Текст книги "Академия Иммерсии: Портал судьбы (СИ)"

Автор книги: Алексей Герасимов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 36 страниц)

– Утро добрым не бывает? – с сарказмом спросил Сева, разглядывая меня с подозрением. Он явно принюхивался ко мне, но, благо Единой, был не в том состоянии, чтобы понять, кем именно от меня пахло.

– Можно и так сказать, – ответил я, вновь краснея от всплывшей в голове картинки аппетитного содержимого ночнушки Лии. Рассказывать, где именно я проснулся и что увидел, брату Лии я точно не собирался. Заметив ряд небольших флаконов на нашем столе и кувшин с питьевой водой, я облизнул свои пересохшие губы, стремясь припасть к источнику живительной влаги. Сосредоточенный Марк старательно отсчитывал капли, что раскрашивали жидкость в различные цвета.

– Этот напиток должен нам всем помочь. Магия крови – отличное средство от похмелья, если верно подобрать компоненты. – ответил на мой невысказанный вслух вопрос змеелюд.

– Надеюсь, он не так воняет, как выглядит, – пробормотал я, наблюдая за его магическими манипуляциями.

Марк начал шептать заклинания на неизвестном мне, шипящем языке. С каждым словом в кувшине вспыхивали искры, окрашивая содержимое в темно-красные цвета. Когда обряд был завершен, Марк налил напиток в три стакана и подал один мне.

– Пейте, – сказал он, – Это восстановит вашу силу и изгонит похмелье.

Как только мы закончили пить «вишневый» эликсир, в дверь постучали. Не дожидаясь разрешения, в комнату вошёл наш куратор и хмуро оглядел всю нашу компанию. «У вас проблемы, молодые люди и нелюди», – говорил его взгляд, и мы невольно втянули головы в плечи, ожидая разноса. Благо, действие антипохмелина от Марка начало реализовываться моментально, стоило только осушить стакан, и в голове наступало хоть какое-то прояснение.

– Студенты Быстрый, Мэдвулф и Слизкаронщ, следуйте за мной! – разлетелся по нашей комнатке, казавшейся еще более тесной в присутствии этого громилы, голос Гримхалка и он вышел, не дожидаясь нашего ответа.

С кислыми минами мы проследовали за ним, недоуменно переглядываясь и стараясь понять, что именно мы вчера натворили по пьяни. Долго гадать нам не пришлось, ибо разноцветные струи фонтана в парке, были видны издалека. Воскресным утром парк пустовал и это сыграло нам на руку. Вряд ли кто смог спокойно пройти мимо подобного зрелища. Когда-то белоснежная фигурка каменной девы, что элегантно стояла в середине фонтана, была полностью разрисована будто цветными мелками, а из ее уст вместо чистой воды лилась какая-то разноцветная жижа, источавшая запах алкоголя.

– Ну и как вам это удалось? – начал свой допрос Гримхалк, скрестив руки на груди.

– Понятия не имею, – ответил первым Северрин, стараясь не встречаться с суровым взглядом куратора.

– Я тоже, – пожал плечами Марк. Я промолчал, так как в голове еще не прояснилось, что же именно произошло вчера вечером. Но, глядя на разноцветную статую, до меня медленно начало доходить.

– Кажется, я вспомнил, – сказал я неуверенно. – Мы вроде бы как спорили на тему того, как можно использовать возможности магии в плане малярных работ в отделке помещений. Парни утверждали, что сильный маг покрасит любую поверхность за минуту при помощи магии крови. А я… как бы так выразиться, позволил себе усомниться в этом.

– С каких пор фраза «А слабо это сейчас доказать, магические сосунки?» стала синонимом сомнений? – возмутился Марк.

– Магии крови? – переспросил Гримхалк, и его глаза расширились от удивления. – Вы что, совсем спятили? Вы же должны знать о запрете на ее использование в общественных местах!

– Ну, мы были немного навеселе, – попытался оправдаться Севррин. – И вроде как не в общественном месте.

– Немного навеселе?! – передразнил его Гримхалк. – Да судя по результату, вы были в стельку пьяны!

Он подошел к фонтану и осмотрел его со всех сторон.

– Да, это точно магия крови, – сказал он. – И наложено ее очень много.

– Что теперь будет? – спросил Северрин.

– Теперь вам придется убирать весь этот бардак, – ответил Гримхалк. – И вы будете делать это до тех пор, пока фонтан не станет выглядеть так же, как раньше.

Он развернулся и ушел, оставив нас стоять на месте.

– Ничего не делая проблему не решить! – произнес я, почесав голову. – Парни, вы типа спецы в магии, вам и чудеса в лапы! Беритесь за очистку воды, а я потопал к бабушке Рите, выпрашивать у нее ведро, тряпку и моющие средства.

Маргарита Степановна, видимо, уже была в курсе наших вчерашних чудачеств, ибо у входа в ее каморку я обнаружил все то, за чем пожаловал. Правда, прежде чем отпустить меня, по ее словам «с Богом», старушка напомнила, что мне пора покормить своего фамильяра, который мирно дремал на спинке ее старого диванчика. Пришлось оперативно «сдавать кровь» и быстро возвращаться обратно, пока друзья не записали меня в дезертиры. На удивление, парни уже справились со своей частью работы и разноцветная статуя снова «извергала» из себя кристально прозрачные струи. По тому, как они обессиленно валялись на травке возле небольшой декоративной елочки, было видно, что на это у них ушли весь их магический резерв. Сняв рубаху и закатав до колен штаны, мне пришлось лезть в фонтан, дабы ручками отдирать наши художества. Если бы не девчонки, которые подошли примерно через час после того, как я принялся оттирать мраморную поверхность, я бы провозился с работой до вечера. Мне было стыдно смотреть в глаза Лии, которая, судя по всему, не догадывалась, с кем в обнимку провела эту ночь, а Майя лишь тихо посмеивалась, глядя на мое смущение. Через два часа, общими усилиями фонтан был приведен в первоначальное состояние, и вернувшийся куратор принял работу. Однако, прежде чем нас отпустить, в качестве дополнительного наказания он велел явиться на вечернюю внеплановую тренировку. Дабы, по его словам, «Иметь возможность выплеснуть юную дурь с пользой для ваших молодых организмов». Судя по довольной рожице оркши, она одна среди нас была рада лишний раз подвергнуться физическим испытаниям. Я начинаю подозревать, что наша зеленокожая красотка неровно дышит к Гримхалку. После того, как мы подкрепились в столовке, единогласным решением было отправиться досыпать, ибо к тренировке у Халка нужно было восстановить силы. Я вырубился, стоило только опустить голову на подушку, проваливаясь в сон, где я бегал по цветущей поляне за Лией, облаченной в полупрозрачную ночную рубаху. Девушка счастливо улыбалась мне, но прикладывала все усилия к тому, чтобы я ее не догнал.

***

Гримхалк видимо серьезно на нас разозлился, ибо после окончания тренировки я валялся на траве, чувствуя себя пропущенным через мясорубку. В этот раз он добавил мне упражнения с весом, и я полчаса перекладывал огромные камни из одной кучи в другую. Не могу говорить за парней и девчонок, но я точно не мог пошевелить даже губами, дабы попросить у Майи водички. Видимо, у оркши был бесконечный запас сил, ибо она несмотря на то, что ее шикарные волосы были влажными от пота, довольно улыбалась, украдкой поглядывая на куратора. Боковым зрением я увидел, как черная тень взбирается на мою мокрую майку и тут же на груди раздалось родное мурчание. Мое опаловое солнышко решило помочь своему умирающему от бессилия хозяину, и я с наслаждением ощутил, как из нагруженных мышц утекает усталость. Через минуту я был готов снова пройти все этапы кураторских издевательств, так как даже самый свежий огурчик по сравнению с моим мироощущением теперь мог считаться вялым овощем. Я осторожно сел, придерживая ДраКошу, и благодарно чмокнул в его влажный носик. Тот забавно чихнул, морща усы и демонстрируя жемчужные клыки, а затем, с чувством выполненного долга, снова перебрался на свой любимый камень, с которого любил наблюдать за спортивными издевательствами над нами, именуемыми тренировкой.

– Лёнечка! А Лёнечка! – ехидство в голосе пчелки, произносящей мое имя, не сулило ничего доброго, – А как насчет баскетбола? Ты обещал меня научить этому воинскому искусству.

– Да к войне эта игра не имеет никакого отношения! – поправил я подругу. – Если тебе не терпится, топай за мячом. Он у меня в комнате под кроватью. А я пока подумаю, из чего сделать корзину и подберу площадку.

– Мяч, корзина, площадка, баскет… бустет… Как вы там сказали? О чем вы, болезные? – спросила Лиана, удивленно смотря на меня.

– Бас-кет-бол! – по слогам произнес я, – Это игра из моего мира. Мы в подвалах Академии наткнулись на мяч, и я обещал научить Майю этой игре. Нужно только еще несколько элементов соорудить.

Пока Майя отправилась за мячом, я встал и принялся оглядываться в поисках подходящих для корзины и игровой площадки предметов. Идеальным вариантом места для игры была трехметровая стена с проемами, расположенная на полосе препятствий. С обратной стороны этой стены земля была настолько плотно утоптана, спрыгивающими с нее студентами, что должна была обеспечить мячу идеальный отскок. А высота деревянной конструкции идеально подходила для закрепления на ней обруча с сеткой. Единственное, что более-менее подходило на роль кольца, была старая плетеная корзина, предназначенная для грязных полотенец.

Заинтересованный нашим разговором куратор позволил мне испортить сей предмет на благое дело и даже одолжил мне свой острый, как бритва, клинок. Благодаря тому, что сегодня был выходной, и кроме нашей пятерки за весь день на площадке никого не было, корзина была пуста, и я принялся разделять ее пополам. «Как все-таки приятно работать острым инструментом! Халк явно знает толк в качественных вещах!», – думал я, любуясь, как лезвие, словно нож сквозь масло, рассекал переплетенные прутья корзины. Осталось придумать, как закрепить ее на стене. Благодаря тому, что между досками были приличные щели, я воспользовался веревкой и крепко примотал край корзины на высоте примерно два с половиной метра. Для этого мне пришлось попросить Севу исполнить роль стремянки и забраться на его плечи, выслушивая недовольное бурчание оборотня. Зная силушку всех местных нелюдей, я соорудил две надежные распорки по бокам кольца, используя для этого две металлические трубки, что нашел по подсказке куратора в небольшом сарае возле входных ворот, где хранился разнообразный инвентарь и запасные части для мелкого ремонта спортивного оборудования. Благо, там нашлась проволока и плоскогубцы, которые облегчили мне процесс крепежа.

– Так-с… – принялся я размышлять вслух, пытаясь понять, чем можно разметить площадку. – Господа маги. Зная о вашей силе, хочу спросить. Есть ли магический способ укрепить эту хлипкую конструкцию, дабы она могла выдержать вес той же Майи?

– Что за грязные намеки?! – послышался возмущенный голос оркши, которая подошла сзади и явно была недовольной услышанным, ибо тут же запустила в меня принесенным мячом. – Я что, по-твоему, толстая?!

– Не спеши обнажать лезвие, не разобравшись в сути, Майя. – заступился за меня Гримхалк, на лету перехватив мяч, который определенно летел мне в лобешник, – Парень не имел в виду ничего такого. Леонид, я могу укрепить твою забавную конструкцию заклинанием стазиса и пару часов его физически не сломает даже наш ректор.

– Спасибо, лэр! – забирая у куратора мяч ответил я и, повернувшись к подруге, добавил: – Прости, Майя, ты действительно не так меня поняла. В баскетболе игрок часто зависает на кольце, забросив мяч, вот я и неудачно выразился. А твоей шикарной фигуре позавидует любая девушка в Академии!

– Да и не только девушка, – пробормотал щуплый Марк, с блестящим взглядом осматривая мускулистую фигуру нашей пчелки.

Что именно творил куратор с кольцом я не видел, ибо принялся палкой очерчивать зону перед баскетбольным кольцом. Разметка была необходима для того, чтобы правильно распределить зоны для игры. Я быстро нарисовал линии, обозначая границы и центральный круг.

– Вот так, – сказал я, отступая, чтобы рассмотреть свою работу. – Теперь у нас есть настоящая баскетбольная площадка.

Гримхалк подпрыгнул и повис на кольце корзины, демонстрируя всем, что его заклинание работает. Настало время объяснить правила игры.

– В баскетболе важны ловкость и точность, а не только сила, – начал я, видя заинтересованные лица. – Цель игры – забросить мяч в кольцо. Мяч можно держать и передавать друг другу только одной или двумя руками. Тот, кто владеет мячом, должны ударять им в пол. Без удара в пол разрешается сделать только два шага. В противном случае фиксируется нарушение, а мяч отдается другой команде. Мяч, заброшенный до линии штрафной, приносит три очка, после – два.

Гримхалк, Майя, Северин, Лия и Марк внимательно слушали, пытаясь запомнить правила. Показав им несколько базовых передвижений и бросков, я предложил начать простую игру. Для этого мы разделились на две команды. Майя и Гримхалк вошли в мою, а оборотни скооперировались с нагом. Пчелка и куратор, используя свою орчью силу, выполнили несколько мощных бросков, но они были неточными. Пришлось объяснить им земной принцип «Сила есть ума не надо». Северин с Лией, как оборотни, проявляли завидную ловкость, но им не хватало умения контролировать мяч. Марк, хоть и был достаточно гибким и шустрым, испытывал сложности с координацией. Я же, используя свой земной опыт, начал закидывать мячи в корзину, показывая, как важна тактика и предвидение действий соперника.

– Вот так! – воскликнул я, делая очередной успешный бросок. – Трехочковый!

– Ты уверен, что не используешь заклинаний для улучшения меткости? – пошутил Северин, когда я снова забил мяч в корзину.

– Мне кажется, что эта игра – древнее магическое упражнение для обучения меткости! – шутливо высказался Марк после очередного промаха.

– А может, это часть тренировочного плана нашего куратора? Просто Гримхалк не хотел нам об этом говорить, – добавила Майя с ухмылкой.

Постепенно, под моими замечаниями, игра приобрела более-менее правильный вид, и счет стал увеличиваться с каждым удачным броском. Мы все настолько увлеклись баскетболом, что даже не заметили, как у нас появились собственные зрители. Сделав небольшой перерыв на воду, при счете 42:38 в пользу моей команды, мы увидели двух первокурсниц, что сидели на деревянной скамье и смотрели за нашей игрой. Лица девушек были смутно знакомы, а Гримхалк, знающий всех своих подопечных, напомнил нам о том, что Ассана, девушка-наг и Каррия, оборотень полукровка – наши одногруппницы.

– А во что вы играете? – спросила Ассана, глаза которой сверкали интересом.

– Это баскетбол, игра из моего мира, – объяснил я.

– А можем мы к вам присоединиться? – спросила Каррия, с нетерпением рассматривая в руках мяч.

– Конечно! Чем больше игроков, тем веселее, – ответил я, радуясь возможности привлечь к игре еще большее количество людей. Вернее, нелюдей.

Мы быстро объяснили им основные правила, и вскоре Ассана присоединилась к нашей команде, а Каррия вступила в команду сородичей и змеелюда. Нагиня, благодаря своей гибкости, быстро научилась маневрировать на площадке, а Каррия, используя свои первородные способности, оказалась отличным нападающим. Игра стала еще более динамичной и веселой. И, если бы не куратор, велевший заканчивать спортивное веселье, мы бы, наверно, проиграли всю ночь напролет.

* – цитата Крутиера Бориас Юзефовича

Глава 16. Оборотни в погонах, оказывается, еще цветочки!

В иллюзиях, что возвела судьба вокруг меня,

Ложь прячется повсюду и никуда денешься,

Ведь та же правда словно укус оборотня

Пусть не умрешь, так обязательно изменишься.

В этот раз, войдя в аудиторию, мы уже застали преподавателя расоведения за кафедрой. Эльзира Амбермун, как и на первой лекции, выглядела практически эталоном женской красоты. При условии, что вас не смущает снежно-белый цвет кожи и алый оттенок внимательных глаз у женщин. Вся доска была украшена символами и голографическими изображениями звездного неба и двух лун. Было видно, что профессор потратила на эти детализированные рисунки много времени. Пока мы шли на свои привычные места со второго ряда нам помахала рукой Каррия, а сидящая рядом с ней Ассана кивнула головой в знак приветствия. Не зря говорят, что спорт сближает. За пару часов игры в баскетбол количество знакомых в лагере противоположного пола у меня удвоилось. А факт того, что девчонки были весьма симпатичными, повышал мою самооценку на пару пунктов как минимум. В ВУЗе, несмотря на три года обучения, общение с однокурсницами у меня так и не задалось. Лысый череп и седина по всему телу, помноженные на скудный гардероб из поза-поза-поза-….-прошлой коллекции неизвестного миру турецкого Кутюрье, не давали и шанса подняться со дна рейтинга популярности мужской половины нашего курса. Да и свободного времени у меня для амурных дел не было. МежМирье уже было хорошо тем, что в нем не встречали по одежке, а воспринимали в первую очередь нутро человека (пускай иногда и в прямом смысле этого слова), а уж потом его обертку. Или же мне просто повезло с новыми друзьями. Так что я максимально благожелательно помахал новым знакомым в ответ и начал протискиваться на свое место.

– АЙ! Леонид! – возмущенно зашипела Лиана, когда я, совершенно случайно, наступил ей на ногу. – Вот же боров нескладный!

– Упс… Прости, Лия, прости! Я случайно. – начал я привычно оправдываться, подсознательно понимая, что моя неловкость в отношении сестры Северрина уже выходит за все рамки адекватной статистики. Звон колокола, давший старт лекции, не позволил мне до конца уладить очередное недоразумение. А Лия, бросив на меня гневный взгляд, раскрыла свою тетрадь и сделала вид, что землян в этой аудитории не существует. Ладонь Майи, сидящей справа от меня, сочувственно опустилась на плечо, и мне не оставалось ничего иного, как, уныло вздохнув, сосредоточиться на словах преподавателя.

– Приветствую вас, жаждущие знаний. Наша лекция сегодня затронет удивительную расу детей луны и ночи, возникновение которой погружено во мрак истории. Лишь по отрывкам из древних сказаний мы можем строить предположения о появлении в Лунории первых ликанов. Как и в извечном вопросе, что появилось раньше – «Яйцо или курица», нет согласия в том, кто стал родоначальником этой могучей расы – волк или человек.

Я бросил украдкой взгляд на Северина и Лию, заметив, что они оба слегка напряглись, узнав, что тема сегодняшней лекции – история их расы. Эльзира Амбермун продолжила:

– В незапамятные времена, когда Лунория была еще молода, а ее леса и горы не ведали о существования прочих разумных созданий, проживали в ней оборотни. Они были первыми и единственными обитателями этого мира и существовали в полной гармонии со своей природой. Как и у прочих рас, жизнь оборотней была и есть подчинена лунным циклам. Восход малой луны, именуемой в Лунории – Селантос, или Малая Сестра, вызывает полуобращение, которое волколаки могут контролировать, не перекидываясь. В период полнолуния Старшей Сестры – Селентоса, коренные жители Лунории обращаются в полноценных зверей. В этот же период происходит большинство основных обрядов в стаях. Например, именно при Селентосе истинные оборотни образуют пары и заключают браки на всю оставшуюся жизнь.

Эльзира провела в воздухе изящной кистью руки, украшенной длинными заостренными ногтями, покрытыми лаком черного цвета, и в воздухе сформировалась карта огромного материка, окруженного океаном со всех сторон. Извилистая форма представленной суши показалась мне смутно знакомой, но времени, вспоминать откуда, не было. Изображение растянутой в ширину поверхности суши разделилась ломаными линиями на пять частей, каждая из которых окрасилась в свой цвет, а над раскрашенными участками возникли мудреного вида гербы. Голос преподавателя равномерно разливался по всей аудитории.

– Оборотни испокон веков разделены на пять кланов, каждый из которых контролирует определенную часть Лунории. Северный клан снежных волков возглавляет род Волкосветовых, представитель которого, Дамирр Свигорр Волкосветов, в данное время возглавляет и центральный клан серохвостых, вот уже почти двадцать лет находясь во главе всей Лунории.

При этих словах преподавателя я, внезапно, на самом краю сознания ощутил волну горя, выворачивающую душу. Я вздрогнул от неожиданности и даже почувствовал капельки влаги, которые непроизвольно возникли в уголке глаз. «Что за фигня со мной происходит? Может, это воздействие магии?» – подумал я, косясь на друзей. Майя и Марк выглядели обычно, а по опущенному в тетрадь личику Лии невозможно было понять, что она чувствует. Лишь напряженные плечи девушки говорили о том, что с ней определенно не все в порядке, а Северрин почему-то сжал свою ручку так сильно, что костяшки на пальцах побелели.

– Западный клан рыжих волков управляется родом Огнегривых. Восточный клан черных волков возглавляет род Златолапых. Южный клан серых волков управляется родом Бистрау, чьи представители сотни лет правили в стране до Волкосветова. Возможно, для остальных рас это покажется чрезмерным, но, несмотря на родовое правление, в Лунории основой жизненного уклада до сих пор является Право Сильного. В последние сотни лет, после появление на материке людей, это право именуют «Правом Истинных». Любой оборотень имеет возможность возглавить как род, так и трон, бросив вызов нынешнему руководителю. Жестоко? Возможно. Но, имитируя эволюционные принципы самой жизни, такая форма правления государством вполне жизнеспособна и показывает неплохие результаты. Количество желающих переселиться в Лунорию, при открытии порталов, год от года не ослабевает.

Легким движением руки Эльзира растворила в воздухе карту Лунории и на ее месте возникли трехмерные фигуры огромного черного волка со сверкающими янтарем глазами. Рядом, на задних лапах, возвышался огромный человекоподобный ликан, все тело которого было покрыто черной шерстью, но внешне он уже больше походил на человека. Третий образ предлагал нашему вниманию почти полноценного человека, разве что уши у которого были явно волчьи, а сзади покачивался пушистый хвост, торчащий из приталенных штанов. Профессор сошла с кафедры и встала рядом с мерцающими фигурами.

– Данные образы демонстрируют основные этапы перевоплощения оборотней во время полнолуния или же, добровольного, самопринудительного оборота, основанного на магии крови носителя. Первый – это их полностью звериная форма, которая проявляется при ежегодном полнолунии. Зверь в этот момент преобладает над разумом человека, но ни в коей мере не затмевает его. Вторая форма – ликан, полуоборотень, смесь зверя и человека, способная к разумному мышлению, но, обладающая невероятной физической мощью животного. Она примеряется в моменты схваток или наибольшей опасности. И третья – почти полностью человеческая форма, где остаются лишь отдельные черты их истинной сущности, такие как волчьи уши и хвост. Проявляется она в основном в моменты полнолуния Малой Сестры.

Меня вот уже пять минут терзал вопрос о родовой принадлежности моих друзей, но я никак не решался задать его Лии, так как девушка сегодня явно встала с той ноги, которую я еще по случайности и оттоптал.

– Сева. Се-е-ва… – шепотом я привлек внимание одногруппника. Тот, забавно пошевелив ухом (никак не привыкну к этой смешной особенности его расы), повернулся на мой зов, – А вы с сестрой из какого рода?

– Из центрального, Волкосветовых… – принялся отвечать мне Сева, но следующие слова преподавателя, вынудили его замолчать.

– Так-так-так. – громко произнесла Эльзира, подойдя вплотную к нашему ряду и уставившись на смутившегося Северрина. – Я так понимаю, что представителю расы оборотней скучно слушать лекции о своем виде?

– Простите, ниса! Это моя вина… – я попытался оправдать друга, но Эльзира отмахнулась от меня словно от назойливой мухи.

– Как тебя зовут, юноша? – продолжила докапываться до Севы эльфовампирша.

– Северрин Мэдвулф, ниса.

Учительница внимательно оглядела парня, словно покупатель на рынке рабов. Затем, слегка улыбнувшись, продолжила.

– Как я понимаю, у нас тут присутствует чистокровный оборотень. Грех не воспользоваться этим благоприятным стечением обстоятельств и не позволить своим товарищам наглядно изучить тему сегодняшнего занятия. Студент, я попрошу вас пройти к кафедре и побыть для всех нас наглядным пособием.

Щеки Севы пылали то ли от возмущения, то ли от отчаянного смущения. Он бросил беспомощный взгляд на сестру, затем встал и уверенно вылез из-за парты. Подойдя к кафедре, он развернулся к аудитории и замер, ожидая реакции Эльзиры. Профессор, ни капельки не смущаясь, если эльфовампиром вообще доступна эта функция организма, подошла к столу, взяла небольшую указку и обратилась к оборотню.

– Я попрошу тебя снять жилет, рубашку и брюки. – пока Сева выполнял «просьбу» учителя, оголяясь до своих широких, светлых подштанников, та продолжила лекцию. – Истинные, чистокровные оборотни – существа, способные менять свой облик по своему желанию, превращаясь из людей в волков и обратно. Это превращение сопровождается рядом физиологических изменений, которые затрагивают все части тела оборотня. Студент Мэдвулф в данный момент находится в полном человеческом обличии и, как мы все можем убедиться, находится в прекрасной физической форме.

Восхищенные вздохи женской половины аудитории полностью подтверждали слова учительницы. Лишенная даже грамма подкожного жира, мускулистая фигура Северрина вызывала у меня откровенную зависть. Он не был раскачан подобно тому же ГримХалку, но звание короля любого пляжа в моем мире занял бы без всяких сомнений. Было видно, как друг сдерживает эмоции, стараясь выглядеть достаточно хладнокровным, несмотря на пикантную ситуацию. Только сжатые губы и кулаки говорили о том, что парню определенно не нравится роль манекена. При этом, он, подняв подбородок, уверенно смотрел на преподавателя, ожидая от нее продолжения.

– В человеческой форме тело оборотня в большинстве случаев абсолютно лишено волос. Так что, никогда не верьте слухам, что по степени волосатости можно определить расу оборотней. Как вы можете убедиться, мышцы, несмотря на уменьшенный объем, остаются сильными и гибкими. Кости оборотня в облике человека становятся менее плотными, а зубы и когти возвращаются к своему нормальному состоянию. Глаза приобретают свой обычный цвет, а зрение и слух возвращаются к человеческому уровню. Обоняние оборотня также ослабевает, но все равно остается гораздо более острым, чем у обычного человека. А теперь, студент, я попрошу вас продемонстрировать группе вашу полузвериную форму.

– Э-э… Я что, должен обратиться прямо здесь? – неуверенно переспросил Северрин.

– Не беспокойтесь, студент Мэдвулф, я полностью восстановлю потраченный вами на обращение энергетический запас после занятий. – ответила Эльзира, вызывая смешки среди студентов.

– Меня совсем не этот факт напрягает, – пробубнил Северин, краснея. Он сделал несколько глубоких вдохов, перевел за спину руку оттягивая вниз край подштанников. Слегка прикрыв глаза, оборотень принялся медленно преображаться, демонстрируя всем свои, ставшие характерными для волков треугольные уши и черный, пушистый хвост, который нервно подрагивая, покачивался из стороны в сторону. Угольная шерсть густо украсила его плечи и образовала перевернутый треугольник в верхней части груди. Восторженный писк представительниц слабого пола усилился, а с задних рядов даже послышался чей-то восторженный свист.

– Смотрите внимательно, дорогие мои. Такие физические особенности позволяют оборотням сохранять баланс и лучше слышать в своей начальной звериной полуформе, – объясняла Эльзира, тыча указкой в Северрина. Тот, стоя перед всеми в соблазнительном виде, выглядел слегка смущенным, но в тоже время гордым. – Теперь, юноша, продемонстрируйте нам полноценную форму ликана.

Сева согласно кивнул и расправил плечи. На наших глазах началось медленное и контролируемое превращение. Его тело под тихий хруст костной структуры начало расти вверх и разрастаться вширь. Мышцы становились более массивными и вздувались словно воздушные шарики под сжатым воздухом. Лицо начало меняться, челюсть стала более выступающей, а нос удлинился, образуя морду ликана. Шерсть черно-синего цвета покрывало его тело, начиная от шеи и заканчивая кончиками пальцев на лапах, которые теперь завершались острыми когтями. Глаза пожелтели и стали более животными, зрачки расширились, придавая взгляду хищную глубину. Когда превращение было завершено, перед нами предстал величественный и мощный ликан как минимум на метр превышающий рост человеческой формы. Остатки разорванных панталон Севы валялись рядом, но существо не стало прикрывать пах, ибо густая шерсть между ног скрывала половые признаки зверюги. Студенты в аудитории замерли в благоговейном молчании, пораженные этим зрелищем. Северрин в своей новой форме, тяжело дышал, его грудь поднималась и опускалась в такт дыханию могущественного существа. «Нужно будет запомнить на будущее, что злить Севу не стоит ни в коем случае!» – шептало мне подсознание, пока я с отвисшей челюстью смотрел на воплощение в реальности сцены из фильма «Американский оборотень в Лондоне». Судя по абсолютно спокойному виду Эльзиры Амбермун, профессор не первый раз наблюдал подобное преображение и спокойно продолжала лекцию.

– В облике ликанов могут находиться только истинные носители крови оборотней. Слишком большие запасы энергии уходит на поддержание боевой формы этой расы. Я не ошиблась, эта форма для оборотней боевая, ибо именно в ней они предпочитают сражаться, так как обладают максимальной силой зверя, не теряя при этом остроты человеческого разума и возможности применять магию. Процесс оборота из человека в волка и обратно является сложным и болезненным. Во время оборота тело оборотня сотрясается, мышцы напрягаются, а кости ломаются и перестраиваются. Этот процесс сопровождается сильной болью, но оборотни учатся справляться с ней со временем. Он может занимать от нескольких секунд до нескольких минут, в зависимости от силы и опыта оборотня. Мышцы становятся более развитыми и сильными, что делает ликана невероятно быстрым и ловким. Кости становятся более плотными и крепкими, а зубы и когти становятся острыми как бритва. Глаза приобретают желтоватый оттенок, а зрение и слух становятся намного острее, чем у человека. Обоняние оборотня также значительно усиливается, что позволяет ему улавливать запахи на огромном расстоянии. Истинные оборотни могут контролировать процесс оборота, но некоторые из них могут терять контроль во время полнолуния. В этом случае они превращаются в волков против своей воли и могут стать опасными для окружающих. Не будем терзать нашего очаровательного натурщика и попросим его завершить процесс оборота.

Ликан замер, готовясь к следующему этапу превращения. В аудитории можно было кожей ощутить напряжение в воздухе, когда он начал переходить в волчий облик. Его тело принялось сокращаться и снова менять свою форму. Шерсть стала еще более густой и длинной, покрывая каждый сантиметр его тела. Мощные лапы заменили человеческий облик длинных ручищ, а голова преобразилась, приобретая четкие черты волчьего облика. Морда вытянулась, обнажая белоснежные, острые клыки. Глаза Северина сузились, став похожими на хищные, а его уши приобрели форму, характерную для волков. Когда превращение было завершено, перед нами стояло мощное создание – полноценный волк, глубоко вздыхающий и оглядывающий аудиторию своими пронзительными глазами. В этот момент в моей памяти проскочил разряд молниеносного воспоминания, и я вспомнил окровавленное тело черной «собачки», что лежало без чувств позади разрывающего мою руку белошкурого волка.