Текст книги "Выбор Места и Цели (СИ)"

Автор книги: Алексей Самылов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 20 страниц)

… Про Энтони Минди уже всё уточнила. И куда он сегодня опять делся и его ответ на вопрос Федерики. И, парадокс, но услышав про Тарквенон, Минди обрадовалась.

Когда они подъехали к Колизею, то увидели дам, в таких же, как у них нарядах. В смысле, покроя, а не одинаковых. При этом, таких женщин было не так уж и много относительно общего числа.

– Всё же, хотя бы проводить нас Энтони мог, – снова бурчала Минди.

Всё потому, что женщин в таких нарядах сопровождали мужчины.

– Вон там, тоже идут одни, – заметил Федерика. – И они такого же возраста. Всё нормально.

– Но Энтони, конечно, тот ещё… – Минди хмыкнула. – Надеюсь, он не на весь день пропал?

– Ничего определённого не говорил, – ответила Федерика. – Просто сказал, что по важным делам.

– А что он ещё мог сказать? – фыркнула Минди. – Наверное…

– Мин, – предупредила Федерика очередной заход на тему похождений конкретно взятого представителя мужского пола. – Ещё немного и я начну подозревать, что…

– Не-не-не! – тут же замотала головой Минди. – Охрани Веста от такого мужа!

Они подошли к входу, который был указан в пригласительных. И там обнаружили самую настоящую охрану. Четверо крепких мужчин с холодными взглядами стояли у входа, закрытого решёткой.

А приглашения проверил пятый мужчина. Улыбчивый и вежливый, даже приторно вежливый, лет сорока на вид и с пузиком. Он проверил приглашения и щелчком пальцев подозвал молодого парня в длиннополой красной тунике с рукавами.

– Проводи в белую три, – сухо приказал он и снова расплылся в улыбке. – Донны! Прошу! Сей отрок проведёт вас!

И поклонился. Девушки проследовали за провожатым.

– Любопытно, – негромко произнесла Минди, когда они отошли от входа. – Видимо, места хорошие. Ладно. Прощаю.

Федерика усмехнулась…

… А в этой самой ложе ВСЕ женщины оказались одеты так же, как они. А ещё тут явственно находились крайне серьёзные люди. Мужчины в возрасте, все, как один, не худенькие. И они были в тогах. То есть в мужской одежде примерно той же эпохи, что и у женщин. И да, тоги были исключительно белые. Женщины, которые немолодые, все не худенькие. В империи так принято, что худышками должны быть только юные.

Их места были на последнем ряду, у задней стенки ложи. Впрочем, девушки были не претензии. Сама ложа была отделена от остального пространства трибун белой плотной тканью. И спереди пока тоже закрыто ею же. Пока, потому что спереди, очевидно, потом уберут.

Мест здесь… Человек на сто. Десять рядов по десять мест. Но заняты были едва половина кресел. Разумеется, проходы между рядами кресел были достаточно широкие, чтобы по ним можно было просто пройти, сохраняя достоинство. Первые два ряда содержали массивные большие кресла с высокими спинками.

– Ну, ты хотела увидеть имперскую аристократию? – спросила Федерика. – Прошу.

– А Энтони, прям… – покачала головой Минди. – Похоже, его советы имеют под собой серьёзное основание.

Федерика наклонилась к подруге.

– Я слышала дома, – негромко произнесла она. – Что Энтони планирует долей в дело войти.

(Ага, «слышала». Специально слили. Ибо, кто знает, вдруг получится притянуть в семью одного деятельного мага?)

– Ого, – на такой же громкости заметил Минди. – И чего ты тогда думаешь?

– Сама же говорила, – ответила Федерика. – Такой муж… Ладно, блуд. Так его же дома будет не найти. Лучше использовать, как проводника.

Девушка вздохнула.

– Недаром же они с Альберто так сблизились, – добавила Федерика. – Ну, и Энтони не заставить, как ты понимаешь. Никак.

– Маг, да, – вздохнула и Минди. – Что же… Тогда Тарквенон. Тоже неплохо.

– Донны, – к ним подошёл молодой парень, опять в такой же красной тунике, как тот, который их в ложу привёл.

Парень после обращения поклонился.

– Луссум эст миехи ид традерем (по смыслу, «велено передать»)… Эм, леди Федерике, – имя парень прочитал на конверте.

(на самом деле это называется «касус». Но суть такая же. Конверт из плотной коричневой бумаги, в который кладут послание).

– Эго сам (Это я), – спокойно произнесла Федерика.

– Донна, – парень передал конверт, поклонился и ушёл.

– Интересно! – заметила Минди. – Десяти минут не сидим, а уже послания какие-то приходят!

Федерика же сломала чёрную сургучную печать, открыла конверт, вытащила лист.

– Это от Энтони, – произнесла она.

– Ещё интереснее! И что он пишет? – Минди глянула на текст. – О, молодец, не забывает про комплименты.

– Ставить на номер двадцать два, – произнесла Федерика. – Пятый бой, группа Сильнейшие.

– Победитель и наберёт шесть баллов ровно, – продолжила Минди. – Это что такое?

– Хм, похоже… – Федерика слегка улыбнулась. – Он кое-что узнал про бойцов. Рискнём?

– Конечно! Иначе для чего мы сюда вообще приехали⁉

* * *

Протяжный, очень низкий звук трубы прокатился над Колизеем. Упали занавеси на окнах лож. А вой трубы повторился, заставляя людей ощущать, словно всё внутри начинает вибрировать.

Грохнули барабаны. Гулкий голос больших, маршевых то́мов. Ещё их называют «шаговыми», так как они на марше задают ритм на левую ногу. Несколько раз маршевые рявкнули соло, а потом зарокотали их меньшие собратья.

Блеснули на солнце смычки скрипачей. Ложа для оркестра, которая располагалась прямо напротив императорской ложи, была без ограждений и все могли видеть музыкантов. И искушённые ценители музыки могли заметить известные лица в оркестре. Играть в Колизее – это очень почётно.

К барабанам добавилась простая мелодия из двух нот. И вот вступили духовые. Марш Колизея зазвучал в полную силу. А на арену стали выходить два строя. В древних доспехах легионеров, с красными щитами. У одного строя были алые плащи, а у второго пурпурные.

– Империум! – пронесся на Колизеем мощный синхронный клич от пурпурных.

На это в императорской ложе стали вставать два первых ряда. Именно два первых, то есть лица, облечённые верховной властью. Это их право.

– Аетернус! – рявкнул строй в алых плащах.

– Глория Императори! – отклик с трибун был не очень синхронный.

Зато он прокатился несколькими волнами. В этот момент над ареной стали убирать веларий. Это навес из плотной ткани, которая натягивается системой блоков и канатов.

На арену упал столб света. Да, впечатление быстро рассеялось… Но тот, кто когда-либо видел этот эффект, не забудет то чувство восторга, которое возникает, когда впервые это видишь.

Блеснули в дневном свете начищенные до зеркала шлемы и наплечники. Сверкнули умбоны на щитах. Музыка стихла. Воины, остановившись, ещё два раза топнули на месте и замерли, лицом друг к другу.

– Сини-стра! Дек-стра! – прозвучали протяжные команды.

Воины синхронно, как один, повернулись лицом к зрителям. Грохнули о землю поставленные перед мужчинами щиты.

Мы – легион! Аквила с нами!

Мы победим, судьбу и врагов!

Над ареной зазвучал древний гимн легионов. Он же второй гимн Империи. И на трибунах немедленно подхватили эти слова.

На чуждой земле, стоит наше знамя

Семнадцатый! К битве! Готов!..

… Из ворот под пурпурной ложей вышел мужчина в ослепительно белой тоге. Он прошествовал к середине арены, между двух строев.

Когда мужчина остановился, то внимательный зритель заметил бы, что перед этим человеком воздух подёрнулся рябью. Мужчина повернулся к императорской ложе, вскинув вверх руки.

– Граждане Аетерны!!! Подданные Империи!!! Гости и участники!!! – голос мужчины раскатился над Колизеем. – Приветствуем вас на турнире!!!

(На играх традиционно не обращаются, ни к императору, ни к другим высокопоставленным лицам. Здесь пропагандируется единство народа и власти)…

… А предполагаемые участники смотрели на представление, стоя в специальной галерее под трибунами. Ракурс был низковат, окна узкие, но, в принципе, всё видно.

– Нижний ярус – это только ложи, – говорила мелкая, худая девушка, стоящая рядом с Энтони.

А разъясняла она это своей рослой подруге.

– Пурпурная – это императорская фамилия, приближённые и сенаторы, – продолжала экскурсовод. – Справа и слева от императорской ложи…

– Подожди, ты же сказала, что это пурпурная? – произнесла высокая дама.

Кстати, у неё значок с номером «XLII». Сорок два. То есть сия особа с Энтони в одной команде, собственно, потому он и оказался рядом. Надо же узнать побольше о будущем сокоманднике. На мизинце левой руки девушки имеется серебряный перстень. Земляки. Ещё в этом была причина. Отсутствие языкового барьера.

– Пурпурная или императорская, – насмешливо ответила мелкая. – Улавливаешь связь?

Кстати, у этой худой тоже кольцо имеется. Только стальное.

– А-а, – спокойно ответила высокая.

– Так вот, справа и слева по две белые ложи, – продолжила первая девушка. – Там сидят патриции, большие чиновники, судьи и генералы. Далее по четыре красных, как понятно, для людей чуть пожиже. Ну, и синие…

– Слышь, Ада, – процедила высокая. – А мне это нахрена знать?

– Эда, – вздохнула мелкая. – Ну, нельзя же всё оценивать с точки зрения, можно ли это съесть или сломать.

Энтони невольно ухмыльнулся. А что, неплохой взгляд на жизнь. Он бы ещё добавил критерий: «можно ли в кровать уложить».

– Всего в ложах может сидеть пять тысяч, – продолжила Ада. – А в Колизей вмещается шестьдесят.

– Рада за имперцев, – ответила высокая.

На арене же в этот момент мунерис Баралах закончил речь, явно на пафосной ноте, ибо трибуны радостно зашумели. Мужчина жестом показал в сторону.

– Ого, – отреагировала Эда.

Прямо из арены стала выезжать чья-то голова. Судя по длинным распущенным волосам цвета золота – это женщина. А когда она выехала побольше, стало видно, что это не только женщина, но и боец.

– Чемпион прошлогоднего Турнира!!! Принцесса!!! Мирабэль Катон!!!

«Принцесса?» – удивился Энтони.

Чешуйчатый доспех синего цвета. За спиной стал развеваться белый плащ с алым подбоем. А эта дама совсем молодая, оказывается. Лет двадцать пять на вид.

«И при этом серьёзный боец. Раз чемпион».

Баралах вступил на платформу, рядом с девушкой. И они оба поднялись выше. Дама подняла руку в приветствии. В ответ одобрительный рёв зрителей.

* * *

«Принцесса, надо же».

Надо признать, шоу делать тут умеют. Всё очень красочно, помпезно. Оказался бы здесь Максим довоенного образца, стоял бы, открыв рот. Как стояли многие. Вот только здесь оказался не тот Максим. И даже не совсем Максим. Как ни крути, опыт оригинального Энтони оказал своё влияние. Максим же не видел причины, чтобы его не принимать. Если бы он был против, может быть и сохранил чисто своё видение. Но. Не меняешься – значит, ты мёртв. Не можешь найти путь к победе, так ещё можно перефразировать.

«Но красивая девушка, согласись?» – задумчиво произнёс Младший.

Энтони сейчас ждал, валяясь на кушетке в своей комнате. Вместо подушки сумка с вещами.

«Симпатичная, да».

«Симпатичная?» – с иронией отозвался Младший.

«Я только один раз в профиль видел, а так она спиной стояла в основном. Фигура да, блеск».

До их боя должно пройти четыре тура боёв. То есть четыре часа. Сначала в каждом туре сражаются простые люди, потом эссы. Последний бой – маги. Сейчас шёл второй тур и второй бой. С арены периодически доносился шум толпы.

«А это кто?»

Раздался стук в дверь. Причём, вежливый. Не грохочущий.

– Апертум! (открыто) – громко произнёс Энтони, сразу же приглашая, потому что маску он не снимал.

Дверь отворилась. О, как её… Ада. Аделаида. Подруга будущей соратницы. Ага, они вмести пришли. Энтони сел на кушетке.

– Чем могу помочь, дамы? – спросил парень.

Аделаида после этой фразы довольно улыбнулась. Она прошла до стула, присела. А её подруга предпочла встать у стенки.

– Полагаю, вы хотите договориться о чём-то? – усмехнулся Энтони. – Например, о совместных действиях?

– В вашей с Эдой группе, – заговорила Ада. – Вы двое из королевства. Очевидно, что имперцы между собой тоже договорятся. И также очевидно, что к вам они не придут.

– Кто знает, леди, – слегка усмехнулся Энтони. – Когда на кону деньги и особенно жизнь, желание договориться начинает терять подобную избирательность. Впрочем, раз пришли вы, я не вижу смысла договариваться с другими. Ваши условия?

Аделаида просветлела лицом.

– Всё просто, – произнесла девушка. – Не мешать друг другу. И не дать помешать вам.

– Кто будет убивать, кто защищать? – деловито уточнил Энтони.

– М-м, думаю, настолько уходить в роли не нужно, – ответила Аделаида.

– Мы можем потом быть соперниками, – прогудела Эда.

– Не нужно думать про «потом», – Энтони посмотрел на… будущую возможную соперницу. – Про стратегию думают те, кто в этом конкретном бою не рискуют жизнью. А нам, кто это делает, нужно готовиться победить сейчас. Поэтому… Что вы готовы предложить за два балла?

Ада подняла брови. Девушки переглянулись.

– А ты не слишком в себе уверен? – спросила Эда.

– Это же мои проблемы, не так ли? – спокойным тоном ответил Энтони. – Так что? Вы тут за славой или деньгами? Если первое, то моё предложение, действительно, глупое…

– Второе, – уверенно произнесла Аделаида.

– Тогда всё проще, – продолжил Энтони. – Сколько вы готовы заплатить за два балла? Заметьте, после результата. Не смогу обеспечить… Заплачу я. Честно?

«Братан. Простите засранца! Вы мой кумир!» – Младший был торжественно-почтителен.

– Хм, – девушки снова переглянулись.

Эда пожала плечами.

– Честно, – произнесла Аделаида. – Соверен.

(Соверен – десять тысяч дханов. И примерно девять с небольшим тысяч империалов. То есть немногим меньше ауреуса).

Энтони протянул руку. Не за деньгами, а подал для скрепления сделки рукопожатием. Девушка мгновение колебалась. А потом вложила свою ладошку.

– Но если не сможешь?.. – начала было она.

– Готовьте деньги, – Энтони посмотрел Аде в глаза. – Два балла, считайте, уже у вас.

* * *

Федерика, Минди, Элен. Третья Белая ложа

– Мечи у простых бойцов затуплены, – говорил сидящий перед девушками мужчина, рассказывая нюансы своей юной спутнице. – А маги, несмотря на зрелищность, редко могут нанести противнику действительно серьёзный урон. У них больше играет умение экономно расходовать магию. По-настоящему опасные и жестокие бои проходят у феррумов. Они уже не простые бойцы, но ещё не могут полноценно действовать, как маги. А вообще, нет фокуса на убийство. Это же не рационально. Среди простых бойцов немало должников. То есть людей, кому-то принадлежащих. А их хозяевам крайне невыгодно их терять.

Девушка кивала. Судя по поведению и манере общения, мужчина ей не любовник или что-то подобное. А отец или старший родственник.

– Но я же видела, только что одному едва ногу не отрубили, – произнесла девушка.

– Всё же это бои, – ответил мужчина. – Подобное происходит и это не редкость. И не только травмы случаются, но и смерти.

– Но зачем… – девушка замялась. – Зачем тогда всё это? Неужели настолько нужно устраивать такие жестокие игры? Почему все эти сильные люди не могут, например, поехать на Анджаби?

Мужчина ласково улыбнулся.

– Позже ты поймёшь, Бельва, – с теплом произнёс он. – Причина есть и не одна. Взять хотя бы то, что это способ выплеснуть раздражение плебса.

Только что закончился второй бой пятого тура. С арены унесли пять человек и да, один мужчина едва не попрощался с ногой.

– Ну, что же, – с нетерпением произнесла Минди. – Сейчас посмотрим?

Она поставила на этого двадцать второго почти все свои деньги. Три империала. А Элен два. Сама Федерика поставила тоже два, чисто чтобы поддержать подруг.

– Посмотрим, конечно, – усмехнулась Федерика.

– Интересно, а сам виновник явится? – спросила Минди. – Чтобы порадоваться или послужить объектом для выплеска раздражения?

– Если бы мог, не стал бы записки присылать, – заметила Рика.

Грянули трубы. Загрохотали барабаны. Так обозначался выход участников. Восточные и западные ворота арены распахнулись.

– Приветствуем очередных Сильнейших! – голос ведущего, стоящего на специальном помосте, за императорской ложей, разносился по амфитеатру. – Десять смелых, десять достойных!..

* * *

Мрачный каменный коридор. Удивительно, но он придаёт не уныния, а торжественности. Возможно, это из-за красных полотнищ, коими были равномерно украшены стены. На полотнищах уже знакомый рисунок. Гладиус на фоне скутума и лавровый венок над ними.

Решётка. Когда они дошли до неё, два парня в красных туниках открыли створки.

– Бона фортуна! – синхронно пожелали юноши.

Пологие ступени наверх, истоптанные тысячами ног до них. Таких же бойцов, магов. Позвякивает амуниция, все идут молча. На четырёх магах доспехи, серьёзные. На идущей рядом с Энтони девушке Эде, например, кожаный доспех с вшитыми металлическими пластинками. Плюс стальной цельный нагрудник. Наручи, поножи. Энтони надел лишь защиту ног и рук. Раз любим сунуть в рожу, надо защищать конечности. Будет не очень хорошо, если кто-то случайно махнёт и отрежет ручку.

На плече у Эды едет здоровый полуторный клинок. Длинная рукоять под двуручный хват. И без ножен, что правильно. Ножны стоят денег, не надо их бросать, где попало.

Они идут последними. Трое сокомандников двигаются первыми и быстрее. Стремятся дистанцироваться?

Фигуры трёх мужчин исчезли в ярком свету, словно растворились в лучах светила. Вот и Энтони с Эдой подошли к выходу. Возле ворот стоят трое. Два крепких мужика и маг. На его груди бронзовый значок и, скорее всего, это целитель. Кто ещё может тут быть?

Словно выходишь из кромешной тьмы. Яркий дневной свет заставляет зажмуриться. Когда глаза привыкают, видишь выходящих с другой стороны. Из западных ворот, а они, соответственно, вышли из восточных. С той стороны две женщины. И никаких фривольных костюмов, типа оголённых ног. Тускло блестит сталь доспехов. Тканью доспехи не прикрывают, не в поле же. И кроме Энтони, никто не пренебрёг шлемом. Потому что никто не знает, что может спасти. Да, есть формулы, которым наличие доспеха, такая же преграда, как нижнее бельё. Но формула может не сработать или у мага кончится запас. И тогда доспехи очень даже помогут.

У Энтони на боку тот самый, добытый клинок. Хороший меч. Лёгкий, вёрткий. Почти что шпага, но покороче и одновременно пошире. Кто-то пытался сделать максимально универсальное оружие, нивелировать недостатки разных типов мечей по максимуму. Но самое главное, что этот клинок подходит под стиль Энтони и имеет свойство меньшего сопротивления активации на нём формулы.

Вышли они под мощную, тревожную музыку, в которой отчётливо бухал басом маршевый барабан. Под этот ритм противники дошли до начерченного белой широкой линией круга на земле, остановившись метрах в сорока друг от друга. Музыка в этот момент стихла. И над ареной повисла тишина.

«А это что такое?»

Энтони увидел на столбах каменного ограждения какие-то штуки. Судя по блеску, металлические.

– Новые герои готовы проверить!!! – раскатился громогласный голос над ареной. – Что задумала Децима насчёт них!!!

Раздалось негромкое гудение. А затем… Из тех самых металлических штуковин вверх потянулись белые лучи света. Правда, скорее этот походило на то, что фонтан включили, и водяная струя начала в небо карабкаться.

Потом эти струи-лучи начали изгибаться внутрь арены. И сошлись в одной точке над серединой. И небо стало блёклым, жар от солнца стал поменьше.

«Щит? Очень интересно, – Энтони разглядывал результат. – То есть, в империи умеют делать артефакты, которые без мага могут щит поставить?»

– И спрошу я!!! – раскатывался голос ведущего. – Есть ли тот, кто имеет право остановить этот бой⁈

Снова над ареной повисла тишина.

– Тогда!!! Бой начинается!!!

Громкий звон, будто по рельсе молотком ударили. Эда опустила вниз откинутую личину шлема. Её меч занял классическую начальную позицию, перед владельцем. Энтони тоже потащил клинок из ножен.

– Будь готова, – произнёс парень. – Я сейчас побегу на них. Бежишь следом. Принимаешь того, кого я выкину на тебя.

– Ясно, – коротко, по-военному, ответила девушка.

«Так, один наособицу. Посередине, к нему и двинем. Двое мужиков слева явно вместе. Дамы справа… Стоят рядом, но незаметно, чтобы согласовали действия. Даже не смотрят друг на друга».

По телу побежали мурашки. Тело радовалось, наконец-то можно сражаться с усилением. А не как обычно в лагере происходило.

«Хватит» – Энтони добрался до границы верхнего археума.

Трое их сокомандников осторожно двинули вперёд, поставив Щиты. Энтони раздвинул губы в хищной улыбке. Противники тоже щиты поставили. Ясно. Тут предпочитают сначала дистанционкой мериться.

– Сюрприз, на…

… Эда уже подняла левую руку, чтобы поставить Щит, как рядом негромко хлопнуло. Девушка пару мгновений изумлённо смотрела вслед буквально полетевшему на врагов напарнику.

– Проклятье! – опомнилась Эда.

И рванула следом. У неё сработала армейская привычка. Не думай – делай! За тебя уже подумали, нужно выполнять приказ.

А впереди в стремительно подбегающего Нуммуса дружно отстрелялись все. И… Не попали! За спиной Нуммуса бессильно хлопнул Красный Шар, поднимая пыль. Полыхнула Вспышка, потом Эда хладнокровно чуть сместилась в сторону, чтобы пропустить мимо Плюмбат (Копьё). Белый росчерк света пролетел слева от неё. Это, кстати, тоже в Нуммуса не попали.

Тонкий звон, Эда успела заметить, что Нуммус разрубил Серп. И подпрыгнул вверх. Под ним бабахнула ещё одна Взрывная Сфера. Ошарашенное лицо парня, с которым и сближался Нуммус. Который прямо в воздухе активировал формулу.

«О, Метатель!»

Эда увидела, как от ладони правой руки Нуммуса выстроились белые еле видимые круги.

Перед противником напарника вдруг встала земля. Всё это только описывать долго, а произошло действо буквально за несколько мгновений. Эда еще только половину расстояния пробежала.

Нуммус, приземлившись, рванул к засыпанному землёй оппоненту… Хлопок и тот отлетает, кувыркается по земле и затихает. В этот момент подбегает одна из девушек, вторая спешит следом. Нуммус закрывается Щитом, в который прилетает росчерк Плюмбата, скрежет встретившийся клинков… И вот уже прямо в подбежавшую Эду летит противница Нуммуса.

У Эды всё происходит, как в учебном бою. Она смещается в сторону и со всего маху пробивает клинком навстречу противнице.

Дилетантов тут нет, магичка изворачивается, успевает подставить свой клинок… Который тут же разлетается с весёлым звоном. Полуторники не зря называют мечеломами. А Эда, даже не задумавшись, бьёт ногой по нижним же конечностям своей противницы, натурально сбивая только что утвердившуюся было вертикально девушку.

Взлетает меч, блеснув в лучах светила. И обрушивается вниз. Падающая девушка успевает подставить лихорадочно активированный Щит. Но это не помогает. Да, меч не ударил, как должен был. То есть с разрубанием тела. Но тяжёлый клинок сбивает Щит, чудовищный силы удар вминает доспех и вбивает тело в землю.

Тяжело дыша, Эда оглядывается. Ещё одного противника, парня, только что послал в забытье Воздушным Кулаком одним из сокомандников. Причём, один из троицы сидит на земле, мотая головой.

А Нуммус стоит около последней девушки, которая полулежит на земле. Возле её груди острие меча. А её шлем при этом в руке Нуммуса.

Эда спохватывается, наклоняется к своей противнице, щупает шею. Пульс есть. Девушка выдыхает с облегчением.

– Превосходный бой!!! – ревёт в этот момент оратор. – Молниеносный и стремительный!!!

Люд на трибунах тоже одобрительно шумит, свистит…

… Бои шли своим чередом. Схватки феррумов и тем более, простых бойцов Мирабэль не интересовали вовсе. Она в этот момент читала прихваченную с собой книгу.

Чуть интереснее были сражения магов. Но пока всё шло предсказуемо… И скучно. Никто особо не выделялся. Стандартные формулы, стандартная тактика. Постепенное сближение под Щитами, при этом обмен дистанционкой по возможности. Потом кто-то всё же решается на близкий контакт. С переменным успехом. Либо вытаскивает противоположную и свою команду на драку в контакт, либо его засыпают формулами.

И этот бой начинался примерно также. Маги начали осторожно сходиться, Мирабэль уже посматривала в сторону книги с закладкой. И тут рисунок поединка резко изменился.

– Оу, – с интересом произнесла девушка.

Один из левой команды внезапно ускорился. С расстояния, когда ещё обычно до контакта остаётся минуты три-четыре.

Противники явно опешили. Они не попали в него формулами, ни одной. Этот быстрый маг был очень стремителен. И вот уже…

«Нельзя ставить мощный Щит на такой скорости» – Мирабэль вспомнила слова наставницы.

Алтиора Раэны Антоний. Этот живчик, используя свою скорость, буквально проломил Щит. А тот, естественно, хлопнул. А отдача при этом направлена назад, и собственная защитная формула сбила с ног незадачливого мага. Впрочем, Мирабэль придирается. Всех магов так учат. Чем сильнее видишь угрозу, тем сильнее нужно ставить Щит. Чтобы знать нюансы и уметь их применять, надо выйти на более высокий уровень.

Но этот ловкий малый явно знал про этот эффект. Он же формулой Лакуратор (Метатель) ударил не по Щиту. А перед противником, по сути, запугав визави. А по Щиту, который был после этого, сделан ещё сильнее (чисто рефлекторно), Шустрый ударил мечом с формулой Ламина Кочинея (Алый Клинок).

Мирабэль с интересом приподняла бровь. Книга так и осталась лежать на столике, а девушка, закинув ногу на ногу, поставила на колено локоть и принялась внимательно следить.

А тот, кто вызвал её интерес, не разочаровывал и дальше. Так эффектно влетев в противоположную команду, он не остановился на одной стремительной атаке. Словно хорошо смазанный хитроумный механизм, он будто на тренировке, где заранее договорились о том, кто и когда будет бить, подставил Щит про Плюмбат другого противника. Противницы. И тут же сам пошёл вперёд, неожиданно для противницы оказавшись в крайне опасной близи.

Девушка попыталась поставить меч перед собой, но её клинок тут же и можно сказать, с небрежностью был отброшен в сторону… И Шустрый ловко пробил из-под вооружённой руки оппонентки, залепив той в подбородок снизу. Да уж, это с гарантией вызвало дезориентанцию. Потом какой-то хитрый бросок, причём с круговым движением и девушка была буквально запущена в подбегающую сокомандницу Шустрого. Которая тоже оказалась на высоте, в три движения и четыре мгновения завершив поединок своей победой.

Мирабэль хмыкнула, сощурившись. Ей… Стало интересно. На самом деле. Потому что сейчас она видела такой же, как у неё самой, атакующий, неукротимо-накатывающий стиль.

К месту боя подбегал один из двух оставшихся мужчин команды западных, пока второй вступил в дуэль на дистанционных формулах с тремя противниками.

– Эй! – усмехнулась Мирабэль.

Шустрый сбил Сфаэру Рубру, запущенную в него, своей формулой. Именно Лакулатор, простейшая формула, которой метают физический снаряд, может сбить другую формулу. Вот он! Яркий пример, когда маг виртуозно владеет простой формулой!

Про вторую девушку Шустрый тоже не забывал. Отразив Щитом её красный полукруг Фалка (Серпа), этот ловкач вошёл в контактный бой с подбежавшим мужчиной. А тот, очевидно, хотел заработать два балла на слишком далеко отбежавшем от своих противнике.

«Это кто ещё тут заработает» – снисходительно подумала Мирабэль.

Ясно же. Шустрый не ошибся. Он ведёт именно туда, куда и планировал. Сражаясь, он успел запустить очередной Лакулатор в первого противника, который, видимо, очухался и стал подниматься. Звон, того поддёрнуло вверх и он рухнул на спину, теперь уже точно выбывая их этого боя. Шустрый же повернул своего текущего противника так, что закрылся им от девушки,

У Мирабэль дёрнулась верхняя губа, в намёке на оскал. Этот мужчина. Этот маг. Шустрый. Опытный. Сильный. Принцесса видела очень серьёзного и крайне интересного коллегу схожего боевого стиля. При этом очень умелого фехтовальщика. Не только скорость и сила, но и умение. Он сражается сразу с двумя, при этом именно Шустрый диктует, какой будет бой. Девушка попыталась было зайти сбоку и разорвать дистанцию. Но ей тут же прилетел Лакулатор… Она закрылась Щитом. И это стало развязкой.

Шустрый ещё больше взвинтил темп. Лязг, противник Шустрого к своему удивлению, почему отразил удар напарницы. Между тем, со стороны было отлично видно, что это Шустрый вывел меч противника в такое положение. А потом, желавший срубить два балла, получил серию буквально молниеносных ударов, которые при этом были явно чётко отработанной системой, буквально перетекая друг в друга. Отвод меча в сторону, прямой удар левой рукой под шлем, правой ногой под колено, ошеломлённый противник спотыкается, валится на землю вперёд лицом… и тут же отлетает в обратную сторону от удара коленом. Очень мощный удар, с «ножницами», когда другая нога идёт первой, а затем используется как маятниковый противовес. Неудивительно, что противник Шустрого не просто улетел, а перевернулся в воздухе и оказался стоящим на коленях. Шустрый же крутнулся вокруг себя, выбрасывая ногу. Бум. Удар и противник уже летит назад. Прямо в напарницу. Всё, для него бой закончился.

С девушкой всё прошло ещё быстрее. Ей сначала пришлось уворачиваться от своего же сокомандника… А прямо за ним уже летел противник. Классический укол в грудь, девушка отводит блеснувшее у её груди лезвие, тут же отшатывается назад, чтобы не получить по лицу… Шустрый же применяет Лакулатор и… Наступает на ногу пытающейся разорвать дистанцию противнице, которая отвлеклась на Щит. Та бьёт мечом наотмашь, пытаясь выиграть расстояние.

«Очевидный удар. На рефлексе».

И ожидаемый результат. С фехтовальщиками такого уровня нельзя идти по их рисунку. Клинок девушки тут же принимают, «протягивают» и тем самым заставляют провалиться вперёд. И мощный удар в шлем. Локтем, который защищён наручем и железной чашкой налокотника. На противоходе. Если бы девушка не успела поставить Щит… Кто знает, таким ударом можно не только шею сломать, но и вообще голову отломить. Бьёт-то маг, под усилением.

Девушка рушится на землю, как срубленное дерево. Противник наступает на лезвие её меча, его клинок блеснул у шеи оппонентки… Разрубая подбородочный ремешок. И Шустрый срывает шлем со своей противницы. Чистая победа. Эффектная победа. Публика любит такое. Амфитеатр буквально взревел от восторга.

– Мунерис Флавий, – заговорила Мирабэль, повернув голову вбок.

– Я слушаю вас, принцесса, – с почтением ответил сидящий на третьем ряду высокий, осанистый мужчина в белой тоге, при этом слегка приподнявшись.

Это был тот, кто открывал игры приветственной речью. Мунерис (букв. – устроитель, организатор, директор) Колизея Флавий Баралах.

– Я желаю, аеквалис, – произнесла Мирабэль. – Если этот маг дойдёт до финального дня. Чтобы его поставили во второй бой со мной.

– Это нетрудно сделать, принцесса, – откликнулся Баралах.

– Просто он всё равно, как мне кажется, дойдёт до меня, – заметила Мирабэль. – Но тогда интрига может потеряться…