Текст книги "Отличница для ректора. Запретная магия (СИ)"

Автор книги: Александра Воронцова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 20 страниц)

Глава 30

Я молча разглядываю Кристиана, пытаясь понять одну странную вещь.

Когда в лабораторию ворвался Дельтиго, я ожидала появления лорда Натори, но ошиблась. А сейчас я знала, чувствовала, что за дверью именно он, ещё до того, как Кристиан вошёл. Что-то сродни тому, что я ощутила, когда лорд уходил из ателье Алессии. Я теперь буду чувствовать его всегда? Или дело в кольце? Он же меня тоже по нему вычисляет.

– Говорите, – предлагаю я ему начать первым. Судя по виду лорда Натори, он собирается сказать мне нечто неприятное.

– Ты понимаешь, что снова заставила меня волноваться? – строго спрашивает Кристиан, кажется, напрочь забывший, что цветы нужно подарить. Так и хочется ответить: «Да, папочка».

Хотя на «папочку» новый ректор не тянет. Вот прежний бы прекрасно подошёл на эту роль. А Кристиан, несмотря на мрачно сдвинутые брови, вызывает совсем не дочерние чувства.

Чем дольше я смотрю на скулы идеальной лепки, прямой нос, порочные губы, мужественный подбородок, тем яснее мне становится, что этот мужчина для меня опасен.

Можно сколько угодно внушать себе, что столичный придворный красавчик – это не моё, но что делать с тем, что наедине с лордом Натори сердце бьётся в два раза быстрее?

Например, как сейчас. Жар опаляет мои щёки. Во рту пересыхает.

В глазах Кристиана загорается огонёк понимания. Положив розы на стол, он выбирает одну и плотным прохладным бутоном проводит по моим губам, шее, там, где бьётся жилка. Лорд склоняется ко мне. Медленно, словно боясь спугнуть. Он не отводит взгляда, и я тону в этой чёрной бездне. Она затягивает меня всё глубже, маня и обещая нечто сладкое и сказочное. Между нашими губами остаётся лишь крошечное расстояние. Ещё мгновение, и Кристиан меня поцелует. Всё вокруг словно исчезает, становится незначительным. А у меня нет воли даже закрыть глаза, всё моё существо жаждет этого поцелуя. Неизвестный доселе голод просыпается во мне.

Слава силам небесным, очарование момента пропадает так же внезапно, как и накатывает.

Голод другого, более прозаического толка даёт о себе знать весьма звучно, заставляя меня отпрянуть от лорда. Лабораторию оглашает урчание моего желудка. Оно такое возмущённо требовательное, что я смущаюсь, и кончики моих ушей горят.

И хотя я в ужасе оттого, что опять чуть не позволила недопустимое, откровенная досада в чёрных глазах тешит моё самолюбие. Не только я чуть не потеряла голову.

– Ты ещё не ела? – немного хрипло спрашивает Кристиан.

Эта хрипотца, как свидетельство его страсти, вызывает у меня мурашки.

– Я как раз собиралась на ужин, – не менее хрипло отвечаю я.

После наваждения во рту сухо, и тянет смочить горло, но кругом сплошные магреактивы… Под горячим взглядом Кристина, на дне которого всё ещё тлеют искры, становится жарковато.

Не задумываясь, я растягиваю верхнюю пуговку, и Кристиан тут же переводит жадный взор на ярёмную ямку, заставляя меня краснеть.

– Думаю, мы можем совместить приятное с полезным, – вкрадчиво и немного двусмысленно предлагает он. – Раз нам обоим есть что сказать друг другу, стоит поужинать вместе. Заодно и обсудим всё.

Мне остаётся только кивнуть.

Оказывается, что ужин предполагается не в академии, что меня, несомненно, радует. Я и так чувствую себя неловко после несостоявшегося поцелуя и совершенно не хочу давиться едой под взглядом нескольких сотен адептов в столовой.

Ресторан, выбранный лордом Натори, находится недалеко, смысла брать карету никакого, да и прогуляться по свежему воздуху после половины дня, проведённой в лаборатории без единого окна, не помешает. Поэтому я отправляюсь в комнату прихватить шляпку и перчатки, ну и написать письмо брату, стоит забросить его в магпочту, которую будут отправлять завтра утром.

Кристиан отказывается выпускать меня из вида и сопровождает до покоев, отчего я чувствую себя глупо и неуютно. В это время в коридорах академии людно, и мы мозолим глаза всем окружающим. Да ещё и с этими розами. Меня немного спасает мэтр Теони, перехвативший Кристиана почти у самой моей двери с каким-то насущным вопросом.

Забрав из рук ректора цветы, которые вызвывают столько шепотков на нашем пути, я быстро управляюсь со своими планами. А вот мэтр Теони нет. Он что-то настойчиво втолковывает Кристиану про завтрашнее практическое занятие. Что-то вроде техники безопасности. Это ректору-то и отличнику Седьмого факультета!

Когда я выхожу из покоев, вид у Кристиана затравленный. Однако, стоит мне появиться на горизонте, как мэтр, оглядев нашу пару крайне недовольно, машет рукой и покидает нас, ворча: «И кому я это всё говорю… Одни свадьбы на уме».

– А откуда мэтр-то в курсе помолвки? – удивляюсь я. – Он не похож на собирательницу сплетен вроде мэтрессы Тилозо…

– Оттуда же, откуда и все, – усмехается Кристиан, и я на мгновение засматриваюсь на изгиб его губ, вспоминаю, насколько они были близки. – Он стар, но не глух.

– Хорошо, – вздыхаю я. – А все остальные каким образом узнали? Я сегодня весь день являюсь объектом пристального внимания мужского пола и нездорового любопытства женского. Вы, что, повесили объявление на доске у преподавательской?

– Нет, попросил Николаса утром возле столовой поздравить меня с удачным выбором невесты, – всё веселье снимает у Кристиана как рукой. – А кто это тебе внимание оказывает?

Звучит слишком ревниво для фальшивого жениха, лорд или переигрывает, или у него чересчур собственнические замашки.

– Да так, – улыбаюсь я загадочно. – Я пока не уверена, что стоит принимать это всерьёз. В конце концов, я ещё должна свидание Дельтиго. До бала осталось совсем чуть-чуть, а после него, когда весь этот фарс закончится, и будет видно.

Кристиан, догадавшись, что имена не будут названы, скрипит зубами. Отчего-то мне это приятно.

Дорога до ресторана проходит под его обиженное сопение. По пути нам встречаются несколько адептов с боевого, они радостно со мной здороваются, и в конце концов лорд, теряя терпение, перехватывает мою ладошку и тащит меня в ресторан, будто я могу передумать и уйти за парнями. Закусываю нижнюю губу, чтобы не рассмеяться.

Поскольку разговор наш не для чужих ушей, Натори выбирает дальнее место за перегородкой. Проходя через главный зал ресторации, мне на секунду кажется, что я вижу Катарину, но Кристиан так стремится спрятать меня от посторонних глаз, что ведёт слишком быстро, и разглядеть и убедиться в своём предположении я не успеваю.

В ожидании закусок Кристиан берёт слово. Разумеется, он решает меня отчитать:

– Джемма, то, что произошло сегодня, ни в коем случае не должно повториться! – веско произносит он, сопровождая фразу тяжёлым взглядом.

– Вы про ваше появление в примерочной ателье? – ехидно осведомляюсь я. – Абсолютно с вами согласна, лорд Натори.

– Нет, я про то, что ты не отвечала, когда я пытался с тобой связаться!

– У меня не было возможности остаться в одиночестве. Кроме того, дело, которым я занималась, довольно срочное, не так ли? Не вы ли заинтересованы в скорейшем нахождении антидота?

– Разумеется, заинтересован! Но ты не отзывалась, и я начал волноваться. А я не люблю волноваться, Джемма! – сурово высказывается Кристиан. – Ты больше так делать не будешь. Понятно?

Я с интересом смотрю на лорда. Да ну? И как он меня заставит.

– Кроме того, я узнал, что ты допустила верх легкомыслия и позволила Николасу без моего присутствия, без подстраховки лекарем снимать блок. О чём ты думала?

Я закатываю глаза. Не увидев на моём лице раскаяния, Кристиан злится ещё больше:

– До бала остались сутки. У нас слишком мало сведений. А ты ведёшь себя безответственно! Я требую! Слышишь? Требую, чтобы на балу ты не отходила от меня ни на шаг! А ещё, чтобы ты отвечала по первому зову кольца!

Кажется, я разбудила в ректоре тирана. Может, он мне ещё и поводок наденет?

– А я всё ещё считаю, что мне проще отсидеться в своей комнате, чем весь вечер держаться за вашу штанину.

– Не проще. На балу будет достаточно стражи и магов. В конце концов, там буду я. И мне намного удобнее следить за твоей хорошенькой кудрявой головкой именно там, а не думать, не умыкнули ли тебя из комнаты под шумок.

Я не успеваю даже открыть рот, чтобы возразить разгневанному лорду, как из-за перегородки доносится пронзительный женский визг и звон разбитой посуды.

– Что с ней? – взволнованно басит кто-то.

Переглянувшись, мы с Кристианом выглядываем в общий зал.

У столика возле окна я вижу лежащую на полу женщину. У меня всё холодеет внутри от дурного предчувствия. Подхожу ближе и узнаю мертвенно-бледную Катарину, вокруг которой столпился персонал.

Кристиан мгновенно оказывается возле неё.

– Что с ней? – истерично спрашивает тучная дама, прижимая пухлые руки к груди. – Она мертва?

– Нет, без сознания, – рублено отвечает Кристиан, доставая сферу Бриона.

Проверив всё, оглядывается на меня. По выражению его лица, я понимаю, что симптомы нам знакомы. У Катарины отравление.

Глава 31

В кабинете управляющего рестораном, который тот нам освобождает без малейшего возражения, я распахиваю окно настежь, впуская свежий воздух. С улицы доносятся понукания кучеров, спешно увозящих часть напуганных клиентов, среди которых может находиться и преступник.

Кристиан осторожно укладывает до сих пор не приходящую в себя Катарину на маленький диванчик для посетителей. Не очень удобное ложе, но это лучше, чем лежать на полу до прибытия целителей, которых лорд позвал по магпереговорнику, до сих пор вызывающему у меня сильное любопытство.

Я ругаю себя: сейчас не время для интереса к магновинкам, есть нечто поважнее.

– Она слишком долго без сознания, – нервничаю я. – И у меня, и у Дельтиго обмороки были кратковременными, похожими на обычное переутомление: кружится голова, упадок сил… Мы отключались на пару минут не больше. А Катарина… уже десять прошло!

Кристиан под моим просящим взглядом проводит над подругой сферой Бриона ещё раз.

– Она жива, скоро придёт в себя. Надеюсь, – звучит не очень оптимистично.

– Я ничего не понимаю, – опускаюсь я в кресло управляющего. – Она же была пока единственной нашей подозреваемой, а теперь оказывается, что она тоже жертва. Меня определённо радует, что лучшая подруга не замышляет против меня преступление, но что нам теперь делать? Как быть с результатами из лаборатории, которые я сегодня получила?

– Джемма…

– Рамис предположил, что на Катарину кто-то повлиял вслепую, обманом заставил её делать такие зелья… – тараторю я нервно, комкая в руках перчатки. Шляпка, кажется так и осталась в зале.

– Джемма, к сожалению, это отравление не может быть стопроцентным алиби, – Кристиан смотрит на меня сочувственно. – Её могли захотеть устранить и оборвать все ниточки, если почувствовали, что мы подобрались слишком близко.

Он берёт меня за безвольную руку, и я неожиданно чувствую тепло в груди и прилив сил, поэтому не спешу вырвать ладонь, хотя жест получается очень интимным.

– Но она же жива! – не понимаю я и продолжаю рассуждать вслух. – Хотели бы устранить, нашли бы способ понадёжнее. Если всё так, как ты говоришь, это бессмысленно. Она придёт в себя и заговорит сама, или её заставите заговорить вы. Думаю, главный императорский дознаватель в этом хорош!

Не удержавшись, Кристиан гладит меня по кудряшкам.

– Кстати, вместе с целителями из академии появится и Николас. Думаю, в свете последних обстоятельств нам стоит обсудить твои находки вместе с ним. Рамис дал понять, что они что-то накопали.

Интересно, а мне Дельтиго не сказал ничего.

Я не заслуживаю доверия в его глазах? Или мне стоит опасаться и его? Раз обмороки ничего не доказывают, то и Рамис может быть лжежертвой. Но его-то Кристиан не обвиняет!

Ощущение, что вокруг одни враги, и опасность подстерегает везде.

Зябко ёжусь в хорошо натопленном кабинете. Всё чего я хотела, доучиться без проблем. Древние боги надо мной смеются.

Дверь в кабинет со скрипом приоткрывается, в образовавшуюся щель просовывается всклокоченная седая голова управляющего рестораном. Кажется, он представился Гидеоном Корли.

– К вам пожаловали… лорд Фаджио, – при упоминании имени главного императорского дознавателя бледный управляющий вытирает выступившую на лбу испарину кружевным платком, который ему, скорее всего, пожертвовала одна из официанток. – И господа в штатском… Мы окажем всякое содействие, но наша репутация… Мы же никогда…

– Успокойтесь, – пытается остановить поток слов Кристиан, но у него выходит больше похоже на рык, что никак не может способствовать успокоению господина Корли, и так находящегося на грани инфаркта.

Сглотнув, в поисках поддержки управляющий почему-то переводит свой взгляд на меня.

– Вас никто ни в чём не обвиняет, – беру я на себя смелость утешить немолодого уже мужчину. Он так волнуется, что вот-вот сляжет рядом с Катариной, а я плохой целитель. – Я думаю, главное, выполнять указания лорда Фаджио…

– Здравая мысль, леди Гвидиче, – дверь распахивается шире, и, вероятно, уставший ждать Николас, отодвинув управляющего, проходит в кабинет. Тот боится его настолько, что буквально вжимается в стену, лишь бы не прикоснуться к дознавателю.

Ох уж эти суеверия про менталистов.

– Вам бы тоже не помешало не пренебрегать моими указаниями, а не бегать по ресторанам, – пеняет мне лорд Фаджио. – Я вам, что, сказал? Покой. Отлежаться. Ничего не делать. Ты её перехвалил, Кристиан. Говорил, что она умненькая и сообразительная. Не очень похоже на правду. Но она всего лишь юная адептка, а куда смотришь ты?

– Предлагаешь приковать её к себе кандалами? – сварливо спрашивает лорд Натори.

– А уже хочется? – приподнимает бровь Николас.

– Лорды, а что делать с вашими людьми? – робко подаёт голос управляющий, шалея от собственной смелости, он прерывает он пикировку высокородных.

– Не препятствовать, – отзывается лорд Фаджио. – И тогда они быстро, и главное, тихо и мирно, не привлекая внимания, все проверят.

За спиной управляющего возникает официантка и что-то шепчет ему на ухо.

– А целители? – уточняет господин Корли.

Николас закатывает глаза.

– А целителей – сюда, пострадавшая их дождётся наконец или нет?

Напуганный управляющий испаряется.

– Так, а теперь пока не набежали лекари из Академии, что произошло? – пронизывающий насквозь взгляд дознавателя обращён на меня.

– Мы только появились, услышали, что в главном зале что-то неладно, выглянули и увидели Катарину на полу без сознания, – скупо отчитываюсь я. Если деталей нет, выдумывать их ни к чему.

– Я, естественно, никого не опрашивал, – добавляет Кристиан. – Официальных полномочий у меня нет. Впрочем, имя Натори говорит само за себя. Наш управляющий обещал мне список всех сегодняшних посетителей. Кроме нас были только завсегдатаи. Меня волнует, что это первый случай вне стен академии.

– Ну свидетелей мы поищем, поспрашиваем, – барабанит в задумчивости Николас по столешнице перед моим носом, чем меня весьма нервирует. – У нас тут кое-что наклюнулось…

– И у меня тоже, – говорю я.

– Да? С удовольствием послушаю…

С диванчика доносится тихий стон. Я подскакиваю на месте, это Катарина наконец приходит в себя.

– Но чуть позже, – договаривает Николас.

Он всё ещё подозревает Катарину, и это понятно, ему по службе положено, но, силы небесные, почему у меня это не вызывает больше такого возмущения? Я ужасный человек.

– Где я? – открывает глаза подруга, всё ещё бледная, но понемногу щёки её розовеют.

– Вам стало дурно, леди Смионе, мы вызвали целителей, они окажут вам помощь, – склоняется над ней Николас. Узнав императорского дознавателя, Катарина тут же пугается.

– Что произошло?

– Возможно, вам подали несвежую еду, – цинично сообщает он ей. – Мы обязательно разберёмся.

У меня даже кулаки сжимаются. Она ведь явно напугана. Разве так можно? Катарина беспомощно обводит взглядом кабинет и натыкается на меня, её лицо немного разглаживается.

– Всё будет хорошо, – обещаю я ей.

Прищурившись, вижу, как она пытается запустить магсканирование самой себя, но магия не слушается, и её аура окрашивается грязно-серыми пятнами паники.

В кабинет без стука заходят двое целителей со знакомыми лицами. От них веет успокаивающими травами. Вероятно, по пути в кабинет пришлось приводить в чувство особенно нервных в зале ресторации.

– Сколько она была без сознания? – спрашивает тот, что постарше, проверяя пульс Катарины.

– Чуть больше пятнадцати минут, – отзываюсь я.

Будущие коллеги Катарины хмурятся:

– Долго. Пожалуй, стоит определить адептку в лазарет.

Целители помогают ей подняться.

– Думаю, ей нужно укрепляющее зелье, – подсказывает невозмутимо лорд Фаджио.

Катарина при этих словах вздрагивает и оглядывается на меня затравленно, но ничего не говорит. Провокация Николаса хороша, но не срабатывает.

– А не выйдет ли так, что в лазарете Катарина снова получит «несвежую еду»? – хмуро уточняю я у дознавателя, когда её выводят.

– Мои люди за ней присматривают.

– Ну как видите, не досмотрели, – я возмущённо смотрю в равнодушное лицо лорда Фаджио.

– Это-то и странно. Ну что ж обсудим…

Но его вновь прерывают. На этот раз уверенным стуком в дверь. На господина Корли не похоже. Убеждена, что он постарается до конца не показываться на глаза дознавателю.

Однако в кабинет заходит один из тех самых неопознаваемых людей, явно из ведомства лорда Фаджио, и, щёлкнув каблуками, несмотря на то, что в штатском, обращается к Николасу:

– Лорд Фаджио, тут очень активный свидетель объявился. Требует, чтобы его к вам пропустили.

– М-да, и кто же это?

– Точнее, свидетельница, – исправляется подчинённый. – Весьма настойчивая леди. Сказала, что будет говорить только с вами.

– Всегда питал слабость к энергичным дамам, – хмыкает Николас. – Ну, давайте сюда вашу свидетельницу.

Лорд Фаджио приглашающим жестом указывает мне на освободившийся диванчик. Я послушно уступаю ему центральное место для ведения допроса, испытывая огромное облегчение и благодарность за то, что мне разрешают присутствовать. До последнего думала, что лорды меня выставят.

Парой минут спустя в комнату врывается… Алессия.

Глава 32

Она взбудоражена, её явно шокировало происшествие в ресторане, хотя это, в общем, не удивительно.

Поправляя выбившуюся из причёски медную прядь, Алессия обводит глазами кабинет, и почему-то её взволнованный взгляд останавливается на мне.

– Милая, ты в порядке? Это же твоя подруга, да?

– Добрый вечер, – со смешком привлекает к себе внимание императорский дознаватель.

Забавно. Надо сказать, лорд – весьма крупный мужчина с широкими плечами, как его умудряется не заметить Алессия, уму непостижимо. Видимо, дознавателя это тоже забавляет.

Алессия оглядывается на лорда Фаджио, и её лицо мрачнеет.

– Вот уж вряд ли этот вечер можно назвать добрым, Николас, – хмурится она.

– Звучит так, словно именно я тебе его испортил, – хмыкает тот, жестом приглашая присесть нашу неожиданную свидетельницу.

– Не буду врать, будто бы рада тебя видеть, – поджимает она идеальные губы. – Но раз уж именно тебя принесло сюда, я предпочитаю рассказать один раз тебе, чем пятнадцать твоим цепным псам.

И подобрав слегка шелестящие юбки светло-зелёного платья, Алессия усаживается на предложенное место напротив лорда Фаджио.

И снова в её присутствии я чувствую себя непривлекательной, неуверенной и завистливой особой. Как можно быть настолько идеальной? Гордая осанка, изящные руки, покатые плечи, струящиеся одежды… Даже выбившиеся волосы Алессии выглядят очаровательно, не то что мои кудри. Мне кажется, любой встреченный ею мужчина от десяти и до восьмидесяти не имеет шансов в неё не влюбиться.

Я кошусь на Кристиана, ожидая увидеть, как он поедает глазами красавицу, однако встречаю его озабоченный и тёплый взгляд, направленный на меня.

И испытываю облегчение.

Пришедшая в голову мысль заставляет меня вспыхнуть.

Я, что, ревную? Не может быть!

Только не Кристиана Амадео Натори!

– Итак, Алессия Мария Лирди, что ты можешь нам рассказать? – начинает свой допрос лорд Фаджио.

Ничего себе! Леди Лирди! Ещё один старейший род Лидвании! Не такой древний, как мой, но несомненно более успешный и обласканный императором!

– Эта девушка... кажется, адептка Катарина, – слегка мнётся Алессия, бросая на меня извиняющийся взгляд за то, что плохо запомнила мою подругу, – она сидела за соседним от меня столиком. Я пришла раньше и хорошо помню, во сколько она появилась. Приблизительно в четверть восьмого. Узнав её, я улыбнулась ей, хотела поздороваться, но девушка казалась недовольной моим вниманием, и я не стала навязываться, полностью сосредоточившись на своём спутнике.

– А кто был твоим спутником? – прервал её дознаватель.

– Почему был? – удивляется Алессия. – Он и сейчас меня дожидается, но я не думаю, что это имеет отношение к делу.

– Думаю здесь я, Алессия, – одёргивает её лорд. – Сейчас мы не в тесном дружном кругу. Ты же понимаешь, что я здесь не просто так. Я всё равно получу списки сегодняшних посетителей, поэтому не советую скрывать. В этом просто нет смысла.

– Ты же ведь спрашиваешь не для дела, – упрекает она Николаса. – Так и быть. Максимилиан. Я был с ним.

Фамилия Максимилиана не звучит. Выходит, речь о ком-то, известном всем троим. Одна я вынуждена сгорать от любопытства.

Лорд Фаджио удивлённо приподнимает брови:

– А Адриан в курсе?

– Почему он должен быть в курсе? – с вызовом переспрашивает Алессия.

– Потому что он твой жених, – подсказывает Кристиан и обнимает меня за плечи. – Мне вот интересно, как проводит время моя невеста.

– Жених. Ну и что? Не вижу связи, – огрызается Алессия.

Мне видно, как её пальцы нервно переплетаются. Не всё в порядке между ней и этим Адрианом.

– Хорошо, – Николас устало трёт переносицу. – Я не стану в это лезть, разбирайтесь сами. Итак, вернёмся к нашему делу. Адептка Смионе тебе не обрадовалась. Дальше.

– Где-то минут через пятнадцать к ней присоединились. За столик подсел молодой мужчина. Высокий, светловолосый, плечистый, лицо весьма привлекательное, но что-то мешает назвать его красивым. Будто в нём есть какой-то изъян, дисгармония, однако, он не выглядел отталкивающе. Могу подробно описать одежду. В этом я хороша. Дорогая одежда – моя страсть.

Алессия принимается описывать Николасу облачение Катарининого визави, а у меня в мыслях крутится предыдущее воспоминание. В нём я говорю Катарине, что видела с ней блондина, а она это отрицает. Подруга скрывает или его, или свои отношения с ним. Мне становится неуютно.

– Молодой мужчина? – переспрашивает Николас. – Адепт?

Алессия ненадолго задумывается:

– Нет, не похоже. Для адепта всё же слишком взрослый.

– А для мэтра? – снова подаёт голос Кристиан.

– А для мэтра, наоборот, слишком молодой, – отвергает Алессия.

Лорд Фаджио опять барабанит пальцами по столешнице, видимо, эта привычка помогает ему думать. Нервирует. Хотя сама я в минуты волнения комкаю платок. Ничуть не лучше.

– Узнать сможешь? – наконец уточняет он.

– Да, конечно, – Алессия облегчённо выдыхает.

– Хорошо, попробуем тебе показать максимальное количество блондинов в Академии. Что-то еще?

– Вообще-то, да. Я старалась на них не смотреть, решив, что, скорее всего, это тайное любовное свидание, однако, заметила: когда девушка вышла попудрить носик, мужчина расплатился и ушёл, – Алессия растерянно развела руками. – Я была шокирована, в отличие от девушки, она как будто ожидала чего-то подобного.

– Они ссорились? – Николас даже подаётся вперёд.

– Нет, но оба явно напряглись, когда в ресторане появились Кристиан с невестой…

Алессия слегка наклоняет голову в нашу сторону, и я розовею. Когда кто-то всерьёз считает меня настоящей невестой это неловко. У нас ведь просто договор. Почему Кристиан не расскажет им правду? Почувствовав моё смятение, Кристиан крепче прижимает меня к себе, от чего я смущаюсь ещё больше.

– То есть ты хочешь сказать, – проговаривает Николас, – что, увидев нашу сладкую парочку, спутник адептки Смионе смылся, оставив ее одну? А плохо ей стало потом?

– Я так это не представляла себе, ну, как бегство, но очень похоже на то, – соглашается Алессия. – Собственно, девушка упала в обморок на моих глазах. Она посидела ещё пару минут за пустым столиком, затем поднялась, покачнулась и ухватилась за стул Максимилиана, чтобы не упасть, но это ей несильно помогло. Без единой кровинки в лице она рухнула на пол. И сразу поднялся визг по всему залу. Все отчего-то решили, что еда отравлена. Не понимаю, что в голове у людей. Ей могло стать плохо с сердцем, а никто и не подумал вызвать целителя. Даже официанты бестолково смотрели и ничего не предпринимали, пока не появился Кристиан.

– Это всё?

– Да. Теперь всё.

– Хорошо, будь готова, сегодня-завтра за тобой пришлют, – отпускает её Николас. – Только у меня есть последний вопрос.

Уже поднявшаяся Алессия, поворачивается к дознавателю.

– Когда ты собираешься вернуться? – он смотрит на неё непривычно серьёзно и даже сочувственно.

– Куда? В столицу? – переспрашивает она.

– К Адриану.

Алессия ничего не отвечает и, кивнув нам с Кристианом на прощанье, выходит.

– Два идиота, – вздыхает Николас.

Кристиан усмехается:

– Я на тебя посмотрю, когда ты влюбишься.

– Я похож на слабоумного? – дознаватель смотрит на друга недоверчиво. – Эти розовые сопли не для меня.

– Ну-ну. Итак, что мы имеем?

Лорд Фаджио морщится:

– Мы имеем воздействие или на расстоянии, или отложенное. То есть, по факту устроить истощение адептке Смионе мог и тот парень, а мог и кто-то другой…

– Лорды, – в открывшуюся дверь заглядывает господин Корли, – вот, как вы просили…

В дрожащей руке его трепещет листок бумаги.

– Ну-ка, ну-ка, – Николас подходит к управляющему, и тот словно становится меньше ростом. – Список? Благодарю.

– Максимилиан тут указан, – заглянув в перечень, сообщает нам дознаватель, – А вот Катарина… Указано, что адептка Смионе была одна. Джемма, посмотри, ты кого-нибудь знаешь?

Вчитавшись, радую лордов:

– Да почти всех, кроме этого вашего Максимилиана и ещё вот этих двух леди и этого господина.

– Кто из знакомых блондин?

Я быстро пробегаюсь по списку, расставляя галочки. Немного подумав, рядом с некоторыми именами ставлю букву «А».

– «А» – это академия? – уточняет у меня Кристиан.

– Да, – киваю я.

– С этим можно уже иметь дело, – Николас вытягивает у меня из-под пальцев листок.

– И ещё, – всё-таки решаюсь я предложить. – Обратите внимание, что в ресторане установлен магдатчик, указывающий, сколько свободных мест осталось. Если указано, что Катарина сидела одна, значит, этот господин или заказывал отдельный столик, или был с кем-то ещё.

– Ладно, – хмыкает Николас. – Не совсем она у тебя пропащая, но ты за ней присматривай. Больно резвая.

– Не сомневайся. Глаз не спущу.

Мне достаётся лёгкий поцелуй в волосы.

От смущения я опускаю глаза и успеваю заметить вспыхнувшую искорку в глубине камня на помолвочном кольце.