Текст книги "Наследство мага (СИ)"

Автор книги: Алексей Гулин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 27 страниц)

Шарби подобрался, но человек не заметил этого.

– Через день… Я могу и не успеть. Может, договоримся через три дня?

Человек кивнул.

– Как тебе будет удобно.

С этими словами он развернулся и вошел в стену, выходящую на улицу, как нож в масло. Шарби ахнул, но понял, как тот проник в комнату, не потревожив Черныша. Нужно было что-то делать… Он выдернул ящик стола, схватил несколько ауров и ампул «вспышки», лежавших там, сунул кинжал в ножнах во внутренний карман, выгреб из другого ящика все бумаги Мастер-Лорда, положил их в дорожную сумку и побежал вниз. На первом этаже он столкнулся с Балорой.

– Пойдем, все объясню! – шепнул он ей и направился к лестнице в подвал.

– Мне надо уходить… Дело Мастер-Лорда, убившее его самого, теперь стало опасным и для меня. Меня нашли смертельно опасные люди. Постарайся ничего не говорить Свеве и Менсе и как можно реже общаться с посторонними людьми. Я боюсь за вас, и, если вы не будете знать, где я, и других подробностей, вас никто не тронет. До свиданья, я вас люблю!

– До свиданья, Шарби… – растерянно ответила Балора.

А Шарби тем временем нырнул в схрон. Сейчас можно ожидать, что за домом следят. Он заколебался, стоит ли воспользоваться «вспышкой» и защититься от чтения мыслей. Вряд ли там будет человек, способный чувствовать чужую силу, как он сам. А вот маг может читать мысли всех на достаточном расстоянии… С другой стороны, волшебник не смог прочитать его мысли. Или не захотел? А можно ли почувствовать «вспышку» как волшебную силу? Шарби окончательно запутался и решился все-таки использовать «Вейен товонок». Теперь бумаги… Смогут ли их найти здесь? Но других вариантов не было. Давать кому-нибудь, даже Калши, – особенно Калши – нельзя. Они значили смерть для любого, кто прочитает их. Время Калши еще не пришло, и такому риску он его не подвергнет. Значит, бумаги надо положить в дальний тайник, он сухой, и они будут там в безопасности.

Выбравшись из потайного хода, Шарби нервно огляделся. Никого… Но это ничего не значило. Соглядатаи могли быть где угодно. Они должны были наблюдать за домом, а ход выводил на помойку… Шарби сжал кулаки так, что ногти впились в ладони. Выбрать путь к башне посложнее, сконцентрироваться на руках так, как будто кроме них нет ничего на свете и вперед!

Ему никто не помешал, никто не встретился по пути, кроме патруля стражи. Стражники не заметили его, и он добрался до Башни с ощущением, что за ним никто не следил. Была глухая ночь и Калши будить ему не хотелось, тем более, что он был так напуган, что мысли путались. Что делать, он не знал, но ему на выручку пришел дежурный маг:

– Если дело у тебя не срочное, переночуй в покоях Мастер-Лорда. Там все осталось нетронутым.

Шарби сумел только благодарно кивнуть и опрометью помчался наверх – уснуть, забыться, освободиться от пережитого ужаса. Он кое-как, не зажигая света, добрался до своей бывшей комнаты, рухнул на кровать и неожиданно для себя немедленно уснул. Проснулся он от чувства, что рядом кто-то живой. Вчерашний кошмар был забыт и он спокойно осмотрелся. За столом сидел Калши и читал какую-то книгу при свете маленького настольного светильника.

– Мог бы и раньше разбудить, – сказал ему Шарби.

– Ты пришел слишком поздно и спал слишком крепко, а в твоем комоде я нашел книгу о веселом фермере и великане… Ты знаешь, это сказка была первой, какую я прочитал сам. Отец начал мне ее читать перед сном, но прочитал немного, а наутро мне так хотелось узнать, чем закончилось дело, что я взял и стал читать ее сам. Буквы я уже знал все, но читать еще не пробовал. Это было трудно, но к вечеру я ее закончил… – Калши ласково погладил обложку. – Она была в точности такой же… Но это все ерунда – что случилось?

Шарби вздрогнул, когда пережитое вновь навалилось на него, но постарался, чтобы его рассказ был подробным и кратким.

– Значит, ты говоришь, что он прошел прямо сквозь стену… – внезапно Калши подобрался, а взгляд его стал напряженным. – Это – один из главных секретов Ордена Красной Бури! Во время войны Орден Красной Бури был, пожалуй, самым главным нашим противником. Хотя они никогда не проявляли непосредственной враждебности по отношению к Ордену Пепельной Луны, они стремились уничтожить королевскую власть как таковую. Наше счастье, что наш Орден был вторым по силе, а все остальные недооценили возможности боя смешанными группами: маги и воины.

– Вот почему охранники у порталов сидят в доспехах, – кивнул Шарби.

– Да. Доспех защитит от любого оружия, а маг защищается от магии.

– А как мы смогли уничтожить самый сильный Орден?

– А мы его и не уничтожали. В какой-то мере, он существует до сих пор.

Шарби вытаращил глаза от удивления. Удивление заставило его даже забыть о пережитом страхе.

– Да, это Орден Черного Алмаза. Он объединял в себе величайших магов того времени. Но их не интересовала власть, не интересовало влияние, ничего – кроме знания. Все битвы не затронули их, и когда война закончилась, мы смогли договориться. Многие из молодых магов перешли в наш Орден. Война погубила чуть ли не половину нашего Ордена, и их появление было просто спасением. А остальные остались в своих резиденциях, удаленных от поселений. Они просто пообещали никого не принимать в свой Орден, а заниматься изысканиями. И обмениваться с нами информацией. Далеко в горах, на границе с Пустошами, стоит башня из черного гранита, воздвигнутая не инструментами, а магией. В ней живет последний оставшийся волшебник Ордена Черного Алмаза. Ему уже почти двести лет – немыслимый срок, а он все еще не собирается умирать, хотя ноги и руки почти не повинуются ему. Ему служат несколько слуг, а королевские чиновники исправно подвозят туда все необходимые припасы. Но когда-нибудь он все равно умрет, и только тогда наш Орден останется единственным.

– А какие секретные заклинания у них есть?

– Они уже давно не секретные. Именно Орден Черного Алмаза научился контролировать сны и воздействовать на эмоции и желания.

– Значит сказки не врали? И маги из черных замков могли вызывать любовь?

– Частично. Орден избегал других реальностей, его члены предпочитали жить в замках своего излюбленного цвета. Но в одном сказки были неправы: никакие деньги злых богачей не могли заставить волшебников Ордена Черного Алмаза что-то делать. Они могли очень многое – но только тогда, когда считали это нужным.

– А нашему Ордену это доступно?

– Да. Их знания – наши знания и наоборот.

– А ты?..

– Я обучаюсь этому. Такие вещи могут знать только Мастера.

– Это все интересно, но насколько глубоко этот маг мог проникнуть в мои мысли?

Калши улыбнулся.

– Чтение мыслей – тайна нашего Ордена. Никто, кроме нас, никогда не мог читать чужие мысли. И защищаться от чтения мыслей – тоже. Если он владеет тайнами другого Ордена, то, скорее всего, наших тайн он не знает: для этого надо быть либо нашим Мастером, либо избранным волшебником.

– Тогда почему мы не смогли узнать все вражеские тайны? – удивился Шарби.

– Проникновению в чужие воспоминания научился Орден Черного Алмаза, после того, как мы научили их читать мысли. Кроме того, не забывай, что взять мага в плен практически невозможно, если только он не сдастся добровольно, или не будет абсолютного превосходства в силах, а прочитать воспоминания прямо в сражении не получится. Даже если бы мы могли это во время войны, вряд ли бы мы смогли что-нибудь сделать.

– Что ж, и то хорошо, – вздохнул Шарби.

– Ты собираешься отсидеться в башне?

– Нет. Убийца Мастер-Лорда приехал из столицы – значит, мне надо туда. Я уже собирался ехать, теперь это нужно сделать немедленно. Ты сможешь изменить мою внешность? Так, чтобы это продержалось дня два?

– Да. Даже дольше.

– Лучше подольше, неизвестно, что будет в дороге, насколько серьезно меня ищут.

– Я могу сделать все, но почему бы тебе не остаться у меня? Тут ты будешь в полной безопасности.

– Я знаю. Но теперь, когда наши враги знают обо мне, нельзя терять время. В конце концов, самого убийцу могут уничтожить, а если в дело вмешался маг – то и тело его может исчезнуть без следа. Мне надо торопиться.

– Как скажешь.

Калши подошел к мальчику и положил ему на лицо ладони. Он простоял неподвижно несколько секунд.

– Зеркало в прихожей, да?

Шарби кивнул. Из большого зеркала на него глядел незнакомый мальчик, темноволосый, с большими карими глазами и переломанным носом. Кожа его была сильно загорелой.

– Здорово! – выдохнул он. – Теперь меня точно никто не узнает! А снять досрочно я его смогу?

– Наверное. Сейчас я принесу книгу с нужным заклинанием.

Калши прибежал очень быстро. Шарби с почтением взял старый рукописный том: раньше заклинания ему писали в тетрадку. Кроме самого заклинания и символа в книге были пространные рассуждения о происхождении этого заклинания, примеры его применения и сходные заклинания, названия которых ничего не говорили Шарби.

– Да, еще, на всякий случай. Ты не знаешь, те, кто чувствуют чужую Силу, они могут почувствовать использование «вспышки»?

– Насколько я знаю, нет. В принципе, неплохо бы это исследовать, благо есть ты, но не думаю, что у тебя сейчас есть желание и время.

– Да… Мне надо уходить.

– Удачи… Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

– Абсолютно! – заверил юношу Шарби.

Сев на корабль, идущий в Каргер, мальчик окончательно расслабился. Вот теперь-то его точно никто не найдет! Подвесная койка в трюме, право находиться на палубе и хорошая погода вполне поспособствовали тому, что его настроение улучшилось и спать он лег вполне спокойно.

…Камера была пуста – один только камень, да тусклая лампа на потолке. Не было даже двери – она была не нужна тому, кто прошел через стену.

– Неужели ты думаешь, что от меня так легко уйти? – волшебник щелкнул пальцами, и магия Калши спала с мальчика.

– …Проснись… Проснись! Ты кричишь! – Шарби очнулся от того, что его трясли за плечо.

– Спасибо, – заикаясь произнес он.

– Кошмар приснился? – участливо спросил его сосед по койке.

– Да, извините…

– Ну, что ты, это же от тебя не зависит. Ложись, спи. Пусть тебе приснится что-нибудь приятное…

Но Шарби так и не уснул до самого утра. Днем он немного подремал, а ночью кошмар снова повторился. На этот раз Шарби проснулся сам и даже никого не разбудил, но теперь ему стало понятно, что количество проблем увеличилось…

Шарби постарался сойти с трапа корабля незаметно для окружающих. Он знал один укромный уголок и немедленно забился туда. Посмотрев на свои руки, он вздохнул: магия Калши была очень сильной, значит, придется тратить «вспышку». Шарби побаивался того, что у него не хватит сил снять с себя заклинание. Но, к его, удовольствию, все сработало правильно, и он вновь увидел себя таким, как на самом деле. Осталось семь ампул. Стоило бы, на всякий случай, посмотреться в зеркало, но Шарби не стал искать зеркало, а пошел выбирать караван подешевле.

В большом городе найдется все или почти все – караван не стал исключением. За два аура Шарби получил место на мешках с крупой. Телега скрипела, сильно раскачивалась, мерин, который ее вез, казался умирающим – но Шарби ехал и ехал по направлению к столице. Хлеб и вода на остановках, ночевки под телегой, благо дождей не было – жить вполне можно, хоть и некомфортно. До столицы мальчик добрался без приключений.

Шарби вышел сразу же, как маленький караван проехал через городские ворота. В первую очередь ему нужна была «вспышка», а уже потом – все остальное. Зельевара, который согласится ему помочь лучше всего искать на окраинах. Там и клиентов поменьше, а, значит, и доходов меньше, и люд подозрительный ходит – значит, и он чрезмерного внимания к себе не привлечет. Через несколько минут ему на глаза попался чуть покосившийся дом с вывеской «Зелья Браилиона». Внутри обнаружился смуглый, кудрявый немолодой человек явно с примесью южной крови и неожиданно тяжелым взглядом.

– Это вы – Браилион? – спросил его Шарби.

– Да. Что ты ищешь?

– Зелье. Для его приготовления берется человеческая кровь, пережженные в порошок кости, янтарь… Продолжить или этого достаточно?

Зельевар отшатнулся.

– Это запрещено!

– Для продажи – да. Но вы можете продать мне подготовленные ингредиенты и предоставить доступ к своим инструментам. Кровь я возьму свою.

– Кто ты? – понизил голос Браилион, сверля Шарби взглядом.

– А это имеет значение? Я не подбиваю вас на что-то противозаконное. Продать все нужное для «вспышки» – разрешено. Сделать ее самому, если умеешь – тоже. Я умею. Да, я бы хотел и ампулы купить у вас. Неохота тратить время на пустяки.

Зельевар заколебался. Шарби молча стоял и ждал.

– Я хочу знать, кто ты!

– Человек, который умеет делать «вспышку» и пользоваться ею. Этого достаточно?

– Хорошо, пусть будет достаточно. Сто золотых!

Шарби хмыкнул.

– Сто ауров – подходящая сумма. Я приду через несколько дней. Можете приготовить ампулы – штук пятьдесят. Даже если я не приду, вам они в любом случае пригодятся.

Шарби повернулся и вышел. Теперь дело – за деньгами. Ему уже надоело корить себя за идиотизм. Раз убежал сломя голову, не сделав «вспышку», не взяв денег и даже не попросив их у Калши – надо исправлять ситуацию. А исправить можно только одним привычным способом…

Глава 17. Поиски

Шарби перешагнул порог «Перекрестка».

– Привет, тезка! – обратился он к трактирщику.

– О! – обрадованно воскликнул тот. – Давненько тебя не было. Остановишься у меня?

– Ну, да. В королевском дворце меня всяко не ждут.

Трактирщик хохотнул и обернулся к дальнему темному углу.

– Дагфи, ну-ка, собирай вещички и перебирайся в подвал!

– Это еще зачем? – пробурчал мрачный здоровенный детина, чистый северянин не только по имени, но и на вид.

– Ты, громила, в деле недавно, вот и не знаешь, кто к нам пришел. Это же Шарби, лучший взломщик среди всех нас!

– А-а-а… – уважительно протянул северянин и удивительно легко выскочил из-за стола.

– Я – Даггофин, с Севера, – церемонно произнес он, подойдя к столу, за который уселся Шарби. – Я слышал, как тебе удалось открыть замок, с которым никому не удавалось справиться. Я попросился бы к тебе в ученики, если бы был способен к этому искусству.

Шарби улыбнулся.

– Спасибо за добрые слова, Даггофин. И оставайся там, где живешь. Я не хочу излишне привлекать к себе внимания.

Северянин также церемонно склонил голову и направился на свое место.

– Я ищу Репья. Его никто не видел?

– Не жилец он, похоже, – вздохнул трактирщик. – Дня три назад его на кармане поймали, избили так, что сами перепугались… Хорошо, ребята были недалеко, принесли его сюда. Он сейчас лежит у меня внизу. Плохо ему, совсем плохо…

Шарби кивнул и направился вниз. «Вспышка» еще есть, а значит, можно попробовать что-то сделать… Молодой вор лежал на спине и тяжело дышал. Когда мальчик вошел, он скосил на него глаза и прошептал:

– Здравствуй, Шарби. Как твой клад, нашелся?

– Ты даже не представляешь, какой, – фыркнул Шарби и подошел к постели. – Где болит? Сейчас вылечим!

– Везде… А ты успел лекарем заделаться?

– Своего рода – да. Куда тебя били?

– Ногами по ребрам… Я закрывал живот и почки, как мог. Били все по бокам…

– Ясно.

Шарби закинул в рот ампулу.

– Для начала – вот так!

«Тевир коар», обезболивание, подействовало мгновенно. Репей ахнул и попробовал сесть.

– Лежи! – резко прикрикнул на него Шарби. – Если уже не болит, то еще не значит, что ты совсем здоров!

Репей повиновался и молча смотрел на Шарби. Тот осторожно потрогал ребра. Ему показалось, что сломанные кости поддавались под рукой.

– Кровь изо рта шла?

– Нет, легкие целы. Но от каждого вздоха боль такая, что лучше умереть.

Шарби кивнул.

– Денька через три будешь здоров.

С этими словами он взял еще одну «вспышку». Ребра поломаны с двух сторон, одного заклинания вряд ли хватит. Грудину Репей закрывал, иначе сейчас бы не разговаривал, но бока придется лечить по отдельности.

– А теперь лежи и не шевелись, пусть кости срастаются! – Шарби заколебался, но взял четвертую ампулу. – Сейчас я тебя усыплю, проспишь не меньше половины суток, думаю, будешь после этого почти здоров.

– Подожди! Откуда ты это взял?

– Все разговоры потом. Когда проснешься.

Шарби вышел, оставив спящего Репья.

– Надеюсь, с ним будет все в порядке, – сказал он трактирщику.

– А ты с чего так решил?

Вместо ответа Шарби вытащил из кармана ампулу.

– Есть тут у меня кое-что лечебное. Завтра, даже если он будет порываться встать, не давай ему, хорошо?

– Как скажешь, – кивнул трактирщик. – Ты лечишь, тебе и виднее.

– Деньги нужны, – негромко сказал Шарби. – Есть какое-нибудь хорошее дело на примете?

– Нет. Ты подожди, старый Край придет, чего-нибудь придумаем.

– Как сейчас дела идут? Не тесно?

– Терпимо. Удалось с парой портных договориться, нашелся один рисковый человек, который товар в Каргер возит, что здесь сбыть не удается, туда отвозим. Но все равно, пару лет назад было лучше.

Шарби вздохнул и уселся на прежнее место. Край пришел поздно ночью, но его кто-то уже предупредил.

– Что, тесно стало в Брайнаре? – спросил он Шарби, усаживаясь за стол, за которым дремал мальчик, откинувшись на спинку стула.

– Очень, – искренне ответил Шарби. – Пришлось уходить, бросив все, что было.

– Ну, если ты без денег, то на житье-то мы тебе найдем, не бойся.

Шарби вздохнул.

– На житье у меня немножко есть… Мне сотня разом нужна.

– Сто золотых?

Шарби заколебался, но решил сказать правду. Почти всю.

– Есть один зельевар, у него есть кое-что, что мне надо. Только просит он много.

– Может, проще его самого обворовать?

– Он сделает это, когда деньги увидит.

– А… Тогда подумаем.

– В прошлый раз кто-то ростовщика вспоминал. С ним как?

– А, Зейторин… Поговорю с людьми, может, что и выдумаем.

Через несколько минут вокруг стола сгрудились воры. Идей, как выманить старика из дома было множество, но их отвергали одну за другой.

– Связать его и вся недолга! – горячился один вор, невысокий и широкоплечий.

– Как-то нехорошо выйдет, – возразили ему.

– Пусть демон Гарваар ему внутренности выжрет!.. – вор хотел еще что-то сказать, но старый Край закатил ему оплеуху – по-настоящему сильную.

– Язык-то придержи! Еще богов прогневать нам тут не хватало!

Поднялся шум. Шарби выскользнул из-за стола и подскочил к стойке.

– Есть чего ненужного – разбить?

Хозяин ухмыльнулся, вытащил из-под стойки треснувший горшок, поднял его над головой и швырнул на пол. Все мгновенно замолчали, озираясь по сторонам.

– Подеритесь еще, – пробурчал трактирщик. – Договориться не можете, так брысь по комнатам! Стражу мне ором не накликайте!

Воры опомнились и подчинились. Трактирщик вновь ухмыльнулся и повернулся к Шарби.

– А ты молодец, тезка. Славно придумал. Теперь я хлам-то приберегу: глядишь, еще пригодится! Ты тоже ступай. Если уж не хочешь в хорошую комнату, в подвале пара свободных найдется. Выбирай!

Шарби улыбнулся тезке и пошел спать. На этот раз во сне ему удалось убежать от волшебника, поэтому проснулся он в хорошем настроении. Заглянув к Репью и убедившись, что тот крепко спит, Шарби пошел гулять по городу. В прошлый раз он старался не отходить от своей сумки, набитой деньгами, а теперь поводов для волнения не было. В середине дня мальчик украл на рынке несколько пирожков, вспомнив старые навыки. В «Перекресток» Шарби вернулся уже под вечер и первым делом пошел проведать Репья.

– Ну, я гляжу, ты немного приободрился.

Молодой вор кивнул.

– Ребра болят, но дышать уже можно. Я бы походил, да Шарбоин не велит.

– Обезболивать я тебя больше не буду, все должно зажить еще через день или через два. Тогда можно будет и встать.

– Скажи, – осторожно произнес Репей, – ты меня спас с какой-то целью?

– Ты мне нужен, нужен позарез. Но вылечил бы я тебя в любом случае. Для начала, как тебя звать?

– Крайар. Имя редкое, знаменитое…

Шарби рассмеялся.

– Ну, да, конечно. Трудно в людном месте плюнуть и в Крайара не угодить. А за горами, кстати, Краев я и не встречал. Интересно?

– Еще бы. Не хотят они отличаться ото всех прочих!

– То есть?

– Ну, вот ты – Шарбоин. Сокращение – Шарби. И все прочие так же сокращаются: Корви, Айви, Ленти. А вот мы – Крайары, а сокращенно – Край! Чуешь разницу?

– Чую. Так, значит, вас так много, потому что вы хотите от других отличаться?

– Ну, да. Только зови меня «Репей». Я этим прозвищем горжусь, а Край у нас только один – старый. Да, ты нашел клад?

– Действительно, Репей, прицепился-то как… – фыркнул Шарби. – Бумаги, которые я унес, могут дать гораздо больше, чем какие-то жалкие драгоценности… А еще за них могут глотку перерезать. И если ты будешь пореже о них вспоминать, то проживешь гораздо дольше.

– Пугаешь?

– Нет. Человек, который поручил мне это, уже мертв, а он был не чета нам всем… Я ищу его убийцу, и надеюсь на твою помощь.

– Для тебя – что угодно! Ты же меня с того света вытащил, ты понимаешь?

– Понимаю. Но ты можешь отказаться, тем более, что сейчас мне нечем тебе заплатить.

– Обижаешь… Немного денег у меня у самого есть, жадность меня чуть не погубила, когда я увидел такой кошель… Ты хочешь отомстить?

– Не только. Найдя наемного убийцу, я смогу найти того, кто его послал. И я буду знать, грозит ли мне самому опасность и от кого.

– А что?..

– Ко мне уже приходил один очень неприятный человек, – Шарби непроизвольно вздрогнул, вспомнив страшного волшебника, – пока мне удалось уйти. Пока.

– Да не трясись ты так! – похоже, он взгляда Репья ничего не могло укрыться. – Лучше расскажи все, что знаешь.

Шарби заколебался, но Репей заметил и это.

– Чем больше я знаю, тем легче мне найти того, кого ищешь. А я точно не разболтаю никому. Не веришь – иди наверх, поспрашивай всех, умею ли я тайны хранить.

Шарби, наконец, решился. Вряд ли Репей в ближайшее время выберется в Брайнар. А, значит, ему можно рассказать почти все – не упоминая напрямую убийство, магов и, разумеется, Мастер-Лорда. Репей слушал внимательно, не задавая ни одного вопроса. Дослушав, он закрыл глаза.

– Если бы тебе, взломщик Шарбоин, понадобился убийца, где бы ты его стал искать?

Шарби пожал плечами, но, сообразив, что Репей его не видит, ответил:

– Не знаю.

– А я – знаю. Поэтому, если тебе придет в голову кого-нибудь убить, ты знаешь, к кому обращаться. А вот твоего Тормара я, представь себе, не знаю. Но если он не соврал, и убийца здешний, то у меня уже сейчас есть пара хороших зацепок.

– Ищи лучшего из всех, – посоветовал Шарби. – Он смог без помощи магов совершить убийство чуть ли не при всех.

– Сложная техника, – подтвердил Репей. – У меня такие вещи не получаются, да и, вообще, тех, кто научился незаметности, я знаю только пять человек.

– Уже шесть. Меня научил Вейвар, да еще я целиком книгу прочитал, откуда это все берется.

– Что за книга? Я совсем недавно читать выучился!

– «Воин и его тень». Только ты ее просто так не найдешь. Книга запрещенная.

– Ну, ты и даешь! – восхитился Репей. – Запрещенные книги читаешь, сложными приемами владеешь, «вспышкой силы» пользоваться умеешь…

– Я ее сам и варю, – Шарби не удержался, чтобы не похвастаться: перед кем же еще хвастаться, как не перед тем, кто и сам много знает.

– Тем более. В общем, дай мне подумать еще. Беспокоит меня только то, что Тормару улыбку пририсовали от уха до уха… Обычно так с посредниками не поступают – убьешь одного, другого – и заказчиков больше не найдешь.

– А если заказчик – отсюда? А Тормар понадобился только для того, чтобы найти помощника в Брайнаре?

– Точно! – Репей прищелкнул пальцами. – Тогда все на места встает. Но, все равно, через Тормара найти его будет легче. Хоть кто-то да встречал этого Тормара здесь…

– Ладно, выздоравливай, – сказал ему Шарби и пошел наверх: посмотреть, что там сообразили насчет взлома.

После долгих споров было решено просто залезть к ростовщику ночью, надеясь на его крепкий сон. Теперь стражи на улицах было видимо-невидимо, поэтому без предварительных закладок и наблюдения было слишком опасно. Взлом назначили через два дня. Шарби это вполне устраивало: все равно Репей был еще болен, а Шарбоин кормил мальчика бесплатно. Тем более, что еще не весь Транор был изучен…

Наконец, пришло время взлома. Группа воров беспрепятственно добралась до нужного дома; Шарби шел вместе с мальчиком, несущим инструменты. Два ближайших фонаря были разбиты еще вчера, тоже мальчишками, поэтому можно было спокойно открывать замок на входной двери, находясь в густой тени. Ростовщик принимал клиентов на первом этаже, но, скорее всего, деньги должен был хранить повыше или пониже – в подвале. Один вор пошел в подвал, остальные поднялись наверх. Наверху было всего две комнаты. Одна была незаперта и в ней в свете потайного фонаря виднелась большая кровать с пологом, а на дверях другой был замок. Шарби вновь пришлось работать. Замок поддался быстро, и они вошли в комнату, заваленную всякими предметами разной ценности. Окна в комнате были заколочены прочными досками.

В дальнем углу стоял шкаф. Шкаф был старым и щелястым, хотя и очень большим. Замок там был такой, что можно было бы его и не открывать – дернул дверку посильнее, и все. Но Шарби решил сделать все аккуратно – иглой и отверткой. Он уже почти открыл замок, когда один из воров случайно уронил высокий напольный светильник, который упал прямо на стол с посудой, расколотив ее почти полностью. Все, кроме Шарби, дернулись было бежать, но выход был только один, а еще через несколько мгновений в хранилище ворвался старик в нижнем белье. Во рту у Шарби, как всегда, была ампула и он, сделав быстрый шаг, коснулся ростовщика. Он сам не понимал, чего именно добивался парализующим заклинанием, но старик схватился за грудь, упал и, несколько раз вздрогнув, затих.

– Ты убил его! – растерянно выдохнул старый Край.

Шарби равнодушно пожал плечами.

– А у нас был другой выход?

Все молчали, а он поманил к себе самого крепкого вора.

– Ломай шкаф. Теперь уже все равно.

Вор послушно всунул гвоздодер между дверцами и рванул. Послышался треск. Шарби распахнул дверцы.

– Оставим часть денег.

– Почему? – удивился кто-то.

– Я уверен, что никто не знает, сколько у него денег. Ситуация такая: он сам мертв, ни ран, ни травм нет, деньги остались, зато пропали все бумаги, – с этими словами Шарби начал вытаскивать бумаги с верхних полок шкафа, – Что об этом подумают стражники? Что ради бумаг его и убили каким то странным способом. Или увидел взлом – и умер от разрыва сердца. И, опять же, бумаги и похитили. И кого будут искать? Кого угодно, кроме простых воров!

Он выгреб остальные бумаги и посторонился, чтобы дать место остальным. Воры в полном молчании начали забирать деньги, пока Шарби их не остановил.

– Этого достаточно. Уходим!

Ему повиновались также молча. Хотя в столице стража выполняла свои обязанности хорошо, их патрули не могли быть везде. Стоило только дождаться, когда они пройдут мимо, и можно было идти назад, в «Перекресток». Почти две тысячи ауров были разделены быстро; Шарби взял себе триста – этого вполне хватит на все. Мальчик заметил, что все сторонятся его. Вокруг него как бы воздвиглась стена, отделявшая окружающих от него. И винить их за это он не собирался. Шарби помнил, как был потрясен первым убийством, о котором с таким безразличием ему рассказал Мастер-Лорд. Не удивительно, что воры были потрясены еще больше: убийство произошло у них на глазах.

Теперь можно было идти к зельевару. Мешок с сотней ауров был не слишком тяжел, но неприятно бил по спине, несмотря на дополнительные лямки, которыми Шарби обмотался чуть ли не с ног до головы: уж больно тот был велик, рассчитанный на взрослого человека, а не на мальчика. Уже начало рассветать, но, в отличие от Каргера, например, столица вставала поздно, а ложилась рано. Шарби чисто машинально выбирал места потемнее, и в одном таком попался. Двое молодых парней молча схватили его. Один ухватил за горло, а другой вцепился в правую руку и начал распутывать завязки мешка.

Реакция Шарби была молниеносной. Хотя «вспышка» была у него во рту, он всегда использовал только правую руку. А под левую – под курткой у него был пристроен кинжал в ножнах. Нападавший сжимал горло не слишком сильно: явно не с целью убить, а чтобы мальчик не смог закричать, иначе Шарби просто бы потерял сознание. Левой рукой Шарби выдернул кинжал из ножен и ткнул им под ребра тому, кто держал его за горло, угодив прямо в печень. Зачарованное лезвие по рукоятку скользнуло в тело, как по маслу. Парень отпустил Шарби, судорожно открыл рот и беззвучно согнулся, держась руками за живот. Шарби крутнулся на правой ноге и ткнул кинжалом прямо в горло второму. Удача сопутствовала ему: острие угодило точно между позвонками; грабитель умер мгновенно, мешком свалившись на землю. Теперь, когда его правая рука стала свободной, Шарби обернулся к первому грабителю и раскусил предпоследнюю ампулу. Парализующее заклятье не подвело и в этот раз. Теперь Шарби огляделся. Все тихо… Эта короткая схватка не привлекла ничье внимание. Мальчик хотел было вытереть кинжал, но лезвие было совершенно чисто. Хмыкнув, он убрал оружие в ножны и посмотрел на свои руки и одежду. Тоже чисто… Крови, вообще, было немного, и не него ничего не попало. Шарби мрачно отметил, что убивать у него получается слишком легко: не привыкнуть бы к этому, и не начать решать все проблемы убийством… Мальчик быстро пошел прочь, и уже через четверть часа был около дома зельевара. Ему пришлось долго ждать, пока Браилион проснется и откроет ему дверь.

– Деньги у меня, – с ходу сказал мальчик заспанному зельевару. – Ампулы и ингредиенты готовы?

– Готовы, – нехотя ответил тот и подвинулся, пропуская Шарби внутрь.

Заперев за мальчиком дверь, он повел Шарби в подвал. На большом столе стояли блюда со всем необходимым.

– Я тебя жду второй день, – сказал Браилион и пошел разжигать очаг, на котором стоял закопченный котелок.

– Деньги где? – спросил он, когда огонь разгорелся.

Шарби выпутался из лямок и скинул мешок на пол. Браилион развязал мешок и заглянул внутрь.

– Не боишься, что ограблю?

Шарби пожал плечами и вытащил из кармана «вспышку».

– А ты сам не боишься?

Зельевар вздрогнул.

– Спокойнее… Я не убиваю без причины. Тяжелое серебро у тебя есть?

Зельевар хмыкнул и достал откуда-то из-под стола палочку.

– Значит, о сосуде пещерников и речи быть не может, – вздохнул мальчик.

Зельевар опять вздрогнул.

– У меня не хватит на него денег, даже если я продам дом.

– Вот как? – удивился Шарби – Он так дорого стоит?

– Да. Их всего десятка полтора, не больше. И часть из них – просто у богачей, где они пылью покрываются. Когда я был молод, один внебрачный сын Великого Лорда решил стать зельеваром. Лорд не жалел денег, и один старый мастер продал ему такой сосуд. За пятнадцать тысяч.