Текст книги "Кибер-вампирша Селин (СИ)"
Автор книги: Алексей Абабкин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 16 страниц)
Фишка была в том, что из раны на шее «Михала» показался окровавленный металлический прут...
«Так что никакой он на хрен не оборотень. Он другой».
«Чужой», – по коже террористов пробежали мурашки.
– Мы раскрыты вампирами. Уходим, пока не поздно, – медленно, словно робот, произнес Джагош, – эвакуация.
Он перевел опустошенный взгляд на одного из уцелевших террористов-стриптизеров. Тот побледнел еще сильнее, выронил плетку, кивнул и убежал прочь. Через десяток секунд взвыла сирена.
Каждый знал, что делать. Все вокруг завертелось.
Готовилась взрывчатка. Сжигались архивные материалы, уничтожалась черная бухгалтерия клуба и видеокомпромат. Проверялся транспорт и уточнялся маршрут движения.
– Покинуть лагерь! – приказал голос Драгоша по громкой связи. В этот сложный момент он занял активную позицию.
Группы по десять содомитов начали покидать лагерь: на трех-четырех багги и мотоциклах. Они расходились в разные стороны, чтобы через сутки собраться в засекреченном месте.
Тело гиганта мысли также решили эвакуировать. Оно лежало в коляске байка, который покидал базу предпоследним. Вел его Шерман – самый накачанный из боевиков, единственный профессиональный стриптизер, работавший в профессии еще до Большого Пи***ца.
Все машины из группы Драгоша уже скрылись вдали. Он в последний раз обвел взглядом ангар и нажал на газ, привел в действие взрыватель. Парень не стал оборачиваться, прекрасно зная, что произойдет.
Послышалась серия оглушительных взрывов.
Он буквально выскользнул из объятий огня. Он мчался вперед, прижавшись к бензобаку, а за спиной разрастались ярко-красные клубы взрыва – как в американских боевиках.
Трансильванское солнышко, клонившееся к земле, освещало путь. Они неслись по холмистой местности, стараясь следовать по низинам.
Байк Драгоша мчался вперед, догоняя остальных. Мирче сидел сзади и обнимал его. Они уже слышали шум машины, которой управлял Шерман.
Мускулистый здоровяк то и дело оглядывался назад, пытаясь разглядеть парней. Кроме того, Шерман боролся с желанием посмотреть на тело сэнсэя и в конце концов не удержался, поскольку был любопытным негодником.
Однако через несколько слоев бликующего целлофана разглядеть тело оказалось непросто. Гладиатор несколько раз поворачивал голову в сторону посиневшего Михала и, не успев что-либо рассмотреть, вновь впивался взглядом в извилистую трассу. Когда ему показалось, что она чиста, Шерман вновь повернулся, пытаясь сконцентрироваться и... на несколько мгновений потерял контроль. Этого хватило, чтобы налететь на заглохший багги, который должен был двигаться впереди.
Громиле повезло – его сразу выбросило в кусты, росшие на склоне неподалеку, что смягчило падение. Мотоцикл буквально вонзился в заглохшую машину, и комок смятого железа взмыл в воздух. Совершив несколько кувырков, машины упали на землю. Пассажиры заглохшего багги не пострадали – они успели отскочить в сторону до столкновения.
Моментально вцепившись в руль и лихо крутанув его, Драгош сумел уйти от столкновения. Он остановил байк в нескольких метрах от разбившихся машин, соскочил с него и сразу побежал к Шерману.
Из зарослей донесся треск ломающихся ветвей и крепких ругательств.
– Ты в порядке?! – крикнул Драгош. – Сам выберешься?
– Да че там, – не очень уверенно ответил он, – так... шея сломана.
Последовавшая далее брань дала понять, что здоровяк, в целом, чувствует себя как обычно.
Мирче осторожно ступил на землю, словно боясь обжечься... Парень смотрел на происходящее отстраненно. Было заметно, что он опустошен и действует по инерции. Подобно машине. Боль в глазах почти исчезла, и ее место заняла пустота.
Начали съезжаться машины тех, кто шел в голове колонны. Террористы и стриптизеры выскакивали из автомобилей, подбегали к месту аварии. Закидывали друг друга вопросами, и один из них был главным:
– Где тело?
– Я закрепил его! Он на месте! – Шерман только вылез из кустов и поправлял штаны.
– Придется перевернуть этот хлам, – предложил кто-то из толпы боевиков.
Мирче закрыл глаза... Он не хотел смотреть. Мужчины-гладиаторы дружно взялись за ком смятого железа и перевернули его...
Вся толпа выдохнула так, словно была единым организмом.
– Мать твою!
– Да он рептилоид!
– Ящур!
– Нет! Там реально механика!
– Все искусственное, мля!
– Сто процентов!
Подозрительно сине-зеленый Михал лежал на спине. Со всей левой половины головы оказалась содрана синтетическая кожа, рана обнажила кости черепа и свисавшие с него синтетические мышцы. Этот череп...
Даже отдаленно не напоминал земной!
В некоторых местах виднелись металлокерамические пластины, но все же казалось, что в основе конструкции лежит кость живого существа... не оборотня. Не вампира.
Повсюду были заметны следы хирургических операций. Сбоку, сразу за «скулой», находился подпиленный костяной нарост, к которому крепился металлический прут со слоем искусственных мышц... их каркас имитировал вид человеческого оборотня. Когда «создание» погибло, произошла релаксация мышечной массы, и лицо начало изменяться – именно это боевики наблюдали два часа назад.
Грудная клетка рептилоида оказалась раздавленной. Из чудовищной раны торчали титановые прутья – элементы реконструкции грудной клетки. Должно быть, она скрывала не меньше секретов, чем черепушка.
– Так он не оборотень?..
– Ящур поимел нас.
– Мы лохи.
– Так! Тихо всем! – заорал Драгош, осознав, что ситуация выходит из-под контроля, и что он может потерять остатки власти. – С этим позже! А сейчас надо двигаться!
Его доминирующий голос отрезвил террористов.
Селин сидела на коленях в кабинете Лусиана. Они беседовали, закрыв глаза. Кибервампир был несколько удивлен, что задание оказалось выполненным так быстро.
– Я не сомневался в тебе... – медленно говорил он. – Смерть босса оборотней все упростила, как и было предсказано.
– Опять пророчество?
– Это уже другое пророчество. Вампирское.
– А-а, понимаю...
Лусиан открыл глаза. Почувствовав обжигающий взгляд, Селин сделала то же самое и...
Она всматривалась в ярко-рыжие точки в глубине глаз сэнсэя и не могла понять, что это на самом деле.
Ненависть?.. Зло?..
Нет. Что-то другое.
– Я чувствую запах твоего сомнения, – голос Лусиана сильно изменился, в его глотке словно клокотало кипящее масло. – Но мы уже в миллиметрах от победы. Впереди светлое будущее, обещанное вождем. И в самом конце – полный коммунизм. Окончательный.
Его слова медленно проникали в реальность. Звенели, отражаясь от стен и статуй. К Селин обращалось... будто бы само пространство зала, заполненное странной полупрозрачной темнотой. И две эти горящие точки, ненавидящие сомнения. Казалось, он знал, что Селин не смогла поднять руку на тех мальчиков...
– Да, учитель, – сжав кулаки и скрипя зубами, произнесла Селин.
"Я... " – подумала она, опустив взгляд.
«Слаба», – раздалось в голове.
"Я... "
«Ничтожна».
«Но я стану сильной!.. С твоей помощью, тварь», – она ответила наставнику прямым и неожиданно жестким взглядом.
В глазах ученицы блеснули искры. Боль?
«То, что надо. Ненависть к собственной слабости. Настоящее», – Лусиан украдкой улыбнулся, закрыл глаза и погрузился в себя.
Селин ссутулилась, опустив голову.
– Неизбежное... – продолжил киберсэнсэй. – Зло не желаниях, как говорили буддисты, а в самой жизни. Жить можно, только разрушая.
По характерному шороху вампирша определила, что Лусиан тоже ссутулился.
Некоторое время они оба молчали. Затем наставник расправил плечи и, вздохнув, обратился к ученице:
– Предатели из среды оборотней сообщили координаты их запасной базы и согласились помочь в штурме. Когда все закончится, убей их.
Глаза Селин озарились ликованием – она понимала, что, если удастся убить побольше содомитов, то ее шансы повысятся. Ну, вы понимаете... Запретная любовь вампиров к оборотням и наоборот. Точнее, и так далее. Уже пятая глава, а любви все нет и нет...
– Представляешь, они снова устроили вечеринку. Захотели снять напряжение. Придурки.
– Им конец, сэнсэй. Я покараю содомитов – во имя традиционных коммунистических ценностей. И тогда настанет светлое будущее.
– На самом деле оно темное... Мы же вампиры. Не забыла?
– Как тут забудешь... постоянный сушняк.
Впрочем, кусать содомитов совсем не хотелось. Их кровь не возбуждала ее. Поэтому Селин запаслась боеприпасами и подзарядила батарейки питания имплантов.
Драгош успел поговорить со Стефанидой. Кажется, эта куколка находилась на их стороне. Постепенно ситуация стабилизировалась. Боевики отвисали в клубе и расслаблялись, избавлялись от стресса. Однако парня мучало тревожное предчувствие...
Мирче все еще было плохо. Он сидел на краю кровати в пустой комнате, обхватив голову, и беззвучно плакал. Бедняжка. Из-за стен доносились тягучие пульсации музыкальных треков с танцпола.
– Я с тобой, – сказал Драгош, войдя внутрь к Мирче.
Тот судорожно вздохнул, оказавшись в объятьях друга, который занял место сзади.
– Я боюсь, что мы проиграем... Что бы мы ни делали... все разваливается.
– Главное, мы вместе.
Мирче попытался улыбнуться и прильнул щекой к ладони Драгоша. Они повернулись друг к другу и обнялись. Не говоря ни слова, сидели так около минуты...
Они думали о Михале. И в глубине души говорили ему «спасибо»... кем бы он ни был.
Внезапно послышался грохот упавшего в коридоре металлического предмета. Затем – топот ног. Какой-то неловкий слонопотам ломился прямо сюда.
"Что им нужно?! Оставьте нас! "
В комнату влетел запыхавшийся Шерман.
– Я не вовремя? – начал он, пытаясь отдышаться.
– Что? – их глаза умоляли ничего не говорить... хотя бы сейчас.
«От него пахнет страхом. Что-то стряслось».
– Исчезли... Стефанида со своими дружками.
– Кто именно?
– Эти... новенькие.
– Она сразу взяла их в оборот, – припомнил ревнивый Драгош.
– Совсем забыл про нее, – всхлипнул Мирче. – Что, если она тоже рептилоид? Только у нее и у Михала получалось полностью преображаться в зверя...
– Короче, – перебил Шерман. – Четыре часа назад они пошли на склад за выпивкой. Я все оббегал, бутылки целые, а самих подонков нет.
– О Боже! Они, что, завязали?!– воскликнул Драгош.
– Это предательство,– догадался Мирче. – Кто-то еще знает?
– Нет, – мускулистый здоровяк опустил взгляд, – пока нет.
– Бежать, – сокрушенно произнес Мирче, – снова бежать.
Все замолчали, осознав, что они... что их дело почти погибло.
– Я предупрежу всех, – сказал Шерман через плечо, уже повернувшись к выходу, – постараюсь не поднимать паники. А вы придумайте что-нибудь. Может, успеем.
Вооруженная автоматом Селин легко миновала посты в валахской степи. Охранники «Гладио» лишь кивали, когда она проходила мимо – помогла темнота и знаменитая вампирская убедительность...
Она приближалась к лагерю, скользя в предрассветной тишине. От одного из бетонных бункеров отделились тени. Звуки набирающих обороты моторов подсказали – мотоциклы. Три или четыре. Развив скорость, они унеслись вдаль. Начинало светать.
Селин прошла последний пост и проникла в небольшое строение – вход на подземный этаж. Она доверилась интуиции, следуя по узким коридорам.
Чистые полы, белый кафель. Лампы накаливания... Редкая древность, довоенного периода. Людей вокруг не было. Их присутствие выдавала лишь клубная музыка, которая вела Селин к цели.
Наконец, она подошла к приоткрытой двери, за которой дергалась человеческая тень.
Кибервампирша саданула по двери и остановилась в проеме.
– Э-э... ти хто? – возмутился гладиатор-китаец, стоявший за музыкальным пультом. Ди-джей. Он торопливо стаскивал наушники и не понимал, что происходит.
– Есть что-то потяжелее? – спросила Селин и передернула затвор автомата.
– Се... се... – заикался тот.
Селин поднесла оружие к его голове и хищно улыбнулась, обнажив длинные клыки.
– Сепультура, – сглотнув, выдавил из себя ди-джей, – но она им не понравиться, – уже без акцента договорил он.
– Забойно. Вставай за винил.
Тот потянулся назад и, не глядя, нажал несколько кнопок на клавиатуре компьютера. Только услышав первые звуки, Селин схватила ди-джея за подбородок и резким движением сломала тому шею. Его тело отбросило к стене, и оно сползло на пол.
Roots Bloody Roots. Sepultura.
Динамики, установленные не только в клубе, но и по всей базе, взорвались грубой, брутальной игрой гитар. Селин выглянула в окно – часть посетителей показалась озадаченной, а некоторые даже схватились за голову.
Внезапно окно пробили несколько пуль, но кибервампирша успела увернуться, как в матрице.
– Я же говорил, что не понравиться... – донеслось со стороны тела. Селин даже не посмотрела в его сторону – только вытянула руку с автоматом и выпустила очередь.
Ее взгляд упал на большую красную кнопку, что была под музыкальным пультом ди-джея...
Удар ногой! И тут же все двери клуба закрылись – содомиты оказались в ловушке. Раздался их протяжный отчаянный вой. Они поняли, что рука Избранной не дрогнет, и что она не знает пощады – раз уж торчит от Сепультуры и верит в союз коммунизма, вампиризма и технологий.
Срыв 6-й печати
Поскольку она получила неожиданную фору, то решила получше осмотреться. И почти сразу обнаружила струйный огнемет, прислоненный к стене у двери... А что, стильно!
В окно продолжали лететь пули, и из зала доносились вопли и проклятия. Они кричали, что пророчество было на хрен не нужно, и что пришла их погибель.
Посмеиваясь, кибервампирша спустилась по лестнице к танцполу. Остановилась напротив запертой двери.
Радиолокационные импланты, встроенные в мочки ушей, позволили просканировать пространство за дверью и определить расположение содомитов. Они сгруппировались в углах зала, готовясь контратаковать. Но Селин знала, что делать.
Она вложила 83% заряда батарей в ноги и легко вышибла тяжелую дверь, затем швырнула внутрь гранату. Быстро спряталась за стеной. Несколько пуль просвистели рядом. Фальшивые оборотни завыли, поднимаясь в атаку, однако взрыв гранаты заставил всех заткнуться и спрятаться. И тогда Селин вновь появилась в проеме, вскидывая огнемет.
Струя рыжего пламени ворвалась на танпол. Кибервампирша реально зажгла!
Раздался подавляющий вой пожарной тревоги – сработала система тушения, и в тот же миг сверху обрушился поток воды. Сбитые с толку содомиты выскочили из укрытий и попытались свалить отсюда. Но бежать было некуда. Селин вскинула автомат и свершила правосудие, потратив на это три обоймы...
Но вот последняя гильза упала на пол. Охотница быстро перезарядила автомат. Шагнула внутрь.
«Еще не все», – подсказывал голод.
Пара шагов вперед. Хруст стекла.
Вдруг из клетки, которую кибервампирша не заметила, выскочил недопрожаренный стриптизер. Автомат из ее рук выпал, нападавший дико завыл и замахнулся каким-то предметом. Время точно замерло...
Странно, но боевик действовал так, будто держал в руке меч, вот только... у него не было лезвия. Лишь рукоять.
Удар!.. И невидимое лезвие прошло сквозь Селин, не причинив вреда.
Шерман скорчился от боли, выронил предмет и уставился на свою окровавленную ладонь, чем-то насквозь пронзенную... словно шипами. Селин, не медля ни секунды, схватила гладиатора за шею и с невероятной силой швырнула на ближайшую стену. Жертва мгновенно дала дуба.
Сигнализация отключилась. Вода сверху больше не лилась, а музыка стихла. Кибервампирша посмотрела на предмет, который выпал из рук громилы...
«Там, где есть Пророчество, должен быть Артефакт. Древний. Мощный до одури», – озарение поцеловало ее прямо в лоб.
Прозрачный кристалл причудливой формы. Похожий на рукоять меча, на необычную рукоять – буквально усыпанную острыми шипами, которые должны вонзаться в руку. Из одного конца цилиндра торчала U-образная пластина, предназначенная для обхвата ладони – также усыпанная иглами. Кроме того, примерно из середины цилиндра выходил острый длинный шип...
«Нацелен в область вен, на запястье. Мазохисты хреновы», – сплюнула Селин и подобрала огнемет.
Внезапно краем глаза она уловила смутное движение. Резко развернулась и выстрелила из огнемета. Пламя растеклось по стене, осветив зал.
Вновь истошно взвыла сирена и полилась вода. Селин несколько раз провела струей огня по стене, а затем отключила подачу напалма. После исчезновения последних языков пламени она увидела это.
Оплавленное зеркало.
Оно шипело, постепенно сползая вниз, а местами и стекая на пол. Вот что приняла Селин за источник опасности. Собственное отражение – сейчас оно размывалось и деформировалось, приобретая устрашающий неестественный вид. Селин испугалась его и... сине-голубых разводов на стекле.
Она все решила взять странный кристалл с собой...
Драгош тем временем готовил клуб к подрыву – они с Мирче надеялись устроить для вампиров ловушку. Заряд находился на самом нижнем этаже, и парень пробирался к нему.
Продираясь сквозь завалы последнего уровня, он упорно приближался к цели – к тяжелой двери, за которой находился детонатор.
"Простой механический засов? " – удивился он.
Попытался поднять его... и не смог. Коррозия буквально приварила металлические части затвора друг к другу.
– Проблемы, соратник? – Стефанида внезапно показалась из-за спины Драгоша.
Тот вздрогнул и обернулся. Он не понимал, каким образом позволил ей подобраться к себе сзади. Драгош постарался скрыть неуверенность.
– Шерман сказал, что у нас проблемы, и я решила уточнить.
– Ты следила за мной? – он оглядел ее. Оказалось, она сменила костюм, представ в образе балерины.
Стефанида не ответила, лишь облизнулась, не скрывая этого, и тихо зашипела.
– Давай, откроем дверь, – делая вид, что не заметил этого, предложил Драгош.
– А что за ней?
– Увидишь.
«Балерина» порхнула к засову и играючи подняла его.
– Прошу. Так, где наш голубоглазый ангелочек?
Через дверной проем Стефанида осмотрела комнату и раскрыла карты:
– Не отвечаешь... Будет только больнее.
Из-за ее спины показались еще трое. Предатели. Драгош стал медленно отступать внутрь помещения.
– Зачем ты делаешь это? – спросил он, пятясь назад.
– А ты?
Он решился – на металлических балках, что торчали из стен, лежал толстый слой пыли и песка. Шанс.
Резким движением руки он смахнул пыль, стараясь направить ее в лица врагам. Те тут же бросились вперед, пытаясь схватить Драгоша, но промахнулись. Жертва исчезла в непроницаемом облаке.
Драгош проскочил внутрь и закрыл дверь.
Замок. Надолго не хватит... Подпереть... Подпереть дверь!
Ему повезло, он быстро нашел обрезок металлической трубы и сделал упор.
– Чего ты добился, мл***ь?! – выражала возмущение Стефанида из-за двери.
На дверь обрушился первый удар. Замок и упор выдержали. Драгош проверил оружие.
Пистолет... Где он? Неужели я потерял его, пока был с Мирче... Придется отобрать у них.
– Ты все равно выйдешь оттуда! – не унималась стерва Стефанида.
Дверь сотрясали постоянные удары. Предатели, разбегаясь, по очереди пытались выбить ее.
– А я не собираюсь выходить! У меня тут припасы!
– Доширак, что ли?
– А ты зайди! Увидишь!
Наступила пауза.
– Ударьте втроем, одновременно! – приказала предатель.
Драгош убрал упор и отошел в сторону.
Удар!
Дверь, не оказывая сопротивления и едва не слетев с петель, распахнулась. Внутрь влетели три тела и тут же повалившись на пол. Драгош стремительно подскочил к ним и с пояса одного выхватил пистолет. Почти не целясь, выпустил в тела три пули.
Стефанида потратила несколько драгоценных мгновений на осознание того, что произошло – ведь еще секунду назад все было чики-пуки.
Они начали стрелять друг в друга практически одновременно. Однако Драгош получил преимущество – он успел укрыться за телами предателей, что корчились на полу. Только одна из пуль, выпущенных Стефанидой, вонзилась в ее врага – в плечо. Остальные впились в живой щит. Драгошу даже не пришлось добивать предателей.
С другой стороны, Драгош, стреляя из чужого пистолета и постоянно перекатываясь за телами, также особенно не преуспел – только одна пуля попала во врага, в ее ногу. Та упала на колени, но боль лишь добавила злости.
Стефанида достала из косметички гранату, выдернула чеку и размахнулась...
Парню удалось услышать металлический скрежет – звук выдергиваемой чеки. Он мгновенно понял, что есть только один шанс.
Выстрел!
Пуля попала прямо в гранату, успевшую отлететь от «балерины» только на метр-полтора. Раздался взрыв.
Адская боль десятками игл вонзилась в Драгоша. В него попали осколки, срикошетировавшие от потолка.
Но боль это жизнь. Страдание это жизнь – так говорил сэнсэй BDSM. Несмотря на ранения... Драгош остался жив. Жизнь продолжала пульсировать в его нервах в такт волнам боли, проходившим по телу. Гладиатор почти задыхался от них. А вот Стефанида боли не чувствовала. Ее страдания закончились, и дыхание оборвалось.
Серо-зеленые глаза уставились в потолок. Она начала меняться. Стефанида... постепенно теряла псевдочеловеческий облик. Ее лицо вытягивалось, волосы выпадали, а кровь стала обесцвечиваться, превращаться в бледно-розовую жидкость. И эту совершенно хрень не хотелось пить.
Драгош застонал, отходя от болевого шока. Все его тело было нашпиговано горячими и острыми осколками. Он попытался встать.
Нет! Эта боль...
Драгош едва не потерял сознание от совершенно безумной ослепляющей боли. Немного отдышался и пополз к детонатору, оставляя за собой кровавый след.
Скользя по забрызганному кровью полу, он упорно продвигался вперед. Он доказывал, что достоин этой жизни. И теперь его боль продолжалась. Страдания продолжались.
Драгош понимал, что сможет установить таймер заряда, но уйти отсюда – нет. Пусть так, но он сделает, что должен. Никто не знает, что он еще здесь. Мирче далеко. Никто не придет на помощь.
Едва он подполз к взрывчатке, как начала возвращаться острота слуха. И Драгош услышал это.
Вопли соратников. Там, наверху. Пронзительные крики и визг... Значит, Избранная добралась до них. Взрыв гранаты, автоматные очереди... а затем все внезапно стихло.
Они мертвы. Остался только он... Чертово пророчество. Чертовы рептилоиды!
Драгош уже ничего не мог сделать. Впрочем...
Взгляд упал на кнопку немедленного подрыва.
Пусть все закончится.
Тонкие изящные пальцы, с которых капала кровь, вмиг перестали дрожать. Рука потянулась к кнопке.
Мирче должен был подготовить ближайший тренировочный лагерь к приему беглецов «Гладио». И сейчас он с группой на четырех байках мчался к нему сквозь темноту.
Он выбрал сложный маршрут, обеспечивающий максимальную скрытность – большая часть пути проходила по дну огромного оврага, что образовался во время войны.
Однако его мысли занимало не задание. Мирче думал об Избранной и Михале. О себе. О том, что скрыто в его собственной памяти, и почему образ Избранной знаком ему всю жизнь. К нему пришло понимание... Даже если бы никакого пророчества не было, он бы пошел за ней, признал ее смыслом жизни. Мирче чувствовал свое предназначение – охранять ее. В любом случае он еще встретит ее, и тогда она оба поймут, какое место занимают в их общей жизни. И почему каждый всегда ощущал незримое присутствие другого, хотя они встретились несколько ночей назад.
Сейчас он знал, что не имеет права судить Михала. Кем бы он ни являлся и какие цели ни преследовал. Его грехи другого рода. Лидер всегда жертвует большим – своей душой. Даже если это душа рептилоида-киборга...
За такими мыслями Мирче не заметил, как они вылетели из оврага и оказались на открытом пространстве.
«До лагеря около километра».
Они даже не успели прищуриться из-за рассвета, который начинался в валахской степи, как в их строй...
Врезались несколько чужих мотоциклов, мчащихся в том же направлении, но под углом в десять-пятнадцать градусов.
Ряды смешались. Управление группой оказалось потеряно, гладиаторы – сбиты с толку и напуганы. Два последних байка, один из отряда Мирче и один атакующий, столкнулись. Последовал взрыв, и темное небо озарили клубы пламени.
Инстинктивно пригнувшись и обернувшись, они узнали друг друга в свете пламени. Гладиаторы и предатели... Они и мы.
Выхватив автоматическое оружие, начали стрелять. Спустя несколько мгновений огня, криков и взрывов в живых остались только Мирче и Шаардан – один из предателей, по кличке шакал. Байк Мирче мчался впереди, и он представляла собой отличную мишень.
«Нужно что-то делать. Срочно».
Он качнул байк вправо, а затем резко, на пределе сил, выжимая из машины все возможности, влево. Скорость упала, но направление движения изменилось почти на сотню градусов.
Шаардан попался на трюк. Среагировав на первый маневр – уклон вправо – он также взял правее. Значительно правее, чем следовало. Он рассчитывал срезать угол и еще больше сблизиться с жертвой – предатель рискнул и проиграл. Он уже не мог реагировать на разворот влево. Стараясь избежать столкновения с почти остановившейся машиной, пронесся мимо.
«Вот же сволочь», – подумал шакал.
«Лошара», – подумал Мирче.
Теперь они отдалялись друг от друга, двигаясь по круговым траекториям. При этом Мирче мог легко зайти «в хвост» противнику. Он стремился воспользоваться этим, прибавляя скорости и закладывая крутой вираж.
Шаардан понял, что совершил ошибку и перепугался. Секундное замешательство привело к потере управления – его мотоцикл лишился устойчивости. Предатель вылетел из кресла и покатился по земле. Его байк, сделав несколько кувырков, врезался в огромный валун и взорвался...
Предатель корчился, лежа на сухой валахской земле.
Мирче подъехал и остановился. Облизнул пересохшие губы. Не скрывая торжества, посмотрел на поверженного врага.
– Ну, ты там как? – спросил он, не слезая с мотоцикла.
– Пошел ты, – надрывался шакал, харкая кровью, – предатель. Вы обманывали нас с самого начала. Ящер... ящер...
– Короче, обидно, да?
– Зато твоему... – Шаардан попытался изобразить улыбку. – Конец... Стефа...
Шакал не смог договорить. Однако его дрожащая рука, потянувшаяся к поясу, кое-что подсказала. Теперь предатель окончательно проиграл.
Мирче соскочил на землю. С пояса жертвы сорвал рацию.
– Драгош, ответь... – взмолился он, обращаясь в невидимый радиоэфир.
Драгош услышал треск рации на поясе одного из трупов, а затем голос друга.
– О Боже, Мирче?! – он схватил передатчик.
– Ты в порядке? Стефанида...
– Я покарал ее. Эта стерва оказалась ящерицей...
– Михал водил нас за нос. Врал, что он настоящий оборотень. И мы... мы никогда не сможем стать такими же. Никакого пророчества не было. Только наши мечты.
Ощутив поддержку соратника, Драгош смог заплакать.
– Я слышал... крики, – он срывался в истерику. – Избранная пришила их! Почему?! Почему?!
– Не иначе как из философских соображений.
– Как мы... могли так лопухнуться с пророчеством?
Мирче решил не отвечать. Пусть скажет все.
– Обними меня... – рыдая, продолжал Драгош. – Я больше не могу... я... хочу, чтобы все закончилось.
Мирче представил, как соратник корчится, лежа на забрызганном кровью полу в окружении трупов фальшивых друзей.
Он понял, что жизнь Драгоша слишком ценна для него, и поэтому больше нет права на слабость. Быть прежним беззаботным ангелочком уже не получиться. Нужно измениться...
– Ты что-то сказал? – почти беззвучно спросил Драгош.
– Вспомни, что делал Михал.
– Но он обманывал нас...
– Неважно. Его проповеди сводились к одному – к приему препаратов силы. Отсюда же клубные вечеринки и тусовки. Помнишь, он постоянно банчил таблетками?
– Он хотел сделать из нас наркоманов? Тестировал на нас какую-то новую дурь?
– В его поступках был более глубокий смысл. Думаю... что понимаю его... Пока люди привязаны к слабости, они обречены на страх и сделки с совестью... Мы не вылезем из этого болота, если...
– Не станем сильнее? Но какой ценой? – Драгош, похоже, заканчивал плакать. – Мы станем обдолбанными нарками, не ощущающими боли?
– Мы живы, значит, можем многое исправить. Надо найти рептилоидов и спросить – почему с нами так поступили. Думаю, пророчество и таблетки их клешней дело.
Драгош не заметил... как поцеловал рацию.
– Я люблю тебя, – сказал он.
– Подожди меня. Не делай глупостей, хорошо?
– Не беспокойся, – извиняясь, ответил Драгош. – Партнер.
– Я иду за тобой.
Мотор байка дико взревел, Мирче лихо развернулся и сорвался в сторону уходящей ночи.
Срыв 7-й печати
Бюст Чаушеску укоризненно смотрел на Селин.
«Ты должна была убить тех двоих... голубков», – беззвучно упрекнул Лусиан, не открывая глаз.
«Я подготовила им ловушку, сэнсэй. Наверняка они захотят вернуть мазохисткую рукоять, усыпанную иглами. Эти извращенцы должны клюнуть», – подумала кибервампирша, сидящая на коленях напротив.
«Хорошо. В этом случае ты лучше почувствуешь, как каждая смерть делает тебя сильнее».
«Да, сэнсэй».
«Я давно подозревал, что во всем виноваты рептилоиды».
"Это они помешали достроить коммунизм? "
«Они. Мы уничтожили оборотней. И теперь инопланетные ящеры станут следующей целью».
