Текст книги "Невеста Ледяного Дракона (СИ)"
Автор книги: Алина Миг
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 18 страниц)
В голове шумело. И в груди словно поселилась пустота.
Почему мне стало так холодно? Я выдыхаю, опускаясь на снег, но Эрик не даёт коснуться моей голове земли. Нежно приподнимает её, а затем умудряется подхватить меня на руки и подняться, прижимая мою голову к своему плечу.
Смотрю через него на место нашего “сражения”, тут и там снуют люди в форме. Но это точно не рыцари нашего королевства. Так я не ошиблась? Он решил захватить всех членов королевской семьи, которые присутствовали сегодня здесь, и влиятельную аристократию?
Глупости. Я знаю, что он не такой, но…
Память подбрасывает его слова о том, что на “этом балу всё решится”. А вместо проведённых вместе дней – перед глазами лишь тьма и пугающая черная бездна.
Эрик несёт меня куда-то подальше от развалин. Я вновь чувствую тепло его тела. Но это не вызывает никаких эмоций. Внутри слегка пульсирует раздражение и отрешенность. Словно это вовсе не я нахожусь рядом с ним.
Когда он опускает меня в кресло, я одергиваю руку. Он привёл меня в одну из гостинных, что находились в другом крыле.
Принц непонимающе смотрит на меня.
Где же брат? Где Эйни? Надеюсь, они не пострадали…
– Эннария, как ты? – Эрик опускается на одно из колен, чтобы наши глаза были на одном уровне, и нежно проводит по щеке.
А меня словно бьет током! Он же желает моей смерти. Так он тогда сказал Сэдрику. Я отворачиваю лицо, желая избежать контакта. Буря чувств вспыхивает в моей груди. Мысли давят, а я почему-то захвачена лишь одной. Глупой и какой-то чужой.
– Не трогайте меня! – Мне не страшно, скорее я просто злюсь. На себя? Или на него? – Если желаете мне мести, то прошу лишь подарить мне быструю смерть! – Мои слова разносятся по гостинной, словно приговор. В душе я не верю в сказанное. Так почему…?
Эрик, пораженный, буквально одергивает свою руку от меня, с болью в глазам смотря на меня.
– О чём ты говоришь, Эннария? Смерти? – Я прикрываю глаза, чувствуя его крепкий захват за плечах.
Он злится. Но почему? Он же принц вражеского королевства, верно? Или? Голова раскалывается от боли. Эмоции душат меня. Тяжело дышать, кажется, что я вот-вот задохнусь.
Мотаю головой, желая привести мысли в порядок. Эрик не такой… и я так не считаю!
– Энни, ты в порядке? – Неожиданно дверь распахивается и к нам влетает брат. Целый и невредимый. Иоганн обеспокоен и ужасно бледен. – Что с твоими глазами? Всё крыло разрушено. Я так испугался за тебя.
Эйни сидит на его руках и странно смотрит на меня. И почему-то молчит. Я совсем не слышу его голоса в своей голове.
Дурацкая тьма! Неужели дело в ней? Я не должна поддаваться!
Отпуская фамильяра, Иан бросается ко мне, крепко обнимая. Но я вновь почему-то ничего не чувствую. Словно кукла.
– Что происходит, Иан? – Я не спешу обнимать его в ответ. Они с принцем всё это время были за одно? Но чего добивались и что задумали?
Непонимающе перевожу взгляд с одного на другого, стискивая руку. Боль немного помогает очистить мысли.
– Не думал я, что всё пройдёт так. Не хотел тебя во все это вмешивать, а в итоге ты снова пострадала. Не так я должен был забрать себе трон. – Немного отодвигаясь, он пытается улыбнуться. – Но я рад, что теперь ты свободна, и мать больше не сможет тебе навредить. И ты сама этого добилась.
Эйни жалостливо скулит у моих ног. Эрик стоит немного в стороне, скрестив руки на груди и пристально наблюдая за мной.
– Её сейчас приведут.
– Что? – Переспрашиваю, пытаясь осознать сказанное братом.
Брат и Эрик о чём-то переговариваются, но я не слушаю.
Мой взгляд прикован к двери, через которую некоторое время спустя вводят связанную королеву.
Опуская её на пол, рыцари уходят, вставая с противоположной стороны двери.
– Ты стала монстром… – Иан пренебрежительно смотрит на ту, что считал матерью. Он пытался скрыть боль в глазах, но у него это не выходит.
Та, кого я так долго боялась, сидит на коленях с опущенной головой. Но всё в её облике кажется мне странным. Слишком странно далась победа над ней. Проще, чем мне думалось. И это мучало, словно что-то было не так. Мой взгляд скользит по её шее.
Ожерелье! Я должна забрать источник её силы!
Я вскакиваю на ноги, чувствуя в них странную слабость и срываю его с её шеи. Принц чуть водить нос, сморщиваясь.
Я же смотрю на ожерелье в своих руках, которое кажется мне пустым. Как же так? Я не могла забрать всю накопленную за годы силу.
Неожиданно становится больно, жжение от руки разносится по всему телу, и я падаю на колени рядом с ней.
– Ха-ха-ха! – Истерично смеётся королева. Она смотрит на меня своими черными глазами-бусинками и ухмыляется. Словно не она сидит здесь связанной. – Интересно будет посмотреть, как ты умрешь от проклятья.
Я прерывисто дышу, держась за сердце. Только сейчас понимаю, что совсем не чувствую благословения Эйнара. Тёмная магия вытеснила его… А это значит… Что проклятье больше нечему сдерживать. Новогодье через несколько часов. И я… умру?
– Проклятья? – Эрик поспешно присаживается рядом со мной, придерживая меня за руку, и я замечаю, как зло он смотрит на брата. – Почему ты не сказал мне?
– Потому что это не твоё дело! – Грубо отзывается Иан, присаживаясь с другой стороны.
– Я её жених!
– Временный!
Эрик отодвигает рукав платья, видя ужасающую картину. Рисунок проклятия словно расцвел в чёрную лозу, что переплетаясь, извивалась по коже и захватила всю руки, достигнув запястья.
– Времени почти не осталось! Эннария, почему же ты мне не сказала? – В его глазах отражается паника и смятение.
Верно… Времени почти не осталось. И принц вряд ли сможет что-то с этим сделать или как-то мне помочь.
Но я могу спастись…
“Убить его… Убить…” – Звенит шипящий голос в голове. Рука как-то сама собой тянется к карману платья, где я долго хранила кинжал, который оставила у разрушенной башни.
Хватаю пустоту и с ужасом осознаю свои действия. Нет-нет-нет! Что я только что хотела сделать?
Я нахожу в себе силы, забрать руку у принца, и оттолкнуть его.
– Брат прав. – Я не отвожу взгляда от его рубиновых глаз. Еле-еле сдерживаю панические вдохи и страх, что готов вырваться на волю. Эрику нельзя оставаться рядом со мной. Равнодушие легко дается мне, а вот слова идут против воли. Не этого мне хотелось сказать. – Нашей помолвке пришёл конец. Брат разрывает её.
– Что ты…
– Потому что мне не нужна ваша помощь! Уходите! Уезжаете! Я не желаю вас видеть! – Руки принца бессильно опустились. Я понимала, что перегнула палку, но иначе было просто нельзя. Ради его же блага ему стоит держаться от меня подальше.
Он резко встает и, кидая на меня быстрый взгляд, просто молча уходит. Как я того и хотела. Лишь громко захлопнувшаяся дверь заставляет меня вздрогнуть. Но так будет лучше!
– Ха-ха-ха! – Истерично смеется королева. – Очееень интересно.
– Вы, Ваше Величество, приговариваетесь к смертной казни! – Зло говорит Иан, бросая на мать испепеляющий взгляд и помогая мне подняться. – За всё, что вы совершили.
И пусть всем своим видом, он показывает, как ненавидит её. Я просто знаю, что слова даются ему тяжело. Она ведь была для него не только злодейкой, но и той, кто заботился о нём в детстве.
– Энни… – Он пытается поймать мой взгляд. – Ты уверена?
– Он должен уехать… Ему здесь не место… И мне тоже. – Я говорю это не ему, скорее пытаюсь убедить сама себя.
Я опасна. Я должна уйти, но я так устала.
– Хочу подышать. Хочу побыть одна… – Вкладывая в руку Иана мамино ожерелья, иду я в сторону дверей на балкон. До судьбы королевы мне теперь нет дела.
– Сколько бы тебе ни осталось, я обещаю, что что-нибудь придумаю. – Слышу в спину. Но Иан не знает, что до Новогодья осталось всего несколько часов, а я не хочу, чтобы он со страхом ожидал этого часа.
– Спасибо, братец.
***
Прохладный ветер позволяет мне собраться с мыслями и насладиться последним днём. С балкона я наблюдала за тем, как запрягают карету для королевской семьи Айсверии. Я не ожидала, что Эрик пожелает уехать так вот сразу.
Сверху видела, как принц что-то упорно доказывает королеве Ивонне, кажется, он пожелал поехать верхом. Но из-за погоды, его отговаривают от этой затеи. Она совсем испортилась. И это-то в новогоднюю ночь… Хотя, может и хорошо, что они не стали ждать утра.
Королева Ивонна, забираясь в карету, кидает наверх прощальный взгляд, словно знает, что я смотрю.
Хочу отвернуться, чтобы не видеть, как их карета отъезжает, когда замечаю Эвелину, что-то передающую Сэдрику.
– Ты уверена, что желаешь его отъезда? – Адам, как всегда подошел ко мне незаметно.
– Так будет лучше. – Повторяю я вновь эту глупую фразу.
– Для кого, Эннария? Для тебя? – Адам горько улыбается, заставляя обернуться к нему. – Или для него? Или для вас обоих?
Почему-то вновь вспоминаются слова матери Эрика, что попросить остаться или не уезжать, зависит только от нас.
– Чего ты на самом деле хочешь? – Он проницательно смотрит мне в глаза, не позволяя отвести взгляд.
…Чтобы он был в безопасности от меня.
– Чтобы… он уехал?
– Эннария, что если он хотел, чтобы ты попросила его остаться? Ждал, когда ты окликнешь его? Как только я увидел вас там под колоннами, то сразу понял, насколько вы друг другу неравнодушны. Он ревновал и все же не остановил тебя, потому что посчитал, что для него важнее, чего хотела ты.
Адам неожиданно достал тот самый кинжал, оставленный мною при борьбе с матерью. Он насильно вложил мне его в руку.
– Я уверен, что твоё проклятье связано с ним. Возможно даже, что она поставила условие убить его… – Он поднимает мою руку с этим кинжалом, чтобы я на него посмотрела. – Наверняка, сдерживать и бороться с собой было нелегко. И всё же ты этого не сделала? Почему?
– Я… Я люблю его… – В уголках глазах появились слёзы, сдерживать истерику становилось всё сложнее, как и чувства, которые неожиданно решили вырваться на волю, поборов леденящее равнодушие. – Но я ведь могу навредить ему… если он останется.
– Ты сильная. Если не сделала это прежде, то сможешь с этим бороться и дальше. Ты уверена, что после не будешь сожалеть о своём решении? Думаю, кто может помочь тебе справится с проклятьем, так это только он. – Адам слишком напирает, но кажется, это то, что мне было нужно сейчас. – Так чего хочешь ты, Эннария?
– Я хочу… – Если мне предначертано умереть, то я хочу последние часы провести с ним. Быть искренней и рассказать всё, что чувствую и что меня волнует. – Чтобы он остался?
– Правда? – Он словно насмехается надо мной.
– Я не хочу, чтобы он уезжал! Я хочу, чтобы он остался! – Я буквально кричала ему в лицо, а Адам улыбнулся.
– Так чего ты ждёшь?
Я бросаю взгляд вниз, но кареты уже не было видно. Уехал?
Я кидаюсь к двери, сталкиваясь там с Ианом.
– Энни, ты куда?
Я лишь машу рукой, торопясь, и проскакиваю мимо него.
…Я должна остановить Эрика!
Бегу по лестнице, что кажется, мне слишком длинной. Но даже ей приходит конец.
Ноги проваливаются под снег, когда я бегу в сторону стойл за Яблочком.
…Я должна догнать и сказать ему о своих чувствах.
– “Ррр, я повезу тебя. – Я оборачиваюсь, видя огромного волка перед собой. Но не этому я рада, а тому, что смогла в этот раз услышать его голос. Мне лишь нужно было быть честной с собой, чтобы немного побороть тьму. Крепко обнимаю его, слушая насмешливое: – Догоним его, раз уж того желает твоё сердце”.
Я взбираюсь на Эйни, крепко цепляясь за его шерсть.
Прижимаюсь теснее к пушистому фамильяру, когда он делает первый прыжок. В темноте ночи уже начали исчезать контуры деревьев, и ветер свистел в ушах.
Снег метелью валился с небес, затрудняя видимость. Я чувствовала, как снег тает на щеках, но старалась не обращать на это внимания. Холодный ветер пронизывал кожу, но я крепко сжимала шерсть, чувствуя тепло фамильяра.
Волк несся через заснеженные равнины с упорством. Под лапами Эйни хрустел снег, поднимаясь облаками в вихре, но волк, не замечая этого, мчался вперед.
Моё сердце совершило кульбит, когда карета показалась перед нашим взором. Она осторожно поднималась в гору, когда я, затаив дыхание, ждала, что мы нагоним её.
– Что-то не так… – Эйни не успевает договорить. – Твой брат…
Я совсем не успеваю среагировать, когда фамильяр исчезает, словно испаряясь в воздухе. Мои руки ловят лишь воздух, а я падаю в снег, переворачиваюсь. Холодный порыв ветра обдаёт меня, когда я останавливаюсь, лицом упираясь в снег.
Приподнимаюсь на локтях, мой взгляд беспокойно скользит вокруг, не видя ни Эйни, ни кареты, скрывшейся за пригорком.
Я смотрела вдаль, ещё не осознавая, что позади меня разверзлась тёмная туча над академией.
Но времени подумать, что происходит, не было. Душа рвалась вперед. Руку снова начало нестерпимо жечь. Сердце бешено застучало. Я знала лишь одно – я должна нагнать его.
Собрав силы, я поднялась на ноги, и подняв полы своего платья, двинулась вперед. Каждый шаг давался с трудом, я проваливалась в снег, который тащил меня вниз и словно пытался удержать.
Платья быстро намокло, утяжеляя шаги. Но я мчалась вперед, не осознавая, что так мне его не догнать.
Бежала до тех пор, пока не удержав равновесие, снова не упала в снег. И лишь тогда я поняла, что уже не в силах подняться.
Стужа проникала сквозь платье.
Горькая реальность пронзила сердце. Казалось, что моё время стремительно искало. Это был мой самый последний шанс, сказать ему о своих чувствах. Но я его упустила… Опоздала… Отпустила того, кого успела полюбить.
В голове всё звенели его слова: “Эннария, поезжай со мной”.
И в то же время сердце шептало о том, что разбилось ещё тогда, когда я узнала, что метка проявилась на запястье Эрика, в то время как моё – оставалось предательски чистым… Не было синего рисунка истинности, лишь чёрный узор проклятья. Верно ли я поступила, прогнав его?
Кажется, проклятой принцессе этого узнать не дано…
Лежа в снегу, я смотрела на свою руку, где одиноко была перевязана голубая лента. Последнее напоминание о нём. Слёзы холодными каплями сами собой скатились по моим щекам, смешиваясь со снегом.
Я расслабила напряженные пальцы, выдыхая морозный воздух из замёрзших лёгких и закрыла глаза, погружаясь в тишину…
27. Интерлюдия. Эрик
События до появления Эннарии в академии.
Я ненавидел её. Ту, что прокляла мою мать. Ту, что погубила слишком много жизней. Ту, из-за кого я застрял в этом королевстве.
Я ждал нашей встречи четыре года. Долгих и невыносимых для меня. Не сказал бы, что жизнь в академия была ужасна. Скорее – терпима.
Грела душу лишь встреча с истинной, которую я должен был встретить где-то здесь. Но время всё шло, и слова матери вновь казались мне иллюзией, обманом. Я знал, что не всем её словам стоит верить, но в эти хотелось верить. Я искал истинную в каждой девушке, что встречал, но всё было напрасно… Казалось, её просто не существовало.
“Матери снова стало хуже. Встречи со Святой не помогают. Мы не будем продлевать мирный договор. После празднования Новогодья возвращайся домой”. – Пришёл приказ брата. Йонес, явно, отчаялся и уже сдался.
Я был ему нужен там.
– Ваше Величество… – Когда к нему впервые так обратились, Йонесу всего было двадцать четыре года. Он, застыв, протягивал руки к тому, что осталось от отца.
Кровопролитная война, что длилась три долгих года, удивительным образом завершилась после смерти отца.
И решение отправить меня, как того просила Флоренция, далось ему непросто. В те тяжелые для нашей семьи времена, я должен был служить ему опорой. Но хоть он боялся потерять ещё и меня, Йонес дал своё добро.
Ради матушки мы готовы были пойти на это.
Я готов был провести здесь гораздо больше времени и пожертвовать своей свободой. Но Йонес изменил своё решение.
Сжигая его записку, я вспоминал, как к этому всё пришло.
– Мы должны поехать. Я уверена мои сны, как-то связаны с королевской семьёй Флоренции. Как только я увижу её, то всё пойму! – Мы завтракали в столовой, когда матушка вбежала, в руках держа приглашения. Протянув их отцу, она обняла его за шею, ожидая его решения. – Я уверена, так она зовет меня.
– Ты уверена? – Отец пробежался взглядом тексту приглашения, хмурясь. Он коснулся свободной рукой ладоней матушки, словно что-то его беспокоило.
– Конечно. – Её глаза загорелись огнём. – Мне кажется, я и вправду крыло Святой.
– Не часто их бог выбирает кого-то из чужих краев. – Отца, явно, напрягала эта ситуации и странные сны матушки. Я знал, что они начались совсем недавно и были нечёткими. Она никак не могла увидеть лицо девушки, что звала её.
– Есть только один шанс всё проверить. – Пожала она плечами. – Йонес уже взрослый, оставим его за главного. Он прекрасно справится со всеми делами.
– Вы можете положиться на меня, отец. – Брат тут же подтвердил слова матушки.
Отец тяжело вздохнул, словно предчувствовал что-то неладное. Но матушке он редко когда мог отказать. Было ясно, что он согласен.
– И мы должны подготовить чудесный подарок дочери Святой. Эрик, это непременно должен сделать ты.
Я повторил тяжело вздох отца. Я понятия не имел, что может понравится пятнадцатилетней принцессе. И почему именно я должен выбирать?
– Йонес старше, почему не он? – Только и спросил. Я не был против. Скорее – чувствовал замешательство.
– Потому что так решила твоя мать. – Улыбнулся отец, подмигивая мне. – А у неё хорошая интуиция. Чаще всего.
Подарок выбрать оказалось не так уж и сложно. Как-то быстро сошлись с мамой во мнении, что юной принцессы можно подарить шёлковые ленты.
Только вот никак не могли определиться с цветом.
Пока в один из дней, я задумчиво оглядывал дорогие ткани, привезенные во дворец. Мой взгляд остановился на голубом атласе. Я слышал, что у принцессы голубые глаза, поэтому предложил матушке этот вариант. Ей он очень понравился.
Однако почти перед самым их отправлением отец принёс письмо, которое мама недовольно изучала.
– Красный – любимый? – Она потерла виски.
– Верно, информационная гильдия передает, что принцессе нравится красный цвет. – Расшифровал для меня отец, приобнимая матушку за талию.
– У нас ещё есть время изменить подарок. – Попытался я успокоить матушку, что потерянно смотрела на листок.
– Но голубые ленты получились такими красивыми…
– Будет, как ты решишь…
– Красные, да? – Печально вздохнула она, откладывая голубые ленты в сторону..
***
Только вот этот бал разрушил нашу счастливую семейную идиллию.
Возвращение отца с матушкой после празднования вызвало переполох. Я не мог поверить, что это случилось.
Матушке было тяжело переносить проклятье. Она отрешенно смотрела перед собой и упорно молчала об условии.
– Она – крыло Святой. И это тоже влияет на неё. – Успокаивал нас с Йонесом отец. – Ей удалось полностью пробудить свои силы, но ей нужно время, чтобы восстановиться.
Но мы уже не были детьми и понимали, что проклятье ослабляет её. Всегда жизнерадостная и бойкая, теперь она всё своё время проводила лишь в покоях.
Их связь с отцом позволила ей держаться. Но и отца, что перенимал часть проклятья, это сильно ослабила.
– В голове словно туман. – Хныкала матушка, прижимаясь к отцу. – Я не понимаю… Ты ведь умер… Я так скучала…
Её сложно было понять. Часто она говорила странные вещи…
Я же не мог понять, почему Святая не помогает своему крылу? Я возненавидел королеву так же, как и принцессу, что сотворила проклятье против моей матери.
– Принцесса? – Мама недоуменно смотрела на меня. – Нет… Она не виновата, и ты не должен её ненавидеть.
Но я не мог. Как и матушка не могла объяснить всего.
Как можно было перестать ненавидеть принцессу, что разрушила всё?
Особенно когда во время войны отец не вернулся, а главнокомандующий привёз лишь его нарукавную повязку.
– В последнее время он так ослаб, что не смог обратиться в дракона. – Признался командир. – Если бы не проклятье…
Мама горько рыдала после этого известия, а после стала всё время спать. Было какое-то время, что она и вовсе перестала нас узнавать.
Сумела на время прийти в себя, лишь, когда королева Флоренции выдвинула свои условия мирного договора.
– Эрик, поезжай. – Гладя меня по плечу, сказала она, смотря на Йонеса, что должен был принять решение. – Ты должен поехать и спасти свою истинную.
– Истинную? – Брат нахмуренно смотрел на матушку. – Ты уверена?
Встреча с истинной всё бы поменяло. Лишь члены королевской семьи могли обращаться в драконов. И сейчас, когда наша королевство потеряло свой символ, появление нового дракона было жизненно необходимо, чтобы укрепить веру людей. Но правдивы ли её слова?
– Да! Пожалуйста, спаси её! Ей очень-очень плохо.
– Ты знаешь кто она? – Сложно было сказать поверил ли ей брат. Раньше мелочи, о которых она говорила сбывались. Теперь же… я не знал, верить ли ей. Но мне очень хотелось в это поверить.
Но ответа мы уже не дождались. Она стала вновь и вновь повторять слова, что я должен найти её.
И я поехал в академию. Ради мира наших стран. Ради матушки. Ради той, кто был предначертан мне судьбой.
Но за четыре года я так её и не встретил. Лишь Сэдрика, друга детства, что отправился со мной, подверг опасности… Мне стоила одному быть пленником, не позволяя другу отправиться со мной!
И сейчас, когда, казалось бы, всё уже было решено объявили о приезде принцессы. Записка едва успела догореть, как в дверь постучали и передо мной предстал принц Иоганн.
– Я хочу, чтобы ты защищал мою сестру. – Его Высочество не ходил вокруг до окола, гордо восседая на предложенном ему кресле.
Я нахмуренно смотрел на него и не мог его понять и прочитать.
– Вы хотите поручить такую важную задачу пленнику?
Что они задумали? Почему он вообще пришёл ко мне?
– Элрик поможет тебе. Но один он, явно, не справится. – Принц указал на рыцаря, стоящего за его спиной. – Эннарию будут многие ненавидят и боятся, но даже страх не в силах удержать всех от необдуманных действий.
Я горько усмехнулся, проглатывая фразу “и поделом ей”.
– И почему я должен согласится? – Я скрестил руки на груди и насмешливо смотрел на юношу. Принц был младше меня лет на пять, но всё в его взгляде говорило о том, что ему рано пришлось повзрослеть. В чём же причина? Что с ним случилось?
– Если ваше королевство не хочет новой войны, то… ты согласишься. – Он наклонился ко мне, вперившись в меня взглядом своих глаз, переходя на неформальную речь. – И чтобы ты поверил мне, мы заключим магический контракт.
В горле пересохло. Прошлая война оставила слишком большой след. Нельзя позволить этому повториться вновь!
Принц Иоганн, как ни в чём ни бывало, решил поведать планы своей матери.
– Её Величество планирует после Новогодья начать новую войну и в этот раз уничтожить ваше королевства, разбить вас в пух и прах. Не знаю, чем вы не угодили… Однако… мне это не нравится. Если ты поможешь защитить Эннарию и свергнуть… королеву…
– Я должен обсудить это с братом. – Бросил я, внимательно следя за каждым движением юноши. Я не догадывался, что происходит в королевской семье Флоренции. Однако, я знал, что ответит на это предложение Йонес. Это шанс не только отомстить, но и заручиться поддержкой будущего короля. Наследного принца, который на первый взгляд ничего не имел против драконов. – Но перед этим мне хотелось бы узнать, что конкретно от нас понадобиться.
– Ничего не имею против. – Принц Иоганн поднял ладони вверх. – Моих людей будет недостаточно, чтобы сдержать всех приверженцев матери, поэтому если ваше королевство одолжит рыцарей, то этого будет достаточно… для начала. Когда я встану у трона, то готов дать вам всё, что вы попросите. – Он усмехнулся. – Если это, конечно, будет в моих силах.
– Могу ли попросить вас помочь излечить моего друга?
Сэдрик был очень плох после недавнего отравления ядом василиска. Отправлять его домой было бы убийством, он просто не продержиться. А найти что-то способное здесь помочь ему, я был не в силах.
Принц Иоганн поджал губы.
– Яд василиска почти невозможно излечить. – Прямо выдал он, не скрывая жестокой правды. И это в нём меня подкупало. – Я могу помочь и найти лишь лекарства, что помогут продержаться ему дольше. Но при благоприятном исходе, кое-кто сможет его вылечить, если пробудится.
– Кое – кто?
Он мотнул головой, не желая посвящать меня в свой план.
И всё же, если бы мы не согласились, то были бы глупцами.
Я смирился, что мне придется терпеть вздорную и жестокую принцессу. Но ради королевства и своей семьи я готов был терпеть. Готов был забыть о ненависти ради мира. Я готовился к худшему.
Однако… когда я впервые увидел её, стоящую наверху, то был удивлён. Я представлял её совсем иной. Жестокая принцесса была в моих глазам сущим дьяволом. Но та девушка, что предстала перед нами не была похожа на избалованную принцессу. В её глазах отражалась печаль.
То, как она держалась, не смотря на неприязнь к ней, вызывало восхищение. Она словно бы не замечала всех этих взглядов, что кидали на неё. Я хотел её спровоцировать, но это она задела меня своими словами.
И казалось, что меня она словно не замечает. Словно я был для неё пустым местом. Она смотрела так, словно сожалеет о том, что я вообще появился перед ней.
Но надо отдать должное: она сдерживала в академии свой вздорный нрав, не приказывала никого схватить или убить. Возможно, король или королева пригрозили ей… Или…?
И всё же её появление больше огорчало, чем радовало. Что если она решила действовать исподтишка? Её брат обещал помочь мне, и мы даже дали друг другу магические клятвы, но что если всё это было ловушкой или игрой? Сомнений было слишком много.
Но в тот самый первый вечер, она показалась совсем другой, когда была одна. Я проследил за ней, как только услышал шум в коридоре.
Принцесса казалась мне хрупкой и ранимой.
Мне захотелось отвлечь её, поэтому я использовал свою силу дракона, вызвав снег. Я сам был удивлён своим поступком, потому что делал подобное лишь по просьбе матери.
Но это лишь ненадолго помогло. Её слова, что донёс мне ветер поразили меня. А когда она закричала я и вовсе… не знал, как реагировать. Что значат её слова? Игра ли это?
А потом она заснула. Я смотрел, как она дремлет, и просто не знал, что делать… И лишь когда она во сне начала дрожать, решил укрыть её своим камзолом, чем и разбудил её.
Тогда в её глазах я увидел промелькнувший страх. Она боится меня? Почему? Неужели даже не подозревала о просьбе своего брата?
Или мне и вовсе показалось. Ведь прошли секунды, и она вновь заговорила со мной тем пренебрежительным тоном, а позже и вовсе вывела меня из себя.
Эннария… пахла проклятой магией, и это не могло не раздражать. Я уверен, она появилась именно сейчас не просто так.
Помогать той, кто погубил столько жизней… правильно ли я поступаю?
Как понять: где обман, а где правда? Можно ли верить её невинному образу? Или всё это лишь маска?
***
Принцесса не обладала магией. Конечно, королева или король, наверняка, поставили на неё магическую защиту. Но зачем отправили её в академию? Или она сама решила приехать сюда? Почему принц задумал переворот и что вообще происходит?
Я пытался найти ответы, но воедино ничего не сходилось.
Эннария казалась мне странной и полной противоречий. Её отношения с матерью были натянуты. Даже не так. Возможно… она боялась её?
Разумом я понимал, что должен быть настороже и не поддаваться её чарам. Но чем больше видел, тем сильнее начинал сомневаться. Её хотелось защищать.
Но запах тёмной магии продолжал вводить в ступор.
– Нормально ли я затянула уздечко Яблочку? Или слишком туго? – Принцесса подняла голову, смотря мне прямо в глаза. Я же не мог отвести взгляда от её сапфировых глаз.
– В самый раз… – Потеряно отвечал ей. Чем больше узнавал и смотрел за её действиями и поступками, тем сильнее, казалось… тянулся к ней?
Хотел ли я появления своей истинной? Конечно. Стала ли мне дорога принцесса? Возможно…
Эннария была милой… А ещё закрытой и сломленной. И это был шанс, которым я должен был воспользоваться ради королевства. Брат упорно напирал в письмах: если что-то пойдет не так, то я должен буду использовать принцессу, которой так дорожил принц Иогнан. И эта жестокая правда…разбивала мне сердце?
Но я упорно всё отрицал. Глупец…
Когда смутный голубоватый рисунок проявился на моём запястье – я не знаю. Однако надежда охватила моё сердце. У меня даже проскакивала мысль, что именно Эннария является моей истинной. Это бы решило многие проблемы. Но всё было иллюзией. Я проверил её запястье, которое было чисто.
Я продолжал убеждать себя, что ничего не чувствую к принцессе, и после пробуждения Сэдрика. Я не должен был сомневаться, и всё же продолжать помогать ей и верить. Она ли спасла моего друга? Или всё это совпадение?
– Кто же она? – Спросил меня Сэдрик об истинной.
– Не знаю. И так ли это важно?
– О нет… – Сэдрик насторожился, прекрасно считывая меня. – Эрик, только не говори, что ты влюбился в принцессу?
Я лишь недовольно поджал губы и промолчал, опустив взгляд. Устал бороться с собой. И Сэдрик всё понял. Я решил поговорить о бале, но он вновь вернул разговор к Эннарии.
– Эрик, сможешь ли ты не пойти на поводу у чувств?
Конечно, смогу. Я не имею права им поддаваться сейчас. Я должен поступить, как велено…
Украдкой взглянул на знак истинности. Рисунок не был различим полностью, блеклый, что с каждым днём становился скорее тусклее. Кто же ты, моя истинная?
Сжав руку в кулак, я пытался себя убедить, что знак истинности направляет меня на верный путь. Принцесса – не моя судьба. Даже если я что-то и чувствую к ней, то это не должно отразиться на моём решении.
Я должен отомстить той, кого ненавижу. Той, что прокляла мою мать. Той, что погубила слишком много жизней. Той, из-за кого я застрял в этом королевстве.
И ею, к счастью, была не принцесса. Эннария точно такая же жертва, как и все мы. Однако…
– Я не буду сомневаться. Даже если принцесса попросит о снисхождении к своей матери… Я не сжалюсь. Собственными руками отомщу королеве за отца, убив её. Заставлю чувствовать то же отчаяние, что чувствовал мой отец перед смертью. Принцесса… лишь средство достижения цели.― Уверенно произнес я, пытаясь поверить своим словам. Но я видел, что Сэдрик мне не верит. Как и я сам.
Я лишь немного помогу Эннарии в качестве благодарности, но переступать черту не стану.
Так я решил…
Но…
– Ваше Высочество, какая неожиданная встреча… – Эвелина словно специально поджидала меня. Эта девушка… Не хотелось мне встречаться с ней вновь.
До появления принцессы она и не смотрела в мою стороны: лишь игнорировала и избегала. Не испытывала никакого интереса к моей персоне и каких-либо эмоций, кроме раздражения. Чем вызвана её реакция – я не знал.
И даже не сразу понял, что за игру, она затеяла. Но когда осознал – не стал участвовать в её мести принцессе. Что она опять задумала и чего хочет?
– Я извинилась перед Её Высочеством, как вы и хотели. – Она окинула меня пренебрежительным взглядом. Да чем всем не угодили драконы?
