Текст книги "Первый судья Лабиринта"

Автор книги: Алексей Кирсанов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 20 страниц)

Работники Конторы, люди, судя по всему, штатские, – испуганно скучились под столами.

Кто-то из стрелявших, вскрикнув, упал.

Внезапно грохот и беготня прекратились. Трибунальщики скрутили нескольких охранников и поволокли в соседнее помещение. Между рядами столов сновали серые тени: наш спецотряд методично обследовал шкафы, ящики и полки с личными вещами. Легко и грациозно, закинув оружие за спину.

Я стоял, не в силах двинуться с места.

Неожиданно рядом оказался Петер.

– Ну чего ты приперся? – сказал он с какой-то отрешенной интонацией. – А если бы зацепили?

Артура не было видно, как и Первого.

Да цел я, цел, и не потерял ничего.

Оставил в развалюхе пристегнутым, а теперь волнуется.

Петер вдруг посмотрел на меня заинтересованно.

– Пошли с нами, будешь представителем…

– Чего?

Петер кивнул высокому парню в черной маске и взмахнул рукой, словно ковшом экскаватора, собирающегося зачерпнуть невидимый грунт.

Парень обернулся и повторил жест. Ребята в камуфляже перегруппировались: несколько человек остались в зале, а четверо, включая высокого, ухватили за ручки тот странный предмет, который давно уже меня нервировал.

– Так что представлять-то надо?

– Мир ваш, рай бензиновый, – отмахнулся Петер. – Слышал про такое правило: «без представителя не вскрывать»?

Стало совсем неуютно…

– Кого не вскрывать? – почти прошептал я.

– Тьфу ты, пропасть! Да не «кого», а дверь. Без представителя наши действия будут считаться взломом.

Я хорош, хорош…

Вспомнились старые итальянские комедии, в которых герои таскали с собой старичка на инвалидной коляске. То бумаги подписать, то главного злодея опознать… Только у старичка в коляске был спрятан автомат да еще пара гранат – под пледом. Ну я тоже экзотично смотрюсь, все в камуфляже, а я в джинсах.

Так, организованной компанией, спустились мы в подвал по лестнице, да по пандусу, да еще за угол…

Вот умники, кто так прячет? У нас на фирме начальник кухню среди рабочих кабинетов прятал, так ни в жизнь не найти.

А тут чуть ли не стрелочки висят: тайник внизу.

Во-первых, выход на эту лестницу с кодовым замком, а остальные вообще не заперты.

Во-вторых, сама дверь в подвальное помещение «космическая» серебристая, щелей нет, сверху лампочки, с двух сторон камеры наблюдения. И мерцание перед ней еле заметное. Не знаю, что за поле, но соваться не рискнул бы.

Двое бойцов к ней подбежали, встали слева и справа, полупригнувшись…

Третий напротив, с маленькой коробкой в руках.

– Раз-два, гаси!

Легкая вспышка, в воздухе разлетелись серебряные «медузы», марево исчезло.

Бойцы подпрыгнули, сноровисто похватали «медуз» и запихнули их в коробку.

На тему «Охотников за привидениями» я зубоскалить не стал, не смешно. Руки у бойцов в блестящих перчатках, не сомневаюсь, что твари эти ядовитые. Одна из них полетела в нашу сторону, и Петер, не церемонясь, пригнул мою голову.

– Химия?

– «Бабочкина ртуть». Вещество, не имеющее состояния. Не твердое, не жидкое, не газ… Яд, растворяющий биомассу. Многие считают, что оно само живое. Использование запрещено, вывоз и вынос невозможен. – Из-за моей спины вышел Артур. Говорил спокойно – хорошо владел собой.

– Однако ж вынесли и вырастили, – нахмурился Петер.

– Они ответят за все, а за «Бабочек» отдельно. – Еще один тихий и нетерпеливый голос. Первый.

Я тоже выпрямился и выпятил грудь. За компанию.

Петер еле сдерживается, хоть по лицу эмоций не начитаешься.

Крыса злорадствует.

Циферблат затаился, но видно, готов весь мир скомкать, чтобы увидеть, уничтожить то, что за дверью…

Артур спокоен. Но так спокоен, что хочется держаться от него подальше. Это мнимое затишье.

И все почти не дышат.

Черный параллелепипед поставили перед дверью, двое в камуфляже снимают с него чехол.

Ровное гудение, жужжание, жужжание с визгом и писком, выше, выше…

Хоть уши зажимай! Вот-вот отвалятся…

Из стены вокруг двери аккуратно попадали кирпичики. Прямо к нашим ногам. Какие-то близко, какие-то долетели почти до пандуса. Как в сказке про козла и забор вокруг огорода: дверь на месте, а стены нет.

– Давайте сюда господина Латушкина, – проговорил Первый. – Пусть проходит внутрь, следом Пелганен, потом Онищук. Там передадите ему протокол, пусть подпишет и отойдет в угол. А вы приступите к осмотру. Артур будет диктовать, а Петер писать.

Меня подтолкнули в спину.

Пыль еще висит, не видно ничего. Не споткнуться бы…

– Может быть, стоит включить вентилятор? – спросил кто-то из трибунальщиков.

– Микроклимат нарушим, – вздохнул Первый. – Пусть идут осторожно.

Да, спасибо, хороший совет. Я чуть было не ударился о черный параллелепипед. Интересоваться, выключили они свою жужжалку или нет, не стал. Лучше мне не знать, а аккуратненько обойти ее справа…

Переступить через обломки стены, не чихнуть, не чихнуть, как же чешется нос, Ап… Ап… Ап…

Резкий тычок в спину.

– Не вздумай! – Артур хладнокровен, но безжалостен.

Чихать расхотелось, видно, выбил пыль обратно.

– Подпиши.

Бумага и перо в руках, что там подписывал – не знаю. Возможно, приказ на самоликвидацию, но в тот момент мне хотелось только одного: скорей, скорей на воздух!

Я едва успел разглядеть агрегат, напоминающий то ли компьютер, то ли аппарат УЗИ.

– Время: тринадцать пятнадцать. Начало осмотра. В комнате находится неизвестный предмет цифровой техники, состоящий из… – Артур проследовал в центр комнаты.

– Не трогай ничего, паленый феникс!

Артур дернулся. Я не поверил своим глазам: этот хладнокровный трибун может чего-то испугаться?

Он обернулся и посмотрел на толстого человечка, скатившегося по пандусу вниз.

– Да, я тебе говорю! Не трожь! И вообще – убирайся! И все убирайтесь, что за самоуправство. Тонкими вещами мы здесь занимаемся, не для носителей вязанок дров и поджигателей…

– Простите, господин Лебедев, но мы должны разобраться с этим предметом, – твердо сказал Первый.

– Не прикасайтесь! Сейчас я подойду и сам включу, вы можете его испортить!

Он засуетился, проскочил по кирпичам к стене и неловко задел ящик со стеносносом. Попал прямо ногой в петлю провода, как заяц в капкан. И полетел на пол.

А длинное жужжащее орудие, напротив, поднялось.

И само застрекотало.

– Бежим! – крикнул кто-то из бойцов.

Орудие было направлено почти вертикально вверх.

В потолок, который тоже кирпичный. Прямо над Главным дознавателем.

Я понял, что сейчас произойдет, и прыгнул к Артуру.

Едва успел оттолкнуть его. Не устояв на ногах, он рухнул на пол. Я упал сверху и закрыл голову руками…

С потолка полетели кирпичи. На нас, на Лебедева, на Первого, на Крысу…

Я был уверен, что выжили в этом кирпичепаде только мы двое.

* * *

– Станислав, ты меня слышишь? Можешь двигаться? – голос Онищука прозвучал над самым ухом. – Отпусти Артура, разожми кулаки, вот так…

Я послушно встал.

Посреди помещения высилась огромная гора битого кирпича.

Онищук присел рядом с Артуром и бережно приподнял его голову.

– Ничем тебя не возьмешь, ни огнем, ни кирпичом, – с облегчением засмеялся он и добавил уже мне: – Спасибо!

Артур открыл глаза и перевел взгляд с Петера на меня.

– Живы? Кто?..

– Ребята отскочили. Там остались Крыса и…

– …и Первый?

В голосе Артура прозвучало столько боли, что я вдруг понял, как эти люди привязаны друг к другу.

– Сейчас разберут завал, но он стоял в самом центре… Встанешь?

Артур поднялся на ноги, застонав.

– Задело немного. Что же они медлят? Если еще можно успеть…

– Вряд ли…

Трибунальщики быстро разгребали кирпичи.

Дальний край кирпичной кучи зашевелился, мелкие осколки поползли вниз, и мы услышали ядреное чертыханье.

Из горы показались ноги и край черной накидки. Крыса.

– Алекс, осторожно! – Петер бросился к нему.

– Подержите дверь, – прокряхтел Крыса. – Там этот еще… Ругается, гад.

Я тоже подскочил к ним и ухватился за край сорванной двери. Под ней, как под крышкой подвала, осталось свободное пространство. Оттуда уже выбрался Алекс-Крыса, а следом тащился Лебедев.

Матерился и в самом деле отчаянно. Причем направленно: в адрес Циферблата в основном, но и Пелганену досталось.

– Вы за все ответите, за все! Маньяки! Инквизиторы! Дремучие дикари!

Дверь сдвинули, Крыса схватил Лебедева за шиворот и потащил. Откуда только силы взялись?

Тот с гневом стряхнул руки спасателя.

– Отпусти, придурок. Я сам. Черт, мои ноги! Дай руку! Да не ты, тьфу, вон ты, да, чего смотришь? Тоже рад? Вместе с этими? За сколько они тебя купили? Или ты тоже «за идею»? – последние два слова были произнесены на редкость мерзким тоном.

Бешеные глаза, искривленные в гневе губы, обрюзгшее лицо в крупных складках. И безвольная потная рука. Даже прикасаться не хочется. Онищук с Крысой нацепили на Лебедева мои браслеты и оттащили его в сторону.

…Первый лежал под завалом.

Его вытащили из-под битого кирпича, стряхнули с лица пыль, Артур бросился к нему, пытаясь что-то сделать…

– Оставь… – Петер положил ему руку на плечо. – Максу уже не до нас. Первый судья теперь ты.

Он тяжело вздохнул и отошел.

Артур все держал Циферблата за руку…

– Здесь скоро будет милиция из «бензинового рая», – злорадно заметил Лебедев. – Они за ваше самоуправство быстро расквитаются.

– Заткнись, гад! – рявкнул всегда такой спокойный Онищук. – А то хребет перебью!

И в этот же миг помещение вновь наполнилось людьми.

Артур очнулся и кое-как встал на ноги.

– Продолжайте осмотр, – скомандовал он. – Этого – уведите. К нам.

Говорил он достаточно спокойно, но я представил, сколько скрывается под этим «к нам».

К нам – в Лабиринт.

К нам – в Трибунал.

К нам – в подземелье.

К нам – на суд.

К нам – за расплатой.

Не хотел бы я оказаться на месте Лебедева…

– Что его ждет? – потихоньку спросил я Петера.

– Циферблат бы портировал. А Артур в живых оставит. Займет «общественно полезным» трудом, – сплюнул Петер.

– …Группа тоже может возвращаться. Оставьте двоих людей на поиски Дэна Щемелинского и двоих для Всеволода Сергиенко. Онищук – проследи, чтобы у шефа… – у Артура снова предательски дрогнул голос. – Была достойная дорога до дома. Алекс – отправляешься назад с группой, отвечаешь за доставку Лебедева. Станислав, а ты… свободен.

* * *

Свободен я, как же.

Убитый горем Артур – честное слово, не шучу – не сообразил сразу, что два, даже четыре человека в чужом мире не найдут абсолютно ничего. Их навороченная поисковая система у нас не работала.

Конечно, я никуда не пошел. Андрей ведь неизвестно где, и я за него волнуюсь, черт возьми.

А тут еще местная секретарша Лена добавила шороху. Узнав, что мы ищем парня по имени Андрей, работавшего в Конторе, она рассказала мне совершенно экшеновую историю. Оказывается, Андрюха за какой-нибудь час до нашего прихода устроил тут грандиозный пожар. Ностальгия по кострам замучила, что ли? Прибор хотел сжечь, не иначе. Вызывали МЧС, ментов, короче говоря – творилось тут нечто неописуемое. И как только мы с ними не столкнулись! Сам Андрюха сбежал на машине, и Лена ему в этом помогла.

Джеймс Бонд, мать его…

Я поделился этой историей только с Артуром. Мало ли чем все закончится, зачем зря будоражить людей.

Уговорил бывшего шофера Лебедева – Колю – помочь, и на квартиру к Андрею мы на всякий случай сгоняли. Трибунальский спец даже осторожно вскрыл замок. Естественно – никого.

Ну и где теперь искать? В милиции? В канаве? По дорогам страны? Мобильник, конечно, не отвечает, знакомых тут у него нет…

Надо было что-то придумать, но в голову ничего не лезло. На Артура лучше вообще не смотреть, выглядит измученным и как будто постарел лет на десять.

…А вот Дениса Щемелинского нашли очень быстро. В морге судмедэкспертизы. На опознание ездили втроем – Эдуард, Петер и я, как местный. Не знаю, как они там договаривались о выдаче тела. Как вообще можно решать такие вопросы с представителями других миров? Но как-то все устроилось, меня не посвятили.

Несчастливый выдался день. Вернее, вечер, почти уже ночь.

Проход между мирами зиял открытым. Перегородку мы повредили, еще когда приземлялись, а взрыв снес ее окончательно. Народ на той стороне просто разбежался, хорошо, что не задели никого.

Циферблата унесли, группа, приведя здесь все в относительный порядок, отправилась восвояси.

Портальщики с разрешения Артура забрали прибор, чтобы провести у себя в институте полный анализ. Раненых охранников отправили к эссенциалистам, часть служащих Конторы арестовали, остальных отпустили по домам. Эдуард уехал заниматься похоронами, и только мы втроем – Артур, Петер и я – сидели в Конторе и куковали, ломая головы, что делать дальше. Петер специальной штуковиной зарядил мне аккумулятор в мобильнике, и я догадался позвонить Светиным родным, сообщив, что все в порядке и завтра дочь, сестра и мать вернется домой. Подумав, я спросил: как там Катя. «Спит», – удивилась Светина мама.

Ребенок на месте, мир все тот же. Значит ли это, что мы еще когда-нибудь увидим Андрея?

Ночь все тянулась, пока тишину не разорвал телефонный звонок…

ГЛАВА 10
Стечение обстоятельств

Андрей плыл какое-то время под водой. Когда воздуха не хватало, выныривал, делал очередной вдох и вновь погружался. Наконец совершенно обессиленный нащупал ногами дно. Бредя по шею, потом по грудь, по пояс, по колено, заковылял через камыши к высокому берегу.

Недалеко от воды, с тремя палатками, гитарой и костром – все, как положено туристам, – расположилась молодежь. Две девушки и шестеро парней, двое из которых – совсем юные подростки. Появления Андрея прямо из реки в прилипшей к телу набухшей одежде восприняли неоднозначно.

– Ой, блин, гляньте, хрен какой тащится! – заверещал стриженный чуть не наголо очкастый мальчишка, тыча пальцем в сторону пришельца.

– Обдолбанный небось, – подхватил парень с гитарой.

– Да вы что, ребята, может, ему помощь нужна! – забеспокоилась одна из девушек, платиновая блондинка, вытягивая шею.

– Может, ты и займешься? – с подозрением спросил ее кавалер, швырнув в кучу мусора банку из-под пива.

Андрей с трудом вылез на берег и подошел к костру.

– Ребята, извините. Мне только обсохнуть. Не помешаю?

Он присел у огня, протягивая руки.

– Вроде не «нарик», – пробурчал любитель пива.

– Да снимай все, девчонки отвернутся, – миролюбиво предложил гитарист.

Секунду подумав, эссенс стал расстегивать рубашку.

– Андрей? – вдруг неуверенно окликнула его девушка, та самая, которая хотела помочь.

– Да… Мы знакомы?

Эссенс перевел взгляд на девчонку, силясь припомнить. Голова очень кружилась.

– Я Вера. Помните, в парке? Вы еще с другом были и с братками дрались.

Все посмотрели на Андрея с любопытством, и только спутник Веры – с неприязнью.

– А… да, да. А вы там…

– Гуляла! – поспешно закончила Вера. Ее тогдашнего увлечения не было среди собравшихся.

Андрей стянул мокрую рубашку и повесил на нижнюю ветку ближайшего дерева.

– Что ты в реке-то делал, орел? – со все возрастающим подозрением спросил новый кавалер Веры.

– Не поверите, – усмехнулся эссенс, усаживаясь к костру. – От милиции убегал.

– Ы-ы-ы!

– Что, правда? – понеслось со всех сторон.

– Не люблю ментов! – сквозь зубы процедил парень с гитарой.

– Я тоже… не очень, – улыбнулся Андрей.

– Да ты брюки-то сними, не стесняйся. Пацаны, притащите ему спальник… – кивнул гитарист подросткам. Те кинулись в палатку.

Андрей поднялся было, резко выпрямившись, но в этот момент силы окончательно оставили его, и он рухнул в нескольких сантиметрах от костра.

– Ох ты, блин, не было печали… – Музыкант бросил гитару и кинулся к упавшему.

– Бедняжка…

– Вот на нашу голову подарочек, – загалдели вокруг, окружая Андрея.

– Народ, гляньте! Менты! – крикнул один из пацанов, тащивших спальник.

Действительно, вдоль берега неторопливо двигалась бело-синяя «десятка».

– Не люблю ментов! – зло повторил гитарист. – Так. Давайте в палатку этого… Андрея. А ты, Верка, рядом ложись и обнимай его. Спальником только накройтесь.

– Да я… – начала было Вера, но ее никто не слушал. Авантюра всем понравилась, даже ее кавалеру. Эссенса поспешно перенесли в палатку, девушку втолкнули следом.

Когда подоспела милиция, картина была более чем безмятежная.

Вокруг уютного… мангала расположилась культурная молодежь.

Белобрысый парень бренчит на гитаре, еще четверо нестройно подвывают. Чуть в стороне к кусту жмется парочка. Мусор сложен в огромный непрозрачный пакет.

Идиллия.

– Я любил и ненавиде-ел… А теперь душа пуста-а-а! Все исчезло, не оставив и следа! – орали парни.

Очкастый мальчишка отбивал такт двумя деревяшками.

– Так, ребята, заканчиваем музыку! – стараясь казаться суровым, заявил младший мент. – Вы тут мужика не видели?

Гитара смолкла.

– Какого мужика? – За всех спросил кавалер Веры.

– Мокрого такого. Никто не подходил? – продолжил второй милиционер.

– Нет!

– Не-а!

– Не было никого! – на разные голоса затянули присутствующие.

– А в палатке кто? – спросил лейтенант больше для проформы. Он не верил, что они найдут беглеца.

– А там моя сестра с женихом! – не моргнув глазом ответил кавалер Веры.

– Попросите их подойти сюда! – потребовал второй мент.

– Э… ну… вы понимаете, момент несколько… неподходящий, – картинно развел руками «брат» Веры.

У палатки и в самом деле явственно подрагивали стены.

– Нашли время трахаться! – буркнул лейтенант, отворачиваясь.

– Да они же никому не мешают!

– И ничего не нарушают! – раздались голоса.

– А ну, документы! – рявкнул старший мент.

Молодежь с готовностью полезла в рюкзаки.

Все присутствующие оказались гражданами России и с московской регистрацией.

– Ладно, хрен с ними, пошли! – вздохнул старший.

Как только машина скрылась за деревьями, из палатки выскочила Вера.

– Уехали? Ф-фу-у! Я вся перетряслась!

– Да ладно! Небось нехило перетряслась! – заржали парни.

У Вериного кавалера звякнул мобильник. Он отошел посмотреть сообщение.

– Да ему плохо совсем! Повезу-ка я его домой! – говорила в это время девушка.

– Может, лучше в больницу? – с сомнением отозвался гитарист.

– Да он без документов, кто его примет…

– Ну «Скорая»-то возьмет…

– Нет, лучше ему в тепле полежать, в спокойной обстановке! – уверенно заявила блондинка.

– Помочь? Давай до «мерса» донесем, – неожиданно предложил ее вернувшийся парень. – Помогайте, ребята!

– Н-ну..

– Поможем, конечно… – обескураженно откликнулись несколько голосов.

Толпа ринулась в палатку. Андрея дружно подхватили и понесли к машине. Вера семенила следом.

И только когда «Мерседес» отъехал, гитарист многозначительно покрутил пальцем у виска:

– Женек! Ты че?!

Женек выхватил мобилу и яростно по ней застучал.

– Да у меня – жена! CMC прислала! Она с дитем сегодня из Анапы возвращается, я их встретить должен в аэропорту. А Верка мне голову заморочила, я и перепутал, думал, что завтра…

Он подхватил рюкзак и ринулся складывать палатку, бросив на ходу:

– Пока, ребята! Полетел я…

Остальные вернулись к мангалу.

– Давайте допоем, что ли? – предложил гитарист.

Все согласились.

Вновь зазвенели струны, а над рекой понеслось:

– И не знает боли в груди осколок льда-а-а…

* * *

По дороге Вера заехала на заправку.

Когда она выходила из машины, Андрей пришел в себя, спросив, где находится.

– У нас бензин кончился, я сейчас, – проворковала девушка, со смесью жалости и обожания глядя на эссенса.

– А… – сказал Андрей и снова уронил голову на спинку сиденья.

Наливая полный бак, Вера с беспокойством поглядывала на не подающего признаков жизни мужчину. Уж не поторопилась ли она? Может, прав был Юрик-гитарист, надо было отвезти Андрея в больницу и не мучиться?

На подъезде к городу попали в пробку.

– Ой, ну что такое! – захныкала Вера, отчаянно давя на клаксон.

– Чего сигналишь, дура! И так тошно! – заорали со всех сторон. Она обиженно надула губы и подняла стекло.

Выходные, ничего не поделаешь…

– И поговорить-то не с кем, просидишь в этой пробке до ночи! – упрекнула Вера Андрея. Он не услышал ее и не ответил.

– С мужем поссорилась, Лешка в командировке. Лучше б я с Женей осталась!

Вера заламывала руки, проклиная проблемы на дорогах и злую судьбу.

Пока ползли черепашьим шагом, – стемнело.

Андрей еще пару раз открывал глаза, бормоча что-то невразумительное.

В тот момент, когда спасительница почувствовала себя полностью несчастной, застрекотал сотовый.

Звонил уехавший на дачу муж.

Обрадованная Вера нажала кнопку.

– Да, Пашенька?

– Верунчик! Прости меня, а? Я был не прав. Все моя глупая ревность, но ты же знаешь, как я тебя люблю! Давай мириться!

– Да! Да! Давай! – почти закричала девушка с облегчением. – Я тебя тоже очень, очень люблю!

Слава богу! Не придется коротать вечер в одиночестве.

– Я сейчас приеду! – обрадовался Паша.

– Нет-нет! – испугалась Вера.

Надо было сначала решить проблему с Андреем.

Неизвестно, каким образом…

– Почему? – удивился муж.

– Я тут в пробке, Пашенька! Меня нет дома! Давай я сама приеду? Собственно, я уже еду! – застрекотала девушка, не давая мужу опомниться.

Наконец машины тронулись.

– Едешь? Ко мне? Да ты моя прелесть! – растаял Паша.

Вера ехала в противоположном направлении.

– Только тут очень-очень большая пробка! Встала, как проклятая! – продолжала кричать Вера, влетая в город на скорости сто километров в час.

– Ничего, дорогая. Я пока…

Связь прервалась.

Вера проехала развилку и остановилась у обочины.

Она перегнулась в промежуток между передними сиденьями, пытаясь растормошить эссенса.

– Андрей! Андрей, проснись! Ты где живешь?

Андрей лежал, как мертвый.

Вера задумалась.

…Тогда они подвозили Стаса. Где обитает Андрей, осталось неизвестным.

А Стас живет на улице Юности, в новой высотке…

Вера еще не приняла никакого решения, но ключ в зажигании уже повернула.

Выехала на центральный проспект, затем – на улицу Юности. Отвезти Андрея к Стасу проще, чем подвозить в больницу. Там не избежать объяснений.

Квартиру она, конечно, не знает. Знает лишь то, что Стас живет на последнем этаже.

Но в башне не меньше четырех квартир на площадке. На что она надеется?

Вот и дом. Вера завернула во двор, к самому подъезду.

Остановив автомобиль, вновь взглянула на Андрея.

Все глухо.

Она вышла из машины и задрала голову.

Вон он, последний двадцать третий этаж. Замок на входе, конечно, кодовый.

Время позднее, и вероятность, что кто-то выйдет или войдет, – призрачно мала.

«Думай, Вера, думай»! – энергично потирая виски, забормотала девушка.

Вспомнила! Стас говорил, что с балкончика видно новый город. Значит, две квартиры отпадают: из их окон четырнадцатый-двадцатый районы не увидишь…

Вера нерешительно подошла к двери.

«Квартиры 1 – 192», – прочитала она.

Разделить в уме сто девяносто два на двадцать три было делом нереальным. Пришлось действовать методом подбора, и «четыре» через несколько минут получилось.

– Значит, сто девяносто первую и сто девяносто вторую, без вида на новые районы, отметаем… Остаются две…

Вера отошла на несколько шагов и еще раз задрала голову.

Ну да, все правильно. У тех окна на правую сторону, а надо – на левую…

Если, конечно, расположение квартир по часовой стрелке. А то сейчас строят так, что…

И время – двенадцатый час. Люди ведь и спать могут.

Вера на секунду зажмурилась, потом решительно вернулась к подъезду и набрала «189». Она готовилась услышать долгие гудки, а потом сонное бормотание и отборную ругань.

«Если не получится, поеду в больницу», – вздохнула девушка. Времени мало, Паша опять начнет подозревать ее во всех смертных грехах…

– Да-а? – услышала она довольно бодрый мужской голос.

– Здравствуйте! Я ищу Стаса!

– Его дома нет, – заявил тот же голос.

Какая удача! Она угадала квартиру! С первого раза! Но что дальше?

Что делать?!

– Ой, мне он очень, очень нужен! Вы даже не представляете – как!

– А вы кто?

– А вы?

В домофоне хрюкнули.

– Его брат!

Вера на миг запнулась. Братья ведь могут и не знать всех приятелей друг друга.

– Понимаете, у меня тут… проблема. Тут его друг, в машине, Андрей. Вы знаете Андрея?

Домофон задумался.

– По-моему, нет. А что случилось-то?

Вера в отчаянии топнула ногой.

– Да разве сразу объяснишь…

– Поднимайтесь! – согласился брат, домофон запиликал. Вера потянула за ручку и проскользнула в подъезд.

Скоростной лифт быстро домчал ее на последний этаж. Дверь квартиры «189» была приоткрыта, из нее выглядывал молодой светловолосый парень в очках, весьма похожий на Стаса.

– Заходите…

Вера вошла в прихожую, здороваясь с высокой, довольно полненькой темноволосой девушкой.

– Понимаете, там внизу друг Стаса. Он без сознания и не может сказать, где живет. А мне домой надо, меня муж ждет…

Кирилл мало что понял из этой каши, кроме одного: Стас действительно не помешал бы.

– Сейчас я ему наберу, – прервал он Верины причитания, вынимая телефон. Все с надеждой ждали.

– Короткие гудки! Это уже что-то. Четверо суток был недоступен… Пошли посмотрим на этого Андрея.

Вера, Кирилл и девушка спустились во двор.

В машине, которую Вера даже не закрыла, все так же полулежал на заднем сиденье эссенс.

Кирилл распахнул дверцу и просунул голову в салон.

– Поджатый, что ли?

– Нет, он трезвый. Он… чуть не утонул. Я его не очень хорошо знаю, всего один раз видела со Стасом…

Стаса, впрочем, Вера видела ничуть не больше.

– Я бы его в больницу отвез. Сейчас еще раз попробую Стаса набрать…

Кирилл снова поколдовал с телефоном и через некоторое время уже орал в трубку:

– Ну где тебя носит, а? Да щас еще, очень надо мне волноваться. Тебя здесь девушка ждет и парень…

– Андрей, скажите, что – Андрей, – Вера прыгала вокруг, пытаясь крикнуть прямо в телефон.

– Да не знаю я его, Андрей какой-то… Андрей, да… Да чего ты орешь, кретин? Приезжай и забирай своего друга, ты где? А… Ну, давай, ждем. Сейчас будет, минут через пятнадцать…

Последнее было сказано уже Вере.

…Когда ровно через четырнадцать минут к подъезду подлетела зеленая «Мазда» одного из служащих Конторы, доставившая Стаса и Артура, Андрей был еще жив.