я не сдерживаю своего хихиканья. Может мне удастся доказать ей, что настоящая я отличаюсь от слухов?

Мой смешок быстро приводит её в себя, она быстро моргает и делает шаг вперёд. Неудачный для себя шаг. Не знаю, что послужило причиной её падения, но я не успеваю её подхватить.

Она выставляет руки вперёд, чтобы хоть как-то смягчить падение. Руки упираются в уже вязкий снег, смешанный с грязью.

Не только мне сегодня не везёт.

– Какая же я неуклюжая! ― Хнычет она, когда я подаю ей руку, которую Эвелина с благодарностью принимает. И пока она отряхивается я достаю запасной платок и протягиваю ей.

– Возьми. ― Она с удивлением смотрит на меня. Кажется, мои поступки заставляют её смотреть на меня немного иначе.

Или… Она слишком внимательно разглядывает платок, держа его в руках.

– Как тот, что тогда принёс целитель. ― Странным тоном произносит она, поднимая на меня взгляд.

И тут я понимаю, что все мои платки одинаковые: с одним и тем же рисунком золотистой паутины.

– Ты всё слышала.

5. Шаг в никуда

– Платок точь-в-точь, как тот, в котором целитель принёс фрукты. Они же не могли быть для меня от неё? ― Нервно бормочет Эвелина, дёргая себя за переднюю прядь волос. Пару секунд ей требуется, чтобы взять себя в руки и отбросить в сторону промелькнувшие сомнения. Она расправляет плечи и пристально смотрит на меня, ожидая ответа.

– Слышала что? ― Притворяюсь, что не поняла. Выдать себя из-за дурацкого платка? Да, ты молодец, Эннария.

Мне не особо хотелось вступать в конфликт, как сейчас, так и вообще. Но, если он неизбежен, то нельзя было начать разбирательство в более тёплом месте? Или она решила воспользоваться ситуацией, потому что сейчас никого нет рядом?

– Не знаю. ― Она сжимает так сильно края данного мною пальто, что мне даже становится его жалко. От неё повеяло нескрываемой враждебностью, а лицо приобрело озлобленность, делающее её лицо далёким от того образа, что она выстроила. И как только смогла скрывать эту бурю эмоций? ― Что-то, видимо, да успела услышать.

– Не понимаю, о чём ты, Эвелина. ― Боюсь, что этот конфликт не принесёт мне ничего хорошего. Лишь добавит головной боли, если она перестанет скрываться и начнёт действовать в открытую.

– Не притворяйся! ― Она стоит на своём, а я уже жалею, что отдала ей пальто. Доброта до добра не доводит. Мне тоже стало прохладно. Пытаюсь согреться, обняв себя. Она обвинительно тычет в меня пальцем. ― Думаешь, я поведусь на этот образ невинной овечки после всего, что ты сделала? После того, как ты оправила юнринов на верную смерть?

Замираю. Вот оно что… Теперь я понимаю причину её ненависти.

Юнрины ― молодые юноши, которых совсем недавно приняли в рыцари, после того как они окончили обучение и прошли испытания.

Во время войны матушка предложила отцу пожертвовать ими, организовав ловушку в горах, чтобы заманить туда войско северного королевства Айсверии. Они послужили приманкой, что должна была запутать противника.

Юнринов редко отправляют на войну. Но тогда поводом для их отправки послужило то, что они будто бы не выказали мне должного почтения вовремя моего посещения их корпуса. Глупое оправдание. Но тем не менее, я снова стала виновной в чужих смертях помимо своей воли.

Наверное, среди них был возлюбленный Эвелины? Или кто-то другой?

С этим уже ничего не поделаешь. Я понимаю её, потерять близкого больно. Я сама едва однажды не лишилась дорогого мне человека. Но её ненависть в мою сторону ещё не раз мне аукнется. Сейчас она точно не станет слушать мои оправдания. Так зачем оправдываться? Лучше провести черту.

– Леди Эвелина, вы забываетесь. ― Мой тон заставляет её замереть и сжаться. Окидываю её ледяным взглядом, показывая, что больше не стану мирится с её небрежностью по отношению ко мне. ― Перед вами член королевской семьи. Если не хотите отправиться на плаху, не стоит переходить грань.

– Ахахах. ― Раздаётся её пугающий смех. В её глазах отражается безумие. Но она перестаёт мне «тыкать». ― Вот вы, Ваше Высочество, и показали свою истинную сущность. Тогда и я не вижу смысла скрываться. Я объявляю вам войну, Ваше Высочество. ― Злобно шипит она.

Но я смотрю на неё и не могу винить Эвелину. Мне жаль её, ненависть не лучший спутник жизни. По себе знаю.

–Я превращу вашу жизнь в ад и заставлю каждого ещё сильнее ненавидеть вас так, что никто не останется в стороне, и вы получите по заслугам.

– Ладно. ― Пожимаю я плечами. Моя равнодушная реакция сбавляет её пыл. ― Вижу, вы совсем не боитесь гнева короля и королевы?

– Все знают, что вас отправили сюда, потому что вы потеряли их расположение. ― Фыркает она.

Я никак на это не реагирую. Решаю, что хватит с меня выслушивать это. Стоит, наконец, пойти в свою комнату и переодеться.

– Одно не пойму, если вы поймали меня на вранье тогда, почему не обличили при принце и ничего не предприняли? ― Раздаётся мне в спину.

– А зачем? ― Устало спрашиваю я, идя вперёд. Холодно. Почему мне так холодно?

– Но я ведь соврала. ― Не сдаётся она. ― Выставила вас перед принцем в неприглядном свете.

– Эвелина. ― Я резко останавливаюсь и поворачиваюсь к ней. ― Все знают, что он ненавидит меня. Одним плохим поступком больше или меньше: думаешь хоть что-то способно изменить его отношение ко мне?

– Точно. ― Недовольно прикусывает она губу. И в её глазах играют нехорошие нотки.

Знала бы я, чем всё обернётся, никогда бы не вышла из своей комнаты в тот день. Но я даже не догадывалась, что иду навстречу своему самому болезненному воспоминанию.

Я привыкла одеваться самостоятельно за годы, проведённые взаперти, поэтому переоделась в другую одежду быстро. На этот раз я утеплилась, насколько это вообще возможно. Я всё ещё чувствовала лёгкую дрожь и никак не могла согреться.

Да и не обратила как-то на это внимания. Привыкла игнорировать плохое самочувствие.

Меня не могло не радовать, что Эвелина не делала попыток подойти ко мне, присоединившись к другим леди. Конечно, она то и дело бросала на меня задумчивые взгляды. И я понадеялась, что сегодня она не будет что-то предпринимать по отношению ко мне. Или мне не стоит так рано расслабляться?

В любом случае, мне остаётся лишь внимательнее следить за ней, кутаясь в пальто. Как же всё-таки прохладно: ни вязанная кофта, ни шарф не спасали от ветра. Да и плечо с проклятием начинало неприятно пульсировать. Отвратительный день.

Ещё и постоянно приходилось то и дело придерживать края длинной юбки, чтобы они не зацепились об острые камни. Мы взбирались не по слишком крутому склону. Но для моей выносливости и этот покатый склон был испытанием. Некоторые девушки тоже недовольно пыхтели, и лишь парням и профессору Элрику это занятие приносило удовольствие.

Осторожно ставлю ногу на небольшой выступ, но нога так неудачно соскальзывает, что я слегка теряю равновесия. Я не падаю. Нет. Чья-то магия ветра удерживает меня, помогая восстановить равновесие. С удивлением перевожу взгляд назад, но никто не обращает на меня внимания.

– Ваше Высочество, позвольте вам помочь. ― Профессор Элрик, идущий впереди, заметил мою заминку и тут же протянул мне руку. Смотрю на его ладонь с опаской, но всё же принимаю помощь. Взбираться по камням и впрямь тяжело. И зачем он решил устроить занятие сегодня на утёсе в такую-то погоду?

Мы молчим какое-то время, прежде чем я решаю начать диалог с рыцарем под прикрытием. Общение ― не самая моя сильная сторона. Но должна же я хотя бы попытаться наладить контакт?

– Почему именно утёс? ― Кидаю быстрый взгляд через плечо и замечаю позади недовольный взгляд принца.

– Там лучше усвоиться концентрация и вам проще будет заглянуть в себя. ― Коротко поясняет мне профессор, обводя цепким взглядом студентов.

– Рыцарские приёмчики? ― Шутливо говорю я, вспоминая, что что-то про тренировки на утёсе я слышала от одного из королевских рыцарей, черноволосого Адама.

– Удивлён, что вам это известно, Ваше Высочество.

И не смотря на его по-рыцарски сухую реакцию, я понимаю, что ему любопытно и интересно узнать об этом больше. А ещё я с нашей первой встречи почувствовала, что сэр Элрик относится ко мне без неприязни. Скорее, как к человеку, за которым поручено присматривать.

– Мой…― Я в замешательстве пытаюсь подобрать слово. Друг, просто рыцарь или знакомый? Кто Адам для меня? Он был одним из тех рыцарей, кто заботился обо мне в замке, но… ― Один рыцарь в королевском дворце рассказывал мне об этом деле. И о вас тоже…

– Обо мне? ― Удивлённо вскидывает брови профессор.

– Он очень восхищается вами. ― Улыбка как-то незаметно появилась на моём лице, когда я вспомнила рассказы темноволосого рыцаря. ― Элрик Браванс. Вы ведь самый молодой мастер меча в нашей стране. Рыцарь, что превосходно владеет и магией. И хоть ваши портреты мелькали лишь пару раз, он откуда-то достал их, и с упоением рассказывал о ваших подвигах.

– Так я раскрыт? ― Засмеялся сэр Браванс в ответ.

– Вы и вправду решили заняться преподаванием?

– Кто знает. ― Не спешил он раскрывать свои секреты, а я лишь притворно тяжело вздыхаю.

За разговором с ним я даже как-то не заметила, как легко мы забрались на утёс. И хоть другие студенты академии странно на нас косились, я была настроена уже не так пессимистично к этому занятию.

На вершине профессор Браванс выложил из пространственного кармана не промокаемые коврики, на которые мы с удовольствием присели.

По иронии судьбы Эвелина оказалась каким-то образом справа от меня, а принц Эрик чуть позади.

Выдохнув, я начала делать упражнение на концентрацию, как показывал профессор, закрыв глаза. Вдох-выдох.

– Утес – это место с потрясающей энергетикой. Почувствуйте этот свежий запах морского воздуха, услышьте шум волн, что разбиваются о скалы. ― Голос преподавателя проникал в самую глубь сознания. ― Вы должны слиться с природой и с собой. Заглянуть в себя, чтобы увидеть истинную суть своей магии. Только так вы сможете полностью овладеть ею.

Простое упражнение, которому учат ещё в младшем возрасте, когда только пробуждается магия. Как бы я не пыталась увидеть хоть что-то ― всегда была лишь пустота. Но сейчас… Близость к природе словно бы позволило заглянуть мне глубже, чем мне удавалось до этого.

Сначала это была крошечная искра, но чем глубже я заглядывала в себя, тем отчётливее видела золотое пламя, что разгоралось во мне. Но оно не могло выбраться за пределы, сдерживаемое… чёрным рисунком. Неужели проклятьем?

У меня было несколько неожиданных всплесков магических сил, о которых не знала матушка. Но я думала, что так проявляет себя выгоревший дар, потому что как бы я не призывала магию, она никогда не откликалась на мой зов. Неужели это значит, что…?

Я в шоке резко открываю глаза. Но не успеваю обдумать промелькнувшую мысль, как кто-то хватает меня за руку: грубо и до боли сжимая моё запястье. Чужая рука приносит жгучий холод, когда человек засучив рукава моей одежды, соприкасается с моей кожей.

Мой взгляд встречается с глазами Эвелины полными торжества. Она пристально смотрит в мои глаза, не желая отпускать, и что-то шепчет.

Я скидываю её руку и отталкиваю от себя, когда она кричит:

– Пусть все увидят!

От её вскрика внимание всех переключается на нас. Ищу взглядом сэра Элрика, голос которое раздаётся где-то позади. Но всё начинает расплываться перед глазами. Не знаю, что Эвелина только что провернула, но…

Всё вокруг начинает покрываться непроглядным мраком. Наступает темнота. Такое ощущение, что я попала в какую-то ловушку, наполненную лишь чернильно-чёрными цветами. Я не могу разглядеть даже своих рук.

Сердце бешено колотится, и я чувствую себя маленькой девочкой. Хотя почему чувствую?

Контур вокруг меня начинает сиять, и из моего тела словно бы выхожу я сама. Два светлых хвостика, простое голубое платье, взволнованное выражение лица. Я вижу перед собой свою почти пятнадцатилетнюю копию. Только её видно среди этой темноты. Она отворачивается от меня.

И идёт сквозь этот мрак. Единственная светлое пятно во всём вокруг. А я не могу отвести взгляда от неё, а также не в силах подняться с колен. Она резко останавливается, когда перед ней проявляются две фигуры, словно создающиеся из тьмы.

И моё сердце наполняется каким-то необъяснимым, леденящим душу страхом. Я знаю, кто окажется перед моей пятнадцатилетней копией.

Матушка сидит на полу, и её подол кроваво-красного платья окружает её, словно она сидит в луже крови. В её глазах отражается безумие. Я знаю, что это моё воображение играется с моими воспоминаниями, но от этого страх некуда не девается. Искажённые воспоминания вызывают нервную дрожь и панику.

На коленях королевы лежит мальчик с каштановыми, как у отца, волосами. Мой одиннадцатилетний брат ― Иоган. Мертвецки бледный, глаза закрыты, а грудь совсем не вздымается.

Матушка рыдает, прижимая его к своей груди. И хоть я не слышу её слов, знаю, что она просит Иана открыть глаза и не оставлять её. От этой картины моё сердце, как и тогда, словно останавливается.

Рядом с ней на полу ползают и извиваются, кровожадно глядя на брата, мною ненавистные и её безумно любимые две змеи.

Картинка постепенно приобретает подробности. На руке брата становятся видны укусы змей. А я понимаю, что матушка высосала из Иана всю энергию. Осушила его до дна.

Моя копия поспешно опускается на пол рядом с матушкой и лихорадочно пытается нащупать пульс. Королева же злобно вскидывает на меня свой безумный взгляд. В её глазах плескается столько ненависти, обращённой ко мне.

– Это всё твоя вина!

Взмахом руки она отбрасывает меня в сторону. Я словно чувствую ту боль, что и моя копия, когда она после приземления ещё несколько секунд катится по полу.

Спина нестерпимо ноет, но она не издаёт ни звука. Я словно оказываюсь на её месте. Осколки, что тогда были разбросаны по комнате, болезненно впиваются в тело. Кровь… Это моя кровь…

Змеи матери приближаются ко мне, шипя и извиваясь. Для меня они становятся похожими на две красные дьявольские ленты, которым ничего не стоит придушить меня. Одна из них медленно окутывает мою руку, а я даже пошевелиться не могу от боли. Я вижу её клыки, что она приготовила, чтобы впиться в меня. Я готовлюсь к новой боли, но сознание покидает меня раньше.

И я вновь чувствую, что нахожусь в начале пути: всё также сижу на коврике, выданном сэром Элриком, а меня окружает тьма.

От моего тела вновь исходит сияние и на этот раз, это уже я – настоящая. Вскидываю голову и вижу перед собой Иана. Такого, каким запомнила его, когда ему было одиннадцать лет.

Я не слышу, что он говорит мне, но понимаю, что он куда-то зовёт меня. С трудом поднимаюсь с колен: тело затекло, и ноги не хотят слушаться. Я медленно иду к нему навстречу, как заворожённая. Протягиваю руку, желая коснуться родного человека.

Иан тоже протягивает мне свою. Мы почти касаемся друг друга. Но стоит мне сделать последний шаг, как темнота разбивается вдребезги, и видение исчезает, как несбыточный сон.

Меня всю трясёт. Обхватываю себя руками, никак не могу вернуться в реальность. Чувствую слабость. Я стою на краю утёса. Сделала бы ещё один шаг и точно бы упала.

Я оборачиваюсь, и странная картина открывается моему взору: сэр Элрик нависает над Эвелиной, из носа которой течёт кровь, он сильно трясёт её за плечи, его губы яростно двигаются.

Принц Эрик идёт ко мне, он явно обеспокоен: его губы напротив двигаются медленно, словно пытается успокоить меня. Он даже показывает жестом стоять мне на месте и не двигаться.

Я оглядываю и других: все что-то говорят или кричат. Кто в панике, кто в ужасе или недоумении. Но я не слышу ни звука. По взглядам я понимаю, что они видели то же, что и я.

И меня это пугает. Что они могли подумать об увиденном? Ведь это можно трактовать совершенно по-разному. Хочется сбежать, но на это не хватает сил.

Меня пошатывает то ли от холода, то ли от воспоминаний о том дне. Я ненароком делаю шаг назад, желая оказаться как можно дальше отсюда. Совсем крошечный, но… Равновесие вновь подводит меня, я успеваю лишь взмахнуть руками, когда ветер подхватывает меня.

Я не успею ни испугаться, ни вскрикнуть, как оказываюсь в таких тёплых объятиях. И как только принц так быстро оказался рядом со мной?

Эрик крепко прижимает меня к себе, словно боится потерять. Я мотаю головой, отвергая надуманные мысли.

Чувствую, как горю изнутри и в то же время дрожу от холода. Моё тело совсем устало от пережитых воспоминаний, не выдержав навалившийся стресс, поэтому я позволяю себе упасть в спасительный обморок, напоследок встретившись с непривычной теплотой красных глаз принца.

6. Откровение

Мне было больно и страшно. А ещё очень холодно, словно я оказалась запертой в своей комнате, что всегда напоминала мне камеру в темнице. Я лежала калачиком на полу и рыдала.

Как внезапно, чьи-то маленькие ручки коснулись моей головы, и я приподнялась, чтобы увидеть этого человека. Брат стоял рядом, продолжая поглаживать по голове, успокаивая. Я вытираю рукой дорожки слёз и протягиваю ему свою руку, чтобы подняться.

– На полу ведь холодно! ― Раздаётся его звонкий голос, наполненный беспокойством. ― Энни! Сколько раз я говорил тебе не лежать на полу!

– Прости, я просто…

– Матушка снова тебя наказала?

Я киваю, не в силах ответить. Он крепко обнимает меня, даря мне своё тепло.

– Я обязательно спасу тебя, Энни, когда выросту. Как жаль, что сейчас я ничего не могу с этим поделать…

Иан не знает, что уже спасает, поддерживая меня и оставаясь рядом в трудные моменты.

И я резко вскакиваю в постели. Так и сижу какое-то время с вытянутой рукой, а потом прижимаю её к себе, разглядывая. Сжимаю её в кулак, словно хочу оставить исчезающие воспоминания от прикосновений брата. Иоган…Иан, мы так давно с ним не виделись. Семь лет прошло с тех пор, и я по нему ужасно соскучилась.

Оглядываюсь, пытаясь понять, где нахожусь. Это удаётся сразу, потому что я уже была здесь. Одна из лекарских палат… На мне белоснежная длинная рубашка, способная прикрыть меня до щиколоток. Как долго я здесь пробыла?

Я не успеваю, ничего предпринять, как словно почувствовав моё пробуждение, кто-то хлопает дверью. За тканью, что отгораживает меня от этого человека, я вижу его силуэт. И по нему несложно догадаться, кто решил проведать меня.

Эвелина поначалу медленно протягивает руку к ткани, а после резко её отдёргивает.

– Неужели ты очнулась? ― Небрежно отзывается она, видя сидящую меня. Она выглядит, как всегда идеально: ничего не выдаёт её волнение. Она, не спрашивая, усаживается на рядом стоящий стул. Я устало провожу рукой по лицу. Что вообще произошло?

– Я использовала свой родовой дар на вас. ― Она чуть склоняет голову набок. Её голос пропитан ядом. ― Интересно, да? Ваши проступки, пропитанные фальшью, даже заставили меня немного посомневаться в своих действиях, поэтому я не могла не рискнуть. Как я и думала, вы не щадите никого, Ваше Высочество. Тот ребёнок… Понятно, почему королева так взбесилась. Что вы сотворили с ним?

Её резкие слова словно отрезвляют меня, и я вспоминаю, что произошло на утёсе.

Ясно, Эвелина увидела лишь то, что хотела увидеть. Услышала слова матушки, не увидев главного. Так было всегда. И так будет. Она ― Святая Дева, в которой никто не сомневается. Мне же никто не поверит. Никто не задумается…

Моя голова опущена, а растрёпанные волосы, закрывают мои настоящие эмоции от Эвелины, помогая отгородится от неё.

– Вы сказали всё, что хотели? ― Мой голос пуст и холоден. Эвелина замирает, она хочет многое мне высказать… Но мне плевать. ― Убирайтесь!

Я сбрасываю в её сторону подушку, совсем не целясь. Это я должна быть зла, ведь она применила дар без моего согласия. Я едва не лишилась жизни по её вине.

Так почему я должна выслушивать эти жестокие слова, в которых нет правды?

А ещё она заставила вспомнить то, что я пыталась забыть…

Слегка касаюсь висков: я вспомнила, почему матушка меня так ненавидит.

Эвелина, не говоря ни слова, вскакивает со стула и одаривая меня презрительным взглядом напоследок, уходит.

А я… Мне становится тяжело дышать: кажется, я вот-вот задохнусь.

Мир схлопывается до меня одной, заглушая все посторонние звуки. Хватаюсь за голову: нет-нет. Если матушка узнает, что кто-то видел подобное…то может пострадать дорогой для меня человек.

Паника душит меня. Хочется расплакаться, но я не могу позволить себе подобного. Обхватываю себя руками, укачивая и пытаясь успокоится. Что же мне делать? Как выпутаться из этой ситуации?

Я уверена, каждый кто видел это воспринял это с той же точки зрения, что и Эвелина. Они слишком ослеплены ненавистью, никому и в голову не придёт, что жертвой была я. Мне никто не поверит…

Я хватаюсь за волосы, мне очень-очень плохо: ком подступает к горлу, а мир перед глазами расплывается. Дышу через раз, никак не могу восстановить дыхание.

Ещё чуть-чуть и я точно захлебнусь своими так долго сдерживаемыми эмоциями и утону в панике, из которой не смогу выбраться.

Чувствую, словно кто-то трясёт меня за плечи. Или это моё воображение?

Прикосновения ощущаются тяжело и в то же время невесомо, словно всё это происходит либо не со мной, либо в другом мире. Он что-то кричит, пытаясь дозваться до меня.

– Принцесса, принцесса, да приди же ты в себя. Где этот целитель, когда так нужен? ― Сквозь толстый слой ваты доносятся до меня неотчётливые слова.

Отстань, отпусти! Что вам всем надо от меня? Я просто хочу жить! Хочу, чтобы эти мучения, наконец, закончились!

Не знаю, произношу ли я эти слова вслух, но…

– Эннария. ― Моё имя, прозвучавшее из его уст, приводит меня в чувство. И я, наконец, делаю правильный вдох. Я вскидываю голову и встречаюсь с ним глазами. Почему принц Эрик здесь?

Обвожу комнату взглядом ещё раз, пытаясь понять: не сон ли это. Но всё кажется слишком реальном. Его руки на моих плечах дарят, как и тогда, горячие и обжигающие прикосновения.

Все Потомки Драконов ― ходячие печки?

Ещё бы не тряс меня так. Я морщусь и легонько щипаю себя за бедро, чтобы всё же убедится, что у меня не галлюцинации.

– Вы? ― Слетает неуверенное с моих губ, и принц резко отпускает мои плечи.

– Неужели вы пришли в себя, принцесса? ― Его голос мягче, чем обычно. Сам Эрик растрёпан и одет в тренировочную форму. ― Я всё звал вас и звал, а вы никак не отзывались…

– Что вы здесь делаете?

Он качает головой, игнорируя мой вопрос и отодвигая стул подальше от кровати, устало присаживается на него.

Нахал! Но всё же я рада, что он так сразу не ушёл. Его присутствие дарит мне спокойствие. Но это неправильно, так не должно быть! Сжимаю одеяло, чтобы сдержать нахлынувшие эмоции. Ему стоит уйти…

– После обморока на утёсе Вы долго не приходили в себя, принцесса. А сейчас я отошёл всего на несколько минут, а вы вновь напугали меня.

Эрик взлохмачивает волосы, глядя куда-то сквозь меня. И мне совсем не по душе этот взгляд.

– Так что со мной произошло?

– Родовой дар, что использовала леди Эвелина, высосал из вас обеих достаточно сил, задев и нас всех. Только вот, если она обошлась истощением магического резерва, то из вас были высосаны жизненные силы. Вы были на грани… ― Он возвращает себе свою ледяную маску спокойствия. Сложив руки на груди и закинув ногу на ногу, принц Эрик утомлённо прикрывает глаза.

Да и вообще выглядит уставшим, будто провёл здесь ночь. Или их просто всех загонял ректор из-за случившегося происшествия со мной.

– О чём она только думала… ― Тихо бормочу я. Эвелина подставила под удар не только себя и меня, но и профессора Элрика с группой.

– И у меня тот же вопрос. ― Искоса смотрю на принца, какой у него хороший слух. Раздражает. Почему он вообще вызывает во мне столь противоречивые чувства? И он что не собирается уходить?

– Если вы собрались охранять меня, то спешу вас расстроить: Эвелина уже приходила сюда.

Он тут же напрягается и хмурится, наклоняясь вперёд, как будто стараясь стать ближе ко мне. Зачем тогда так далеко сел?

– Когда? Она что-то сделала вам?

– Перед вами. Нет. ― Отвечаю, безразлично дёргая плечом.

– Тогда, что тут произошло?

Мотаю головой, не желая говорить. Он встаёт и идёт по направлению к двери.

– Королева уже знает о произошедшем? ― Останавливаю его. Нужно было спросить сразу, но я боялась узнать ответа. Если да, то…

– Нет… ― Я удивлённо смотрю на его спину. Он застыл у двери, видимо, не планируя оборачиваться ко мне. ― Если хотите, можете сами ей об этом рассказать.

– Вот оно как… Она ведь всё равно узнает, что случилось. Наверное, слухи уже разошлись по академии о том, что все увидели. ― Снова тихо бормочу себе под нос свои мысли вслух.

– Нет… Профессор Элрик взял со всех клятву, поэтому даже если кто-то захочет, не сможет рассказать. ― Он полуоборачивается ко мне. И всё-таки у него поразительно чуткий слух.

– Правда? ― Не верю я своим ушам. Это возможно? Смотрю на него просящим взглядом и замечаю, что уголки его губ слегка подрагивают.

– Конечно. Клянусь, своей честью.

– Это хорошо… Я тоже не буду об этом рассказывать ей… ― Если подумать ректору академии невыгодно, чтобы об этом узнали. Но… Закрываю лицо руками. Как же смириться с той мыслью, что все вновь увидели во мне монстра?

Слышу, как принц берётся за ручку двери и поворачивает её… Но не уходит.

– В том видении вы были похожи на очень испуганного и травмированного ребёнка, что пострадал от рук матери. ― Мне правда не послышалось? Он взаправду так считает или притворяется? Но следующие слова разбивают все мои надежды. ― Все ваши поданные легко обманулись её маской, но будь она хоть четырежды Святой, драконье чутье не так просто обмануть. С такой-то матерью немудрено, что вы стали такой жестокой. Не мне вас винить, мы не выбираем, в какой семье родится.

– И что ваше чутьё говорит обо мне? ― Едко спрашиваю я. Но он молчит. Не может ответить на мой вопрос. Так я и думала…

– Вам не понравится мой ответ, принцесса. ― Всё же произносит он. ― Так зачем спрашивать о подобном? И всё же я отвечу. От вас исходит…исходят недобрые намерения.

– Поэтому вы присматриваете за мной? Какой смысл в вашем чутье? ― Злюсь я, горечь чувствуется на языке. Я прижимаю к себе колени и утыкаюсь в них лицом, чтобы не видеть его. ― Всё было бы иначе обладай вы или ваш брат полной силой. Но не вы, не он до сир пор не пробудили своего Дракона.

Что я несу? Зачем говорю ему всё это? Моя обида ― смешна.

Их отец потерял возможность обращаться во время кровопролитной войны между нашими королевствами. И именно поэтому погиб: матушке не составила труда добраться до него. Никто не знает, что послужило причиной потери его ипостаси. Может Великий Дракон, чьими потомка они являются, просто отвернулся от них?

Наверное, мои слова принесли боль принцу Эрику. Но так лучше. Если мы не будем сталкиваться, я не смогу подобраться к нему, а значит и убить… Я не хочу становиться убийцей, как моя мать. Но боюсь, что смогу пойти на подобное, если мне представится шанс. Лучше мне сконцентрироваться на поиске того, как снять проклятье.

– Вы правы. ― Только и сказал принц. ― А теперь я всё же пойду и приведу целителя, чтобы он вас осмотрел.

– Ваше Высочество, вы, наконец, очнулись! Я так рад! ― Чуть ли не плача, ворвался целитель в палату сразу после ухода принца. Это был молодой парень, которого я ещё не видела здесь. До этого я попадала к старику целителю, что тогда разговаривал в коридоре с принцем. ― Я думал не сносить мне головы, если вы не придёте в себя.