Текст книги "Академия Иммерсии: Портал судьбы (СИ)"

Автор книги: Алексей Герасимов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 36 страниц)

Амбермун поднялась на кафедру и внимательно оглядела присутствующих. Мне даже показалось, что ее взгляд на доли секунды вспыхнул, когда пересекся с моим. В воздухе почему-то ощущался аромат древесины, смешанный с тонким запахом трав и миндальных масел. Чувственный тенор бархатного голоса женщины, в которой чувствовалась железная решимость, разлился в звенящей тишине:

– Благой день, потомки своих славных предков. Мое имя Эльзира Амбермун и, как большинство из вас уже знает, я чистокровный эльфовампир. В этом году на меня возложена обязанность – познакомить вас с разнообразием разумных видов, обитающих во всех пяти мирах МежМирья. И первое занятие я собираюсь посвятить сложностям и многогранным оттенкам истории происхождения моего вида. История эльфовампиров древняя, как сама магия, и понимание её дает ключ к мудрости и силе, которую некоторые из вас носят в своей собственной крови.

Подняв руки, Эльзира начала негромко нашептывать заклинание. Из кончиков её пальцев потекли образы непонятных мне символов, написанных кровавыми красками. В воздухе, над головами студентов, словно из воздуха, начали складываться картины. Изображения на них оживали, визуализируя древнюю историю. Сцены показывали эльфов, благородных и светлых, чья магия пела в унисон с природой. Затем картины сменились, показывая вампиров – темных, могущественных созданий, чьи облики словно проникали в реальность через трещины в самой ткани мира.

– Когда еще наш мир был молод, и основные главы истории еще не были написаны, эльфы объятиями встречали величественные древа, воспевая песни солнцу и ветру, а вампиры скользили по сумеречным улочкам древних городов, вкушая под покровом ночи изысканную сладость крови своих жертв. Это были времена непрерывной конфронтации дня и ночи. Ни один сказ о кровожадной вражде не обходился без упоминания вечного, ненавистного противостояния между этими расами.

Эльзира остановилась на мгновение, прислушиваясь к царившей тишине и собираясь с мыслями. Её взгляд устремился вдаль, туда, куда, видимо, ускользнула ее память.

– Сколько именно лет это длилось, уже неизвестно, но времена, как и судьбы любых народов, меняются. Удар небесного тела был неожиданен и в одно мгновение разрушил наш образ жизни. Земля затряслась от боли, небеса огласились таким стоном, что даже самые могучие чародеи спасовали перед величием катастрофы. Пробудившиеся вулканы в одно мгновение превратили день в ночь, покрывая все вокруг пеплом и окутывая всю поверхность Ноктандрии. Солнце было поглощено мраком, и жизнь при свете уступила место борьбе за выживание в сумраке.

Картины в воздухе перед нами резко смешались в непонятный ком красок, вздыбились, переплетаясь и взрываясь под потолком, формируя изображение угрожающего метеора, стремительно мчащегося к земле. Удар сотряс всю виртуальную сцену, раскатами грома расплескавшись по аудитории, а за ним последовала волна ужасающих разрушений. Я невольно затаил дыхание, наблюдая за хаосом, воссозданном будто на экране кинотеатра, благодаря магии Эльзиры. Когда изображение пыли осело, открывшаяся картина заставила многих из нас издать стоны жалости и поразительного изумления. Земля повсеместно горела, освещая пожарами сцены разрушенных городов и селений. Голос преподавателя уже звучал отовсюду, погружая в разворачивающуюся картину бедствия с головой.

– Катастрофа изменила всё. Весь наш мир окутала тьма, и солнце не пробивалось сквозь нее несколько сотен лет. Растительный и животный мир на поверхности планеты погибли. В таких условиях нашим расам пришлось перебраться под землю и найти друг с другом общий язык, ибо выжить отдельно было невозможно. Эльфы и вампиры объединились по собственной воле, и этот союз был скреплен на крови жертв небесного разрушителя. Когда в сердцах двух великих народов зародилось новое чувство, началась эра метисов. Не зафиксирован час, и не ведомо место рождения первого эльфовампира. Эта тайна затеряна в пепле времен. Успех первых смешанных союзов рассыпал семена нового, невероятного пути возрождения наций. Магия этого необычного симбиоза вознеслась на ступень недосягаемую их чистокровными предками. Новый вид стал мостом между двумя мирами, живым доказательством того, что из разрушения может возникнуть гармония и сила.

Образы продолжали меняться, показывая, как черты обеих рас сливались, порождая новую династию, наделенную как остротой ума и силами эльфов, так и таинственной привлекательностью и мощью вампиров.

– Когда солнце вновь воцарилось над Ноктандрией, эльфовампиры, такие как я, – Эльзира позволила себе улыбнуться, сверкнув клыками, – Вышли на поверхность и были вынуждены вытеснить чистокровных предков на задворки истории. Все попытки древних родов вернуть общественный уклад к прежним временам провалились. Причин для вечной вражды уже не было, ибо мы обладали силой обеих рас, но, наш путь – это путь мира и познания, а не войны и разрушения. Сила, которой обладали эльфовампиры, была несравненной, а их способности к магии – уникальными.

Она снова взмахнула руками, и магические картины теперь показывали сцены из мирной жизни постапокалиптической Ноктандрии. На наших глазах заново строились города, раскинувшиеся среди восстанавливающихся лесов и очищающихся на глазах рек. Возводились библиотеки, полные книг и древних свитков. Мелькали ученые, поглощенные изучением артефактов прошлого и созданием новых заклинаний. Вспахивались поля, высаживались сады, разводилась домашняя скотина.

– Магия крови и жизни, которой овладели эльфовампиры, создала великолепный баланс между энергией жизни и тенями смерти. Наша способность владеть этим балансом избавила расу от многих ограничений, но также наложила нравственный долг и ответственность. Новая раса не нуждалась в укрытии при свете яркого солнца. Она избавилась от потребности непременного употребления крови живых существ. А буйный нрав предков вампиров смог подстегнуть апатичную леность унылого существования эльфов. В смеси двух противоположностей, наконец-то, появилось желание жить, а не выживать в поисках кровавого пропитания или бесконечного созерцания природных красот. Настала пора приложить максимальные усилия для возрождения выжженной поверхности планеты. Благо, знания оставались с нами в самые темные времена, а новоприобретенные магические силы поспособствовали подпитке возрождающейся из пепла флоры и фауны.

– Простите, ниса Эльзира, – раздался голос откуда-то сверху. Я повернулся и увидел светловолосого красавца, определённо имеющего среди своих предков потомков Трандуила, – Каким образом природа Ноктандрии смогла восстановиться, если её выжгло пламя астероида?

– Ваше имя, студент? – ответила вопросом на вопрос Эльзира.

– Торбунт, уважаемая ниса.

– Вы мне нравитесь, Торбунт! И, судя по тому, что я вижу, в крови ваших предков присутствует часть крови эльфовампиров. А это значит, вы обязаны знать основу магических сил расы эльфов.

– Конечно, ниса, эльфы в основе своей были мастерами природной магии.

– Тогда почему вас удивляет факт того, что новая раса вполне успешно справилась с задачей возродить растительный мир Ноктандрии? Я уверена, что все растения в саду вашего дома растут, не испытывая проблем, благодаря даже малому количеству истинной крови предков в ваших венах! Я права?

– О да, ниса, правы. Мы по несколько раз в год урожай собираем и благодарим за это Единую. – с соблазняющей улыбкой ответил Торбунт, явно привыкший использовать свою эффектную внешность на противоположном поле.

– Так не забывайте периодически выказывать признательность и своим предкам, что смогли донести частицу истинной крови до вашего рождения! Продолжим. Прошло не так много времени, как сформировавшийся уклад нашего государства вновь подвергся испытаниям. На этот раз не столь катастрофичным, но, в очередной раз кардинально изменившим жизнь Ноктандрии. Произошло знаменитое землетрясение и открылись порталы, распахнув в наш мир дорогу новым расам. Эльфовампиры были счастливы узнать, что мир не ограничен лишь тремя расами и приняли попаданцев со всем радушием. В те времена еще никто не подозревал, что эру сохранения идентичности сменила эпоха многогранности. Кровь истинных начала стремительно разбавляться кровью пришлых, еще сильнее искореняя обособленность древних родов, привнося в наш мир знания и опыт других рас. Не все из нас приняли факт ослабления магических способностей так легко.

Изображение на картинках вновь поменялось, и мирные сцены активного переселения между мирами уступили место темным образам эльфо-вампиров, потерявших контроль над своей магией. Пылающие яростью образы мелькали над горящими поселениями, а из домов текли реки крови. Взглянув на соседей по парте, я увидел сквозь бледный свет от мелькающих образов, что визуальная составляющая лекции поразила их до самой души.

– История нашего народа не лишена трагических моментов, когда потеря контроля над собственной магией приводила к конфликтам и откровенному геноциду, – продолжила Эльзира. – Лишь благодаря совету старейшин МежМирья эти кровавые распри удалось задушить на корню, лишний раз напоминая всем, что необходимо держать свои способности под контролем разума и принципов сострадания. Не забывайте, что ваши действия могут быть столь же изящными и полными жизни, сколь и разрушительными.

Как только слайды растворились в тени, эльфовампирша встряхнула руками, и магия рассеялась в воздухе. Зал на мгновение погрузился в глубокую тишину, пока Эльзира мягко не произнесла:

– На этом основная часть лекции окончена. Пусть то, что вы узнали сегодня, послужит вам светом во тьме.

Замолчав, Эльзира вдруг выпустила из-под манжет широких рукавов своего платья стремительную стаю летучих мышей, трансформировавшихся на наших глазах в красивых белых лебедей. Иллюзия была настолько бесподобной, что аудиторию наполнили вздохи изумленного вдохновения.

– Я лишь хотела показать вам, что в магии, как и в жизни, все возможно. Нужно лишь найти гармонию и истинное понимание своей природы, – с улыбкой закончила Эльзира, растворяя образы во вспышках разноцветных искр.

Мы все зааплодировали, глубоко впечатленные уроком и той мудростью, которой с ними поделилась очаровательная преподавательница.

– Вопросы?

– А чистокровные эльфы и вампиры все еще существуют в Ноктандрии? – спросил кто-то с верхних рядов.

– Конечно! Но их осталось крайне мало, ибо большинство погибло в сражениях с метисами, не желая уступать право первых. Те, кто выжил, со временем, смешались с людами, из поколения в поколение теряя остатки былого могущества в собственных потомках.

– Прошу прощения, ниса, а есть возможность определить, чистокровный вампир перед тобой или эльфовампир? – задал я мучавший разум вопрос, пытаясь понять, кто именно швырнул вчера вечером мое тело в мусорку? Оказался ли я жертвой случайного нападения с целью пропитания истинного вампира или мне действительно есть повод лишний раз оглядываться по сторонам?

– Хм… Чистокровный люд? – ответила Эльзира, подойдя к первому ряду и просканировав меня своим замораживающим взглядом, – Редкий образец подобной чистоты в наше время. Вынуждена расстроить вас, молодой человек (она прямо сделала ударение на слове «человек»), но вряд ли вы сможете определить в эльфовампире даже четвертькровку. Для этого нужен приличный уровень владения магией крови. К примеру, наш многоуважаемый и непревзойденный лекарь, Элводир Серебронос – потомок эльфовампиров, но в его крови доминирует эльфийские корни и он, как бы ни хотел, никогда не сможет обратиться в крылатого вампа. Да он, собственно, и не захочет! Оберегающий жизнь никогда не свяжется с тьмой. А вот я способна принимать как облик эльфа, – на моих глазах черные волосы преподавательницы побелели, а бледность кожи заполнила розово-оливковые оттенки. В одно моргание век цвет красных глаз сменил приятный оттенок зеленого, и в ее улыбке уже не прослеживалась прежняя острота клыков. – Так и полноценный облик владыки ночи.

Я аж отшатнулся, когда в один миг, прекрасный облик эльфийской девы сменила ужасная морда оскалившейся летучей мыши, точь-в-точь повторяя мерзкий облик одной из напавших на меня тварей из вчерашних воспоминаний. Именно в этот момент я решил для себя, что среди этой расы девушку себе искать не стоит. Я и так уже достаточно седой.

– Спасибо за разъяснение, ниса, – прошептал я, оценив пугающие перевоплощения преподавателя. Пока остальные ученики продолжали расспросы, я пытался понять, каковы все же причины вчерашнего покушения и с какой стороны мне ждать следующего нападения. Пока что клыки на меня наточил только Аларик со своими дружками. Однако, не мог же он решиться на откровенное убийство? Или мог? Если я правильно понимаю, по головке за умышленное преступление в этом мире не гладят. Да еще и с явным применением магии. Или шкурка обычного люда не настолько ценится в Алитае, как это виделось мне со стороны? Я украдкой кинул взгляд в сторону пресловутой троицы, но те, как ни в чем не бывало, что-то строчили у себя в тетрадях. Вполне возможно, шпилились в морской бой. Нужно будет, каким-то образом, поставить все точки над «и» в наших непростых взаимоотношениях и переиграть то неудачное начало знакомства, что изо дня в день перерастало в откроенную вражду со стороны царственного сыночка. Вот только как это сделать? Вопрос…

– Лёня! Ты чего застыл? – голос Майи вытянул меня из размышлений. Вереница студентов уже плавно вытекала за дверь, шумно обсуждая услышанное. – Что планируешь до обеда делать? Хвостатые топают в библиотеку, Марк, вроде, с ними собрался. А я хочу наведаться в оружейку, своих красавчиков подточить. Составишь компанию?

Она достала свои кинжалы из-за пояса и с любовью рассматривала их острие на свет.

– Прости, пчелка! Мне нужно проведать ДраКошу. Он наверняка голоден. Так что я помчался в общагу, встретимся за обедом, окей?

– Окей? Это еще что значит? – улыбаясь, спросила оркша, – Снова словесный привет из твоего мира?

– Это значит «договорились»! – пояснил я, изображая заодно пальцами соответствующий жест. – Еще вот так кистью делают, что так же означает окей.

– Значит, окей! – зеленая ладонь подруги попыталась повторить показанный знак, и я поднял большой палец в одобрении. – Увидимся за обедом.

– Ты главное все не съешь! – хихикнул я и, проскочив под шутливой оплеухой, что пыталась мне отвесить возмущенная Майя, побежал в сторону общежития.

***

По опыту владения многочисленными представителями семейства кошачьих, чьи хвосты периодически оказывались в доме моей бабушки, я подозревал, что мой питомец голоден и опасался, что умный зверек решит отправиться на поиск еды самостоятельно. В небе сгущались дождевые тучи, обещая скорый приход осадков. В этом мире не было радио или телевидения, чтобы подтвердить мой прогноз погоды, так что я очень надеялся, что ошибаюсь, ибо кожаная ветровка у меня всего одна, а головного убора и вовсе не было. «Интересно, а как в этом мире обстоит дело с зонтиками? Они вообще существуют? Если нет, то можно было бы соорудить нечто подобное. Введу в моду, начну таны заколачивать! А что я, лысый, что ли? Хотя, согласен, лысый. Однако, в сотнях книг попаданцы зарабатывают на чужих знаниях. А я чем хуже? Авторские права тут защищать некому.» – с такими мыслями я проскочил пустующее кресло нашей вахтерши и, насвистывая мотив песни «Два кусочка колбаски», вырулил на свой этаж. Увидев у нашей двери чуть сгорбленную фигуру Маргариты Степановны, я даже не сильно и удивился. Я знал, что долго скрывать присутствие ДраКоши не получится и, вздохнув, поспешил на встречу хмурой женщине.

– Добрый день, глубокоуважаемая бабушка Рита! – решил я с ходу включить максимальное обаяние неофициального внучка, добавляя в слова килограммы лести. – Невероятно рад вас видеть. Что привело вас к дверям нашей обители?

– Ха-ха-ха! – внезапно рассмеялась кастелянша, видимо поддавшись моей стратегии, – Меня еще ни разу тут Ритой не называли! Прямо домом повеяло. Спасибо, внучок! Так уж и быть, официально дозволяю тебе назвать меня бабушкой Ритой. Но только тебе одному! Все-таки земляки, как никак, не чужие друг другу.

Я не стал напоминать славной старушке, что она уже позволила меня так ее называть три дня назад, когда я залатал проходившую трубу в душе второго этажа. Видимо, возраст все-таки сказывается на памяти даже в магическом мире.

– С превеликим удовольствием, бабушка Рита! Меня и на земле бабушка воспитывала, так что я только рад, что хоть что-то из прежней жизни остается со мной.

– Ладно-ладно, дамский угодник. Я не за слащавыми речами кручусь вокруг вашей комнаты. Ты ведь в курсе, что в общежитии запрещено держать домашних животных?

– А с чего вы взяли, что у нас в комнате кто-то живет кроме нас? – начал я извиваться, отчаянно пытаясь придумать причину, по которой можно было бы избежать внеплановой инспекции помещения. Однако, подсознательно я уже осознавал бесполезность любых попыток.

– Не придуривайся, Леонид! – строго произнесла Маргарита Степановна и, взявшись за ручку нашей двери, распахнула ее. – Я знаю абсолютно все, что происходит в моих владениях. Не люблю, когда меня недооценивают и надеюсь, что больше подобного от тебя не услышу. Иначе обижусь!

Старушка махнула мне, предлагая войти, и зашла за мной следом. Естественно, ДраКоша тут же громким мяуканьем обозначил свое присутствие и требовательно полез мне на ручки. Пришлось поднять черное тельце и печально повернуться к кастелянше, ожидая заслуженную словесную порку за собственное вранье. Однако, вместо хмурого взгляда, я наткнулся на выражение невероятного удивления, с которым пожилая мадам разглядывала ДраКошу.

– Единая определенно благоволит к тебе, мальчик мой, раз послала тебе подобное чудо! – со вздохом восхищения пробормотала Маргарита Степановна, не сводя взгляда с ДраКоши. – Я и не надеялась увидеть еще одно подобное существо. Говоришь, он сам тебя нашел и последовал за тобой?

Мы уселись за стол и я, не скрывая подробностей вчерашней «мусорной вечеринки», подробно рассказал кастелянше свои злоключения, предлагая котоящеру по очереди ингредиенты из нетронутого бутерброда Марка. Тот, мурлыча у меня на коленях, воротил мордочку от всего, что я ему подсовывал под нос. Этой животинке не нравился ни хлеб, ни сыр, ни ветчина! Даже листики зеленого салата вызвали у него лишь приступ чихания после тщательного обнюхивания. «Вот те раз! Чем же прикажешь тебя кормить, Ваше Привередливое Высочество?! Надеюсь, не внутренностями мертвых вампиров?» – пришла в голову невеселая мысль. Как бы нелепо это не прозвучало, но я на серьезных щах, подсознательно принялся перебирать в голове варианты убийства невинных упырей. Почему-то, я даже сам себе не мог этого объяснить, но ради этого недокошары я был готов пойти даже на преступление.

– Не переводи понапрасну продукты, Лёнечка! – вдруг прервала мои размышления бабуля – Эти существа питаются только одной вещью на свете. Кровью своего хозяина!

– Ик… Кровью? – от неожиданного заявления я подавился кусочком хлеба, от которого отказался Драк, и который теперь уже не казался таким уж невинным. – Хотите сказать, спасаясь от вампиров, я посадил себе на шею одного из них? Пускай такого милого и симпатичного? Мне теперь что же, вены ему каждый день подставлять в качестве аперитива?

– Как частенько говорит наш уважаемый завхоз, Торбин, не писай в кипяточек, тот уже и так горячий! – отсмеявшись, произнесла старушка, – Твой питомец не будет высасывать тебя досуха. Ему достаточно одной капли крови в неделю. А вот когда он подрастет, там уже нужна будет как минимум стопочка.

И только тут до меня дошло!

– Маргарита Степановна, так вы знаете, что это за создание?! Расскажите! Умоляю! Никто из моих друзей не смог опознать в ДраКоше знакомого им зверя.

– Это и неудивительно! – улыбаясь, продолжила бабушка Рита, – В здешних мирах фамильяров отродясь не было! Вот почему я так удивилась, увидев его! Кстати, можешь выдохнуть, никто теперь не выгонит твоего зверя из общежития! Он определенно не попадает под категорию домашних животных.

– Фамильяр?! – тупо переспросил я, не веря, что еще одно существо из фэнтези книг в данный момент трется о мою рубаху, выпрашивая ласку. – У меня теперь есть свой фамильяр?! Я же не маг и не колдун! Но постойте! Если в этих мирах не водятся фамильяры, тогда откуда вы знаете, что это именно он? И что мне теперь с ним делать? Вы точно уверены, что это он? Почему он выбрал именно меня? И откуда тогда он вообще взялся?

– Ну-ну… Успокойся! Засыпал вопросами, словно невинна девица матушку перед первой брачной ночью, право слово! – Маргарита Степановна ненадолго задумалась, переводя взгляд с меня, на ДраКошу и наконец ответила, – Проще будет показать, чем рассказывать. Григорий! Григорий! А ну-ка явись на свет. Я точно знаю, что ты здесь. ГРИША?! Я кому сказала!

– Ну ладно-ладно. Не ворчи, старая! – раздался голос возле моей правой ноги и внезапно, возле нее, прямо из воздуха появился классический земной кот! Ну, как классический! С условием того, что он ГОВОРИЛ, то не совсем классический. К тому же, когда-то черную шерсть густо разбавляли всполохи седины, выдавая в животном его приличный возраст. Сказать, что я охренел, было бы не совсем объективным описанием степени моего космического изумления.

– Кто из нас еще старый?! Скотина седая! – возмущенно воскликнула бабушка Рита, – Вот подержу тебя месяц на голодном пайке, посмотрим, как ты заноешь! Вот, Лёня, познакомься. Эта седая рухлядь – мой фамильяр. Его зовут Григорий. По совместительству, мои глаза и уши во всей Академии. Именно благодаря ему, я не сгорела на костре в качестве ведьмы, а попала в этот мир через стихийный портал.

Признаюсь честно, информация поступала в мой мозг гораздо быстрее, чем он мог ее переваривать. ДраКоша спокойно спрыгнул с моих колен и пошел знакомиться с еще одним представителем своего вида. Я же продолжил изумленно разевать рот, не понимая, какой именно вопрос, роем кружащих на языке, стоит задать первым.

– Так вы еще и ведьма? – пришлось уцепиться за последние слова бабушки.

– Ну. Скажем так, эта история уже давным-давно мхом проросла, да в огне очищающем сгорела. Я спокойно жила при своем барине, на самом краю нашей деревни возле Нижнего Новгорода, да помогала селянам всем, чем могла. Кому травками, кому заговорами. Всем тем, чем покойная матушка научила. Однажды, ребятишки мне принесли раненного сажевого котенка из леса. Я его вылечила, выходила, он и остался у меня жить. Вырос. Мышей таскал, кошек на деревне брюхатил, в общем, вел себя как самый обычный кот. А вот накануне того злосчастного дня, когда злые языки меня обвинили в колдовском непотребстве, мол, младенцев жру, порчу навожу, да скотину со света сживаю, Гриша заговорил и предупредил меня, что завтра «злую ведьму» собираются сжечь. Так я и узнала, что он мой фамильяр. Гриша принял мой облик и заменил меня на костре. Я же смогла в лес сбежать и случайно попасть в стихийный портал, так и оказалась туточки. А Гриша, который был связан со мной высшими силами, смог найти тот портал в лесу и присоединиться ко мне.

– Но как он смог скрываться так долго? Неужели он все время остается невидимым?

– Меня может видеть только тот, кому разрешает хозяйка! – ответил мне седой кот, смиренно наблюдая, как ДраКоша пытается схватить кончик его нервно-подергивающегося пушистого хвоста. – А твой фамильяр довольно забавен! Ох и намаешься ты еще с ним!

– А что с ним не так? Кроме внешности. – я тут же попытался получить хоть какую-то информацию. – Он тоже может становиться невидимым для других?

– Повторяю – фамильяра может увидеть только тот, кому позволяет его хозяин. – степенным голосом повторил Григорий, по-кошачьи принимаясь вылизывать свою лапу.

– МАРГАРИТА СТЕПАНОВНА!!! – раздался громкий крик приближающегося к дверям нашей комнаты Торбина Камнесерда. – Ты где?!

– Тут я! Тут! Не вопи на все общежитие! Всех тараканов мне в стенах побудишь! – громко ответила бабушка Рита и, повернувшись к нашим зверькам, скомандовала, – Исчезните, окаянные!

Как по мановению палочки седовласая шкурка Григория растворилась, аки Чеширский кот, разве что улыбки в воздухе не осталось! Мой рот снова раскрылся в немом изумлении, ибо ДраКоша, посмотрев на то место, где только что сидел его новый друг, словно мыльный пузырь лопнул, бесследно исчезая в пространстве. Не знаю как, но не видя своего малыша, я точно понимал, где он находится.

– Вот ты где! И Леонид здесь! Единая вновь повернулась ко мне своим пышным бюстом! Лёня, хватай свои инструменты и срочно топай за мной! – протараторил запыхавшийся завхоз, стараясь отдышаться.

– Что еще у нас приключилось, Торбин? – обеспокоено спросила гнома Маргарита Степановна.

– Ты не поверишь, Марго, у нашей Доры именно сегодня решила разродиться потомством одна из самок Люмифаэра. А я уже три месяца как докладывал ректору о том, что клетки в отделении МежМировой фауны давно разрядились! Она одна не справится и с родами, и с удержанием потока магии одновременно. Придется вспоминать молодость и помогать! Леонид, мне повезло, что ты тут, следуй за мной! Инструмент захвати!

Я не понимал ни слова из того, о чем говорила эта престарелая парочка, но, схватив ящик с инструментами, смиренно встал у выхода, надеясь, что мне по дороге все объяснят. Маргарита Степановна подмигнула мне и сказала:

– Ступай, Лёня, ступай. Я позабочусь о… твоей комнате! Вечером жду тебя на чай с пирожками, расскажешь мне, как прошли роды, а я отвечу на твои вопросы. Давненько у Люмифаэров приплода не было! Славно как! Эта полу-дракониха все же добилась своего.

Мне ничего не оставалось делать, как довериться славной женщине и догонять стремительно удаляющуюся спину завхоза.

Глава 11. Решил, что в сказку попал, а сам – в жизнь вляпался...

Я заблудился в лабиринте паритетов,

Где порт приписки, я теперь не знаю,

Жизнь, как череда вопросов без ответов,

Мне по теченью плыть?

Иль поселиться в хате с краю?

Лоррентия Теодорра Волкосветова глубоко вздохнула, неосознанно кружа пальцем по холодной поверхности магического шара связи, окаймлённого по краям подставки золотом. Тот в данный миг служил молчаливым свидетелем внутреннего бурления её чувств. Светло-каштановые волосы королевы были собраны в строгий пучок, заколотый изысканным шипом из чёрного дерева, а её глаза, два бесконечных океана тоски, усилием воли маскировались спокойствием. За плечами женщины в массивных окнах совещательной комнаты бушевала стихия, будто проецируя эмоции королевы на столицу. В тяжелых облаках сверкали молнии, освещая вечерние сумерки своими дикими вспышками света. Она была одета в строгое, длинное, серебристое платье. Его складки, словно океанские волны, обтекали стройную, несмотря на рождение трех детей, фигуру, разбавляя ту ауру мрака, которая царила в душе королевской вдовы.

За её спиной, в темном углу комнаты, стоял Канцлер, чьи светящиеся глаза упивались собственной силой, ощущая каждую крупинку той власти, которую он имел над кузиной. Убийство вождя из финальной главы его операции теперь стало лишь первым шагом в новом откорректированном плане. Он пока нуждался в Лоррентии, как в символе непрерывности и стабильности сложившейся ситуации для всех жителей Лунории.

– Помни, что у тебя нет выбора, – почти любезно прошипел Элррик, напоминая тем самым о своем главном аргументе, скрывающемся где-то в его ледяных тисках.

Лоррентия взглянула на него с такой ненавистью и гневом, как будто она могла убить двоюродного брата этим взглядом. Однако, в данный момент смерть Канцлера ни к чему бы не привела. Её дочь оставалась в руках монстра, да и младшие девочки, несмотря на то, что им позволили вернуться в свои комнаты, были, по сути, заложниками бунтовщика. Согласившись еще утром на все условия Элррика, переданные через уста его матери, вдове позволили вернуться в свои покои и привести себя в соответствующий королеве вид. Пока женщина отмокала в ванной, пока ее волосы укладывали в прическу, пока она принимала пищу в комнате девочек, стараясь удержать слезы боли от потери любимого, что, не ослабевая, выжигали ей душу, Лорра отчаянно пыталась найти выход из сложившейся ситуации. Она, словно ночной мотылек, наглухо запуталась в паутине коварного плана Дамирра и не видела ни одного варианта, способного вытащить ее из липких пут. Как она могла быть такой слепой и проглядеть те изменения, что происходили в ее дворце? Теперь, оглядываясь назад, королева четко осознавала, как кузен, шаг за шагом, подготавливался к смене власти. Как постепенно и незаметно заменялись дворцовые слуги. Как все чаще и чаще на одежде дворцовой охраны доминировал герб канцлера. Как, по стечению якобы случайных обстоятельств, из ее окружения исчезали представители стаи Дамирра. Со стороны, все казалось логичным, но теперь, эта логика переворачивала смысл с ног на голову своими зловещими обстоятельствами. Этот монстр предусмотрел практически все. И теперь ей предстоит взять себя в руки и провести вместо Короля внеплановый совет с главами родов, озвучив версию пропажи мужа, которую ей подсунули «кровавые родственнички».

На длинной буковой столешнице совещательного стола кабинета возвышались проекционные кристаллы, которые, один за другим начинали светиться, отображая над своей поверхностью образы четырех глав родов Лунории, созванных Элрриком на внеочередное совещание. Лунория была огромна в своих размерах и, благодаря кристаллам, не было необходимости собирать вождей лично, в тоже время, имея возможность проводить сбалансированную и согласованную политику. Сердце женщины предательски екнуло, когда над последним кристаллом возник облик Свигорра Волкосветова, отца ее любимого Дамирра и главы рода Северных земель. Муж был настолько похож на своего могучего предка, что Лорре казалось, что она смотрит на лицо воскресшего короля, разве что внезапно поседевшего и осыпанного многочисленными морщинами. Ладонь крепко сжала столешницу, и женщина вновь взяла свои эмоции под контроль. Она знала, что малейшая оплошность в ее словах может стоить жизни ее девочкам.

– Мои дорогие вожди, – начала она, касаясь шара. Тот моментально вспыхнул, создавая обратную проекцию связи. Каждое слово королевы звучало твёрдым металлом, отливаемым в пламени раздираемой горем души, – Я предстаю перед вами в тяжкую для нашей страны пору, но моя вера в наше королевство и в сплочённость нашего народа непоколебима. До некоторых из вас могли дойти слухи о нестабильности в столице, и я вынуждена признать, что для них есть весомые основания. Мой муж и ваш Король… – Лорра на грани эмоционального срыва проглотила ком, возникший в горле, и продолжила, – Пропал в стихийном портале. Увы, это правда. Вместе с ним пропала и моя старшая дочь, Лиана. В последнюю ночь Обращенной Луны они охотились у восточных скал и исчезли бесследно. Их следы обрывались у каменной арки незарегистрированного портала, и мы не знаем, в какой именно мир занесла их Единая. Но мы, не покладая рук и лап, работаем над их поисками, и я клянусь, что камня на камне не оставлю, пока не найду своих любимых.