Текст книги "Путь Строителя 9 (СИ)"

Автор книги: Алексей Ковтунов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 14 страниц)

– Ну… Сильно нажать придется, да… – почесал я затылок. Почему-то представил, что это будет делать Хорг и потому мысли о нехватке силы даже не побывали в моей голове.

– А так, отдельно сначала выстрогать каждое бревно, и уже когда укладывать их, пройтись еще раз на чистовую этим твоим спаренным рубанком, – кивнул плотник, явно не намереваясь дальше слушать мои советы, – Всё, иди, сделаю как только смогу.

Да уж, на самом деле дельная мысль так-то. Действительно, от начала и до конца рельсы таким вот спаренным рубанком не сделать, только финишную доводку. Собственно, Ольд это учел, и теперь проблем которые могли бы появиться уже не возникнет. Моя задумка сработает, но не совсем в том виде, в котором она была у меня в воображении.

На этом распрощались, но уходить сразу я не стал, а свернул к сарайчику за мастерской, куда Ольд складывает обрезки и ненужные куски. Там среди прочего хлама нашлось именно то, за чем пришел. Кривоватые ветки плотоядной лиственницы разной толщины, для мебели и поделок вполне пригодные, но Ольд сам сказал, что пустит их потом на какую-нибудь чепуху вроде ручек или вешалок, тогда как нам они сейчас нужнее. Набрал охапку, выбирая подлиннее и поупружистее, и пошел обратно на участок.

Собственно, токарный станок, который я уже почти целиком собрал у себя в голове, потребует как минимум одну хорошую упругую жердь, а ничего более подходящего, чем лиственница, в этой деревне нет.

А где его ставить? Да прямо здесь, на участке, чего далеко ходить. Материалы под рукой, обжиговые ямы рядом, и виды красивые, если поднять голову от работы и посмотреть в сторону реки. Правда, журчания за грохотом Дагниного молота все равно не услышать, но хоть полюбоваться можно.

Огляделся и поймал себя на досадной мысли, что так и не удалось выкроить лишнюю недельку на стену вокруг участка. Когда придут жилы, здесь все потопчут, это к гадалке не ходи. Хотя горн, может, и не тронут, он им без надобности и, если повезет, вообще не заинтересует. А в остальном из ценного тут навес, который можно заново поставить за полдня, да обжиговые ямы, которые вряд ли кто-то будет целенаправленно закапывать. Так что стена здесь пока и не нужна, толку от нее немного. Вот когда появится мой дом, тогда другое дело. Дом сам будет как стена, и обнесу его снаружи еще одним защитным периметром.

Проморгался, выгоняя из головы слишком далекие планы и возвращаясь к ближайшим.

На самом деле все просто, и токарный станок я его только так называю, по привычке из прошлой жизни, а по факту это простейшая конструкция, которую и станком-то назвать язык не повернется. Несколько бревен, вкопанных вертикально и образующих раму, между ними зажимается заготовка, и вся хитрость в том, чтобы заставить ее крутиться вокруг одной оси.

А крутиться она будет за счет веревки, обернутой вокруг нее пару раз. Сверху веревка привязана к упругой жерди, в нашем случае это лиственница, а снизу к доске-педали. Давишь ногой, веревка натягивается и тянет за собой заготовку, которая послушно начинает вращаться из-за веревки. Отпустил педаль, и лиственничная жердь, пружиня, возвращает веревку в исходное положение, а заготовка тем временем крутится уже в обратную сторону.

У кого-нибудь наверняка возникнет справедливый вопрос: а колесо-то как точить? На него, что ли, веревку наматывать? Нет, конечно. Сначала вытачиваешь ось, оставляя посередине утолщение квадратного сечения, на которое в дальнейшем и будет насаживаться колесо.

Ну а квадрат не просто так, потому что на концах оси у самих вагонеток тоже будут квадратные участки, колеса сядут на них плотно и не провернутся, а снаружи зафиксируются клиньями через заранее предусмотренные отверстия.

Объяснять все это кому-то на словах я точно не стану, сами увидят, когда заработает.

Итого, задача выглядит так: вкопать пару стоек, закрепить где-то над головой упругую жердь, привязать веревку, а под педаль подойдет любая доска, которых в деревне пусть и не завались, но для таких целей отыщется.

В нашем мире токарный станок придумали настолько давно, что я даже не берусь угадывать век. Круглые и ровные детали нужны повсюду, и не только в ракетостроении или при сборке двигателей внутреннего сгорания, а даже когда простую телегу строишь. Местные наверняка видели что-то подобное и даже пользовались, ведь по-настоящему круглое колесо без такой технологии не получить.

Ну а раз все понятно, нечего рассусоливать, так что сразу приступил.

Выбрал место у края участка, где земля поровнее, и начал копать ямы под стойки. Две вертикальные опоры вкопал на глубину в полметра, утрамбовал, расклинил камнями. Между ними на нужной высоте закрепил горизонтальную перекладину, она будет упорной, на нее ляжет резец который и будет точить заготовку.

Лиственничную жердь, самую длинную и упругую из набранных у Ольда, привязал одним концом к верхушке левой стойки под углом, чтобы свободный конец торчал вверх и пружинил при нажатии. К этому концу привязал веревку, пропустил ее вниз, обернул вокруг будущей заготовки и пустил ниже, к педали сделанной из обычной доски.

На все ушло порядка полутора часов, не так уж много, если подумать. Пришлось сбегать к Ольду за парой деревяшек нужного размера, но отвлекать его не стал, просто взял что нужно из сарайчика и ушел. Дагну тоже пришлось дернуть, и ковка лезвий для рубанков из-за этого чуть замедлилась, но мне были нужны железные шипы для фиксации заготовки в центрах, а без них вся затея теряла смысл.

Собственно, один шип зафиксировал в левом бревне намертво, а второй вбил в брусок. Этот брусок будет ходить в правом бревне, его можно расклинить, и это был единственный вариант, как помещать в станок заготовку и доставать готовую деталь. Ведь что колесо, что ось – они будут насаживаться на эти шипы и вращаться между ними, других вариантов тупо нет.

[Путь Созидания II: 63% → 72%]

Задумался, глядя на результат. Вроде бы ничего особенного, даже изобретением назвать стыдно, но, видимо, в таком исполнении для здешнего мира непривычна. Потому вселенная и наградила довольно щедро за пару потраченных часов.

И вот она, первая проба. Заготовка в виде бревнышка толщиной сантиметров шесть-семь уже закреплена между шипами, веревка перекинута правильно. Длина, разумеется, ровно метр, у нас все-таки стандартизация идет полным ходом.

Проверил веревку, освободил и снова зажал концы в шипах, нажал педаль и крутанул. Крутится, сволочь! Палка провернулась ровно, веревка натянулась, лиственничная жердь согнулась и при отпускании педали дернула обратно, раскрутив заготовку в другую сторону. Работает, и работает именно так, как задумывалось.

Едва сдержал эмоции, все-таки людей вокруг хватает, солнце пока не село, и радоваться крутящейся палке на глазах у половины деревни как-то несолидно.

Ну и, собственно, на этом все, потому что точить эту палку мне пока нечем. Дагна не выковала резец, а без него никак. Ножом, что ли? Не та жесткость, только инструмент испорчу, да и лезвие не того профиля. Хоть бери да напильником скреби, но проще подождать, слишком важно качество исходной детали, чтобы портить ее нетерпением.

Посидел на чурбаке, подумал, и взгляд зацепился за оставшуюся корявую палку лиственницы, непригодную ни для жерди, ни для плетения, но достаточно толстую, чтобы пустить ее на что-нибудь другое. Гм… А ведь я Кейну чучело задолжал. Надо бы, если уж по уму, долги возвращать.

Покрутил палку в руках и прикинул. Вкопать ее в землю как центральный столб, это понятно. Ребра сплести из прутьев железного дерева вперемешку с обычными толстыми ветками, чтобы получилось широкое и прочное подобие туловища, которое не развалится от первого же удара. Центральную жердь для рук поставить потяжелее и покрепче, а голову набить чем-нибудь увесистым, камнями или глиной, чтобы центр тяжести сместился повыше и чучело при ударе не просто качалось, а сопротивлялось.

И квинтейн, конечно. Какой же тренировочный манекен без квинтейна? Поперечная перекладина на оси вращения, с одной стороны щит-мишень, с другой противовес, и если ударил по щиту и не успел отскочить, противовес прилетает тебе в затылок. Воспитывает скорость реакции и уважение к противнику лучше любого наставника, а материалов нужно всего ничего.

* * *

Деревья мелькали сплошной темной полосой, сливаясь в одну размытую стену, и только тропа впереди оставалась четкой, будто весь остальной мир решил отойти на второй план и не мешать. Кейн несся по своей излюбленной вечерней тропе, той, что петляет вдоль ручья и уходит на северо-восток через ельник, и ноги несли его с такой легкостью, что казалось, земля сама подталкивает при каждом шаге.

Основа текла по мышцам плотным потоком, ускоряла, подхватывала, и охотник давно перестал задумываться над тем, как именно это работает. Просто бежишь, просто быстро, и к утру все восстановится, если не перебрать. Десятилетия тренировок и постоянное движение по своему пути вбивают контроль основы на каком-то подсознательном уровне, никакие мысленные усилия для этого не нужны.

Собственно, в этом и суть вечерней пробежки. Разрядить Основу ровно настолько, чтобы к рассвету она вернулась к полному объему, ни каплей больше, ни каплей меньше. Ну и остановиться – значит отстать, любой путь требует постоянного движения, тут главное не перегибать, ведь нападение может случиться в любой самый неожиданный момент. Собственно, поэтому Кейн никогда не выкладывается на полную. Хотя за годы он научился чувствовать этот предел так же точно, как дистанцию при броске.

Раньше после пробежки была еще тренировка. Прибегал на площадку, доставал копье или короткий клинок и начинал отрабатывать быстрые удары на чучеле. Не мощные, конечно, от мощных оно бы развалилось еще в первую неделю, но короткие точные тычки выдерживало прекрасно. А больше и не надо, потому что зверю или человеку много силы не нужно, ему нужна скорость, и если ты быстрее, то ты жив, а он нет.

Кейн невольно вздохнул и прибавил ходу. Нет больше чучела, нет и тренировки. По столбу, конечно, тоже можно лупить, но толку от этого никакого, ни отдачи, ни понимания, куда вошло острие.

А вместе с чучелом пропало кое-что еще, и об этом думать куда тяжелее.

Взгляд по привычке скользил по обочинам тропы, и то, что он видел, совершенно не радовало. Звериные тропы, еще месяц назад утоптанные до голой земли, заросли молодой травой. Некоторые и вовсе затянулись, и по ним явно не ходили как минимум уже пару недель. Этот лес быстро восстанавливает растительность, Основы тут хоть отбавляй, ею пропитан каждый листик, каждая травинка или пригоршня земли.

Но и зверья тут всегда хватало, а сейчас ни свежих следов, ни обглоданной коры на молодых деревцах. Раньше за время вечерней пробежки Кейн мог встретить целые стада оленей или коз, мог услышать возню барсуков в подлеске и поставить по пути ловушку, чтобы утром вернуться за свежим мясом. Все это было так недавно и так естественно, что воспринималось как данность.

А теперь зверье уходит тихо, без паники, просто день за днем забирается все дальше от деревни, и причину понять несложно, потому что то, что надвигается с севера, звери чуют задолго до людей.

Кейн перемахнул через поваленное бревно и приземлился мягко, не сбив ритма. Ноги работают, Основа несет, и пока бежишь, думаешь, а к концу пробежки все раскладывается по полочкам.

Только вот полочки эти в последнее время какие-то кривые.

Без леса, без зверья он кто? Охотник без добычи, следопыт без следов. Обычный мужик с луком на стене, которую построил пацан вчетверо его младше. Всё, чем он жил, всё, что умеет лучше прочих, теряет смысл, если лес пустеет. Можно сколько угодно бегать по этим тропам и оттачивать удары, но если бить некого и выслеживать нечего, зачем вообще все это?

Мысль дурная, Кейн это понимал, и потому тряхнул головой и переключился на то, что случилось за день. Тем более, что звери вернутся, надо только этих безглазых гадов придушить, потому лучше подумать о чем-то более насущном, а не бегать жалеть себя.

Гундар попросил натаскать беженцев и местных мужиков обращению с оружием, и Кейн, само собой, выбрал копье. Самое простое и самое эффективное, особенно против зверья. Длинное древко и дистанция, что еще нужно, тем более, когда орудуешь со стены? Ткнул и спрятался, если надо, потом высунулся и ткнул снова, даже необученный крестьянин через пару дней начнет попадать хотя бы в неподвижную цель.

Поначалу был уверен, что лучше него с подготовкой вряд ли кто справится. Ну ладно, Вельт, тут без вопросов. Стрелок он такой, что лучше в округе точно не найти, и не только в округе. Этот гад может попасть в глаз летящему орлу, причем на приличной высоте, и это не байка из трактира, потому что Кейн видел это лично, стоял рядом и смотрел, как стрела ушла вверх и птица камнем рухнула вниз. Так что в луках Вельт разбирается, и тут спорить бессмысленно.

А вот сам Кейн, как выяснилось, в обороне не разбирается вообще.

Ну, может, и получше многих, но до настоящего профессионализма далеко. По крайней мере это стало очевидно, когда он посмотрел на работу гвардейца, которого тоже подключили к обучению. Еще в первый день Кейн подошел к нему и поинтересовался, зачем на вводном занятии раздавать людям мечи.

Их в деревне и так не густо, хотя с последней волной беженцев приехало пополнение, оружие погибших в боях солдат. Его собрали и привезли в деревню, но все равно свободных клинков наберется штук двадцать-тридцать, и раздавать их неумехам-крестьянам казалось кощунством.

На что гвардеец резонно заметил, что вводная тренировка тренировкой как таковой не является. Машут они палками для того, чтобы инструктор оценил потенциал будущих бойцов, и только тот, кто изначально машет палкой достаточно толково, получит настоящий меч вместе с копьем.

И ведь прав, тут не поспоришь. У гвардейца тренировки оказались комплексными и продуманными. Он и на площадке мужиков погонял, и на стену с ними залез, показал, как противник может забраться наверх и как эффективнее всего ему помешать.

При этом не дурак, потому что еще после первой тренировки подошел к Кейну сам и подробно расспросил, каких тварей можно ожидать. Как двигаются, есть ли уязвимые места. Кейн рассказал все, что знает, и ничего утаивать не стал, потому что бессмысленно это, даже не просто бессмысленно, а вредно. Если гвардеец будет учить людей обороняться от врага, которого не знает, толку от такого обучения не будет никакого.

Кейн усмехнулся на бегу, потому что впервые за долгое время почувствовал что-то похожее на облегчение. Хотя бы этот кусок головоломки встал на место, и раз уж в деревне нашелся человек, который умеет готовить людей к бою лучше него, значит его совесть может быть спокойна. А то ведь грызла, потому что учить простых работяг воевать и учить их выживать в лесу – это разные навыки, и второй для стены бесполезен.

Только обрадовался и тут же вспомнил, что окончания сегодняшней пробежки не будет. По чучелу было весело лупить, чувствовать, как острие входит в переплетение прутьев и выскакивает обратно, да и выглядело это чучело классно. Это было каким-то ежедневным ритуалом, чем-то правильным, завершающей точкой после трудного дня. А теперь всё, без чучела мир уже не так наполнен красками.

Впереди показались знакомые очертания деревни, частокол и высокие башни на фоне закатного неба. Кейн замедлился, переходя с бега на быстрый шаг, а потом снова ускорился, потому что Основы осталось как раз на финишный рывок.

У ворот останавливаться не стал. Сумерки, решетка опущена наглухо и сверху забиты клинья, открывать ее ради одного человека как минимум нерационально, пусть солдаты лучше сэкономят силы.

Так что подбежал к частоколу и оттолкнулся от земли, едва коснулся ногами заточенных верхушек кольев и перелетел на ту сторону, приземлившись на землю без единого звука. Обычное дело, он так возвращается почти каждый вечер.

Дальше уже спокойным шагом, мимо темнеющих домов и редких огоньков в окнах. Устал приятно, голова ясная, и осталось только дойти до дома и упасть спать. Простой надежный план, и ничто не должно ему помешать.

Но проходя мимо тренировочной площадки, Кейн невольно замер. Посреди площадки, прямо на том месте, где раньше стоял его верный снаряд, торчало нечто новое.

Здоровенная раскоряка из плотно подогнанных темных ветвей, заметно массивнее прежнего чучела. Прутья шли и вдоль, и поперек, перехватывая друг друга, и в вечернем полумраке конструкция напоминала горбатого уродца с раскинутыми в стороны руками.

Вместо головы на верхушке сидел обрубок пня с вырезанным на нем лицом. Ну, подобием лица. Две точки вместо глаз и широченная кривоватая улыбка до ушей, настолько издевательская, что Кейн невольно нахмурился. Ему сразу показалось, что пень смотрит прямо на него и явно задумал что-то нехорошее.

Но главное отличие от прежнего чучела обнаружилось чуть ниже. На горизонтальной поперечной перекладине на уровне плеч с одной стороны висел щит с нарисованной мелком мишенью, а с другой стороны увесистый мешок. Зачем этот мешок непонятно, но щит явно намекает на то, что по нему надо ударить.

– Ага, все-таки сделал, – усмехнулся Кейн, сразу поняв, чьих рук это дело.

Пацан обещал и пацан выполнил, надо же, бывает и такое. Обошел чучело кругом, потрогал прутья и подергал перекладину. Собрано на совесть, не чета тому, что было раньше, тут Кейн мог бы признать, если бы не одна мелочь.

– Слеплено козявками. – процедил сквозь зубы Кейн и невольно сжал кулаки, – Криворуким болваном, значит.

Пусть и ненамеренно, но эти слова были про него, про Кейна, который потратил на ту конструкцию три вечера, каждый прут подбирал по толщине и вымачивал, прежде чем вплести, и даже голову набивал мхом, чтобы мягче было и наконечник не тупился.

Кейн покосился на щит с нарисованной мишенью. Ровненький аккуратный кругляш мелом, прямо по центру. Так и тянет ударить, собственно, почему бы и нет.

– Это тебе за козявки!

Он не успел додумать, потому что тело сработало раньше головы. Одно мгновение Кейн стоял на месте, а в следующее его уже не было, воздух схлопнулся там, где он только что находился, и никто в деревне не смог бы даже уловить глазами этот бросок. Усиленное щедрой порцией Основы копье, в которую он вложил всю накопившуюся за день обиду и злость, вонзилось точно в центр мишени.

Кейн ожидал, что щит разлетится в щепки. Но щит почему-то не разлетелся, а уехал куда-то назад, и вместе с ним отклонилось все чучело. Натужно заскрипело дерево, и в вечерних сумерках на поверхности прутьев мелькнула странная извилистая линия, едва заметное свечение, которого тут быть не должно. По каркасу от щита побежали мелкие огоньки и стекли вниз по прутьям, и…

Небо и земля поменялись местами, потом обратно, и Кейн кубарем прокатился по утоптанной площадке шагов на десять, прежде чем остановился лицом вверх, раскинув руки и тяжело дыша. Затылок горел так, будто по нему заехали бревном, а перед глазами плавали цветные пятна.

Полежал, глядя на темнеющее небо и первые звезды, которые как ни в чем не бывало проступали сквозь облака, и подумал о своем поведении. Потом повернул голову и посмотрел на чучело. Оно стояло на прежнем месте, целое и невредимое, а нарисованная на щите мишень по-прежнему улыбалась ему мелком. Нет, это пень наверху улыбался, но в этот момент Кейну казалось, что улыбается вообще вся конструкция. Особенно тот мешок с песком, который прилетел в затылок сразу после удара.

– Ну, возможно и правда, пару прутиков козявками усилил… – теперь уже неуверенно пробормотал охотник, пытаясь вспомнить как он вообще собирал свое чучело. Ведь с новым чучелом и правда совершенно другой уровень веселья…

Глава 5

Проснулся на удивление рано, когда небо за дверным проемом только-только начало сереть, а птицы еще молчали, видимо, тоже не видели смысла просыпаться в такую рань. Солнце пока не показалось, но темнота уже отступила, и в комнате можно было различить очертания печки, ребят у стены и собственные руки, если поднести их к лицу.

Вчера лег рано, часов в десять-одиннадцать по моим прикидкам, и виноват в этом не я, а Дагна, которая не успела доковать резцы до сумерек. А в сумерках ее попросили отойти от реки и вернуться за стену, мало ли что.

Правильно, конечно, переживают, но забавно, что меня при этом никто не гонит. Хотя если подумать, логика в этом есть, потому что Дагна в первую очередь кузнец и ценность ее для деревни на данный момент сложно переоценить. Ну и женщина к тому же, а тут народ в таких вопросах серьезный, не станут рисковать лишний раз. Мне-то что, пару прыжков усиленных Основой, и вот я уже убежал. Наверное… Во всяком случае, хочется верить, что убежал бы.

Так или иначе, без резцов на токарном станке делать нечего, и вместо бесполезного сидения я потратил вечер с пользой. Чучело получилось на славу, даже лучше, чем планировал. Побаловался с рунами в свое удовольствие, нанес поглотитель, от него протянул соединение с руной восстановления в самом центре, за ветками, ну и пару накопителей крохотных разбросал там где получилось их воткнуть.

Сразу решил установить чучело на площадке, хорошенько его вкопал, полюбовался делом рук своих и пошел спать. Ну а что? Заняться все равно больше нечем, а стоять и любоваться чучелом в темноте занятие хоть и медитативное, но не самое продуктивное.

Ну вот организм и решил включиться пораньше, раз уж выспался по его мнению. Не может это тело дрыхнуть больше пяти часов подряд, и даже если объективно не высыпается, все равно вскочит и начнет требовать деятельности. Иногда это бесит, а иногда выручает, и сегодня как раз второй случай.

Всё-таки планов на день столько, что если составить список и повесить его на стену, стены не хватит, да и чернила закончатся еще на середине списка. Направляющие не ждут, Хорг там уже всё организовал и мужики начали какое-то подобие подготовки.

Рубят шпалы и выкладывают заготовки под направляющие, чтобы потом на это времени не терять. Отдельная бригада готовит диагональные подпорки для свисающего края пути за внутренней стороной частокола. Всё движется, и радует, что Хорг не просто услышал идею, а ухватил ее и потащил вперед, не дожидаясь моих подсказок.

Но для начала полноценного монтажа необходимо сделать хотя бы два колеса на оси и самостоятельно подготовить небольшой участок полотна. Просто чтобы прокатить по нему колеса, убедиться, что идея рабочая, и остальным показать, как это все устроено. Хорг может и понял задумку, но продемонстрировать технологию всегда эффективнее, чем объяснять ее на пальцах. Я же не могу видеть картинку у него в голове, вдруг там колеса квадратные, а направляющие петлями закручены, как на американских горках.

Но первым делом вспомнилось предложение гвардейца, и вот от этого отказываться не хочется. Дагне понадобится еще часик-другой на доводку и заточку, потому бежать сломя голову на участок смысла нет, а вот заскочить на тренировочную площадку самое время.

Обулся, подтянул лапти, выскользнул из дома и зашагал по еще пустой деревне. Прохладный сырой воздух обдувает лицо, и каждый шаг оставляет мокрый след на утоптанной тропинке. Хорошо, тихо, и ни одного бодрствующего идиота в округе, кроме меня.

На площадку пришел, когда солнце только начало показываться самым краешком над горизонтом, а там меня уже ждал одинокий инструктор. Стоял и разминался, перекидывая деревянный меч из руки в руку, и при виде меня молча поднял руку. Я ведь даже имени у него не узнал, а теперь спрашивать как-то стыдно.

Вот бывает такое, что познакомишься с человеком, общаешься с ним уже далеко не в первый раз, и понимаешь, что спрашивать имя неуместно, момент упущен. Но и обращаться к нему «эй» постепенно становится некультурно. Вот и выкручиваешься потом как можешь, слушаешь, как его называют другие.

А другие как назло тоже говорят ему «эй», и ты ждешь. А потом через полгода он тебе вдруг выдает «а как тебя, кстати, зовут?» и ты ликуешь! Гордо называешь свое имя, можно еще и с укором посмотреть, мол, столько общаемся, стыдно не знать. И продолжаешь ждать. Хуже, когда собеседник тебя уже «Серёгой» называет, а ты все еще слишком далек от разгадки.

– А говорил, не проснешься вовремя, – ухмыльнулся гвардеец, воткнув меч в землю острием.

– Да сам удивился, – честно признался я. – Но у меня время ограничено. Вот как солнце поднимется вон над тем деревом, и всё, побегу колеса строгать.

– Понял тебя, – кивнул он. – Но сперва мне надо кое-что уточнить насчет твоего пути, а то я не могу понять… – он задумался на пару секунд, подбирая слова. – Есть некоторые несостыковки. Я уже узнал, что у тебя скорее всего путь Созидания, это крайне редкий путь, и будь мы в любой другой ситуации, я был бы обязан доставить тебя к нашему великому лорду.

– Насильно? – я невольно поднял бровь.

– Вряд ли. – он усмехнулся, – Но я не думаю, что ты настолько глуп, чтобы противиться приказу лорда. Он и сам не станет приказывать, если в этом не будет острой необходимости. Но если она появится, то поверь, лучше будет помочь, ведь в любом случае он найдет способ убедить или заставить тебя.

– Ну посмотрим, как оно все пойдет, – отмахнулся я и мысленно прокрутил слова гвардейца в голове.

Сейчас рано об этом думать, да и не вижу особого смысла бодаться с лордом этих земель. Он ведь попытался помощь прислать, помощника своего лично отправил, и даже какие-то разведданные передал. Пока что не вижу в нем тирана или тщеславного бестолкового нарцисса, возможно вполне дельный мужик и с ним тоже можно работать. Не служить, конечно, но если потребуется помощь, почему бы и нет? Да и на город бы посмотреть, если честно.

– Ну так что? Как будем тренироваться? – перевел тему.

– Сначала скажи, нужна ли тебе Основа в работе, используешь ли ты ее? – он скрестил руки на груди. – Насколько я слышал, но это не точно, Созидатели могут насыщать материалы и инструмент Основой. Но тогда вопрос: что ты сделал с тем бедным чучелом? Нет, ты как созидатель мог усилить удар или свои руки, это любой практик может. Но почему чучело было уничтожено до основания, будто бы его разорвало изнутри?

– Спрашивать про путь неприлично, – напомнил ему.

– Но как учитель я обязан знать, – тот и бровью не повел.

– Да, Основа мне нужна в работе, но не так уж и много. – я помолчал и добавил, – Но не хотелось бы уходить с тренировки с пустыми запасами.

– Опустошать запасы полезно, парень, ты даже не представляешь насколько. – он покачал головой и прищурился. – Когда выжимаешь себя до последней капли и потом восстанавливаешься, ты растешь над собой. Медленно, по капле за раз, но растешь и иных методов практически нет. Только вот мало кто из практиков на это решается.

– А почему, если это так полезно?

– Как минимум потому, что для этого нужна полностью безопасная обстановка. В академии или в городе это обеспечить можно за счет гвардии. Тогда как здесь… – он обвел рукой пустую площадку и частокол вдалеке, – оставаться без запаса слишком рискованно.

– Ну логично, да, – кивнул ему и почему-то сразу вспомнил, сколько раз выжимал себя до нуля за последнее время. И насчитал довольно много.

– Ладно, сделаем вид, что ты просто обычный практик, – вздохнул инструктор и потер подбородок. – Скажем, путь связанный с ударной техникой. Так мне будет проще подобрать упражнения.

– Ну представим, да, – согласился я, хотя уже начинал понимать, что не только Созиданием, но и Разрушением в этом мире могут похвастаться далеко не многие.

Разные пути уже повидал, и много в них любопытного, но мало какие по-настоящему мощные. Есть стражники-практики, но у них простые пути, которые помогают в сражениях и охране, и не более того. Вот у Кейна явно что-то интересное, он двигается быстрее любого другого человека в округе. Чего там у старосты, даже представить не берусь, информация есть только со слов Вельта, и та обрывочная.

– Что-ж, в качестве первого урока, предлагаю тебе сразиться на деревянных мечах, – он подобрал второй из кучи учебного оружия и протянул мне.

– На мечах? – я покосился на увесистую палку в его руке. – Может я копье лучше возьму? Или топор? Мне почему-то кажется, что обращению с мечом надо долго учиться, чтобы получилось что-то хоть сколь-нибудь осмысленное.

– Правильно, – спокойно и медленно кивнул он, – но ты будешь учиться не столько навыку обращения с оружием, сколько правильной подаче Основы и концентрации. Ну и опять же, я в прошлый раз увидел несколько ошибок, а теперь хочу рассмотреть их повнимательнее, понять, как нам справиться с этими огрехами.

– Ну ладно, я ж не против. – Пожал плечами и взял деревянный меч в руку. Тяжелый, кстати, хотя настоящий железный может и потяжелее будет. Куда сподручнее было бы лопатой махаться, если честно, привычнее и баланс роднее.

– Готов? – он встал напротив в свободной расслабленной стойке, и даже по тому, как он держит оружие, видно, что мне тут ничего не светит.

Ну а чего тянуть? Вложил каплю Основы в ноги, оттолкнулся и прыгнул вперед с замахом, целясь ему в плечо. Воздух свистнул мимо ушей, площадка размазалась полосой, и меч уже почти достал его, когда гвардеец просто шагнул в сторону и плашмя тюкнул меня по спине. Легко, почти нежно, но по ощущениям будто бревном приложили.

Пролетел мимо, кое-как затормозил ногами и развернулся. Вот в чем проблема, разгоняюсь хорошо, а остановиться не могу, что-то вроде товарного поезда без тормозов.

Попробовал еще раз, на этот раз осторожнее, короткими шагами, без прыжка. Замахнулся сбоку, и гвардеец перехватил меч на полпути, заблокировал так легко, будто муху отогнал, и тут же ответил серией из трех коротких ударов, от которых я увернулся только от первого, а вторым и третьим получил по ребрам и по бедру.

Не больно, он явно контролирует силу, но обидно до чёртиков. Попробовал ударить быстрее, вложив чуть больше Основы в руки, и на этот раз меч мелькнул с приличной скоростью. Гвардеец заблокировал, но на лице мелькнуло что-то вроде одобрения, прежде чем он увел мое лезвие вниз, шагнул вплотную и ткнул кончиком меча мне в грудь.

Вот же сволота какая! Разрыв в мастерстве такой, что даже сравнивать бессмысленно. Но это ж тренировка, так что махал мечом дальше, хоть и всё без толку. Этот гад при этом даже не напрягался, будто одной рукой чай пьет. Каждый мой выпад он читал заранее, каждый удар превращал в пустоту, и каждый раз находил окно для ответа, причем такое маленькое, что я даже не успевал понять, откуда прилетело.

Нет, ну мастер, конечно, тут ничего не скажешь. Но я бы посмотрел, как ты от пушечного ядра будешь уклоняться. Впрочем, злобы при этом не возникало, просто действительно интересно насколько хорошо местные практики держат ядро.